Читать книгу: «Возвышая»

Иллюстрация на переплете А. А. Байер

© Издательство «Перо», 2026

© Владислав Игоревич Лысенко, 2026

Рецензия на творчество

Когда читаешь произведения авторов, которые находятся в самом начале своего пути, то радуешься за то, что литература жива и будет продолжать расти.

Открыв для себя стихи молодого уральского поэта Владислава Лысенко, я испытал те же самые чувства и считаю, что у него есть потенциал.

Некоторые стихи Владислава Лысенко написаны онегинской строфой. В начале своего творческого пути, поэты всегда обращаются к классике. Это правильно, поскольку стихи Пушкина, Лермонтова, Тютчева, Фета, Державина и многих других являются и истоком, и эталоном русской поэзии. Строение книги – не какие-то случайные стихи, а тщательно подобранные, обозначающие каждый жизненный этап молодого автора. Уже в самой идее мы встречаем отсылку к «Евгению Онегину» Александра Сергеевича Пушкина, в которой идет жизнеописание героя, разделённое на главы.

В творчестве молодого автора можно найти интересные находки. В частности «Сидел во мраке я со светом…», в котором автор приглашает нас познакомиться с его творчеством, первая строка представляет собой интересное противопоставление. Во второй строке показано, что этот свет есть у каждого пишущего человека. Им он освещает дорогу во мраке жизни. Этот свет дает людям надежды на то, что дальше будет только лучше.

Ещё одна интересная находка имеется в стихотворении «Вечер»:

 
Что? Я похож на куклу вуду?
Ты только иглы не втыкай!
 

Это надежда на то, что лирический герой не получит никаких ударов от судьбы, от близких ему людей. Но, к сожалению, это стихотворение, также, как и следующее «Месть» имеют трагический финал.

Не менее интересной находкой может послужить стихотворение «Ручка».

О предметах обихода мы говорим редко, но ручка является одним из важнейших атрибутов поэта.

Таким образом Владислав Лысенко от имени всех пишущих людей поблагодарил главный атрибут литератора.

Стоит также поговорить и о недостатках. Например, о технической составляющей. Как и у многих начинающих поэтов имеются ритмические сбои, несоблюдение стихотворных размеров, но в целом от книги у меня осталось хорошее впечатление.

В завершении хочу пожелать Владиславу Лысенко не останавливаться на достигнутом, а продолжать развиваться, совершенствоваться, чтобы стать настоящим профессионалом своего дела.

Н. А. Поповский

поэт, председатель Правления Челябинского представительства Челябинского регионального отделения Союза писателей России

 
Сидел во мраке я со светом,
И свет лил этот из меня,
Когда душа, сгорая пеплом,
Пленяла мыслию себя
О том, что нужно рассказаться,
И как бы ей не обознаться
В людской манере слепоты
О лишь рождавшейся мечты!
Вот как явились все творенья,
Что мы читаем с сожаленья,
А может с радости какой,
А может и души пустой.
Ну что, раскроем одеяло!
Друзья, является
 

Начало

Вечер

 
Приезжай! Попьем мы чаю,
Посидим, расскажешь мне!
И вот тебе я помогаю.
Веселее же вдвойне?
 
 
Только чур молчать я буду.
Ты говори, не замечай.
Что? Я похож на куклу вуду?
Ты только иглы не втыкай!
 
 
Зачем ты одеваешься скорее?
Зачем куда-то ты бежишь?
Зачем, читая письма, из «музея»
В мою глухую дверь стучишь?
 
 
И забегаешь вся в слезах.
Теперь летишь ко мне.
В глазах твоих мне виден страх.
Попьём мы чаю в тишине?
 
 
Но ты кричишь.
Кому звонишь?
Какая смерть? Кого?
Моя?.. Ого.
 
 
Приехала. Попили чаю.
Посидели, рассказала мне.
И я б помог, я ж обещаю,
Но только тело здесь в петле.
 

Месть

 
Вечер. Май. Весна.
Парк. Лавочка. Листва.
Темень. Дождь. Она.
Небо. Звезды. И луна.
 
 
Время. Телефон. Сообщение.
Парень. Прекращение общения.
Слезы. Паника. Вина.
Кто? Он или она?
 
 
Боль. Накрутка. Ложь.
Поезд? Вены? Нож?
Мысли. Страх. И смерть.
Морг. Полиция. Месть.
 

Ручка

 
На столе лежала ручка.
На вид обычная совсем,
Но все же очень дорогая.
Избавляла от проблем.
 
 
Она мне радовала глаз,
Она и поддержать могла,
Она – бесценный мой алмаз.
Плохие мысли отвела.
 
 
С ней было грустно и смешно,
И радость, и переживанья.
Нам вместе было так легко!
Загадывал её в желаньях!
 
 
А писала как красиво!
Один её лишь только штрих
Мог рассказать скорей болтливо
О настроениях своих.
 
 
На столе лежала ручка.
На вид обычная совсем.
Но только вот такая штучка —
– Остался я без ручки,
без проблем.
 
 
Писать ручка перестала.
Ничего не объясняла.
Врала, молчала, избегала.
 
 
На столе лежала ручка.
Не устану я благодарить,
Но вот не поняла она,
Что я успел её настолько…
 

Билет

 
В окно мне постучался лунный свет,
Я подошёл к нему навстречу.
И подарил он мне билет,
А что же я отвечу?
 
 
Я согласился без сомнений,
Вскарабкался на подоконник.
В стекле увидел много отражений,
Будто ночной поклонник.
 
 
На небе звезды ночь рассыпала случайно,
Открыв окно, я потянулся одну взять,
Но ветер подхватил меня. Необычайно!
Я начал с звёздами сиять.
 
 
Ночь пролетела как комета.
Я запомню навсегда.
И снилась мне тогда планета,
Волшебная чутка.
 
 
Открыв глаза, я осознал всё.
И начал даже сожалеть,
Что удостоился смотреть
Лишь сновидение моё.
 

Дурман

 
В тени лесов, где шепчет ветер,
Там, где цветы растут в полях,
Дурман весенний, сладкий, светлый,
Пролетает на зорях.
 
 
Сквозь утренний туман, как сны,
Он манит и зовёт в мечты,
И в каждом лепестке – загадка,
И в воздухе так сладко-сладко!
 
 
Пьянящий запах, словно вино,
Заставляет забыть как время бежит.
И в этот миг, когда всё одно,
Дурман тебя к себе манит.
 
 
Но осторожно! Не радуйся рано.
Легко потерять себя в плену.
За красотой чудного сопрано
Светлый путь обернётся во тьму.
 
 
Так выбирай, где счастье твоё:
В мире иллюзий иль простоты?
Дурман – он сладок, но помни одно!
Что жизнь – это больше, чем просто мечты.
 

Течение

 
Вода безмолвно шепчет в тени,
Река ведет в бездну, в мрак, темноту…
Текут по ней души, как листья по луже,
Не зная, что ждёт их в глубоком шуму.
 
 
Сквозь мрак плывут, не зная страха,
Как сладкая песня теченье зовёт.
В объятиях воды не хватает размаха.
Судьба решена их, а счастье – течёт.
 
 
Они не ищут берега, светлых просторов,
Им мило покойство в потоках холодных.
В бездне блестят их мечты и оборы,
Свет звёзд угасает, но сердце свободно.
 
 
И вот на краю, где волны кричат,
Лишь тени мелькают, как сны на рассвете.
Они не боятся ни боли, ни смеха.
Записан шум волн на старой кассете.
 
 
Плывут по теченью, не зная конца.
Река их ведёт в безмолвную бездну.
Сейчас ты узнаешь имя лжеца,
А после надолго отсюда исчезну.
 

Забвение души

 
Закрыл глаза.
И белый свет.
Ушла гроза.
Уже рассвет.
 
 
Теперь я здесь.
Теперь всегда.
И света смесь
Тут пролита.
 
 
Я понял всё.
И всё забыл.
Зачем я стал,
Зачем я был?
 
 
Стоит пятно
На фоне неба.
Портит панно
Лучами света.
 

 
Я продолжаю углубляться
В недра поэзии своей,
И начинаю просвещаться
Какой-то философией…
Пишу о пленности разумной,
О жизни, смерти может жуткой.
О всех забвеньях и желаньях
Я вам пишу во всех стараньях.
Чтобы стихи могли рождаться,
Пытаюсь мысли я собрать
И ни одну не потерять,
Благой чтоб цели достигаться.
Я слышу чистый голос лир,
Иду за ним – там мой
 

Вход в мир

Крик

 
Я опять зашёл в тупик,
Вновь передо мной ледник,
Блуждаю сквозь высоких стен,
Не чувствуя своих колен.
 
 
Я опять попал в твой плен,
Облик твой мною священ,
Слишком много здесь улик…
Слышу только лишь свой крик.
 
 
Он попадает в резонанс,
Между нами вновь альянс.
Душу рвёт мою на части,
Жаждя бескорыстной власти.
 
 
Этот крик летит стрелой,
Душу ты ему открой!
Не успеешь ты сглотнуть,
Как воткнётся в твою грудь.