Читать книгу: «Записки ворчливого инженера»

Три дня мистера Думриджа

Он откинул одеяло и с трудом сел на краю кровати. Припухшее лицо изобразило муку, непослушный язык облизал пересохшие губы. Стиснув руками виски, он поднялся. Видимо, какая-то срочная нужда заставила его сделать нетвёрдый шаг по разбросанной одежде. Он случайно подцепил носком какую-то светлую тряпку на ногу, преодолевая коварную гравитацию, задел стол, заваленный последствиями бурного возлияния.

Раскачиваясь на каждом шаге, его полуживое тело добрело до дверного проема и скрылось в коридоре. Хлопнула дверь, из-за которой донеслись звуки, характерные для хмурного пробуждения после яркой вечеринки.

Вернувшись после "водных процедур", молодое мускулистое тело отыскало среди бутылок "American Metal Whiskey", встряхнуло её и опрокинуло внутрь себя спасительный остаток. Это вернуло осмысленный взгляд. Не сразу, но с появившейся уверенностью, он обозрел масштабы стихийного бедствия в комнате, впрочем, без особого сожаления на лице.

В этой разрухе не осталось уже никого, чтобы подхватить его открывшееся "второе дыхание", перекинуться взглядами и многозначительными фразами, пусть даже лишёнными смысла, обсудить трейлеры новых молодежных комедий. Всё. Праздник угас окончательно!

После неудачной попытки лечь, он, наконец, заметил на правой ноге тряпку, застрявшую под его левой ногой. Немного неловких движений позволили ногам обрести свободу. Но теперь занять горизонтальное положение помешало любопытство: "Почему на тряпке маленькие плюшевые медвежата с сердечками?".

Руки развернули это. Широкая резинка, две поменьше... Вещь не его потому, что талия явно в два раза уже, да и крой под округлые формы.

Недоумение на его лице. Он стянул одеяло на пол. Свернувшись калачиком, на его кровати сладко посапывала рыжеволосая девчонка. Он смотрел на юное обнаженное тело и красный след на простыне пониже её спины.

Взгляд приобретал всё большее осмысление. Он устремился куда-то внутрь его души, видимо, парень пытался что-то вспомнить. Вернувшись, взгляд обошёл комнату, остановился на дамской сумочке, брошенной на стуле.

Парень привстал, потянулся обоими руками, раскрыл сумочку, начал шарить внутри. Там было много всяческих девичьих мелочей, он отбрасывал каждую, не глядя. Наконец, в боковом кармане нашлись водительские права.

"Имя: Лилит

Фамилия: Воландович

Возраст: 16 лет".

Брови метнулись вверх, глаза раскрылись достаточно, чтобы ещё раз чётко увидеть цифру шестнадцать там, где хотелось видеть восемнадцать.

Сумка и права упали на пол. Глазки забегали -адреналин в крови парня, по всей видимости, победил алкоголь. Он сполз на четвереньки, начал шарить среди разбросанных на полу вещей. Отыскал спортивные штаны, нашел майку, бросил их на край кровати, продолжил поиски, остановился. Поднявшись на коленки, хлопнул руками по бокам, обнаружив на себе предмет поисков. Посмотрел на девочку. Ещё раз ощупал бельё, даже резинкой шлёпнул для надёжности, сел.

Судя по взгляду, полному безнадёги, мысли в его голове не справились с вопросом "Как?", после чего заплутали где-то между государственным обвинителем штата Коннектикут и знаком на переполненном автобане: "Добро пожаловать в штат Нью Йорк!".

Он резко встал, схватился за стол, чтоб не рухнуть обратно, бросился к шкафчику, достал сумку, из ящика извлёк папку с документами, начал разбрасывать вещи, подбирая нужные. Видимо, в его воображении дорожный знак победил обвинителя, который к этому моменту превратился в самого окружного прокурора.

Резкий требовательный стук в дверь заставил его застыть. Электронные часы на столе моргали: "03:00 АМ".

Громкий голос за дверью что-то потребовал. Голова парня дёрнулась, видимо, от обострения слуха.

- Металл и кости! Принять или отклонить?

В спокойном мужском голосе явно немолодого человека чувствовалась сила. Хозяин квартиры даже не думал ей сопротивляться, бросил шмотку из рук и поплёлся открывать.

На пороге стояло несколько фигур в тёмных балахонах.

- Открывший дверь готов к испытаниям, чтобы стать частью братства, чтобы служить избранному и пользоваться его покровительством? - под балахоном широкоплечей, немного сгорбленной фигуры была лишь тьма.

Он просто шагнул в сторону, но тёмные балахоны застыли в ожидании. В свете луны его лицо казалось мертвенно белым, в широко раскрытых глазах читался страх. В других обстоятельствах он сразу захлопнул бы дверь, посчитав их ряжеными, но сейчас он кивнул, а они не двинулись.

- Проходите, пожалуйста... - его лепет было почти не слышно. Они продолжали ждать. - Д-д-д-да, я с-согласен!

Двое стали рядом с ним, ещё двое прошли в комнату, подхватили спящую. Широкоплечая фигура неспешно двинулась в сторону одного из строений кампуса, двое подтолкнули парня, за ними двинулись балахоны со спящей девицей, а последний плавно двинул рукой, сжав кисть в кулак. Свет в комнате потух, входная дверь бесшумно захлопнулась.

Пройдя через внутренний двор кампуса, они оказались перед мрачным зданием без дверей. Передний балахон махнул рукой перед глухой аркой. В ней обозначились щели, часть стены отворилась, образуя проход в помещение, посреди которого выл виден сноп лунного света. Они вошли и замерли. Во тьме были слышны поспешные шаги и неясные шорохи.

Ледяным звуком резанула уши латынь.

- Как упал ты с неба, денница, сын зари?

- Я... Я... - пересохшая глотка отказывалась произносить другие звуки. Ноги подкашивались, двое сзади поддержали его. Рот судорожно дёргался, пытаясь заглотить воздух.

- Что сделал он с тем, что не было ему дано?

Два балахона ввели голую девицу в пятно мёртвенно-лунного света, поддерживая под распростёртые руки. Её голова, казалось, объята рыжим пламенем.

- Он взял, не спросив! Узрите свидетельство греха! - он присел от стали в девичьем голосе. Из тьмы за её спиной театрально выбросили чёртову простынь с красным пятном.

- Грешен... Грешен... Грешен... - тысяча шёпотов, шёпотков, хрипящих и шипящих голосов отовсюду била в него обвинением.

Он повис на руках балахонов. Его подхватили под руки и ноги, в лицо плеснули липкой тёмной жижей. Он рванулся, придя в сознание. Его медленно уложили в невесть откуда взявшийся гроб. Он вытянулся, с выпученными глазами вцепился руками за края и замер, как покойник.

Голая девица театрально отступила обратно во тьму, затем вернулась с нахлобученной на голову маской смерти и ритуальным ножом в руках.

- Позвольте, лорд, забрать его, ибо его место теперь среди ангелов тьмы!

Девица засеменила к гробу. Неловко взобралась на него сверху, под истерические девичьи крики, поводила ножом по горлу, отбросила нож в сторону, приложила палец к маске, приказывая молчать. Несчастный даже не шевельнулся.

- Примите его! Пусть скроет тьма стальным щитом его грехи от людских глаз!

Балахоны вытянули ванну, вынули парня из гроба, начали обливать его водой. Затем подали руку, помогая выйти, напялили сверху балахон.

- Теперь ты один из нас! Ни одна живая душа не должна знать об этом! Тайны тьмы не должен раскрывать ни живой, ни мертвый!

Лунная дорожка от его ног упёрлась в дверь. Один из балахонов сунул ему под нос пузырёк. Он резко дёрнул головой. Его провели к выходу. Там стянули балахон, оставив его в трусах, в руку всучили ключи и вытолкнули за дверь.

Небо светлело. Он во тьме, как тень, сбежавшая из ада, плыл в звуках другого мира. Стрекотание цикад, крики пересмешника, писк совиных птенцов, лунные контуры деревьев и строений стали для него утерянной, призрачной грёзой, несбывшейся надеждой на новый светлый день. В предрассветных сумерках выпавшая роса дрожала на травинках, ожидая солнечных лучей, чтобы в них сверкать хрусталём, но в его сознании всё застилала тьма, обвиняющая бездушная латынь и кровавое свидетельство его дикой, звериной сущности, о которой до этого момента он даже не подозревал.

Божественная душа, образованность и культура, тёплые отношения с друзьями - теперь это не он. Это другая, фальшивая оболочка, скрывавшая до поры его омерзительное нутро, постыдный грех.

Самое ужасное - он не мог вспомнить момента, когда был изгнан, он не мог вспомнить ощущения самого грехопадения, нестерпимого порыва страсти и отчаянной борьбы жертвы. Это чудовищная, необъяснимая, невыносимая несправедливость, беда, которая без причины опустилась на него.

В темноте он споткнулся, миражи вокруг пришли в сложное движение, которое он выровнял с большим трудом. В полубеспамятном состоянии, на разуме отдельных клеток он добрёл домой и завалился спать.

Так закончился первый особенный день мистера Думриджа.

Утро давно ушло, прихватив день с собой. Вечер клонился к закату, когда парень с шумящей головой после бурной ночи, изрядно петляющего пути и беспробудного сна, наконец, поднялся с кровати.

Комната купалась в золотом свете, льющимся из окна. Ощущался цветочный запах с некоторым оттенком приторности. На идеально вычищенном ковре, ровненько, пяточками к дивану, как под линеечку, ждали его тапки. На стуле рядом с кроватью аккуратно сложенными висели спортивные штаны, майка и халат с символикой университета.

По всей комнате предметы располагались на строго отведенных местах. На письменном столе, кроме компьютера, стопочки книг, аккуратно сложенных бумаг и настольной лампы сверкала в закатных лучах откуда-то взявшаяся хрустальная вазочка.

Букетик с чёрными и красными тюльпанами - чей-то знак внимания, или просто так?

Он откинул одеяло. Кровать была пуста, а на идеально белой простыне не было никаких следов. Он хотел резко встать, но голова закружилась, он сел, изумлённо оглядывая идеальный порядок вокруг, будто впервые оказался в собственных апартаментах. Опасливо покосился на тапки, осторожно тыкнул их пару раз ногой, медленно поднялся и, босиком ступая по ковру, как по ненадёжному болотному мху, проверяя реальность каждого шага, направился к холодильнику. Открыл его, бросил взгляд внутрь, закрыл. Постоял немного, снова открыл, начал изучать его содержимое.

Спиртного не было. Фрукты, продукты, бутылки с водой стояли в идеальном порядке, которого этот холодильник никогда не знал. Парень потянулся к фруктам, но передумал, достал фанту и жадно выпил прохладную газировку из горла.

В дверь постучали. Он вздрогнул от неожиданности.

- Привет! Есть кто-нибудь? Мистер Думридж, Вы дома?

- Секундочку! - он бросился к стулу и накинул халат, потом спешно открыл дверь. На пороге стоял один из магистрантов.

- Вам из деканата просили передать это! - он протянул запечатанный большой конверт.

- Декан обеспокоен Вашим отсутствием на сегодняшней консультации для студентов физического факультета. Что ему передать?

- Передайте мистеру Доновану, что консультацию я провёл чуть раньше по просьбе студентов. С кафедрой всё было согласовано, так что причин для беспокойства нет. - он оставил автограф в уведомлении о прочтении.

- До свидания, мистер Думридж!

На конверте было написано: "м-ру Фрэнсису Думриджу. Доставить не позднее 2001.06.20, 5 PM Проректор колледжа по исследованиям (витиеватый росчерк)".

Подойдя к столу, он канцелярским ножом вскрыл конверт. "Уважаемый мистер Думридж, Настоящим напоминаем Вам о Вашем участии в качестве эксперта в комиссии по сдаче-приёмке проекта демонстрационного стенда квантовой связи. Заседание комиссии запланировано на 2001.06.22, в 10АМ, в аудитории 304 Инженерного корпуса университета. В программу входит бла, бла, бла...

Комплект материалов (журналы испытаний, протоколы калибровки и итоговые отчёты) направлен Вам курьерской службой, а также доступен в защищённом разделе проектного портала.

Если Ваша занятость изменилась или Вам требуются дополнительные материалы, просим сообщить об этом в проектный офис не позднее 2001.06.21 10 АМ. Благодарим за Вашу поддержку и экспертный вклад в проект. С уважением, др. (Размашистая подпись) Руководитель проекта «Квантовая связь".

Он положил бумаги на стол, рукой задумчиво потёр затылок, уставившись на цветы. Что-то отвлекло его то ли от нахлынувших мыслей, то ли от похмельной фрустрации. Он слегка прищурил взгляд, направленный внутрь сверкающей хрустальной вазы. Для формирования букета там использовалась стеклянная пентаграмма. В вершинах звезды стояли чёрные тюльпаны, а во внутреннем пентагоне - красные с чёрной бахромчатой каймой.

Он опёрся обеими руками на стол, пытаясь увидеть ещё какие-нибудь детали, но заметил лишь монетку с продетой в отверстие ниткой. Положил её на ладошку и покачал в луче солнца, изучая аверс. В центре над рыцарским щитом череп скрестил костлявые руки. Вдоль края шла надпись "Под щитом тьмы над миром и временем", он перевернул её на ладошке. На реверсе была изображена пентаграмма с тюльпанами и надпись по краю: "Memento mori".

Он сжал кулак так, что обозначились мышцы запястья. Нахмурился. Поджал губу. Застыл, глядя на собственный кулак, будто кроме него всё вокруг исчезло. Взгляд блуждал где-то глубоко в его мыслях некоторое время. Он печально вздохнул, ещё раз взглянул на монетку, окинул взглядом комнату, посмотрел на собственный карман, уже было сунул её туда, но передумал и нацепил себе на шею.

Видимо, вспомнив о бумагах, глянул на часы. Брови при этом метнулись вверх, он сел за стол, из ящика извлёк рабочие материалы и включился в работу.

До глубокой ночи он изучал материалы, вносил коррективы, думал, писал. Формулы не имеют чувств, у них нет мотивов. Они парят над физикой земного мира, не требуя ничего взамен. Исследователь прикасается к ним, не испытывая гнета морали, не опасаясь угрызений совести. Незамутнённый разум испытывает природу, расставляя формальные обозначения, и вводя границы для навигации в бесконечности этих процессов.

Бархатная ночная тьма отделила пятачок света на письменном столе и его лицо от страстей остального мира, а листы белой бумаги оттеснили тёмные мысли. Когда он выключил лампу, тьма поглотила этот мир.

Второй особенный день мистера Думриджа угас.

Проснувшись, он уселся на краю кровати, проверяя собственное состояние. Судя по удовлетворенному кивку, и немного критическому выражению лица, момент покаяния, что-то типа: "Виски с вермутом - никогда больше!", или: "Знать бы, когда сказать "Когда", занял не так много времени, как мог бы. Очевидно, он решил, теперь уже точно, стать на путь морально-нравственного исправления, поэтому напялил спортивный костюм и кроссовки, среди коробок с компакт-дисками выбрал ту, на которой сквозь стройный силуэт с нежными линиями солнце взорвалось ослепительными лучами. "Fatboy Slim — Halfway Between the Gutter and the Stars" - всё, что нужно для того, чтобы сделать мир вокруг апельсиново-свежим и ярким. Проигрыватель -на пояс, наушники, кнопка "Start", хлопок закрывающейся двери.

Его фигура на носочках легко, как порхающая бабочка в свежем утреннем бризе , полетела по прямой пешеходной улочке кампуса. Свернув перед зданием биофака в сторону оживленной улицы, он привычно улыбнулся и помахал уборщику в ярко оранжевой жилетке, но тот сегодня был в чёрной кепке и не ответил ему. На углу учебного корпуса светофор упорно светил ему навстречу красным, хотя обычно успевал переключиться. Фрэнку не нужно было перебегать дорогу, но видеть зелёный всё же приятнее.Повернув на перекрёстке, ему немного потребовалось времени, чтобы добежать до конца квартала, где под мигающий желтый среди прочих пересекало дорогу совершенство.

Навстречу солнцу она не бежала - плыла! Под майкой её идеальная грудь спокойно поднималась и опускалась в такт бегу. Спина и плечи - по струнке. Ногами будто не толкалась, а поглаживала землю. Кажется, что не лучи с востока падают ей на лицо, а наоборот, она освещает всё вокруг.

Он рванул за ней, впрочем, большинство парней поступили бы так же. Кто же устоит перед чистой грацией божественной фигуры?В конце квартала, как на зло, внимание отвлекла рыжеволосая девица. Он нахмурился, сжался, видимо, колыхнулись неприятные воспоминания. Видимо,"воскрешение" после треклятой вечеринки прошло не до конца. Он увеличил темп, обгоняя неземное создание женского пола.

Она, поравнявшись с ним, приняла его темп, улыбнулась, рукой показала:"Сними наушники". Он хмуро руками замахал, что не готов общаться.Она немного отстала, как дирижёр, сделала лёгкий жест пальцами.

Темп бега Фрэнка тут же сбился. Взгляд резко дёрнулся на пояс. Он остановился, снял проигрыватель, разглядывая его с крайним удивлением.Компакт диск не вращался, но на красном индикаторе трека значилось "Libertango". Он опустил наушники на шею, из которых лилась негромкая нежная мелодия.

- Привет, я Вас знаю! Вы часто тут бегаете. У вас хорошая техника! - сказала она.

- Мне очень далеко до Вашей! - видно было, как он расправил грудь.

- Позволите немного пройтись с Вами?

Он неуверенно замотал головой, но произнес: "Конечно!", утвердительно кивнул, ещё пару раз отрицательно качнул и очень смутился.

- Вы же в колледже преподаёте? - она выбрала неспешный темп пешей прогулки.

- Да! - выдохнул он, улыбнулся, вернув уверенность.

- Вы, случайно, не физик? Вы бежите так, будто практикум по кинематике демонстрируете! Кстати, меня зовут Фиби.

- Вы проницательны! Я -Фрэнк.

- Насколько мне известно, в ближайшее время на базе школы прикладных наук будет проводиться эксперимент с квантовой связью. Как Вы считаете, может ли что-то фатальное случиться с квантовой запутанностью частиц?

- О, Вы неплохо осведомлены! Эксперимент буду демонстрировать именно я.- он немного натянуто улыбнулся. - Мы уже отработали его до автоматизма. Даже если что-то пойдет не так, не знаю, правда, как это возможно, то просто спин фотонов утратит корреляцию, сеанс связи не случится.

- А если вдруг энергия фотонов резко возрастёт?

Он рассмеялся.

- Весь наш мир подчинён закону сохранения, даже маленькой толике энергии неоткуда взяться, а уж для превращения фотона в частицу, обладающую массой покоя, нужна огромная установка. Ничего общего она с нашей не имеет. Мощность нашего задающего генератора слишком мала.

- И всё же?

- Даже если гипотетически, очень условно, предположить невероятный миф о превращении фотонов в другую частицу в нашей установке, то просто элементарных частиц станет на две больше. Никакой трагедии в мире частиц от этого не случится, можете не опасаться!

Она вдруг взяла его за плечи.

- Не проводите эксперимент! - её серьёзный взгляд нашёл его глаза. - Уезжайте, из города, пусть эксперимент не состоится! Пусть его перенесут, у многих дурное предчувствие.На его лице царила ирония. Видно было, как он старается быть серьезным.

- Это невозможно! От DARPA авторитетный PM сотрёт всю группу в порошок, а Technical Manager просто похоронит идею. Мы больше не сможем получить финансирование!

Неожиданно из наушников понеслись резкие, взрывные звуки Escala Palladio .

- То есть всё упирается в деньги? Но ведь они настолько абстрактны...

Он хотел, но не успел ответить. Откуда только появилась эта Лилит Воландович со своей рыжей копной на голове?

-О, милый, не прошло и пары дней после нашей феерической ночи, а ты уже на девушек засматриваешься?

- Какое искреннее негодование! Тренируем актёрское мастерство? - Фиби смотрела на внезапную Лилит, как мать на провинившуюся дочь.

- Это мой парень! Мы в отношениях, так что держись подальше! - брови Фрэнка взлетели от крайнего изумления.

- Девушки, вы знакомы?

- Я эту Сатану, можно сказать, с рождения знаю! - Фиби поморщилась.

- Мерси за комплимент, но Фрэнк - мой, ты опоздала, так что двигай по своим делам!

- Ты же знаешь, я никогда не опаздываю! Опять от тебя надо ждать "сюрпризов"? Раскаяние спасёт тебя и вернёт в семью! - Фрэнк слегка поёжился, от ледяного тона и непроизвольно взглянул на Фиби.

- Ты любишь рассуждать о свободе выбора? Так вот, либо я, либо опять я, для тебя места не будет, хоть ты и старше! - Лилит перешла в наступление.

- Милые девушки, семейная драма, конечно, должна быть решена, но не здесь! Позвольте, я пойду, чтобы вам не мешать?

- Стоять! - рявкнули обе в один голос.

- Тогда, дорогие сёстры, мне кажется, будет хорошо отужинать вместе. Тем более, сегодня будет повод. Кстати, - он обратился к Фиби - У меня есть друг, который недавно расстался со своей девушкой и находится в активном поиске. Может быть наша с ним мужская дружба поможет преодолеть ваши разногласия?

- Этот мир слишком мал, чтобы вместить двоих! - Лилит разошлась не на шутку! На красивом личике пролегли складочки, превратившие улыбку в злобный оскал. Если бы её взгляд мог порождать пламя, то город уже задыхался бы от пожара и чёрного дыма. Фрэнк вздрогнул, заметив, как в лучах солнца полыхают ярко рыжим её волосы.

- Ваша доброта, Фрэнк, прекрасна и мысли чисты, но наши противоречия глубинны. Под личиной рыжеволосой красавицы...

Он уже не слушал её. Откуда в пешеходной зоне мог взяться минивэн, несущийся на адской скорости? Фиби от мощного толчка Фрэнка отлетела в сторону. Он сам успел подхватить Лилит и отскочить.

Грузовик влетел в дерево. Весь передок от удара обнял ствол. Из расширительного бачка вырвался кипяток со столбом перегретого пара. Дождь осколков, обломки бампера, фрагменты кузова от удара разлетелись куда-то в сторону Фиби. Вой стаи полицейских машин, отсветы красно-синих маячков на смятом фургоне с надписью: "Сделай выбор!" между нарисованными кусками свинины и говядины халяль - всё произошло так стремительно!

Несколько вооружённых полицейских кинулись в кабину извлекать то, что превратилось в бесполезный набор органов и тканей. Примчались пожарные, начали заливать пеной дымящуюся груду металла, из подъехавшей скорой выскочили медики.

Он продолжал прижимать Лилит и, отчаявшись, искал взглядом Фиби в этом адском суетливом спектакле.Кто-то из пожарных начал разматывать полицейскую ленту, ограждая место происшествия.

- Вам нужна помощь? - Фрэнк медленно, в состоянии ступора покачал головой.- Пожалуйста, покиньте опасную зону, возможен взрыв топливного бака!

Он начал пятиться, не отпуская Лилит, и вглядывался в суету медиков, но понять, где же Фиби, не мог.

- Ах, как это ужасно! - Лилит не скрывала иронии. - Мы все увидимся в самом ближайшем будущем, но выбор сделан! Фрэнки, спасти меня было очень мило, Я так благодарна!

Ошарашенный Фрэнк только глаза вытаращил.

- Нам надо поговорить! - всё, что он выдавил из себя.

- О чём? О нашем романе? Кто же может сдержаться рядом с ослепительно рыжей красоткой, такой как я? Ты был так нежен и так страстен, не кори себя! Грубый напор делает из мальчика мужчину, так все считают...

Медики суетились в кустах, видимо там было несколько пострадавших. Полиция отгоняла столпившихся зевак.

- Во-первых, "Все" - значит никто, а, во-вторых, ничего не было, я знаю! - мрачный Фрэнк медленно двинулся обратно.

- А что будет знать государственный обвинитель штата Коннектикут? Помнишь нашу маленькую тайну: "не должен знать ни живой ни мёртвый!"? Так что о наших шалостях не узнает никто! Не хочет ли магистр тайных наук провести ещё один "спецкурс" для поднятия духа? - сладкими глазами посмотрела на него, прижала пятерню к его спине, изображая страсть. - Ты такой сильный! Так зашвырнул эту выскочку!

Фрэнк поморщился, бросил косой злой взгляд на рыжую то ли сумасшедшую, то ли дрянь.

- Сегодня ответственный день, и начался он плохо! Никаких романтических связей у нас не было, и впереди не ждёт! Так что я не могу провести тебя в кампус, милая Лилит! - последнее он произнёс с явным сарказмом, но той понравилось, судя по ехидной улыбочке.

- Милая Лилит хочет, чтобы ей не отказывали в просьбах. На счёт романтики "прям сейчас" действительно перебор, но у меня сегодня ещё будут маленькие просьбочки. Я очень надеюсь на тебя, милый Фрэнки! - как же приторно это было произнесено!

Она "сделала ему ручкой", развернулась для перехода по светофору, а Фрэнк набрал темп в противоположную от неё сторону. Теперь он просто шагал, не глядя по сторонам. Мимо шли люди, но он, видимо, был в царстве теней. Кого-то зацепил плечом - не извинился, даже внимания не обратил.

Вернувшись в общежитие колледжа, он взялся пересматривать бумаги. Вывалил всю документацию из ящика письменного стола, поставил таймер на один час. Видно было, с каким вниманием он изучал расчеты баланса энергий, затем просматривал схемы и чертежи. Разложил распечатанные слайды презентации, переворошил стопку листов с текстом.

Неудовлетворённый, достал папку с защёлками, сгрёб в неё все материалы. Заварил кофе, плюхнулся на стул и замер с дымящейся чашкой. Его хмурое лицо сначала просветлело от каких-то мыслей, брови мечтательно поднялись, полуулыбка захватила, кажется, всё его существо. Но внезапно сладкая грёза испарилась. Он, наконец, глотнул напитка. Видимо, чёрная дымящаяся жидкость оказалась весьма крепкой, он аж скривился. Поставил на стол, не отпуская руки, потом начал поглощать напиток короткими глотками в несколько подходов. Рассеянный взгляд так и не сменил точку за это время.

Сборы были быстрыми но без суеты. Уже через пять минут с папкой подмышкой он торопился к зданию инженерной школы.

В лаборатории было пусто. Он бросил папку на стол. Подошёл к установке и, на правах "властелина щитка и паяла", оглядел приборы. Ничего особенного: составные части размещены, кабели подключены, КИП - на положенных местах. Ладошкой он даже хозяйски похлопал по лабораторному столу. В зеркале на боковой стенке одного из стеллажей отразился красный кожух кристалла, криогенная установка в голубом корпусе и рядом он - красавчик - в черных брюках, белой рубахе с красным галстуком.

Он лишь на мгновение удовлетворённо улыбнулся, подошёл к массивному ЛАТРу, начал проверять порядок и качество закрепления кабелей питания, на схемы даже не глянул. Затем проверил положение регулировочной ручки. Отвёл её немного от крайнего положения, тем самым понизив управляющее напряжение. Глянул на "бабочку" - DBF-ку. Корпус этого лазера ещё не получил ни одной царапины. Подключение кабеля к управляющему RS входу было ощупано, винтики фиксации подтянуты. Фрэнк проводил проверку скрупулёзно, как никогда до этого.

Контрольный прогон он завершил, когда Project Manager уже во всю проводил брифинг. Он воспользовался пропуском, и скользнул в конференц зал. Как раз вовремя, для того, чтобы тихонько заранее подтвердить свой допуск у секретчика, и быть готовым к проведению обзора установки.

Он тихонько задал одному из коллег вопрос, тот кивнул в направлении женщины в первом ряду. Этот силуэт показался ему знакомым. Стараясь не привлекать внимания он подсел рядом.

- Изви... - его шёпот оборвался - Фиби, вау, я невероятно рад увидеть Вас снова! Это чудо? - он хотел коснуться еле заметной царапины на её лбу, но она отстранилась.

- У Вас было достаточно силы, чтобы отшвырнуть меня на безопасное расстояние, но, к сожалению, у Вас не хватило ума последовать моим советам! - так же шёпотом ответила она.

- Я чувствую себя увереннее, когда за безопасность отвечает такой Compliance Officer, как Вы!

- Вы, помимо надежды, должны не оплошать, смотрите в оба!- Project Manager, не прерывая доклада, глянул на них с крайним неодобрением. Фрэнк протянул ей пропуск, демонстрируя, что досадное отвлечение происходит исключительно по делу.

- Я внял Вашему совету. Пересмотрел все расчеты. Не ожидал, что так хорошо запомнил их. Только что все винтики в установке подтянул, кабели переподключил и выполнил контрольный прогон.

Она напряглась, вслушиваясь в его тихий шёпот, на фоне громкого вещания руководителя. Его слова звучали в тишине, поэтому сам Фрэнк чуть не подскочил на кресле от внезапного падения из кармана собственной пишущей ручки. Это тут же сделало его центром внимания. Он поднял её с пола, и с виноватым видом задержал перед собой, чтобы всем было видно. Фиби осуждающе глянула на него.

- Обычно люди считают, что всё под контролем, но тут же фатальный выбор совершают сами. Эдвард Лоренц, глядя сейчас на Вашу убеждённость, сказал бы: "Ничто так не меняет Вселенную, как пылинка на крыле бабочки! Кто же, когда и зачем заставил её крылом махнуть?". Главный мельком глянул на них. Фрэнк немного заёрзал в кресле.

- Вы сильно идеализируете. При работе с аппаратурой я поклонник "Программы и методики испытаний!". Строго по порядку все действия, попытка отклониться - претензия на отчисление из команды! - Фрэнк немного неловко улыбнулся. - Гожусь ли я в друзья очаровательному специалисту по безопасности?

Фиби лишь неопределённо пожала плечами.

Пока они урывками перешёптывались, главный перешёл к вопросам. Фрэнк, наконец переключил своё внимание на работу.

- Квантовая связь, безусловно, перспективное направление, которым сейчас заняты многие научные коллективы. Имеют ли результаты, полученные вами, двойное применение? - технический эксперт DARPA, видимо, захотел выжать из коллектива побольше "вкусняшек" за те же деньги.

- Квантовая связь - основное направление данного проекта, но мы можем рассмотреть вопросы практического применения эффекта туннелирования частиц и другие аспекты квантовой теории для лазерной техники. - ответил проректор по исследованиям.

В переводе на человеческий язык это звучало бы: "Позолоти ручку, любезный, а я тебе счастья нагадаю. Сколько насыплешь, столько и будет!".

Руку поднял представитель одной из оборонных лабораторий. В ответе на его вопрос проректор по исследованиям пустился в рассуждения из которых можно было понять, что дело новое, коллектив толковый, готов двигать проект к промышленной реализации, были бы деньги и желание заказчика. Фрэнк заскучал. Всегда одно и то же: одни хотят результатов побольше, а денег платить поменьше, другие наоборот, что само по себе довольно однообразно и скучно.

- Фиби, скажите, есть ли шанс продолжить наш чудесный разговор вечером, хотя бы за неспешной прогулкой или за столиком в кафе? - она, почему-то, сверхвнимательно слушала однообразный, знакомый до тошноты канцелярский диалог.

- Atticus Bookstore Cafe, в пять вечера за крайним столиком справа. - она даже не глянула на него. Через паузу добавила - Если, конечно, ничего особенного не произойдёт.

Брифинг тянулся, казалось бесконечно, будто все специально оттягивали неизбежное. Однако, черед проверки документов настал, приближая демонстрационную часть.

По распоряжению главного, в зал вломилась шумная группа школьников- участников летних внеучебных проектов. Обычно в таких случаях для них проводят профориентационное мероприятие, пока комиссия проверяет ход эксперимента, а потом -фотосессия.

- Фрэнки! Привет! От неожиданности он изменился в лице.

- Что ты тут делаешь, Лилит?

- Прохожу обучение, а скоро буду участником совместного пресс-релиза! Я хочу быть звездой, Фрэн, ты должен мне помочь!

Она отправилась к Фиби для регистрации своих документов, что дало мощный стимул Фрэнку исчезнуть до их столкновения.

Обзор экспериментальной установки Фрэнк, наверное, способен был бы провести даже в беспамятном состоянии. Его рука с лазерной указкой прекрасно координировалась с речью без участия мыслительного процесса. Слова лились потоком в уши тех, кто и так до зубной боли это изучил, но формальность- есть формальность, при подготовке технического акта обе стороны будут торговаться друг с другом, формулируя замечания, как раз, ссылаясь на представленные материалы и этот обзор.

Фрэнки наблюдал, как придирчиво технический эксперт DARPA изучал особенности конструкции. Как экономист разглядывал шильдики на приборах. Но серийные номера на шильдиках длинные, в памяти все не удержишь, поэтому стремление уличить разработчиков в подмене составных частей боролось против неуверенности в собственной памяти и отражалась на его лице.Университетская команда слушала речь, синхронно отмечая гримасами крошечные шероховатости.

Перейдя непосредственно к демонстрации, он ощущал себя цифровым блоком управления, роботом, по команде которого фотоны рождаются в лазере, прорываются сквозь аттенюатор, пролетают нелинейный кристалл, обретая квантовую запутанность, как по второму каналу передаются ключи для расшифровки сообщения...

- Блестяще! - похвалил главный, когда поток звуков, вытекающих из Фрэнка, иссяк. - Спасибо! Теперь Ваш черёд отвечать на вопросы технического характера.

Он будто сглазил. Почему-то у людей, дотошно изучивших все технические аспекты, возник целый рой вопросов. Фрэнк быстро взмок. Рубашка неприятно прилипла к спине. Сосредоточить своё внимание на чём-то одном не получалось: то про конструкцию расскажи, то квантовые эффекты сопоставь с ожидаемыми, то про безопасность... Ранее проработанные "технико-политкорректные" ответы превратили его мозги в звенящий шарабан.

Когда в лабораторию вошёл фотограф и отвлек всеобщее внимание на себя, позволив докладчику перевести дух, Фрэнк увидел в нём Святую Веронику. Пока членов комиссии перемещали по лаборатории, как шахматные фигурки по доске, Фрэнк расслабился. Шторм налетел внезапно.

- Френ, я хочу на фото быть рядом с главным прибором!

Фрэнк должен был присутствовать на общем фото, Но Лилит тянула его к лазеру.

- Пожалуйста, терпение! - фотограф скалился фальшивой улыбкой. - Хорошо, давайте вместе со школьниками!

Ситуация в лаборатории - храме точных наук - стала напоминать хаос молодёжной тусовки.

- Отойдите от установки! Ничего не трогать! - фотограф вцепился в одну руку Фрэнка, когда другая отчаянно жестикулировала в безнадёжной попытке отогнать полчище суетливых "муравьёв" со спецкурса.

Ручки на приборах крутились, и с этим уже ничего нельзя было сделать. Фрэнку было уже не до того, что именно снимает фотограф, лишь бы квантовую установку не разобрали на сувениры!

Его мечущийся взгляд вдруг на чьей-то жёлтой майке увидел знакомую монетку с черепушкой. Может, всё таки не она? Но разглядывать некогда! А вот ещё одна, теперь на белой широкой груди, кажется ещё мелькнула...

Фотограф растянул молодняк в разные стороны. Одного крепкого парня с монеткой на груди поставил возле ЛАТРа.

- Вы ответственный? Можно ему в руки два провода? - Фрэнк не успел ничего ответить, парень сам вытянул от трансформатора два крайних неподключённых провода. Фрэнк вдруг вспомнил, что при проверке на схему не глянул. И как они не закоротили?

Возле аттенюаторов оказалась другая девчонка. Фотограф её отобрал из-за монетки, которая сочеталась с её серёжками. Когда фотограф к лазеру попытался пристроить ещё кого-то, рядом вынырнула Лилит.

- Фрэнки, ты обещал мне маленький каприз! - Фрэнк поморщился, хотел потереть собственную пекущую грудь, но вынужден был этой рукой побеспокоить суетливого фотографа за плечо.

- Сфотографируйте эту бестию, иначе она покоя не даст!Фотограф от рыжих волос аж отпрянул.

- Окей! Какая фактура!

Наконец постановка была готова. Все замерли в ожидании. Палец уже нашёл нужную кнопку на фотоаппарате, объектив нацелился...

Внезапно девица на аттенюаторах выкрутила ручку на максимум, Лилит сделала тоже самое на лазере, с очаровательной улыбкой протянула ладошку парню с проводами. Тот соединил оголённые концы. Вспышка короткого замыкания. Над ладошкой Лилит повис плазменный шар. Кто-то щёлкнул рубильник. Фрэнк согнулся от боли в груди. Ещё одна вспышка и щелчок. Всё прекратилось. Плазменный шар исчез, в корпусе кристалла зияла дыра.

- Что произошло? - Фрэнк пришёл в себя

- Ничего особенного! - Лилит с видом удовлетворённого ребёнка скрестила ручки перед собой - Запутанные фотончики получили энергии больше, чем обычно. В сильном магнитном поле плазменного шара один из них обрёл массу покоя, а второй оказался очень далеко. Частичка с массой очень голодна, поскольку её заряд остался нескомпенсированным. Теперь она будет пожирать всё вокруг, но не здесь. Она где-то там! - она сделала жест ручкой вверх.- Френки, я так благодарна тебе! - она подскочила и чмокнула его в щёку.

Посмотреть на невероятное собралась вся комиссия. Обескураженный Фрэнк лепетал какие-то несвязные ответы, высасывая "липу" из уравнения Шрёдингера, на ходу пытаясь фантазировать на счёт волновой функции, полей шаровой молнии и тему квантовой запутанности.

- Фотон в мощном лазерном фокусе при наличии плазменного сгустка породил п-п-пару электрон/позитрон. Энергия фотона плюс энергия взаимодействия с полем плазменного сгустка дала массу и-и кинетическую энергию пары. В результате в-возникла декогеренция, и система обрела смешанное состояние. Возникший позитрон почти сразу аннигилировал с электроном плазмы, а-а-а возникшие продукты аннигиляции (гаммакванты) ушли в уже горячий и-и-и плотный фон плазмы и за-а-терялись в шуме... - чем больше он врал, тем серьёзнее, убедительнее кивали остальные члены университетской команды, бросая многозначительные "честные" взгляды на представителей принимающей стороны.

- Мы рассматривали такой вариант развития событий как маловероятный, впрочем...

- Впрочем, как уже говорилось ранее, проведённый эксперимент имел двойное назначение. - вынырнул исчезнувший, было, проректор по исследованиям. - Наблюдаемый эффект имеет другое возможное практическое применение, не связанное с шифрованием и квантовой связью.

Как только у Фрэнка появился шанс исчезнуть из фокуса внимания, он растворился за спинами университетской команды.

- Скажите, если один фотон способен причинить такой ущерб, можно ли создать супероружие, способное поражать электронные компоненты РЭС вероятного противника лавиной порождённых частиц?

- Это комплексный вопрос, требующий масштабных исследований! Предлагаю не включать его в замечания, а указать в акте, в части рекомендаций. Это позволит расширить наше успешное сотрудничество. Предлагаю продолжить нашу работу над техническим актом! - жестом он попросил всех на выход.

Когда Фрэнк пытался скользнуть мимо, тот схватил его за плечо.

- Вы невероятно удачливы! Я не знаю, как Вам удалось, но главный от DARPA уже выразил желание значительно увеличить финансирование! Вероятно, нас ждет укрупнение с вытекающими приятными последствиями!

Излучающий оптимизм руководитель поспешил вон из лаборатории, чтобы заняться главной составляющей своего научного труда - оформлением финансовых документов и вытягиванием денег из заказчика. Фрэнк выглядел как побитый пёс. Коллеги пытались его ободрить, но его ответная улыбка выглядела натянуто. На вопросы и дружеские реплики он отвечал сдержанно, был бледен и ладошкой прикрывал грудь. На финальный брифинг он пропускал всех в конференц-зал перед собой, сделал вид, что заходит, но в последний момент тихо, по-студенчески слинял.

Никто из коллектива, возбуждённого открывшимися широкими финансовыми перспективами, не заметил "потери бойца".

Он пришёл в кафе за полчаса до назначенного срока. Малахитовые души клёнов, гинкго и лип сдержано позволяли золотым лучам шалить во внутреннем дворике. Сюда долетало лёгкое дыхание пролива, чтобы дирижировать ими, и на весь белый свет разносить нежность тысяч крошечных липовых ладошек-фонариков, собранных в зонтики с бледно-зелёной юбочкой.

Шёпот близлежащих улиц был приглушённым, текучим, будто размяк и обленился от послеполуденной истомы. Городские суетливые и шумные воробьи залетали сюда, чтобы насладиться гудящим пчёлами покоем.

Посетителей не было, лишь одна парочка за столиком была увлечена беседой. Он только что, проскочив пару кварталов, взглянул на свои чуть скрипнувшие кожаные туфли.

Пока Фиби нет, на всякий случай, осмотрел свои брюки чинос на предмет досадных пятен на маркой бежевой ткани.

Назначенный столик был свободен. Он сел так, чтобы вечерние лучи из-за его спины падали бы на неё. Против света ей трудно будет следить за его эмоциями, а вот ему...

Он даже не стал читать предложенное меню, заказал стакан чая с лимонадом и льдом, откинулся на спинку стула и уставился в сторону, где невысокая стриженная изгородь отгородила глубокую тень патио от ослепительного зноя парковки и раскаленной стены здания напротив. Мрачный взгляд Фрэнка задержался на невесомых подрагивающих листочках. Они вспыхивали изумрудом, когда легкомысленный золотой зайчик заскакивал на них. Чем дольше он смотрел на плывущие контуры всего, что оказалось под палящим солнцем, тем более серым казалось его мраморное лицо. Белый воротник безрукавки с фиолетовыми полосками лишь усиливал это ощущение.

Он немного встрепенулся, когда принесли высокий стакан со льдом, кусочком лайма и листиками мяты. Глядя на то, как заплутал свет в прозрачных замёрзших кубиках, он печально прищурился. Начал пальцами за донышко медленно вращать стакан на столе. Сквозь изогнутое стекло, тёмную жидкость с пузырьками и тающий лёд, реальность казалась безнадёжно изломленной, теряющей стабильность собственной формы от прихотей его пальцев. "Lapsus" — мерещилось в шелесте налетавших дуновений, намекая на его ошибки, "Oblivion" - прожужжала на ухо случайная пчела о перспективах забвения, "Do-о-о-о-om" - на пороге слышимости гудели кроны.

Лёгкое платье и изящная соломенная шляпка с мягкими полями впорхнули в патио ровно в назначенный срок. Скольжение балеток над каменной плиткой, светлый беж среди теней, её точёная фигурка в его глазах сделали глубокие тени светлее. Он даже застыл на мгновение, пока этот мираж спускался к его столику. От нежного взгляда голубых глаз, отразивших его глубинную печаль, он не смог оторваться. Её полуулыбка, кажется, порхнула через столик, чтобы тронуть уголки его губ, снять гранитную маску и выпустить на свободу его боль.

- Выглядеть божественно - Ваш непостижимый талант!

Она не ответила. Её мягкий изучающий взгляд какое-то мгновение задержался на его лице, затем скользнул на грудь. Он не мешал ей, просто с удовольствием наблюдал.Девушка- официант оставила меню рядом с Фиби.

- Как вы чувствуете себя после инцидента с Лилит?

Он немного поморщился.

- Зачем она, если есть Вы?

-Она теперь всегда с Вами. -Он не понял её.

- То есть она каким-то образом узнала о нашей встрече, и сейчас заявится сюда?

- Не может, потому что это наша с Вами встреча. Я волнуюсь за Вас.

- Все, почему-то, радуются её выходке. Проректор, вон, как на крыльях летает, а меня не покидает ощущение беды. Давит на грудь, аж дышать тяжело... - она слушала каждое слово, как музыкант, проверяющий нотки.

- Позвольте, я взгляну?

Она потянулась к его воротнику, лёгким жестом дала понять, что касаний рук не хотелось бы. Тогда он закончил свой жест, взявшись за стакан. Она нежно расстегнула рубашку. Взглянув на гордое лицо Фрэнка - тореадора, иронично улыбнулась.

Под висящей монеткой была видна рана.

- Закиньте талисман на спину, но ни в коем случае не снимайте! - она чуть отвела свою руку, давая ему возможность это сделать, затем ласково поводила пальчиками над раной. По лицу Фрэнка было видно, как он удивлен. В благодарном порыве он опять хотел коснуться её руки, но мягкое движение Фиби оказалось проворнее.

- Время для касания ещё не пришло. - печально улыбнулась она. - Вы теперь квантово запутаны, если можно так выразиться, с частичкой, которая невесть где начала пожирать Вселенную...

- Что это значит?

- Это значит печаль и боль. Лилит для этого выбрала Вас.

-Её выбор не совпадает с моим! В нашей семье выбор делают мужчины, и никак иначе, поэтому мне безразлично, что думает она.- Фиби покачала головой.

- Её выбор не помешает нашим встречам. Звучит странно, но, Фрэнк, Вы скоро поймёте, о чём это я.

Снова подошла девушка-официант. Фиби быстренько раскрыла меню и собралась указать пальчиком, но он потянулся, она убрала руку.

- Позвольте угостить ту, которая улыбкой излечивает раны! - он взглянул на официантку. - Пожалуйста, фирменный шоколадный фондан с ванильным мороженым. А ещё сделайте два холодных кофе по-нью-йоркски!

Он с лёгкой улыбкой кивнул, давая понять, что заказ сделан.

- Вы себе ничего не заказали.

- Я воспользуюсь шансом, и буду любоваться вами!

К успокаивающему гулу пчёл добавился неприятный тон, похожий на звук винтомоторного самолёта. Огромный майский хрущ врезался в стакан Фрэнка со звонким щелчком, и рухнул на светлый стол. Побарахтался на спине, дёрнул рыжими надкрылками, встал на лапки, неуклюже развернулся вокруг своей оси. Это развеселило её. Жук развернул огненно рыжие антенны-щетинки, выпятил губу и двинулся в наступление, видимо, намереваясь сожрать Фиби.

- О! К нам гости, но это моя встреча! - она рассмеялась, легко, почти неощутимо подула на него.Будто шторм обрушился на рыжего жучару, обрывал щетинки, сметал с места. Выпустив полупрозрачные крылья, их тёмное величество отчаянно пыталось удержаться на светлом столе, но потеряло координацию, сорвавшись с края, еле удержалось в воздухе, петляя и переворачиваясь в несуществующих воздушных ямах, грузно полетело прочь.

- Фрэнк, какие планы у Вас на ближайшее будущее?

- Скорее всего, придется заниматься супероружием. Раз запахло крупными деньгами, Кацнельсон развернет бурную деятельность. При его манере управления если случится укрупнение, огромная часть работы окажется на мне. - Фиби отвела взгляд на соседний пустой столик.

- Супероружие... Люди с такой охотой и энтузиазмом хватаются за разрушение того, что не они создали... Деньги, деньги, деньги... Это вундерваффе - детская шутка в сравнении с возникшей частичкой - аномалией Вселенной!

- Фиби, мне кажется, Вы преувеличиваете! Поток мощности через крошечный элемент площади, даже при его большой плотности, не сопоставим с потоками во Вселенной...

- Размер не имеет значения, правила меняются для всех сразу. Крошечного отверстия достаточно, чтобы разрушить огромный надутый воздушный шар. Гибельно не само отверстие, а нарушение баланса сил натяжения и воздушного давления...

- Я уверен, как только люди осознают масштаб проблемы...

- Опять возникнут деньги, делёжка, освоение средств.... Игра в бисер для людей важнее жизни! Где взять столько искренних учёных-фанатиков своего дела, тех, кого большинство считает если не чокнутыми, то чудиками?

Девушка принесла две чашечки тёмного напитка и белое блюдо с тёмной башенкой со слегка разбежавшейся вокруг рыжей присыпкой, а рядом — белый гладкий купол с полупрозрачными оранжевыми полосками, небрежно налитыми сверху. Большая чёрная ежевичка и листочек мяты довершали шедевр.Фиби отломила ложечкой чуточку горячей тягучей субстанции, потом подхватила мороженое, собиралась что-то сказать, но маленькие кусочки растеклись по рецепторам. Задумчивая улыбка превратилась в изумление.

Второй кусочек таким маленьким уже не был. Она увлеклась этим шедевром, забыв, кажется, о существовании Фрэнка.

Он, глядя, как меняются чувства на её лице, кажется, сам начал ощущать оттенки тянучих кусочков горячего бисквита и шоколада, столкнувшихся с нежным сливочным холодом и сладко-горькой капелюшкой кофе, а зайчики на её лице усилили вкус мимолётного счастья.

- Ах, как же быстро закончилось! - белоснежная салфетка, чуть коснулась нечаянных крошек на щеке и губах, от которых Фрэнк не мог оторваться.- У Вас растаял почти весь лёд!

Теперь она смотрела как он потягивает из соломинки.

- Если бы не эта, как Вы говорите, аномалия, я был бы счастлив!

- Всегда есть или опасное излучение, или взрыв сверхновой, или ещё что-нибудь, потрясающее Вселенную ужасом. Тем ценнее такие моменты, как этот.

- Фиби, разрешите Вас проводить?

- Я вижу, что у меня появился верный рыцарь! - она улыбнулась. - Было бы здорово, но только не сегодня. Рыжий "майский жук" уже поджидает меня для содержательной беседы. Мне бы хотелось оставить это в тайне. Но я обещаю, наши встречи станут постоянными!Она упорхнула из кафе стремительно как невесомый светлый мотылёк.

Третий особенный день мистера Думриджа клонился к закату. Наконец-то Фрэнк мог прийти в себя в своём уютном домашнем уголке, смакуя детали прошедшей встречи.

А тем временем, на обратной стороне Земли, за мгновение до часа Сатаны, над профессорским домом по переулку Крепостному бархатную тишину тронул лёгкий шелест, тонкий, почти неслышимый высокий свист, шум, будто кто-то быстро встряхнул невесомую шёлковую ткань. Только очень чуткий глаз в свете уличных фонарей мог бы уловить маленький крылатый силуэт, со стороны залива опустившийся на крышу многоэтажки, потеснивший сонные пернатые тушки на карнизе.

Алексею Васильевичу - уважаемому доктору технических наук - он принёс грёзу о капитанском мостике. Как стоит он кормчим перед двумя угловатыми трубами корабля с распахнутой грудью, а два зорких глаза, напечатанных на гордо задранных гранях корабельного носа, прозревают время и пространство далеко за горизонт. Вертикальный, как скала, форштевень режет волну, только брызги летят вдоль косых рядов шрифта по плоским бортам! Над ровными строчками букв, бегущих по трубам котлов, не валит дым, под днищем не бурлят винты. Как невесомый мираж скользит корабль. Огромный спинакер-парус упруго выгнулся вперёд. Дрожат его края.

Кучерявые седины кормчего ощущают налетающий солёный туман морских брызг.Шумный вздох вырывается из взволнованной сине-зелёной бездны. Сверкающий мокрой кожей, колосс мощно выскальзывает рядом с бортом, плавно идёт параллельным курсом, а потом поднимается над гребнями, величественно всплывает высоко в синеву к облакам. Сверкая полосатым брюхом, плавно двигая хвостом, он стремится к яркой точке над горизонтом.Тревожно вспыхивает её ореол. Неотвратимо тянет она к себе. И Васильичу туда, в опасную неизвестность. Надо только решить, стоит ли рисковать мечтой ради этой тревожной неправильной звезды, сверкающей странным ореолом...

Молодому кандидату технических наук Алексею Игоревичу грёза принесла сложнейшую технологическую станцию для монтажа многослойных печатных плат. Неведомой силой он вдруг получил власть над ней. Крошечные элементы, подчиняясь движениям его пальцев, легко размещались на посадочных площадках с невероятной точностью. Сверкающий припой растекался по печатному рисунку, образуя идеальную галатель на выводных элементах. Компоненты поверхностного монтажа выстроились в строгие ряды без смещений, перекосов и уродливых наплывов припоя.Невероятный душевный подъём от обретённого мастерства требовал ещё и ещё элементов, но вдруг столкнулся с бедой. Как назло, форма выводов очередного компонента не совпала с монтажными отверстиями, посадочная площадка совершенно не соответствовала уродливому, нестандартному корпусу. Компонент категорически отказывался принять требуемое положение на плате, будто злая воля намеренно сделала всё наперекор технологии монтажа.Его пальцы искали замену, но тщетно! Молодой специалист оказался перед выбором: либо избавиться от изводящей душу детали, наблюдая, как тает в воздухе волшебная установка, забирая мимолетное ощущение своего совершенства, либо взвалить на себя хлопоты по созданию непонятного, неописанного, непознанного компонента, не имея никаких гарантий успеха...

Аспиранту Петру грёза подарила сверкающую вселенную. Рядом с чёрной дырой, удерживающей немыслимую спиралевидную россыпь звезд галактики, образовалась сверкающая точка, потянувшая этого хищника в смертельный захват. Она исковеркала воронку пространства-времени, заставив дрожать сверхплотного ненасытного хищника от ужаса приближения к горизонту событий. Только физикам ведомы уравнения, способные отыскать чудо спасения. Нужно решиться, нужно взяться за то - незнамо что, делать так - незнамо как, пользоваться тем - незнамо чем, чтобы в муках творчества обрести спасение для всех, либо не делать ничего, ожидая неизбежного конца вместе с галактикой...

Человеческие сны так легки, так мимолётны! Поутру проснувшись, мало кто способен вспомнить хотя бы один самый яркий фрагмент грёз, а уж к началу "расширенного" заседания кафедры, назначенного "на два пополудни двадцать третьего числа", никто из сновидцев не вспомнил о призрачном выборе из сна.

Учебный корпус, открытый всем ветрам с залива, купался в ярких солнечных лучах. На его третьем этаже внимательный взгляд наблюдал за происходящим в узком академическом кругу кафедры через распахнутое восточное окно преподавательской. Невесомая голубенькая штора позволяла этому наблюдателю оставться незамеченным.

- Любовь и любопытство движет миром! - молодой человек за импровизированным фуршетным столом, составленным из офисной мебели, и накрытым дешёвенькой скатертью, доказывал молодому соседу. - Если идея не нацелена на благо для всех, она не достойна усилий! Вот, например, нобелевские лауреаты Фредерик и Ирен Жолио-Кюри так многого достигли не только из-за таланта. Без нежного внимания и заботы друг о друге, Петь, я уверен, они не сделали бы своего открытия!

Молодая особа с огненно рыжей причёской, сидевшая рядышком с немолодыми мужчинами в классических костюмах, на секунду отвлеклась от этих мэтров, чтобы снисходительно улыбнуться.

- Звучит романтично, Александр, но деловое взаимодействие намного продуктивнее! Всегда есть один лидер, которому другой помогает. Необязательно отвлекать ученых узами брака. Немного романтики нужно для поддержания активного настроя. Со временем это становится очевидным. - Александру в этот момент что-то кислое попало на язык.

- Илона Денисовна, как всегда, точна! Заумные формулы никому не нужны, любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Практические навыки решают всё! - молодой сотрудник в классическом костюме напротив Александра удостоился поощрительной улыбки обладательницы рыжих волос, самодовольно улыбнулся и, сверкнув золотым кольцом на безымянном пальце, по-королевски добавил ей вина в бокал.

- Алексей Игоревич знает толк в искусстве общения! - она поправила ему платочек в нагрудном кармане пиджака, будто ленточку на рыцарском турнире повязала.

- Александр, нужно ли тебе напоминать, что всё зависит от заказчика. Всеобщее благо - это похвально, но мы работаем за деньги. А платит их один... - в этот момент Александр наворачивал салат оливье, демонстративно игнорируя поучительный пассаж.

Птица, наблюдавшая это, неодобрительно склонила голову. Она даже немного встрепенулась - то ли взлететь хотела, то ли внимание к себе привлечь. Но крылья так и не зашумели, она лишь шагнула разок по алюминиевой раме окна.

Петр наколол на вилку кружочек маринованного огурчика и пару кусочков "романтично пахнущей" колбаски, поднёс к носу с мечтательным выражением лица, а затем с удовольствием опрокинул внутрь рюмашку и закусил.

Александр поднялся для очередного тоста, счет которым был давно потерян развеселившимся преподавательско - инженерным коллективом кафедры. Было бы хорошо, если в общем шуме-гаме его услышали бы только друзья, поскольку в торжественных речах он не был силён, но они, сердобольные, позаботились о всеобщем внимании, кто-то зазвенел вилкой по стакану, кто-то громко потребовал тишины. Общий гул притих.

- Я предлагаю поднять бокалы за науку. Какой-то великий учёный сказал, что Бог разговаривает с человеком на языке математики. Мои постоянные мучения с формулами показывают, что, либо из меня математический лингвист не получается, либо другая сторона диалога молчит. Так давайте же выпьем за то, чтобы Истина не сбегала от нас, а общение всегда приносило успех!

Птица на окне сделала несколько шажочков, чтобы исподволь своим маленьким чёрным глазом глянуть на говорившего.

Застучали бокалы и стопочки, стол продолжил гудеть разговорами, более важными, чем какая-то там околесица молодого учёного про поиски абстрактного Идеала.

- Мы практики, Александр! С природой - "на ты", говорим языком неопровержимых фактов! Теоретики свои крючки для формул в университетах пишут, - один из мэтров с кучерявыми сединами на голове благодушной улыбкой ответил молодому. - У нас дружная команда всегда идёт вперёд, даже если теория ещё не создана, расширяя прикладную науку, и принося практическую пользу Родине!

Шторы качнулись, хлопнула входная дверь

- Здравствуйте, коллеги! - при появлении немолодого сухопарого мужчины с дежурной улыбкой на лице седой мэтр потянулся, чтобы трижды отбить рынду, висевшую на стене.

- С ректорского совета я принёс отличные новости! - он подошёл в незанятому месту во главе стола. - Наша кафедра стараниями активных членов коллектива и, благодаря счастливому стечению обстоятельств, добилась открытия нового экологического направления. Сейсмоакустика когда-то уже была тематикой наших НИРов, а теперь ранее полученные результаты позволят добыть дополнительное финансирование, с чем я вас и поздравляю!

Группа мэтров, поднялась с поздравительным тостом - три коротких, одно длинное: "Ура! Ура!Ура! Ур-р-р-ра!".

Стол зашумел разговорами о том, кто будет реально выполнять работу, а кто -деньги получать, кто приближён к "научную власть" имущим, а кто науку "тянет", сколько таких работ было, и где ныне те, кто их выполнял. Застучали вилки, разбирающие нарезанную закуску.

Начальник занял своё место, мэтры начали обсуждать с ним результаты ректорского и перспективы кафедральных дел.

- А вот интересно, мы способны услышать и предсказать, когда одна тектоническая плита наедет на другую с очередным шоком, можем ли мы предотвратить, или хотя бы уменьшить последствия? - на противоположном от мэтров конце стола молодой сотрудник в очках, обладающий внешностью интеллигента-интеллектуала немного смущенно улыбнулся - Смещение Земной коры всего-то сантиметров десять, не больше, а возникающее цунами - от тридцати до сорока метров!

Обладательница рыжей шевелюры непроизвольно метнула на него холодный взгляд, а затем изобразив интерес, вернулась к разговору мэтров.

- Если бы место вспучивания Земной коры было несколько сотен метров, можно было бы создать серию противоволн, и сильно уменьшить последствия! - на лице Александра мелькнула самодовольная улыбка, он взял липкую конфетку из вазочки, но неуклюжим движением уронил её.

- Александр, вы же знаете, что в таком случае с высокой точностью придётся волны формировать. С природными структурами в натурной обстановке это невозможно! Вы, похоже, не учили, что сдвиговых волн нет в воде! - опять этот Алексей "блеснул" своими комментариями! - Слабоватое предположение для аспиранта, выходящего на защиту!

Так пустите противоволну по дну! - с напускной небрежностью заявил Александр.

- Идея неплоха для научной фантастики, но для подавления распределённой динамической силы пока не подойдёт, - Александр коротко взглянул на учёного, а тот улыбнулся, немного стесняясь то ли своего замечания, то ли прозвучавшего "ляпа" коллеги.- Пока человеческие технологии в таком масштабе не умеют распределять нагрузку, увы!

- Но ведь можно попытаться! Начать, скажем, с дюралевой пластинки, щелкнуть по ней шариком, а принимать волны гребенчатым излучателем. Я уже что-то подобное пробовал, и, кажется, что-то получалось! - нос и щеки Александра слегка покраснели, а взгляд ушёл вниз. Учёный тепло, немного снисходительно улыбнулся и не ответил.

- Аспиранты, конечно же, поддержали бы инициативную работу. Как говорит Виктор Иванович: " Каждый из молодых должен хоть как-то обогатить кафедру!". - голос рыжеволосой выделился на фоне гула мэтров. Она бросила короткий ехидный взгляд на окно с голубой занавеской.

- Мы в молодости за идею работали! - тот, который с седыми кучеряшками, с юношеским задором на лице поддержал её.

- Это опять будет кустарщина! Надо авторитет завоевать... - мэтр напротив выглядел немного недовольно - Молодых надо поддерживать, иначе они вымрут.Рыжая взглянула на сидевшего во главе стола, получив снисходительную улыбку, вставила свои "пять копеек".

- Ну что Вы, это не справедливо! Получать должны те, кто зарабатывает!

- Алексей Васильевич, ты же знаешь, что без поддержки они быстро перегорят. - поморщился мэтр напротив седых кучеряшек.

- Павел Сергеевич, ты, конечно, прав, но не совсем!

- Коллеги, предлагаю немного взять паузу. Говорят, в споре рождается э-э-э истина, но мне кажется, э-э-э что нет. Предлагаю всем подготовить свои э-э-э соображения, но мне кажется, что финансовая поддержка кафедры будет приоритетной задачей, а с наукой - придумаем! - Алексей Васильевич и Павел Сергеевич отвели глаза в разные стороны, проявляя сдержанность. Ехидная улыбка рыжей стала чуточку шире.

- Глобальных проблем нам не решить, а старые отчёты всегда выручают! - мэтры разом бросили жесткие взгляды на молодую, а та с ложной скромностью потупила глаза в пол, не глядя ни на одного из молодых, всё услышавших про поддержку и бесплатный труд. У кое-кого из них в глазах полыхнул пожар.

- Зарабатывальшики.... - еле слышно пробурчал Александр. Птица из-за занавески пристально смотрела на него. - Я докажу! Я Богом в этом стану! Сами придёте с деньгами!

Рыжая с ухмылкой взглянула на птицу. Та отвернулась, расправила крылья, оттолкнулась лапками, и улетела.

Никто не ответил бурчанию Александра. В парах алкоголя единый до этого коллектив расползся на группки по интересам, будто затопленный материк распался на группу островов. Кто-то отправился на первый этаж "отравлять атмосфэру", кто-то побрел в свой уголок в учебной лаборатории, Александр молча сам себе плеснул водки, резко "закинул" её в себя и зажевал последним куском колбасы с тарелки перед собой.

Вольно, или невольно участники застолья оказались вовлечёнными, как и несчастный мистер Думридж, в куда более серьёзную игру, чем спор фанатиков науки и циничных прагматиков. Алкоголь высвободил тщательно скрываемые мысли и чувства, чтобы превратить их в аргументы иного принципиального спора о Вечном.

Между тем, в том самом вечном - в прохудившейся Вселенной - неподалёку от возникшей аномалии, уничтожающей созданное Творцом, Утративший Крылья любовался происходящим процессом.