Читать книгу: «Лили»
***
Сегодня я её не видел, а это значит, что моё сердце не ускорялось в быстром ритме и дыхание не сбивалось в одну секунду. Я вообще, если честно, не помню, что сегодня творилось с ними. Провалы какие-то без неё.
Хотя о чём я? Сердце моё Лили уже давно забрала, хотя сама никогда бы в этом не призналась.
Но я сразу это понял. Забрав сердце, эта девушка протянула между нами какую-то невидимую нить, и теперь этой нитью она ловко дёргает. Я чувствую себя марионеткой.
Я вижу Лили практически каждый день. Всякий раз она зарывается в свои светло-тёмные волосы и смеётся надо мной. Она это делает не со злости, а просто потому, что я её забавляю.
Недавно она взяла меня за руку и сказала, что жизнь – это ужасная глупость. Повела гулять по каким-то заброшенным местам и постоянно смеялась.
А я был зачарован. Нет, серьёзно: в тот момент я понял, что она – самое прекрасное в этом мире существо.
Лили всегда повторяет, что не любит меня, но тогда почему она столько времени отдаёт мне и смотрит своими бешеными широкими зрачками, точно кошка перед атакой?
Мне неведомо.
Но я не вижу Лили целый день, и мне спокойно… Правда, такое спокойствие впору слать к чёрту.
Нить между нами натягивается, а мне немного больно.
***
Лили иногда говорит мне о том, что хочет уехать отсюда далеко-далеко, а я в эти моменты понимаю, что умру тут без неё.
Но я молчу.
Мне кажется, что эта девушка ненавидит мои чувства к ней, а сердце она забрала, для того чтобы удалить оттуда своё имя.
Кстати, об имени… Мне дико нравится звать её исключительно Лили. Такие формы, как Лиля и Лилия, меня совершенно не воодушевляют.
Лили говорит мне, что я дурак. А я отвечаю ей глупой улыбкой. Ну, точно дурак.
Она хочет уехать на море. Я бы всю землю иссушил и избавил бы от этих чёртовых морей. Лишь бы она никуда не уезжала.
***
До сегодняшнего дня я даже ни разу не вслушивался в её голос. В общем-то, правильно делал.
Голос этой чудо-девочки чрезвычайно манящий и чарующий.
Самое страшное – это то, что, если этот голос скажет мне прыгнуть со скалы, я сделаю это.
Но, чаще всего, Лили говорит мне только хорошее, например: «Ты такой глупый у меня».
«У меня»! Конечно, у неё. Жаль, что для неё это просто приставка к слову «глупый». Я так хочу ей понравиться…
***
Как же здорово она двигается. Плавность движений, изгибы её тела… Невольно я схожу с ума, однако Лили говорит, что у меня это пройдёт.
А вот я всегда был уверен, что от сумасшествия нет никаких лекарств. Особенно время. Время не лечит – я это знаю.
От чудо-девочки нет лекарства, но есть противоядие: просто не знакомиться с ней.
Я целую песок, по которому она ходит, я – законченный псих. Лечи меня, Лили. Или не лечи. Вообще-то, я думаю, что уже поздно.
***
Утром в телефоне я увидел от неё смс:
«Сегодня мы с тобой не увидимся».
Я плюнул и лёг спать обратно. Я знал, что во сне её встречу и смогу впервые обнять. Вживую она мне это вряд ли позволит.
***
Лили каждый день деловито спрашивает, разлюбил ли я её. После моего глупого мотания головой чудо-девочка тяжело вздыхает и заверяет, что у меня это пройдёт.
Как же. Помнится, в детстве мне тоже говорили, что со временем я разлюблю шоколад, но запасы плиток в моём холодильнике пополняются и по сей день.
А волосы Лили, к слову, цвета белого молочного шоколада. Мягкие, густые… Я бы зарылся в них, но она только лишь отбивается маленькими ручками и хохочет.
Сколько нужно иметь сил, чтобы совсем её не трогать? Я насчитал в себе их немного, да и те как-то уж стремительно убывают…
***
Чудо-девочка ужасно боится щекотки, но а я теперь постоянно пользуюсь этим.
Мне нужны были прикосновения, и я их получаю. Хрупкое тело Лилички извивается от щекотаний, а я ловлю её, чтобы случайно не уронить…
Вдруг разобьётся?
***
Сегодня я осмелился спросить у Лили, был ли у неё кто-нибудь, но эта девочка жутко любит напускать на себя таинственность. Она не ответила.
Я даже ревную. Нет, серьёзно. Неужели он настолько хорош, что о нём можно и смолчать? Такая ценная и сокровенная тайна?
О нет, я сказал слово «ревность»? Всю жизнь гордился тем, что не знаком с данным ощущением, и нате вам. Приехали.
Лиличка говорит, что ревности не существует, а я молчу. Вдруг ещё скажет, что и меня в этой природе нет, коль я испытываю ревность?
Но я узнал одно: у него светлые волосы и голубые глаза.
Цвета моих волос и глаз – совершенно другие. Может, всё дело в этом?
***
Я определённо вызываю у неё приступы раздражения, потому что слишком часто вижу нахмуренное личико Лили. Иногда хватает вопроса, фразы, слова, а иногда даже и взгляда.
Интересно, он тоже её злил? Чудо-девочке угодить ой как непросто, а если у него это получалось, то не хочу об этом и думать. Вдруг ещё на стенку полезу от ревности.
Спросил сегодня у Лили, какое из чувств для неё является самым ужасным. И что вы думаете? Она, совершенно не задумываясь, ответила, что это моя любовь. К слову, о том, что люблю её, я не говорил. Она сама это поняла, и стоит ли этому удивляться?
Уже на второй встрече я осознал, что голову безвозвратно потерял, а в конце этого дня Лиличка поинтересовалась: «И зачем ты влюбился в меня?»
Ничего ей не ответил, да и как тут объяснишь то, что сидит глубоко внутри и врезалось под кожу.
Она может ударить меня своей маленькой, но острой ручкой.
А ещё лучше Лили бьёт своими словами о неприятии к моим чувствам. Говорит она это как бы невзначай, а я потом порой целую ночь не сплю. А может, и сплю, а мне просто снится, что нет. Хотя это вряд ли.
«На самом деле, нет ничего хуже лицемерия», – наконец выдала она.
Ну что ж, по крайней мере, есть что-то похуже моей любви к Лили для неё. А ещё я не вру и не притворяюсь, и она это знает.
***
Когда она говорит о море, я испытываю смешанные чувства. С одной стороны, Лили так счастлива и взволнована при этом, что у меня внутри просто взрыв эмоций. Она восторгается и размахивает своими маленькими ручками, а я зачарован.
Но, как обычно, есть и другая сторона. Лиличка так хочет на это чёртово море, что страх мой растёт ежесекундно.
Я могу представить, как буду без неё существовать. А вот как жить – даже не знаю.
Лили машет рукой и говорит, что я даже не замечу её отсутствия. Любовь пройдёт.
Кажется, чудо-девочка сошла с ума, раз может такое подумать.
А если она сошла с ума, значит, мы рядом. Жаль, она этого не видит.
***
Опять день без неё. Когда Лили пишет, что мы не увидимся, хочется закрыть глаза. Ведь, если я не вижу этого сообщения, значит, его нет.
Не знаю, что взбрело в мою глупую голову, но я решил ей ответить, и ответить не как обычно. Я написал:
«Раз мы сегодня не встретимся, могу я тебя обнять? Хотя бы в этой смс?»
Чудо-девочка долго молчала. Вообще-то, даже дольше, чем это допускается законом. Я уже обдумывал, как получше приложиться многострадальной головой об стенку, как вдруг пришёл ответ.
Лиличка написала, что покрутила пальцем у виска.
Даже дураком не назвала.
Нить между нами снова натянулась. Отвратительное ощущение.
***
Если меня спросят, чем я занимался до встречи с Лили, я отвечу, что не помню. Нет, провалами в памяти я, конечно, не страдаю, однако же когда в твоей жизни появляется такая чудо-девочка, то все остальные события неизменно гаснут.
Нравился ли мне кто-то раньше? Да.
Идёт ли это хоть в какое-то сравнение с моими нынешними чувствами? Нет.
Вы с ума сошли, что ли? Это же то же самое, что сравнить каплю с целым океаном.
Сегодня она не писала, и, кажется, этот океан снова меня утопил.
***
Ладно, теперь я сам пришёл к чудо-девочке. Меня-то, конечно, никто туда не звал, но не стоило и пропадать на целый день.
Лили долго хмурилась, в её серо-голубых глазах (о, про глаза мы ещё поговорим) летали маленькие искорки. Я даже испугался, что меня сейчас пошлют к чёрту. А потом она поинтересовалась, не вызвать ли ей полицию за столь зверское вторжение.
Само собой, я спросил, куда она подевалась, а чудо-девочка просто пожала плечами и сказала, что у неё не было настроения.
Будто у меня без неё есть настроение.
Лили ударила меня ручкой и заявила, что лучше мы тогда прогуляемся, а ещё – что я просто неисправим.
Ну, тут не поспоришь… Только без неё-то я вообще сломан.
***
Внезапно мне довелось увидеть, как рисует чудо-девочка. Если честно, просто кошмарно. Нет, вы не подумайте, даже это я говорю любя.
С усердным видом она трудилась, а я просто наблюдал за движением её прядей, выбившихся у лица.
Затем Лили представила на мой суд то, что успела вытворить.
Угадайте с трёх раз: конечно, я её хвалил. На это Лиличка засмеялась своим звонким-презвонким смехом.
«Вообще-то, это просто кошмарно», – вот что она мне ответила.
«Вообще-то, я просто люблю тебя», – вот что хотел ответить я.
Но чудо-девочка же убьёт меня за такие фокусы.
***
Ну, хорошо. У неё потрясающие глаза. Глубокие, красивые, с некоторой хитринкой на дне. Лиличка умеет смеяться одними глазами.
Иногда они серые, иногда голубые, иногда серо-голубые. А представьте, сколько ещё оттенков в каждом из этих цветов? Я уже говорил об этих невероятных широких зрачках. Они способны сужаться за одну секунду и точно так же увеличиваться обратно.
Когда я долго смотрю в глаза чудо-девочки, то она закатывает их наверх и пытается меня побить своими кулачками.
Мне это не страшно. Гораздо страшнее, если она заговорит о ком-нибудь мужского пола. Или о море.
Ладно, не буду о грустном.
Я постоянно думаю о её глазах, ресницах, об этом пронизывающем насквозь взгляде.
Даже когда Лили хочет меня им убить.
Ну, нет, она так просто от меня не избавится.
А что же касается моих глаз… ну что ж, пара слов: они есть.
***
«Мне не спится. Может, пройдёмся?» – вот что Лили написала мне в три часа ночи.
Уже через десять минут я был полностью собран. И то: десять лишь потому, что я долго искал тёплую толстовку.
Позже она покачала головой и заметила, что я точно сумасшедший, а затем взъерошила мне волосы.
А я был очень близок к тому, чтобы поцеловать чудо-девочку.
Сдержался. За такое, вообще-то, памятники надо ставить при жизни.
***
Кажется, я не рассказывал о том, как мы познакомились с Лили. Даже не знаю, знакомятся ли так обычные люди, я-то с того дня как раз перестал считать себя нормальным.
Я был в продуктовом супермаркете. Уже набрал полную корзину, но дёрнул же меня чёрт перед кассами двинуться к шоколадкам.
Чудо-девочка стояла около этого стеллажа и с очень сосредоточенным взглядом выбирала шоколадку. Нет, серьёзно.
Я стоял и смотрел на неё, а ещё попутно сходил с ума.
Я видел эту девушку и понимал, что никто никогда не заберётся в моё сердце глубже, чем она. А если попробуют, я их дубинками выгоню оттуда.
Да, я сразу влюбился в чудо-девочку, которая внимательно изучала ассортимент из шоколадок. Можете поверить: я в жизни не видел никого прекраснее.
А позже я узнал, что её зовут Лили.
Ещё позже – что жизни без неё не смыслю.
Теперь и я тщательно выбираю шоколадки в магазинах, дело-то серьёзное.
***
Сегодня я взял чудо-девочку за руку. Она, конечно, грозно поинтересовалась, давно ли я стал таким психом.
«Сколько мы знакомы?» – спросил я.
«Наверное, где-то полгода», – пожала плечами Лили.
Ну, что ж, могло быть и хуже… Она помнит. Но, если быть точным, мы знакомы пять месяцев, две недели и шесть дней.
Ох чёрт, а в часах-то я времени не знаю.
«Значит, я псих уже полгода», – пожал я плечами, передразнив её.
Зрачки чудо-девочки расширились, а я уже был готов принять на себя удар от маленького кулачка.
Обошлось.
Лили не убрала свою руку, а я чуть не умер от счастья. Шучу. В такие моменты умирать было бы просто неприлично.
***
Определённо, я мазохист. Я вновь пытался выведать у Лилички об этом светловолосом парне, её бывшем.
Она удивлялась и не понимала, что же именно я хочу узнать. Бог мой, ну, вообще-то, я желал знать буквально всё. Но остановился только на причинах их расставания. Нечего сказать: нашёл, что выбрать.
Чудо-девочка грустно улыбнулась и ответила, что он просто взял и ушёл, сказав, что они расстаются.
А я вроде и рот от удивления раскрыл. Этот парень – он вообще в своём уме?
Немного помолчав, я задал вопрос:
«Жалеешь, что вы разошлись?»
«Нет».
Она долго смотрела мне в глаза, а я молил всех святых, чтобы удержаться и не поцеловать Лили.
Ей-богу, с каждым днём всё сложнее.
А ещё пользуюсь случаем и обращаюсь к этому блондину:
«Иди ты к чёрту. И только попробуй к ней вернуться».
Ведь он мог передумать, если вдруг обзавёлся мозгами. Говорят, иногда такое с людьми случается.
***
«Если я уеду на море, что ты будешь делать?»
Вот это вопросы с утра пораньше.
Я нахмурился и написал ответное смс:
«Я умру».
Уже днём чудо-девочка погрозила пальцем и сказала, что у меня глупые шутки.
А я впервые узнал, что слова правды – это шутки.
Ладно, наплевать. Я слышу голос Лили, и она рядом со мной. Но, если чудо-девочка ещё раз заговорит о море, я начну биться головой об стенку. Вот уж соседи обрадуются.
***
Это было нечто невероятное.
Как это часто происходит, мы находились у меня дома.
Лили очень хотелось посмотреть фильм с каким-то красавчиком-актёром, отчего я мысленно закатил глаза к потолку. Но она так меня упрашивала, а я, вообще-то, и не умею толком отказывать чудо-девочке. Да и, если честно, знай я заранее, чем это кончится, то сам бы бросился её упрашивать.
Нет, ничего такого, ничего пошлого.
В общем, в какой-то момент Лили просто уснула посреди фильма, видимо, сюжет оказался весьма захватывающим. Я-то не знаю, думаете, я смотрел его? Мне было совсем не до того, должен признаться.
Но ладно, чудо-девочка не просто уснула. До этого момента я сидел, раскинув руки в стороны по спинке дивана, а Лиличка уснула, прислонившись на одну из них.
И тут-то я понял, что обнимаю её в итоге. Да, чуть иначе, но обнимаю.
Да я улететь от счастья был готов. Но только куда это я полечу, если Лили – тут?
Минут через десять у меня начала сильно затекать рука, и чем дальше, тем хуже. Но только мне было плевать.
Пусть она хоть отнимется, но я буду касаться чудо-девочки.
Это оказался лучший час в моей жизни. Я любовался ею и обнимал.
И вот ещё одно преступление: минут за пять до её пробуждения второй рукой я позволил себе погладить её волосы.
Я с ума сошёл от Лили, я уже говорил?
***
Сегодня я испытал невероятное дежа вю. Или ностальгию, чёрт уж там разберёт эти модные словечки.
Почти каждый день я хожу в магазин, где впервые встретил Лили, но это и неудивительно, ведь он – самый близкий к моему дому.
Да, каждый раз мой взгляд на абсолютном автомате приковывает тот самый стеллаж с шоколадками. Это как нечто памятное, что навсегда отпечаталось у меня в голове, уж поверьте. Даже если я эту голову потеряю или её оторвёт. Нет, стойте, если её оторвёт, то как я буду разговаривать с Лиличкой?
Вот так же и сегодня. Я посмотрел в сторону стеллажа, а напротив него – моё любимое видение, чудо-девочка.
Господи, она стояла и вновь с самым сосредоточенным лицом в мире выбирала себе плитку. Как было удержаться от того, чтобы не подбежать и не поднять её на руки?
Нет, я не дурак какой-то, чтобы Лили думала, как бы меня поскорее отправить в психушку. Пришлось сдержаться.
Я так и стоял до последнего на месте. Я словно прирос к полу. Я был поражён своим новым открытием: оказывается, можно влюбляться в одного и того же человека снова и снова, даже не успевая его разлюбить.
«Я снова в тебя влюбился», – написал я ей смс.
Снова? Ведь я сказал ей это впервые – вот так прямо… Хотя эта проницательная девушка и так всё давно успела понять.
Чудо-девочка достала телефон, прочла моё сообщение и начала озираться по сторонам.
Я был очень быстро обнаружен пристальным взглядом серо-голубых глаз. Она покачала головой и показала мне кулак.
А ещё Лили улыбнулась. А это значит, что день прожит не зря.
***
Мы гуляли вместе до самой ночи. Я уже давно привык к тому, что Лиличка – сова. Ну, не спится ей толком по ночам. А теперь и мне не спится.
Что ж я дурак, чтобы пропускать встречи с чудо-девочкой и спать? Ерунду-то не выдумывайте.
Она бегала и смеялась, словно ребёнок, а я догонял её и, кажется, тоже смеялся. Я в жизни столько не хохотал, сколько это делаю с ней. Раньше иногда я вообще думал, что у меня в принципе отключена такая функция, как смех. Ну, лишняя – и всё тут. Рудимент.
Я бы целовал Лили каждую секунду своей жизни, и даже этого мне было бы безумно мало.
Жаль, что она до сих пор убегает.
И, конечно же, спрашивает, не нашёл ли я себе девушку.
Вообще-то, нашёл. Привет, Лили.
***
Сегодня было дождливо, и поэтому чудо-девочка осталась дома. Меня она к себе не звала, и я понял одну простую истину.
Я ненавижу дождь.
***
«Хочешь, я что-нибудь тебе спою? А ты оценишь, но только не как с моим рисованием, а по-честному», – как-то предложила мне Лиличка.
Ох, уж эти вопросы… Как я уже упоминал, рисует чудо-девочка очень сильно на любителя. Примерно на такого любителя, у которых обычно бывают проблемы с психиатром. Хотя тут у меня имеются все шансы.
Но вот поёт Лили, как оказалось, прекрасно. Таким приятным голосом и невозможно иначе, это было бы просто преступлением.
Я слушал и чувствовал себя растаявшим на жаре мороженым. Так и сказал ей.
Чудо-девочка, конечно, усомнилась в моём здравом смысле, но вроде бы поверила. Конечно. Ведь я привёл такой весомый аргумент в виде того, что когда-то давно целую пару минут думал о том, чтобы учиться в музыкальной школе. А значит, что-то да понимаю в музыке, несомненно.
Я умер и вновь возродился от её голоса. Только она так умеет, моя Лили.
***
На самом деле, я вижусь с ней каждый раз, когда она только предложит. Страшно представить: а вдруг если я откажу чудо-девочке, то она пойдёт гулять с кем-то другим? Да я тогда себе все локти сгрызу от отчаяния. Вроде бы обычно люди не могут дотянуться ртом до локтя, но уверен, что в том случае я бы применил все чудеса гибкости.
Однажды я заболел: не серьёзно, это была обычная простуда. Лили предложила увидеться на следующий день, а я же ответил ей, что простыл, но всё равно, конечно же, приду.
«Ещё не хватало, чтобы ты меня заразил. Сиди дома и лечись», – написала Лиличка и в конце поставила улыбающийся смайлик.
Но нет уж, дудки. На следующий же день я был полон сил и абсолютно здоров. Необъяснимая вещь. Хотя я ведь вру… Я просто хотел увидеться с Лили, вот и всё.
Иногда мне кажется, что для нашей встречи я бы смог и воскреснуть.
И это пугает. Немного, но пугает.
***
Мне кажется, что я уже совершенно не могу жить без чудо-девочки. Если бы меня кто-то спросил, как бы сложилась моя жизнь, не встреть я Лили, только бы и оставалось, что глупо пожимать плечами.
Это как спросить у чуть не утонувшего человека: «Что бы с тобой было, если бы тебя не вытащили вовремя из пруда?».
Хотя нет, этот человек сказал бы, что, вероятно, он бы умер.
Вот так же, наверное, и у меня.
***
Сегодня я сидел рядом с Лиличкой и снова думал о том, как отчаянно хочу её поцеловать. В этот день – даже как-то особенно сильно.
В один момент она вдруг нахмурилась и грозно заявила:
«Прекрати это».
Я призвал все свои актёрские способности и с самым удивлённым лицом спросил, что она имеет в виду. Но чудо-девочка только лишь покачала головой.
Однако напоследок, когда она уже собиралась уходить, взяла лист бумаги, лежащий у меня на столе. Губы Лили были накрашены, и она поцеловала этот самый лист, улыбнулась и протянула его мне. Затем взяла и ушла, помахав своей маленькой ладошкой на прощание.
Вы когда-нибудь безумно хотели стать бумагой? Только для того, чтобы самая очаровательная в мире девушка кратко вас поцеловала?
***
Странная это вещь – сны с чудо-девочкой. С одной стороны, там происходит то, о чём в жизни мне и мечтать не приходится (вру – очень даже приходится), а с другой… С другой – они отчаянно травят душу.
Просыпаешься утром, а в голове её улыбка и ускользающий силуэт. А ловить Лили – это как ловить солнечного зайчика.
Иногда мне кажется, что когда я её коснусь, то моя рука просто пройдёт насквозь, как в дурацких фильмах, и чудо-девочка растворится прямо у меня на глазах в следующую же секунду.
Вообще-то, это жутко. Может, именно поэтому я иногда боюсь до неё дотронуться? Или же потому, что могу встретить суровый взгляд серо-голубых глаз, который, правда, через пару секунд сменился бы её озорным хохотом.
Ну, как мне её не любить?
***
«Ты не думал о том, что мы не подходим друг другу?» – как-то вдруг спросила меня Лили, и, кажется, она была серьёзна, как никогда.
А я, кажется, готов был в эту же минуту провалиться сквозь землю. Вот только если провалюсь – как я смогу смотреть на чудо-девочку? Или можно было бы начать биться головой о любую каменную поверхность (от таких-то вопросов).
И всё-таки от неожиданности я действительно чуть не впечатался в столб, мимо которого мы проходили. Лиличка вовремя подхватила меня и покачала головой, назвав дураком. Совершенно бесспорный аргумент.
«Чуть земля из-под ног не ушла от твоего вопроса», – абсолютно честно ответил я, глядя прямо в её серо-голубые глаза.
Чудо-девочка очень часто воспринимала мои чувства как какую-то дурость или наваждение, которое пройдёт… А сейчас я видел: она мне верит. И она всё знает.
Только не обрывай эту нить между нами, Лили. Это всё, что дарит мне возможность двигаться и видеть своё отражение в зеркале.
И – да, я дурак. Полный дурак.
***
Сегодня мне снова подвернулся самый настоящий шанс узнать побольше о прошлых отношениях Лили. Если отбросить в сторону страшную ревность, то мне было важно узнать о том, что же у чудо-девочки творилось в личной жизни раньше. И почему всё когда-то закончилось (это, конечно, к счастью для меня).
Началось всё с того, что Лиличка спросила:
«Неужели ты всем своим девушкам так же часто говорил, что любишь их?»
И не то чтобы я часто делал это с самой Лили (всего один рискованный раз!), но иногда мне кажется, что у меня на лбу та же самая бегущая строка, на которой яркими буквами написано всё о моих чувствах к этой неземной девушке.
«Я вообще им этого не говорил, – совершенно честно ответил я. – А даже если и думал, что что-то испытываю, то теперь понимаю: это было пустым звуком. Будто до тебя меня и вовсе не было».
И как я только решился произнести это вслух? Вот сейчас чудо-девочка скажет, что я совсем сошёл с ума, и как с этим поспоришь?
Нет. Она улыбнулась краешками губ и сказала, чтобы я не начинал это. Что я говорю слишком серьёзные вещи. И что нельзя принижать то, что мы испытывали раньше.
И тут же я подумал: она сейчас говорит только обо мне? Или о себе – тоже? И если так, то…
«Я тебе рассказывала: он тогда взял и ушёл от меня, – вдруг сказала Лиличка. – И я не говорила… Но позже я узнала, что у него почти сразу появилась другая. Как две капли воды похожая на меня».
Грустная интонация, внутри меня всё сжалось.
Конечно же, я сказал ей, что не может быть никакой другой девушки, так похожей на неё, ведь это попросту невозможно. Это то же самое, что повторить одно из чудес света. И не говорите, что я преувеличиваю.
А в голове настойчиво и тревожно бились мысли. Неужели она всё ещё любит его? Неужели сердце Лили сейчас разбито? От одной только мысли в глазах темнеет из-за злости к её бывшему парню.
Эй, светловолосый, я, кажется, посылал тебя уже мысленно к чёрту, тогда в чём дело? Почему ты ещё где-то здесь?
***
С тех пор каждую ночь меня мучили одни и те же сновидения. Да, с чудо-девочкой, но ещё и с тем, кого она когда-то (точно когда-то?) любила.
Вот я стою на месте и вижу её удаляющийся силуэт. А её крохотную ладошку держит тот блондин. Он одумался и вернулся к ней, а я – остался не у дел. Будто меня и вовсе никогда не было в жизни Лили.
И сразу вспоминается: эта девушка не раз говорила, что живёт одним днём… Вот вчера я был в её жизни, но сегодня уже новый день, а значит, и меня в нём может тоже не быть.
Я подошёл к зеркалу и уставился на своё отражение. Нет, я всё ещё тут. И это был просто сон. Дурацкий, из разряда тех, которые вообще давно пора запретить, ведь это не законно.
Схватив со стола телефон, я быстро набрал сообщение и отправил его.
«Я не могу без тебя». – Правда, как она есть. И пусть Лиличка думает, что я совсем слетел с катушек. Ничего нового: она уже давно это знает.
Ответ пришёл через пару минут:
«Я снова тебе снилась, да?»
Конечно, да. И чудо-девочка знала это наверняка, потому что как раз вынырнула из моего сна, после того как я проснулся.
Она же никогда не останется там на всю жизнь, правда?
***
Сегодня Лили снова уснула у меня на плече, а я боялся даже пошевелиться. Иногда я боялся даже моргать: а вдруг я сделаю это так громко, что потревожу её чуткий сон?
Даже когда затекло плечо, я не шевелился. Я просто сидел и смотрел в стенку. А иногда – в сторону чудо-девочки, только чтобы убедиться, что она действительно здесь.
Почему-то я вспомнил про фильм «Вечное сияние чистого разума», где главный герой захотел навсегда избавиться от воспоминаний о своей бывшей девушке. Ему было слишком больно, и он просто хотел жить дальше. Стал ли он в итоге счастливей? Не похоже. Да и разве можно навсегда выкинуть воспоминания о том, кто когда-то был тебе так дорог? Даже с помощью какой-то невероятной техники.
Лили здесь, рядом. Я чувствую её запах и никогда и ни за что не смогу от этого избавиться.
«Даже если она уйдёт?» – всплыло в голове. А я же отправил свой внутренний голос спать: нечего произносить такие жуткие вещи.
Она спит на моём плече… Может быть, всё-таки это что-то да значит?
***
Я впервые оказался дома у Лили. И первое, что подумал: хорошо, если я нахожусь тут, значит, она и правда настоящая? Она и правда существует?
Слава богу, я не сказал этого вслух, иначе чудо-девочка точно меня тут же выставила бы за дверь.
Её комната была оформлена в синих и бирюзовых оттенках, что сразу навевало мысли о море. А когда я вспомнил все слова чудо-девочки о море, то моё сердце будто взяли и сжали в тиски.
Лили давно не говорила о том, что она хочет уехать на море, и, может, она уже даже не думает об этом? Проснулась в один день и решила: зачем мне это море, когда рядом со мной такой чудак?
Здесь пахло её духами: сладкими, ненавязчивыми. Аромат будто ускользал от тебя, маня за собой… как она сама.
«Я до сих пор не знаю, что ты обычно пьёшь. Чай, кофе?» – с улыбкой спросила чудо-девочка.
Почему-то я и сам задумался над этим вопросом. Словно бы до слов Лилички даже не знал, что предпочитаю. Ну, надо хотя бы не выглядеть идиотом, и, значит, пора срочно что-то отвечать.
«Чёрный чай», – быстро проговорил я.
Когда Лили открыла холодильник, моему взору предстала целая коллекция шоколадок – не в пример моим запасам. Я уже говорил, как серьёзно чудо-девочка подходит к выбору этого лакомства. А мне не хотелось даже на грамм лишать её этих шоколадок, но суровый взгляд Лили сделал своё дело.
Это был лучший день в моей жизни. Всех моих жизней, если такие вещи вообще существуют.
И затем худшая ночь: мне снилось яркое синее море, превращающееся в обои из комнаты Лилички.
***
Чудо-девочка сказала мне, что когда-то страшно боялась высоты. Каждый раз, когда она оказывалась в таких ситуациях, то думала: ещё чуть-чуть, и она умрёт. И если не от самой высоты, то от страха.
Мой ужасный мозг и воображение тут же подсунули мне жуткую картину: вот Лили срывается и падает прямо в пропасть, а её светлые волосы развеваются на ветру. Но я же знаю, что она может разбиться как фарфоровая кукла, поэтому тут же мгновенно переключил мысли.
Успел. Не разбилась.
***
Ещё один день бесконечного сна – отсутствие встречи с Лили.
Настолько бесконечного, что я даже успел увидеть все, когда-то не досмотренные сновидения.
***
Сегодня случилось что-то невероятное, и этим летним вечером, наверное, должен выпасть снег. Я подарил Лиличке красивую синюю розу, в ответ на что и произошло то самое невероятное.
Она даже не побила меня своими кулачками. Не заявила, что я дурак. Чудо-девочка просто поцеловала меня в щёку. Сказать, что я в этот момент куда-то улетел, – это не сказать ничего.
Моё сердце пропустило уже несколько ударов, и я быстро призвал себя к порядку. Не хватало ещё так глупо умереть в такой ситуации. Да и как я оставлю Лили?
Весь день моя щека хранила на себе прикосновение этих нежных губ, и хотите верьте, хотите нет, но я его чувствовал. Как насчёт эксперимента не мыть эту часть лица хотя бы пару дней?
Вот тут она бы точно заявила, что я идиот. Видишь, Лили, я всё знаю.
И если это такое огромное счастье, то почему в конце этого дня мне стало так страшно? Будто должно случиться что-то непоправимое.
Вечером снег так и не пошёл.
***
Иногда у чудо-девочки такое задумчивое лицо, что невольно я вспоминаю про блондина, который когда-то разбил её хрупкое сердце.
И я решил найти хоть какие-то его следы, увидеть воочию своего врага.
В интернете я нашёл его. И даже больше, чем хотел. Например, совместную фотографию его и Лили. Он был выше неё почти на целую голову, со спортивным телосложением и наглым заносчивым лицом. Самое отвратительное лицо, которое я когда-либо видел. Ладно, не начинайте, возможно, я немного не объективен.
Но вот Лиличка… её лицо так и светилось радостью. Серо-голубые глаза казались ещё ярче, чем обычно. Будто это – рисунок, и, когда художник рисовал эти красивые глаза, добавил на свою кисточку гораздо больше акварели.
Она была с ним счастлива, и это самое болезненное осознание за этот месяц.
Что ж, больше я не выхожу в интернет.
***
Лили глядела на меня так же серьёзно, как при выборе шоколадки в магазине. Ну, может быть, ещё немного хмурилась.
А всё потому, что я честно сказал, что хочу её поцеловать. Вообще-то, я ещё долго держался, чтобы не говорить такое вслух – вы же помните. Лимит исчерпан, а слова были сказаны.
«Хочешь, я убегу прямо сейчас?» – деловито поинтересовалась чудо-девочка, и, очевидно, она не шутила.
Я не стал уточнять, куда она побежит, так как подобные перспективы никогда меня не обрадуют. Даже если я догоню Лиличку и попытаюсь обхватить эту тонкую талию, кто знает: вдруг в следующую секунду она растворится? Будто я сделал нечто непоправимое и нарушил все законы, чтобы эта очаровательная иллюзия являлась мне снова и снова.
Поэтому я искренне ответил:
«Конечно, не хочу. Но у меня есть целая ночь для снов, где я всё же смогу это сделать».
И кто мне так развязывает язык в последнее время? Кто тот предатель?
«Я и там не дам тебе это сделать», – засмеялась чудо-девочка, а я снова утонул в её глубоких глазах.
Вот же оно, море. Тебе никуда не надо за ним ехать, Лили, если ты всё ещё вдруг об этом думаешь.
Тут бы по дереву постучать – вроде около моего дома несколько найдётся.
***
Я никогда не спрашиваю чудо-девочку, есть ли хоть малейший риск того, что она пропадёт. Каждый мой подобный вопрос – это игра в рулетку, где ты не знаешь, во что тебе выльется твой последующий ход и ставка.
Даже когда она скрывается за дверью своего подъезда, мне уже становится не по себе, и я стараюсь как можно быстрее написать ей сообщение, чтобы ждать ответа. И знать, что там, за дверью, она не пропала навсегда.
***
В один из дней мы вымокли под дождём. Зонт никто не взял, Лили вообще часто говорит, что никогда их не носит с собой. Так вышло и в тот день.
Поначалу мы ещё пытались как-то прикрываться, но при ливнях всегда в какой-то момент становится всё равно, и ты просто подставляешь своё лицо под струи воды.
Я наблюдал за тем, как наслаждается Лиличка обрушившимися потоками дождя, буквально сливаясь с этой стихией. Я восхищался ею, пока не понял, что пора идти греться домой, пока это не закончилось ангиной.
На себя мне всё равно, а вот не видеться с чудо-девочкой около недели – то ещё наказание.
Мы оба пили чёрный чай, а Лили рассказывала истории из детства.
«Вот бы сейчас сохраниться», – пронеслось в моей голове, а она, словно прочитав мои мысли, закатила свои очаровательные глазки.
Ну, я же говорил, что со мной всё потеряно. Забыли?
***
Под конец нашей очередной встречи я спросил Лиличку:
«Увидимся завтра?»
Она пожала плечами и сказала, что, когда я закрываю глаза, я всегда могу её увидеть. Когда открываю – тоже, но иногда это бывает плохим знаком, что пора лечиться.
Полечиться я всегда успею, если что, но почему чудо-девочка просто не сказала «да»?
***
Лили не брала трубку. Длинные долгие (бесконечные) гудки, и никакого ответа. И так пару дней… Пару дней, когда я даже спать не мог. Какой тут сон, когда весь мир перевернулся с ног на голову? А спать в таком виде, вообще-то, не слишком удобно.
Но ведь этот мир ещё не рушится, правда?
***
Возможно, в какой-то мере было бы лучше, если бы чудо-девочка молчала и дальше. Но вот она присылает одно лишь сообщение, а я чувствую, как из-под ног уходит почва.
«Теперь я живу на море. Так будет лучше. Это всё равно бы не кончилось ничем хорошим».
Как это происходит, когда мир резко теряет свои краски, звуки, запахи?
Страшно? Жутко? И то и другое, помноженное на миллион.
Я стоял словно оглушённый и ослепший.
Вот сейчас, сейчас Лили напишет, что пошутила, и предложит увидеться. Но телефон, предатель, молчал.
И она, моя чудо-девочка, тоже.
***
Дальше стало только хуже. Внезапно номер её телефона стал недействительным, а все страницы в интернете утверждали, что такого человека никогда не существовало.
Я пришёл к её бывшей квартире, и мне открыли люди. Что они там говорили, было неважно (я и не слушал), но коридор, который было видно из подъезда, выглядел совершенно иначе. Даже совсем с другой планировкой.
А потом я всё-таки решил послушать этих странных людей, и вроде они говорили, что живут тут всю жизнь. Они совсем сумасшедшие, да? Верно?
А я-то ещё нормальный?
***
Прошёл месяц, другой. Я знаю точно, что нить между нами оборвана. Жутко болезненное чувство, а у меня, скорее всего, наступил болевой шок.
Но я помню её лицо, запахи, голос. Помню так, будто мы виделись ещё вчера. Будто ещё вчера Лили хохотала и говорила, какой же я дурак.
Как чудо-девочка и сказала однажды, я закрываю глаза и вижу её. Открываю – и не вижу.
Может, сумасшествие – это не так уж и страшно?
Может, там безопаснее и снова появится она?
***
Лили.
Я не знаю, где ты.
Не знаю, существовала ли ты когда-либо вообще.
Может быть, тебя выдумало моё больное воображение?
Пусть тогда оно возвращает тебя обратно, я прощу ему эту разлуку, я не злопамятный.
Просто вернись. Ладно?
***
Я встаю и по какой-то старой инерции иду на кухню, возможно, за чёрным чаем. Возможно, за шоколадкой. А возможно, я вообще иду даже не на кухню, а в какую-то другую комнату…
Не знаю, какой сегодня день, месяц, даже год. Я даже не понимаю, день сейчас или ночь. Вроде день, раз я вижу предметы вокруг.
В голове слышится плеск моря, и я прогоняю его оттуда прочь.
По пути мне попадается зеркало, и я останавливаюсь. Странно…
Делаю шаг назад и обратно, вперёд.
В отражении никого не было. Пустота.
