Цитаты из книги «Непобедимое солнце. Книга 1», страница 2

«Наверно, – говорил у меня внутри чей-то тихий голос, – старые камни лучше не переворачивать, чтобы не будить спящих под ними скорпионов. Забытые мелодии лучше не насвистывать, чтобы не вызвать мрачных духов. Есть сны, от которых лучше просыпаться сразу…»

– Проблема не в том, что истину нельзя найти, моя девочка. Проблема в  том, что ее слишком много на рынке. Найти ее чересчур просто. Жизнь коротка, а прилавков, где торгуют этим продуктом, слишком много… Ты даже не успеешь обойти их все, какое там попробовать товар на вкус. Понимаешь? – Так что же делать? – спросила я. – Для начала надо понять, что истину нельзя узнать от людей. – Почему? – «Человек» и «истина» – это антонимы.

Деточка, о жизни нельзя размышлять, сидя от нее в стороне. Жизнь – это то, что ты делаешь с миром, а мир делает с  тобой. Типа как секс. А если ты отходишь в сторону и начинаешь про это думать, исчезает сам предмет размышлений. На месте жизни остается пустота. Вот поэтому все эти созерцатели, которые у стены на жопе сидят, про пустоту и говорят. У них просто жизнь иссякла – а они считают, что все про нее поняли. Про жизнь бесполезно думать. Жизнь можно только жить.

Если божество нас замечает, нам чудится, что человек беседует с нами, уделяя разговору все свое внимание. Но для божества это как держать муравья на мизинце одной из бесчисленных рук и глядеть на него одним из бесчисленных глаз. Божество никогда не бывает занято человеком всерьез.

не бери попутчиков или попутчиц. Туда нельзя поехать с подругой. Предельное путешествие – это личное путешествие.

счастье – это и есть та секунда, когда ты веришь в возможность и осуществимость своего счастья

Мужская нежность – это такой буксирчик, курсирующий между буквами «Ы» и  «У». Ты для него то остро необходимая дырочка, то слегка обременительная дурочка, своего рода сумка с кирпичами, к  которой его привязывает порядочность или привычка.

Сейчас я вспоминаю эту минуту и понимаю, что была в тот момент абсолютно, бесповоротно счастлива. Но тогда, конечно, я этого не понимала. Ве…

секрет стабильных отношений с мужчиной в том, чтобы успеть проникнуться к нему пронзительной бабьей жалостью до того, как он начнет вызывать тяжелое бытовое омерзение. Она успевает, а я нет.

Через несколько дней люди в зеленом остановили его паланкин в лесу. На поляне перед паланкином сидела известная в тех местах лягушка-оборотень по имени Кусука-тян. Говорили, что когда-то она была супругой трех сегунов и  двенадцати дайме, но в этой ли жизни или прежде, никто не знал. Лягушка-оборотень держала пущенную принцем стрелу острыми зубами, растущими в три ряда – и успела уже перекусить ее в нескольких местах. Увидев принца Ивана, лягушка сказала: – Скорей неси меня в замок, принц Иван! Ты поцелуешь меня, и я стану прекрасной принцессой! Принц Иван улыбнулся краем рта, посмотрел ввысь, слегка натянул лук и молвил: – Что есть красота? – Как же так? – поразилась лягушка. – Ты колеблешься? – Видишь ли, милая, – ответил принц Иван, – когда постигаешь природу пути, говорящих лягушек более незачем превращать в прекрасных принцесс… Да и кто я такой, чтобы вмешиваться в поток трансформаций? И сделал слугам знак идти дальше. Однако думать о встрече не перестал – и, вернувшись в замок, так сложил: Двадцать лет с говорящей лягушкой. Вонь шанели. Измены. Печаль. Рим и Капри. Собачки. Подружки. Маски. Позы. Последний причал.