Цитаты из книги «Ночь после выпуска (сборник)», страница 2

- О чем вы спорите?! - выкрикнула забытая Ольга Олеговна. - Как преподнести знания - механизированным или немеханизированным путем! Юлия Студёнцева до ноздрей нами, набита этими знаниями, а тем не менее... Снова мне, что ли, повторять: у нас часто формируются люди без человеческих устремлений! А раз нет человеческого, то животное прет наружу вплоть до звериности, как у тех парней, что ножом женщину на автобусной остановке... В локомотиве спасение - да смешно! Машиной передавать человеческие качества!..

Решников удовлетворенно хмыкнул:

- Вот и вернулись на круги своя: я человек, что-то любящий, что-то презирающий в мире сем, я передаю свое ученикам, вы - свое, пусть каждый мотыжит свой сад... Если мне вместо мотыги предложат сподручный трактор, я, пожалуй, не откажусь, но детей трактору не доверю.

Иннокентий Сергеевич с минуту молчал - странное, неподвижное лицо, одна его половина разительно не походит на другую, - затем обронил холодно и спокойно:

- Не доверю?.. А сами себе мы доверяем?..

Мечтаем усовершенствовать человеческую сущность. А об этом мечтали с незапамятных времен. Можно сказать, мечта рода людского.

Убитые уже не могут ни любить, ни ненавидеть. Но живые хранят их имена. Для того, наверное, чтоб самим ненавидеть убийство и убийц.

- Да, Геночка, да! Ты вроде и не виноват, что черствый. Но если вор от несчастной жизни ворует, его за это оправдывают? А?

Мы задумывались над смыслом жизни, а нас неволили - думай над равнобедренными треугольниками. Нам нравилось слушать Владимира Высоцкого, а нас заставляли заучивать ветхозаветное: "Мой дядя самых честных правил..." Нас превозносили за послушание и наказывали за непокорность. Тебе, друг Вася, это нравилось, а мне нет! Я из тех, кто ненавидит ошейник с веревочкой...

Юль-ка... Я чувствовал, чувствовал, ты помнишь?

Глядя в сторону, Юлечка ответила тихим, усталым голосом:

- Не лги... Никто из нас ничего не чувствовал... И я тоже... Каждый думает только о себе... и ни в грош не ставит достоинство другого... Это гнусно... вот и доигрались...

- Юль-ка-а! - качнулся Игорь к Юлечке. - Скажи, Юлька, как это мы?.. Чуть-чуть не стали помощниками Яшки.

- Стали, - жестко отрезала Юлечка. - Согласились помочь Яшке. Молчанием.

На скамье в стороне сидела Натка, прямая, одеревеневшая, с упавшими на глаза волосами, с увядшими губами.

- Нет, Юлька! Нет! - Тоскливое отчаянье в голосе Игоря. - Нет, не успели! Слава богу, не успели!

- Согласились молчать или нет?

Бледное, заострившееся личико, округлившиеся, тревожно-птичьи глаза в упор - Игорь сжался, опустил взгляд.

- Согласились или нет?!

Игорь молчал, опущенные веки скрывали бегающие зрачки. Молчали все.

Натка, окоченев, сидела в стороне.

- Раз согласились, значит, стали!.. Уже!.. Пусть маленькими, пятиминутными, но помощниками убийцы!

- Пусть он плохой, Игорь. Пусть чужой. Но не кошку - человека... собираются бить!

- Мы не провидцы - обычные люди. Самые обычные. Предвидеть гения, тем более научить гениальному,- нет, нам не по силам. Научить бы самому простому, банальному из банального, тому, что повторялось из поколения в поколение, что вошло во все расхожие прописи - вроде уважай достоинство ближнего, возмущайся насилием... Собственно, научить бы одному: не обижайте друг друга, люди.

- Да нет, нет! Не получается у нас в одиночку! Да оглянитесь, как живем - трясем друг друга, на ковер бросаем. Вон сейчас Ольга Олеговна Зою Владимировну бросила на лопатки, Павел Павлович - Ольгу Олеговну, вы, Иннокентий Сергеевич,- Павла Павловича, я вот вас пробую положить. И это называется жить в одиночку? Где уж...

- Бросаем на ковер, а результат? - резко спросила Ольга Олеговна из своего угла.

- А разве мы в таких битвах не добивались результатов? Вспомните, какой была наша школа лет семь тому назад. Нас тогда душили - даешь высокий показатель, и баста?! Отметки приходи-лось завышать, полных балбесов боялись на второй год оставить, до отчаянья доходили - думалось, рассадником невежества школа станет. И сходились вот так, и на ковер друг друга швыряли, и сплачивались, и разваливались, снова сплачивались, пока не победили. Теперь не показатели, а какие-никакие, но твердые знания даем. Результат это? Да! Но и этого, оказывается, мало - надели ученика, кроме знаний, еще высокими личными качествами! Вот сейчас у нас первая битва прошла, маленькая, так сказать, примерочная и пока безрезультатная. Сколько их будет, этих битв? Не знаю. Скоро ли поймаем за кончик хвоста желаемый результат? Тоже не знаю. Но убежден в одном: рано ли, поздно - чего-то добьемся. Тянем-потянем - и вытянем репку. Сами! Не ожидая, что кто-то нам руку протянет.