Цитаты из книги «Денискины рассказы (сборник)», страница 2

Я выбежал в коридор прямо в чем мать родила, в одних трусиках.

- А что, трудный английский язык? - спросил я.

- С ума сойти, - вздохнул Павля.

- Еще бы не трудный, - вмешался папа. - Там у них сам черт ногу сломит. Уж очень сложное правописание. Пишется Ливерпуль, а произносится Манчестер.

– Готово, теперь я рыцарь за двадцать две копейки.

Добрый. Он один раз мне божью коровку подарил. Я его никогда не забуду за это.

От этих мыслей я долго не мог заснуть, так долго, что не заметил, как всё-таки заснул.

- ... Ведь ты же знаешь, что одна капля папиросного яда убивает лошадь!

Вот так раз! Я посмотрел на папу. Он был большой, спору нет, но все таки поменьше лошади. Он был побольше меня или мамы, но, как ни верти, он был поменьше лошади, и даже самой захудалой коровы. Корова бы никогда не поместилась на нашем диване, а папа помещался свободно.

- Ну что ты, мама, - сказал я, - какое может быть сравнение? Серые мышки - это как простые, а белые - вроде диетические, понимаешь?

И у меня сразу появилось такое настроение, как будто на нашем белом свете живут одни только веселые люди и все они только и делают, что ждут, когда же мы с Ванькой к ним приедем в гости. И когда мы к ним приедем – Ванька за рулем, а я на багажнике, – сразу начнется большущий праздник, и флаги будут развеваться, и шарики летать, и песни, и эскимо на палочке, и духовые оркестры будут греметь, и клоуны ходить на голове.

...и сразу поезд стал особенно сильно стучать, и я пригрелся и долго слушал этот стук, и опять в моей голове запелась песня:Вот мчится поезд -

кра-

со-

та!

Поют колеса -

тра-

та-

та!

Мне было так интересно играть, что я и думать перестал про какие-то там уроки. Совершенно вылетело из головы. А оказалось, никак нельзя было забывать про свои дела, потому что получился позор.