Русские: куда мы идем?

К середине 1990 года неврастения, издревле поразившая русских, приняла особенно тревожный характер. Об этом прямо сказал Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, обращаясь с приветственным словом к только что избранному президентом России Борису Николаевичу Ельцину: «В эти минуты, первые минуты первого Президента России, я хотел бы обратиться к Вам не со словами поздравления… а со словом о России. Мой долг Патриарха в этот день сказать Вам слова о том, какую ношу Вы принимаете на себя. Вы приняли ответственность за страну, которая тяжело больна. Семь десятилетий разрушения ее духовного строя и внутреннего единства сопровождались укреплением внешних тяжких обручей принудительной государственности. Три поколения людей выросли в условиях, отбивавших у них желание и способность трудиться. Борис Николаевич, я напоминаю Вам это для того, чтобы терпимость и мудрость никогда не оставляли Вас. Прощайте людей. Я говорю не только о Ваших политических оппонентах или о сотрудниках, но и обо всех россиянах – их нельзя переделать ни за ночь, ни за 500 дней. Больное общество и столь много пережившие люди нуждаются в понимании, любви и терпимости. Поэтому надлежит нам чаще вспоминать слова апостола: “Друг друга тяготы носите и тако исполните Закон Христов”».

С развалом Советского Союза русские оказались в историческом тупике. Есть ли из него выход или русские обречены на исчезновение? Поиску ответа на эти вопросы и посвящена последняя часть триптиха.