Цитаты из книги «Творцы совпадений», страница 2

Бог не играет в кости со Вселенной. Альберт Эйнштейн Эйнштейн, перестань указывать Богу, что Ему делать с его игральными костями. Нильс Бор

ражаемая? Почему ты стал тем, кто хочет «больше», а не «ровно столько», – как и все, от кого я сбежала? Потому что я настоящая? Потому что нахожусь рядом все время, а не падаю в твою жизнь по капельке, только в подходящие моменты?

И главное, ты не можешь быть неудачником в жизни, если в ней априори нет смысла

И в тот раз, когда они сидели вдвоем в ее гостиной, окруженные огромной коллекцией старых книг и виниловых пластинок, которую он раньше не замечал, и молча, незаметно для себя синхронизировав дыхание, слушали, как сосед хмыкает за стенкой, он открыл для себя принципиально иной тип связи. Это был не кайф. Это было нечто другое. Плотное, окутывающее, более медленное и менее требовательное. Ты не знаешь наверняка, что любишь кого-то, пока не помолчал с ним или с ней какоето время.

по его виду все трое заключили, что человек этот заботится о своем теле. Ну а тело, в молчаливой признательности, отвечает ему тем же.

Он читал ей Геймана и Сафрана Фойера, она разыгрывала

Люди любят своих детей, например, потому что в процессе эволюции за годы тонкой подстройки было вы

британцев, или быстро говорящих испанок, – и будет без зазрения совести расслабляться в компании пива и орешков. Или сходит на море, тоже вариант. В любом случае важно, чтобы было пиво. Пиво обидится, если его не возьмут. С пивом шутки плохи, это он твердо усвоил. Он запрокинул голову назад и зарычал. Каждый раз, когда он откладывал задания по учебе, его настроение резко улучшалось. Он чувствовал себя таким живым! Ему нравилась

Все меняется так легко, за секунду? Жизнь не должна поступать с тобой подобным образом. Она должна медленно сообщать тебе новости, хорошие они или плохие. Не бросать такие камни в твое озеро и не указывать со злорадной улыбкой на круги, нарушающие спокойствие воды.

что будет следующим этапом? Пить? Курить, стоя на каком-нибудь балконе и глядя на крыши города потухшим взором? Где проходит грань, разделяющая поступки, совершаемые под воздействием внутренней необходимости, и поступки, которые не более чем версия той или иной церемонии, посредством которой мы определяем наши чувства?