Читать книгу: «Одаренная»

ЧАСТЬ 1

Глава 1

Милада

На улице стояла тёплая погода, запах мокрого после дождя, асфальта заставлял моё тело пробуждаться. Я стояла у зеркала, которое висит над небольшим туалетным столиком у стены. По ободку прикреплены различные фотографии: я, стою на побережье океана в соломенной шляпе, белом топе и шортах; моя мама и я возле роддома, в мой первый день жизни на этом свете и любимое фото брата Майкла… который однажды пошел в школу и так, и не вернулся. Каждый день я терзаю себя и от этого становится невыносимо, но я должна держаться ради Майкла!

Уже прошел почти месяц, а полиция не даёт никаких результатов – что меня раздражает в нашем местном участке, зарплату получают, а толку ноль от них. Но в этом всём есть и моя вина, я должна была идти вместе с ним домой, но в тот день мы слегка поругались, и я ушла раньше брата из школы. Ненавижу себя за это, один конфликт с близким человеком и потом тебя будут мучить угрызения совести еще долго. Но, я слишком поздно поняла, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на глупые ссоры.

Тяжело вздохнув, я поправила волосы за уши и ещё раз взглянула на своё отражение. Сегодня на мне надеты любимые джинсы ‹‹Мом›› и черно-белая блузка. Не хватает кулона – половинка сердца, сделанного из эпоксидной смолы. Моя часть светлая с оранжевыми переливами линий, напоминающие закат, а внизу виднеются темные силуэты деревьев. Вторую половинку, я сегодня подарю человеку, который мне безумно нравится. Так я узнаю, взаимны ли мои чувства. Я специально сделала его на заказ, заранее обдумав как кулон должен выглядеть. Может это и глупо, может так уже никто не делает и в наше время нужно подойти и прямо узнать, но я не ищу легких путей. На самом деле мне просто невероятно боязно признаться в чувствах другому человеку. Только подвергается момент, язык тут же немеет и не слушается. Я прячу кулон под блузку.

На столике лежал красный конверт, на который я заранее написала свой вопрос и внизу были 2 квадрата с ответами «да» и «нет». Безумно волнуюсь, но скорее я умру от незнания, чем от полученного ответа. Как говорила мама: «Если любишь кого-то говори, не молчи, лучше узнай правду, какова бы она ни была, чем всю жизнь жалей».

Я завернула кулон и записку в подарочную упаковку, на которой было написано: «С Днём Рождения!».

Выйдя на кухню, налила свежий кофе, по телику шли новости: «Дело о пропавшем мальчике так и не раскрыли. Полиция продолжает поиски…». Мне стало тяжело дышать. На кухню вошел мамин муж. С тех пор как Майкл пропал, он стал много пить. Мне его жалко, ведь это его сын… Я бы тоже была в ярости. Через пару минут зашла мама. Она подошла ко мне и обняла, параллельно глядя то на Фреда, то на бессмысленные звучания из старого ящика, а затем вручила пакет с ланчам. Я её просто обожаю и люблю как никого другого, ну ещё конечно брата, хоть у нас разные папы, мы никогда не упрекаем друг друга этим. С ТЕХ пор в доме царит мрачный настрой, почти никто не улыбается, не смеется, нет как раньше шуток за обеденным столом. Как же мне этого не хватает.

Мой отчим, Фред, конечно замечательный человек, стал мне родным отцом. Помогает во всех начинаниях, всегда поддерживает, старается помочь, чем сможет. Главное, что он не считает меня чужой и относится с теплом и заботой. Он встретил маму, когда она была на 8 месяце беременности, а мой отец от неё ушел, ничего не объяснив. Последнее, что он сказал, что так нужно и это сбережет нас всех. А вскоре через 2 года родился Майкл.

Фред бросил холодный взгляд на телевизор, вид у него постоянно уставший, он практически не спит, мало ест, почти все время проводит в полицейском участке, надеясь получить ответы или как-то помочь. Мама очень заботится о нем и обо мне, часто ходит с ним туда, носит ему еду. Он бывает злиться на неё, что она слишком много времени проводит с ним, а наоборот должна быть дома, быть со мной… Я вижу, он переживает за меня, боится, чтоб и я не попала в неприятности.

На часах 8 утра – пора выходить. Мой дом находиться в 20‑ти минут от школы, не торопясь, я как раз успевала к началу первого урока. По дороге в школу, обычно мои мысли погружены о том дне, когда мы поругались. Это был вроде как пустяк, но все же. Брат пытался уговорить меня, поговорить с мамой, чтобы та отпустила его на вечеринку с друзьями. Нет, в нашей семье нет запретов на походы развлечься и отдохнуть, потанцевав под музыку. Ту вечеринку организовывали выпускные классы и они приглашали всех. Сейчас, они хотят навеселиться от души перед поступлением в университеты, чтобы там начинать браться за ум. Я конечно понимаю молодость, нужно совершать глупые необдуманные поступки, выпивать немереное количество алкоголя, но иногда на таких вечеринках кто-то проносит травку и под влиянием друзей сложно отказаться. В своем брате я уверена и как бы он не клялся, что он контролирует себя отпускать его, была против я.

После небольшого скандала с ним, я не в серьёз сказала, что он может делать, что захочет. Домой я пошла одна, в надежде, чтобрат послушает и не пойдет туда. В тот день он не вернулся и мы решили, что первым делом его нужно искать там. Все присутствующие уверяли, что Майкл пробыл с ними не более двадцати минут, а потом куда-то пропал. Больше они его не видели. Полиция продолжает поиски, но с каждым днем все труднее верится, что его можно найти. Я корю до сих пор себя за тот день, мне нужно было обернуть эту ситуацию в другое русло. Видимо я никудышная сестра…

Поднявшись на второй этаж, мне понадобились принадлежности для урока из шкафчика. В коридоре раздавался шум, привычное дело для любой школы, кто в стороне стоит, ведет беседу между собой, кто бегает или просто идёт по своим делам. Многие ходят по двое, а часть небольшими группами. Я же отличаюсь от всех и хожу сама. Это все, потому что такой я человек, которому сложно вести с кем-то дружбу, в принципе меня это устраивает. Не нужно ни за кого переживать, жить чужими проблемами, переживать предательства и сплетни за своей спиной.

Я зашла в класс. Довольно просторный и светлый кабинет. Не смотря на то, что это кабинет математики и помимо плакатов великих ученых и формул здесь находятся милые стенды с разными фотографиями, объявлениями, грамотами. На подоконниках цветы, каждый может принести горшочек с растением из своего дома для уюта. Большинство кабинетов этой школы просто отвратительны, за ними практически никто не присматривает и когда заходишь в них на занятие, так и хочется поскорее уйти и никогда не возвращаться. Но этот кабинет отличается от остальных и мне это нравится.

На задней парте окруженный одноклассниками сидит он. Тот, у кого сегодня день рождения. Прозвучал звонок и все с неохотой поплелись за парты. Я села на место и через пару секунд подсел Рамиль, да я сижу с ним. Обычный брюнет с лохматой прической, чуть выше меня ростом. И да, он не самый популярный парень из школы по которому сохнет каждая девица. Такие самовлюбленные придурки не для меня.

Я теряю дар речи, когда он якобы не глядя на меня улыбается. Зачем он так делает? Я так не могу. Он всегда хотел, чтобы я с ним сидела за одной партой, хотя его друзья много раз пытались меня уговорить пересесть за другую.

Иногда я просто не понимаю Рамиля, улыбается, когда смотрит на меня, подкалывает, но не в обиду, даже когда-то заступился в школьной драке, когда я нечаянно опрокинула поднос на самую популярную… тварь школы. Она к тому же учится со мной в одном классе, поэтому я стараюсь не смотреть лишний раз в её сторону. Не потому чтобоюсь её – потому, что мерзко смотреть, как она корчит из себя королеву Земли. С тех пор её месть преследует меня, но мне наплевать на неё, у меня есть проблемы поважнее. Как только звонок последнего урока звучит, Рамиль исчезает. Для меня это остается загадкой.

В кабинет зашла миссис Дюк и тут я, наконец, решаюсь и шепчу в его сторону:

– С днём рождения!

– Ты знаешь?

Он слегка толкает меня плечо, не переставая улыбаться, своей очаровательной улыбкой. Я тоже не сдерживаю себя и, улыбаясь, смотрю на него. Кожа моментально покрывается мурашками и, боясь раскраснеться у него на глазах, отвожу взгляд в сторону. Если б он знал, что это не совпадение, эту дату я помню всегда.

– Я смотрю кому-то очень весело. Мистер Сандерс, идите решать уравнение.

Пожирая нас разъяренным взглядом, сказала математичка, которая терпеть не может, когда всё внимание не уделяют великим формулам и задачам, без которых как она считает, мы просто жить не сможем.

– О, миссис Дюк, я уверен, Рамиль хочет поделиться с нами, где эта парочка проведет свой медовый месяц, – заржал главный шутник класса. Все заливаются от смеха. Я готова сейчас провалиться сквозь землю.

– Интересно, куда обычно крысята бегают отмечать праздники? – произнесла та самая королева Земли Алевтина. Ее манера выставлять всех посмешищем просто отвратительна, так же как и ее голосок.

– Молчать! Все успокоились, а с вами я позже разберусь, – указывала Дюк на комика.

Она развернулась к доске, чтобы начать издеваться над Рамилем. Моё сердце сейчас работает на максимальных оборотах, но раз я пошла на это, надо довести дело до конца. Я взяла ручку и начала крутить между пальцами, когда учительница смотрела в класс, я приготовилась…момент и ручка отлетает влево, падая как раз рядом с рюкзаком Рамиля. Отлично!

Я ползу под парту, из рукава достаю конверт и кладу во внутренний карман его рюкзака. Беру ручку и ликуя, что план сработал, сажусь обратно. В этот момент мне стало аж не по себе от её взгляда, она как львица готовая накинутся на жертву, но тут меня спасает Рам тем, что переключает внимание, на себя решив все уравнения. Я с облегченьем выдыхаю. Она забудет спустя 5 минут про меня и наверняка, про Джастина, который посмеялся надомной и Рамилем. Мне это только на руку. Спустя 40 минут наискучнейшей темы в мире про логарифмы, случается то же самое, что и всегда он берет свой рюкзак, разворачивается и уходит вместе со своими друзьями.

Может это со мной, что не так? Я вроде как ухаживаю за собой, не веду себя странно, не глупая, но все же мне никогда не понять этих существ мужского пола. Как я говорила, может я это придумала и вижу все, так как я хочу. Скоро все выясниться.

Мы с ним учимся уже 9 лет и только недавно у меня появились какие-то чувства к нему. До этого с первого класса я была без ума от мальчика, который на меня и внимания не обращал. Никого лучше него я не видела, высокий, спортивный, с уморительными шутками.

Я так думала, но сейчас я поняла, что такие шуточки могут понравится только таким же, как и он сам. За своей наивной детской влюбленностью, я даже не замечала, что он был мразью который издевался над теми, кто был слабее, кто носил дурацкие очки, был зубрилой или просто ему не нравился. Всё это продолжалось, пока он не переехал в другой штат. Моё сердце было разбито в дребезги. Я сидела и плакала в классе, в то время как все, по традиции школы ученики провожают бывших учащихся в последний день, ко мне подошел Рамиль сел рядом и подарил брелок с моим именем, выжженным из дерева. Тогда он постарался успокоить меня. Сказал, что меня еще все впереди и скоро я сама пойму, какой скотиной он был на самом деле. Тогда мне полегчало от слов Рамиля. Мы остались и немного поговорили в классе.

Раньше я не замечала его, у него было свое общество, в которое я не совалась, как оказалось он приятный собеседник и вообще хороший человек. У нас оказалось много общего. Я перестала плакать и он предложил сесть с ним, чтобы я поскорее забыла того парня. С тех пор мы всегда сидим вместе.

Я вышла в коридор. Ученики как всегда сходили с ума. Меня даже чуть не сбил школьный репер на скейте, не смотря на то, что директриса старается контролировать такие вещи в учебном заведении. Все же, не смотря на это, есть некоторые ребята, которые любят нарушать это правило.

Взявши книгу по географии, я увидела в коридоре парня в голубой куртке и черных штанах, который сидит на подоконнике и пялится на меня. Он выглядит немного старше меня, никогда не видела его в нашей школе. Я на всякий случай обернулась по сторонам, может мне просто показалось, но рядом никого не было. Захлопнув шкафчик, я подошла к нему и спросила как можно вежливее:

– Чем-то помочь?

Незнакомец будто бы испугался того что, я заметила его и быстро спрыгнув с подоконника убежал. Звонок на урок. Я в полном недоумении поплелась в кабинет географии. На уроке ничего интересного не произошло, кроме контрольной, про которую я совсем забыла, но думаю, что справилась с ней, так как неплохо в этом разбираюсь и вообще люблю смотреть передачи про путешествия.

Следующим уроком история, которую я просто терпеть не могу. Ну, правда, более скучного предмета я в жизни не видела. Для меня это просто неинтересно и на уроках милого старика мистера Финнигана я могла тихонько заниматься своими делами. Он уже понял, что от меня нет никакого толку в его предмете и поэтому не обращал особого внимания. Нет, я конечно, как и все отвечала что могла, но он понимает меня. Иногда после урока я даже оставалась ненадолго, чтоб он задал пару вопросов по теме, которой мы прошли на той лекции и ставил мне 4, что вполне меня устраивало.

‹‹Интересно он уже нашел конверт?›› – подумала я после окончания урока.

Наконец-то перемена. Мои мучения окончены. Я направляюсь в столовую. Хуже этого места нет ничего. Каши в тарелках, которые переворачивая, они как клеем приклеены, не отваливались, булочки, о которые можно с легкостью сломать зуб, вечно пересоленные салаты. Вот поэтому я беру ленч с собой, сегодня сэндвич с тунцом. Единственное что можно тут брать так это чай. Думаю эту милейшую повариху давным-давно пора бы сплавить на пенсию, но почему-то директриса от нее в восторге. Достав обед из пакета, я заметила вновь его! Он что меня преследует? Загадочная личность направляется к моему столику.

– Можно присесть? – выдает он.

– Конечно…

Спустя минуту молчаний неизвестный, наблюдавший за тем, как я обедаю, вновь заговорил:

– Прости, не представился, я Итан, – протянул руку. Я пожала в ответ и присмотрелась в его темно карие глаза, которые внимательно меня рассматривали.

– Я Мила.

– Да, я знаю, это ведь у тебя брат пропал?

По моему взгляду Итан понял, что я не хочу об этом говорить.

– Прости, не хотел…

Настало неловкое молчание. Мне стало неудобно, ведь я без понятия чего он от меня хочет и как поддерживать с парнем разговор.

– Я тебя раньше тут не видела, ты новенький?

– Нет, я тут не учусь.

Что? Да кто это вообще такой и как его пустили в школу. Вот так я попала, наверняка это какой-то чокнутый, который увидел меня в телевизоре и решил преследовать. Эта ситуация начала меня пугать, он просто сидит и смотрит на меня, прям прожигает взглядом. Надо бежать! Но тут, все решается само собой, Итан встает.

– Ну ладно, не буду мешать. Приятного аппетита.

Всё, надо прекращать встречаться с журналистами, а не то я так с ума сойду. Я решаю просто забыть его, и продолжаю, есть сэндвич, параллельно ища взглядом Рамиля, он сидел через 4 столика от меня в копании друзей и о чем-то болтал. Сколько бы раз я не пыталась себя остановить и перестать следить за ним, глаза, будто автоматически выполняют эту функцию. Как же я хотела быть рядом с ним, сидеть за одним столиком, пусть даже обедая отвратительной едой из столовой.

Но не тут-то было, к ним за стол подсаживается компания во главе той самой твари, с которой я случайно столкнулась. Я вижу как она специально села рядом с Рамом и хихикает, чтоб позлить меня, хотя видно, что среди них никто не смеется. Меня это все же задевает, и я ухожу из столовой, стараясь не пустить эмоции на волю. Может это ему во мне не нравится – что у меня нет друзей?

Последние уроки я провела за последней партой сидя сама. Мне необходимо побыть одной. Без присутствия взглядов Рамиля и унизительных шуточек Алевтины. Уроки быстро прошли, как и всегда. Одного парня даже чуть не отвели к директору за то, что он спал за партой во время биологии; Итан так и не появлялся, это меня радовало. От Рамиля никакого ответа на счет записки, он либо не понял от кого она, либо я дура, что написала её, и он просто посмеялся надо мной, вместе с друзьями.

Сегодня наш класс устраивает вечеринку, приглашены все, даже я. У девочки с веснушками и дурацкими косичками сегодня родители улетели в Турцию, поэтому они решили закатить что-то грандиозное. На счет того идти туда или нет, я еще подумаю.

После занятий, я решила немного прогуляться и отправилась в кафе «Cherry», что недалеко от школы. Сегодня у них акция на моё любимое капучино со сливками и я решила немного себя побаловать. Войдя в помещение, я почувствовала уютную обстановку, тихая приятная музыка, большие горшки с непонятными для меня растениями, диванчики с милыми подушками на них. Блаженство.

Я выбрала столик в конце зала, у большого окна. Сидеть бы тут до самого вечера, только не видеть расстроенную маму и Фреда. Попивая горячий кофе, я вспоминала прошлое. Брата, который является для меня лучшим другом, как мы вдвоем часто сбегали, чтобы погулять, когда были наказаны. Как я учила его кататься на велосипеде. Он никогда не выдавал меня маме, а я его. Теперь, когда он пропал, на душе будто образовалась огромная дыра, которую уже не заполнишь. Каждый вечер, перед сном я прокручиваю в голове счастливые моменты с братом, а слезы хочешь, не хочешь, скатываются на подушку, образовывая крохотные темные пятна. Заканчивается это воспоминанием о ссоре. «Делай, что хочешь» – сказала я тогда и пожалела, но опомнилась, только когда он пропал. Моя идиллия внезапно прерывается.

Я вижу, как сюда идет Итан с незнакомой мне девушкой. Черт! Опять он! Ну, всё моё терпение на исходе. Этот психопат привел ещё одну. Я начинаю собирать вещи и вижу, как он уже стоит передо мной.

– Не подходи ко мне, – испугано протягиваю я. Итан стоит, не понимая, что происходит.

– Что-то случилось?

Я охватываю взглядом его и девушку, стоящую позади него. Она раза в два старше меня, но рядом с Итаном она похожа на студентку университета. Её длинные блондинистые волосы отчетливо переливались в лучах солнца, легкий макияж подчеркивал простоту, как и одежда. По сравнению с нынешней модой, можно сказать, что она сильно отличалась. Черный кардиган скрывал под собой теплый свитер и штаны цветом похожие на мрамор перетянутые широким поясом.

– Да, мне пора, – я беру куртку и уже хочу уходить, как он останавливает меня.

– Мила, прости, я не хотел тебя напугать, – у тебя уже получилось кретин! – Я не умею нормально знакомиться с новыми людьми и не желаю тебе ничего плохого, – он отпускает руку, я делаю глубокий вдох и сажусь обратно за столик, уставившись в окно. К нам подходит спутница Итана с двумя милкшейками. Я никак не реагирую. Девушка решила разбавить обстановку:

– Я Лиза, подруга Итана. Ты ничего не подумай, мы не какие-то сумасшедшие, просто решили познакомиться с тобой, подумали, может, не помешает компания, ведь тебе сейчас нелегко…

– У меня всё хорошо! Не надо со мной как с несчастной, ясно? – не выдержала я – Просто, не напоминайте об этом и всё.

Мой взгляд падает на рюкзак Итана, он сейчас так ярко светится, как будто собирается взорваться. Никогда такого не видела.

– Что это? – спокойно спрашиваю я.

Итан замешкался, схватил рюкзак и выбежал с ним в туалет. Лиза сидела вся на нервах.

– Это видимо фонарик… – пролепетала она.

Эта парочка очень странная. Нужно точно уходить, но я стараюсь быть вежливой и продолжаю пить остывший капучино, прокручивая в голове, как бы от них сбежать. Итана все нет, но через какое-то время он возвращается как ни в чем небывало. Мне становится ещё страшнее. Они переглядываются между собой, но ничего не говорят. Может они преследуют людей, потом заводят их куда-то и убивают, а их тела никогда не находят. Или заговаривают, а потом грабят, или и то, и другое или…Кажется у меня начинается паранойя, хотя если взглянуть на них, то на убийц они не похожи. Спокойно, Мила, они такие же подростки, как и ты.

Я смотрю в окно и вижу, как в кафе заходит Рамиль, может он сжалится и спасет меня, как тогда, от этих сумасшедших. Я встаю, ничего не говоря парочке и направляюсь в сторону столика одноклассника, который находится в другом конце зала. Двери кафе открываются, и заходит высокая блондинка с чем-то небольшим завернутым в подарочную упаковку, подходит к нему, обнимает и ЦЕЛУЕТ в щеку. Я стою посреди зала с открытым ртом. Теперь я всё поняла. У него есть девушка, а надо мной он издевается. Мне даже не захотелось плакать. Я просто выбежала из кафе при этом, сбив немолодую, но очень ухоженную за собой женщину, которая как видимо только что вышла из припаркованного BMW.

Бегу, не останавливаясь, уже начинаю задыхаться, но это меня не останавливает. Длинная улица, по которой я пронеслась как на марафоне, показалась мне весьма короткой. Залетев в дом, мне стало тяжело дышать, ноги, кажется, на мгновение забыли об усталости. Я НЕНАВИЖУ Рамиля! Мне нужно забыть его как можно скорее. На шум пришла мама, её легкая улыбка превращается в тревогу, когда видит, как с моих глаз водопадом стекают струи слёз. Я даже не заметила, как это началось.

Прошло как минимум несколько часов, а я, не переставая, лежала на кровати и пялилась в одну точку. Это конец. Я же по-настоящему его полюбила, видимо, на мне клеймо влюбляться не в тех, с кем никогда не смогу быть. Какая же я всё-таки дура. Нужно собраться с мыслями. Я, наконец, приподнимаюсь. Всё, нужно прекращать с этими соплями, это не последний парень на земле. В мире есть проблемы поважнее моего разбитого сердца, у меня пропал брат, а я тут убиваюсь из-за какого-то парня. Как бы ни было мне тяжело это осознавать и принимать я должна жить дальше.

Глава 2

– Есть какие-нибудь новости? – спрашивает мама Фреда за ужином.

– Меня там видеть больше не хотят, а если еще раз явлюсь в таком состоянии…

Мне стало страшно, ведь если Фреда посадят за то, что он пьяный приходит в участок, то мы с мамой останемся совсем одни. Только этого нам не хватало. Мы сами не справимся. Как же тяжело сейчас, ведь с ним могло случиться все, что угодно. Мои самые страшные опасения, что его похитили, но почему выкуп не требуют, и то, что он сам ушел. Мама решила разбавить хмурую обстановку:

– Как дела в школе?

О, просто отлично! Ненавижу её.

– Нормально, – сухо отвечаю я.

– Вот видишь! – Фред срывается с места. – неё все нормально! – он уходит в комнату.

Мы с мамой сидим, смотрим друг на друга. Она берет меня за руку и шепчет:

– Все будет хорошо, Майкл обязательно найдется. Ты только не злись на Фреда.

Её глаза наполняются болью и горькими слезами. Она тихо встает и тоже уходит. Мне хочется снова зарыдать.

Я снимаю с вешалки бардовую мастерку, которая на пару размеров больше меня и выхожу во двор. На улице прохладно, дует легкий ветерок, я плетусь вдоль рельс. Почему-то именно сейчас мне хочется побыть подальше от людей.

Где-то там вдалеке слышен шум проезжающего поезда, где-то там кто-то провожает закат, который растекается по светлому небу, рисуя на нем неимоверно красивые оранжевые полосы, наслаждаясь сегодняшним днем и предвкушая, что же будет завтра.

Я подхожу к мосту, который был построен над давно пересохшей речкой, из которой сделали местную свалку. Ветер ударяет в лицо, сразу же начинаешь чувствовать местный аромат. Моя рука стремится в карман, уже через несколько секунд я держу, напротив уходящего в темноту солнца, брелок с именем ‹‹Милада›› и лишь последние лучи касаются земли, я без всякого сожаления отпускаю дорогую мне вещь вниз. Она навсегда теряется среди груды мусора. Я начинаю громко смеяться словно сумасшедшая, вдалеке мчит поезд, громко гудя в трубу, будто сигналит мне. Смотрю на небо и молю кого-нибудь, кто меня там слышит, верните мне брата. Молю…

Мои ноги сами несут меня в сторону вечеринки той девушки. Без каких либо эмоций на лице, я приближаюсь к воротам дома. Там уже играет музыка, слышен шум внутри. Дом сам по себе не очень большой, но легко вмещает в себя весь наш класс.

Я захожу внутрь и плетусь к столику с пуншами. Один стоит вишневого цвета, второй персикового. Я решаюсь взять вишневый. Попробовав его на вкус, там оказался вдобавок алкоголь. Обычно по традиции класса, хозяева вечеринки не делают этот напиток алкогольным, только гости умудряются намешать в чаше непонятных спиртных и за душу выпивать напиток. Я выпила практически залпом первый стакан, налила следующий, проследовав в зал, сажусь на кожаный диван.

Многие уже выпили достаточно и отрываются на тансполе, алкоголь еще не ударил в голову, поэтому меня не тянет к ним. Я лишь сижу, наблюдаю за ними. Кто-то падает рядом со мной и начинает дико целоваться, совершенно не замечая моего присутствия. Мне стало противно, и я быстро встаю с дивана и прохожу сквозь толпу.

Все присутствующее наряжены, девочки в платьях, парни конечно не в смокингах, но, по крайней мере, выглядят прилично. Чего не скажешь, взглянув на меня. Я пришла практически в домашней одежде, на колене штанов виднеется темное пятно, я даже не заметила его, когда одевалась, волосы не причесаны. В общем, мой внешний вид, явно не вписывается в эту обстановку, да и присутствующим не до этого.

– Здорово, что ты пришла, – слышу я позади себя.

– О, Памела, спасибо за приглашение, – обращаюсь я к хозяйке торжества. – Вечеринка отличная.

Я старалась быть вежливой и не выдавать угрюмым выражением лица, что я здесь, только чтоб отвлечься с мыслями.

– Ты сама пришла?

– Да.

– Что ж, желаю повеселиться.

Она уходит, на вечеринку Памела распустила волосы, они у нее очень красивые и отлично сочетаются с серебристым платьем. Я снова опустила голову и взглянула на свои старые кроссовки. Плевать. Я пошла за вторым пуншем.

Вечеринка крутилась у меня в голове. Школьники и их вечные тусовки. Неужели у нас у подростков это заложено природой, чтобы частью нашей жизни были эти вечеринки? Школа, вечеринка, невыученные домашние задания, первая любовь, близость…Наверное, это действительно так, но почему в жизни нет более интересного занятия, чем вливать в себя жидкое веселье и прыгать под музыку.

Алкоголь, наконец, ударил в голову и я сама того не замечая начала шататься в стороны и пытаться потанцевать. Я нашла стоящую бутылку пива на столе, легким движением открыла крышку от стол и пританцовывая поплелась на второй этаж. Мне захотелось выйти на балкон подышать свежим воздухом. Я села на бетонный пол и начала глядеть, что творится в саду. Диана главная черлидерша школы стоит, зажимается с прыщавым ботаником с другого класса. От этого я чуть не подавилась пивом, насмешка сама вырвалась. Присев на колени я взялась за тонкие перегородки. Из дома вышли несколько девочек сделать селфи в саду. Заметив их, та парочка быстро сбежала. Меня это начало забавлять.

– Ты что тут забыла? – на балкон пробрался незнакомый мне парень с бутылкой текилы.

– Просто сижу, – я вернулась в прежнее положение.

– Я сяду рядом? – его язык начал заплетаться, но тем не менее я кивнула в знак согласия.

Он облокотился о стену и закрыл глаза. Я смотрела в сад еще несколько мгновений, а затем, наконец, заметила его состояние.

– Ты в норме?

– Да-а.

– Может тебе такси вызвать?

Парень открыл глаза и начал наклоняться в мою сторону, а затем медленно приближаться. Мне стало не по себе, от него пахло спиртным и еще чем-то непонятным, что вызывает не приятные чувства. На секунду мне показалось, что он начнет приставать ко мне. Он стал максимально близко, как смог дотянуться и не упасть и шепотом спросил:

– У меня к тебе очень важный вопрос.

Я промолчала в ответ, хоть и под воздействием алкоголя, я понимала, что происходит, его поведение начало пугать меня

– Жизни и смерти.

– Отойди от меня.

– Подскажи, где тут туалет.

Я с облегчением выдохнула и указала ему путь. Тот стал на колени и пополз в дом. На улице резко затормозила машина. Я пригнулась и снова взявшись за перегородки, стала смотреть, кто оттуда выйдет. Не могу поверить, это тот же BMW, что приезжал в «Cherry». Пригнувшись, стала дальше наблюдать за происходящим. Рамиль Сандерс вышел из неё и держась за дверцу, начал громко кричать на кого-то в салоне. Затем он демонстративно закрывает дверь, громко захлопнув её и направляется в сторону дома. Я не решаюсь выйти вниз, а продолжаю пить пиво на балконе и наблюдать за происходящим. Допив, я понимаю, что начинаю засыпать и легко этому поддаюсь. На улице становиться прохладнее, но я не решаюсь зайти внутрь.

– Эй, – слышу чей-то шепот. – Вставай скорее.

Я, наконец, понимаю, кто передо мной стоит. На выражении лица Рамиля видна тревога, он хватает меня за руку и поднимает с пола. Меня начинает шатать, голова закружилась и кажется, меня сейчас стошнит прямо на него.

– Рам, – не успела я договорить, он закрыл мне рукой рот.

– Внизу коп, соседи вызвали из-за громкой музыки. Пойдем, я нас выведу.

Меня охватила волна паники, ноги будто приковало к земле, но Рам быстро вернул меня в чувства. Мы на цыпочках пошли по коридору в одну из спален. Там не оказалось никого. В углу стояли несколько бутылок, а на кровати, застеленной пледом, разлито красное вино. Рамиль подошел к окну, заглянул туда, а затем отправился в ванную комнату. Я стояла посреди комнаты, скрестив руки от холода и не понимания, что он задумал. Через минуту одноклассник выходит со словами:

– Я нашел выход.

– Ты думаешь, в туалете есть вход в Министерство магии?

– Просто доверься мне.

Я пожала плечами и зашла в комнату. Она выглядит очень богато. Куча дорогих бутылочек с косметикой, изысканная плитка, уложенная на стенах и полу, а главное шикарная круглая ванная.

– Почему ты не закатил вечеринку в честь праздника?

– Вообще-то я не очень люблю свой день рождение и тем более устраивать, что-то грандиозное. Поэтому мы с друзьями решили просто прийти к Памеле и тут тихонько посидеть.

– Жаль, – сама того не замечая сказала я.

– А ты бы пришла?

Наверное, первым кого он заметил у входной двери меня. Может со стороны это выглядело, будто я за ним бегаю, но это не так. Как бы мне хотелось его сейчас обнять и потанцевав, прижав к себе.

Алкоголь взял вверх надо мной, ведь перед тем как отрубиться, я не помню, пила ли ту оставленную бутылку текилы, что забыл парень с балкона. Я подошла ближе к нему и взяла за руку. Мой опьяневший рассудок всеми жилками пытается заставить меня сделать то, что я давно хотела. Я закрываю глаза и медленно тянуть к нему. Я хочу его поцеловать, во чтобы то ни стало. Из-за внезапного резкого движения я чувствую, что алкоголь уже подкатывается к горлу и сейчас наступит момент, за которым мне будет стыдно всю жизнь. Рамиль еще трезв и быстро реагирует на шум, мы услышали, как кто-то поднимается на второй этаж, музыка стихла, возгласы ребят прекратились. Спереди дома слышно как приехала еще одна машина с полицейскими. Наши сердца забились быстрее. Наши взгляды столкнулись друг с другом.

– Нужно выбираться, – среагировал он.

– Мы взаперти.

Рам потянул меня к окну. Я выглянула и посмотрела вниз, от чего у меня закружилась голова.

– Ты с ума сошел?

– Это задний двор, ты приземлишься на куст и мы убежим.

– Господи…

Я перекинула ноги за окно, алкоголь, который, затуманивал разум, придал уверенности, тяжело дыша, я, смотрела вниз.

– А как же ты?

– Я следом.

Кто-то зашел в комнату, нас отделяла лишь дверь в ванной. Это вполне мог быть полицейский. Я прыгнула вперед. К счастью, практически ничего не почувствовав, поползла за угол дома и увидела еще одну машину. Рамиль все не прыгал. Мне стало страшно за него. Кажется, его схватили. Ничего другого не оставалось, как бежать.

Я вернулась домой около 11 вечера, родители уснули за телевизором, после такого безбашенного вечера я почувствовала усталость. Это мне и нужно было. После горячего душа, совершенно забыв о домашних заданиях на завтра, я заползаю в кровать с чувством тревоги. Что же там случилось, что вызвали вторую машину с копами. Что теперь будет с Рамилем. Он спас меня, пришел за мной. Вот только зачем? А главное, я практически поддалась чувствам и он это почувствовал.

Глава 3

Моё плечо касается рука, я разворачиваю корпус и вижу, как передо мной стоит мужчина лет тридцати с черной бородой, в светлых брюках и пиджаке, он не высокого роста и довольно спортивного телосложения, судя по облегающей кофте. Осматриваюсь и понимаю, что я сейчас не дома в мягкой постели, а в какой-то комнате, тут находится всего лишь старый комод, ваза, стоящая на нём и этот незнакомый тип… Пустое серое помещение нагоняет в меня страх. Вижу дверь и бегу к ней, открываю, а внизу находится верхушка дерева. Отличная комната для самоубийц. Да тут этажей двадцать!

– Вы собираетесь убить меня? – выпаливаю я первый пришедший на ум вопрос.

– А ты как думаешь? – рассмеялся он.

– Если вы меня притащили сюда…

– Молодец, ты правильно угадала, – он подошел максимально близко. – А теперь попрощайся с жизнью.

Я чувствую, как тремор начинает овладевать моим телом, что мне делать? Куда бежать? Тут нет выхода. Если это сон, надо себя ущипнуть. Первый, второй раз, я не просыпаюсь. Незнакомец медленно сует руку в карман, я ничего не придумав лучше, как со всей силы ударяю коленом в пах, тот скрючившись, падает на колени, и я убегаю в другой конец комнаты, беру вазу в руки приготовившись защищаться до последнего.

Психопат не вставая, разворачивается на меня и резко проводит рукой по воздуху, после чего ваза взрывается у меня в руке, я еле-еле успела закрыть глаза, а когда открываю их, вижу, как сотни мелких осколков лежат на полу, а этот поддонок заливается смехом. Я стою в замешательстве, что происходит, как он это сделал… Он встает, продолжая, подсмеивается:

– Ладно, прости за розыгрыш…

Не успев договорить, я, быстрым шагом приближаюсь к нему, сжимаю кулак и что есть силы, ударяю его в челюсть и бегу к той двери. Нужно прыгать – раз это сон со мной ничего не будет. Я прыгаю и сразу же замираю на месте, невидимые силы схватили моё тело и отбросили в стену, больно ударив меня головой. Я не могу пошевелиться.

– Ты разбила мне губу, – говорит ненормальный. – Слушай, мы можем так весь день, я не против, но может, наконец, выслушаешь меня? – он подходит ко мне пытаясь выдавить фальшивую улыбку.

Я вижу, как его рана на губе набухает и из-за этого она кажется еще больше. Мои легкие наполнились воздухом, я замираю и начинаю орать как бешеная, во всё горло, до хрипоты, а когда воздух кончился, кричу о помощи и замечаю, что это его только разозлило. Моё сознание отключается.

Не знаю, как долго я так пролежала, но когда очнулась, невыносимая боль в затылке нахлынула. Псих в дурацком пиджаке внезапно появился и закрыл ладонью мне рот.

– Хватит орать, истеричка. Это раздражает. Если успокоилась – кивни? – я киваю.

Мои глаза дрожащее изучают его лицо, только сейчас в мой взор попадает уродливый шрам над бровью. Несколько секунд наши взгляды держаться друг на друге. Он закрывает глаза и в этот момент я чувствую, как боль медленно исчезает, мне становится легко, так хорошо, как будто ты под кайфом. Но это чувство исчезает, когда он открывает глаза, а они сияют синим цветом. Кажется, я свихнулась. Это уже не похоже на сон, все такое реальное. Он несколько раз моргает, и глаза становятся обычными.

– Кто вы? – спрашиваю, поднимаясь с пола.

– Ну, наконец, поговорим по-людски, смотри не дерись больше. Я Ибрагим, а ты смотрю, Милада, боевая девушка. Нам такие, как ты, нужны.

– Я умерла, да? – смотрю на него с отвращением. Как же хочется убраться отсюда. Мне уже наплевать, откуда он знает кто я.

– Итан сказал ты нормальная, может я не ту забрал?

Итан! Снова он, этот человек – мой кошмарный сон, который повсюду преследует. Мне становиться все же любопытно, что происходит.

– Как вы это делаете?

– Что, это?

На его лице появляется ехидная улыбка. Он проводит по воздуху рукой и те тысячи осколков вазы собираются в единое целое, провисев пару секунд в пространстве, они вновь плавно падают вниз. От увиденного я чувствую, как все тело затаило дыхание на какое-то мгновение ибо, то, что я сейчас вижу перед собой – нереально.

– Или например это?

Ибрагим резко разворачивается к стене с дверью и взрывает ее, образуя огромную дыру. Бетонная стена вмиг рассыпается по полу. От этого я даже вздрагиваю и не перестаю поражаться увиденному. Он делает это как настоящий профессионал, будто бы не прикладывая к данным действиям никаких усилий. Слегка нахмурившись, показывая свою сильную сторону, одним взмахом руки, стена рассыпается. Я стою, открыв рот не веря собственным глазам, это просто невозможно. Меня переполняют чувства, одновременно страшно и даже что ли круто…

– Нравится? – подходит Ибрагим – Это конечно не всё что я умею, но в целом впечатляет?

– Это пугает…

– Понимаю, а ты хотела бы так же?

– Взрывать и разрушать вещи?

– Милада… это всё серьёзно. Я не только могу крушить. Думаю, ты всё можешь понять сама, как только я тебе всё расскажу. Тебе придется пойти со мной, чтобы получить ответы на все вопросы. Ты согласна?

Что ж убежать я не могу, поэтому у меня не остается выхода – и я соглашаюсь.

***

Я Дармон, из Великого Сообщества под названием ‹‹Либерти››. Я такой же человек, как и ты, но с некоторыми преимуществами, о которых расскажу чуть позже. Это сейчас не так важно.

Так вот, Либерти, это место с такими же, как и я, то есть с теми, у кого есть Дар, но он не появляется при рождении его нужно получить, если ты был избран Вселенной еще задолго до своего существования. Я был избран, может ты догадалась, может, нет, но ты тоже. У нас есть книга, в ней записаны имена всех, кто является Дармоном в данный момент, как только приходит время вступить новому избраннику, она начинает сиять. Никто не знает кто он, где находится, эту работу поручают некоторым Дармонам для поиска. И этим кто-то оказался Итан. Ты уже с ним знакома, как я понял.

Для того чтобы найти новенького существует кристалл который сияет так же как цвет будущего Дармона, их всего 7, все цвета радуги. Когда кристалл находится близко к Дармону он сияет ярче, чем дальше, тем слабее. Цвет дает Силу и работает это так: например цвет ‹‹Нейвифил›› имеет Силы предыдущих пяти цветов и плюс новые, – он закрывает глаза на пару секунд и я вновь вижу, то синее сияние – Ну вот так-то так. Вопросы есть?

– И много таких как вы?

– Не обращайся ко мне на вы, мне уже больше двухсот лет, – шепотом добавив. – Это меня и без того старит. Ну, а вообще, точное количество известно только Старейшине. Мы разбросаны по всему Земному шару. Почти у всех есть работа, мы следим за порядком в мире, не даем людям полностью уничтожить планету, но так же мы не должны слишком вмешиваться в людские судьбы, все должно идти своим ходом, а Либерти лишь подправляет.

– Почему вы не останавливаете войны, столько людей гибнет…

– Если эта война не будет такого масштаба, что грозит всему человечеству, то мы не имеем права вмешиваться.

– Вы можете остановить все беды человечества и ничего не предпринимаете?

– А разве мы создаем эти беды?

Этим вопросом он заставил меня задуматься, ведь если действительно подумать, то мы – люди губим и себя, и окружающую среду и не задумываемся о последствиях.

– И часто появляются новые Дармоны?

– Вообще редко, но вы с Итаном огромное исключение. Он тоже тут недавно. Никогда не видел, чтобы… Ладно. Ещё что интересно?

– Я не понимаю, как я могу чем-то помочь? Почему меня избрали, я же простая…

– Прости крошка, ответить не смогу, твоя судьба была решена не мной.

Немного подумав, я вспомнила случай с рюкзаком в кафе.

– Ты сказал цветов 7, когда я встретила Итана, кристалл излучал белый цвет, это вообще возможно?

– Да уж, хороший вопрос. Никто не знает, пока что, почему так произошло. Всё Либерти гадает о тебе. Ладно, думаю, хватит вопросов, тебе уже пора познакомится со Старейшиной.

В эту секунду Ибрагим хватает меня за плечо и, не успев моргнуть, оказываюсь в совершенно другом месте. Внутри появилось ощущение, будто меня запустили с огромной рогатки. Голова резко закружилась, началось неприятное чувство тошноты, а из носа пошла алая кровь, я падаю.

Чёрт! Моя голова, я лежу, надо мной круг столпились незнакомые люди. Хотя одного из них я узнаю. Итан помогает мне подняться. Осматриваюсь, где нахожусь, помещение круглой формы, в центре которого расположен небольшой фонтанчик окруженный забором. По кругу стоят лавочки, и от сюда видны верхние этажи, похожие на этот. Я немного осматриваюсь, хоть и еще плохо соображаю и вижу несколько дверей расположенные по периметру. Видимо я точно умерла, раз вижу такое.

– Так хватит глазеть, нам пора.

Итан хватает меня за руку и куда-то тащит. Я неохотно поддаюсь, так как до сих пор не отошла…даже не знаю от чего, наверное, от того, что один миг я стояла в одной комнате, а, не успев, оглянутся, я уже совершенно в другом месте. Меня всё ещё не покидает чувство тревоги и головокружения. Наконец Итан заметил, что мне нехорошо.

– Тебе плохо?

– Как видишь.

Он берет меня за руку. Чувство легкой эйфории, мне так хорошо, боль постепенно проходит. Я даже стала чувствовать себя немного лучше, чем всегда. Это нереально. Не могу поверить, что со мной это проходит.

– Это было круто, – расплываясь в улыбке, сказала я.

– Знаю, – Итан продолжал смотреть в мои зеленые глаза.

– Так ты значит Дармон?

– Прости, не мог в первую встречу вывалить на тебя такое. Ты и так приняла нас с Лизой за сумасшедших.

Мы начинаем смеяться, и одновременно болтать дальше. Итан рассказал немного о себе, а я в свою очередь о себе. Оказывается он был студентом университета, в который его заслали родители и он не понимал, что и зачем он там делает. Учеба, мелкая подработка в вечернее время и так по кругу, но потом в какой-то момент к нему приходит Дармон и меня его жизнь, дав возможность начать с нуля. Через минуту к нам подходит высокий мужчина с длинными седыми волосами, заплетенными в хвост. Он одет в черную мешковатую одежду, руки держит за спиной, и не единого признака, что он похож на тех остальных, окруживших меня как в зоопарке, что показывает его спокойствие и серьезный вид. Кажется это их Старейшина.

– Здравствуй Милада. Думаю, ты догадалась, кто я. Очень надеюсь, что ты понимаешь, что ты тут делаешь. Ибрагим моя правая рука, я получил ему просветить тебя в наши дела со всей ответственностью, я надеюсь, он вел себя подобающе и ответил на всё твои интересующие вопросы.

Мне стало смешно, вспомнив, как он решил поиграть в маньяка, впервые секунды знакомства.

– Разумеется.

Итан оставил нас вдвоем, от чего мне стало не по себе, находится с ним одной. Даже не знаю можно ли ему доверять. Сейчас у меня просто нет выхода, ибо я видела, на что они способны.

– Как видишь, тебя избрали, и ты можешь получить Силы. Если ты согласишься, то тебя ждёт новая жизнь, ты забудешь о мелких проблемах земного существования, тебе будут подвластны Силы, о которых ты могла лишь читать…Эмм, как там у вас это называется?

– Комиксы.

– Да. В общем, я дам тебе время подумать, походи по Либерти осмотрись, а мне нужно отлучиться ненадолго.

– А чтобудет, если я откажусь?

– Ни кого заставлять мы не можем, хотя я скажу, что ещё не многие Дармоны отказываются, но если на то дело пойдет, нам придется насильно стереть тебе отрезок памяти, где было хоть какое-то упоминание о нас. Я за этим строго слежу, чтоб ни одна живая душа на Земле не знала о нас. А сейчас мне и в правду пора, своё решение огласишь Ибрагиму.

Не успев моргнуть, я остаюсь одна. Как можно все бросить и начать новую жизнь? Это слишком трудный выбор в моей жизни. Видимо те, кто согласились на это, были в отчаянии, и им нечего было терять. Ко мне подходит один из Дармонов.

– Думаешь, стоит ли соглашаться?

Я киваю в ответ, совершенно не представляя, что делать. Ведь мне-то есть что терять: мама, брат, Фред – это все дорогие мне люди. Мама нуждается во мне, а потерять двоих детей это слишком тяжелое испытание для любого родителя. Но и отказываться от жизни, где ты можешь делать то, что не может ни один человек на Земле – глупо. Во мне сейчас борются две стороны, одна хочет рискнуть всем и пожить, как захочешь, а вторая остаться с семьей и забыть эти разговоры, как кошмарный сон. Я запуталась мне нужно немного подумать.

– Могу дать совет, после того, как я отказался от своей жизни обычным человеком, я стал счастливее. Моя жизнь была, конечно, похуже твоей, ведь я родился в 20 веке и был настолько беден, что едва сводил концы с концами. Я перестал думать о том, где добыть еду, забыл слово сон. Меня окружают люди, которые всегда помогут мне, я могу делать все что хочу, могу быть в любой точке планеты и наслаждаться её красотами, но это немного выматывает быть постоянно живым. Ты смотришь, как рождается много хороших людей, можешь с ними знакомиться, но это все продолжается до тех пор, пока они не постареют и не лягут в могилу или произойдет несчастный случай. Зная, что ты в силах помочь, но не можешь. Это и убивает, морально. Хочешь, могу показать одно место, там ты можешь спокойно подумать.

– Спасибо, конечно, но после перемещений мне становится плохо. Я лучше тут побуду.

Блуждаю по Либерти, уже не знаю, сколько времени, переживаю на счет того, что мама обнаружит мою пропажу. Здесь очень красиво, повсюду свежий воздух, в каждом уголочке стоят горшки с зелеными растениями, потолок словно уходит в никуда, мне удалось заглянуть в одну из комнат, что оказался местным банком. Не думала даже, что у них есть тут такое.

Я стала ближе к центру, чтобы заглянуть, что же находится на втором этаже, но тут мо взгляд приковал прохожий, который будто бы просто шел, но вмиг куда-то исчез. На верху тоже шла своя жизнь, Дармоны шли переговариваясь, один из них держал в руке небольшой огонек, второй поджаривал зефир и как ни в чем не бывало смеялись дальше. Для них это обычное дело, а для меня это совершенно неукладываемая в голове вещь. Я чувствовала себя словно в каком-то океанариуме, где меня оделяло от других лишь не видимое стекло, а я с открытым ртом наблюдала за происходящим. Внезапно мой взгляд обратил внимание на стены, сначала мне показалось, но потом я подошла ближе, чтобы удостоверится. Они выглядят как облака, белые и воздушные, но когда я коснулась их, то руку обдало приятной прохладой и она провалилась словно в туман.

Нужно скорее принять ну очень не простой выбор. Выбрать жизнь обычным человеком означает вернуться домой, окончить школу, поступить в какой-нибудь университет, завести семью, устроится на работу и спокойно прожить старость или выбрать иной путь, о котором я ничего не знаю, чтобудет со мной дальше и какая моя судьба здесь. Я нахожу Ибрагима, он стоит возле какого-то Дармона и ведет беседу, но как только замечает меня, сразу же прекращает разговор.

– Ты уже решила?

– Да – говорю я с горечью.

– Ну что ж тогда…

– Я хочу присоединиться к вам, но с небольшими условиями, – перебиваю его.

– А ты дерзкая, не успела присоединиться, а уже показываешь себя. Мне нравится. Тогда у меня тоже есть условие. Мы сможем друг другу помочь. Слушаю тебя.

– Я хочу, чтоб ты помог мне вернуть брата домой, родителям.

– Я…

– И второе условие, если вы, конечно, такое можете. Я хочу… чтоб у меня навсегда исчезли чувства к одному человеку, – я решила если такой шанс есть, то лучше им воспользоваться, чтоб это мне больше не мешало.

– Я могу сделать это для тебя. Тогда слушай меня, я выполню твои условия после того, как ты выполнишь моё. Нужно помочь убить одного Дармона.

– Что? – не поняла я.

– Он это заслужил. С предателями у нас короткий разговор. Сейчас он рвется попасть в Либерти, чтобы отомстить за изгнание. Забыл рассказать – он показывает левую кисть, на которой есть тату в виде бесконечности – это знак, который показывает свободу, единство нашего Сообщества, а ещё оберегает нас, дает скрытность от других. Разумеется, среди нас было немало предателей, которых изгнали из Сообщества. Это вроде щита, который не даёт им нас найти. Вот один из них – это Арчер, – Ибрагим показал бумажное фото. – Он дружил с одним Дармоном, у него единственного были такие Силы, которых не было ни у одного Дармона. Никогда.

Так вот, Мэтью, так его звали, полюбил смертную женщину, что нам запрещено. Об этом знал лишь его лучший друг Арчер. Вскоре Старейшине кто-то доложил об этом, а так же, что та женщина была беременна, ей как раз надо было скоро рожать. Он поклялся, что убьет её и ребенка. Мэтью пришлось добровольно уйти из Сообщества и прервать связь с ней. Прежде, чем покинуть нас, он сделал так чтобы мы не нашли ту женщину и не смогли сделать то, что полагается. Самое страшное, чего опасается Либерти – ребенок, созданный Дармоном и человеком. У нас есть заклятые враги, о которых ты узнаешь позже. Старейшина узнал, что Арчер был в курсе этого и не выдал друга. Его тоже изгнали из Либерти.

– Но что такого в том, что тебя изгоняют? Ты же можешь жить, так же как и всегда.

– Ты умираешь, как человек. Сила даёт бессмертие, а когда ты теряешь защиту – ты теряешь всё. Поэтому они прячутся от всех, ведь если их найдет другой Дармон, который тебе враг он убьёт тебя, они ведут ту жизнь, от которой отказались и стараются вести себя не приметно.

– Но почему тогда ты сам его не убьешь?

– Дар, то остаётся с тобой даже после ухода, а он выше меня.

– Ладно, мне плевать, как и зачем, я просто хочу вернуть брата. Значит по рукам?

– Мне нравится твой настрой, но после получения Дара тебе нужно будет привыкать, обучаться, контролировать себя.

– Да да, я поняла. Буду осторожна и всё в таком духе.

Мы согласились на это и оба останемся в плюсе. Я протягиваю руку, дабы укрепить нашу сделку.

Спустя некоторое время, меня приводят в довольно темное и пустое помещение, находящееся на этом же этаже. Потолка в нем, как и во всем здании не видно, лишь черная пустота, уходящая в бесконечность. Единственное что сильно привлекло мое внимание пол, смотря в который ты видишь отражение, будто ты смотришь воду, но без единого искажения, лишь полупрозрачность, сливающая с черным мраком. Засмотревшись на это дивное зрелище, я и не заметила, как меня пытаются протолкнуть вперед. Подняв глаза увидела, как в метрах десяти над землей парит арка. От нее расходятся лучи света, будто что-то сверху её освещает, хотя в помещении нет ни одного источника искусственного света. Тут уже собрались Дармоны, Старейшина, Итан и я с Ибрагимом. Все о чем-то переговариваются, шумят и лишь Главный спокойно ожидает нашего прихода. Я подхожу к нему и все замолкают, чтобы услышать речь.

– Друзья, давайте поприветствуем Миладу Гарсиа. Сегодня она станет частью нашей большой семьи, – присутствующие начинают громко хлопать и свистеть в мою честь, мне становится неловко, так как раньше никто для меня такого не делал. – Ну что ты готова? – я молчу, так как я растерялась, я еще не до конца осознаю, что это всё на самом деле. Ибрагим подходит ближе и шепчет на ухо:

– Будет немного больно, – на его лице опять появляется ехидная улыбка.

Старейшина плавно проводит руками по воздуху, я медленно начинаю подниматься вверх. Моё сердце колотится с невероятной скоростью. Мне так страшно, что я даже закрыла глаза. Сейчас моя жизнь кардинально изменится. Я отпущу прошлое и заживу по-новому.

Мое тело всячески игнорирует законы гравитации и словно пушинка переносится к арке, я снова зажмуриваю глаза. Не знаю, зачем, вытягиваю правую руку вперед, будто пытаюсь защитить себя от столкновения со стеной и чувствую невыносимую боль, словно молния проходит электрическим зарядом сквозь тебя. Левитация в арку проходит очень медленно, будто это так специально и задумано.

Тело болтается в невесомости, но я этого уже не замечаю. По нему проходит сильное жжение, так что её уже сложно терпеть. Через несколько секунд я начинаю чувствовать боль на левой кисти руки, которая затмевает всю оставшуюся. В этот момент хочется закричать, чтоб это немедленно прекратилось, но я только стискиваю зубы крепче, мысленно повторяя: «Я найду тебя».

Эти слова помогают пройти все эти круги ада. Свет из арки заполонил всю комнату, он белый. Но как? Это невозможно. Мои мучения сразу же заканчиваются, тем самым сознание отключается. Не знаю, как я такое пережила, но эта арка чуть не выжгла все внутренности вместе с кожей в придачу. Наверное, я была бы тогда похожа на поджаренный маршмеллоу.

С момента выхода из арки я стала чувствовать перемены в моём теле. Что-то странное проходит по нему, что невозможно описать словами. Легкость, чувство свободы, будто с тебя сняли тяжелый груз, который ты носил годами, а вместо него повесили ответственность, что в разы тяжелее. Первое что проскользнуло у меня в мыслях – «Рамиль», от этого на душе стало ещё тяжелее. Он остался человеком, а я…

Проходит какое-то время, я в вновь нахожусь в большом холе, лежу на каком-то из диванчиков, неподалёку стоит Ибрагим и с кем-то общается. Я ловлю на себе осуждающие взгляды, некоторые Дармоны постояв несколько минут уходят, что-то бубня себе под нос. Итан сидит рядом, держит за руку. Я приподнимаюсь. Мне уже не больно, я чувствую легкость, смотрю на руку, а там образовалась обещанная тату в виде знака бесконечности. Мне нравится, как она лежит на руке, хотя раньше я даже не задумывалась, чтобы сделать на себе такое. Мне захотелось провести по ней пальцем, почувствовать небольшую выпуклость, ощутить перемены.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Итан.

– Я не знаю… а как должна?

– Ты перенесла большие изменения, пока ты не поймешь что именно, но уверяю, скоро привыкнешь к новой себе, – его выражение лица и так было не очень радостным, а теперь после этих слов, оно стало ещё мрачнее.

– Очнулась? – к нам подходит Ибрагим. – Поздравляю новым этапом в жизни.

«Начни осваиваться, людям не показывайся, старайся контролировать себя и помни о нашем уговоре» – прозвучало у меня в голове. Это меня сбило столку, поэтому половину информации я пропустила мимо ушей.

Он исчезает. Интересно я когда-нибудь привыкну к тому, что люди, с которыми я нахожусь в данный момент, будут просто растворяться передо мной?

– Мне тоже пора.

– Куда?

– Я должна вернуться домой, мне нельзя взять и исчезнуть как мой брат. Родители не переживут если потеряют еще и меня – Итан встал с дивана и помог подняться мне.

– Смотри, ты должна теперь всегда помнить про то, что нельзя показывать Себя при посторонних.

– Я знаю.

Глава 4

Последний взгляд на Итана и я оказываюсь в своей кровати, как ни в чем не бывало. Я начинаю тяжело дышать. Кажется, еще все спят, на часах 6 утра. Видимо из-за вчерашней выпивки мне приснился такой бред. Я встаю с постели, на удивление, голова не болит, а меня не тошнит. Это даже к лучшему. Иду в ванную смотрюсь в зеркало, лицо опухшее, волосы еще с вчера не расчесаны. Вид, в общем, говоря ужасный.

Я сажусь на край ванны, и только поднимаю руку, чтобы поправить волосы, стакан, стоявший на умывальнике, падает на пол. От неожиданности я аж подскочила и почувствовала, как пульс начал зашкаливать, подошла ближе, чтобы убедить себя, что это на самом деле произошло. Что это было? Кажется, я еще не проснулась. Нужно больше не пить столько. Поднявши стакан, снова застыла у зеркала.

– Спокойно Милада, ты просто немного выпила.

Я решила лучшим пробуждением после такого будет душ. Раздевшись, включила напор прохладной воды и погрузилась с головой. Вода в считанные секунды приводит меня в чувства, а легкое ощущение опьянение смывается в канализацию вместе со всеми проблемами, так мне кажется.

Покончив с утренними процедурами, я беру телефон и иду, чтобы сесть за свой столик у зеркала, хочу проверить новости класса. Теперь стало понятно, что произошло. Несколько парней напилось в стельку, они избили какого фрика на улице и затащили в тот дом. Кто-то из соседей заметил это и вызвал копа. Другие соседи жаловались на громкую музыку и тоже вызвали копов. Поэтому все вот так вышло.

Отложив телефон, я потянулась за расческой на подоконнике, не успев наклониться, она сама оказалась у меня в руке. Я снова запаниковала. Этого не может быть, я в такие вещи не верю. Эта встреча с Ибрагимом была только во сне, никаких Дармонов нет!

Чтобы доказать это самой себе подхожу к письменному столу, беру в руки карандаш и ложу на пол, а сама сажусь чуть дальше. Вытягиваю руку вперед в надежде, что он поднимется вверх, но ничего не получается. Во мне моментально улетучивается уверенность, а за ней и надежда.

Я пробую еще раз, снова никакого результата. Это начинает злить меня. Я пробую третий, четвертый раз, на пятый мои нервы не выдержали. Почему не работает? Только что на моих глазах происходили не объяснимые вещи. Я встаю, во мне бушует злость, я резко выставлю руку вперед, карандаш отлетает в стену, мои легкие жадно поглощают кислород. Из стены торчит этот жалкий кусок карандаша, казалось бы, любой Дармон на раз справится с этим, но во мне совершенно другие чувства. Я улыбаюсь так, будто только что я сдвинула с места «БелАз». В это нереально поверить, но то, что я вижу перед собой, доказывает обратное. Ещё хочу.

На столе лежит книга по математике. Нужно её сдвинуть с места, но у меня опять ничего не выходит, я машу руками как дура, а ей хоть бы что. Это выводит меня из себя, я напрягаю каждую мышцу рук, чувствую, как злость меня переполняет до самых кончиков пальцев, я замахиваюсь, и резким движением провожу рукой, книга…загорается. Это не то, что я хотела. Черт! Если сейчас это не остановить, то загорится вся комната и я вместе с ней. Я хватаю одеяло и накрываю книгу. Вся комната в черном дыму, открываю окно. Свежий воздух заходит в комнату, но это не слишком спасает ситуацию. Так, нужно заняться чем-то попроще, чтоб не сжечь что-нибудь и не сломать и в конец концов еще раз убедиться в том, что сейчас происходит.

Подхожу к зеркалу, в отражении видна она! Отодвинув край рукава левой руки, я замечаю тату. Увидев в зеркале себя с огромными глазами и дико колотящимся сердцем, я ужаснулась еще больше. «Значит это правда» – сказала я вслух. Мне это не приснилось.

Трясясь от страха, я начинаю метаться по комнате, пытаясь вспомнить каждую секунду, проведенную во сне или где, я там была. Не думаю ни о чем, закрываю глаза и через пару секунд открываю, вижу в них легкий белый свет.

В этот момент я чувствую жжение в висках, и это становится просто невыносимой. Боль постепенно начинает усиливаться, я хватаюсь за голову и сдавливаю эпицентр. У меня голова сейчас будто взорвется, я чувствую пульсирующую боль. Стараюсь издавать как можно меньше шума, но ничего не получается.

Руки начинаются трястись, а из глаз выходят слезы. Что происходит? У меня буквально начинается истерика, из-за шума в голове я не слышу ничего вокруг, кричу ли я, плачу или все вместе. Мои руки резко опускаются и я слышу взрыв. Смотрю в отражение и забываю, как дышать. Все лицо красное, зрачки расширены, света больше нет. Я в полном шоке, ноги подкашиваются, и я падаю на колени. Неподалеку от меня валяется горшок с пальмовым деревом, расколовшийся на части, куски земли рассыпаны по всей комнате, кое-где даже впечатаны в стену. Слышу в коридоре шаги. Мама на всех порах мчит сюда. Дверь ручки начинает дергаться, к счастью моя комната закрыта ключ.

– Милада! Милада! Детка открой двери! Что происходит? – она начинает бить дверь.

Я не знаю, что делать и просто сажусь на пол и начинаю рыдать, решив, что все уже кончено. Мама за стеной ломится, к ней присоединяется Фред, еще чучуть и дверь слетит с петли. Я не могу остановиться рыдать. Дверной замок не выдерживает такого напора и ломается. Мне конец. Дверь открывается. Мама влетает в комнату и обнимает меня очень крепко.

– Детка, что случилось, почему ты кричала? Я так испугалась за тебя, – мама начинает плакать. Я сижу в недоумении.

– Я… это сон, просто сон, – взахлип отвечаю я.

Вспомнив о том, что мама категорически против татуировок, натягиваю на руку максимально пижаму. Какое облегченье, что она не видела, чтобыло полминуты назад со мной. Мне пришлось придумать самую нелепую в жизни отмазку, чтобы не выдавать себя. Ведь, я дала клятву и неразглашении.

Вскоре они покидают мою комнату, я до сих пор не понимаю, как такое могло произойти, что со мной не так? Ни одного Дармона нет белой Силы, что это за внезапные последствия перевоплощение от которых я чуть не разгромила дом. Надо пока прекратить тренировки и вести себя, так как ни в чём не бывало, хоть это и трудно дается. Сейчас главное пережить школу, пережить момент как я вновь окажусь с Рамилем, нужно не думать о нем, а лишь о том, как бы что-нибудь случайно не взорвать в классе. Или лучше не ходить туда пока я не научусь контролировать себя.

После того как я изменилась, в этом не будет никакого смысла, жить мне вечность, отучится я всегда успею. Тем более, чем больше я времени буду пялиться на него, тем тяжелее будет его отпустить. Нужно всего лишь убить какого-то там Дармона, который в разы сильнее меня и тогда я, наконец, перестану вешать на себя ложные надежды. Надеюсь, это скоро закончится.

После завтрака я поднимаюсь наверх за портфелем, мама с Фредом как всегда в подавленном состоянии, отчим со всех сил старается, не притронутся к спиртному, ради Майкла. Я вам обещаю, я скоро его верну, я все для этого сделаю. Открываю двери комнаты и вижу перед собой Итана. Он сидит на подоконнике, в руках фоторамка со мной и Майклом.

– Положи на место, – спокойно говорю. – Это мой брат.

– Я знаю, – он ставит её на место, его взгляд падает на одеяло в углу комнаты, я совершенно про неё забыла. Итан подходит и разворачивает содержимое. – Что ты тут делала, что у тебя такой погром.

– Может это ты мне объяснишь, почему после того как проявила свои глаза, у меня чуть голова не треснула от давления, некоторые вещи двигались против воли…

– Милада, спускайся, тебе пора выходить! – слышится мамин голос из кухни.

– Итан, ты должен мне все рассказать, во что я вляпалась?

– За этим я и здесь, только давай не дома.

– Хорошо, встретимся после школы.

– Ты сегодня прогуляешь, не хватало, чтоб ты такое проделала при одноклассниках, – он указывает на остатки моего любимого растения.

– И что ты предлагаешь?

– Ну, для начала ты пойдешь в школу, но только не дойдешь, встретимся на Райд – стрит через 15 минут, будешь учиться всему.

Итан исчезает из комнаты. Я спускаюсь вниз, чтоб попрощаться с мамой и выхожу из дома. Сегодня холодно на улице, хорошо я тепло оделась. Дохожу до той самой улицы, но там никого не оказывается. Решаю подождать на лавочке под магазинчиком. Интересно Рамиль заметит, что меня сегодня нет или его голова занята той шикарной блондинкой, конечно, она та ещё красавица, идеальная фигура, дорогой маникюр, а я… Естественно мне до неё далеко, но у девушки же явно вместо мозгов одни парни и их деньги. И что он в ней нашел? Я, конечно, его не осуждаю, он-то мне понравился простым парнем, с красивой улыбкой и добрым сердцем, но он не соответствует финансовым потребностям этой дамы. Ничего не понимаю.

– О чём задумалась? – я поднимаю взгляд, предо мной стоит Итан.

– Не важно.

– Ну, я ж вижу, ты чем-то опечалена. Это из-за того парня с которым ты сидишь?

– Как ты узнал? Дармоны умеют читать чужие мысли?

– Не совсем, – он улыбается и садится рядом. – Мы можем общаться Силой мысли. Я могу послать в твою голову сообщение и только после того как ты мне ответишь я могу продолжить говорить с тобой… в голове. Это называется «Связь умов» или начальный уровень. Доступный всем, начиная с красного цвета. Вот смотри – он замолкает. Я слышу голос.

– Милада, сейчас ты слышишь у меня в голове. Попробуй сказать мне что-то в ответ.

Я прищурила взгляд на лице Итана, пытаясь понять, реально ли он просто смотрит и без слов говорит со мной.

– Постараюсь.

– Нет, скажи что-то силой мысли.

Он внимательно смотрит на меня, а за тем начинает громко смеяться.

– Что? Что не так? – подхватываю смех.

– Милада, это так не работает. Ты шевелишь губами.

– Что, правда?

– Попробуй сконцентрироваться в одну точку, и представь, что ты говоришь для неё.

– Легко сказать.

Я выбираю точку третий глаз. Стараюсь следить за губами. Медленно выдыхаю. Нужно быть спокойной.

– Ну что у меня получилось?

– Ну раз ты слышишь меня, а я тебя, то значит да.

– Ура!!! – я кричу от радости на всю улицу. Через дорогу проходит молодой парень и смотрит на меня как на сумасшедшую.

– Чего уставился?

Он спотыкается от бордюр и спадает.

– Нечего глазеть.

Парень выпучил глаза и убежал. Меня распирает от смеха.

– Не делай так больше, – говорит якобы строго Итан, а сам сдерживает смех.

– Прости, не удержалась.

– Так нам надо еще попрактиковаться, но не будем останавливаться на одном. Вижу, общаться мысленно у тебя получается лучше, чем двигать предметы.

– Итан, а какие ещё способности есть у Дармонов?

– Начиная с зеленого Дара «Мэдтрит», ты можешь лечить других, кто-то может управлять погодой, все возможности еще не открыты, но их можно развивать.

Итан вытягивает ладонь, видимо для того чтобы я взяла её. Один миг и мы стоим в какой-то милой комнатке.

– Рад представить тебе «Прекстон вилидж», Дэлавер, – доносится у меня в голове.

– Что это за место?

– Деревушка, где я люблю часто проводить время. Тут спокойно. Соседний домик находится в километре отсюда. Так что нам никто не помешает.

Я и представить себе такого не могла. Один раз всего мне удалось покинуть пределы штата, а тут несколько секунд и ты находишься в совершенно другом месте.

Это невероятно, ведь теперь чтобы побывать, где захочешь, не нужно беспокоиться о таких вещах как билет на самолет, время и деньги. Маленькие мечты, которые казались в детстве невозможными, оказались реальностью. Главное в этой ситуации, после перемещения, мне не становится плохо, будто я только что вышла из получасового аттракциона на центрифуге. Эта новая функция начинает мне нравится! Осматриваю комнату, больше всего меня тут привлекла огромная кровать, я ложусь спиной на её мягкое покрывало и закрываю глаза.

– Эй, мы же сюда не на курорт пришли. Давай вставай.

– Остынь зануда, дай насладится моментом. Я прогуливаю школу в таком шикарном месте, не порти впечатление.

– Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится?

– Нет, со мной все в порядке.

Итан нахмурился, будто его что-то встревожило.

– Что?

– Странно просто, обычно вначале ты должна привыкнуть к этому, это должно выработаться после нескольких переносов.

– Видимо я особенная.

Он ложится рядом, берет меня за руку и тоже закрывает глаза. Блаженство! Вокруг тишина, сквозь стены слышен щебет птиц, вокруг прохладный воздух. Мне тут нравится, даже очень. Я поворачиваю голову, чтобы рассмотреть его пока он не видит. У него длинные ресницы, редкие светлые брови и даже закрытые глаза кажутся мне большими.

В таком состоянии мы проводим минут десять, а потом я первая решаю вставать. Принимаем решение, что мне в первую очередь стоит потренироваться над телекинезом. Это оказывается не так просто.

Я потратила столько сил, столько энергии, нервов и спустя несколько разбитых ваз, наконец, могу похвастаться тем, что на несколько минут у меня все же, получается, задержать не очень тяжелые предметы.

Спустя несколько часов мучений я прошу о небольшом отдыхе. Пора бы выйти на улицу и прогуляться, в конце концов, надо осмотреть место, где мы находимся. Я открываю дверь и мои легкие моментально наполняются свежим воздухом, легкий ветерок колышет волосы, я вижу вдалеке как идёт пастух и стадо коров! Никогда вживую их не видела. Зеленая молодая трава, вблизи дома, чем дальше, тем выше она становится. Чистый воздух, не отравленный городской средой, просто дух захватывает. Впереди расстилается горизонт на поле, а дорожка от дома спускается куда-то вниз.

Итан решает остаться в доме, а я смеюсь и бегу вперед, бегу наслаждаясь красотами этой местности, спустя некоторое время я оказываюсь у небольшого озерца. Вода в нем ледяная. Но… это меня не останавливает. Без всякого стеснения раздеваюсь до нижнего белья и бегу вперед. Мышцы моментально сковываются. Раз уж сегодня день сплошного безумия, то почему бы не совершить сумасшедший поступок, просто так, ради веселья?

Мне так холодно, я захожу по пояс воды и резко начинаю прыгать вниз, уходя под воду и вверх, кричу, радуясь как маленький ребенок. Здесь не очень глубоко и если пройти к середине, вода покрывает мне ключицы. Мой мозг совершенно отказывается мне подчиняться, взмахнув руками вверх, вода поднимается метров двадцать и дождем осыпается на меня. Только потом я вспоминаю о глупых правилах, которые так приятно нарушать, оглядываюсь, вроде бы никто меня не видел. Что я творю? Я снова заливаюсь смехом, но на этот раз, забравшись на мостик, решаю все-таки одеться и вернуться к Итану. Укутываюсь обратно в теплый свитер, но он ни черта не согревает. Назад я тоже бегу, в надежде согреться, по дороге продолжая смеяться и радоваться этому дню. Сейчас мне хорошо, внутри бушует счастье, которого я давно не испытывала. Пусть эти моменты длятся недолго, но я хочу насладиться ими. Сейчас голова не забита трагичной драмой о Рамиле, не думаю о предстоящем убийстве. Кем бы он ни был, человек, Дармон – он живое существо, которое имеет право на жизнь. Но передо мной стоит выбор мой брат или Арчер.

В одном я не согласна с Либерти, нельзя наказывать человека за искреннюю преданность другу.

Свитер не помогает, моё тело продрогло. Итан, лежит на веранде в кресло-качалке и с ужасом вскакивает, когда видит всю мокрую меня.

– Ну, ты даёшь! Какой дурак полезет в ледяное озеро купаться? – он укутывает меня в плед и сажает у только что разожженного камина.

– Ну, видимо я…

Меня снова раздирает приступ смеха. Давно мне не было так хорошо, давно я так искренне не смеялась над глупыми ситуациями. Мне хорошо с Итаном, он хороший друг, заботится обо мне, так же как я о Майкле.

– Сейчас вернусь.

Наверняка тот принял меня за сумасшедшую дурочку, но какая разница, если мне было хорошо, я чувствовала настоящий вкус свободы, хоть он длился всего недолго.

Я осталась одна, Итан вышел на кухню. Тепло камина согревает меня. Через пару минут он возвращается с кружкой шоколада.

– Ммм, очень вкусно. Как ты узнал, что я обожаю карамельный сироп?

Его вопрос застал его врасплох.

– Угадал…

Я, наконец, начинаю согреваться. Мне тут очень нравится, была б моя воля забрала бы семью сюда и осталась тут жить. Осталось выполнить свою часть уговора, и я смогу вернуть Майка родителям. Мне всего лишь нужно помочь убить одного Дармона и моя жизнь вернётся на круги своя.

Мы продолжили заниматься ещё несколько часов, с каждым разом у меня получалось все лучше и лучше. Мне нравятся свои новые Силы, с ними я чувствую себя могущественнее. Всего день назад я была обычным подростком, с обычными проблемами, а сейчас моя жизнь изменилась кардинально, посмотрим в лучшую ли сторону. За сегодня я смогла немного научится читать мысли других, телекинезу, некоторым видам управления стихий с которыми мне явно нужно быть поосторожнее. Итан был снова удивлен, что я могу управлять стихиями, но снова ничего мне не сказал. Мне кажется, он что-то от меня скрывает и моя любопытность меня просто сжирает. У меня столько вопросов, но сил уже не хватает.

Я чуть не сожгла этот милый домик, в который я бы хотела хоть раз вернуться, зато теперь я могу легким движением разжечь костер без помощи спичек и так же потушить его шаром воды. Конечно, мне ещё потребуется практика, чтобы я могла выполнять это всё без каких либо усилий.

– Вот это я устала за сегодня. Столько впечатлений за один день, у меня давно такого не было, – улыбаюсь я. Мы сидим на веранде любуемся шикарным видом, каждый с кружкой чая.

– Думаю, на сегодня хватит, и так сегодня задержались дольше, чем нужно, – он протягивает руку и я встаю с кресла.

– У меня столько вопросов к тебе, не знаю, с чего начать.

– Задавай любой, я весь во внимании.

Я на секунду прерываюсь и задаю самый простой.

– От куда вообще взялись Дармоны?

– У нас ходят множество версий, многие из них ложные, но я больше верю в эту. Все началось с одного обычного парня, который нашел кристалл, давший ему Силу. Он основал Либерти, годами выстраивал все, что мы имеем сейчас. Это где-то было около 350 лет назад. Но проблема была в том, что у него был брат, который всячески ему завидовал, он тоже стал Дармоном и сумел прийти к власти. Он закрыл брата в нашей тюрьме на несколько веков, но тот каким-то образом оттуда сбежал и до сих пор скрывается. К власти пришел Артур, наш Старейшина и установил свои порядки, из-за вечных конфликтов братьев тот изгнал обоих. Им запрещено появляться в стенах Либерти, никто не знает где они и живы ли до сих пор. Вот такая вот легенда.

– А ваши враги, Ибрагим как-то упомянул их.

– Всадники? Да, те еще отморозки, они похожи на нас. Тоже имеют свои Силы, но те немного отличаются от наших. Говорят, что старший брат правит ими.

– Что с ними не так?

– Они живут за счет людских страданий, которые сами же им и создают, от этого они и становятся бессмертными. По той легенде, когда старший брат решил отнять у младшего кристалл, тот раскололся, и часть Дара передалась ему. Более темная.

Мне стало не по себе от его слов. Что значит, живут за счет людских страданий? В голове не укладывается это.

– Тебе пора домой, мама будет волноваться, если ты, конечно, не решила оставить их.

– Ни за что.

***

Мы находимся у меня в комнате. Итан сидит у меня на кровати, смотрит, как я убираю землю с пола.

– Не устала?

– Мог бы и не издеваться.

Тот лишь ухмыляется. Ему стоило провести рукой по воздуху несколько раз, и весь мусор оказался у меня в совке в считанные секунды.

– Серьезно? – нахмурилась я.

– Неужели ты забыла, что можешь делать?

– Если ты не забыл, как я сегодня сожгла половину шторы в комнате, то я нет. Лучше не рисковать.

– Мама идёт…

Я бросаю взгляд…в пустоту. Он снова исчез. На несколько секунд я остаюсь наедине со своими мыслями. Снова смотрю на запястье и прохожу в ужас. Во что я себя впутала? Так легкомысленно приняла решение, ничего не взвесив и не подумав даже толком. Я открываю дверь и меня тут же, резко хватает в объятья.

– Детка, где ты была? Я чуть с ума не сошла. Почему ты не отвечаешь на звонки? – я беру телефон, 18 пропущенных. Даже не знаю, что и ответить. – Слава Богу, с тобой все хорошо. Ты почему в школе не была?

– Я хотела побыть одна, – опускаю голову и прижимаюсь к ней. Мама нежно обнимает меня. – Прости, я не хотела тебя напугать, я знаю, что тебе сейчас тяжело…

– Милая, не извиняйся, – мама целует меня в макушку. – Пойди, отдохни, а я заварю нам чаю с ромашкой.

– Я лучше посплю, сегодня не важный день…

Сна ни в одном глазу, я просто лежу на кровати и пялюсь в потолок, настроение пропало. К моему удивлению мне удалось затолкать в себя несколько сэндвичей. Желудок требовал пищу, но самой есть мне не хотелось, после сегодняшних событий.

Мой взгляд падает на тот самый карандаш, которым я пробила стену. Я поднимаю его, и он парит надо мной, поворачиваясь по своей оси. За окном слышен радостный возглас детишек, которые бегают по нашей улице. Я резко поднимаю корпус. Спустившись вниз, замечаю маму у плиты.

– Мам, я пойду, прогуляюсь.

– Хорошо, только недолго и держи телефон при себе.

Я одеваю черную толстовку, светлые джинсы и иду в гараж. Где-то в этом бардаке стоит мой старый велик. И правда, за кучей коробок под покрывалом я нахожу моего старичка. Эх, сколько же я на нем километров накатала, сколько разбитых коленей пережила, но это всё не сравнится с воспоминаниями. Помню как я с Майком, будучи маленькими, уехала на нем в соседний городок и там мы потерялись. Нас нашел владелец кафе и пустил к себе, угостив горячим шоколадом с карамельным сиропом, именно тогда я признала для себя это самым вкусным напитком в мире. Родители в ужасе примчались за нами на всех парах, но мы ничуть не испугались, потому чтобыли вместе.

Я сажусь на велик, затыкаю уши наушниками и мчу вперед, под любимые песни Marina and the Diamonds. Пока это ещё возможно, хочу почувствовать себя обычным человеком, который может наслаждаться людской жизнью. Кто знает, что меня ждет дальше.

Мимо меня проезжает множество машин, дети гуляют на улицах возле своих домов. Именно так я провела больше часа, просто разъезжая по городу пытаясь выбросить все мысли из головы. Весь город начинает окутывать темными массивными тучами, предупреждая о скорой смене погоды. Меня это ни сколько не останавливает. Я крепко держу руки на руле, ноги быстро крутят педали.

Мысли совершенно не совладают с действиями. Не заметив, каким-то образом меня занесло в трейлерный парк. Только остановившись на невысоком склоне, я понимаю, где нахожусь. Боже прошу, останови меня. Я тебя умоляю. Именно здесь, в одном из трейлеров живет Рамиль.

Съезжаю по холму вниз, я даже знаю, в каком именно трейлере он живёт. Но клянусь, лучше бы не знала. Погода начинает ухудшаться, небо темнеет, единственные лучи света, просачивающиеся сквозь облака рассеивались словно пелена. Слезаю с велосипеда, надев капюшон, на голову, спрятала под него волосы, и тихонько качу его к дому Рамиля.

Подкрадываюсь к одному из окон и заглядываю туда. Раньше я только знала его адрес, но никогда не решалась прийти сюда. Это оказалась небольшая комнатка, совмещенная с кухней, посреди неё стоит диван, пред ним стеклянный стол и старый телевизор по которому идёт какое-то комедийное шоу. Рамиль сидим за ним и учит уроки.

Моё сердце вновь начинает биться быстрее. Стою тут как дура и улыбаюсь. Мысленно представляю, как я сижу рядом с ним, смотрю в карие глаза, а он то и дело отвлекается на меня, мило улыбаясь. Этот момент был бы словно в сказке и возможно кажется пределом мечтаний. Но это так, это необъяснимое чувство, которое охватывает каждый раз, как он случайно касается меня, или мы встречаемся взглядами, мне хочется улыбаться, танцевать. В душе стоит приятный трепет, я закусываю губу и продолжаю наблюдать.

Мои руки ослабевают, что я даже не замечаю, как велосипед падает. Резко присаживаюсь вниз и сильно ударяюсь лбом о стенку. Теперь мне очень страшно вставать обратно, вдруг он услышал. Рамиль ни в коем случае не должен видеть меня тут, не хочу, чтоб подумал, что я преследую его. Сердце сейчас выпрыгнет из груди. В этот момент начался сильный дождь. Ну супер! Я медленно поднимаю глаза к окну и вижу… как Рамиль смотрит на меня, ошарашенным взглядом. Дура! Вот чем я думала, когда катилась сюда.

Дождь усилился за считанные секунды. Мне хочется раствориться в воздухе прямо сейчас или переместится куда-нибудь на другой конец планеты. Но лишь бы не быть здесь. Я вовремя вспоминаю, кем стала совсем недавно и решаю не рисковать так. Ноги не слушаются, мне с трудом удается подняться.

Я нащупываю, велик, поднимаю его и на какое-то мгновение у меня вылетает из головы как ним пользоваться. Мне следовало бы бежать, или скрыться за трейлером, но я как дура смотрю на руль и не понимаю что делать.

Газон, который тут растет, успело размыть до состояния каши. Колеса не смогут нормально ехать. Мне лучше исчезнуть прямо сейчас. Я уже хотела бежать, кинув этот проклятый велосипед тут, но чувствую, как меня кто-то схватил за руку. Это Рамиль. Я тяжело дышу, мы встретились взглядом. Все же я не могу отвыкнуть от него. Он что-то говорит, а я не слышу, разум, будто отключился, бросив меня в самый тяжелый момент.

Стою на пороге трейлера, меня можно хоть выжимать, но дальше не иду. Мы молчим. Только сейчас я начинаю что-то соображать. Где та сказка, в которой я утонула несколько минут назад. Где тот волнующий трепет? Танцевать больше не хочется. Страх и неуверенность овладели мной. Раньше такого не было и из-за этого я в растерянности. Мы сидим вместе, посещаем школу и все было хорошо. И где я теперь? В месте, куда я мечтала попасть, но и в том, где мне даже трудно дышать. Дождь и не собирается прекращаться. Рамиль уходит и вскоре возвращается с пледом и укутывает меня в него. Я вернулась в реальность, когда он стал так близко. Брось, ты же вчера его чуть не поцеловала.

– Спасибо, – выдавливаю из себя.

– Проходи, присаживайся.

Долго не решаюсь, но всё же делаю несколько шагов. Осматриваюсь и сажусь на тот диван, где он сидел себе мирно какое-то время, пока на голову не свалилась я. Надо написать маме смску, что я якобы у подруги.

На столе разбросаны тетради и книги. Рамиль подходит и начинает судорожно их складывать, его взгляд падает на левый угол стола. Он быстро кладет туда стопку учебников. Теперь тут, наконец, проявляется порядок, я замечаю, что на столе лежит стекло по размеру, под которым находятся всякие маленькие бумажки с какими-то надписями. Что же он хотел скрыть? Из-за мокрой одежды мне становится холодно. Рамиль выходит на кухню и через пару минут возвращается переодетый.

– Ты, наверное, замерзла. Держи сухую одежду, пойдем, переоденешься.

Неужели мои маленькие мечты сбываются. Хотя не стоит забываться, что у него есть девушка и наверняка он просто проявляет вежливость перед дурой, которая за ним следила. Мне становится неловко от этих мыслей. Я становлюсь рядом со шкафом, Рам открывает дверцу, я за неё прячусь, а он уходит, чтобы не смущать меня. Снимаю с себя мокрые вещи и надеваю шорты и толстовку. Из рук все начинает падать, я снова ударяюсь головой, только теперь о дверцу шкафчика, в попытке поднять их. Чувствую себя самой неуклюжей идиоткой на свете.

Его запах впитывается в мою кожу, я вдыхаю аромат одеколона с толстовки и чувствую, как тело покрывается мурашками. Будет неловко всем, если сейчас в трейлер зайдет вся промокшая и злая из-за дождя блондинка, например из магазина и тут я, в одежде её парня. Уверена, на мне бы и живого места не осталось. Но я стараюсь про это не думать. Я сажусь на диван. Рамиль забирает мои вещи и уходит на кухню сушить их. За окном погода совсем испортилась, лить стало, так что дальние трейлеры стали плохо видны. На секунду я представляю, как несколько километров ехала бы по такому.

– Хочешь чего-нибудь?

– Нет… спасибо, – соврала я, мне стало неудобно перед ним. Он садится рядом. Нас накрыло неловкое молчание. Каждый смотрит в разные стороны.

– Так что ты тут делала? Я спросил на улице, но ты не ответила.

– Заезжала к подруге, случайно увидела тебя в окно, – да уж, врунья из меня неважная.

– Понятно…

– Прости, что помешала тебе…

Как же мне хочется оказаться в Прекстон вилидже, рядом с Итаном, что он обучал меня управлять огнем или силой ветра. Сейчас происходит, наверное, самый неловкий момент в моей жизни. Но он четко сказал, чтоб я не раздумывала о других местах при посторонних, а не то могу переместиться туда случайно.

– Ты никого не ждешь?

– Нет.

– Может мне уехать, дождь почти закончился?

Рамиль повернулся ко мне лицом и смущенно сказал:

– Останься, уже поздно, я тебя саму не отпущу.

После этих слов, мои бабочки в животе проснулись и начали летать по всему организму. Я почувствовала прилив тепла, мир будто остановился и я согласна на все лишь бы остаться тут еще хотя бы ненадолго. Мы улыбнулись друг другу, и Рамиль предложил поужинать с ним. Мне стало легче, я почувствовала то самое блаженное чувство, которое так долго ждала.

Ток шоу, что мы смотрим, не имеет никакого смысла, мы уплетали разогретую пасту, время от времени смеемся. Стеснение осталось на улице мокнуть под дождем, а я снова стала чувствовать себя уверенно. Мне стало невероятно хорошо, я чувствовала счастье вокруг себя, находясь рядом с ним. Одно мне только не давало покоя, это означало «да»? – ответ на мой поставленный вопрос, ибо ничего про записку он мне так и не сказал.

– Спасибо, что спас меня вчера. Что они с тобой сделали?

– Поговорили, а когда поняли что, я не причастен к драке отпустили.

Эти слова грели мне душу. Как же хорошо, что он не пострадал. Находясь там, в нетрезвом состоянии я припоминаю, как хотела поцеловать его в ванной комнате, но нам помешали приближающие шаги. Может это и к лучшему. От этих мыслей я чувствую, как залилась краской.

– Ты сегодня пропустила школу, у тебя все хорошо?

Значит, все-таки заметил, это приятное чувство.

– Ездила с другом в другой город, по одному делу…

Только сказав эту фразу, тут же пожалела. Почему разум живет совершенно отдельно от меня. Нужно было что-то придумать, соврать, в конце концов, что помогала маме. Мне показалось его это заденет, но он сидел точно также, не изменив выражение лица.

– Это здорово. Рад за тебя.

– Что сегодня в школе нового?

Разговор начал натягиваться, мы выдавливали из себя какие-то нелепые фразы. Я начала подозревать, что ему со мной становится неинтересно и лучше бы мне убраться отсюда. Но я слишком устала, дождь продолжал лить. Иного выхода у меня нет. Мои веки сами закрываются.

На часах уже практически девять. Рамиль просидел рядом со мной все это время. Я никак не приду в себя от того, что нахожусь здесь, но совсем выбиваюсь из сил, ведь сегодня был очень насыщенный день.

Встаю, чтобы убрать тарелки и облокачиваюсь у раковины, переваривая понемногу, что я здесь в его доме, смотрю с ним телевизор. Эмоции переполняют меня, с одной стороны хочется прыгать от радости, а с другой, остается неприятный осадок. Мне ничего не понятно, я словно нахожусь в тумане, где только начинаю что-то видеть, оно скрывается в усиленной густоте.

Повернувшись к раковине, на правой руке появляется небольшой огненный шар, я ужасаюсь от того, что происходит. Рамиль повернулся ко мне, а я ничего лучше не придумав, включаю кран и опускаю руку в воду. Огонек исчезает мгновенно.

– Что-то случилось?

– Все в порядке, – я попыталась улыбнуться ему, а внутри все сжималось от страха. Еще б чучуть и Рам увидел меня.

Я ложусь на один край дивана и скручиваюсь в клубочек, чтобы не мешать ему, а Рам на противоположный. Здесь мало места, но все же мы как-то помещаемся. В трейлере стало невероятно холодно после дождя. Нас спасало только, то, что мы близко лежим друг к другу и тонкое одеяло.

– Спокойной ночи, – шепчу ему.

– И тебе.

В эту ночь я заснула самым счастливым человеком на Земле. Пусть этот момент и длится не долго, но я хочу насладиться им по максимуму.

Глава 5

Первые лучи солнца проходят сквозь окно и касаются моих век. Я зажмуриваюсь и отрываю глаза. Спустя несколько секунд я понимаю, где нахожусь. Меня обнимает рука Рамиля. У меня начинается паника. Господи, ну как можно было так облажаться? Видимо ночью стало слишком холодно, и я каким-то образом оказалась рядом с ним.

Смотрю на наручные часы Рама сейчас 4 утра. Почему я вообще сплю, разве это не должно было закончиться? Хоть меня и не покидает желание поспать ещё хоть несколько часиков, медленно выскальзываю из кровати, чтоб не разбудить спящего. Нужно исчезнуть отсюда как можно скорее.

На цыпочках крадусь на кухню. Мои вещи висят на обогревателе и уже высохли. Его одежду я нехотя снимаю и аккуратно складываю на стул. Мой взгляд падает на столешницу, там лежит фоторамка, перевернутой вниз лицевой стороной. Аккуратно приподнимаю её, сердце начинает колотиться, будто в данный момент я совершаю преступление. На фото та самая девушка рядом с Рамилем, которая была в кафе и поцеловала его. У меня начинается нервная дрожь в теле, я чувствую себя дурой, которая поддалась чувствам. Лучше бы я промокла. Лучше бы заболела, чем согласилась остаться. Нужно убиратся отсюда как можно скорее, пока Рамиль не проснулся. Нужно пережить последние дни в школе, чтобы родители обо мне не беспокоились и сделать вид, что я уехала. Только так я смогу зажить по-новому.

Как же я хочу сейчас есть, автоматически хватаюсь за живот. Меня это начало беспокоить, почему у меня до сих пор есть человеческие необходимости. Что-то явно со мной не так, раз я отличаюсь от других. Быстро собрав свои вещи, я тихо открываю двери трейлера. На улице свежо, на газоне образовались огромные лужи, в одной из которой лежит мой велосипед. Рукавом вытираю сидушку и ручки. Бросаю последний взгляд на трейлер и ухожу вперед.

Еду по дороге, машины очень редко встречаются. Людей нет, нет шума на улицах, город еще спит. Блаженство! Легкий ветер ударяет в лицо, в ушах играет любимая песня, что может быть лучше. В данное время разве что, что-нибудь аппетитное.

Я заезжаю в круглосуточное кафе под названием «Blue kangaroo». Сажусь за столик, ко мне подходит полненькая официантка и сонно желает доброго утра. Я беру меню, денег у меня не очень много, хватит лишь на омлет и чай. Пока жду заказ, чувствую, что начинаю засыпать. Спустя 15 минут меня будит Кэйли, так зовут официантку.

– Приятного аппетита, – говорит она и уходит.

На тарелке огромная порция омлета, щедро украшена свежими овощами и немного орегано. Я начинаю жадно уплетать завтрак. Стараюсь не думать о том, за каким чертом меня вчера понесло в трейлерный парк. Теперь он меня возненавидит. Нужно постараться избегать его.

Я так спешила удрать поскорее оттуда, что даже не умылась, нужно хотя бы взбодриться холодной водой, может хоть это поможет проснуться. Иду в дамскую комнату. Бывало и лучше называется, но что поделать. Открываю кран, оттуда выливается ржавая вода, но спустя пару минут она проходит. Я набираю в ладони ледяную воду и умываю лицо. В зеркале над умывальником отражается моё опухшее усталое лицо. Куда же мне сейчас идти? Домой нельзя, начнутся вопросы, придется в школу.

Я расплачиваюсь и уезжаю. До уроков остается почти три часа. Не спеша качусь до школы. На моё счастье она оказалась открыта в это время, сейчас будет самое сложное пробраться в свой класс, так, чтобы никто меня не увидел.

Школьной охраны сейчас нет на месте, я стараюсь бесшумно пробежать по коридору, затем по лестнице еще мгновение и вот моя аудитория. Заперто на ключ, ну конечно. Тут-то мне и пригодятся мои Силы. Я протягиваю руку, пальцами провожу по воздуху, как будто открываю замок, и он к моему удивлению поддается. Честно говоря, не думала, что это вообще сработает, но у меня получилось. Видимо я как-тозаставила механизмы правильно провернуться и открыть замок.

Как же я хочу спать! Иду к задней парте, где и проведу сегодняшний день, подальше от Рамиля. Ложусь на 2 стула и наконец, засыпаю.

К 8 утра я поставила будильник, но проснулась раньше от того, что в класс зашел заядлый ботаник. Чуть позже остальные ученики начали подтягиваться. Я внимательно наблюдаю затем, как все начинают шуршать учебниками и что-то читать. Меня сейчас практически охватил «сердечный приступ» уже два дня как я не бралась за домашние задания, а через 10 минут будет опрос по истории. Тут до меня доходит то, что у меня даже нет учебника на парте.

Я пулей выбегаю из класса, и на всех парах мчу до шкафчика. Замечаю, что книги нет, видимо она дома, зато хоть конспект есть. Беру его и беру назад. Около соседней аудитории я замечаю Итана. Только не сейчас!

– Ты куда пропала? Дома не была, я не знал что с тобой. Ты хоть представляешь, как я переживал, я боялся, что тебя занесло в другую страну, и ты там одна и не можешь вернуться назад. Как бы я тебя нашел…

– Прости, поговорим позже.

По коридору по классам спешат ученики, среди них я замечаю Рамиля, но стараюсь делать вид, что не увидела его.

– Приходи в столовую через 2 урока. Я опаздываю на опрос по истории.

Я занимаю свое место и нервно листаю конспект. Через 5 минут к нам заходит мистер Финниган. Через некоторое время, он начинает вызывать по одному, отвечать. За тот период пока передо мной выступило 5 человек, я смогла повторить достаточно.

– И так, следующим отвечает Сандерс, – я оторвалась от конспекта. – В каком году Людовик 15‑й стал королем и какой страны.

– Он был королем Франции и стал им в … – по выражению лица Рама было заметно, что он забыл.

Я опять наступаю на одни и те же грабли. Закрываю глаза, выдох, мой взгляд падает на одноклассника. «1774» – посылаю ему. Он неуверенно говорит дату.

– Верно, а как звали жену Людовика?

Я уже начинаю чувствовать вину перед ним, так как из-за своей дурости не дала ему подготовиться к опросу. Я просто обязана ему помочь.

– Мария…Антуанетта?

– Да, ты всё знаешь, поуверенней отвечай.

Покончив ещё с несколькими вопросами, Рамиль садится за парту в смятении, наверное, думает о том, откуда он это знает. На моём лице появляется легкая улыбка, которую он замечает. Ещё несколько человек и буду я.

К своему удивлению я неплохо справилась. Положив голову на парту, я слушала ответы других учеников. Мне уже не хотелось спать, после такого.

После двух уроков, как и обещала, я направилась в столовую, где за столиком меня уже ожидал Итан. Он явно сидел рассерженным. Я подбегаю к нему, сажусь рядом и обнимаю, улыбаясь невинной улыбкой.

– Ну, прости, – делаю жалостный взгляд, который его явно смешит, но он старается скрыть это. – Прости, пожалуйста, – я замечаю, как он уже начинается хихикать. Всегда так делала, когда сорилась с братом, каждый раз срабатывало, и мы мирились.

– Потрудись объяснить.

– Поверь, ничего, ну ты понял, не случилось, просто уехала вчера покататься на велике, и пошел дождь… в общем, не этого главное. Главное вот что, в Либерти я разговаривала с парнем, он мне рассказывал про то, что вы не спите, не едите, а тут выяснилось, что это меня не коснулось. Я почти 2 дня хотела, есть, сегодня ночью легла спать.

– Ну, вообще-то да, – протянул Итан. – Мы не спим, можем, есть еду, но в этом нет необходимости. Меня уже начинают пугать твои Силы. Может, стоит рассказать об этом Старейшине?

Я обхватываю Итана за плечи и смотрю прямиком в глаза.

– Дай мне время самой разобраться.

– Я просто не понимаю, почему ты не хочешь, чтобы тебе помогли.

– Итан, если они узнают, начнется паника, помни чтобелый Дар это редкость, вдруг надо мной будут ставить эксперименты, чтобы изучить меня. Я не готова к этому. Мне нужно время чтобы понять всё самой.

– Ладно, но помни, постарайся поменьше говорить с Дармонами о своем цвете.

– Почему?

– Они настроены к нему враждебно, в частности от не знания твоих Сил, ведь таких как ты бывает всего один из тысячи. Я сам толком еще не влился в эту систему, но возможно я смогу что-то узнать.

Я кладу голову ему на плече и обдумываю его слова, в этот момент мой желудок даёт о себе знать.

– Сейчас приду, – Итан встает и уходит из столовой. Достаю телефон и пишу маме смс «Всё в порядке. Я в школе»

В этот момент замечаю, как к моему столику приближается Сандерс. Только этого мне не хватало. Я не хочу с ним разговаривать в данный момент.

– Привет, – смущенно, практичски тихо говорит он, мои глаза бегают по всей столовой и я не решаюсь ничего сказать. – Ты меня игнорируешь?

– Прости, что? Я просто задумалась? – очередная нелепая отмазка.

– Ты меня избегаешь?

– Вовсе нет, просто появились срочные дела.

– В 4 утра?

Я чувствую, как моя кожа начинает гореть, неужели он слышал, что я убегаю?

– Держи, – Итан, внезапно появляется позади меня и дает мне пакет из Макдоналдса. Там пару бургеров и кола.

– Спасибо огромное, это сейчас очень кстати, – говорю я, набрасываясь на еду, Рамиль в недоумении смотрит на меня.

– Привет, Рамиль, – поздоровался Итан и сел рядом.

– Мне уже пора, – ответил Рамиль и не дожидаясь ответа ушел обратно за свой столик.

– Что это с ним?

– Наверное, не выспался…

На лице Итана появилась непонятная ухмылка. Кажется, я догадалась к чему это, но комментировать не стала, чтобы не начать ненужный разговор.

– Скажи, почему ты продолжаешь ходить в это место?

– Ради мамы, она должна знать, что у меня будет будущее. И если на то пошло – жить вечность, то пусть я буду хотя бы немного образованная.

– Ладно, наслаждайся обедом, а мне нужно в Либерти.

– Зачем, если не секрет?

– Нужно встретится со своим куратором, продолжить тренировки, у меня еще плохо дела с созданием силовых шаров.

– Твой куратор Лиза?

– Да, она замечательная, всегда меня поддерживает, мы с ней часто видимся…

По лицу Итана было заметно, что он засмущался при упоминании о ней, судя по покрасневшим щекам.

– Хорошо, увидимся после школы? – улыбнулась я.

– Да, я как освобожусь, приду.

Следующим уроком физра. Я иду в раздевалку, чтобы переодеться. Тут как всегда девочки обсуждают все сплетни школы. В основном это разговоры про чьи-либо отношения, что сейчас модно, кто провел на прошлых выходных круче всех вечеринку. Ну, или как сейчас, все обсуждения о той драке. Парням досталось конкретно, их родителей вызвали в участок, теперь как бы до судебного разбирательства не дошло.

Если честно, то мне никогда не было интересно забивать этим голову, может я для кого-то и странная, ну и пусть, я есть такая, какая есть и становиться похожими на таких как они, не горю желанием. В конце раздевалки вижу шайку с главой их банды девочку Алевтину, которая смотрит в мою сторону и злобно хихикает. Это та самая тварь, которой я испортила её дизайнерскую кофточку. Мне становиться противно тут находится. Я выхожу из раздевалки и жду начала урока.

– Сегодня бегаем 5 кругов. Потом разделяемся на пары и делаем упражнения, – говорит физрук.

Все начинают показывать свое недовольство. Пробежав эти несчастные круги, я останавливаюсь, чтоб отдышатся. Ко мне подходит Алевтина.

– Что крыска, устала, небось. Как тебе спиться по ночам, наверняка очень весело вместе с тем милым парнишкой, что носит тебе еду. Ведь тебе королеве, уже не по нраву наши нищебродские блюда, что тут подают. Смотри, чтоб не сбежал от тебя как твой братец, например ко мне, я б с ним сходила на парочку свиданий.

Эти слова больно ранили мне душу, как только все понемногу затягивается, кто-то снова умудряется расковырять рану. Я еле сдерживаю слезы на глазах.

– Не стоит забываться, тут королева я и если я захочу, то в один миг, уведу у тебя твоего дружка и сама знаешь кого.

Только не сорвись, прошу! Я выбегаю из спортзала и бегу на второй этаж в аудиторию, во мне бушует невероятная ярость. Как же я ненавижу таких людей, которые с легкостью без угрызений совести могут наговорить человеку всяких гадостей.

Добегаю до класса и взламываю замок двери. Мне хочется закричать, слёзы текут из глаз, я падаю на колени перед дверью. Итан прошу, приди ко мне сейчас, мне тебя не хватает.

Я не могу остановиться плакать и закрываю лицо руками. В этот момент чувствую, как кто-то присаживается сзади меня. Он услышал. Это меня немного успокаивает, но я чувствую знакомый запах … поворачиваю голову и вижу перед собой Рамиля. Моё дыхание замирает. Он садится рядом и понимающе смотрит на меня. Мне снова становиться неловко, находиться с ним наедине, глаза бегают то на него, то в пол. Рам это заметил и улыбнулся.

– Милада, – произносит он.

Я опускаю глаза, ведь не знаю, что ему ответить. Мои глаза снова начинают наполняться слезами.

– Не слушай эту дуру. Ты не должна расстраиваться из-за её глупых слов. Забудь, – он смотрит мне в глаза. – Забудь, что она вообще существует.

На моём лице появляется легкая улыбка. Мне так хорошо от того что он рядом.

– Возвращайся обратно за парту, а то так не привычно без тебя.

Моё настроение начинает улучшаться, я киваю в ответ. Мы садимся на наше место.

– Я помню, как впервые заговорил с тобой, ты сидела и так же плакала на задней парте, знаешь, – по нему стало видно, как он волнуется и старается подобрать слова. – Я хотел тебе кое-что сказать… – его прерывают!

– Эй! Тебя, между прочим, ищет физрук, он просто в бешенстве, спускайся немедленно, – в класс забежал темнокожий парень. Они вместе уходят, но напоследок Рамиль произносит:

– Красивый кулон.

Я сижу в растерянности, что он хотел сказать? Почему этому парню нужно было зайти именно сейчас, а нехотя бы минутой позже. Я же теперь сгорю от незнания. Самое главное я ничего не поняла, что это только чтобыло.

Во мне бушует ярость, как мне все надоело. Этот постоянное незнание того, что происходит между мной и Рамилем, я мучаю себя тем, что постоянно накручиваю пустые надежды о нем. Мне не кому это все рассказать, что накипело в душе, у меня даже нет лучшей подруги, какое же я ничтожество!

Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Все тело начинает гореть, голове проносится адский шум. Мне становиться невыносимо больно, но я не знаю, это душевная или физическая боль. Они обе настолько сильны и одна пытается вытолкнуть другую.

Не выдержав такого давления – я кричу на весь этаж, шум не прекращается, а лишь усиливается, я пытаюсь закрыть ладонями уши, но это-то же самое, что приложить кусочек ватки к только что образовавшейся глубокой ране. Лампы в аудитории разом начали мигать, а потом взорвались, осколки разлетелись по всему классу, парты сдвинулись в стороны со своих мест, еще секунда и окна повылетают из рам.

Всё резко прекращается. Все предметы медленно начинают возвращаться на свои места. Я стою в недоумении несколько секунд, а затем понимаю, что передо мной кто-то стоит.

– Ну, здравствуй.

Я не знаю, кто это, но явно он пришел не с миром. Высокий мужчина со светло-коричневыми волосами, острыми скулами и легкой щетиной на ней. Все ещё никак не могу прийти в себя. Невидимая сила сжимает моё горло и резко прижимает к стене. Мне сложно дышать, я задыхаюсь, но все же пытаюсь разглядеть его.

– Ты кто? – передаю ему.

– Арчер.

Не может быть. Как он меня нашел, моё тату должно же меня защищать! Только сейчас я вспоминаю ту самую фотографию, что показывал мне Ибрагим и узнаю его. Арчер отпускает меня.

– Зачем ты сюда пришел? – тяжело дыша, спрашиваю я.

– Хочу познакомиться, – его взгляд меняется на злобную физиономию, глаза светятся синим цветом.

Мое тело резко отлетает в стену, сильно ударяюясь головой. Я отвечаю ему тем же, но это не срабатывает. Вокруг Арчера появилась прозрачная защитная стена. Он злобно начинает смеяться, а за тем в меня летят силовые шары. Они ударяются об меня, доставляя порции боли. Это можно бы сравнить с тем, что тебя бьет здоровенный мужик своими «кувалдами».

Я падаю и забиваюсь в угол, стараясь прикрыть себя руками. Я беззащитна. С каждым брошенным зарядом мое тело ослабевает, но я ощущаю в себе некую защитную реакцию организма, словно что-то пытается вылечить меня, оно идёт очень медленно, поэтому я чувствую эту адскую боль.

В этот момент что-то меняется, я медленно встаю, не смотря на атаку шарами. Мои глаза раскрываются в белом свету, это очень удивило Арчера, и он замедлился. Этот крошечный отрезок времени, подаренный эффектом неожиданности, сбил его с толку. Я выпрямляю руки перед собой и приближаюсь к нему. Хочу убить его прямо сейчас. Идеальный момент, я верну брата.

Каждая мышца рук напрягается, я чувствую прилив сил, не замечаю ту боль, во мне лишь злость на Арчера. Сейчас я похожа на демоницу, готовую лишить жизни нечеловеческую душу, но мне это нравится. Этим видом я ошарашила Арчера, в этот момент он думает не о защите, а о том, что я такое.

В моих руках смертоносные могучие силы, я величественна. Я могу убить. Эта мысль меня немного пугала, но чтобы вернуть Майка я готова пойти на это. Последний взгляд Арчера в мои глаза и конец.

Кто-то барабанит в двери, видимо из-за шума мы не слышали этого ранее. Противник, пользуясь моментом, исчезает. Чёрт! От испуга глаза возвращаются в человеческий вид. В классе остался самый настоящий погром. Куча битых стекол, несколько парт перевернутых лежат на полу, в стене вмятина после того как меня в нее швырнули. Он ушел, а я его упустила.

– Откройте двери! Откройте, иначе нам придется её выбить, – слышится по ту сторону.

Только сейчас я поняла, что мы были в школе и этот грохот услышали все. Дверь начинают выбивать в прямом смысле. Тот угол, в который меня только что загнали как запуганную псину, окрашен в черный как после небольшого взрыва цвет. Я двигаю шкаф туда. Поправляю парты в прежнее положение, стекла раздвигаю в одну кучу, а сама прячусь в шкаф. Приоткрыв слегка дверцу, открываю, наконец, двери класса. Закрыв рукой рот чтоб, было не слышно, как я дышу, слушаю, как сюда ворвались учительницы, которые проводили уроки за соседними стенами.

– Ничего не понимаю, только что я слышала громкие звуки побоища, – говорит первая.

– Посмотри в шкафу.

Если меня сейчас найдут, то мне конец. Как же я хочу отсюда убраться. Сердце бешено колотится. По лицу стекают капельки холодного пота. Силуэт приближается ко мне, еще пару секунд и меня найдут. Рука берет ручку. Двери шкафа открываются.

– Никого нет.

– Ну не могло же нам обеим показаться.

Столпившиеся под дверью ученики, рассматривают класс с открытыми ртами, некоторые сразу же достают свои любимые телефоны, чтобы распространить кучу новых сплетен в считанные секунды. На шум сбегаются другие учителя и начинают разборки о том, что же случилось и кто причастен к этому.

***

Грузовик на бешеной скорости мчит по шоссе, водители легковых машин сигналят и еле успевают увернуть машину. Еще немного и из них точно кто-то столкнется. Я открываю глаза и только сейчас понимаю, что сижу посреди автострады, где идёт небольшой поток машин. Это был мой первый раз, когда я сама перенеслась.

В голове прошло легкое головокружение. Я встаю с земли, грузовик все ближе и ближе ко мне. Водитель наверняка меня заметил, но из-за потока машин ему трудно будет развернуться, еще немного и он на меня наедет. Остается каких-то 10 метров, с обеих сторон едут машины. Которые даже не желают остановиться. У них свои дела, все куда-то спешат. Что же делать, мне некуда бежать. Итан сказал, что Дармоны бессмертны, но мне всё равно очень и очень страшно, выбраться я не могу, исчезнуть тоже, так что остается одно.

Я приседаю на корточки и зажмуриваю глаза, приготовившись к аварии. Водитель, наконец, замечает меня. Пару метров до столкновения. Он поворачивает руль. Грузовик проламывает перила и летит вниз. Машины замедляют ход. Кто-то остановился, некоторые наоборот набрали ход, чтобы поскорее убраться отсюда. Я встаю и понимаю, что он слетел из-за меня и бегу к краю моста. Люди повылазили из своих машин, чтобы поглазеть, достают телефоны и начинают снимать происходящее.

Я тяжело дышу. Сейчас он умрет. Утонет в ледяной воде. Я виновата перед ним. Высота от моста до воды метров 5. Кровь стынет в жилах, только глядя на расстояние, но и от мысли от предстоящем. Понимая, что если я это не сделаю, то никогда себе этого не прощу. Собрав волю в кулак, позабыв о страхе, что пожирает мое тело, я прыгаю вниз. Люди, собравшиеся вокруг, запаниковали.

– Сумасшедшая!

– Да она сейчас утонет!

– Кто-нибудь вызовите скорую.

Я не вижу поверхность. Слишком темно. Лишь некоторые лучи уходящего солнца касаются края воды. Она неимоверно ледяная. Я про это не думаю, мне главное найти грузовик. Тут я замечаю свет фар. Плыву к нему. Он всё еще опускается на дно. Воздух заканчивается, но меня это не останавливает. Я никогда не прощу себе, то, что я погубила ни в чем не повинного человека. У него наверняка есть жена, которая ждёт дома, ребенок который по нему скучает. А я вот так легко отниму жизнь. Ведь он увернулся, чтоб спасти меня, а в итоге пострадал сам.

Я перед лобовым стеклом. Вижу его, он без сознания. Мои лёгкие высасывают из меня последние граммы кислорода. Скоро и я отключусь. Подплываю к дверце. Её заклинило. Я взрываю замок. Теперь путь свободен. Вытягиваю бедолагу из машины и мы еле еле плывём на поверхность. Очень тяжело поднимать его, физические силы меня покидают, я стараюсь как могу. Чья-то рука хватает меня за кисть. Мы быстро выплываем наверх. Люди, стоящие на мосту ликуют. Нас тащат к берегу. Я залажу на бетонный пирс и выкашливаю из себя воду. Парень, который нас вытащил, затаскивает мужчину на берег. Он поправляет густые волосы и кладет руку ему на спину.

– Ты в порядке? – спрашивает он.

– Кажется…

– Отлично, тогда нам нужно сматываться.

И вправду, я замечаю, как в нашу сторону бежит ПОЛИЦИЯ!!

– С ним всё будет хорошо? – спрашиваю я.

– Теперь да.

Он хватает меня за руку, и мы бежим под мост, спрятавшись под углубление.

Мы сидим к кафе. Я заказала кофе, он чай. Парень вид лет на 20 сидит напротив, он отличается от многих Дармонов из Либерти. У него смазливая внешность, каштановые волосы, одна серьга в ухе, вроде как небольшое кольцо. Сам он выглядит жизнерадостным, это немного заряжает тебя, придает сил.

На нем стильная современная одежда, светлые джинсы, с некоторыми потертыми дырками, темно-синяя рубашка, а поверх бомбер. Этот парень выглядит молодо, и не скажешь, что он Дармон который стал бессмертным пару веков назад. Хотя, может, я ошибаюсь. Глядя на остальных, можно немного понять по их стилю одежды, манере говорить, откуда они и с какого века. Ведь не все Дармоны родом из Америки, они появляются по всему земному шару, и даже не смотря на то, что они говорят на разных языках, все же как-то научились социализироваться друг с другом.

– Замерзла?

– Конечно, – сквозь зубы говорю я. Чёрт, да у меня дежавю. Если бы я не была Дармоном, то заболела бы еще после озера.

– Мы не знакомы. Меня зовут Калеб, – он задирает длинный рукав и показывает тату.

– Значит ты …

– Именно. Я был недалеко от моста и услышал падение, а затем вижу, как ты бросаешься с него. Я тебя видел на церемонии, когда ты получала свой Дар. Подумал тебе пригодиться помощь.

– Ты очень вовремя, спасибо, что спас нас.

– Да уж, ну ты даешь. Этот мужик бы умер, а ты вообще умеешь использовать целебные Силы?

– Какие Силы?

– Ну, это почти просто и я могу рассказать, как это делается.

– Это полезный Дар, хотела бы послушать.

– Прежде всего, это нужно делать от сердца. Тут вообще напрягаться не нужно. Ты просто это излучаешь из себя, думай о том, что ты поможешь, делая доброе дело.

– Обязательно потренируюсь, было бы на ком.

– У тебя ещё вся жизнь впереди и даже больше, так что успеешь.

Я допиваю кофе и начинаю задумываться о том, что попросила взамен у Ибрагима, вдруг ещё не всё потеряно, а я вот так просто отпущу человека, которого безумно люблю. Мне все ещё не понятно, почему он ничего мне не ответил, мы стали общаться больше чем всегда, может надо быть смелее и делать шаг первой. Решено. Всё узнаю и потом уже решу, отпускать ли мне эти чувства или нет.

– Почему ты оказался здесь, в самый нужный момент?

– Я работал неподалеку в больнице, у Либерти контракт с ними и некоторым Дармонам позволено лечить пациентов, если медицина бессильна.

– Так ты типа врач?

– Можно и так сказать, вообще я охранник в Либерти, слежу там за порядком в определенное время.

– Это здорово, а ты давно стал Дармоном? – спросила я, разглядывая его одежду.

– Хороший вопрос… – задумался он почесывая голову и несколько прядей упало ему на лицо. – Около 90 если я не ошибаюсь. Я обожаю Либерти, у меня есть свой дом там, точнее комната, которую я там снимаю. Ты же в курсе, что Либерти выплачивает зарплату?

– Теперь в курсе…для этого нужно занять какую-то должность?

– Конечно, желательно после того как продемонстрируешь руководству свои знания и умения.

Я отвела взгляд. Какие еще умения… как я мастерски поджигаю шторы или ложусь спать по ночам. Теперь на меня стали давить стены от этой новости. Итан сказал, не говорить о своем Даре, а этот парень, что я должна буду показать его всему руководству. Нужно больше заняться тренировками, чтобы потом не облажаться.

– Калеб, а можно узнать, где мы вообще?

Он начинает смеяться, показывая белые зубы, скрывающиеся за милой улыбкой.

– Добро пожаловать в МакМеррей, Канада.

– Ого, занесло. Ты, конечно, извини, но мне нужно вернуться в Иллинойс. Меня наверняка Итан уже потерял, – от моих слов Калеб, аж поперхнулся.

– Что не так?

– Та ничего, просто не знал, что вы общаетесь.

– А не должны?

– Нет, нет, все хорошо, – эти слова насторожили меня. – Тебе помощь нужна?

– Если честно, то да.

Я подхожу к классу, открываю двери и слышу знакомый шум одноклассников, все как всегда бурно обсуждают сплетни, предстоящие контрольные работы, да и прочую ерунду. Главная звезда класса как всегда в центре внимания. При ней ее дорогущая сумка от Луи Витон. Она всегда старается быть на высоте, подчеркивая свою красоту макияжем. Хоть Тина и не пытается нанести на себя тонну косметики, практически все макияжи ей к лицу. Видимо поэтому у нее так много друзей. Что не скажешь об отвратительном характере.

Сажусь за парту, Рамиля ещё нет. Некоторые ученики на меня поглядывают, перешёптываются. Так, ещё один нервный срыв я не потерплю, нужно отвлечь себя мыслями, беру книгу по математике и пытаюсь прочитать параграф. За пару минут до звонка заходит с угрюмым видом Рамиль, а за ним директор, осматривает класс и уходит. Я оборачиваюсь к той самой Диане, которая сидит сзади меня.

– Что случилось?

Она окинула меня оценивающим взглядом, будто я одна не знаю в чем дело. Наклонившись ближе, отвечает:

– Твой сосед, после того как ты ушла из спортзала…ну ты поняла, подошел к Тине и публично врезал ей по лицу. Это было нечто. Теперь поговаривают, что если он не извиниться перед ней, то его могут отстранить на неделю. А еще директриса в ярости ищет того кто разгромил кабинет. Туда сбежалась почти вся школа, чтоб узнать подробности, но никого не пустили. Такое она не простит и грозится отчислением.

Ее слова про разгромленный класс я пропустила мимо ушей, но вот первую часть я хорошенько запомнила. У меня чуть глаза из орбит не выкатились после услышанного. Он связался с ней с ней из-за меня. Я тронута до глубины души, что даже потеряла дар речи. Рамиль молча, садится за парту. Я расплываюсь в улыбке. Значит ещё не всё потеряно.

– Зачем ты это сделал? Она же теперь тебя в покое не оставит.

– Я её не боюсь.

Меня переполняют чувства волнения и радости. Бабочки в животе вновь проснулись, точно так же как тогда у трейлера, я чувствую, как все внутри работает с удвоенной силой. Я готова кинуться в объятья на него прямо сейчас, но всё мои планы рушатся, когда прозвенел звонок. Я, наконец, возвращаюсь на землю. В класс вошла учительница.

– Ты ушла утром. Я не знал, как мне к этому отнестись.

Мне пришлось открыть тетрадь и начать записывать тему.

– Если я тебя чем-то обидел, так и скажи.

Я закусила губу посильнее и продолжала смотреть на доску. Только бы чувства не вырвались наружу.

– Не знаю, в какую игру ты играешь, но прекрати дурачить меня, – шепотом сказала я.

– Мила, мне нужно кое-что сказать тебе…

– Я слышу, кто-то хочет ответить у доски, Милада, прошу рассказать нам о том, что мы изучали на прошлом занятии.

Я полностью в тупике, последние дни столько всего произошло, в голове куча мыслей и они явно не про математику. Не хотелось бы конечно получать два, поэтому мне пришлось включать логику и выкручиваться из ситуации.

– В прошлый раз мы рассматривали тему которая будет важная на экзамене про логарифмические уравнения, – вспоминаю я то что читала 5 минут назад. – Вы рассказывали как правильно извлекать корень и находить основание степени.

– Что ж в таком случае попрошу продемонстрировать свои глубокие знания у доски.

Мои глубокие знания оказались где-то на дне Марианской впадины. Я все время нервничала, руки еле удерживали мел и я не могла сосредоточиться, благо миссис Дюк поняла все с первых минут моих пыток и отпустила с красной отметкой неуд обратно за парту.

Это был последний на сегодня урок, я выхожу в коридор школы, где меня уже ждёт Итан. Ученики с облегченьем покидают классы.

– Милада! – слышу я сзади. Оборачиваюсь это Рам – Можно с тобой… – его взгляд падает на приближающегося Итана.

Он, молча уходит, не успев договорить. Я снова его теряю. Почему он так реагирует на появление Итана, неужели ревнует? Я уже решаюсь бежать за ним, но меня останавливает Итан.

– Ты не забыла что у нас тренировки?

– Помню, но мне нужно 5 минут.

– Милада, поверь, я не против Рамиля, но ты помнишь, что нам запрещено влюбляться в смертных?

– Я в него не влюблена! – сказала я это слишком громко и сразу же закусила губу.

– Будешь эту лапшу вешать кому-то другому.

Я фыркаю в ответ. Бегу вниз и вижу, как многие ученики идут в одну сторону, почти у каждого включена камера. Что вообще происходит? В этот момент я замечаю одного из шайки Тины. Несколько здоровых парней схватили Рамиля и тащат за пределы школы. Ну, кончено, эта стерва не прощает таких унижений, сейчас будет месть. Толпа глазеющих собралось в парке, прохожих здесь нет, так что это отличная возможность отыграться для неё. Я прячусь среди учеников.

– И так, мы собрались здесь чтобы проучить одного крысеныша, который добровольно подписал себе приговор, – какой же у неё мерзкий голос, как и она сама. – Парни…

Эти амбалы сейчас изобьют его! Я этого не допущу. Мой взгляд направляется на сумочку Алевтины, несколько секунд…

– Тина! Твоя сумка, она горит!!! – завопила одна из её подружек.

У меня получилось! Тина отбрасывает сумку, вырывает из рук какого-то парня куртку и накрывает её, стуча по ней ногой. Все начинают дико ржать над ней, не переставая снимать следующий позор одноклассницы. На мне появляется злобная улыбка. Наверняка ее сердце разрывается на куски от увиденного, ведь эта сумка ей дороже всех нас вместе взятых.

– Идиоты! Чего встали, убейте его! – кричит сучка.

Они выполняют команду, словно дрессированные собачонки, удары по ребрам, по ногам, он закрывается, как может, но это не помогает. Один из них проделывает удар снизу по челюсти. Рам отлетает, эти идиоты только ловят кайф и накидываются на него.

Ко мне подходит Итан, в руках у него пара гнилых помидоров с чудным ароматом плесени. Кажется, я понимаю его задумку. Беру один, хорошенько замахиваюсь и кидаю в мерзкую физиономию этой твари. Всё присутствующие замирают и смотрят на меня. Вот теперь, я, в центре внимания, беру второй и кидаю прямо в рот, применив немного хитрости, помидор взорвался, как только коснулся лица. Это вывело её из себя, разъяренная Алевтина бежит на меня, думая лишь о том, чтобы уничтожить меня. Я беру последний и бросаю на землю туда, куда сейчас ступит её нога. Тина не успев увидеть, наступает на помидор и больно падает. Толпа начинает свистеть в мою честь и аплодировать. Они её больше не боятся. Кто она такая против всех. Я победила. Подхожу к ней с гордо поднятой головой, с невероятным чувством, что я лучшая и присаживаюсь. Говорю ей так, чтоб услышала лишь она:

– Ещё раз приблизишься ко мне или Рамилю или к кому-либо ещё, окажешься на месте помидора.

Встаю и гордо иду к Сандерсу. Помогаю встать, и мы уходим из парка. Этот день она запомнит надолго. Я неотразима. За нами идёт Итан. Отойдя подальше от этого балагана, находим лавочку и садим на неё Рамиля. Я замечаю, что ему больно дышать. Мой взгляд падает на Итана, он уже понял, что я от него хочу.

– Нет! Даже не вздумай.

– Я тебя очень прошу, – мои глаза наполняются слезами.

– Нельзя…

Я начинаю паниковать. Мне тяжело смотреть как ему плохо и я словно чувствую его боль на себе. Это просто невыносимо для меня.

– У меня идея, помоги мне.

Мы поднимаем Рамиля и ведем в больницу.

Уже час я сижу у его койки, он крепко спит. Ему дали обезболивающие. Мне так жаль, что это случилось. Я приношу одни беды, сегодня я почти убила человека, из-за меня пострадал дорогой мне человек. Быстрее бы закончился учебный год, остаётся всего 2 месяца, и я брошу школу, родителей, может, даже найду своего настоящего отца, хочу узнать, как он живет, чем занимается, брошу Рамиля и перестану доставлять всем хлопоты.

Я рассматриваю каждый миллиметр его тела. Всё в гематомах, ребра перебинтованы, лицо распухшее. Доктор сказал, все будет хорошо, ему просто нужно время восстановиться, тут мне в голову ударяет мысль. В который раз убеждаюсь, что он действительно спит, так боюсь, что он сейчас проснется. Была, не была, ну и пусть. Медленно веду свою руку к его. Слегка касаюсь, еще раз смотрю, что он спит.

Рамиль

Я словно в отключке, но слышу её волнение. Так хочу, чтоб она скорее прикоснулась ко мне. Но не могу открыть даже глаза. Её пальцы водят по моим. Она рядом, не бросила меня там, это лучший человек на земле. Почему я так боюсь ей это сказать? В палату заходит Итан, опять он! Неужели Милада встречается с ним, слишком часто я стал его видеть.

– Нам пора, – говорит он.

Милада поднимается с места. Двери палаты открываются, я слышу этот голос. Только не ты, не сейчас. Она бежит ко мне, отталкивает Миладу и начинает обнимать меня, несмотря на действие лекарства, я чувствую легкую боль, что заставляет меня очнуться.

– Ты живой, что они с тобой сделали?

Милада, хватает Итана и они убегают отсюда, сбивая с ног медсестр. Вернись моя девочка, прошу, вернись!

Милада

– Опять эта курица! Опять она! – я выбегаю из больницы.

– Успокойся, твои глаза.

– Я абсолютна спокойна! Я…

Падаю на колени и начинаю рыдать. Только я подумаю, что у нас всё будет хорошо, что я смогу ему сказать, как появляется она. Как я устала от этого всего. Так больше продолжаться не может, я больше не приближусь к нему ни на шаг! Каждый взгляд, каждое воспоминание о нем будет доставлять боль, хватит с меня.

Я смотрю на больницу и говорю: «Прощай, я отпускаю тебя…»

Глава 6

Мы в Делавэре. Тут с каждым разом становится всё лучше и лучше. Как же я соскучилась по этой атмосфере природы, что, кажется, прошел не день, а целая вечность. Деревья украшаются весенними цветами. Трава зеленеет. Воздух пропитывается теплом. Это так круто, утром в своем унылом городке Дэмирсе спокойно идешь в школу, а после отдыхаешь и наслаждаешься в таком замечательном месте.

Всё это отвлекает меня от мыслей о произошедшем недавно. Мы поднялись на второй этаж, и зашли в комнату, где я оказалась впервые. Тут есть довольно большая комната, вещей немного, что очень хорошо. Двигаю кресло стоящее посреди комнаты по окно и пробую переместить коврик под кровать и обратно.

– А у тебя уже неплохо, получается, – говорит Итан.

– Да, но я хочу больше тренировок, давай ты мне расскажешь про защитное поле?

– Вообще-то оно мне не доступно, но от куда ты про него знаешь?

– Сегодня в школе кое-что произошло, ко мне явился… Арчер.

– Стоп, что?

– Он пытался меня убить, ну… а я его. Я показала ему свои Силы, его это очень удивило.

– Вас кто-то видел?

– Нет, но мне интересно как он меня нашел и почему был настроен агрессивно?

– С ним никто не должен поддерживать связь. Разве что, в Либерти появился предатель.

Я стою в одном конце комнаты Итан в другом.

– Это очень странно, не думал, что на тебя уже имеется зуб, ты только только появилась в Содружестве.

– По-моему у него одна цель, расправится со мной, хотя прежде я его ни разу в жизни не видела. Но если он сумел меня отыскать, то мне в следующий раз нужно быть готовой.

– Его нужно сдать Либерти, а не играть в героя, ты еще не все можешь, не можешь себя контролировать. Ты в курсе, что пока ты не научишься, управляясь собой, твои эмоции будут делать это за тебя?

– Ты имеешь, введу, если я разозлюсь или испугаюсь, то Дар может проявиться? – и сразу вспоминаю, как произошел небольшой конфуз в трейлере…

– Да, именно об этом я и говорю, ты сильнее всех, поэтому и Дар твой так же могуществен, я бы настоял на том, чтобы ты прекратила появляться в школе. Мне кажется, если про тебя кто-то сообщил Арчеру, он может быть поблизости.

– Я уже говорила тебе, что мне нужно всего пару месяцев, я должна окончить эту школу.

– Мне придется постоянно присматривать за тобой, иначе может случиться не поправимое.

– Так что мы попрактикуемся с защитой, а то мало ли я когда-то встречу Всадника?

Итан отвел взгляд на стену, будто задумался о чем-то важном. Мне удалось перевести дыхание после такого сложного разговора. Да уж, с этим человеком нужно быть осторожным. Но еще больше опасаться своих врагом и возможно даже саму себя. Не успев окончить собственные мысли, в меня начали лететь силовые шары, но менее слабые, чем те, что создавал Арчер.

– Чего стала? Отражай удары! – кричит Итан, посылая один за другим шар.

Я снова закрываю себя руками. Как это вообще работает?

– Итан! Итан! Хватит! – кричу ему, но он и не думает останавливаться.

В моем сознании появляется Арчер, я его вижу, как по его выражению лица можно понять, что он пришел мстить. На нем вся та же злобная улыбка. Во мне бушует злость, которую я собираюсь выплеснуть на него.

– Не ожидала меня видеть? – говорит он – Ты умрешь, а затем умрет и твой брат, потом я доберусь до твоей мамаши, а ты знаешь, чтобывает с теми, кто влюбляется в смертных?

Если бы я сейчас была ядерным реактором, я б взорвалась на месте.

– Я убью тебя!!! – кричу ему.

– Ну, давай, попробуй. Ты жалкое создание, ты никогда…

Моё терпение лопнуло. Мышцы рук напряглись до самого максимума, глаза засветились ярким светом, правая нога поднимается, чтоб ступить шаг, но ударяется о пол с невероятной силой, поток невидимой энергии отбрасывает Арчера, он отлетает к стене. Руки держат светло-белые шары энергии, я бросаю их в него, надеюсь, что он умрет в муках, один за одним, постепенно я добиваю мерзавца.

– Хватит! – кричит он, закрывая себя руками – Прошу! – еще один – Милада! – я замираю, мои глаза теряют свет, гнев остывает. Вижу перед собой…Итана. У него из носа течет кровь, по всему телу синяки, он еле дышит. Мои глаза моментально наполняются слезами.

– Прости меня, прости! Я не знаю, как это получилось, я сейчас…

Слегка касаюсь его лба, делаю все, так как говорил Калеб. Кажется, получается. Я и вправду хочу исправить, что натворила. Целебные силы проявляются. Рука, из которой проявляется свет, становится похожа на мощный рентген, просвечивающий её. Я замечаю вены, слабо виднеются мышцы, а измученное состояние Итана постепенно исчезает. Наконец, вижу его испуганное лицо и судорожно бегающий взгляд. Волосы будто наэлектризовались и стали дыбом, из-за того что они короткие это почти не заметно, но если бы были длиннее представляю какое гнездо бы сейчас получилось.

– Прости меня, – виновато говорю и помогаю ему подняться.

– Мне показалось, что в тебя что-то вселилось. Ты была не в себе.

– Я думала передо мной стоит Арчер. Мой гнев вышел из-под контроля.

– Почему он вообще тебе является?

Значит, Ибрагим не рассказал ему «горькую» часть нашей сделки. В ответ я пожала плечами.

***

Вечереет. Я еду по пустой улице домой. Мне пришлось вернуться в школу, чтобы забрать велосипед. Подведем итог дня. Во-первых, он был очень долгим, я жутко устала. С одной стороны мечты сбываются, но лишь для меня. Почти весь день я провела с Рамилем, хоть я об этом и мечтала, всё равно всё закончилось не лучшим образом. Как бы ни было тяжело, я просто обязана постараться забыть.

Завтра его в школе не будет, доктор сказал ему нужен отдых, так что я смогу побыть одна и не думать о нем. Зато всё внимание будет уделено мне, после того что я сделала, может это и жестоко было с моей стороны, но мне кажется она это заслужила.

Во-вторых, с каждой минутой я становлюсь сильнее, мой Дар крепнет, я уже могу исцелять людей, проявлять атаку, ещё бы доработать защиту, и будет идеально, остается всего ничего, до того дня как я стану сильнее и помогу Ибрагиму с Арчером.

Всё-таки, первым делом, после того как я стану свободной, я найду отца. Мне всё же интересно, каким можно быть человеком, чтобы бросить свою семью. После, я буду работать с Итаном по всему земному шару и бороться с глобальными катастрофами, а вечером будем наслаждаться закатом в Прекстон вилидже. Иногда буду в тайне навещать родителей, присматривать за Майком, чтоб он не вляпался ещё во что-то. А главное, я по-настоящему отпущу из своего сердца Рамиля. На словах легко сказать, а вот из души забрать то, чтобезумно любишь очень сложно. В этом мне поможет Ибрагим.

Я и не заметила, как доехала к дому. Мне специально захотелось не сразу переместиться в комнату, а дать себе возможность прогуляться по городу. Сажусь на крыльцо и провожаю последние лучи уходящего солнца. Не могу поверить, что я скоро перестану здесь жить. Не буду возвращаться уставшая домой после школы, сидеть писать домашку на заднем дворе, помогать маме по хозяйству, смотреть с ней вечером глупые передачи по телику. Мне тяжело прощаться с прошлым. Такова моя жизнь, теперь. Я обещаю, чтобуду проходить к вам, хоть иногда.

Вот я вновь стою у зеркала, проявивив свет в глазах, сама себе, удивляясь, каким образом это получается. Не могу поверить, что это я. Человек со светом в глазах, с меткой на руке оберегающую меня, человек что может лечить недуги других. Это нереально круто и страшно одновременно. Интересно, увидев меня такой, Рамиль, наверное, убежал бы куда подальше и никогда и слова мне не сказал. Он и не узнает, никогда, я не допущу.

Решаю провести небольшой эксперимент на себе. Именно тот, который я один раз смогла уже повторить. Нужно расслабиться, выкинуть всё мысли из головы. Мой мозг отключается, я не думаю ни о чём, ощущаю легкость в теле, открываю глаза, которые излучают сияние, концентрирую внимание. Руки плавно поднимаются вверх, мое тело ощущает себя будто его пытаются растянуть как жвачку, я почти уверена, что поднялась на сантиметр от пола, еще несколько секунд, поднимаюсь ещё выше.

Будучи маленькой, одна из моих детских мечт, было ощутить на себе, каково это летать. Каково парить над землей и наслаждаться этим. И вот, в свои 16 лет, у себя в комнате я смотрю в зеркало и вижу совершенно другу себя, 3 дня назад, о таком могла лишь мечтать. Это незабываемое ощущение, ты чувствуешь себя свободной, как птица, которая всю жизнь провела в клетке, а теперь эта дверь распахнулась и тебя ждет свобода. Та свобода, которую люди никогда не познают.

Я поднялась всего на пару сантиметров от пола, но восторг внутри меня бушует, так что его сложно контролировать. Мне хочется подняться до самого потолка, но меня постоянно качает вперед и назад, руки автоматично пытаются за что-то ухватиться, но кроме воздуха я ничего поймать не могу, главное, не сбить настрой. В конце концов, это не первый раз. Нужно пролететь по комнате, места не очень много, но для этого хватит.

Я медленно поворачиваю себя к окну. Какой-то непонятный звук появляется в комнате, игнорирую его. Стараюсь снова сконцентрироваться в работе, но это дается теперь намного труднее, я нападаю вниз, и из-за резкого движения рукой бумаги со стола падают. Поднимаю их на место. Я рада, что телекинез проявляется всё лучше и лучше. Звук становится громче. Мой разум сбивается. Я чувствую жар в теле, мне придется выяснить, что за звук меня отвлекал. Оказывается это мелодия звонка телефона. Интересно, кому это я понадобилась? Номер неизвестный. Первая мысль, которая ударила в голову – Майкл. Я хватаю трубку и с небольшим волнением отвечаю.

– Алло, – раздается по ту сторону. Я узнаю этот голос. Не может быть, но как?

– Что случилось? – мои руки дрожат.

– Давай встретимся.

Я сжимаю с невероятной силой телефон и швыряю в стену. Тот с грохотом упал на пол. Как он узнал мой номер?

Ложусь в кровать, мои глаза слипаются, а злость не перестает бушевать во мне. В данный момент я бы с радостью швырнула о стену что-нибудь еще или выместила злобу на ком-то, но стараюсь сдерживаться. Мысли нахлынули меня. Мне пришлось снова закусить губу, и сжать ее до привкуса крови. Как же я устала от всего этого, Рамиль каждый раз разбивает мне сердце, а затем снова влюбляет в себя. Этот бесконечный круговорот событий просто сводит меня с ума.

Только я решила закрыть глаза и постараться уснуть, сразу же раскрываю их. Домашка. На завтра ничего не готово, а снова готовится в спехе, когда звонок уже давно прозвенел и ты даже не знаешь, какой начался урок, меня не устраивает. Нет, я не ботанка, которая любит зубрить и подлизываться к учителям за хорошие оценки. Просто если я решила остаться вести прошлую жизнь, пусть это будет до конца и не абы как.

Положив перед собой конспекты и обложившись книгами, я пыталась что-то прочитать. Мама не одобряет того чтобы я засиживалась допоздна или читала в темноте, поэтому плюс ко всему мне пришлось прислушиваться. После 3 часов ночи текст перед глазами начал расплываться, я плохо соображала, но всячески старалась извлечь хоть какую-то информацию. Через какое-то время я просто не выдержала и заснула среди учебников. День был и вправду долгим, особенно учитывая, то, что перед этим я была с Рамилем, а потом пыталась убить другого Дармона. Денек выдался что надо.

Глава 7

Время 9 утра, я потягиваюсь в кровати, ничего не подозревая. За эти несколько часов, можно сказать, что я даже выспалась. Дома тихо, родители уже ушли. Беру телефон и не верю своим глазам. Я проспала.

Быстро бегу умываться, холодная вода ободряет меня. Собираю рюкзак, как попало, надеваю джинсы и первую попавшуюся кофту из шкафа. Через 15 минут я выхожу из дома и мчу в школу. Остается несколько минут до конца первого урока. Захожу в женский туалет и прячусь в кабинке. Мои руки начинают дрожать, я снова думаю о том звонке. Вчера каким-то образом Рамиль нашел мой номер и позвонил. Если я решила, то значит всё, с ним покончено. У меня уже другая жизнь и по её правилам мне нельзя быть с людьми. Меня избрала вселенная, и я её не подведу.

Звонок. Постепенно слышен нарастающий шум в коридоре, ученики один за другим покидают кабинеты и направляются дальше по своим делам. Несколько девочек заходят в дамскую комнату и начинают наводить марафет перед зеркалом, параллельно обсуждая вчерашний день. Я не выдерживаю их болтовни и резко открываю дверь, так, что дверца с грохотом ударяется о стенку. Сейчас главное не показывать свой страх и быть уверенной. Девочки замолкают при виде меня. Я гордо иду между ними и покидаю это отвратительное место.

– А ты крутая! – слышится мне позади, но я даже не обернулась в их сторону.

Смело шагая по коридору, все смотрят на меня, расступаются, некоторые даже говорят мне что-то, но я их не слышу, мне просто нужно пережить этот день как обычный подросток, вернуться в свои обыденные проблемы, я просто хочу отдохнуть хотя бы тут от своего Дара. Запаниковав сутра, от волнения я снова забыла, кем стала и только сейчас вспомнила, что могла бы переместиться в школу в считанные секунды, но это даже к лучшему, так как я еще не совсем правильно умею это делать. Возле двери меня поджидает шайка Тины и сама она.

– Крысята, а вы я смотрю бесстрашные, не с той ты связалась…

Опять она пищит своим противным голоском, но тут я её перебиваю, у меня сейчас нет никакого желания слушать её бессмысленные угрозы, в конце концов, она сейчас для меня как жалкий червяк, которого я могу раздавить одним щелчком. Интересно, не будучи у меня этих сил, была бы я сейчас столь же смела?

– Прости, ты там что-то говорила, повтори? – спокойным голосом спросила я.

Что и требовалось доказать, я снова её уделала, ей даже нечего ответить мне. Улыбнувшись, я познала очередную победу.

Отсидев несколько уроков в спокойствии, в мою голову снова полезли мысли, воспоминания. Не думала я, конечно, что в этом когда-то признаюсь, но лучше бы я еще раз пережила все эти страшные формулы по физике, чем мысли, которые уничтожают меня словно вирус.

Сейчас школа для меня как лекарство от всех проблем. Я подошла к шкафчику, к дверце приклеена бумажка с угрожающей надписью: «ТЫ ЕЩЁ ПОЖАЛЕЕШЬ». «Уже жалею», подумала я. Срываю её и иду в другой холл, где находится шкаф Тины. Почему это так смешно, то, что она пытается запугать МЕНЯ? Как я и думала, она ошивается около него. Подхожу к ней. Ученики вокруг замедляют ход и присматриваются, что же будет дальше.

Я замахиваюсь и даю ей «хорошего» леща, затем другой удар ещё и ещё, за её скотское поведение. Надеюсь она почувствует ту боль что испытал Рамиль, хоть это даже и не сравниться с теми ударами. Я продолжаю бить её по лицу, пока не вижу первые капли крови у неё из носа. Хватаю за волосы, так что она аж вскрикивает и ударяю в живот так сильно, как только могу, в человеческих мерках, с тех самых пор силушек у меня явно прибавилось. Отпускаю, скрючившись от боли, Тина падает.

Представляла я себе пока шла по коридору, но подойдя к ней, свершено спокойно протягиваю её записку со словами:

– Ты кажется, обронила.

Тина покраснела как переспевший на солнце помидор от злости. Впервые в жизни ей не удается взять власть над человеком, не удается запугать и подчинить себе. Практически ничего не делая, вывожу её из себя. Я бы могла кончено ей врезать, но, а толку то? Таким образом, я только сделаю хуже, а показав ей реакцию, которую она бы совсем не ожидала, я поставлю её в тупик. Она ожидала, что я приползу к ней с извинениями, тогда её следующие действия идут по созданному шаблону, а сейчас она ничего не может.

– Ты мерзавка, да я тебя… – не успев закончить очередную угрозу, в коридоре показалась директриса.

– Хотелось бы послушать, – строго произносит она. – Марш ко мне в кабинет и молись, чтобы тебя не отчислили.

К толпе, собравшейся вокруг этого цирка, подходит Итан с невинной улыбкой.

– Кажется, кто-то слил видео со вчерашней драки прямо на почту миссис Стробери.

– Да-а, – подыгрываю я. – И кто же?

– Один очень умный парень не из вашей школы.

– Очень вовремя кстати. А ты чего так рано?

– Зашел сказать, что сразу после школы тебя ждет сюрприз.

Алевтина вся в слезах плетется за Стробери, её тушь растеклась по всему лицу, лицо до сих пор темно красное. Я представляю, как она нас всех ненавидит. Я выиграла войну. Теперь она и слова никому не скажет. Молодец Милада.

После победы над жалким червяком я снова нагрузила себя тягостными мыслями и поплелась дальше на уроки. За несколько минут до начала я решила повторить материал. Биология прошла на удивление успешно, и я смогла сдать тест. На литературе мы писали сочинение по творчеству Бронте. С этим мне не посчастливилось справиться, ведь на подготовку нам дали последние несколько дней. Именно тогда у меня началась другая жизнь и было немного не до знакомства с Шарлотой.

Сейчас большая перемена, большинство учеников проводят время за обедом, в том числе и я. Итан ушел по своим делам, видимо готовиться к сюрпризу. Если честно мне уже любопытно чем еще меня можно удивить, после того что я узнала на что способна. Я осталась одна. Не успев подойти к столовой, я заметила знакомый силуэт.

– Здравствуй Милада, – сказал Ибрагим. – Не хочешь прогуляться?

– Конечно, только не долго.

Мы спускаемся вниз и идём на школьный двор, минуя любопытные взгляды.

– Смотрю ты популярная личность.

– С недавних пор.

– Надеюсь это не из-за новых перемен?

– Просто публично уладила конфликт с одной особью.

Мои слова Ибрагим не принял особо радостно, скорее даже расстроили, но он решил сменить тему.

– Вот значит, как выглядит школа 21 века. Сейчас уже все по другому… Рассказывай как успехи, уже много умеешь?

– Ну, понемногу осваиваюсь, вот уже некоторые навыки имею. Мне это даже нравится, – передаю ему мысленно.

– Да, Итан рассказывал, что у тебя с каждым днем все лучше и лучше получается. Я рад за тебя. Хочу сообщить, что вскоре мы осуществим нашу договоренность. Мои…эмм… товарищи, которые нам помогут, уже близки к тому, чтобы найти этого мерзавца.

– Я была в шаге от того чтобы убить его собственноручно. Но… кажется, что я не готова. Я чувствую в себе невероятные силы, которые ставят в ступор даже Итана, но Арчер кажется сильнее.

Я показываю свои глаза.

– Он сильно удивился, увидев меня такой, я могла бы воспользоваться моментом. Каким-то образом ему удалось найти меня и вступить в бой. Мне показалось, у него такая же цель, как и у меня. Но мы с ним даже ни разу не встречались и я ничего не понимаю.

Ибрагим задумался и продолжал идти по двору, рассматривая учеников.

– Я думал это ошибка кристалла, но видимо у тебя и вправду редкий дар, никогда подобного не видел и, поэтому не могу сказать это хорошо и плохо. Будь осторожна, я тебя очень прошу, особенно в школе. Что на счет Арчера… Я уже говорил, что он рвется в Либерти, видимо ему кто-то рассказал о тебе и что ты имеешь некоторые отличия.

– Ибрагим, не переживайте. Я контролирую себя, – пытаюсь убедить скорее себя, чем его. – Я просто хочу поскорее вернуть брата и забыть свою старую жизнь.

Мои глаза автоматически искали его во дворе, хоть я и понимала, что Рамиль сейчас отдыхает и восстанавливается. Но маленькая часть меня пыталась переступить через барьер, который я выстраиваю от собственных чувств и увидеть его, хотя бы на долю секунды.

– Не спеши с такими мыслями. Ты ещё успеешь оторваться, может даже надоест, а пока ты ещё можешь, насладись человеческим существованием. Мне нужно тебе еще кое – что сказать.

Мы сидим несколько минут, а затем идёт к главному входу в школу. Ученики активно заполоняют пространство вокруг нас.

– Надеюсь, ты меня поняла и не подведешь. Мне пора.

Я замечаю, как к школе подъезжает машина и останавливается у входа. Прощаюсь с Ибрагимом и сажусь на скамейку возле клумбы с цветами, на которую падает тень от высокого дерева. Включаю музыку в наушники, закрываю глаза и наслаждаюсь песней, обдумывая слова Ибрагима. Ветер колышет волосы, я вдыхаю свежий запах травы в полную грудь. Песня Orange trees отлично передает настроение, я даже стала тихонько подпевать.

Теплая весенняя атмосфера, от которой становится жарче и приятнее находится здесь. Блаженство! Песня не успевает закончиться, как надо мной становиться тень. Кто-то трогает меня за плечо. Я так испугалась, что открыла глаза в свечении!!! Предо мной стоит Рамиль. Нет! Чёрт! Несколько раз моргаю, наконец, оно пропадает. Руками стараюсь закрыть глаза.

– Привет. Почему ты не отвечаешь?

Спрашивает он, держась за бок. Видимо ему ещё больно после вчерашнего. Но почему он пришел, доктор сказал ему отдыхать дома? Я вскакиваю с места.

– Потому что… мне нечего сказать.

– Что у тебя с глазами? Мне показалось…

– Правильно, тебе показалось. Тебе нужен отдых, иди домой – собираюсь уходить, но он хватает меня за руку, крепче сжимая ребра.

– Я пришел к тебе, – останавливаюсь. – Ты мне нужна, – мои глаза наполняются слезами от того что я собираюсь сказать.

– Уходи к своей девушке, – выдергиваю руку. – И не подходи ко мне больше.

Смотрю на Рама в последний раз и убегаю в школу. Надеюсь, поступив так, я смогу отпустить его. Но мне становиться больно от собственных действий. Не хочу сейчас находиться тут, Итана так просто не разыщешь, но и тут ждать его не могу. Иду в туалет и закрываюсь в кабинке. Кроме меня тут никого нет. Я спускаюсь вниз по стенке и зажмурив глаза кусаю себя за руку. Неужели я ему это сказала? Неужели это реальность и у меня язык повернулся это сказать.

Слезы снова пытаются вырваться наружу. Я обхватываю колени руками и опускаю на них голову, чтобы просто успокоится и ни о чем не думать. Проходит несколько минут, вроде как полегчало. На уроки я не пойду, раз пришел он значит, меня тут не будет. Дверь туалета открывается, я слышу две пары ног зашли, а через минуту пространство заполняется сигаретным дымом. Я сижу, уставившись в одну точку и слушаю их разговор.

– Ты представляешь? Я вчера с ним переспала, прямо у него дома.

– Но у него же есть девушка.

Подруги начали смеяться и делать затяжки.

– Если я хочу кого-то, я его получу.

– Я бы так не смогла.

– Очень даже зря, к парням не нужно привязываться, получила, что хотела и пусть проваливает.

– Ты иногда пугаешь меня.

Судя по звукам, они разбрелись по кабинкам, продолжая курить и смеяться. Я взобралась ногами на унитаз и посмотрела на раковины. Они оставили косметички.

– На следующей неделе я собираюсь позвать Криса к себе домой, чтобы помог мне с сочинением.

Подруги вышли и поплелись поправлять макияж. Когда они подошли к зеркалу, то увидели надпись. Я вытащила у них красную помаду из сумочки и жирными линиями, на все пространство, которое они увидят в отражении, оставила одно слово. «Шлюха»

Я переместилась в Делавэр. На этот раз, мне удалось намного легче, я просто захотела этого, представила место и вот я здесь. Предо мной тот же милый домик и такое умиротворение.

Тишина, никого нет. Мне сейчас просто необходимо побыть одной. Нужно как-то отвлечься. Открываю двери и захожу внутрь. Точно! Сейчас займусь уборкой дома, нужно создать уют. Снимаю куртку, завязываю себе пучок на голове, включаю песни Marina and the Diamonds погромче и начинаю со второго этажа.

Первая комната, где стоит моя любимая кровать. Тут есть немного паутины в углах и быстрым движением рук сметаю её старым пипидастром. Сейчас я решила поработать как человек, поэтому ставлю себе цель никаких Даров. Беру мокрую тряпку и подпевая в унисон музыке протираю пыль с поверхностей. Мои движения нелепы, со стороны я похожа на сумасшедшую домохозяйку, но мне все равно.

Музыка успокаивает и одновременно расслабляет меня. Пыль постепенно исчезает. Маленький ковер я выношу за дверь, чтобы потом выбить от пыли. Занавески раскрываю, в комнате сразу становиться светлее. Открываю окно, чтобы свежий воздух проветрил тут все. Даже не думала, что стены тут выкрашены в зеленый цвет, из-за вечно закрытых штор они казались темно желтыми. Теперь здесь царит своя атмосфера и уют.

Тоже самое, я проделываю с соседней комнатой. Она расположена возле лестницы и имеет свою небольшую ванную комнату. В ней я тоже навожу свой порядок, вывесив чистые полотенца и протерев зеркало над умывальником. В последнюю комнату, я не рискнула заходить, она заколочена, а самая дальняя чердак. Там и недели будет мало, чтоб убраться.

Покончив с уборкой, я сделала себе чаю и несколько бутербродов. Всем этим я наслаждалась на веранде дома с видом на прекрасное озеро. Мне предстояло все обдумать в тишине, в особенности предложение Ибрагима. Он пришел ко мне с планом как убрать Арчера. Во мне мечутся сомнения и зловещая тревога о предстоящем. Быстрее б это все кончилось… Как только время показывало, что вскоре последний урок должен закончиться, я вернулась в школу и дождалась Итана там.

***

– Ну что ты готова?

– К чему? – с недоумением спросила я.

– Хочу тебе кое-что показать, – подозрительно улыбнулся Итан.

Он протягивает руку видимо для того, чтоб я взялась за него. Проделываю это действие и через секунду мы переносимся. Куда именно, я без понятия.

Медленно отрываю глаза, в нос ударяет солоноватый запах. Ослепляющие лучи солнца пронзают меня. Прикрываю рукой свет, чтоб глаза привыкли к такой яркости. Спустя пару секунд я начинаю понимать, где мы. Невероятное место, а именно пляж. Практически такой, куда я мечтала попасть всю жизнь. Скалы, стоящие полукругом, внутри белый песок омывающейся прозрачной голубой водой и ни единой души кроме нас. Однажды мы с братом, будучи ещё маленькими, смотрели передачу, где показывали самые красивые места планеты, увидев похожее место, я влюбилась в него и сказала Майку, что однажды мы обязательно побываем на таком. И вот моя давняя мечта сбылась. Не могу поверить.

– Что это за место? – спрашиваю я, осматривая каждый уголок.

– Голубой каньон, здесь мало кто бывает, совершенно недавно узнал про него.

Я присаживаюсь на корточки и зарываю ладони в горячий песок. Он идеален, не тот, что на обычных пляжах – чистый, без ракушек, без мелкого мусора, выброшенного из океана. Лишь раз мы выбрались на пляж, и он ничуть не уступает тому, что я вижу сейчас. Воды приплывают к берегу, образуя небольшие волны, которые плавно достигают его края. Солнце обжигает открытые участки тела, от чего в теле становится приятно горячо.

– Что-то жарковато тут.

Итан начинает раздеваться до нижнего белья и стремительно идет в воду. Я немного засмущалась, смотря на его стройное подтянутое тело. Он вовсю плещется и зовет, чтоб я тоже шла. Но у меня даже нет купальника!

Я стояла пару минут, чтоб прийти в себя. Будучи человеком, долго собирала деньги на билет. Потом много часов летела сюда в душном самолете, а перед этим собирала чемодан с кучей ненужных вещей, которые я уверена, мне обязательно необходимы, перемеряла бы сотню купальников, чтоб купить тот самый, и спустя вечность прибыла бы сюда. Но нет, моя жизнь изменилась, и я могу быть тут хоть каждый день, чему очень рада.

Снимаю с себя куртку, и все еще не могу поверить, что нахожусь здесь. Далее кофта, джинсы, небрежно падают в песок. Как только кончик пальцев касается поверхности воды, ощущаю легкую прохладу, тело быстро привыкает к температуре. Тело покрывается мурашками, а сама я прихожу в восторг. Ускоряю темп и бегу вперед. Тратить время на сомнения и страх мне совершенно не хочется.

Мы вплывем подальше от берега на значительную глубину. Останавливаемся, чтоб отдышатся, я ложусь на спину и парю в воде. Легкие пропитываются свежестью прохладного воздуха. Уже начинает припекать, а я лежу и наслаждаюсь этим. Жаркое солнце прогревает тело до самых костей, по сравнению с городом, где просто жарко и душно, здесь это тепло очень приятное. Морской бриз идеально сочетается с солнечными лучами. Восторг от происходящего настигает меня, я забываю обо всём, кто я, где я. Все мысли покидают мою голову. В таком состоянии я провожу несколько минут.

Кажется, Итан что-то задумал, ибо вокруг меня стало тихо, не слышны всплески, разговоры и я его не вижу в поле зрения. Осматриваюсь и замечаю вдалеке силуэт. Он находится у довольно высокой одинокой скалы и кажется, он взбирается на неё!

– Итан! – кричу ему.

Он меня не слышит. Что ему взбрело в голову? Быстрыми темпами плыву к подножью. Тут вода стала намного прохладнее, чем посередине водоема.

– Ты зачем туда залез?

Кричу, вверх смотря на, то, как Итан ловко взбирается по скале и останавливается на небольшом выступе. Моё сердце начало стучатся в два раза быстрее. В такие моменты я забываю, кто мы такие.

– Спускайся немедленно!

– Хорошо, – последнее, что я слышу наверху.

Я смотрю, как Итан готовится к прыжку. Внутри меня завязался тугой узел. Делает выдох и прыгает с десятиметровой высоты прямо в воду. Большая волна накрыла меня. Рассекаю руками вокруг места падения и не вижу, чтоб он поднимался к поверхности. В ужасе начинаю звать друга, а его всё нет и нет. Ныряю вниз и тут, что-то хватает меня за ногу. Я ору не своим голосом, ртом зачерпывая соленую воду. Страх ударил меня в грудь быстрее пули пистолета. Легкие быстро наполняются водой. Я начинаю задыхаться. Меня выталкивают на поверхность, это оказывается Итан, решивший подшутить надо мной.

– Это не смешно! – кричу я, выкашливая из себя воду.

– Прости, я просто хотел посмотреть на рифы, не думал, что ты так взволнуешься. Ты в порядке?

– Кажется…

– Не хочешь попробовать также? – улыбнулся Итан.

Я бросаю взгляд на высоченную скалу, рядом с ней я кажусь крохотный жучком, но всё же хочу рискнуть. Киваю в ответ и не торопясь плыву к кекуру. Несколько секунд продумываю план действий, а именно то, как взобраться. Делаю несколько движений, это оказывается не так просто. Пытаюсь ухватиться за выступы, но они слишком малы. Ладони царапаются о них и не смотря на это я продолжаю пытаться. Не понимаю, как Итану удалось вообще выбраться из воды и подняться на такую высоту.

В этот момент я начала ощущать себя такой слабой и мне стало обидно. Я решила немного схитрить, но возможно Итан проделывал то же самое. Зацепившись за скалу, я напрягаю руки и подтягиваю себя, а затем, закрыв глаза, подношу себя в воздух. На такую высоту, чтобы я смогла стать ногами об край.

– А так не честно! – пытался остановить меня Итан, но я его игнорировала.

Малыми шажками, я как неуклюжая скалолазка, ползу вверх и параллельно слышу как это забавляет Итана. Остаётся всего пару метров, и я оказываюсь на вершине.

Подхожу к краю, ощущения нереальные. Смотрю вниз, здесь очень ветрено, пряди волос лезут в глаза, но это не портит впечатление. Даже отсюда благодаря кристально прозрачной воде я вижу, как там царит жизнь.

Вдалеке от всей этой красы виден видны темно синие воды, но там тоже сейчас тихо и спокойно. Лишь на поверхности видны небольшие всплески волн. Я смотрю на Каньон сверху вниз и понимаю, почему он зовется голубым, вовсе не из-за цвета воды. В определенный момент времени можно подловить момент и заметить, как в глубину скал отражается вода, из-за чего они кажутся голубого цвета. Никогда раньше не видела такого явления природы. Это какой-то феномен природы. Хотя если бы я была бы чуточку повнимательней на уроках физики, то наверняка бы особого удивления мне бы это не принесло. Если Итан пытался меня впечатлить этим местом, то у него получилось.

– Эй! Ну, ты скоро там? – слышу его голос снизу.

Ещё пару минут наслаждаюсь видом, где-то вдалеке начинает, виднеется ослепляющее солнце. Как же здесь все-таки здорово.

Мне приходится оставить страх и волнения, что я могу разбиться, позади себя. Прилично отхожу назад и бегу вперед что есть силы. Ступни отрываются от края и падаю вниз. Я машу руками и ногами, параллельно крича от восторга и страха как сумасшедшая, хотя следовало бы подогнуть ноги, чтобы смягчить падение.

Что и требовалось доказать моему везению, я приземлилась на пятую точку, ноги ударились с невероятной силой будто о бетон, как к моему удивлению они ещё не разломались пополам. Тысячи мелкий пузырьков охватили мое тело, и я погрузилась ко дну. Я вмиг забыла о той боли в ногах, когда увидела подводный мир. Небольшие стайки желтых рыбок проплывали мимо меня, совершенно не боясь столкновения, невероятные кораллы всех цветов каких только захочешь, красовались на песчаном дне.

Я проплыла дальше и увидела небольшой участок, где росли актинии, рядом с какими плавали маленькие Немо, увидев меня, сразу же спрятались в домик. Воздух заканчивается, как же не хотелось отсюда уходить, ведь я столько ещё не увидела, но как только вода начала заходить в нос мне пришлось уплывать на поверхность.

– Впечатляет? – спросил Итан, когда я пришла в себя.

– Ничего красивее я в жизни не видела, – меня переполняют эмоции.

– Ну, кроме одного одноклассника.

– Так… давай не начинай, – моя рука автоматически тянется к шее, на которой должен висеть кулон, но его там НЕТ!!!

Чувство паники сразу охватило меня. Я начинаю тяжело и часто дышать.

– Что случилось? – обеспокоено спросил Итан.

– Кулон… я потеряла кулон!!!

Я заглатываю как можно больше воздуха и вновь погружаюсь под воду. Гребу руками что есть силы, замечаю за собой Итана, но сейчас мне не до него, времени мало, а я ещё не добралась до дна. Спустя некоторое время я оказываюсь у тех самых кораллов. Знаю надежды мало, но я должна хотя бы попытаться. Рука Итана касается моего плеча, а затем указывает на отдаленный полип, на котором что-то болтается, мы плывем туда. Среди длинных щупалец я, наконец, нахожу его. Но тут возникла новая проблема, шнурок сильно запутался о коралл. Я без раздумий начинаю выпутывать его, и в этот момент моя рука, из-за силы с которой я тяну его, выскальзывает и одна из щупалец проделывает глубокий порез от кисти и почти до самого локтя. Итан отталкивает меня от этой штуки и с легкостью, но самое главное аккуратно выпутывает кулон оттуда, хватает меня за целую руку, и мы плывем обратно на поверхность.

Как только голова появилась на поверхности, и мне вновь был доступен кислород, после глубокого вдоха я начинаю кричать из-за невыносимой боли в руке. Я чувствовала как мышцы, в которые попадала соленая вода, горели, будто меня положили тушиться на костер. Вода, что нас окружала, вмиг ставала темно-красного цвета. Итан, чтобы не терять время воспользовался быстрым перемещением, и уже через секунду я лежала на берегу, обхватывая руку. Он быстро схватил свою толстовку, одной частью закрыл кровоточащую рану, а рукавом сделал что-то вроде жгута.

– Сейчас, погоди, я вылечу тебя, – говорит он стараясь скрыть волнение

Я взяла Итана за руку, закрыла глаза и ждала процесс исцеления, испытывая невыносимую боль.

– Голова кружится…

Он медленно разворачивает самодельную повязку и я вижу как быстро меняется его выражения лица. Я попыталась поднять голову и посмотреть что же там такое он увидел.

– Это что… Посмотри…

Я не успела взглянуть, как почувствовала, небольшое жжение и будто что-то ползает у меня в руке. Такое ощущение, что маленькие насекомые в панике от увиденного, мечутся, кто, куда пытаясь прогрызть себе выход. Итан застыл на месте наблюдая за тем что происходит, я же мысленно умоляла снять по скорее эту боль.

– Твоя рука… она регенерирует… сама. Медленно, но все же это работает.

– Я сейчас умру здесь, – пищу я, отведя взгляд в сторону.

Итан бережно вытирает кровь, промакивая толстовкой участки от остатков. Наконец, я поворачиваюсь и смотрю туда же. Мне кажется, я могу потерять сознание от этой картины, но мелкие невидимые жучки, оказывается, не прогрызают путь наружу, а наоборот укрепляют его.

Спустя пару минут я кое-как встала, с трудом надев на меня джинсы, верхнюю часть я уже не осилила. Я почувствовала сильное головокружение.

– Чёрт! Я не понимаю! – начал паниковать Итан. – Сейчас я облегчу боль.

И вправду, через пару секунд рука начала понемногу заживать и та адская боль, что пронзила меня, постепенно проходит.

– Спасибо, – хрипло сказала я

– А теперь одевайся мы идём в Либерти.

Я стою посреди холла в Либерти с пометкой второй этаж, держась за руку, которая ещё слегка побаливает. Итан куда-то ушел. Все чем-то заняты, куда-то спешат, о чем-то переговаривают. Но все же мне удалось ухватить на себе парочку насмешливых взглядов. Только сейчас я поняла почему. Я вся мокрая, облепленная песком, в волосах запутались водоросли, песок, мелкие ракушки. Каждый занят своим делом, в то время как я развлекаюсь. И за что меня выбрала судьба? Я даже не соответствую всем стандартам настоящего Дармона. Уже начинает казаться, что это была просто ошибка, и я попала сюда случайно. Минут через 10 ко мне прибегает Итан, а вслед за ним Ибрагим и ещё несколько Дармонов.

– Здравствуй Милада.

– Что со мной?

– Мила, я рассказал им про твои… эм…

– Что с тобой происходит, – ответил какой-то незнакомый Дармон.

– Да? Что со мной не так? Я что единственная кому не достался полноценный Дар? Когда я соглашалась на это…

Я вышла из себя. Злоба овладела мной, и я хотела всё им высказать, ведь они обещали мне совершенно новую жизнь, а в итоге я как будто и осталась человеком.

– Я понимаю тебя, – совершенно спокойно ответил Ибрагим. – Но ты пойми и нас, мы сами никогда с таким не сталкивались, нам нужно некоторое время, чтоб все обдумать. Пожалуйста, возвращайся домой, отдохни, с тобой потом свяжутся.

Я молча кивнула. Что мне ещё остаться делать? Ещё пару секунд я стояла и смотрела в их обескураженные выражения лица, а затем переместилась домой.

Итан

После того как Милада ушла мы без лишнего слова отправились в комнату с длинным столом. Это помещение создано специально для срочных совещаний, здесь собираются лишь доверенные лица. Каждый кто входит сюда клянется о неразглашении того, что тут обсуждалось. Конечно, я не входил в этот список, но случай с Миладой позволял мне присутствовать, так как почти все время я провел вместе с ней. Я безумно волнуюсь, что мне придется сейчас говорить перед всеми. Милада попросила меня не рассказывать никому, что с ней происходит, но мне, кажется, что это слишком далеко зашло и ей должны помочь. Я считаю это своим долгом.

Вскоре к нам присоединился Старейшина. Чтобы попасть внутрь, нужно пройти через портал в стене, с обратной стороны за ним находится охрана, а главная особенность, что на него наложено заклинание, которое не пускает, кого попало сюда. Кроме стола тут также находятся добытые важные документы, запертые в шкафы, секреты правительства и если это попадет не в те руки, то понятное дело будет всем плохо. Мы садимся вокруг, Старейшина на своё почетное место.

– И так если все готовы, то можем начинать, – произнес Главный. – Как вы все понимаете, до выяснений обстоятельств этот разговор должен оставаться между нами.

Все закивали в ответ, а затем один за другим произнес «Клянусь». Последним был я, после чего на меня все с подозрением взглянули. Мне стало неловко. Я их понимаю, пустить лицо совершенно не входящее в Главное руководство всех Дармонов к себе в тайное логово рисковое дело, но я не собирался их предавать. За то время что я тут нахожусь, успел подружиться со многими ребятами, они стали для меня новой семьей.

– Итан, – Старейшина обратился ко мне. – Я хочу, чтобы ты в подробностях изложил нам ситуацию, которая происходит с Миладой Гарсиа.

– С того момента, как она вступила к нашему Сообществу, мы все думали что она получила полноценный Дар и стала одной из нас. Первое что нам показалось странным это Дар, который получила Милада, он действительно отличается от тех, что имеем мы.

– Прошу прощения, что встреваю, – перебил меня Ибрагим. – Соглашусь с Итаном, почему мы сразу не вмешались?

Присутствующие начали переглядываться.

– Да, я тоже считаю так, – сказала Грета, блондинка, сидевшая слева от меня. – Ведь если создаются проблемы о них нужно немедленно докладывать. А вы оба скрывались.

– Милада не угроза! – резко ответил я.

– Да, ты так считаешь? Потому что она…

– Умолкни, – сказал я ей мысленно, хотя это недопустимо так разговаривать с высшим обществом. Просто вырвалось…

– Успокойтесь все, пожалуйста. Итан продолжай, – совершенно спокойно сказал Главный Дармон.

– Милада не хотела, чтоб началась паника как сейчас и поэтому решила пока не рассказывать ничего.

– Так это была идея Гарсиа? – опять перебила меня, но на этот раз Оливия одетая в строгий деловой костюм.

– Да…в общем, первым, что пошло не так, так это старые людские потребности, а именно сон, еда. Теперь это. Когда я решил показать ей Голубой Каньон, произошел несчастный случай, и Мила повредила руку. Я думал, обойдется и сработает восстановление, но оно происходило очень медленно, но все же было. Ей было нестерпимо больно и поэтому мне пришлось применить свои Силы и доставить её сюда.

– И вы всё это время молчали… – тихо произнес Ибрагим, уставившись в одну точку.

– Я считаю, что такое дело подлежит наказанию, – промолвила Дармон, на вид лет 45, которая напоминает мне своим видом строгую учительницу.

– Не будем поспешных выводов, – подал голос Старейшина. – У меня есть предположения по этому поводу, – все затихли и развернули головы на него. – Как вы все помните, 16 лет назад нас покинул один из самых могущественных Дармонов – Мэтью Хендерсон. И как вы все знаете, по каким причинам. Роман, который завязал со смертной душой, позволил этой женщине родить ребенка. До сих пор нам не удалось найти её, перед уходом Мэтью создал мощнейшее заклинание, которое позволило защитить её и ребенка. Миладе сейчас 16 лет и боюсь сказать это, но я предполагаю, что… она может быть его дочерью.

Дамы присутствующие охнули в унисон. Я застыл на месте после услышанного. Этого просто не может быть. Мэтью – самый могущественный Дармон во всем мире… отец Милады. Его история любви погубила его и то же самое сейчас происходит с его дочерью. Если об этом узнают, то я даже не знаю, что произойдет с ней, а Рамилю как минимум сотрут память, если не что хуже. Ведь по легенде Дармонов, ребенок Дармона и обычного человека рождается Всадником, только если это не результат искренней настоящей любви. Всадники наши злейшие враги, которые портят жизнь людям и их бессмертие базируется на людских страданиях. Но Милада не Всадник, этот точно, метка на ее руке, говорит об обратном, она не могла появиться там по ошибке.

Ибрагим встал с места и произнес:

– Значит Милада…

– Наполовину человек, наполовину Дармон, – закончил фразу Старейшина.

Все остальные начали громко переговариваться, словно стадо журналистов.

– Значит ли это, что она опасна для всего Сообщества?

– А вдруг она решит найти отца, объединиться и восстать против нас. Она же могла стать одним из Всадников!

– Что мы сможем сделать против них? Они сильнее нас.

– Либерти под угрозой?

– Вы что с ума сошли? – не выдержал я, все замолкли и уставились на меня.

– Итан, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь… – подошел ко мне Ибрагим и положил мне на плечо руку, на запястье, которого красовалась наша фирменная тату, но я тут же смахнул её.

– Нет, вы понятия не имеете…

– Старейшина, не примите это за неуважение, но разумно ли это было звать на такое важное совещание…его? – осторожно спросил Ибрагим и указал на меня.

– Что? – обида ударила меня в самое сердце. Я возненавидел его после таких слов, но постарался отвечать дальше более спокойно. – Да как ты можешь так говорить?

– Да, я разделяю твои чувства, но я считаю, что мы не можем так рисковать всем Сообществом, которое создавалось не одним столетием.

– Давайте сохранять рассудок, – прервал нас Старейшина – если Милада не узнает правду, вы ведь поклялись все, то мы сможем оставить её на нашей стороне.

– Сэр, я с вами не согласен! – поднял голос мой наставник. – Вы подвергаете риску не только себя, но и нас тоже. От этого чертова предателя ей могли передаться могущественные силы способные погубить нас!

– Думаю, на этом наше собрание будет подходить к концу. Если у вас есть ещё какие-то неотложные вопросы, которые необходимо решить незамедлительно, то попрошу, останьтесь, остальные, – его взгляд падал именно на Ибрагима, на котором виднелась злость, он сжимал кулак с такой силой, что с легкостью мог бы убить человека. – Попрошу покинуть зал.

Правая рука Старейшины бросил последний озлобленный взгляд и прошел через портал. Я вышел вслед за ним, чтобы подсмотреть, что он будет делать. Старался следить так, чтоб он не заметил.

Мы вышли в холл, от которого я каждый раз прихожу в восторг, когда вижу. Не знаю, кто такое придумал, но смотрится нереально красиво. Чуть дальше от портала находится что-то вроде балкона, вид, из которого падает на один из городов Земли. Лучи заката осветляют холл, от чего он становится светло оранжевых оттенков и проходят сквозь стены облаков, окрашивая их нежно розовыми красками. Я переместился чуть ближе к ним, спрятавшись за небольшой стеной, из-за которой мне отчетливо видно происходящее. Трое незнакомых мне Дармонов обступили Ибрагима. Они о чём-то переговаривались, некоторые фразы, прозвучавшие из его уст, я мог слышать.

– Со стариком надо быстрее что-то решать. Скоро наша главная угроза сама себя уничтожит, а мы останемся не причем и тогда…

«Ибрагим что-то затевает, про какую угрозу он говорит?» – успел я подумать, а затем переместился в Делавэр. Мне нужно всё обдумать. Я не могу появиться перед Милой и нагло скрывать от неё такое. Благодарю всевышнего, что в разговоре не упомянули про Рамиля, хоть у них ничего серьёзного не происходит, узнай, эти звери бы без раздумий уничтожили бы парня, а затем и её. Я должен следить за Ибрагимом, тот разговор насторожил меня. Слишком много проблем и мне некому даже рассказать. Как же я скучаю по своей семье…

Глава 8

Милада

Прошло несколько часов после моего возращения домой. Родители теперь стали больше переживать из-за того что я стала позже возвращаться. Я лежу у себя в постели, уставившись в потолок. Рука всё ещё болела, Итан кончено подлечил меня, но не до конца. Ему нужно было показать им, что происходит, иначе никто бы в это не поверил. Если честно, то мне это самой надоело быть в неведении, надеюсь Итан скоро появиться и даст мне все ответы.

Я жутко устала за сегодня, мои веки слипаются с каждой секундой. Перебинтованная рука постоянно давала о себе знать, очень надеюсь, что к утру, она заживёт. А еще я переживаю о том, что скажет Итан, вдруг меня решат изгнать ибо решат, что я им бесполезная и ничем помочь не смогу или заберут то что у меня есть сейчас, сотрут память и тогда Ибрагим не выполнит свою часть уговора. Мне не помогут вернуть Майкла.

Такие мысли посещали меня до самого рассвета. С каждой, страх ударял меня в глубину души от чего, я не могла потом ещё долго заснуть, ни смотря на дикую усталость. Хоть мне все еще нужно это делать, мне становится трудно заснуть.

Звук раздражающего будильника заставил меня снова почувствовать себя зависящей от расписания школьной жизни. На часах 7 утра. Я с неохотой встаю и иду в ванную комнату. Стою у зеркала и смотрю в свое отражение, опухшие слегка покрасневшие глаза из-за того что я плакала почти всю ночь, синяки под глазами, растрепанные волосы.

Сейчас у меня нет настроения, выглядеть как нормальный человек, приняв душ, я не стала краситься, распустила волосы, надела черные штаны и коричневую мешковатую кофту. Видок конечно ужасный, но мне всё равно. Вот так я спустилась вниз, чтобы выпить «тонну» крепчайшего кофеина иначе я просто не знаю, как выдержу предстоящие уроки, которые я опять не сделала. Мне уже наплевать, почему я так хочу спать, и почему мой желудок все еще просит подпитывать его едой. У меня уже просто нет сил.

– Доченька, у тебя все в порядке? – обеспокоенно спросила мама, ставя завтрак на стол.

– Лучше не бывает, – ответила я, параллельно елозя вилкой по тарелке.

На кухню вошел Фред. Сегодня настроение у него было повеселее, а вот у меня наоборот.

– Дорогая, – поцеловал он маму в щеку и быстро уселся за стол. – С сегодняшнего дня меня восстанови в должности. Банк, в котором я работал раньше закрылся, но в качестве компенсации они выплатили неплохую сумму и предложили место в отделе кадров в более престижном. Так что мы сможем выплатить долги и оплатить услуги того крутого детектива о котором, мы с тобой раньше говорили.

Во мне вспыхнул небольшой огонек надежды, с одной стороны это очень хорошие новости, а с другой вдруг этому детективу понадобится месяц или два на поиски. Я должна взять ситуацию в свои руки. Нужно придумать план, но для начала выяснить, что узнал Итан.

Покончив с омлетом, что приготовила мама, я отправилась в школу. Пешком. Я хотела немного прогуляться, освежить голову и подумать о дальнейших действиях. Вышла на главную улицу, что ведет к школе.

Дети вместе родителями, торопящимися поскорее сдать своё чадо в учебное заведение и спокойно отдохнуть о них хотя бы несколько часов на работе. Различные магазинчики стоящие параллельно друг другу спешили поскорее открыться, завлекая что-нибудь купить. Свежая выпечка разносила аромат по всей улице, от чего некоторые прохожие не удерживались и шли прямиком на запах. Но у меня в кармане валялось всего один или два цента, на них не купишь даже самую крохотную булочку. Я разглядывала каждое здание, что стояло тут, будто впервые их вижу. Наслаждалась утреней прохладой до самой школы. Наконец, я забыла о тревожных мыслях, никак не покидающие голову.

***

К воротам школы подъехал знакомый, серого цвета BMW. Из него выходит блондинка, говоря с кем-то по дорогущему телефону, вслед за ней открываться соседняя дверца и я вижу Рамиля. Чёрт! Почему он пришел? Неподалеку от меня проходит Алевтина со своими подружками и бровями подмигивает мне, будто снова задумала какую-то пакость против меня. Стараюсь, чтоб они меня не заметили, разворачиваюсь в обратную школе сторону и лицом к лицу сталкиваюсь с Итаном.

– Ты где был? – тихо спрашиваю, уводя собеседника в сторону.

– В Либерти, а затем я отправился в Прекстон, мне нужно было все обдумать.

– Ну и?

– Это все сложно… – как-то подозрительно он ответил.

– Старейшина хоть что-то узнал?

– Давай поговорим, но не здесь.

Я недоверчиво осмотрела Итана. Что-то он странно говорит со мной. Но мне все же любопытно, что они вчера обсуждали.

– Слушай, мне нужно встретиться кое с кем, давай встретимся в домике?

Я собиралась развернуться, чтобы уйти, но рука Итана успела схватить за плечо, в этот момент я заметила на себе озлобленный взгляд Рамиля. Раз уж решил не прогуливать, то это буду делать я и стараться всячески его избегать. Наше общение только усугубляет ситуацию, хоть я и зла на него, не хочу наговорить ему того, из-за чего ночью моя подушка будет впитывать в себя слезы.

– Милада, каким делом, нам нужно поговорить.

Мне еще раз пришлось взглянуть на Рама, который стоял, облокотившись о капот машины. Это ж кем должна работать его девушка, чтобы зарабатывать на такие машины. Это все заметил Итан и закатил глаза.

– Не вздумай меня останавливать, я всё уже решила. Вчера я разговаривала с Ибрагимом, он рассказал мне об одном заклинании, благодаря которому я сама смогу победить Арчера и тогда моя жизнь наладится.

– Как оно называется?

– Дабин.

Выражения лица Итана из обеспокоенного резко переменилось в ужас, от чего мне стало не по себе.

– Я отправлюсь в «Ghost Wood» и там убью его. Мы заключили сделку с Ибрагимом, я ему смерть предателя, а он мне брата.

Итан

Она исчезла у меня на глазах. Твою мать! Я замешкался, растерялся. Паника охватила меня. Ладони быстро вспотели. Ибрагим решил подставить её. Вот про кого он говорил ночью. Если я её не остановлю, то…

Быстрым шагом направляюсь в сторону машины. За то, что я сейчас собираюсь сделать, меня бы выгнали из Либерти и может даже убили.

– Эй! – кричу я девушке, которая до сих пор не вылезает из своего разговора. – Оставь нас.

– Прошу прощения? – удивленно спрашивает та.

– Уезжай, мы потом поговорим, – вмешивается Сандерс.Блондинка садиться за руль и трогает с места.

– Чего тебе? – недовольно спросил он.

– Это что твоя девушка?

Мой вопрос застал врасплох Рама.

– Что?

– Ты слышал! Отвечай! Это важно.

– Нет… это моя тупая сестра Изабель.

– Это всё меняет. Если бы Милада только знала… – я взялся за голову, чтобы несколько секунд все обдумать. – Послушай, ты должен сейчас пойти со мной. Милада хочет совершить самую огромную ошибку в своей жизни. Ты должен помочь мне остановить её.

– Какую ошибку?

– Я сейчас не могу тебе всего рассказать, нам нужно торопиться.

– Какое тебе дело до меня? Ты же её парень, вот и вперед.

– Парень? – меня начал раздирать дикий смех. – Я… Значит вы два идиота думали… – я не мог остановиться, мой живот начал болеть от хохота.

– Тебе смешно? – с каменным лицом спросил Рамиль.

– Прости, ты просто не представляешь какого наблюдать со стороны за вами. Она думает, что ТЫ встречаешься со своей сестрой, – смех вновь овладел мной и дальше я с трудом мог говорить. – А ты… что она со своим братом… – после этих слов мой смех резко прекратился.

Милада

Я стою посреди Ghost Wood. Это место славится страшными байками о призраках похищающих людей. Это ни сколько не останавливает меня от затеянного. Все потому, что в призраков именно этого леса, я не верю. Нет ни единого официально подтвержденного случая, кроме нелепых засад подростков и их охоты на привидений, которыми они запугивают старшие поколения, а те с радостью принимают байки и создают местные легенды.

Мне становится нереально страшно, но прилив уверенности того, что ждет меня впереди даёт силы идти до конца. Хруст веток под ногами преследует меня, пока я иду в чащу массивных деревьев. Я абсолютно без понятия что делать, как Арчер найдет меня, как поймет что я здесь. Ничего лучше не придумав, я начинаю кричать его имя в пустоту, будто он меня услышит и тут же явиться. Но он не появлялся. Минуту, вторую, я продолжала звать, а когда это мне надоело и вывело из себя, я собрала свои силы в кулак и выплеснула гнев по дальнему дереву, так что верхняя часть с громким треском упала на землю. Из-за шока от того, что я только что сделала, мне стало не хватать воздуха, мои легкие жадно поглощали кислород. Я смотрела на то несчастное дерево, и мне стало его жаль.

Позади себя я услышала голос, может это приведение, что якобы водится в этом лесу прошло за мной, в шутку подумала я. Голос становился громче, я медленно разворачиваюсь и вижу перед собой Арчера. Мурашки пробежали по холодной из-за пота спине.

– На этот раз мне ничего не помешает расправиться с тобой, – проговорила я, глядя в его карие глаза.

– Что ж, пусть победит сильнейший.

«Если мне не удастся убить его как человека, то… пусть да поможет мне Дабин»

Итан

– Что ты сейчас сказал? – спросил Рамиль.

– У меня нет времени разъяснять тебе то, что вы оба не можете друг другу сказать. Ты слышал, что я сказал. А сейчас ты пойдешь за Миладой и скажешь ей, наконец, то, что должен был уже давно.

– Я скажу… Но что ты сказал про брата… я знаю как он выглядит и это не ты.

– Это я, но поверь у нас очень мало времени. Ты мне доверяешь?

– Да кто ты вообще такой…

Я закрываю глаза на несколько секунд и открываю, демонстрируя ему свой Дар голубого сияния. Это приводит его в шок, и он начинает отстраняться от меня назад. Я хватаю его за руку и удерживаю, чтобы он не убежал. Но от этих движений ему становится больно в боку. Сосредотачиваюсь на лечении, хоть это трудно дается, учитывая сопротивление. Несколько секунд и боль проходит. Рамиль больше не пытается убежать и приходит в замешательство от того что сейчас произошло.

– Поблагодаришь потом, – на мне появляется ехидная улыбка, я касаюсь его плеча и мы переносимся в призрачный лес.

Я не знаю, в какой точке находится Милада, единственное, что я знаю, что лес занимает несколько десятков гектаров, и они с Арчером могут находиться где угодно. Рам упал на колени, сейчас из него выходит весь завтрак, но меня это мало волнует. Когда он начал приходить немного в себя я помог ему подняться и сказал:

– Нам нужно идти, – но он меня оттолкнул, понятое дело почему.

– Ты… Чёртов псих!!! Ты кто такой вообще? Что ты сделал с Миладой, – теперь он разошелся не на шутку.

Чуть ли не с паром в ушах накинулся на меня, но успев среагировать быстрее, я поднял его в воздух и абсолютно спокойным тоном ответил:

– Та успокойся ты. Ты хочешь знать, что происходит? Пока ты тут показываешь себя, где-то там Милада сейчас сражается с нашим сильнейшим врагом. Несколько дней назад она получила Дар, позволяющий ей совершать невероятные вещи. Я имею похожие способности, – притягиваю Сандерса ближе к себе. – Например, то, как ты секунду назад стоял у своей школы, а теперь тут, то, как только что твои ребра терпели невыносимые боли, забыли про это как про страшный сон. Это не всё… Если ты правду любишь мою сестру, то помоги мне её отговорить от задуманного, – я опускаю на ноги шокированного Рамиля, разворачиваюсь и иду вперед надеясь на содействие с его стороны. Это было не просто рассказать о нашем существовании смертному человеку, но я должен был, ведь у меня есть надежда что Милада послушает хотя бы того кого любит.

– Я с тобой, – немного не уверенно сказал Рам.

Останавливаюсь и через несколько секунд впереди в метрах трёхсот от нас мы видим, как резко загораются верхушки деревьев. Одновременно подумав об одном и том же, мы ринулись бежать. Через несколько минут мы прибыли в место, где это произошло. Милада и последних сил боролась против Арчера, один за другим шары добивали её, силы предавали и с каждой секундой, она проигрывала начатую ею войну.

– Милада! – закричал Рамиль.

Милада

Я была сосредоточена, старалась максимально защититься от летящих в меня энергетических шаров, что посылал в меня противник. Блокируя их, я выигрывала несколько дополнительных секунд, но этого было не достаточно. Лишь сейчас я осознавала, что моих сил, было крайне мало против сил Арчера и что, практически не подготовившись, развязала жестокую войну, которую запросто могу проиграть. Только находясь здесь, медленно погибая от ударов Арчера, я это поняла. Он гораздо сильнее меня.

Несмотря на ту боль, что причинял мне тот, кого я пытаюсь уничтожить, продолжала борьбу с крохотной надеждой, которая поселилась у меня в сердце. Из-за этих ударов, кровь струилась у меня из носа, которую я периодически вытирала затертым рукавом. Мой разум был заполнен одной мыслью, одной целью – одержать победу.

До того момента, твердые стволы елей могли защитить меня, я перемещалась от одного к другому надеясь на атаку, как внезапно…Голос до боли знакомый мне, находящийся достаточно далеко от меня, выстрелил в самое сердце, позволив на секунду замереть, чтобыло большой ошибкой.

Я обернулась и увидела его. Потрясенный взгляд стремительно был направлен на меня. В глазах Рамиля чувствовался страх, передававшийся ко мне микроволнами. Он, наконец, увидел меня в таком состоянии – озлобленного монстра стреляющего мощными шарами-убийцами в другого такого же Дармона. Арчер воспользовался этим моментом, взяв вверх надо мной.

Хоть он и находится прилично от меня я почувствовала удар по телу, будто бейсбольная бита только что ударила меня не щадя органы, стараясь сделать из них кашу. Я ударяюсь обо что-то твердое, что приносит мне еще одну порцию боли. Лишь хруст ломающейся древесины, дал мне хоть на секунду понять, что я прилетела в деревья, снеся половину стволов. В результате чего, у меня появляется адская боль в бедре, и я качусь вниз с обрыва.

Рамиль

Итан без раздумий начал атаковать незнакомого мне мужика, который тоже без сопротивления не желал сдаваться.

– Помоги Миладе, – крикнул Итан. – Я прикрою.

Эта ситуацию похожа на очень плохой сон, хотя я очень сомневаюсь в том, что это так. Я бегу через горящие вокруг меня ели, бегу ни смотря на страх перед происходящим. Никогда бы не подумал что такое реально.

Добегаю до обрыва и вижу внизу лежащую без сознания Миладу. Страх ударил в грудь. Даже сверху я вижу как кровь струей лилась из бедра от чего ситуация только ухудшалась. Я быстро спустился к ней, снял с пояса ремень и сделал жгут, руками старался закрыть рану. Спустя пару секунд, Милада открыла глаза, из-за шока она не поняла, что с ней происходит.

На её лице находятся многочисленные шрамы и раны, а одежда вся в грязи и порезах. Увидев меня, она слегка улыбнулась, а затем её взгляд устремился вверх. Быстрым движением, она перевернула меня на землю и закрыла спиной. В ту же секунду, чуть выше наших голов, разбился гигантский огненной шар. Он не задел нас и будто врезался в невидимый купол. Мелкие огоньки разгорались рядом с нами.

Милада вытерла кровь, сочившуюся под носом и движениями рук, пролила на каждое пламя струи воды. С каждой секундой, мои чувства только разрастались к этой девушке. Она самый сильный и прекрасный человек из всех кого я когда-либо встречал. Но в тоже время, то, что я сегодня увидел, приводило меня в дикий ужас. Никогда бы не подумал, что сверхспособности существуют в нашем крохотном мирке.

Боль в ноге в скором времени напомнила Миладе о себе, о чего та, крича от боли, взяла мою руку в свою и крепко сжимая, звала Итана на помощь. Тот, защищаясь от летящих в него ударов, пытался добежать к нам. Мне больно от того, что Милада терпит все это, я будто бы разделяю вместе с ней все это.

Кровь бардового цвета лилась, будто из фонтана, говоря о том, чтобыла задета артерия, одной рукой я старался закрыть рану, а второй держал за руку любимого человека. Я не мог думать ни о чем другом, кроме как придумать, как помочь ей.

Я очень надеюсь, что её брат, если это так, во что слабо вериться, если смотреть на внешность, то это абсолютно разные люди, излечит сестру, так же как и меня. Мой взгляд падает на край обрыва, там стоит Итан, он осматривает местность, чтоб спустится и в этом момент я уверен, что сзади него никого нет, нечто толкает парня с невероятной силой и он отлетает на пару метров вперед, а затем катится вниз еще с десяток метров. Милада отпускает мою руку, направляет их вверх. Над нами образовался прозрачный защитный купол.

– Итан! – зову его я. Потребовалась секунда, чтобы тот переместился под него.

Милада еле сдерживая слёзы, которые всё же лились с глаз, нежно дотронулась до моей щеки, её улыбка, что проявилась, глядя в мои глаза, заставляла улыбаться и меня. Как много я хочу сказать, но видимо это не очень подходящий момент для откровений.

Итан дотрагивается до раненого бедра и то, что сейчас происходит, я бы назвал чудом. От огромной дыры в ноге, полученной из-за одной из веток, через которые Милада пролетела как метеор, не остается и следа.

Я помогаю ей подняться, и она меня нежно обнимает меня своими ручками, как ребенок. Безумное счастье заполоняет мою душу, мне не хочется это прекращать, хочеться навек потеряться в её объятьях.

Через пару секунд она меня отпускает, и я вижу истинный облик Милады. Белый свет, что я видел раньше, вновь заполонил глаза, но я не видел ни зрачков, ни зажженного огонька который горел ярче, каждый раз видя меня. Даже зная, кем стала любовь всей моей жизни, я не откажусь от нее, можно сказать, что моя девочка с некой изюминкой. Сейчас я понял, что хватить трусить, пора брать быка за рога и признавать свои чувства, слишком долго я ждал, даже слишком долго. Вся эта ситуация, если верить Итану реально получилась одновременно глупой и смешной. Нужно было всё раньше разъяснить.

– Мила, послушай меня! – прервал нас её брат.

Милада ничего не ответив, развернулась, приподняла руки, а затем её тело залевитировало. Она подлетела наверх, где только что велся бой, и скрылась за холмом, даже не взглянув на нас.

Милада

Зачем он рассказал ему?! Я была в ярости, как только пришла в себя. Из-за невыносимой боли я не могла даже злится или выпускать хоть какую-то эмоцию. Сейчас, я, наконец, вылезла из этого наркотического тумана и поняла, что Итан сделал. Главное правила Либерти – не показывать себя людям. Он нарушил его. Теперь я не представляю, что с нами сделает Глава, когда узнает об этом. Я и так чувствую себя не в своей тарелке, находясь среди них. Что теперь будет с Рамилем, в лучшем случае ему сотрут память, а в худшем…

Я должна выполнить свою миссию, ведь может тогда его помилуют, а ко мне будут относиться как к равной. Итан притащил сюда моего одноклассника, и я не пойму зачем, но у меня сейчас времени вести светские беседы, если я снова совершу ошибку, то упущу Арчера вновь. Ибрагим рассказал мне об одном заклинании, главная его особенность и заключается в главной моей цели. Одну ошибку я уже совершила, сказав про это место Итану.

Я продолжала парить в воздух, вспоминая, как недавно делала это у себя в комнате. Движения все еще не уверенные, я постоянно чувствую, что стою в шаге от обрыва и если даже неправильно вздохну, камнем полечу вниз. Я уверена, что там внизу Рамиль стоит с открытым ртом. Это неудивительно, не каждый же день такое увидишь. Начинаю медленно подниматься, вверх молясь, чтоб все получилось.

Дабин не такое простое заклинание как кажется, тут важно успеть вовремя. Внизу остались Итан и Рамиль что-то кричащий мне, но я его не слышу. Делю несколько медленных вздохов, чтобы держать себя увереннее в воздухе. Подлетаю к тому месту, где несколько минут назад я дралась с Арчером. Он стоит на земле, озлобленно таращась на меня. Задумав что-то неладное, я замечаю, как тот поднимает руки над головой, тем самым повторяет мою задумку. Такое в полнее можно ожидать, но думаю, что так будет даже лучше.

Мы парим в воздухе, парни внизу пытаются докричаться до меня, но я не слышу не единого их звука. Мой мозг полностью сосредоточен, хоть в это время я трясусь как осиновый лист от страха.

Жду подходящий момент, кажется, Арчер не догадывается о моих планах, но я так же не атакую, вся суть, чтобы поймать тот малюсенький момент, когда он забросит в меня очередной энергетический шар. Я собираю все силы, что есть у меня, всю мощь, всю ярость, что есть во мне в единую энергию и жду. Кажется, Арчер это заметил и приготовился, словно голодный волк готовый напасть на добычу.

Мои руки горят, удерживая смертоносное оружие. Я держусь. Страх заполонил меня. Сердце бьется невероятно быстро. Дрожь проходит по всему телу. Между нами метров 20 расстояния, но кажется что он совсем рядом. Несколько секунд и наконец, он атакует. Ровно половину пути до меня, его удар прошел, всё, что я заготовила ответно, выбросила в него, закричав последнее моё слово – Дабин. Наши силы врезались, друг в друга в единое целое…Я услышала голос в своей голове, голос Итана. «Я твой брат!!!»

Часть 2

Глава 9

Рамиль

Итан упал на колени.

– Нет!!! – бил он по земле. – Нет!!!! – кричал вверх.

Милада вместе с тем парнем растворились в воздухе, оставив за собой белое и черное кольца как после взрыва, что рассеивались по небу. Я стою в недоумении. Единственный. Куда они делись? Я смотрел в пустое ясное небо, где только что, произошло нечто нереальное. Итан лежал на земле, кулаком ударяя о землю.

Я почувствовал пустоту в своем сердце, будто частичка души покинула меня.

– Итан! – пытался я поднять его. – Вставай! – я наклонился ближе, – За нами следят, – Итан резко поднял взгляд, я указал на край обрыва, толстый мужик в серой жилетке заметил, что его раскрыли и так же растворился в воздухе.

– Всё, нас обнаружили. Тебя нужно немедленно спрятать.

Не успев ничего сообразить, в долю секунды мы исчезли из этого места. Вновь это отвратительное чувство тошноты настигло меня. Но весь завтрак остался в лесу, так что на этот раз обошлось. Мы оказались в просторном доме, чувствуется где-то на природе, за окном не слышно уличной жизни. Я осмотрелся, мы стоим посреди небольшого коридора с плетеным стулом у окна, рядом с которым находится лестница, ведущая наверх, справа виден проход в крошечную кухню. Скрип досок под ногами раздражал уши при каждом шаге. Занавески, которым, наверное, немало лет, колыхались при каждом порыве ветра. Итан подошел к окну, чтоб закрыть его.

– Где мы? – спросил я.

– Делавэр. Считай это теперь твоё временное убежище.

– О чем ты говоришь? – не понял я.

– Слушай у меня в запасе всего минута другая. Я не могу тут надолго остаться и все тебе рассказать, как бы я не хотел. Очень скоро к тебе придет девушка, её зовут Лиза. Она ответит на все твои вопросы, если она конечно согласится…

– А почему нет?

– Помнишь, я тебе говорил, что у меня, у Милады есть Дар?

– Забудешь такое, – фыркнул я в ответ.

– Ну, так вот… из-за этого мы стали отличаться от людей некоторыми преимуществами. Не буду углубляться в подробности… У нас есть Сообщество, в котором есть строгие правила, за нарушение которых жестоко наказывают. Сегодня я нарушил самое главное – рассказав тебе о нашем существовании. В Ghost Wood нас заметил один из Дармонов, я подозреваю что это был один из подручных того кто решил убрать Миладу. Мне нужно будет всё выяснить, а ты пообещай мне что ни за что отсюда не выйдешь, пока я или Лиза за тобой не придем.

– Но я же учусь в школе, у меня есть родители…

– Поверь, лучше ты посидишь тут, чем потом твои родители будут оплакивать тебя на твоей же могиле. Ты не представляешь, во что ты теперь ввязан. Прошу послушай меня. Никому не открывай, никуда не выходи. Мне нужно вернутся туда, чтоб не вызывать подозрений.

Итан растворился прямо передо мной. Я в полном недоумении, что это было. Одно я понимаю, что теперь моя жизнь под угрозой.

День первый

Вся эта сложившаяся ситуация пугала меня до чертиков, эта какая-то страшная реальность в которую я попал никак не хотела возвращаться в норму. Итан дал четкие указания, перед тем как уйти, самое главное, чтобы я сидел и не высовывался. Если кто-то из их круга найдет меня, это все может плохо закончится.

Я сидел на плетеном кресле в коридоре и ждал. Перед глазами постоянно крутилось то, что сейчас произошло. Взрыв, кольца, потрясенный взгляд Итана… Я видел лишь подобное в фильмах, но точно не в реальной жизни… Снова взрыв, да такой мощный, что я даже дернулся, потому что подумал, что он настоящий…

Мне пришлось ждать в таком положении три часа, но за это время я не получил ни телефонного звонка, ни обещанной встречи. У меня сложилось ощущение, что недавно мы убили человека, на глазах сотни свидетелей, а теперь я скрываюсь в каком-то убежище и не могу выйти даже на улицу.

Я решил обойти дом. Осмотреть каждую комнату. На втором этаже есть большая спальня. Есть еще две, но у меня нет от одной из них ключа, чтобы попасть туда. С этим я разберусь потом.

Вторая имеет две кровати, расположенные друг напротив друга и небольшой шкаф, где есть немного одежды. Новая люстра, сделанная из тонкого стекла, мягкий ковер у кровати. Комната мне показалась довольно просторной и светлой. Тут довольно чисто, на мой взгляд, как для старого дома, в котором изредка появляются. Я подошел к окну и облокотился о рядом стоящие прикроватные тумбочки, вид из окна оказался шикарным.

Передо мной расстилалось поле, которое уже приобрело зеленые краски, а на небе не было ни облачка. Я посмотрел на него и вспомнил, что произошло недавно. В груди противно закололо, от чего я быстро задернул шторы и вышел из комнаты. Правда, в первой стены выкрашены краской, а в этой наклеены обои цвета слоновой кости.

Рядом со спальней я нашел ещё одну дверь, но туда я зайти не смог, заколочена, так что хоть топором руби. Последняя дверь вела на комнату, похожую на чердак. Все вещи покрыты многовековым слоем пыли, что можно на них рисовать. Тут валяются старые табуретки, картины, скрывающие свои холсты за простынями, которые выцвели и покрылись желтыми пятнами. Много мебели с очень красивыми узорами выгравированной на ней, могу поспорить, здесь завалялся даже антиквариат. Всё это поросло паутиной, поэтому я тут надолго не задержался.

В первой спальне есть одна небольшая ванная комната. Тут совсем интересного нет ничего. Большая ванная, умывальник, над ним зеркало и туалет.

Следующее моё путешествие свершилось на первом этаже. Из коридора было 2 пути, один прямо на кухню, второй в гостиную. Для начала я решил обследовать кухню, находиться мне тут неизвестно сколько, поэтому для меня важный аспект на данный момент еда.

Кухня оказалась небольшая, но просторная. Кухонные шкафчики с плитой стояли по левый бок, а столешница, холодильник и некоторое кухонное оборудование по правый. У стены, напротив, от входа, который похож на арку прямоугольный стол и 2 стула. Из окна видна небольшая веранда, где расположилась кресло-качалка.

В шкафчиках к моему удивлению оказались небольшие запасы провизии, некоторые крупы, консервы, пару пачек макарон. В холодильнике тоже оказалось немного еды, так что, думаю, я продержусь тут какое-то время. Главное чтоб я тут не остался совсем надолго.

Нужно сообщить в школе, что я заболел и меня не будет несколько дней или что я уехал, этого я не решил ещё. Дальше гостиная, где я проводил почти все время. Небольшой телевизор с несколькими программами расположился на тумбочке у левой стены и напротив него почти новый диванчик. Справа стоял длинный шкаф с книгами, а рядом с ним гитара. Играть я совсем не умею, но так как заняться тут совершенно нечем, по телику один мелодрамы либо новости, от которых я не в восторге, поэтому я решил поучиться новым навыкам. Первое что пришло мне в голову, написать песню для Милады, может она никогда и не услышит этого, но попытаться стоит.

Следующие несколько часов я сидел в гостиной с гитарой в руках пытаясь подобрать рифмы. Поэт из меня ужасный. Оказалось, самое сложное подбирать рифмы, а к ним ноты. Еще один факт, ни одних нот я не знал, поэтому «брынчал» как умел, главное, чтоб красиво звучало.

В одном из кухонных шкафчиков, я нашёл несколько листов бумаги, кусочек карандаша, точнее его остатки. Ножом сточил край, так как точилкой этот дом не обзаведен, чтоб можно было писать и начал сочинять. Какие только странные строки я только не придумывал, но мне хотелось что-то особенное, поэтому я усердно старался. Для неё, вот чтоб она услышала и все поняла. Но думаю, если бы меня услышал какой-нибудь профессор по музыке, у него бы точно «завяли уши».

После того как мой мозг начал тупить, я решил взять перерыв. Слонявшись по дому как приведение, пересчитал все ступеньки лестницы, что ведут на второй этаж, по несколько раз. Количество шагов равное от стены до стены, а когда прошло половину дня, я решил приготовить обед.

До вечера я пролежал на диване, смотря старые фильмы, не думал даже, что некоторые из них могут быть даже очень интересные. По окончанию кинопросмотра, начались вечерние новости, как всегда политика, несколько кадров про ограбление местного магазинчика. Преступник оказался под кайфом, вследствие чего арест оказался быстрым. Ему дадут хороший срок за эту выходку, и к счастью оказалось без жертв. Не завидую я этим ворам, как они потом живут с тем, что сделали. Я б на такое не смог решить.

Далее к моему удивлению, даже в восьмистах милях от Иллинойса показывают по новостям загадочное исчезновение брата Милады. Это заставило меня вновь задуматься о происходящем. Как такое, возможно, что Итан это Майкл?

До 3 утра я лежал в мрачной комнате без света и снова думал о том, что сегодня произошло. До сих пор мне страшно было заставить себя осознать, что произошло на моих глазах, кем стали Мила и Итан. Только оказавшись в постели мысли, подкрались ко мне неожиданно.

Я начал думать о Миладе, куда она исчезла, вдруг ей сейчас страшно, судя по реакции Итана, он сам без понятия, где она. Это меня пугало ещё больше. Её нет уже почти день, а пустота во мне растет с каждой секундой. Кто решил совершить подставу? И зачем? Милада доверяла тому человеку, а теперь её предали. Я сделаю все, чтобы помочь тебе, а главное я больше не буду бояться признать свои чувства. Если бы мы прояснили это давно, ничего бы сейчас не произошло.

Лишь сомкнув глаза, какой-то шум раздался на чердаке. Не обратив на это внимания, я решил спать дальше. Но звук становился громче. Было слышно какое-то движение. Через секунду раздался очень громкий звук падения.

Я резко поднялся с кровати, взял скалку, что нашел на кухни, на всякий случай, и медленно двинулся к двери. Сейчас там стало тихо. Я прислушался и почувствовал, как кто-то скребется по полу. Взявшись за ручку, приготовил скалку в другую руку и резко открыл дверь. Никого тут нет.

Металлическая миска валялась посреди комнаты. Я поднял её, а под ней прятался черный как уголь маленький котенок с голубыми глазками. Он начал жалобно пищать. Видимо ему как-то удалось пробраться сюда, залезть в этот тазик, стоявший на одном из комодов и перевернуться вместе с ним. Я взял его на руки, он легко поместился у меня на ладони, мы спустились вниз. В холодильнике остались остатки моей трапезы, что я ему и отдал. Котенок начал жадно хватать еду. За окном еще ночь, пару часов и будет рассвет. Я открыл окно, в кухню окутала приятная ночной воздух, сразу стало легче дышать. Покончив с едой, кот в знак благодарности стал мурчать и ходить около ног. Я взял его на руки, и мы отправились в спальню. Умостившись около моей подушки, тот быстро уснул. Я кстати тоже.

День второй

На часах уже половина первого дня. На телефоне я обнаружил много пропущенных звонков от друзей из школы. Я забыл вчера отправить предупреждение, что меня не будет. Даже Изабель оставила несколько смс в мессенджере. До сих пор делает вид, что ей до меня есть дело. Если бы мать не напоминала о моем существовании, то она бы и не вспоминала за меня. Хотя и она делает вид, что она прекрасная мамаша. Её вечные ухажеры обеспечивают ей райскую жизнь, от чего она забывает о том, что у неё есть дети. Деньги на проживание высылает и считает что этого достаточно.

Мать поселила меня в трейлерном парке и подсылает следить за мной сестру, которая тоже пошла вся в неё, чья голова забита богатенькими парнями и личной жизнью, обе вспоминают про меня, только когда что-то серьёзное случается. Но мать приезжает только по праздникам, как например, на мой день рождения в остальное время пишет пару смс, чтоб узнать, жив ли я ещё.

Я спустился на кухню и поставил чайник для кофе. Коту налил в небольшую тарелку молоко. В считанные секунды она оказалась пустой. Через пару минут я с чашкой кофе и котом отправился в гостиную, включил новости. Сделав небольшой глоток я аж поперхнулся после услышанного.

Родители Милады сделали заявление о пропаже дочери. Некоторые кто давал интервью считают, что они по собственной воле сбежали, а некоторые что совершенно похищение. Следующий момент вообще привел меня в шок.

Интервью давала Изабель. Я сделал звук погромче. Она рассказала про вчерашнюю встречу меня, Итана и Милады. Это ей не показалось подозрительным, но сейчас она считает, что мы все планировали сбежать от своих семей, только не понятно для чего. Потом она изложила жалобную историю про то, что я нам тяжело вдвоем и тут такое случается.

Вот стерва. Как же я её ненавижу. Прямо сейчас я бы позвонил ей и высказал все, что думаю о ней, но это слишком большой риск. Полиция открывает дело против нас, теперь каждый, кто видел новости, будет знать про эту ситуацию. Интересно, какой охват этих новостей, наверняка уже пол Америки в курсе. И всё благодаря моей тупой сестре.

Я выключил ящик, злость раздирала меня на части. Этим интервью она опозорила нашу семью, а в частности меня. Мне не нужна помощь ни её, ни мамаши. До сего дня мне прекрасно жилось без их опеки, я успел привыкнуть к такой жизни и меня это вполне устраивает. Ради любопытства мать вообще в курсе? В эту секунду приходит уведомление. Я открываю чат. Прям услышала меня из ада и решила соизволить поинтересоваться мной.

«Сынок, я видела новости. Что-то случилось? Возвращайся в школу, к сожалению, я приехать не смогу мы с Серхио улетели в Европу. Буду не скоро. Слушайся Изабель»

Я швырнул телефон о стену и закричал, будто она меня услышит «Да катись ты хоть на Луну!». Прекрасно! Я теперь никому кроме полиции не нужен. Впрочем, они никогда не узнают где я. Я окончу школу, а затем уберусь из их жизней навсегда. Пусть и дальше веселятся. Я взял в руки гитару и что сказать, плюхнулся на диван, кот умостился рядом со мной и в следующие 15 минут я напевал ему несколько строк. Он мурлыкал как трактор, будто понимал, что я пою.

Непрерывный стук в дверь заставил наши сердца замереть на какое-то мгновение. Я взял свое оружие, добытое вчера и на цыпочках подошел к выходу. За ней была плачущая девочка и какая-то женщина, пытающаяся успокоить её. Надеюсь, они не знают про меня. Я крепче сжал скалку и приложил ухо к двери. Женщина продолжала колотить по двери, от чего хорошенько настучала этим мне по голове. Я не выдержал и спросил, хоть и знал что это риск:

– Кто там?

– Здравствуйте… помогите нам. Прошу вас!

Я приоткрыл двери, маленькая девочка с белокурыми волосами лет 6 с красным заплаканным лицом крепко держала руку женщины. Её длинная широкая юбка поместила свои края на полу, а в нее заправлена грязного цвета, белая рубашка. Волосы собраны в строгий калач как я это называю.

– Что случилось? – обеспокоено спросил я.

– Персик… Вы его не видели? – пролепетала девочка, – я нигде не могу его найти, – девочка опять начала рыдать взахлеб. Я ничего не понял, это меня насторожило что, но я старался сохранять спокойствие.

– Простите, я занят, – хотел я уже закрыть двери, но рука женщины схватила её раньше.

– Мама, Персика тут нет! – начала истерить девчонка.

– Молодой человек, вы извините за Кейт. Она совсем с ума сошла с ним. Скажите, вы не видели тут маленького котенка с голубыми глазами? Он такой черненький и на одной из подушечек лапы есть коричневое пятно. Буквально вчера видели его дома, все было хорошо и тут вот так.

В глубине души я выдохнул с облегчением. Я спрятал скалку за спину и попросил подождать минуту. Забрав спящего пушистика с дивана, я передал его в руки Кейт. За это время, что он составлял мне компанию, я успел привязаться к нему, поэтому отдавать его пришлось немного с тоской.

– Ура! – закричала та. – Мамочка, Персик нашёлся! – Кейт побежала в обратную сторону дома.

– Странное имечко у него, – сказал я, пронаблюдав за радостным ребенком.

– Не то слово. Кейт нашла его на персиковом дереве пару дней назад. Сами понимаете, какая у маленьких детей ответственность, не уследила.

– Бывает, – улыбнулся в ответ.

Женщина осмотрела дом и произнесла:

– Ты друг Майкла?

То, что я сейчас услышал, сильно насторожило меня. Почему она сказа это имя?

– А вы кто ему?

– Он снимает у меня этот дом. Я живу в полуторе километрах отсюда. Глушь страшная, но он настоял именно на этом доме. Далеко от населения, рядом озеро. По-моему замечательно. Но я тебя тут раньше не видела, обычно здесь Майкл проводит время с какой-то девушкой.

– А вы тут часто бываете?

– Та знаешь, не очень. Дочка иногда просится на озеро. Ну ладно, нам пора идти.

– До свидания, – попрощался я и вернулся в дом.

Значит, Милада тут бывала. Интересно, зачем он сюда её приводил? После ухода маленького мурлычущего комочка, дом словно опустел. Я снова остался один. Сколько мне ещё вот так сидеть? Тут находиться без дела, словно мотать срок в тюрьме.

Желудок уже сковывался от голода, поэтому я отправился прямиком на кухню. Из шкафчика достаю макароны, и тушенку и в течении следующего часа я готовил блюдо. Если это можно так назвать.

День третий

Я встал рано утром, еще не было восьми. Сегодня я решил выйти из дома, ибо сидеть без свежего воздуха я не мог. Осмотрев каждое окно и убедившись, что вокруг нет никого я, наконец, открыл двери. Те жалкие пару минут, что я провел вчера на крыльце не стоят ничего. Свежий воздух сразу заполнил легкие, стало легче дышать.

Как и сказала та женщина, тут никого не бывает, поэтому я решил рискнуть. Да уж, парень, который струсил признаться в чувствах любимому человеку, решил осмелиться выйти туда, где за ним может следить тот, кто может тебя убить. Не плохо, однако. Знаю, глупо, но все же. Теперь я изменился, за эти дни пока я тут в заточении.

Пока я шел по узкой тропе, ведущей к озеру, думал о вчерашнем сне. Второй день подряд мне снится один и тот же сон. Как мы были в лесу. До сих пор из памяти не уходит то, что там произошло. Милада на моих глазах стала другой, одаренной. Это одновременно захватывает, ведь простые люди не могут делать то, что может моя девочка, и с другой стороны, если сам не увидишь, не поверишь. А я верю, я знаю, что она вернётся оттуда, где бы она ни была, ко мне. И тогда, я её никогда не отпущу.

У берега стоит мостик. Я сел на него свесив ноги, что почти касались края воды. Тут намного прохладней, чем у дома. Хотя бы мастерка спасала меня, от утреннего прохладного воздуха. Вокруг умиротворенная тишина и лишь некоторым птицам удается нарушить покой, красивой мелодией. Я достал из кармана остатки телефона, который я вчера разбил о стену и кинул подальше. Все равно его уже не спасти, а давать полиции зацепку я не хочу. Скорей бы уже кто-то пришел за мной, я больше не могу выдержать одиночества в этом захолустье.

Пробыв здесь час, а может больше я отправился в убежище. Главная мысль, что притаилась во мне, почему же Итан до сих пор не вернулся? Вдруг он попал в беду, а я тут отсиживаюсь и ни чем не могу помочь. Этого времени мне хватило, чтобы насладится всей красой природы, что меня окружала и одновременно утонуть в убивающих изнутри мыслей.

Войдя в дом настроение, сразу упало, старые стены, частички пыли витали в воздухе и полная изоляция от внешнего мира. Я отправился на кухню. Подозрительный скрип досок с лестницы прозвучал, заставив меня остановиться и прислушаться. Казалось, что кто-то крадется. Моё средство защиты осталось в спальне. Объект почти спустился вниз, я это знал, ибо знал звук каждой досточки, что тут есть. За эти дни я много находил по этому дому.

Вместо обычной двери, что ведет на кухню тут стоит арка. Я бесшумно подкрался к выходу. Затаив дыхание начал слушать каждый шорох. Гробовая тишина побыла всего несколько секунд, а затем энергетический шар взорвал стол, что стоял напротив входа. Я отошел, назад прижавшись спиной к кухонному шкафчику. Под рукой лежит только нож, я взял его покрепче в правую руку. Это, наверное, не сравнится с тем, что могут эти ребята, но это все же лучше чем ничего. Ворвавшийся в дом, медленно крался, оставляя за собой тяжелое дыхание и неровные шаги. Секунда другая, что-то громко падает на землю.

Сердце выпрыгивает из грудей, я делаю несколько глубоких вдохов, и, стараясь неожиданно, выпрыгиваю из-за угла. Передо мной лежало тело со светло рыжими волосами без сознания. Я не сразу понял всю ситуацию и замер, разглядывая перед собой лежащего незнакомца. Парень лет тридцати, чье лицо полостью усыпано веснушками, в футболке спринтом облаков и клетчатой рубашке, широких джинсах вытянулся на полу как морская звезда. Только что я слышал, как он крадется, а теперь он лежит… просто, без причины…либо…тут есть кто-то ещё. Медленно и с опаской начал разворачиваться в сторону кухни. Откуда не возьмись прямо перед моим лицом появилась девушка от чего я от неожиданности со всей дури кулаком врезал ей по носу…

– Ай-й-й! – прокричала она, зажимая пальцами нос. – Ты нормальный вообще?

Я поднял нож над головой и с угрозой сказал:

– Ты кто такая?

– Успокойся, меня прислал Итан. Больно вообще-то.

– Извини, я от неожиданности. Ты Лиза?

– Да.

Лиза присела к одному из кухонных шкафов и начала там капаться в нем. Я стоял как вкопанный, один не понимая, что происходит.

– Нашла!

Обрадовалась девушка, доставая скотч. Затем она подошла к телу и оттащила от прохода. Скрепивши руки рыжему парню, она начала их заматывать хорошим толстым слоем, а после, достав из кармана наручники, с какими-то непонятными знаками, аккуратно выгравированными на нем, быстрыми движением защелкнула на кистях.

– Что за черт здесь происходит?

– Это один из Дармонов. Пришел убить тебя.

– И как он узнал, где я?

– Ну, когда этот мерзавец очнется, я им займусь, – сказала она так, будто всю жизнь этим занимается и ей это нравится.

Ждать долго она не стала. Сразу после своих слов, Лиза подкинула парня к потолку, от чего тот спиной врезался и упал вниз. Неизвестный медленно начал приходить в себя, но, не успев ничего сообразить, как Лиза «отправила» его в стену возле лестницы. Тот резко встал. Знакомая Итана прижала к стене, а затем начала допрос:

– Ты кто такой?

Парень, задыхаясь, ответил:

– Вячеслав. Прошу отпусти… я не буду нападать.

Лиза почему-то поверила ему и ослабила хватку. Отдышавшись, рыжий продолжил:

– Простите меня. Я не хотел…

– Убивать меня? – перебил я.

– Да, – спокойно ответил Вячеслав. – Мне приказали сюда прийти и забрать тебя. Я не хотел этого делать, мне самому нужно убежище…

Не успев договорить, Лиз снова прижала парня к стене.

– Какого черта ты меня атаковал? – произнес я свой главный вопрос.

– Я же не знал, что тут еще она, вот и…

Лиза только сильнее начала сдавливать Вячеславу горло, не давая ему говорить. Я взглядом показал, чтобы она перестала его мучить и дала ему слово. Она к удивлению меня поняла.

– Кто тебя сюда прислал?

Рыжий Вячеслав стал красным после долгого удушья, ему потребовалось время, чтобы прийти в себя. Его напуганные серо-голубые глаза с тревогой бегали по нам, словно он думал, стоит ли ему дальше говорить, чтобы снова не оказаться без кислорода.

– Лиза, это всё Ибрагим. Он приказал найти парня. Вы все в опасности, в его планах было убрать Миладу при этом, не замарав руки.

– Рамиль, отправляйся домой. Я и Итан скоро придем к тебе. А нам нужно поговорить.

Лиза схватила Вячеслава за плече и повела в гостиную.

– Лиза! – крикнул в след я.

– Ой, прости, забыла, что ты смертный. Ты же в трейлерном парке живёшь?

Я кивнул в ответ и в тут же оказался в своем доме.

Итан

3 дня я провел в слежке, пытаясь добыть как можно больше информации. Мне нужно было выяснить, что задумал Ибрагим. Я не подавал виду, я делал вид, что ничего не знал. Я играл. И мой план удался. Вернувшись на то место, где исчезла моя сестра, я прикинулся, будто ничего про это не знаю. Мне нельзя было приходить к Рамилю, кто-то видел нас в том лесу и за мной могла идти точно такая же слежка.

На следующий день, мне удалось выяснить, что Ибрагим готовил это давно, и это заклинание входило в его планы. Он увидел могущество Милады, что она сильнее всех, и решил убрать её, заклинанием, что создал ее отец вместе с Арчером. Я подслушивал разговор Ибрагима, когда он пытался переговорить с другими Дармонами. Но он тоже был умён, не выдавал свои тайны напрямую, говорил загадками, я узнал немногое и этого бы хватило, чтоб рассказать все Старейшине, чтоб тот разобрался с ним. Но есть одна проблема, Дармона не так просто убить, одно через совместное убийство, состоящее из 5 Дармонов, которые в итоге сами погибнут. Вместо одного, умирает шестеро, мало кто на такое пойдет. И второй способ убить – это лишив его сил превратив обратно в человека. И мне кажется, что он собирает свою банду, чтобы совершить это убийство. Но, только не пойму чьё.

Я не до конца раскрыл его планы. Также, поговорив с некоторыми одарованными, я узнал, что в Либерти, кроме Арчера у отца Милады, был ещё один близкий друг. Он то мне и нужен. Возможно, благодаря ему я смогу найти Мэтью, а тот сможет помочь вернуть свою дочь, как создатель этого заклинания он просто обязан знать всё про него. Есть еще одна проблема – я без понятия, где находиться этот друг. Рисковать и спрашивать у Дармонов высших уровней может вызвать подозрения, а это мне ни к чему. С этой информацией я отправился в Делавэр.

Находясь в спальне, я услышал звук работающего телика. Кажется Лиза ещё тут. Спустившись вниз по лестнице, я оправдал свои ожидания. И вправду, она лежала на диване, уставившись в программу, рядом с ней, на стуле какой-то парень. Он обратил внимание на меня, Лиза поняла, что я тут, но все же была увлечена шоу. Подойдя к нему, я изобразил озлобленную гримасу, показав всем видом, что я не из тех, кто будет с ним как с маленьким ребенком и парень это понял.

– Лиза, – обратился я к ней, она сразу выключила телевизор и встала с дивана.

– Прости, я отвлеклась. Мне удалось кое-что выяснить. Слава – говори.

– Я-я не хотел… Майк… он меня заставил…

– Да, я всё это уже слышала. Говори, что задумал Ибрагим.

Слава имеет низкий тон голоса, что придает ему пару лет вдобавок, но сейчас, он ослабел. По нему видно как он стал, запуган, но не понятно искрение ли эти чувства.

– Ибрагим хочет власть. Вы же помните Мэтью и Арчера, так вот, раньше пока им не был предначертан Дар, Ибрагим был самым могущественным Дармоном в Либерти, конечно после Старейшины. После прихода этих двоих, Старейшина больше уделял внимание им обоим. Ибрагим решил, что вскоре перестанет быть нужным Главе и его заменят. Так он стал убирать их по одному. Подставив твою, Майк, семью, а затем и Арчера сдал. Так, он оставил все, как было прежде. Затем появилась Милада, он раньше всех понял, на что она способна, что она сильнее его. Он решил её убрать, не замарав при этом руки и выйти сухим их воды, дав ей-то самое заклинание. Так он выигрывает время. Он собирает 5 добровольцев для использования «Ring Spell», чтоб убрать кое-кого. Но поймите, я не хочу умирать! Я решил отказаться, но так как я много знаю, он этого не допустит.

– Слава, кого он хочет убить? – с тревогой спросила Лиза.

– Артура. Он решил возглавить Либерти.

– Но зачем?

– Этого я не знаю.

У меня затаилось дыхание после услышанного. Я не могу поверить в то, что только что услышал. Это не может быть правдой. Просто невозможно. Каким образом Ибрагим заставит Дармонов добровольно покончить с собой, для таких целей?

Мы оставили Вячеслава в зале и пошли на кухню, убедившись при этом, что на нем есть наручники, которые сделаны специально для Дармона, чтобы его силы не работали.

– Что скажешь? – тихо начала разговор Лиза.

– Я скажу вот что, мы должны вернуть Миладу домой. Если она действительно могущественнее нас, то она поможет остановить Ибрагима. Ещё не знаю как. Этому типу я не стал доверять, за ним нужен присмотр.

– Есть идеи с чего начать?

– Да. Нам нужно найти Мэтью. Он создатель заклинания, поэтому ему известно больше.

– Но как мы его найдем? Он может быть где угодно…

– Знаю, этим я и занимался всё это время. Я узнал, что у отца Милады кроме Арчера был ещё один близкий друг, но эту информацию тщательно скрывают. Ни имени, ни еще, каких либо сведений я о нём не знаю. Может быть, он что-то знает.

– Судя по тому, что это наша единственная зацепка с этого и начнём. Я поговорю с Рамилем и завтра начнём.

– Почему завтра?

– Завтра в Либерти с одного задания возвращается один мой друг, думаю, он может помочь.

– Ему можно верить?

– Да, но весь план ему оглашать нельзя.

Лиза

Я переместилась в трейлерный парк вместе с пленным. Итан отправился дальше следить за Ибрагимом, в надежде узнать что-нибудь, что нам поможет дальше. Оказалась посреди комнаты, как я поняла что-то вроде спальни совмещенной вместе с кухней. Дальше небольшая комнатка, выделенная под ванную комнату. Я была здесь один раз, предварительно узнав от Итана информацию, чтобы выяснить, нет ли здесь шпионов. Рамиль сидел на диване, выжидая нас.

– Нам нужно поговорить, – сказала я и подошла к нему.

– Давно пора.

Я взяла Славу за рукав и усадила на то место, где только чтобыл Сандерс. Мы отошли в сторону кухни, подальше от врага, но так, чтоб его было хорошо видно.

– Итан придумал план как нам вернуть Миладу, – начала я не очень громко, чтоб нас не услышали.

– Может, для начала расскажешь, кто вы такие?

– Не знаю, зачем Итан вообще тебе всё рассказал. Это строжайшая тайна – наше существование.

– Ну, уже ничего не изменить.

– Когда люди каким-то образом узнают – им как минимум стирают память. Если ты и дальше хочешь в этом участвовать, то должен поклясться, что ни расскажешь, ни одной живой душе. Если сведения дойдут до наших Главных, то можешь попрощаться с жизнью. Сейчас и Милада стоит под вопросом всего Сообщества.

– Почему?

Следующий час, я рассказывала Рамилю о Либерти, по крайней мере в общем, что ему нужно знать, ставя себя под угрозу. Хоть сейчас все кто в этом замешан в опасности. Но я пообещала Итану, чтобуду с ним до конца, как друг и как наставник. Ведь когда он сюда попал, именно я занималась его обучением, помогала всем, чем могла. Я не могу его подвести. Судя по реакции Рамиля он был и шокирован и восхищен, а когда он узнавал кто такая Милада, где-то в душе он был рад и горд за неё. Я думаю, он по настоящему её любит, ведь нормальный человек, услышав такое, сказал бы, что это всё придумано и лучше бы мне полежать в клинике для душевнобольных.

После окончания разговора мы принялись ждать, когда вернется Итан с новостями. Рамиль задремал в это время. Я осталась со Славой на улице, где мы бродили вокруг железных домиков поставленных в ряды, заглядывая в каждое окно и наблюдая за людьми. Кто-то отдыхает, кто-то спит у телевизора, молодежь сидит с друзьями, ест пиццу, слышен смех, звуки струн гитары, хорошие песни видимо придуманные ими же самими. Мой пленник не пытался мне никак навредить за всё время, не пытался вырваться из наручников и убежать, но всё же я ему не верила, ведь он заодно с Ибрагимом – нашим новым врагом.

Мы бродили по парку так несколько часов, забравшись на крышу, молча, смотрели вдаль. Итан неожиданно появился посреди дома, Рамиль позвал нас, и мы спустились.

– Мы с Лизой отправляемся в Либерти.

– А я? – спросил хозяин дома.

– Ты останешься присматривать за рыжим. Будешь следить за тем, чтоб он ничего не натворил, – с ухмылкой ответила я.

– Мудрое решение оставлять меня с…как вы называетесь?

Итан подумал пару секунд, а затем начал рыться в кармане куртки. Долго не теряя времени, достал небольшой полупрозрачный футляр. В нем находится маленький шарик золотого цвета, похожий на солнце, ярко рассеивающее свои лучи. Отведя Рамиля в сторону и положив футляр в руку, сказал:

– Это Петрибол. Если твой заключенный вздумает напасть на тебя, просто достань шарик и кинь в него, он застынет на месте минут на 10–15.

Я подошла к парням не сводя взгляда с рыжего.

– Как ты его добыл?

– Удалось стащить у другого Дармона…

– Но для чего?

– Ну, мало ли что случится, ты сама прекрасно знаешь, что я еще плохо справляюсь со своими Силами, а вдруг Всадник…

– Ты меня удивляешь, – улыбнулась я и заметила как Итан смотря мне в глаза, смущенно улыбнулся в ответ.

– Нам нельзя его упускать, иначе он расскажет всем, что мы задумали и…

– Я понял. Идите, я останусь.

Глава 10

Мы с Итаном переглянулись, со страхом в глазах перед предстоящим. Он нас не покидает и не покинет ещё долго. Моё сердце сжималось, руки потели с каждой секундой, но эта дрожь дарует силы бороться дальше, во чтобы то ни стало. Оставлять смертного с могущественным существом, которого сковывают лишь жалкие наручники, великий риск. Оправдан ли он будет? Мне больно в душе, я чувствую некую ответственность и уже начинаю винить себя за то, что собираюсь сделать, ведь Рамиль всего лишь человек.

Мы переместились. Либерти – прекрасное место и мое любимое место. Невероятно красивое, стены, сделанные из облаков, пол из мрамора. Двери появляются только, когда тебе они необходимы, попасть внутрь моет только применивший Силу Дармон окна, выходящие в любую точку мира, и ты можешь стоять наблюдать красоту, Тадж-Махала или громадные ледники Гренландии, будто бы с неба.

Дармоны, каждый занят своим делом, обычно здесь их мало, ведь многие находятся на Земле, следя за порядком, но некоторые периодически появляются тут. В основном за новым поручением Старейшины, либо из отделов создания Даров для тех, кто не имеет своего. Просто так их налево направо их не выдают, только с разрешения комиссии для определенных нужд.

Некоторым хитрым Дармонам удается все же красть такие шары для своих личных целей, думаю Итан, был одним из таких, но он делает это ради своей семьи. Хорошую защитную систему, мы подсмотрели у людей, дабы избежать лишней траты Даров и использования их в корыстных целях. Всё же, в первую очередь Либерти это наш дом. Бывает так, что Дармону наскучивают люди и он может побыть среди своих.

Мы находимся в главном зале Либерти в ожидании моего старого друга, который вот вот должен прибыть. Дармоны чтобыли тут, поразбежались по делам, и мы остались одни.

– Что-то я переживаю на счёт него. Это очень рискованно, – первым нарушил молчание Итан. – Сейчас никому доверять нельзя.

– У нас нет другого выхода. Он был Дармоном, в то время когда Мэтью являлся частью Сообщества.

– Но ты тоже была.

– Да, это так, но я никогда не была с ним знакома. Я все время работала переводчиком вместе с другими Дармонами.

– Ты была переводчиком? Не знал об этом.

– А еще психологом, многим нужна поддержка, и одной из моих задач было заставить Дармона свыкнуться с тем выбором, который он принял. Почему ты думаешь, в Либерти есть госпиталь?

Итан задумался, но так и не дал ответ. Это конечно логично, мы ведь бессмертны, можно задаться этим же вопросом.

– Потому что некоторым настолько докучает вечная жизнь, что они думают что могут найти собственный способ решения проблемы… Даже не думай, что прыгнув с самого высокого здания мира помогло… нам пришлось собирать его по кусочкам, ведь сознание все равно остается с тобой. Ты будешь навеки заперт в собственном теле.

Просидев так на кожаном диване, болтая о жизни из прошлого, у окна с видом на дождливый Берлин, мы прождали около часа, когда он, наконец, пришел.

– Лиза! – радостно вдалеке коридора услышала знакомый голос.

– Фарид! – помахала ему, вставая с дивана. Напряженный взгляд Итана заставил нервничать меня снова.

Мы обнялись, когда тот подошел. За то время что мы не виделись, он успел немного подкачаться, а старая прическа, что он всегда носил, давно потеряла свой вид за небольшой шевелюрой. Легкая щетина украшала его скулы, а тот добрый взгляд, который я раньше знала, превратился в холодный и поникший. Итан попытался выглядеть приветливо и у него плохо получалось. Я сразу переключила внимание на себя.

– Я как услышать новость про вашу подругу, сразу решить вернуться, я так переживал за тебя, – начал говорить на ломаном английском, но я все его понимала.

– Твой английский уже лучше, – улыбнулась я. – Нам нужна небольшая помощь.

Мне пришлось кратко изложить ситуацию, и на какую помощь рассчитываем.

– Дорогая, – тревожно заговорил Фарид. – После того как Старейшина объявить на неё охоту … Я даже не знаю.

Эта новость ошарашила не только меня, но и брат стоящий рядом с нами был поражён. Если мы каким-то чудом вытащим Миладу, то её сразу схватят. Но за что? За то кем она является? Это бесчеловечно.

– Ибрагим доложил Старейшине, о каком-то столкновении в Илинойс, что очень его огорчить. Многие Дармоны настроены серьезно к данной ситуации.

Мы с Итаном переглянулись и без слов поняли, что раз они в курсе про бой в лесу, значит они знают и про Рамиля.

– Ты знаешь, с кем Мэтью общался раньше? – не выдержал Итан.

Фарид затаив дыхание на несколько секунд всё же ответил.

– Я раньше входить в ряд Дармонов, по расследованию дела Мэтью. Я знаю, что кроме Арчера он также общался с одним парнем по имени Хафиз. Его не стали изгонять из Либерти, по его воле. Мэтью решил покинуть Либерти, Арчер об этом не узнал и решил остаться в Тюрьме. Мы так и поступили. Хафиз как и полагалось, отправился в камеру вместе с Арчером, – Фарид приблизился ко мне максимально близко и передал. – Номер 8, —. А затем он развернулся в ту сторону откуда пришёл собираясь уходить. – Но я вам ничего не говорил.

Я провожала его теплым взглядом и улыбкой. Значит, у нас есть надежда. Осталось придумать, как попасть в тюрьму Либерти.

Следующие несколько часов мы, что и делали, как придумывали множество безумных идей как нам попасть в охраняемую тюрьму, пройти через стражей и врата которые так просто не обманешь.

Тюрьма построена, специально, так что просто так в неё не попадешь и не выйдешь. Это будет считаться нарушением закона Либерти, ведь там отбывают пожизненный строк предатели Сообщества, а говоря пожизненно, учитывая, кем мы являемся, то это навсегда. Но у некоторых все же есть выбор, некоторые при выборе судьбы могут отсидеть лет 20, а потом снова выйти, но все зависит от степени нарушения.

Одна за другой рискованные идеи посещали наши головы, но каждая из них заканчивалась одинаково – нас поймали. Но у нас нет другого выхода. Нам придется идти на риск. И у меня есть безумная идея.

– Ты просто с ума сошла! – завелся Итан.

– Я знаю, но из всего, что мы придумали, я думаю это единственное что у нас должно получиться.

– Но почему ты будешь рисковать собой?

– Потому что мне нечего терять, а тебе есть. Я смогу выиграть время, для тебя.

Минут через 10 после нашего спора, Итан добыл мне все необходимое для первой части плана.

– Я буду ждать тебя в холе, – мрачно произнес парень.

– Ты же понимаешь, если что-то пойдёт не так, никто не должен знать что ты со мной заодно. Пообещай мне.

– Угу, – пробубнил он, развернулся в сторону главного зала Либерти и взглянул на меня последний раз:

– Удачи… – прозвучало у меня в голове. Как раз она мне и нужна.

***

Я стою напротив двери Фабрики заклинаний. То самое место, где Дармоны создают Дары для тех, кто имеет ниже уровень, чем все остальные. Кстати, её создали не так давно. Открыв дверь, я вошла внутрь, но это ещё не то помещение, в которое мне нужно попасть. Это что-то небольшого офиса, где сидит немолодая женщина в строгом сером костюме и узких очках. В этот момент моё сердце будто сжал здоровенный мужской кулак от её взгляда.

Так как я тут первый раз я ещё не знаю, что меня ждёт, я даже без понятия, как выглядит сама фабрика внутри. Сюда кого попало не пускают, но для начала, с тобой разговаривает Дармон, который пропускает работников. Тебя допустят к работе, если ты владеешь Оранжевым Даром и выше. Красные помогать тут не могут, так как они владеют даром Линк майндс и некоторой степенью гениальности и могут общаться мысленно, то это считается, что помощь от них на фабрике не требуется. К счастью, имея Медтрит, я могла сюда пробраться. Подойдя к столу, мой элементарный дар речи пропал. Я забыла, как говорить и не смогла выдавить из себя ни слова. Женщина лишь закатила глаза.

– Новенькая? – спросила она, совершенно спокойно. Я лишь дрожа, кивнула. – Метку показываем.

Я протянула левую руку, вперед демонстрируя рядом с запястьем татуировку и только что украденный Майклом браслет зеленого цвета. Так же для подтверждения мне пришлось показать глаза, сияющие светло зелённым оттенком.

– Имя, – спросила секретарша, смотря в бумагу для оформления дела на меня.

– Елизавета Уилтшир, – уже более уверенно представилась я.

Главная подняла голову с выгнутой бровью, и окинула меня оценивающим взглядом, что на секунду я подумала, что назвала не правильно своё имя.

– Кто направил?

– Ибрагим.

– Что ж… проходи.

Я скрылась за очередной дверью, забыв, наконец, её угрюмое выражение лица, выдохнула с облегчением.

Передо мной находится полутемный коридор с несколькими дверями. Из каждой из них раздается шум, похожий на настоящую фабрику как у людей. Я прошла вперед, разглядывая каждый уголок, черный ковролин, железные двери с надписями.

Например, я подошла к цеху, где создают заклинания «Здоровья». Чуть дальше цех «Защиты». Есть еще один под названием «Эксперименты». Кажется этот мне и нужен. Я толкаю дверь, и она с оказывается не заперта. Переступив порог, я попала в огромный зал похожий на помещение для библиотеки круглой формы, из какой-нибудь школы.

Мой взгляд упал на окно с левой стороны, оно настолько большое, что занимает почти всю стену и состоит из множеств маленьких окошек, создавая в зале скотько света, будто ты находишься под мощной кольцевой лампой. Но не понятно, что за тем окном заходится, ты лишь видишь белую стену за ней.

Тут 2 этажа, первый заставлен столами, где работники ведут записи, дальше лестница, точнее две с двух сторон ведущая на верхний этаж. Справа от меня, находится дверь, похожая на входную. Возможно это второй вход сюда. Кажется, я не ошиблась на счёт библиотеки, в ней оказались шкафы с древними книгами, имеющимися лишь в Либерти. Таких книг нет на Земле. Их не так много тут имеется, ведь Либерти создан не так уж и давно, Дармоны на протяжении всего существования ведут записи изучая себя и свои возможности.

Полукруглая лестница возвышалась над небольшой аркой, разделяющей залы первого этажа на 2 помещения. На втором этаже, Дармоны проводили эксперименты, пытаясь создать новый Дар. Как я слышала от знакомых, чтобы создать один такой Дар, потребовалось немало усилий и времени, никто не разглашает секрет создания таких чудес. Но я пришла не за этим.

Я поднялась на второй этаж, никто к счастью на меня особого внимания не обращал. Все заняты своими делами, что для меня к лучшему. Рядом с лестницей стоят несколько столиков, за которыми сидят несколько Дармонов и увлеченно что-то изучают в этих книгах.

Слева от меня в ряд стоят книжные шкафы, я прошла за один из них, демонстративно делая вид, что ищу что-то важное и наткнулась на еще одно широкое окно, но уже более тусклое. Под ним, в ряд стоят старые темно-синие кресла, к каждому прилагается круглый прозрачный столик. Я осмотрелась и увидела в конце железную дверь, подойдя ближе, увидела надпись «Склад». Наконец-то! – подумала и с облегченьем выдохнула.

У большинства дверей Либерти, включая эту, есть одна особенность. У них нет ручки. Мне приходится сохранять спокойствие, будто иду сюда не впервые, а бываю здесь постоянно. Сделав попытку толкнуть её вперед, но это не сработало. Кажется, она работает, так как все остальные. Приложив левую руку к ней, я закрыла глаза, сделав глубокий вдох, а на выдохе, открыла глаза в зеленом сиянии, будто заговаривая дверь открыться. Через несколько секунд она поддалась мне. Раздался звук, словно ты открыл герметичную капсулу где-то в космосе. Медленно открыв её, я зашла внутрь.

Небольшая белая комната с высокими металлическими стеллажами, на которых лежат прозрачные футляры и разноцветными шариками внутри. Я решила действовать бесшумно, но быстро.

Спустя несколько минут скитаний от одного стеллажа к другому, наконец, нашла нужный. Быстрым движением, спрятав его в карман кардигана, я приблизилась к двери и уже хотела выходить, как услышала, что за ней начался шум. Моё сердце вновь сжалось. Сюда кто-то приближается. Ещё одна секунда проведенная здесь и меня точно поймают. Первым делом охрана пойдет на склад, предварительно зная, кто причастен к действиям, так именно здесь, находятся важнейшие материалы.

Мне пришлось переместиться на первый этаж и со спокойным видом пройти к выходу. Кто-то умный постарался и продумал каждую мелочь и хорошо подготовился к возможным кражам на этой фабрики. Внутри нее, ты можешь перемещаться, а вот из нее в Либерти или куда-то еще, уже не выйдет. Выйти и зайти можно только сквозь главный офис, где сидит секретарша, пожирающая тебя недовольным взглядом. Охрана побежала к складу, а я, дрожа от страха, направлялась к выходу, следя за каждым шагом других Дармонов. От волнения мне кажется, что ноги сыграют злую шутку и я упаду.

– Вы уже закончили? – удивленно спросила секретарша.

– Да, Ибрагим просил не задерживаться, как можно скорее осмотреть рабочее место и вернуться к нему, – выдавила из себя фальшивую улыбку, стараясь скрыть за ней страх.

– Это все очень хорошо, но я не могу Вас отпустить, – после этих слов все вокруг будто бы остановилось, а невидимая рука сжала горло, перекрыв кислород.

– Почему?

– В цеху «Эксперименты» сработала сигнализация, кто-то проник в склад и что-то выкрал.

– Неужели вы думаете, что это я, между прочим, Ибрагим мне доверяет…

– Мне плевать, у меня правила я должна Вас досмотреть – Ирма, наконец, я заметила её бейджик на груди, перебила меня, совершенно не желая слушать меня, уже встала из-за стола и направилась ко мне.

Отбросив её к стене, я переместилась к Итану, ведь ничего другого мне не оставалось, если бы она нашла футляр, то весь план пошел бы насмарку.

– Итан, у нас очень мало времени, я облажалась, – дрожащим голосом всхлипывала я. – Переходим ко второй части плана.

– Что случилось?

– Сработала их система безопасности.

– Если тебя увидят, то всё зря… сколько у нас времени?

Дрожащими руками достала футляр и прочитала описание.

– Это один из первых, поэтому всего лишь 5 минут. Боюсь, я не успею.

Итан взял мою руку и уверенно сказал:

– Успеешь.

Это дало небольшую уверенность во мне небольшой толчок и на мгновение, я действительно поверила, что смогу. Не смотря на теплую улыбку Майка, меня не покидало чувство, что скоро я окажусь за решеткой, либо же заберут Дар и я навсегда стану…человеком.

Я сражаюсь за справедливость, рискую жизнью и меня покарают за грехи Ибрагима, за то, что он задумал. Ради этого мальчугана я готова на все, ведь когда-то давно я пообещала либо отказаться от коучинга либо идти до конца. После неудачно сложившегося опыта, я долго не могла стать для кого-то инструктором. Но увидев его, как он попал сюда и ничего не понимал, я решилась. Я могла бы так подумать про любого, но именно он чем-то привлек меня.

Наверняка Ирма уже всем рассказала, кто проник в Склад и на меня объявлена охота, осталось лишь полагаться на удачу.

Стены Либерти резко сменили белые воздушные облака в красные тона предупреждающей об угрозе. Я схватила Итана за руку и мы ринулись бежать к лифту, чтобы спустится на нижний этаж, где располагалась Тюрьма. Мы спрятались за стеной, которая разделяла коридор от небольшого холла перед вратами Тюрьмы. Я открыла футляр и достала крохотный серебряный шарик.

– Жди меня тут. Вряд ли стража будет искать меня в этом месте. Встретимся через 5 минут.

Положив шарик на ладонь, он начал быстро вращаться по своей оси, а затем растворился в воздухе, так же как и я. Шар дал мне невидимый бестелесный облик. Если бы кто-то узнал, что я трачу такой бесценный экземпляр, то меня бы точно стерли в порошок. Посмотрев на свои руки и убедившись, что все сработало, я двинулась бежать вперед. Времени у меня в край мало, поэтому нельзя терять ни одной лишней секунды. Благодаря этой способности, я смогла легко пройти незамеченной через дверь Тюрьмы, сделанной из грозового облака.

Я попала в помещение напоминающее людские камеры заключения, за которыми никто не следит. Ржавые решетки, вода, капающая с труб, отвратительный запах, стоявший в помещении. Окон тут нет, поэтому это даже не удивительно, что тут ни разу в жизни никто не проветривал, может за исключением, когда доставляют нового пленника, капля свежего воздуха проникает сквозь толстый слой смрада.

Темницы расположены вдоль спирали, с одной стороны стена, с другой камера. Заблудится здесь легко, будто попадаешь в лабиринт, но между камерами есть проходы, чтобы облегчить путь. Над каждой дверью еле виднелась цифра, без неё я бы и не поняла к кому нужно обращаться, ведь тут находится стены заключенных, а выяснять кто из них Хафиз, у меня нет времени.

Я шла вдоль клеток и замечала как бедные заключенные «умирают» от скуки, лежа на прогнивших матрацах. Кроме них у узников нет ничего. Они, просто молча, лежат на них, уставившись в потолок либо стену напротив. Наверное, за столько лет, что они тут провели, успели достаточно выговориться со всеми, кто тут находится. Мне стало их почему-то жаль, наверное, потому, что скоро освободят камеру и среди них, окажусь я.

Седьмая камера оставалась пустой, в ней жил Арчер. Кроме нее была еще одна пустующая, шестая, в ней тоже должен мотать срок заключенный, но вот кто он и почему не здесь не знаю. Пройдя дальше я, наконец, подошла к камере номер 8. Мужчина с длинной бородой и волосами лежал с закрытыми глазами и шевелил губами, будто что-то напевал. Я прошла сквозь решетку, но Фарид этого не заметил.

Итан

Я безумно нервничаю, от неведения, что происходит сейчас в Тюрьме, от страха, что нас ждет впереди, как скоро нас поймают. Я сидел на полу и почти не замечал вокруг пылающих облаков предупреждающий об опасности. Где-то всего лишь за несколькими коридорами от нас каждый Дармон, что присутствует в Либерти, разыскивает нас.

Установив таймер на часах время, я считаю каждую секунду, после того как Лиза обрела невидимый облик, и молю чтоб эти 5 минут прошли как можно быстрее. Но под таким давлением, кажется, что они длятся вечность и до следующей минуты остается ещё час или два. Прошло уже 3 минуты, а её всё ещё нет. Мои нервные клетки уничтожаются с каждым тяжелым вздохом. Я уже продумал дальнейший план действий, как только Лиза переступит порог Тюрьмы и вернется с полученной информацией, мы сразу же переместимся за Рамилем и Славой, затем в Прекстон. Лишь ограниченный круг лиц знает о нем.

4 минута идёт все напряженнее. Я встал с пола, приготовившись бежать, ибо сидеть уже не мог. Ещё совсем немного и всё закончится. 30 секунд. Я вытираю холодный пот с лица, и подхожу ближе к двери. 20 секунд. Почти получилось. Последние 10 секунд я начал проговаривать вслух, но не очень громко. 3.2. что-то пошло не так.

Из дверей раздается устрашающий звук грома, белый цвет облаков, мгновенно перекрашивается в черный, придавая им зловещий вид, от которого в жилах стынет кровь. Тебя парализует на месте, осознание проигрыша тихо смеется на ухо. Когда такое случается, звук грома разносится по всему Либерти и сигналит о нарушении. Внутри есть тот, кто не должен был переступать порог. Она должна была только что выйти.

Я боюсь посмотреть назад в коридор, вдруг Артур стоит с полным разочарованием наблюдает за этой неудачно сложившейся картиной. Я перестаю слышать, что происходит вокруг. Мои ноги подкашиваются, и я падаю на колени. Сзади меня хватают за руки, скручивая их максимально сильно, но я этого не замечаю. Я даже не успел заметить охрану, которая появилась тут как призрак.

Дверь открывается, я вижу Лизу, как её тоже схватили мертвой хваткой, она кричит. Последнее, что я слышу, раздается у меня в голове «Дойжер 1867». Она узнала, где находится отец Милады. На нас надевают наручники и сковывают наши Дары. Я не могу переместиться отсюда, не могу передать послание Лизе. Всё закончилось. Нас уводят, но не в Либерти, а на самый последний этаж. Тюрьма ожидания, куда ссылают Дармонов ждать суда. Тут находятся небольшие камеры, в которые сажают таких как я, перед вынесением приговора. Четыре ослепляющие белые стены, вот куда нас забрасывают. Меня в свою кутузку, Лизу в свою. Место похожее как на Земле, где люди держат буйных душевнобольных, то место где можно сойти с ума.

Глава 11

Я не знаю день сейчас или ночь, сколько я тут нахожусь. Наверное, третьи сутки пошли. Меня ни разу не выпускали, никто не дал мне живого общения.

Поначалу я скитался от одной стены к другой. Потом мне это надоело, я просто лёг и смотрел в потолок. Я запорол дело и виню лишь себя. Лиза приложила максимум усилий, чтобы помочь мне найти сестру. Она не виновата.

Сейчас Дармоны проводят своё расследование и пытаются выяснить причину, почему мы так поступили, так же они ищут каждого, с кем мы общались последние дни. Эта «терапия», которую с нами проводят, идет не просто так, потому что нас не куда девать. Они пытаются нас сломать, комната полностью белая, постоянный свет обжигающий зрение.

Ну, а сутки спустя, к нам подошел охранник и сказать, что мы здесь на неопределенный срок, пока будем ждать своей очереди. Неопределенный срок, длился, будто всю жизнь. Я действительно не понимал, какое сейчас время суток. То ли день, то ли глубокая ночь. Белый свет постоянно «резал» глаза, от чего мне приходилось прятаться в кофте.

Ты один, внутри нет ни единого звука, эта тишина убивает тебя. Комната построена в форме квадрата, обделенная белоснежным матрацами, не пойми от куда выступает специальный белый свет, такое ощущения что из каждого шва, в добавок звуконепроницаема. То есть кроме звука собственного сердцебиения и дыхания ты не слышишь ничего. Если ты не двигаешься и не создаешь шум, то через какое-то время тебя начинает тошнить и голова, будто становиться под давлением.

Руководство хочет, чтобы мы рассказали все, но мы поклялись друг другу, чтобы не случилось молчать. Я сдержу слово, чего бы мне этого не стоило. Все что мне нужно – Старейшина, выложить ему все про Ибрагима, что он сделал. Я так переживаю что Рамиля уже нашли и не оставили в живых. Нужно было его спрятать в месте получше. В каком ни будь Богом забытом городке. Я, конечно, не сомневаюсь в Лизе и Прекстон вилидже, но в таком деле нужно быть весьма осторожным. Если его убьют, а я смогу хоть когда-нибудь вернуть сестру домой, она не простит мне этого. Я корил себя все это время, до тех пор, пока моя дверь не открылась.

Рамиль

День четвертый

После ночи, перед какой я в последний раз видел Итана и Лизу я начал отсчитывать дни. Я вспомнил, как 3 дня пробыл в Прекстоне в одиночестве. Сейчас я нахожусь со Славой – абсолютно незнакомым мне человеком. Проходя мимо него, я все боялся, как тот каким-то образом освободится с наручников и нападет. Может он и старается своим поведением показать, что он безобиден – я ему не доверял.

Первый день мы старались не разговаривать друг с другом, я усадил его на диване, а сам сидел в кресле рядом. Он, молча, наблюдал, затем, как я принимаю пищу. Это очень раздражало, будто бы мысленно он хочет, чтобы я подавился или еще что хуже. Вдруг это все может случиться, ведь я не знаю, как работают наручники – сдерживают ли мысли.

– Может, ты что-то хочешь мне сказать? – не выдержал я.

– Прости, просто давно не видел, как люди едят.

– Вы что не едите?

– И не спим.

– Я думал, ты спишь… – я, правда так думал, ведь видел, как он лег и даже сопел во сне.

– Если бы я не спал, ты бы тоже не стал, поэтому я придумал это. Тебя что-то беспокоит, ты много разговариваешь во сне.

Я не стал ничего отвечать, теперь после этих слов я не смогу заснуть вместе с ним в одной комнате. Чтобы меньше находиться рядом, мне пришлось переместиться на кухню и умостится на стуле, периодически один глазом поглядывая в сторону рыжего парня. Слава включил передачу и уставился на нее. Я же стал дорабатывать наброски стихов, иногда переплетая мысли, что же случилось с ребятами.

День пятый

На следующий день мы стали немного больше общаться. Он рассказал мне немного о себе. Ему уже 62 года, что по нем вообще не скажешь. Дармоны, как он сказал бессмертные, что меня пугало, ведь я видел людей в таком возрасте, они сильно отличаются от него. На вид ему лет 25. Он родом из Англии Меня это очень впечатлило и между рассказами о вечной жизни, в горле заострило легкой завистью. Потом в один день, после большой трагедии в его жизни, за ним пришли и тогда все изменилось. Он до сих пор не знает, было бы лучше отказаться тогда или все же согласиться. Вскоре его прибрал к рукам Ибрагим и те стали вместе работать. После того как тот затеял неладное, Слава начал задумываться о том чтобы отстраниться от Ибрагима и стать на сторону Либерти. Ибрагим догадался и стал угрожать Славе, что может подставить его перед Содружеством. Ему ничего не оставалось делать, как продолжать вести эту игру. Теперь Ибрагим собирает «добровольцев» для того самого заклинания.

Вся эта история может быть как правдой, так и наоборот. Может это уловка, чтобы втереться в доверие и узнать что-то о Миладе. Подозрительный этот парень однако.

– Советую изменить концовку, – я заметил, как Слава нашел листок со стихами, я чуть не провалился сквозь землю и сразу же подбежал забрать бумажку. – Она не совсем в рифму.

– Ты поиздеваться решил?!

– Нет, я был когда-то в твоем возрасте и тоже писал стихи с признаниями.

– Это не твое дело.

– Ладно, извини, – он вернул стих и ушел обратно к телеку.

После этого разговора мне стало немного стыдно, за то, что я на него накричал. Прочитав еще раз, я понял, что концовка действительно немного не в рифму. Может он реально хотел помочь? Хотя он в наручниках и считается врагом, поэтому я не стал извиняться.

***

Как бы я не старался, не заснуть, сидя в кресле, пристально наблюдал за Славой. Тот жевал чипсы и пялился в передачу, которая явно запала ему в душу. Теперь зная правду, что он не спит, стало труднее спокойно закрывать глаза. Никогда не видел столь увлеченного человека, который мог вынести шоу, где тебя сажают в лабиринт, в котором водятся всякие мерзкие твари, типа змей, пауков и ты должен дойти до конца и не сдаться. По выходу тебя ожидает награда в 100 000 долларов. Люди реально платят деньги, чтобы смотреть на это шоу, а кто-то лезет в клетку пыток ради денег. Слава явно странный человек, раз ему такое нравится. Когда на часах уже было 2 часа ночи, я не смог сдерживаться и мой разум предательски отключился.

День шестой

На следующее утро я проснулся от того, что кто-то внимательно следит, как я сплю. Сначала я подумал, что это Слава решил пошутить надо мной, но когда я открыл глаза, это был не он. Светлые пряди свисали надо мной, а увлеченный взгляд незнакомого парня прожигает меня.

От испуга, какого черта происходит, со мной случается та же самая история какая была с Лизой. Я ударяю парня в нос, тем самым откинув его подальше от себя. Рядом с креслом стояла заранее подготовленная бита, какую я хватаю, готовясь защищаться. Парень хватается за нос, протягивая руку перед собой демонстрируя, что он не собирается нападать. Будь это человек, я бы поверил, у Дармонов этот жест обозначает другое. Я подбежал к нему, повалив его на пол, схватив за запястья и крепко прижав к полу, чтобы он не мог атаковать меня.

– Я думал, Лиза пошутила, – ухмыльнулся тот, озадачив меня тем самым. В этот момент открывается дверь, в трейлер заходит Слава с пакетом в руках.

– Мальчики, кажется я не вовремя, – сказал он, ставя пакет на пол – если вам нужно время, я могу погулять…

– Слава, какого черта ты вышел из дома?! – взбунтовался я, слезая с парня.

– Привет, Калеб, – поздоровался мой пленник с незваным гостем. – Прости, пока ты спал, я съел все, чтобыло у тебя в холодильнике. Я уже и забыл вкус этой замечательной еды…

– Слава, ты, что тут забыл? Тебе мало компании Ибрагима, и ты решил достать моих друзей?

– Ну, во‑первых, я тут пленник, – Слава скидывает шарф с рук, который закрывал наручники – А во‑вторых, я лучше буду тут в наручниках, но живой, чем мертвый в кругу «Ring Spell». Ты, Рамиль, всех друзей ударяешь по носу при встрече вместо рукопожатия или это только избранные? Может мне стоит тебя опасаться?

– Хватит прикидываться невиновным, ты сбежал от меня! Надо было тебя приковать к батарее.

– Не нужно сваливать на меня, то, что ТЫ не уследил. Это ведь не я заснул и упустил себя… к тому же я не сбегал.

Меня начало раздражать, то, что он постоянно оказывается правым. Признаю, мой косяк, но спасибо хоть что он не сбежал.

– Калеб, так? – уточнил я, он кивнул. – Что привело тебя сюда, ты знаешь Лизу?

– В общем, я пришел с нехорошими новостями.

– Слава, тебе лучше подождать меня в другом конце комнаты.

Я заметил, что мои слова задели его, хоть он и молча, ушел как я и сказал. Я вижу, как он старается показать себя с лучшей стороны, все же у меня к нему есть недоверие. Можно сказать, я его совсем не знаю.

– Рассказывай.

– Лиза и Майкл попались Сообществу. Они придумали план, как найти отца Милады, так как посчитали раз он создатель Дабин, то должен помочь в таком деле. Тот, кто вероятнее всего знал, где он находится, оказался в Тюрьме Либерти. Они каким-то образом проникли туда, но перед этим совершили ограбление. Теперь их держат в комнатах, которые похожи на земные психлечебницы, чтобы они все рассказали. Мне удалось поговорить с ними, но скорее всего они не расколются, и их ждет суд, в котором им придется выбрать жизнь за решеткой или человеком.

Я не верил своим ушам от услышанного. Во что же они втянули себя? Если это действительно случиться, я не смогу в одиночку помочь Миладе. Кроме меня у нее никого не останется на воле.

– Я могу им помочь, – сказал шепотом Калеб. – Но это должно оставаться в секрете.

– Как?

– Кое-кто на нашей стороне, он может помочь мне устроить побег для ребят.

Калеб исчез. Я снова остался один, ребята попали в неприятность, у меня есть лишь надежда на этого Калеба, что он им поможет. Если это так, то надеюсь, мы скоро увидимся, и Майкл расскажет что узнал. Сколько же вокруг всего происходит, появляются люди и сразу исчезают, ни к кому нет доверия и надежды, чтобудет дальше.

Сейчас мне остается ждать и дальше наблюдать за соседом по комнате и за тем как он ест очередную пачку чипсов. Запах крабового мяса уже пропитал все вокруг, от чего мне стало невыносимо находиться в этой комнате, так что я позволил себе выйти на крыльцо, оставив дверь открытой. Минут 20 спустя наслаждения одиночеством, ко мне вышел любитель вредного фастфуда и сел рядом.

– Слава, можно вопрос? – решился я, глядя куда-то вперед.

– Валяй.

– Почему после всего… после такого отношения ты остаешься человеком?

Тот задумался и тоже стал смотреть вместе со мной вдаль. Мне стало действительно любопытно, ведь люди не отвечают добром на гадости в свой адрес. Кажется, Слава единственный кто остался с чистой душой в этом мире. В этом я ему завидую, хоть мне и неловко себе в этом признаться.

– В моем окружении злые и не хорошие люди, Рамиль, такие как Ибрагим, мне приходиться соответствовать им, против своей воли. У нас принято отдавать приказы, выполнять их, и Ибрагима не волнует, хотим мы этого или нет. Честно говоря, я единственный кого он держит насильно, но это от того что мне некуда больше было деваться. Увидев вас, я решил измениться. Такой семьи, которая готова на все друг ради друга, я еще не встречал, хоть и не кровная. Моя семья – это были люди, которые не верили в меня, рассчитали мое будущее на годы вперед. И где я сейчас? Я не получил то чего всем сердцем желал и стал делать отвратительные вещи. У Ибрагима душа чернее вязкой смолы. Я не хочу с ним оставаться, и даже если вы решите прогнать меня, я хочу хотя бы к кому то относиться с добротой, ведь после той ночи, у меня не осталось никого, к кому я могу еще быть добрым.

После этих слов, Слава встал и вернулся в дом, оставив меня размышлять над сказанной им речью.

***

Мы сидели за столом, уплетая непонятное мексиканское блюдо, который приготовил Слава. Он утверждает, что он особо не беспокоился вопросом пропитания, как стал бессмертным, а теперь он счастлив, вернуться к этому делу.

Находясь со мной, он сметал со столов все, что видел. Я, конечно, не жадничаю, но меня забавляет за этим наблюдать. Острая мексиканская яичница, которую он раньше обожал готовить для жены. Да, оказывается, он был женат, но не долгое время. Не знаю, как он смог приготовить этот шедевр со скованными руками, но у него получилось на пять с плюсом.

Нам все же пришлось переключить эту ужасную передачу по телевизору, ибо от очередного увиденного таракана бегающему по телу человека меня бы точно стошнило. Слава же утверждает, что это уморительно наблюдать, как эти идиоты визжат от страха. Этот человек по сути уникальный, находясь со мной, он будто бы проснулся после долгой спячки и пробует жизнь заново.

Нас прервал внезапный звонок в дверь. Я отложил тарелку, схватил биту и подкрался к двери. Итану с Лизой незачем звонить в дверь, у них есть другой способ зайти, разве что он стали людьми и добирались сюда пешком. Я посмотрел в глазок. За дверью стояла Алевтина, а чуть дальше несколько парней. Я не хотел открывать, не из-за того что я их боюсь, меня просто на них наплевать. Если у неё проблемы из-за меня, то она сама виновата. Но я всё же открыл, не знаю почему. Картина, которую я перед собой увидел: встревоженную девушку, которая хорошо играла роль, её явно притащили сюда силой. Просто так эта сучка не сдается.

– Чего тебе? – с неохотой спросил я.

– Я пришла узнать, почему ты прогуливаешь школу?

– Не твоё дело.

Тина подошла ближе.

– Если это из-за …наших недавних разногласий, то пойми, во, что ты нас втянул. За моей спиной сейчас находятся копы, которые разыскивают тебя.

Я выглянул за нее, и там действительно были они.

– У меня всё хорошо. Можешь и дальше идти искать себе грушу для битья, а меня оставь в покое.

Я хотел было захлопнуть прямо перед её носом дверь, но один из копов уже приближался к нам и не дал мне этого сделать.

– Добрый день мистер Сандерс, я бы хотел с вами поговорить.

– Конечно.

– Может, мы пройдем в ваш трейлер?

– Давайте всё же на улице? – ответил я, стараясь не показывать свой страх.

– Где вы находились последние несколько дней?

– Приболел, был дома.

– А что вы скажете на то, что к нам поступило заявление об избиении этой девушкой?

Я бросил агрессивный взгляд на Тину. «Спасибо тебе за новую проблему», подумал я про себя.

– Как вы себе представляете, чтобы такая хрупкая девушка… как она, могла такое сделать?

– Вас возили в больницу, если вы по этой причине не посещали учебное заведение, то мне прийдеться задержать вас и мисс Беннет для дальнейших разбирательств.

Я понимаю, что сейчас мне будет конец. Хоть этого я не хочу, но мне придется сделать так, чтоб дело закрыли.

– Прошу прощения, но у меня нет претензий к Тине или к кому-то ещё.

Алевтина посмотрела на меня с удивлением, мне стало понятно что ей жаль, ведь ситуация зашла слишком далеко.

После еще пары вопросов, они, наконец, ушли, я закрыл дверь. Успев выдохнуть с облегчением, я прошел в комнату. Славы на месте не оказалось, я сразу же запаниковал. Неужели он, воспользовавшись моментом, сумел улизнуть, хотя это и глупо он мог сделать это ночью.

Я хотел уже его позвать, как дверь выбивается и сюда врывается один из копов. Глаза его засияли голубым сиянием. Значит это Дармон, эта вся ситуация подстава и Ибрагим знает, где я. Возможно Слава как-то сумел передать им мое местоположение. Меня отбрасывает в стену, я сильно ударяюсь всем телом, но меня не вырубает. Сквозь помутневший рассудок я замечаю, как на копа сзади кто-то набрасывается.

Я понимаю, что это Слава. Он захватил его за горло, пережимая наручниками дыхание. Я немедля подбегаю к ним и со всей силы ударяю Дармона по голове битой. Был слышен треск по черепной коробки что, даже придало мне немного гордости за себя. Думаю, эта отключка ненадолго, поэтому нужно торопиться. В двери вбегает еще один, он набрасывается на пленника и пытается избивать его. Он, пользуясь беспомощностью Славы, отыгрывается на нем по полной. Поначалу я растерялся, но потом вспомнил про одно чудо средство, что завалялось у меня. Достав серебряный шарик из футляра, я крикнул копу:

– Эй, горилла безмозглая, смотри, что у меня есть, – он оборачивается и в этот момент в него летит Петрибол.

Как и полагалось, он застывает на месте, тем самым дав нам фору. В первый же день заключения в собственном доме, я собрал рюкзак на тот самый случай и оставил подсказку для Итана, где нас искать. Схватив рюкзак со всем необходимым, я помог Славе подняться, и мы кинулись бежать. К удивлению, перед домом уже не было ни Алевтины, ни полицейской машины.

Спустя полчаса, мы добрались до места назначения. Перед нами стоял разваленный старый хостел. На большее у меня денег нет. Единственное что тут привлекало, впереди расположились хорошо ухоженные клумбы и маленький фонтанчик.

– Держи, – Слава достал кредитку на имя Джейдана Оливера.

– Откуда она у тебя?

– Тебе этого лучше не знать, – улыбнулся он. – Будет лучше, если мы расплатимся за нормальный номер, чем будем жить в коробке с клопами.

– Ты думаешь, в этой дыре будет люкс без тараканов?

– Я на это надеюсь.

Нас заселили в комнатку с двумя старыми кроватями, вполне приличной ванной и практически нормальным видом из окна. Естественно, за 80 баксов с человека, они не могли нам не дать холодной воды, вместо ожидаемой горячей. Именно здесь мы и стали жить. Никто не задаёт лишних вопросов, не интересуется, кто ты и почему живешь в таком убогом месте. Единственное что меня беспокоило, что, будучи изолированным ото всех, меня начнут искать не только Дармоны, но и обычные люди. Наверняка мать подала в розыск, в школе должны были заметить мое долгое отсутствие.

Спустя два дня пребывания тут, со мной произошло нечто. То, что я не мог объяснить. Конечно же, о происшедшем я не рассказал Славику, так как все же ему не доверяю.

Я капался в рюкзаке в поисках денег ради автомата, что стоит в длинном коридоре хостела. Как вдруг что-то мне подсказало, что нужно поискать именно во внутреннем кармане. Туда я почти никогда не заглядываю, но сейчас мне захотелось. Открыв его, я увидел красный сверток. Не припоминаю, чтоб я его клал туда. Красивым почерком, который я не перепутаю ни с чьим другим, написано поздравление с днём рождения. Почему-то я начал волноваться перед его открытием. Не может быть! Внутри лежит записка и… вторая половинка кулона, такого же, как и у Милады. Дрожащими руками я развернул тайное послание и внимательно читал каждое слово, которое там написано.

«Дорогой Рамиль, я поздравляю тебя с Твоим праздником! Прости, что пишу эти слова, а не говорю их в лично тебе, но… Я давно хотела признаться тебе в своих чувствах. Ты мне безумно нравишься и я бы хотела узнать взаимно ли это?»

Вместо радостных чувств и долгожданного облегчения, меня окатил стыд. Я не знал, куда себя деть. Слабость, трусость вот что я тогда испытывал, да и сейчас тоже. Я мог это все остановить раньше. Даже и без этой записки. С первого класса я лишь мучился, окатывая себя фразами «а вдруг», «а может быть». Боже, какой же я идиот… Я же по-детски ее ревновал к Итану…

Я взял за нить кулон и долго вглядывался в него. Даже в сумеречном мраке комнаты, он переливался синим цветом, словно на солнце. Горы, усыпанные на верхушках снегом, завораживали глаз. Лишь дотронувшись до кулона кончиком пальца, я замер, резко поглотив воздух, и смотрел вдаль, но глаза видели совсем иное.

Черная пустота, а в ней Милада будто смотрит именно на меня, в реальности на кого-то другого. Этот кто-то наводит ужас на неё. Глаза полны страха, а руки настороженно напряглись, будто она ожидала нападения. Почему-то она с короткой, небрежно подстриженной прической? Ей страшно, я это чувствую эту дрожь на себе.

Я вернулся в реальность. Она жива? Что, черт возьми, это было? Мне стало не по себе от того что я только что видел. Я был в сознании и перенесся куда-то, что позволило увидеть ее…мою девочку.

Итан

Двери камеры, наконец, открылись. Это было невыносимо находиться в клетке без живого общения, без грамма свежего воздуха. Именно это и задумывалось – свести тебя с ума, чтоб ты выложил все. У них практически получилось. Даже не представляю, как те бедные заключенные соглашаются на такую пытку. Жизнь в тюрьме хуже смерти. За то время, проведенное тут, я успел придумать план как мне дальше поступать. Это единственное, что мне оставалось делать – постоянно думать, разговаривать с самим собой. Хотя вероятность осуществления задумки очень мала – я не сдамся без боя.

Меня вывели из камеры, мрачный свет ослепил меня на пару минут, моё сознание ещё не работает как надо, но с помутнениями, впереди я вижу Лизу и двое охранников временной тюрьмы. Ко мне тоже приставили двоих. Один и них взял меня за предплечье и так мы пошли по длинному коридору.

С прошлого раза стены вернули свой прежний вид, теперь тут нет красных сигналов об опасности, лишь белые мягкие облака. Мы долго шли, другие Дармоны расступались, создавая живой коридор, перешептывались между собой, приписывая нам самые страшные грехи, глядя на нас как на заклятых врагов. Никто даже не может подумать, что настоящий злодей Ибрагим. Он ведет опасную игру, не выставляя свои действия на показ. Он лишь убирает тех, кто ему не нужен, кто может ему помешать. Среди них оказались мы двое и ни в чем не повинный человек, которого я сам и втянул в это. Как же я надеюсь, что он в безопасности и его не схватил Ибрагим.

Я ожидал, что когда мы зайдем в Главный зал, все будут с ожиданием смотреть на нас, бросать осуждающие взгляды, но вместо этого за столом сидел Старейшина, держа себя за переносицу, и слушал другого Дармона. Он явно выглядел уставшим, но профессионализм, выработавшийся в нем за долгие годы правления, не давал выставить слабость на показ. Нас оставили в стороне для ожидания, но краем уха мне удалось услышать их разговор:

– Это отчет за прошлый месяц, в банке снова начали пропадать большие суммы. По бумагам все заверено, даже подкопаться не к чему. Мы все перепроверили, но никто посторонний не занимался перечислением на другие счета…

Пользуясь моментом, я осмотрел присутствующих, среди них Ибрагима не наблюдалось, лишь несколько Дармонов с кипой бумаг, сидели за столом. Одна из них оказалась Грета, еще один Дармон сидел рядом и постоянно что-то записывал. Ну и банкир, докладывающий Старейшине о каких-то пропажах. Внезапно, мужчина в дорогом костюме повернулся к Старейшине и в полголоса начал что-то объяснять.

– В последнее время, к нам поступило несколько жалоб, на счет Даров, люди жалуются на сияние глаз.

Наконец, Главный обратил на них внимания. Понимаю, слушать каждый день такой поток информации и как руководителю стараться все исправить, морально тяжело, поэтому он решил переключить свое внимание на нас.

– Все свободны, – спокойно сказал он. – С вами, – обратился он к банкиру. – Договорим позже, а на счет сияния, отнесите заявления ко мне в кабинет, я позже с ними разберусь…

Старейшина встал и что-то сказал охранникам, после чего те усадили нас за стол. Все кроме Греты покинули зал. Мы сидели несколько минут в тишине, слушая как сильно бьются наши сердца. Я посмотрел на Лизу, она сидела глядя в пол, такая же опустошенная, как и я. Внутри все сжалось, если бы она только знала как мне жаль. Я услышал шаги, одни из них быстрые, это был Ибрагим, одетый в коричневый пиджак и такого цвета брюки. Поправив волосы на бок, он пожал руку Главному. За ним подтянулись еще 5 Дармонов из руководства. Поле клятвы о неразглашении, все уселись за стол.

Все общались между собой, но как только Старейшина начал свою речь – умолкли внимательно слушая.

– Майкл Гарсиа, здесь и сейчас ты будешь представлен под своим именем, настоящим…

Я смотрел куда угодно, но не на Старейшину, мне было стыдно перед ним, но как только я услышал своё имя, настоящее, мой взгляд резко упал на него, ведь меня так давно так не называли. Я согласился присоединиться к Дармонам, только на условии что я изменю внешний облик и имя. Я знал, что меня будут искать на Земле, а так просто оставить дом, сестру я не смогу.

Таким образом, я навещал их, только они об этом не знали. Когда мне сказали, что Милада тоже может вступить, буквально через месяц после меня, я не смог сказать ей чтобросил её и родителей, чтобы иметь лучшую как мне тогда казалось жизнь. Если бы не я, то возможно она бы и не согласилась присоединяться и не попала бы в беду.

– Хочу сообщить, что наши исследователи, которые занимались вашим делом, хорошо потрудились, чтобы во всем разобраться. Как вы могли заметить, мы решили все же дать вам шанс выбора дальнейшей вашей судьбы. Многие настоятельно рекомендовали лишить вас этой возможности, но перед этим я бы хотел выслушать вашу сторону.

– Что вы хотите услышать? – первой начала Лиза.

– Для начала, Майкл вместе со своей сестрой нарушили первый и самый главный закон нашего Сообщества. Вы так же проникли на Фабрику заклинаний. Мне доложили, что это не первая кража, которая происходит там, и почему то все ведет к тебе, Майкл. Если вы скажете, где этот человек находиться…

– То что? – резко ответил я.

Ибрагим прожигал меня взглядом, могу поспорить, он сделает все, чтобы закончить начатое. Осталось лишь убрать свидетелей… Но он не знает, что мы захватили его пешку и его план может сорваться. Вячеслав единственный наш козырь. Тем не менее, предчувствие, что он догадался, в чем дело не покидает меня.

– А во‑вторых, по вашей вине, мы потеряли одного из могущественных Дармонов, – ехидно промолвил Ибрагим. От услышанного, у нас с Лизой чуть челюсти не отпали. Этот предатель решил, ТАКИМ образом, от нас избавиться. Руку подняла женщина, с которой я не знаком, и спросила:

– Вы же объявили на нее охоту? В чем тогда дело?

– Она могла бы быть нам полезна, – медленно протянул Ибрагим, сверля меня взглядом. – К тому же, из под стражи сбежал Арчер, этим делом мы еще занимаемся, чтобы выяснить, как это произошло.

– Белые Дармоны должны сразу же быть иключены из Сообщества и ликвидированы, почему мы все еще не решили эту проблему? – вызвалась Грета.

– Проблему? Милада не проблема, она не Всадник и не предоставляет угрозу Сообществу! – невыдержал я.

– Дармон созданный смертным человеком и Дармоном уже по сути Всадник.

– Не забывайте о исключениях, – вставил свое слово Старейшина. – Результат искренней любви мог создать не Всадника, мы бы знали еще на этапе прохождения через арку. К тому же Белым Дармонам подвастно убийство наших врагов. А их как мы знаем, довольно много, а вот Белых как раз становится все меньше и меньше.

– Как так получилось, что Милада, будучи не знакома на данном этапе обучения с такими… опасными заклинаниями попала в ловушку?

Я кинул взгляд на Лизу, даже без Дара передавать мысли, скованные наручниками, мы оба поняли, что нужно делать. Но пока мы молчали, я не мог подобрать нужные слова, чтоб изложить все что знаю, хотя по большей части я планировал рассказать все лично Старейшине, а не всему Либерти. Я уверен мои слова с глазу на глаз его бы убедили больше, нежели все набросятся на меня с ложными обвинениями.

– Если вы собираетесь и дальше молчать, – продолжил Ибрагим. – То если никто не против, предлагаю выносить вердикт, поднимите, пожалуйста, руки, те, кто считает, что они виновны.

Все как один проголосовали против нас, все кроме Старейшины. Он сидел, скрестив кисти рук перед собой, и внимательно наблюдал за происходящим. Меня это немного удивило.

– При всем моем уважении… – с гордой улыбкой, хотел высказаться, готовый уже усадить нас в камеру Ибрагим, но его перебил Старейшина.

– Майк, Лиза, решение за вами. Вы должны сами избрать свою судьбу, либо мы сажаем вас в Тюрьму Либерти на долгие годы, либо вас изгоняют, отбирают ваше бессмертие и вы забываете сюда дорогу до конца жизни.

Мы переглянусь, Лиза должна меня ненавидеть за то, что я попросил её помочь мне. Какое бы решение она не приняла, своё я знаю. Лиза встала с места и сказала со слезами на глазах:

– Я выбираю Тюрьму.

Все уставились на меня. Я сожалею, что она выбрала именно её, но поговорить нам уже не удастся. С горечью я выношу своё решение:

– Мой ответ будет таким же.

Мужчина средних лет подошел к Лизе и начал уводить её из зала. Я смотрел на Старейшину, в надежде, что он передумает, сжалиться над нами, ну или хотя бы попросит остаться меня. Как только, Ибрагим провел взглядом полным победы, охрану вместе с моим наставником до выхода, я не выдержал. Если есть шанс все остановить, то я им воспользуюсь.

– Старейшина, Ибрагим все подстроил, это его вина в исчезновении моей сестры!

Все обратили на меня испуганные взгляды. Главный Сообщества будто хотел услышать эти слова, будто он догадывался сам, но ему нужно было подтверждение со стороны. Его заинтересованный взгляд то на меня, то на предателя, заставил того занервничать. Старейшина постарался незаметно передать мысленное послание моему охраннику, а затем как ни в чем не бывало, вернулся к моим словам.

– Артур… вы взяли не тех, – с отчаянием сказал я, осмелившись назвать Главного по имени. Почему-то мне показалось, что он поверил, хоть ничего и не сказал в ответ.

– Да как ты смеешь! – Ибрагим вскочил с места. – Я столько лет был предан всему Сообществу и никогда бы не предал ни одного Дармона что тут находится! – вот он и доказал своим поведением, занервничав когда я это сказал, что мои слова оказались правдой.

– Калеб, – Артур обратился к молодому парню, с которым я познакомился недавно – уводи Майкла.

Я не верил своим ушам, мой план не удался. Я подвел сестру. Никто мне не поверил и теперь меня ждёт адская жизнь за решеткой. Невольно сглотнувши последнюю порцию кислорода в этой комнате, я перестал понимать, что происходит вокруг. Меня вывели за пределы зала Суда. Яркий свет коридора ударил в глаза, от чего зрачки глаз стали видеть смазанную картинку белого света. Я стал думать лишь о Миладе, обо всем что произошло, во что я её втянул. Мои ноги переплетаются по поверхности пола. Буквально через минуту я навсегда лишусь свободной жизни. Калеб ведет меня все дальше и дальше. В коридоре никого нет. Мой мозг не работает в нормальном режиме, но одна мысль ударила в голову, словно голос Судьбы, сказав фразу «У тебя есть последний шанс». Я резко вернулся в реальность.

– Ударь меня, – услышал я.

– Калеб, ты чего…

– Ты хочешь на волю? Вспомни, что я тебе говорил!

Я стоял как вкопанный, пропуская мимо его слова. В голове стоит шум, я не понимаю, что происходит. Калеб начинает трясти меня за плечи.

– Господи… – закатил тот глаза, а затем достал ключ из кармана. – Беги!

– Артур поверил? – стоял как идиот и спрашивал глупые вопросы, вместо того, чтобы уносить ноги.

– У тебя есть еще тот, кто верит в тебя, а теперь проваливай, пока мы оба не попались!

Теперь я вернулся в сознание, мне будто придали сил и вернули в жизни после долгого заточения в сон. Я быстрым движением снял наручники и переместился в Дэмирс, где меня ждал Рамиль.

Глава 12

Честно сказать, я не ожидал, что Рамиль меня не дождется. Раз его не поймали Дармоны, значит, он ушел сам. Славы тоже нет тут. Либо они оба покинули это место, либо наш общий враг сумел обхитрить Рама и сбежать. Я начал обследовать дом. Вещи в шкафу пропали, так же как и некоторые личные вещи хозяина трейлера. На стене красуется небольшая вмятина, видимо они дрались. Судя по всему люди Ибрагима нашли их и Рамиль покинул дом, чтобы скрыться либо же от Славы. Мне нужно найти их как можно скорее, от мыслей, что могло случиться начала кружиться голова.

Недолго думая, я начал искать зацепку, то, что поможет отыскать беглецов. Заглядывая в каждый уголок, ища то, что поможет мне хоть как-то понять их местоположение, я начал браться за соломинки. Времени с каждой секундой становится все меньше, а информации не больше. Если охрана Либерти заметит, что меня нет в камере, жди беды. Боюсь даже думать, о том, что они могут с нами сделать.

В какой-то момент я заметил слегка завернутый ковер под столиком, что стоит у дивана. Может, это я случайным образом задел его, а может, нет. Лучше перестраховаться. Отодвинув стол к двери и подняв ковер, я заметил слегка выпуклую дощечку, что отличалась от других. С небольшой надеждой в сердце, я достал её с пола и к моему счастью, там оказалась карта города. Бегло просмотрел её, заметил небольшой кружок выделенный черным маркером. Они в хостеле «Visiting the bear».

Без каких либо раздумий я переместился в ближайшее знакомое место, а от туда уже пешком. Так как я не знаю планировки здания или хотя бы как оно выглядит внутри, мне пришлось появиться на улице лежащей перпендикулярно к нужному хостелу. Дармонам не дано перемещаться куда-либо, не зная как это место выглядит и тут надо быть осторожным, ибо были замечены случаи, когда Дармон представил окружение не действительное с реальностью, просто пропадал. Никого из них так и не нашли. Поэтому этот факт остается до сих пор не разгаданным.

Вокруг меня стоят заброшенные здания с заколоченными досками окна, вывески уже кое-как держатся на единственном ржавом гвозде. Дорога, выглядит устрашающе, будто из фильма ужасов и ни единой души вокруг. Единственное что тут выделяется, так это фонтан перед старым зданием. Я заметил, что за ним ведут хороший уход, ни одной трещинки, ни одного изъяна. Вода чистая без какого-либо мусора в нем.

Я открыл тяжелую дверь и вошел на ресепшен. Зайдя внутрь, я сразу же попал в помещение абсолютно лишенное уюта. По левую сторону в небольшой будочке с крохотным телевизором, пытающимся выдать футбол, расположился на ветхом стульчике небольшого роста отвратительный мужичок с огромным животом, обтянутый белой майкой, из-под которой торчат ужасные закрученные волосы.

Заметив меня, он один движением смахнул несколько пустых банок пива на пол, где лежит еще куча таких же. Напротив будки на грязном кафеле расположились почти новые диванчики для гостей, между ними старый вазон с засохшим растением. Голые стены, старый ковер с частичками земли на нем, запах пота и духоты, а в гугл отзывах здесь стоит, между прочим, твердая тройка.

Я постучал по стеклу, чтобы тот обратил на меня внимание, но ответной реакции я не получил. Лишь постучав по ящику, чтобы он лучше показывал программу, Дейв, я прочитал, как его зовут с бейджика на майке всей в пятнах, умостился поудобнее и дальше продолжил столь увлекательно пялиться в телик. Меня это взбесило, поэтому, чтобы он меня заметил я уже начал кулаком долбить по стеклу, едва его не разбив. Дейв перепугался, поправил свою щетину под носом и наконец, повернулся ко мне.

– Вам чего? – услышал я по микрофону.

– К вам на днях приходили заселяться 2 парня?

– Ну, знаете, – по-деловому заговорил Дейв. – Мы информацию о гостях не выдаем, – подмигнув бровью, отвернулся назад к ящику.

Я понял, о чем он. Опустив руку в карман, нащупал несколько скромных купюр, которые его точно не заинтересуют. В этот момент я понял, что действовать нужно по-другому. Сквозь щель в стекле, что нас отделяло друг от друга, я быстро просунул руку. Схвативши Дейва за майку, притянул ближе, так что тот прижался щекой к ограде. Он задрожал, зажмурил глаза от страха и жалобно начал скулить:

– Прошу пусти.

– Где они? – громко спросил я.

– 252 комната.

Я отпустил его, Дейв тут же кинулся бежать из будки. Открыв своими толстыми пальцами замок, сразу же ринулся в холл, кажется пиво, что он выпил сегодня, решило освободиться раньше времени.

С легкой улыбкой, отправился на второй этаж. Хоть я и старался идти быстро, мне понадобилось какое-то время, чтобы найти нужный номер. Тут можно легко заблудиться, но к счастью я хорошо ориентируюсь в пространстве. Некоторые комнаты крайне обделены, что администрация даже не удосужилась повесить номерок. Нет, не то чтобы он когда-то был, но со временем отвалился, его в принципе никогда и не было. То есть заплати за номер и включай в себе экстрасенса, напряги пару извилин и при помощи интуиции угадай, куда нужно заселиться. Видимо тот, кто строил это здание, совсем не разбирается в архитектуре. Я постучал, но мне никто не ответил.

– Рамиль, открывай! Это Итан! – я начал бить кулаком по двери. В ответ ноль реакции.

Сосредоточившись, я взломал замок двери и выбил её. Пройдя небольшой коридорчик, я попал в спальную комнату, где на кровати под одеялом кто-то сильно развлекался. Первая мужская нога показалась наружу, а затем и вторая, тоже мужская. От увиденного у меня отвисла челюсть. Господи, что тут происходит? Они перестали смеяться и притихли. Начиная выпутываться из-под одеяла, незнакомый мужик показал голову и сразу же начал кричать на меня на незнакомом мне языке. Этот жирный идиот направил меня не в ту комнату! Как же неловко. В этот момент я почувствовал, что в номер забежали ещё двое.

– Итан, ты, что тут делаешь? – закричал Рамиль. Сзади него я заметил Славу без наручников. Какое облегчение, что он ещё не сбежал.

– Уля-ля, дорогой, ты заказал нам еще одних? – заговорил с французским акцентом, вылазя с под одела, второй.

– Вообще-то нам не платят, – сострил Слава и его тут же вытолкали из номера.

Наша троица быстро выбежала из комнаты. Ребята вели меня в свой номер.

– Даже не думайте ничего говорить, – на полном серьёзе нарушил молчания я.

– Молчу, – скрывая насмешку, сказал Рамиль.

– Вот почему у хостела такое странное название.

– А я то думаю, почему этот жирдяй на нас так посмотрел.

– Боже…

– Ты почему вообще не в наручниках? – остановился я.

– Потом объясню, – прошептал Рамиль.

Мы проследовали по коридору, Рамиль и Слава живут через 3 номера от той, куда я только что по ошибке попал.

– Майкл? – спросил Слава, заходя в номер. – Где тебя носило? Где Лиза?

– Тебя вообще-то не спрашивали.

– Итан, спокойно.

– Рамиль, ты совсем с ума сошел? Зачем ты его отпустил? Ты не знаешь за кого он?

Они переглянулись.

– Он с нами.

Нам пришлось переговорить с Рамилем, он очень настаивал, чтоб я его выслушал. Я все сопротивлялся и пытался не верить словам Рамиля на счет Славы. Все же у меня нет времени долго спорить с ним и мне пришлось сделать вид, что я верю ему.

Я подбирал слова у себя в голове. Даже не знаю, как это рассказать ребятам. Весь наш план на грани уничтожения, в любой момент сюда могут ворваться орава Дармонов и упрятать в тюрьму даже без нашего соглашения. Хорошо все обдумав, я рассказал все что с нами произошло за эти дни. Понимаю, Рамилю приходится, нелегко зная, что происходит вокруг него, но он стойко держится. Закончив с рассказом, он задал уже давно интересующий его вопрос:

– Как ты превратился из брата Милады в Итана?

Тяжело вздохнув, встал со стула и подошёл к зеркалу, что висело у двери. Рам следовал за мной.

– Когда я узнал, что могу стать один из самых могущественных существ на планете, я сразу задался мыслью: «Как я смогу отпустить из жизни Миладу?». Мне сказали, что никогда и никому нельзя рассказывать про наше существование, и тогда Ибрагим, предложил мне такую вещь: я смогу изменить внешность, имя, не раскрывая кем, буду на самом деле. Я согласился. Когда я узнал, что Милада тоже станет Дармоном, струсил признаться ей что решил оставить семью и выбрать другую жизнь, – я взял Рамиля за руку и продолжил – но она ещё не знает этого.

Я закрыл глаза, почувствовал мощный удар по телу, при этом, не сдвинувшись ни с места, а когда вновь открыл, голубой свет исходил из них, а в зеркале отражался я, настоящий.

За все время я ни разу не делал этого и настолько не хотел видеть себя, настолько ненавидел за то, что сделал, что забыл, как выглядит истинная оболочка, в которой помещена моя душа. Рам стоит, заворожено вглядываясь в отражение.

С тех пор ничего не изменилось, будто я застыл на месте, все та же коротка дурацкая кудрявая прическа, старые джинсы, рубашка, вечно болтающаяся на футболке, которую я любил, кожаный браслет на левой руке. Светлые веснушки по которым я уже успел соскучится. Как же быстро я успел отвыкнуть от самого себя, превратившись в совершенно обычного, ничем не примечательного парня.

Через пару секунд отражение исчезло. Мы словно вернулись в реальность, глотнув свежего воздуха. Сандерса нисколько не напугало то, что я ему показал, он узнал прежнего меня, а потом взлянул на меня так будто видит впервые. Лишь на несколько секунд задумавшись, первым прокомментировал:

– Ты должен всё рассказать Миладе.

– Расскажу.

– Не хочу вас прерывать, но может, вы отложите ваши семейные сцены на потом и мы вернемся к более важному делу? – вмешался Слава. – Что мы будем делать дальше?

– Мы попадем в прошлое, – с азартом произнес я.

Вот эта фраза уже реально удивила одноклассника Милы. Такого поворота событий он явно не ожидал. Это заявление разозлило Славу, от чего он озлобленно посмотрел на меня.

– Ты же знаешь этого делать нельзя!

– Не волнуйся, отец Милады не дурак, чтоб поселится в реальном прошлом.

– Реальном? – не понял Сандерс.

– Существует 2 измерения прошлого, одно реальное, другое нет. То есть, если пройти через портал и попасть в реальное, ты автоматически будешь менять события, которые случились в то время, тогда изменится и будущее. Даже если ты там сходишь в магазин за покупками, многое может измениться. А есть другое прошлое, ты попадаешь в него, проводишь какое-то время, а когда возвращаешься в настоящее, то оно словно стирается, события не меняются.

– То есть два портала?

– Да, мы попадем именно во второй.

– Ты так говоришь, будто вам дадут это сделать, – хорошо подметил рыжий.

– На этот счет у нас есть план.

– А если что-то пойдет не так…у тебя есть план «Б»? – с опаской спросил Рам.

– Будем импровизировать.

Я и сам не верю в то, что говорю. На самом деле я не знаю, как мы сделаем это, ведь я никогда раньше не видел портал, какую охрану дают на него. Импровизация худший игрок этой ситуации, но у нас нет другого выхода.

ЧАСТЬ 3

Глава 13

Мы дали возможность друг другу отдохнуть, Рамилю нужен сон, а нам со Славой поговорить, та и сами не мешало бы сделать перерыв между делами. Последние дни выдались весьма утомительными.

На следующее утро, Рамиль с неохотой покинул хоть весьма неудобную, но теплую кровать. Ночью, он несколько раз вскакивал и во сне пытался на кого-то кричать. Мы попытались его успокоить, но он не давал помочь. Видимо, людям действительно не нужно знать о нас, иначе кошмары никогда не покинут их.

В быстром темпе мы собрали вещи. Надеюсь, сегодня нам удастся попасть в прошлое, не попадясь в лапы Дармонам. Уже за 10 минут времени, все стояли в предвкушении того что нас ждет дальше. Я взял за рукав Рамиля, он Славу. За ночь, что мы не спали – переговорили, он сказал, что отдаст все лишь бы не возвращаться к Ибрагиму, тот заставит его стать, частью кольца, надев добровольно на себя петлю. Я старался поверить ему, разрешил остаться без наручников, но все же одним глазом я буду присматривать за ним. Это у меня хорошо получается. Рисковать придется, доверив ему главную часть плана.

Так как я в Сообществе недавно и не знаю, где находится этот портал, переносить к нему будет именно он. Рамиль закрыл глаза, ибо он уже знает реакцию своего организма. Мы переглянулись, я окинул взглядом напоследок комнату и пожелал себе поскорее забыть этот ужасный номер, ибо ничего хуже этого места на Земле я не видел.

Сильный холодный ветер первое, что нас встретило по прибытию в неизвестное мне место. Перед нами красовался не самый лучший пейзаж, темные тучи собирались в единое целое нагоняя неприятную погоду. Купы листьев перелетали с одного места в другое. Ещё мгновение и хлынет стена дождя.

Пока Рамиль хватался за живот, я бросил благодарный взгляд на Славу, ведь он нас не подвёл. Я коснулся края плеча Рама, дабы заглушить его страдания. Как только он пришёл в норму, его взгляд стремительно уставился вперед, а именно на невысокий холм с желтой высохшей травой, над которым образовался портал, чем-то напоминающее поглощающую систему. Прозрачные силы засасывали в себя воздух вместе со всем тем, что в нем парит. Под холмом неподалеку бродит парень крепкого телосложения, больше похожим на «шкаф» с идеально обритой головой и немалым шрамом на затылке.

– Это и есть портал в Дойжер? – слабым голосом спросил Рам.

– Вообще-то этот портал ведёт именно туда, куда тебе нужно, – не отводя взгляда от амбала ответил Дармон.

– Как мы пройдём к нему?

Все промолчали, продолжая изучать местность. Я на какое-то время задумался, стоит нам втроем засветиться перед охраной Прошлого, он тут же пришлёт подкрепление и не исключено Ибрагима.

Пока мы с Рамилем отвлеклись мыслями, я не заметил, как Слава стремительно двинулся вперед. Страх ударил, острым ножом в самое сердце. Таким образом, он решил подставить нас, либо принять удар на себя. Я хватаю Сандерса и тяну за дуб, достаточно широким, чтоб спрятаться нам обоим.

– Что происходит? – шепотом спросил он.

В этот момент Слава успел достаточно близко подойти к порталу. Здоровяк насторожился, приготовившись атаковать, показал Силу Нейвифил и в левой руке заготовил набирающую мощь, с каждой секундой, энергетический шар. Слава жестами показал, что он не собирается нападать. Охранник ослабил Дар и начал слушать его.

Мы стоим в недоумении, бежать нам подальше, куда глаза глядят и сидеть в очередной конуре, поджав хвосты, как бедные свиньи на скотобойне, боясь каждого шороха и каждый раз оглядываясь назад, не пришел ли очередной Дармон по наши души, либо…ждать, что каким-то чудом мы все же попадем в прошлое.

Пальцы рук медленно окоченевали от холода, вцепившись в ствол огромного дерева. Рамиль бросал нервные взгляды на меня в надежде, что я дам ему ответы. Но я сам не знал чего ожидать. Вячеслав резко набросился на охранника, повалив на землю и держа его за горло, перекрывая кислород. Они оба крепкие парни, но сильные руки Славы душили его, так что тот стал цвета переспевшего помидора.

– Бегите!!! – закричал Дармон.

Мне понадобилась несколько секунд, чтобы понять, что происходит на самом деле. Сандерс не задумываясь, ринулся вперед. Я побежал следом за ним. Рука охранника высвободилась и тут же под ногами Рамиля куски земли разлетаются в разные стороны, образовавши небольшую ямку. Это заставило остановиться его.

Амбал всей своей мощью ударяет в челюсть Славу, от чего тот падает на спину. Я посылаю несколько атакующих ударов, которые успешно блокируются весьма опытным защитником своего объекта. Мы бежим вперед к вершине холма. Остается всего несколько метров до нашей цели. Слава быстрым движением будто подлетает к охране с новым силовым, чтобы всадить в самую черепушку. Лишь он касается охранника, они растворяются в воздухе прямо перед нами.

У меня перехватывает дыхание. Я не мог понять, кто из них перенесся отсюда. Если это не Слава, то теперь у него большие проблемы. Я искалечил судьбы уже многим людям, а теперь, делая для меня совершенно неожиданное решение, хороший человек, друг, жертвует собой ради того кто его всем сердцем ненавидел в самом начале. Я благодарю тебя и обещаю, что постараюсь вернуть всё и всех, кто погряз в этом дерьме, даже ценой своей жизни.

– Майк! Майкл! Ты меня слышишь? Что нам делать? – трясет меня за плечи Рамиль.

Я будто под водой, парю в своём сознании по длинной реке, не слышу Рама, не слышу звуки приближающейся грозы, ни звуки шелеста листьев, мне хочется кричать, забыть проклятый Либерти, я бы всё отдал, чтобы никогда не знать об их существовании.ъ

Моё тело стало, словно сделано из ваты, ноги не могут стоять на месте. Мне хочется домой, в семью, не нести этот груз, что дала мне вселенная. Удар.

Я закрываю глаза не замечая боли. Ещё удар. Я открываю Голубое сияние глаз полных сожаления. Рамиль пытался привести меня в чувства. Повернувшись лицом к порталу, я сделал несколько шагов вперед, стоя в нескольких сантиметрах, от могущественной поглощающей в себя вселенной. Порталу лишь нужно мысленно и с четким представлением сказать, куда тебе нужно и в тот час тебя экспресс доставкой перенесут в то самое место. «Дойжер. 1867 год» произнес я и сделал шаг вперед.

Боль по всему телу и ощущение невесомости, будто тебя разрывает во все стороны. Белые пятна, образовывающиеся в сознании, резко переходят из одного воспоминание в другое.

Обрывки из детства: страшный клоун, который до жути напугал меня, когда мы всей семьей выбрались в зоопарк на выходных. С тех пор я их не посещаю. Моя первая ссадина на коленке, когда папа учил меня кататься на велосипеде. Я не плакал. Папа сказал, что я большой молодец и она не последняя в моей жизни. Он был прав, огромные раны в душе до сих пор не заживают. Воспоминание, когда я выпросил клятву у Ибрагима, что он ни за что не расскажет сестре кто я и как предал свою семью. Белый свет сменил картинку на то, как Ибрагим менял мой облик.

Невыносимое давление в голове, будто её сжимают под прессом. Кровь в висках пульсирует и капилляры в носу вот вот полопаются, фонтан алой жидкости хлынет из тебя. Все же кровь пошла. Я почувствовал как теплая жидкость потекла под носом. Помимо этого в нос ударил отвратительный резкий запах помоев. Я вытер рукавом кровь и запрокинул голову. Рамиль сидит весь бледно-зеленый, с такой же проблемой, что и у меня, глядя на него, мне показалось, что он сейчас потеряет сознание. Мне пришлось медленно применить Дар. Но пока мы приводили себя в чувства, успели пропитаться запахом мусора и вдоволь забрызгать нашу одежду кровью.

***

Мы стоим в очень узком длинном проходе, рядом с нами расположились две урны с кучей отходов. Если ещё хоть на мгновение тут задержусь, то меня точно стошнит. Я двинулся вперед, между двумя зданиями, а следом плелся за мной Рамиль. Я вспоминаю, что только, что произошло и в какой заднице мы находимся. Слава, неужели он пожертвовал собой и помог нам в этой ситуации. Видимо он действительно на нашей стороне, как же я в нем сомневался…

Мы очутились на не очень оживленной улице. Я не мог поверить своим глазам. Ощущение словно ты попал в прошлое, что, черт возьми, так и является. Вся дорога уложена красивыми дорожными камнями темного цвета, кирпичные одноэтажные дома, выстроившиеся параллельно друг другу.

Женщины одеты точно, как нарисовано в учебниках истории. Длинные юбки, свисающие до пола, в которые заправлены белые рубахи. Мужчины в разных костюмах, с цилиндрами на голове.

Пивные, магазинчики со свежими овощами и столпившейся вокруг неё толпой жаждущих за несколько монет купить что-то к ужину. Кто-то пользуется шумихой, кладет к себе в карман несколько небольших помидоров и скрывается, как ни в чем не бывало.

Простые квартирки, из которых выходят уважаемые господа, под ручку взявшие хорошо одетую жену. Они, с высоко поднятой головой направляются, к только что прибывшей карете, с уставшей и измученной жизнью лошадью.

Но не всех на этой улице касалась такая жизнь, некоторые лежали у чьей-то двери, с пустой бутылкой и в собственной блевотине. Омерзительное зрелище. Кто-то стоит на коленях в грязной луже, около дорогих магазинов, прося милостыню, с малой надеждой, что хоть кто-нибудь подаст им монету или две на пропитание. Судя по их истончавшихся хрупких тельцах, очень редко случалась возможность купить себе даже хлеба. Мне стало жаль этих людей, видимо бедность здесь процветает вовсю.

Я подождал пока они проедут дальше, а затем вышел к этим людям. Мне было сложно не подавать удивленному виду, в то время как Рамиль этого не скрывал. Он шел стремительно вперед, разглядывая каждый сантиметр всего, что перед собой видит.

– Что с тобой? – спросил я, увидев его обеспокоенное лицо.

– Все так пялятся на нас…

– Ты видел, в чем мы одеты? А теперь посмотри на свою толстовку и не удивляйся.

– Тысяча восемьсот шестьдесят седьмой… – протянул Рамиль. – Я будто сплю? Ты посмотри на этих людей, они все такие разные, будто бедность столкнулась лицом к лицу к роскошной жизнью. Думаешь нам надо переодеться, чтобы не выделяться из толпы? Или вот посмотри на этот магазинчик, и вправду полукруглые окна, а вот те домики с белым фасадом, как их много… Надо это запечатлеть, – в этот момент он достает телефон и начинает все снимать.

– Ты что с ума сошел? – возмутился я, попытавшись забрать игрушку, но тот увернулся.

– Думаешь, они знают что это?

– Вот именно, не хватало нам привлечь внимание.

– Ладно-ладно зануда, – закончив снимать мою угрюмую физиономию, Рамиль прячет телефон, но напоследок делает еще несколько кадров.

Такого воодушевленного Рамиля я еще не видел, он перемещался по крохотным улочкам, старался разглядеть все и каждого, я следом за ним старался не отставать. Став Дармоном, мне один раз удалось побывать в Европе, в одном из старых городков. Некоторые так и сохраняют свою античность, как например этот, поэтому мне было легче сдерживать свой восторг.

Мы пошли дальше по улице, разглядывая старые дома и людей, которые глядят на нас как на выставочный экспонат.

– Это самое удаленное от более крупных городов захолустье Германии, – сказал я Рамилю стоя напротив небольшого ресторанчика.

– Давай зайдем, – с горящими глазами сказал он.

– А ты немецкий-то знаешь?

– Да … я вчера установил карманный словарь, так что не переживай.

Я пожал плечами, и мы зашли внутрь. На улице начинает темнеть, хозяин ресторана под названием «Belliger Swill» расставлял свечи по периметру, дабы создать хоть какое-то освещение. Просторное местечко, много столиков, небольшая сцена с деревянным стулом посередине, барная стойка без бармена. Видимо это дорогое место для этих краев. Мы выбрали стол у стены и стали ожидать, чтобы нам подали меню. Кроме нас и хозяина тут больше никого не было, что меня насторожило.

– Сэр… можно нам меню? – пытался что-то прочитать с телефона на немецком брюнет. Протирая один из столиков, высокий мужчина лишь ухмыльнулся и продолжил свою работу.

– Боже… – только что осознал я. – Чем мы хоть платить то будем?

– Кредиткой Джейдана Оливера – засмеялся Рам.

– Интересно, у них тут долларами расплачиваются?

– На сколько я помню, здесь «ходят» пфеннинги…

В этот момент дверь с ноги выбивают, и сюда заваливается толпа оборванцев, дико смеясь друг с другом. Толстые мужики с пышными усами и пропитанными потом рубахами рассаживались по местам. На сцену вышел немолодой мужчина с синяками под глазами, завязанными в короткий хвост волосами блондин, с едва пробившейся от корней сединой и гитарой в руках. На другом конце зала с раздражающим скрипом отпахнулся пендельтюр и из него выбежали несколько молодых парней на вид официантов и стали разливать непонятную жидкость по стаканам. Присутствующие гости звенели ими и заливали напитки в себя.

Я начинал догадываться, что это далеко не то, что мы ожидали. Теперь ясно, почему на нас не обратили внимания, сразу поняли, что мы не местные и не стали с нами связываться. Мужчина на сцене начал распевать непонятную песню тем самым веселя народ, по нему видно, что эту работу он ненавидит, но жизнь такая штука, что нужно уметь вертеться. Мне стало его жаль, наверное, сидя перед стадом пьющих бродяг, он испытывает жуткое отвращение, я уж точно.

– Господи это местно омерзительно – говорю я, глядя на сборище пьяниц.

– А мне нравится музыкант, у него грустная музыка. Будто бы напоминает душевную боль.

– Да, мне тоже нравится, но, наверное, только он и это поило, держит это заведение.

– Думаешь, мы найдем его?

– Если честно, я не представляю, что нам делать. Мама никогда не показывала нам с сестрой фото Мэтью.

– Это осложняет задачу… Остается лишь надеяться на чудо.

– Серьезно, что нам делать?

– Есть ли какой-то способ понять отличие между человеком и Дармоном?

Я показал Раму на руку, моя тату бесконечности. Это единственный способ. Мы в тупике. Я думаю, это нереально проверить каждого мужчину в городе. И еще, мне удалось заметить, как за нами наблюдает музыкант, не преставая играть. Нужно уходить отсюда, пора меня не начала съедать паранойя, что за нами идет слежка.

Указав Рамилю на выход, быстро зашагал вперёд. Один из оборванцев вывалил длинные ноги, больше похожие на засушенные кости, едва покрытые мясом. Из-за края стола я не заметил их, стараясь быстрее убраться подальше отсюда, упал, челюстью зацепив уголок стола. Присутствующие стали ещё более дико ржать надо мной, хватаясь за полные животы и еле сдерживая слёзы.

Меня это вывело из себя. Я сжал кулак как можно крепче и со всей мощи врезал по нижней челюсти наглецу, который меня подставил, добавив при этом немного Дара, так что тот улетел в ближайшую стену, проломив её собой. Он очнулся к небольшой подсобке, абсолютно ничего не понимая, что происходит. Голос певца затих, а сам он исчез со сцены, пьянчуги замерли, глядя на меня с широко выпученными глазами. В этот момент Рамиль хватает меня за рукав и тащит к выходу. Напоследок он выкрикнул им «Verlierer» обделив ухмылкой.

Мы, молча, плетемся по темной улице вперед, совершенно не понимая как найти человека, пусть и в небольшом городке, даже не зная как он выглядит.

Мама не оставила ни одного фото отца Милады, ни одного воспоминания, она не желала даже слышать об этом человеке. Её можно понять, но говорят, она любила его больше жизни, как самого родного человека на свете, он был для неё светом, лучиком счастья в этом мире. Эта была любовь, что все друзья гадали, правда ли такое возможно, ненавистники завидовали, а Дармоны не знали.

Их душевный покой был разрушен, тьма поглотила маму, превратив её в обычного человека лишенного частички души. Встретив папу, он лишь частично залечил её рану. Она его помнит и где-то там, глубоко внутри всё равно любит, хоть и не признаёт.

– Нам бы заночевать где-то, – первым нарушил молчание Рамиль.

– Я не сплю, но если ты хочешь, мы можем найти что-то типа хостела.

Узкое двухэтажное здание местный хостел, единственное, что нам удалось найти. На первом этаже нас радушно встретила очень крупная женщина Белла. Рамиль с большим трудом пытался объяснить, что нам нужно. Ко всему она казалась глуховатой и плохо видела. Я сунул ей купюры, но она, кажется, не заметила что это за банкноты. Не знаю точно, что у них за банкноты, но заметь что-то неладное, у нас были бы большие неприятности.

Нас проводили в крохотную комнатку, состоящую всего из двух кроватей и маленькой тумбочкой между ними, о душе в номере и речи быть не могло. Старая потертая краска на стенах обсыпалась при любом прикосновении к ней. Из окна веяло диким холодом, а из одеял нам предоставлены пожелтевшие от старости тоненькие простынки. Кажется, тот предыдущий хостел был пятизвездочным отелем, по сравнению с этим.

Холодная ночь пробирала до костей. Я лежал, глядя на синее небо, усыпанное миллиардами ярких звёзд. Луна хорошо освещала улицу, от чего казалось что за окном день. Рамиль тоже не спит. Его пристальный взгляд был уставлен куда-то вдаль.

– «О чём думаешь?»

Он ничего не ответил. Можно легко догадаться, о чём болит душа. Моя тоже ноет не умолкая. Жаль Дармонам не дано заглушать душевные раны, я бы излечил его. Мои мысли плавно вернулись к суду, что совершался в том зале, когда нас обвиняли в грехах Ибрагима. Мне пришлось согласиться на тюрьму, по совету Калеба. Он сообщил, что кто-то хочет, чтобы я был на свободе и мне дали возможность уйти. В любом случае, я мог бы не оставаться на свободе, пока Лиза будет гнить за решетками за то, что пыталась помочь мне.

Глава 14

Рамиль

Мы стоим в музеи Истории Иллинойса. Класс разошелся по разным отделам. Некоторые ученики остались в одном зале, где стоит много различных витрин с древними книгами. Милада стоит, вглядывается в одну из них. Знаю, она терпеть не может этот предмет, но одна из старинных сокровищ её все же заинтересовала. Я не могу отвести взгляда от её каштановых волос, нежно лежащих на плечах. Сзади она кажется такой маленькой хрупкой малышкой, но я знаю, что она намного сильнее меня. Мне так хочется подойти к ней, прижаться и слышать её трепетное дыхание. Высокие, почти до потолка белые двери открываются. Заходит главная бандитка школы.

– Давно не виделись, крысята, – злобно сказала Алевтина.

Её глаза загорелись белым сиянием. Легкое движение руки и Милада отлетает в стену, а затем падает на одну из витрин, разбивая собой. Струйки алой крови текут из новообразовавшихся ран.

Я не могу сдвинуться с места, мои руки связаны невидимой цепью. Мне хочется кричать, но губы издают лишь пустой звук. Я пытаюсь вырваться, но у меня не получается. Ноги совершенно не слушаются, я могу лишь наблюдать, как моей любимой предоставляют боль. Выставив руку вперед разъяренная Тина, будто что-то сжимает. Милада начинает задыхаться. Горло сжимается как резиновый мячик, от чего кислород не поступает в лёгкие. Ослабив хватку, Тина медленно и коварно подкрадывается ко мне. Ее ехидная улыбка исчезает, и выражение лица меняется, на лицо сумасшедшего, который планирует взорвать здание. Она подходит ближе и кричит:

– Проснись.

Я вскакиваю в холодном поту и начинаю судорожно дышать. За окном уже идёт жизнь, люди повыходили на улицу и каждый занимается своим делом. Майкл так и не вставал со вчера с кровати, лежал и думаел о своем.

– Почему раньше не разбудил?

– Ты только недавно заснул, решил, тебе нужен отдых. Ты должен твердо стоять на ногах, иначе от тебя не будет никакого толку.

Я встал с кровати и потянулся к рюкзаку, чтобы проверить на месте ли сверток с кулоном Милады. Почти каждый день я касался него, чтобы хоть ненадолго увидеть любимую. Иногда мне попадались новые кадры видений, в виде деревушки больше похожей на сельскую местность, но почти всегда это было одно и то же видение как в первый раз. Ей кто-то угрожает, я это знаю.

– Кошмары?

– Все в порядке, – соврал я, продолжая тяжело дышать.

В дверь, которая и так на «соплях» держится, начали жадно ломится, да так настойчиво, что казалось, будто за ней находится толпа голодных мутантов, а мы всего лишь мясо. Мы переглянулись. Я тихо подхожу к двери и прислушиваюсь, параллельно пытаясь вспомнить пару слов на немецком. Дверь со всей силы выбивают вместе со мной. Это Белла и ещё один незнакомый тип. Она в слезах начинает кто-то кричать, мужик с седыми усами машет руками, указывая на выход.

– Итан, кажется, они хотят, чтоб мы ушли.

– Спроси в чём дело.

Меня охватил ступор, я забыл даже самые элементарные слова, он это понял и принялся жестами поговорить с ними. Я в это время собрал свои вещи в рюкзак и приготовился бежать.

– Итан, уходим.

Мы выбежали из комнаты, спустились на первый этаж. Не успела моя нога коснуться последней ступеньки лестницы, как взгляд падает за стеклянные двери выхода. За ним нервно курит высокий мужчина, одетый по форме полицейского. Мы спрятались за ресепшен, чтобы продумать, что делать дальше.

– Ты можешь нас перенести отсюда? – прошептал я.

– Чтобы перенестись нужно, иметь хоть какое-то представление о том месте, а я не знаю этот город вообще.

Мой взгляд упал на прямоугольные ручки двери. На корточках, стараясь беззвучно подкрасться к ней прихватив метлу, что стояла рядом, пока офицер глядел в другую сторону, быстрым движением затащил её в эти ручки, тем самым заблокировав выход.

На лестнице были слышны приближающиеся к нам шаги. Офицер заметил мой силуэт и начал ломить двери. Я сделал несколько шагов назад. Мужик, работающий в этом мягко сказать, заведении, уже будто подлетел к Майклу и заломил ему руки, поставив его на колени. Тот не выдержал, зажмурил глаза и открыл, показав кто он.

Было видно, что злоба поглощала его, он начал тяжело держать. Управляющего хостела это насторожило, и тот ослабил хватку. Майкл этим воспользовался и благополучно вырвался. В это время Белла успела дойти до первого этажа, даже имея плохое зрение, её лицо застыло от ужаса, когда она увидела сияние глаз Майкла и то, что в правой руке он держал шар энергии, приготовившись атаковать. Белла издала душераздирающий крик, схватилась за сердце и упала в обморок.

– Итан … – с дрожью сказал я, вернув в чувства друга. Он меня услышал и его Дар постепенно исчез. – Что с тобой, это же просто люди?

– Йенс… Простите, – с сожалением сказал Майкл, думаю Йенс его понял, он кинулся к женщине приподняв её за голову и стал нащупывать пульс. Кажется, она ещё жива.

Майкл подошел ближе, протянув руку к её лбу. Йенс глядел на него с неким испугом и в то же время с крохотной надеждой о помощи. Он излечил её одним лишь прикосновением,

Белла открыла глаза и глубоко вдохнула. Она жива. Жива… Майкла это окончательно выбило из колеи. Ему пришлось закрыть рукой глаза, чтобы никто не видел его слёз. Офицер, стоявший позади двери, нашел большой камень и разбил стекло. Я подбежал к Майклу, схватил за рукав и потащил через черный ход.

***

Мы бежим вверх по улице, совершенно не зная куда. Пробежав так пару кварталов, проскальзывая узкими улочками, мы все же оторвались от полицейского. Надежда, что мы найдем отца Милады, угасает с каждой секундой. Два отшельника, плетемся неизвестно куда, домой возвращаться нельзя, там нас поджидают во все оружии.

Дойжер… Красивый старинный городишка, ни чем особо не выделялся для нынешнего года. Мы здесь совершенно чужие. Никому не нужные, каждый со своей тяжелой ношей, со своей болью в душе продолжаем борьбу. Я до сих пор не могу поверить, что существует некая судьба дарующая Силу совершенно обычным людям. Вечная свобода, но за какую плату…

Жилые дома постепенно меняются на магазинчики, начиная от дешевой уличной еды до дорогих витрин с изысканной одеждой для богачей. В скором времени долгая каменная дорога привела на огромную площадь с шикарным фонтаном. По периметру выставлены двухэтажные дома и несколько башен, на одних из которых красовались часы.

– Нам нужна карта города, так мы сможем изучить местность, я, наконец, могу перемещаться, имея хоть какое-то представление об этом месте. Так же мы сможем исключить места, в которые не стоит ходить – произнес Майкл, стоя напротив киоска.

– Отличная мысль, я тогда зайду куплю, а ты жди тут.

Я зашёл в небольшой магазинчик, где меня радостно встретила молодая продавщица и начала что-то лепетать вовсю. По не видно, что она работает недавно и пытается произвести хорошее впечатление и хоть я ничего ею сказанное не понял, принялся рассматривать, что находится за витринами. Выбрав что-то похожее на карту, я нащупал несколько долларов в кармане и только понял, что наступаю на одни и те же грабли. Но тут у меня возникла как по мне блестящая идея, как мне тогда показалось.

– Прошу прощения… Я турист… Из Америка, – начал врать я и достал из кармана 1 доллар. – Благодаря этим деньгам вы станете очень богатой, на эти деньги можно купить несколько десятков карта, но мне нужна всего один. Не могу поменять деньги…

Девушка посмотрела на меня как на идиота, но все же мои слова её заинтересовали. Она взяла купюру и вручила карту. Затем что-то спросила, чего я не понял, я кивнул в ответ, улыбнулся и быстро вышел из магазина.

Я развернул старую бумагу с кучей географических пометок. Действительно, Дойжер не такой уж и большой город, омывавшийся на юге рекой. Несколько фабрик, пабы, рынок, главная площадь в центре города, где мы сейчас и находимся. Нужно показать её Майклу. Он стоял около фонтана и разговаривал с офицерами только что прибывшими на повозке.

– Давай сюда деньги, – прорычал хриплый голос. Я только осознал, что передо мной стоит местный бродяга, одетый в дырявые вещи, старый помятый цилиндр, а сам не мылся уже, будто несколько недель.

– Я заплатил последнее, – ответил и уже собрался уйти прочь, но, не успев этого сделать, бездомный достает из брюк револьвер модели Бульдог, прокручивает барабан, спускает курок.

– Давай деньги!!!

В этот момент он нажимает на спусковой крючок, и пуля вылетает мне в левый бок. Я зажмуриваю глаза пытаясь стерпеть невыносимую боль. Мои ноги больше не могут меня удержать. Пытаясь ухватится за рану, я падаю на спину ударяюсь головой по торчащие из земли камни. Бич общества пользуется моментом, быстро обшарпывает карманы и скрывается из вида.

– Майкл! – выкрикиваю из последних сил его имя.

Картинка перед глазами смазывается, во рту чувствуется привкус крови. Кажется, пуля задела легкое. Мне становится трудно дышать, сердце перестает разносить кислород и я начинаю задыхаться. Приток крови усилился и через какое-то мгновение, она выходит из меня, оставляя растущую лужицу рядом со мной. Я вижу Майкла, он пытается бежать, но полиция хватает его…

– Майкл… – шепчу я ему, будто он услышит меня, но это все что я могу.

Силы покидают мое тело. Неужели это конец? Я вот так покину этот мир, умирая в одиночестве на грязной, холодной улице, как какой-то пёс. Умру, так и не сказав, те самые слова любимому человеку. Милада. Девочка моя. Я тебя подвёл…

Мне становится страшно, что я умираю, все случилось, так внезапно я не успел и моргнуть глазом. Я даже никогда не думал, о том, как происходит последний момент жизни, точнее как душа тебя покидает. Легкость, сопровождает до самого конца, я больше не чувствую боли…

Темный силуэт в черном капюшоне, ждет пока моя душа покинет тело. Значит это, правда что перед тем как покинуть этот мир люди видят ангела смерти, который явился, чтобы проводить их на небеса или вниз к чертям. Силуэт берет меня за левую руку. Кажется, конец настал.

Я очень надеюсь, что увижу оттуда, куда бы ни попал, что кто-нибудь вернет в наш, настоящий мир, мою девочку, вернёт домой. Я не вижу его лица, наверное, у смерти его нет. Глаза… они сияют знакомым до боли светом. Белый. Как у неё. Не знаю точно, что он делает, но рана начала болезненно жечь, будто пуля пытается выйти наружу.

Моя боль медленно уходит, я снова могу дышать. Зрение постепенно приходит в норму. Я вижу, но это не Милада. Свет пропадает. Его лицо мне знакомо, те светлые пряди волос с легкой сединой, уставший взгляд. Мужчина встает с колен и покидает меня. Моё сознание отключается.

Я резко открываю глаза. Капли дождя заставили подняться меня с холодной земли. Ощупываю рану от пули и не могу поверить, там нет и царапины. Это точно был Дармон. Он спас меня и, кажется, я догадываюсь, кто это был. Перед тем как вырубится, успел, запомнить, куда он двинулся. Дождь усиливается, но я и без этого уже успел промокнуть до нитки. Майкла рядом нет, видимо с ним случилась беда, но шанс найти темный силуэт, упускать нельзя. Видимо для этого города не впервой столкнутся со смертью на улице, всем на тебя плевать, лежишь ты в луже крови и умираешь или просто идёшь как мирный гражданин.

Я не спеша поплелся вверх по улице, голова немного кружилась, видимо Силуэт знает, что делает и не стал приводить меня быстро в чувства, чтобы не раскрыть кто он. Но лежа там, ожидая ангела смерти, я успел запомнить, куда нужно идти. Завернув за угол, меня ждал тупик, слева под крохотным балкончиком находится старая деревянная дверь. Будучи не уверенным что это именно то, что мне нужно, решу рискнуть. Я тихонько постучал по ней будто это бомба, которая взорвется в любой момент. Из-за шума дождя не думаю, что кто-то бы и услышал этот звук. Я повторил действие только уже громче.

– Кто? – ответил голос по ту сторону на немецком.

– Мне нужно с вами поговорить, – ответил я на английском, ибо он должен его помнить.

– Убирайся прочь, – ответил голос тоже на английском. Во мне разгорелось пламя надежды, что я нашел его.

– Ваша дочь попала в беду…Прошу, выслушайте меня.

За дверью стоит тишина. Струя, что стекает с крыши, льется прямо на меня, но я продолжаю стучать. Мне уже все равно, что идёт сильный дождь, все равно, что я продрог до самых костей и мне нужен горячий чай, что совсем недавно, чудом избежал смерти. Я приблизился к человеку за которым мы, с Майклом рискуя жизнями, отправились в прошлое и сейчас нас отделяет лишь жалкая дверь.

– Мэтью… Прошу, откройте дверь. Я не Дармон.

– Я знаю.

Дверь с жутким скрипом, наконец, открылась. В длинном грязно – коричневом пальто меня встречает тот самый блондин из паба. Мою челюсть можно собирать с пола. Я не верю своим глазам, мы нашли его еще в первый день, но даже не знали об этом.

– Это же вы вчера играли там.

– Да, это мой хлеб.

– Это было круто…

Он слегка улыбнулся и пригласил в дом. Пока Мэтью закрывал дверь, мой взгляд упал на запястье левой руки, где виднелся бугристый шрам, в виде знака бесконечности. Мы попали на небольшую кухню с одним окном, выходящую на площадь. Тут нет привычных нам холодильника, микроволновой печи, кухонного оборудования. Вместо них что-то вроде печи, круглый стол у стены и одинокий стул, как и его хозяин.

– Спасибо, что спасли меня.

– Я вижу ты не местный. Как тебя сюда занесло?

– Мы с моим другом…братом, Майклом, вашей дочери проделали не малый путь, чтобы найти вас.

– Дочери? Что произошло?

– Однажды вы создали заклинание под названием Дабин. Милада использовала его.

По выражению лица Мэтью было понятно, что она в большой опасности.

– Я хочу, чтобы ты рассказал мне всё, но для начала принесу тебе сухую одежду.

Следующий час мы провели за разговором о том, что с нами случилось за этот период, я пересказал ему все, что знаю от Майка о Либерти, о Дармонах, немного утаив о своих чувствах, все-таки это её отец. В перерывах я заметил, как сильно Мэтью переживал за неё, даже представить себе не могу, что он чувствует, когда я все это ему рассказал.

– Мэтью, почему вы оказались именно здесь?

– Я родился и жил раньше в этом городе, до того как узнал о существовании Дармонов и прочем. Работал, как и сейчас, руки своё помнят, как держать гитару и брынчать на ней. Может это и глупо было возвращаться в Дойжер, но за 16 лет меня никто не нашел, кроме вас. Где сейчас брат Милы?

На этот вопрос я сам бы хотел знать ответ. Он так и не вернулся… Я достал из кармана телефон и показал фотографию Милады. Глаза Мэтью наполнились слезами, но он изо всех сил старался их скрыть. Фотография, где я танцую с моей красавицей на школьном балу. Она одета в нежно-голубое платье с небольшим вырезом на спине. Радость, которая исходила из неё в тот день, наполняла моё сердце счастьем, мы оба были счастливы в тот день. Мэтью всё понял, глядя на нас, что заставило уголок рта изобразить улыбку. Я решил, что ему можно доверить свой маленький секрет.

– На мой день рождение, Мила подарила мне половинку сердца, кулон. Не знаю что происходит, но каждый раз касаясь его… Я, замираю, ко мне приходят видения. Милада будто предупреждает об опасности, что с ней что-то случилось.

– Тебя это пугает? – с осторожностью спросил Мэтью.

– И да… И нет. С того самого дня я могу лишь так её видеть, это всего на какое-то маленькое мгновение, для меня этого очень мало…но я вижу её тревожный взгляд, как она смотрит на кого-то, кто явно настроен не дружелюбно.

– Это я во всем виноват, – кулаки Мэтью сжались, так что ими можно было бы сломать прочную сталь.

– Расскажите, что с вами случилось.

Думаю, начало истории ты знаешь, Либерти всех запугивает ею, кто хочет вступить в неё. Да, я действительно нарушил самый главный закон, но я ничего не мог поделать с тем, что я полюбил ту самую женщину. У них это зовется как «смертный». Ты тоже к ним относишься. Мне было невыносимо тяжело покидать семью, которая только началась.

Элла так надеялась, что мы поженимся, заведем ребенка и у нас будет такая же жизнь, как и у всех смертных. Как только Содружество узнало о «предательстве» они стали угрожать мне и Элле. Они посчитали правильным стереть ей память, но узнав, что мы ждем Милу, они захотели не только забрать воспоминания, но и лишить жизни мать и дочь. Они очень боялись, что Милада станет Всадником, это наши и в целом заклятые враги каждого жителя планеты.

Всадником становится тот, кто еще заранее начинает чувствовать в себе Силы, изменения, что он отличается ото всех. Либо ребенок Дармона и обычного человека. В очередь редких случаях, эти дети ставали Дармонами с Белым Даром. Но за последнее время, все они исчезали, и я точно знаю, что Содружество к тому не причастно.

Всаднику важно доставить боль человеку, стать его страхом, создать множество проблем, только для того чтобы самому иметь бессмертие. Вот почему у Либерти есть строжайшее правило, не влюбляться во смертнх. Я пришёл в ярость, узнав об этом решении и понял, что смогу им помешать лишь одним способом.

Но начнем с небольшого предисловия. Когда я только узнал, что судьба подарит мне Дар, он оказался не таким как у всех. Моя Сила оказалась могущественные Силы самого Старейшины. Я мог создавать новые заклинания, укрепил защиту Содружества, был правой рукой.

Но был в этом омуте и свой чёрт, который все время пытался превзойти меня и считал меня недостойным быть Дармоном. Я знал почему. Он мне завидовал как никто другой. Он хочет власти, могущества, быть первым. Думаю, ты знаешь кто этот Черт. Ибрагим Эль-Бакрауи единственный из всех желал моей смерти. Моё изгнание именно его рук дело. Он нанял работать на себя нескольких Дармонов и послал выслеживать каждый мой шаг.

Будучи с Эллой я всегда был осторожен, но однажды я по глупости упомянул её имя. Так мне дали выбор, который наверняка был предложен и Майклу. Я выбрал реальную свободу, отдав при этом, свое бессмертие и теперь я обычный человек, который стареет и умирает с каждой секундой. Но я все равно имею свой Дар, но он уже не такой сильный как раньше. Мне пришлось приложить немало усилий, что вылечить тебя, когда ты был на волосок от смерти. Не знаю… я почувствовал, что должен помочь тебе.

– Спасибо вам за это.

За окном раздался взрыв где-то недалеко от дома Мэтью. Столб огня и дыма поднялся высоко вверх. Я подбежал к окну.

– Это тюрьма, – с тревогой сказал отец Милады.

– Мэтью, думаю это Майкл.

– С чего ты взял это?

– Когда в меня стреляли, я видел, как возле него расхаживала полиция, а потом его заволокли в повозку.

Мэтью успел лишь коснутся меня и вот мы стоим напротив горящего здания. Тошнота вновь накрыла меня. Это отвратительное чувство все равно сопровождает меня, каждый раз перемещаясь. Дым заходил в лёгкие при небольшом вдохе, заставляя меня выкашливать его. Небольшая старая тюрьма стоит укутанная густым черным дымом, ещё немного и от неё останется лишь горстка пепла и щепок.

– Итан! – зову его параллельно разгоняя перед собой смог. – Итан! – мы специально договорились, чтобы в незнакомых местах я называл его именно так.

Я не вижу его. Мэтью тоже исчез. Некоторые заключенные выбили главные ворота и бегут, куда глаза глядят, радуясь долгожданной свободе. Внутри наверняка полным полно бедных задыхающихся. Стоять и бездействовать самое ужасное, что я могу делать. Прикрыв нос кофтой, я твердо решил зайти туда и спасти их. Если что, то меня подлатают, только если мне на голову не упадет кусок горящей деревяшки и не убьет меня.

Зайдя внутрь, я прошел длинный холл, некоторые двери от него вели в комнату свиданий, кабинет главного управляющего, медпункт и еще несколько дверей, который я в спешке не успел разглядеть. Пройдя еще несколько коридоров, я попал в нужный зал. Огромное помещение, состоявшееся из двух этажей с решетками по обе стороны. Надзиратели сбежали, трясясь за свои шкуры, совершенно позабыв про людей которые остались здесь. А может, они специально не захотели их выпускать, посчитав, что так будет правильно. Только не я, чтобы они не совершили, в первую очередь они люди, которые кричат и молят о помощи.

Справа от меня на крючках висела пара колец с бесчисленным количеством ключей. Я схватил их и принялся открывать одну за другой клетку. Руки торчали из решеток, голоса не смолкали, заключенные по очереди покидали здание. Огонь все быстрее начал приближаться в главное помещение, где находились мы. В какой-то момент мне начало казаться, что мы сидим в прямом смысле на костре как сосиски на палочке. Стало невыносимо жарко, пот скатывался в три ручья, но я не останавливался, не смотря на то, что дышать уже почти нечем. Силы понемногу начинают покидать меня, голова идёт кругом и тут кто-то неожиданно хватает меня за плече.

– Рамиль, ты с ума сошёл! – закричал Майкл. – Выбирайся!

– Я не оставлю их!

В зале появился Мэтью, резко протянув две руки вверх, все замки разом сломались и заключенные покинули свои места. Потолок едва держится над самой ветхой частью.

Я и Майкл оказываемся за вратами тюрьмы. Я глотаю свежий воздух, ноги шатаются и я падаю на колени.

– Кто это? – спрашивает Майк.

Легкий дождь, что должен был уже закончиться, увеличивается, не успеваешь моргнуть до такой силы, что кажется, что перед тобой стоит стена воды. Пламя огня перестает гореть, все, что осталось от тюрьмы – лишь щепки, остальное начинает разваливаться на глазах. Первая мысль, что приходит в голову – успел ли он выбраться?

Я смотрю на останки бывшего места заключения. Среди них, все на том же месте стоит мужчина, в перепачканном сажей пальтом, поправляя распустившиеся волосы за уши, будто ничего и не было. Майк сразу же насторожился и готовый в любую секунду атаковать.

– Знакомься, это Мэтью.

Глава 15

Неприятный запах дыма витал в кухне, Мэтью расхаживал с сигаретой пытаясь соорудить нам ужин. Мы с Майклом сидим за столом, не обмолвившись ни словом. Наверняка он многое хочет обсудить, но молчит как рыба.

Это неловкое молчание стало напрягать меня, и я решил первым разбавить обстановку:

– Мэтью, у вас есть какие-нибудь идеи на счёт Милы?

Тот потушил о дощечку окурок, нервно выдохнул и повернулся к нам лицом.

– Думаю, вначале мне нужно рассказать вам о создании Дабин.

– А мне кажется, вам лучше объяснить мне, что случилось 16 лет назад, – грубо заявил Майкл.

– Мы обязательно с тобой это обсудим, но давай займемся самым главным.

Младший Дармон фыркнул в ответ, но ничего не сказал.Когда Артур узнал о моих способностях, он решил создать место в Либерти, где бы я и ещё несколько Дармонов могли создавать заклинания. Одним из помощников был Арчер. За то время что мы там провели, стали друзьями. Он единственный кто знал об Элле и Арчер ни за чтобы меня не предал. Мы были семьей и я ему полностью доверял. До тех пор пока Ибрагим все не испортил.

Однажды мы с Арчером отправились в один богом забытый городишко. Уже не помню точно куда, да это было не важно. Там проходил небольшой праздник. Мы решили, что можно немного выпить, а потом ещё немного. Вскоре мы встретили незнакомого человека, как нам тогда казалось. Он потащил нас в пивную, и мы легко этому поддались. По дурости тогда я и упомянул её имя, о чём сейчас каждый день жалею.

Дальше мы разговорились, и он решил угостить нас выпивкой. Ближе к ночи мы оба пьяные поплелись в неизвестном направлении, помню, как лишь яркое сияние луны освещало нам путь.

Мы забрели в пустой заброшенный дом. Словно нам было по 5 лет и только что подаренной новой игрушкой, мы начали играть, используя наши силы. Метая друг в друга силовые шары, один раз они столкнулись, раскидав нас в разные углы. Тогда у меня зародилась идея о создании Дабин. Но мы его не закончили. К нам ворвалась охрана Либерти и повязала нас. Тот незнакомец из бара был из шайки Ибрагима. Я и Арчер успели лишь создать начало не зная продолжения того чтобудет. По идеи это должно было быть заклинание, уничтожающее противника. Но ни я, ни Арчер, ни разу не использовали его в действии. Поэтому я не представляю последствий.

– А я представляю… – озлобленно произнес Майкл.

– Когда сила Милады и Арчера столкнулись воедино, они оба растворились в воздухе, оставив за собой будто после взрыва след в виде белого кольца окруженного черным кругом.

Мэтью не знал что ответить, его глаза наполнились болью, такой невыносимой, что её часть наполнила и меня. Я чувствовал её намного сильнее, так как видел все это своими глазами. Каждый из нас виновен в этом деле и каждому эта ситуация режет душу.

– Мне одно не понятно, с чего бы Арчеру становится против моей сестры?

– Хотел бы я знать ответ на этот вопрос, но мне нужно немного времени, чтобы все осмыслить и придумать, что делать дальше.

Мэтью поставил тарелки с едой на стол и сел на свое место. Неловкое молчание продолжалось до конца ужина. Майкл наблюдал за тем, как мы едим, все время недоверчиво поглядывая на Дармона. Я же в свою очередь старался не поднимать глаз, и все время делал вид, будто увлеченно изучаю стол, рядом стоящую хлебницу и даже никак не вписывающуюся в интерьер картину с котиком.

Покончив с едой, Мэтью ушел наверх, оставив нас наедине.

– Майк, что произошло в тюрьме?

Тот виновато посмотрел на меня, я не мог понять, почему он бросил меня там, если бы не Мэтью, я бы умер прямо на той площади.

– Знаю, что ты сейчас обо мне думаешь, знаю, что я поступил очень подло, за что искренне прошу у тебя прощения. Когда полицейский подошел ко мне, он обвинил меня в том, что мы наделали в пабе, как подсунули якобы фальшивые деньги в хостеле, он хотел чтобы я сдал сообщника – то есть тебя. Я видел, что в тебя стреляли, если бы я кинулся к тебе чтобы помочь, он бы увез тебя со мной и там бы никто тебе не смог помочь. Я решил не сопротивляться и уехал с ним…

– Но зачем?

– Я думал… может быть Мэтью там.

– Ты думал, Дармон будет отсиживаться в тюрьме, выбрав свободу?

– Я хотел найти его там, а когда понял, что его там нет…

– Так это ты устроил взрыв?

– Мне пришлось взять ситуацию в свои руки, нужно было сделать так, чтобы большая часть людей покинула здание. Тогда, я подумал, если Мэтью правда в городе, он придет помочь.

– Ты рисковал столькими жизнями ради чего?

– Это сработало, я вывел половину людей из здания, оставалось только крыло с заключенными. В тот момент, когда я собирался перейти к ним, пришли вы.

– Какой же ты идиот…

Снова холодная ночь, на этот раз желудок не сковывало от голода. Мэтью оставил нас в своей комнате, а сам переместился, но не сказал куда. Я не мог заснуть, все время ворочался, в то время как Майкл сидел у окна, глядя на пустую улицу выходящую переулок. Несмотря на дикий холод, иногда я закрывал глаза, и каждый раз мне снилась она. Милада, с белым сиянием глаз, скрывающее зеленые зрачки. Её взгляд полной надежды, стремительно уставившись на меня.

Доля секунды и вот мы сидим на уроке биологии слушая лекцию об строении человека. Моя девочка с удовольствием слушает учителя стараясь успеть записать конспект. А я нет. Я смотрю на неё, на то, как она держит ручку, как пытается незаметно подвести глаза, в мою сторону скрывая крошечную улыбку. Её волосы, часть собрана сзади, а часть распущенна. Обожаю эту прическу. Она ей так идёт. Сладкий запах весенних духов, который я вдыхаю и наслаждаюсь этим моментом. Мое сердце трепетно бьётся и в какой-то момент, я решаюсь взять её за руку. Лишь коснувшись её тела, моя рука проходит насквозь. Я ничего не понимаю и пытаюсь повторить действие, но происходит то же самое. Я касаюсь лишь воспоминания. Милада всё так же слушает урок и скрывает свою улыбку.

Раздаётся звонок. Дверь класса открывается, и сюда захожу я, второй я. Одетый все в те же джинсы, старую толстовку, под которой скрывается половинка кулона. Я быстро встаю из-за парты, глазами полными ярости, видя второго себя, пытаюсь сорвать с него мой подарок. Я прохожу сквозь него, словно призрак. Вторая версия меня подходит к Миладе и говорит:

– Ты сегодня замечательно выглядишь, я приглашаю тебя в кино. Ты пойдёшь?

Каждое слово звучит так, будто адресовано мне, чтобы именно я их услышал. Второй я насмехается надомной и на уголках рта вырастает кривая улыбка, тоже для меня. Обида стала обжигать тело, и я сделал несколько шагов назад. Все, что я могу в данный момент, стоять и наблюдать за тем как эта искаженная реальность смеется над моей слабостью. Этот человек может сказать о чувствах, может так просто пригласить на свидание того кого всем сердцем любит. Слегка покрасневши от смущения, она отвечает:

– Конечно, сразу же после уроков.

– Нет!!! Не слушай его! – кричу я, хоть и знаю, что это бесполезно.

Она встает и берет второго меня за руку, они оба счастливые покидают класс. Мои ноги прикованы к полу. Я не могу сделать, ни шагу. Боль и злоба прожигают моё сердце до глубины души. Слёзы наворачиваются на глаза. Мне хочется только кричать, во все горло, лишь бы только она меня услышала. Невыносимый удар по грудной клетке затмевает дыхание. Я падаю на колени.

– Я все испортил, – доносится у меня в голове. – Это моя вина! – Второй я снова появился. Он смотрит на меня с высока ухмыляясь.

– Убирайся! – кричу ему, а он лишь больше потешается.

В класс заходит Алевтина с подругами. Я почему-то начинаю уменьшаться, а они тычут пальцами и смеются. Второй я тоже смеется. Я все не могу понять, что происходит. Милада подходит ко второму, смотрит так, будто разочарована во мне и, взяв за руку, они уходят. Алевтина достает пистолет и направляет к моему лбу. Я смотрю прямо в дуло, ее смех не прекращается еще какое-то мгновение, а затем резко замолкает и я слышу выстрел.

Я вскакиваю с кровати весь в холодном поту, кожа горит, а меня всего трясет. Все это время Майкл пытался разбудить меня. Я все это кричал в реальности, пока спал, что не на шутку напугало его.

– Рамиль, что происходит?!

Я не мог ничего сказать, перед глазами все еще тот пистолет и страх пожирающий меня. Все тело морозит и трясет, кажется, у меня лихорадка. Майкл трогает лоб, наверняка у меня температура переваливает за 40. Он попытался вылечить меня, но ничего не сработало, ведь это не физическая травма…

До прихода Мэтью я уже спать не мог, лишь лежал, уставившись в стену, как лежат люди в психиатрических клиниках которые сошли с ума. Таким стал и я. Мой сон стал моим врагом. Я не захотел разговаривать с Майклом, он обеспокоенно сидел напротив, наблюдая за мной.

– Может, поговорим о твоих кошмарах?

Тихо спросил Майкл, будто боясь разбудить меня, а я не спал. Я смотрел на обшарпанную от старости стену, повесив на себя мою половинку сердца, все время, держась за неё до самого утра, смотря эпизоды, что он мне показывал, как будто я смотрю телевизор. Это начало сводить меня с ума, но в тоже время действовало как наркотик. Каждый раз мне было мало, каждый, делал мне больно…

– Проснись…

Слышалось мне, но я был будто под водой. Звуки с поверхности пытались привести меня в реальность, а я смотрел вперед. Перестал видеть видения с того места, где сейчас Милада. Вижу лишь воспоминания, крошечные моменты, проведенные с ней, начиная с минутных гляделок в коридорах школы, пересекаясь у шкафчиков, заканчивая самым лучшим – когда моя девочка пыталась незаметно следить за мной у меня дома. Мне начинает казаться, что она рядом, смотрит на меня. Видя всё это, моей душенке становится легче, я вновь могу дышать, наслаждаясь каждым вздохом и слыша её запах, глядя в глаза наполненные теплом и светом, что даёт мне жизнь.

– Рамиль!

Наконец мои веки смыкаются, и я прихожу в себя. Мэтью сорвал кулон, с моей шеи, дав проснутся от своей маленькой реальности. Тело ломит при каждом малейшим движении, будто бы разучился шевелиться. Кости стали «мягкими», мышцы атрофировались, а кровь перестала функционировать. Несколько секунд не могу понять, жив я или эта реальность успела убить меня. Глубокий вздох. Я жив. Мэтью и Майкл стоят надомной с ошарашенными взглядами.

Майкл

– Рам, что происходит, ты расскажешь мне, наконец?? – спросил я, выводя его в кухню. – Ты похож на обдолбанного наркомана.

Он сфокусировался и подошел к маленькому зеркалу у выхода. То, чтобыло в отражении совершенно не похоже на него. Жирные взъерошенные волосы, покрасневшие глаза и двумя синяками под ними, засохшие кровотечения на подбородке, видимо искусал нижнюю губу пока лежал в таком состоянии. Мокрая кофта с отвратительным запахом пота.

– Рам! – ты меня пугаешь, что с тобой происходит?

– Медленно сходит с ума, – присоединятся к нам Мэтью. – Но Рамиль, я ничего не видел.

– О чем вы? – не понял я.

Мэтью достает из кармана подаренный кулон и, держа за нить, показывает половинку.

– Не знаю как, но каким-то образом, касаясь его, у него появляются видения. По его словам, ему является моя дочь в том месте, где она сейчас находится. У меня есть одно предположение как её вернуть, но для этого мне необходимо увидеть это место.

Сандерс стоит как вкопанный глядя на своё отражение в зеркале. Его зрачки замерли в неподвижном состоянии. Меня стало очень беспокоить его состояние, с того самого дня как моя сестра использовала Дабин. Мэтью начал наполнять его жизнью от чего сразу через несколько секунд начали происходить значительные изменения. Цвет кожи начал приходить в норму, покрасневшие глаза исчезли, будто ничего и не было, а усталый вид перерос в состояние здорового человека.

– Ты как? – обеспокоенно спросил я.

– Бывало и лучше…

Мэтью подошел к нему достаточно близко и, глядя стремительно в глаза, сказал:

– Ты не готов приступить сейчас…

– Я готов.

Стоя спиной ко мне, я почувствовал, что эта идея не радует отца Милады, он тяжело вздохнул. На него месте я бы не стал сейчас ставить эксперименты на нем, даже после исцеления.

– Может подождем немного?

Мэтью обернулся ко мне.

– Я хочу залезть в буквальном смысле к нему в сознание, как это провернуть без ущерба для него, я не знаю, а отговаривать его, только усиливать ему желание. Для человека это будет равносильно пытке, поговори с ним.

– Вы когда-то это делали?

– Да, мне доводилось стирать память людям, но это отнюдь неприятные ощущения, мне достаточно было бы увидеть то, что видел он.

– Но что я ему скажу? Подумай, как следует, прежде чем соглашаться как неизвестный и опасный эксперимент над тобой? Так что ли?

– О чем бы вы там не говорили, моего решения это не изменит. Если это единственный выход как узнать где находится… то я готов

Мы переглянулись.

– Я очень боюсь, как бы это его не убило.

После этих слов, Мэтью зашуршал в правом кармане старого пальто, достал Уинстон и вышел из дома. В кухне, осталась лишь гробовая тишина, витающее чувство страха перед неизвестным и мы. Казалось бы, два простых парня с интересной и в то же время опасной судьбой.

Я сидел на стуле, держась руками за голову обдумывая все, что сейчас происходит с нами. Сейчас я жалею об одном своем решении. Может быть, не стоило вообще вовлекать Рамиля в это дело. Он простой человек, которому и так хватает своих проблем, а я взвалил на его плечи все это. Не нужно было этого делать. Как-нибудь, но я бы справился сам, не впутывая в это Лизу, Славу. Может Ибрагим и убил бы меня. Я начало истории.

Прошло около получаса, прежде чем Мэтью вновь вернулся. Он долго расхаживал по кухне, прежде чем произнести следующее:

– Я изменил план.

– Не понял.

– Рамиль прости, но я не могу рисковать твоей жизнью. Поэтому, я придумал более безопасное решение.

Глава 16

Рамиль

Утром, как и всегда в Дойжере начинает кипеть жизнь. Все заняты своим делом, не обращая на нас внимания, бредут кто куда. На улице довольно прохладно, иногда аж мурашки по коже пробегают, куртка, что одолжил мне Мэтью, едва согревает.

Уже какое-то время он ведёт нас в неизвестном направлении. Улицы меняются одна за другой, от крохотных с завораживающим видом до тех на которых лежат трупы в куче, готовые к кремации, до тех, где архитектура зданий настолько завораживает взгляд, что ты не можешь равнодушно пройти мимо. Проходя по первым, ты удивляешься, как это тебя ещё не стошнило при виде такого и ты, сдерживаясь, закрываешь рукавом рот и нос, продолжая идти по таинственному пути.

Он нам толком ничего не объяснил, что собирается делать, на месте всё узнаем. Никто и слова не проронил, но я подозреваю, что Майкл и Мэтью между собой общаются по своему мысленному каналу. Пусть так, я иду за одной целью, какова бы она ни была. Дав слово самому себе, я его выполню.

– Рам, погляди сюда, – Майк позвал меня к большой стене старого дома, на котором висело куча объявлений. – Мы теперь звезды Дойжера.

Я беру в руки лист бумаги, где карандашом нарисованы наши портреты, судя по большому шрифту сверху, мы попали в категорию опасных преступников. Внизу сноска всех наших деяний. Мы огляделись, куча таких же бумажек, переноситься ветром по всему городу. Наверняка полиция ищет нас во всех дырах этого городка, да и каждый прохожий видел эти зарисовки.

– Вы чего застряли там?

Я быстро скомкал лист и выкинул.

– Ничего, – ответили мы в унисон.

Через пару минут мы подходим к огромному заброшенному зданию из красного кирпича. Над ним густо стянулись тучи, черные и предвещающие плохую погоду. Я закрыл себя поплотнее курткой, рядом с этим местом, ощущаешь себя как-то по-другому. Некоторые окна еще уцелели, а некоторых нет в раме, где-то обвит плющом. Все это странно выглядит, то, что он нас сюда привел, но судя по всему, он большая шишка и ему можно верить. Вот бы Милада поскорее встретилась с ним.

– Это старый завод, когда-то тут процветал бизнес по изготовлению вина.

– Зачем мы здесь? – спросил я.

– Сейчас покажу.

– Почему мы не переместились?

– Мне нужно поберечь силы…

Мэтью подходит к железным дверям, толкает их и они легко отворяют для нас свои владения, будто поджидали. Войдя внутрь, я почувствовал запах сырости, гнили и уходящие нотки алкоголя. Сразу же перед ногами оказались пустые бутылки из-под вина, да и других бутылок, у которых не оказалось этикетки.

Пройдя по длинному коридору усыпанным битыми стеклами, мы наткнулись на уголок, судя по которому тут кто-то жил. Это не удивительно, городок запал в бедности и лишь избранные могут позволить себе кусок сыра и хорошего вина. А остальные лишь отбросы общества, которым суждено погибнуть на холодных улочках от какой-нибудь болезни или просто напросто от голода. Те, кто поумнее, перебрались на этот завод, тут хоть не райская жизнь, но все же есть крыша над головой. Нам повезло, что их сейчас здесь не оказалось. Мы отправились дальше на второй этаж.

Открыв двери, перед нами оказался огромный зал, но он оказался практически пустым. Остались лишь несколько коробок, пара разбитых бутылок, поломанные стулья, стоявшие у окна. Судя по виду, именно тут был когда-то склад. Тут даже остались бочки, в которых когда-то хранилось красное поило.

Я прошел дальше и увидел перед собой портал. Моя челюсть отвисла от неожиданности, даже и представить не мог, что он будет тут. Портал практически такой же, как и на той горе, через который мы с Майком 3 дня назад прошли. Такая же огромная сила, поглощающая в себя все, что находится поблизости.

– Я нашел его час назад.

Я и Майкл разом окинули взглядом отца Милады.

– Правда, это было не так просто, мне пришлось обыскать практически весь город. Благо у порталов есть отличительная черта, даже в ясную погоду, над тем местом, где он расположен будут черные тучи…прямо как перед появлением Всадников.

– И как мы найдем Миладу? Мы же ничего не знаем о том месте, где она находится…

– Спокойно, – сквозь зубы прошипел Мэтью. – Я долго думал о кулоне, о твоих Рамиль видениях. Кажется, это может нам помочь.

Я сразу же разгадал теорию Мэтью. Он думает, что если я дотронусь до кулона и войду в портал, он перенесет нас к ней.

– Погодите… – затараторил Майкл. – Мэтью, вы же сами прекрасно знаете, чтобывает с Дармонами, которые не знаю куда перемещаются…

– Знаю, но Рамиль, будучи человеком, может видеть ее, я думаю кулон по сути такой же портал, как и этот. Только мысленный. Если вы не готовы рисковать…

– Я готов, – не всяких раздумий отозвался я. – Мне плевать, что случится со мной, я не прощу себе, если даже не попытаюсь.

Я словил на себе взгляд Майкла, он как-то помрачнел после слов Мэтью о моих видениях и даже задумался. Жестом спросил, что не так, но он промолчал, что меня насторожило. У этих Дармонов слишком много тайн. Майкл продолжал смотреть на меня с недоверием, будто его что-то осенило и от его осуждающего взгляда, пробивающегося сквозь узкие глаза, мне стало не по себе.

– Что вы будто воды в рот набрали. Майкл ты как?

– Я с вами – строго сказал он.

Почему он так быстро переменился в лице? Я не стал сейчас пытать его вопросами и отвернулся к порталу. Сделал небольшой шаг вперед, параллельно коснулся кулона. По телу проходит сильная вибрация, силы будто хотят разорвать меня на части, растягивая каждый миллиметр меня в разные стороны. Я стискивая зубы, терплю боль… удар в спину. Это похожие ощущения, на те, чтобыли при проходе в Дойжер. Будто бы я снова попал в него. Зажмуренные глаза постепенно открываются. Солнечный свет ударяет в глаза, от чего ослепляет меня не давая понять, где нахожусь.

– Итан, – хрипло произношу его имя. В ответ тишина. Лишь пение птиц. Рука водит по земле и нащупывает сухие ветки, влажную траву, несколько крохотных камешков.

– Мэтью…

Я, наконец, вижу что передо мной. Множество старых сосен окруженных высокой травой, среди которой оказался и я. Медленно поднявшись с земли, я осмотрелся. Голова слегка побаливала у висков, но я не обращал внимания на это, меня волнует совершенно другое. Я один в огромном лесу. Осмотревшись вокруг себя, замечаю лишь пенек, на котором расположилась белка и внимательно наблюдает за мной. Удивительно, что она не боится меня. Я решаюсь подойти ближе, но почувствовав опасность, она быстро скрывается из вида. Вот я снова один.

– Итан! – в полголоса зову его.

Вслушиваюсь в тишину, в надежде, что они где-то рядом, просто их занесло чуть подальше от меня. Но ответа я так и не получаю. Главное чтобы меня сейчас не окатила волна паники.

Сделав несколько глубоких вдохов, я ещё несколько раз зову Майкла и Мэтью. Схватившись за голову, я сажусь на этот проклятый пенек, чтобы обдумать, что делать. Почему я вообще оказался в этом лесу, по идеи Мэтью мы все втроём должны были оказаться рядом с ней… Что-то пошло не так, либо они перенеслись в другое место, либо для них не сработал портал и теперь миссия лежит на моих плечах. Может, случилось то, чего так боялся Мэтью, и я оказался черт знает где, откуда меня никто не сможет вытащить? Я в полной растерянности сижу так несколько минут, глядя вперед, окруженный пением птиц и лесным шумом. Что-то подсказывает мне, что нужно идти вперед. Будто, какая-та сила зовет меня туда. Я медленно поднимаюсь и отправляюсь в путь. Снова таинственный и со своими загадками.

Прошел час, а может и больше как я пробираюсь сквозь колючие кустарники, прохожу мимо сотни высоченных деревьев, глядя на какие ты можешь запросто не увидеть верхушку. На моё счастье, что я пока не встретил лесного зверя, иначе мне бы наступил конец. На пути мне попались лишь несколько белок, которые скакали с дерева на дерево так быстро, что сложно было удержать взгляд хоть на одной из них. Где-то поблизости дятлы вовсю работают над тем, чтоб достать себе насекомых из-под коры.

Пройдя еще пару сотен метров по своей тропе, с которой я не ступал, дабы не заблудится, наткнулся на еще одну, которая протягивалась неподалёку от меня. Я пошел дальше и заметил по левую сторону степь. Две дороги плавно соединяются в одну ведущие путь рядом с диким полем, на котором ничего не растет и не видно края горизонта. Теперь я окончательно сбит с толку, два пути разложились перед моими ногами и выбери я не правильно потеряю дни впустую и не добьюсь той цели, ради которой я попал сюда. Тут я задался мыслью, есть ли тут город или что-то в этом роде, если так, то что-то мне подсказывает что Милада именно там. Одна загвоздка, идти налево или направо.

– Не жарко?

Я обернулся, рядом со мной стоит лошадь песочного цвета с неухоженной гривой, запряженная в небольшую повозку на которой сидит старичок с длинной седой бородой, одетый в балахон, перевязанный бордовым поясом, а на ногах самые настоящие лапти. Вот это меня стало настораживать. Таких одеяний уж точно нет в наше время. Куда же меня занесло?

– Что?

– Милок, ты к обеду сваришься, – указал он на мою теплую куртку, что дал мне Мэтью. И вправду я пока шел даже не заметил, что температура начинает постепенно расти. Но этот парень говорит на непонятном мне языке, только благодаря жестам я ориентируюсь, о чем он.

– Который час? – указываю я на руку, с воображаемыми часами, но тот только поднимает густые брови вверх.

– Близится к началу, и я уже опаздываю.

– Куда вы едете? – пытаюсь произнести по слогам и машу руками.

– Странный ты какой-то и язык у тебя странный, ты, что не местный?

Я закивал головой с надеждой, что у него было предложение подвести меня.

– Ну, если нужно довезти до рынка, то так и быть.

Дед указывает головой на повозку, видимо мы друг друга поняли. Я без раздумий взбираюсь к нему и сажусь на край. Солнце начинает припекать, и решаю снять куртку и оставшись в футболке. Это не помогло, жара берет свое.

– Долго нам отсюда ехать?

Старик задумался и начал что-то лепетать. От его болтовни, которую я даже не понимаю, у меня начала кружиться голова. Он только воодушевлен пустым монологом. По интонации я понимаю, что он задает мне вопросы, но я только киваю, соглашаясь со всем.

– Дети вышедшие из леса действительно все чудаки…

Эти слова вернули меня в чувства. Дед лишь начал посмеиваться. Я словно почувствовал, что он имел, введу.

Меня словно что-то ударило в грудь, в самое сердце. Та надежда, чтобыла со мной, вспыхнула вновь и загорела еще сильнее. Я надеюсь, что иду по верному пути и совсем скоро найду свою любимую. Осталось лишь добраться до этого места, куда мы едем, и мы сможем вернуться обратно. Знать бы еще, где это.

Что-то резко переменилось, когда в голову ударила мысль, если прошло столько времени, почему же она сама не пыталась вернуться домой? Я просто уверен, что она бы ни за что не оставила свою семью и не пыталась бы что-то предпринять.

Поле не кончается уже долгое время. Мы едем по земле, Вальрек, так зовут спутника, иногда что-то спрашивает и продолжает вести свой монолог. Я стараюсь особо не обращать на него внимания и просто смотрю на белую глиняную дорогу, по которой мы едем.

Лес уже скрылся из вида, мимо нас начинают проходить люди и вот еще немного и появляются первые дома. Почти все сделаны из деревянных бревен, некоторые попадались с белой побелкой и соломенными крышами. Я словно попал в какие-то древние времена из книжки по истории. Снова. Деревянные дома, каменные колодцы, женщины в длинных платьях стоят около них с коромыслом. Мы подъехали к центру, выехав с пригорода. Стиль архитектуры начал плавно меняться. Двухэтажные кирпичные дома с магазинчиками на первых этажах, жилые дома облеплены росписью и скульптурой разных форм. Какая ирония, попасть в прошлое, а из от туда, в другое.

Вокруг всего этого начинается суета, каждый занят своим делом и спешит подготовить свою лавку, обставив полки товаром. Торговцы скапливаются у домов с прилавками готовыми совершать обмен, рядом вьются покупатели, дабы поскорее приобрести желаемое. Мы остановились, где поменьше людей и я, наконец, слез с неудобной повозки.

– Спасибо что подвезли, вы меня очень выручили.

Вальрек кивнул в ответ и поехал дальше. Я завязал куртку на поясе и двинул по дороге. Мимо меня проходит огромное количество людей, кто с гармошкой вприпрыжку, распевая песни тем самым завлекая народ, кто тащит за собой скот, а кто просто пришел поглазеть.

Я прохожу по главной улице, разглядывая весь этот суетливый рынок. Тут витает приятный запах свежей зелени, цветов всей окраски, что можно только придумать, большинство каких я в жизни не видел. Ящики с рыбой быстро переходят с одних рук в другие. Кто-то совершает покупку молодого барана, заплатив при этом немалые деньги.

Такого в наших привычных супермаркетах не встретишь. Люди приходят, кладут товар в корзину, проводят картой по терминалу и на этом все. Эти два времени сильно отличаются друг от друга. Я бы даже сказал то где я сейчас нахожусь повеселее что ли. Местные общаются, совершают сделки, в общем обстановка тут оживленная, а главное это место очень отличается от Дойжера. Там все просто, понятно, в каком ты году, а сейчас у меня даже нет и малейшего понятия, даже в какой стране нахожусь.

Проходя сквозь толпу, жаждущих наполнить свои корзины, меня стала завораживать каждая мелочь, что находилась вокруг. На секунду мне даже показалось, что за мной наблюдает паренек, постоянно смеясь над тем, как я заворожено разглядываю людей. Хотя нет, все же мне показалось, его взгляд резко решил переключиться на корзину с мясом. Даже если мои догадки оправданы, нужно быть осторожнее.

Не замечая шума стоящего округе, я внезапно сталкиваюсь с девушкой, от чего та роняет огромнейшую корзину на землю и все продукты, что в ней были, высыпаются. Мне стало неловко и я сразу же кинулся собирать их. Девушка, одетая в коричневые брюки и льняную рубашку, что гораздо больше ее, перепугалась и тоже присела рядом. Короткие волосы слегка закрывают лицо, но я все же замечаю её красивые зеленые глаза. Тут до меня доходит… Я их раньше видел. Совершенно не думая о волнении, протягиваю руку и заправляю волосы за ухо. Мои ожидания оправдываются. Сердце начинает биться все быстрее, когда я вижу что Милада, сейчас находится рядом со мной. Я не могу поверить своим глазам. Это и вправду она или после всего, что произошло, у меня снова начались галлюцинации? Ажиотаж, происходящий вокруг меня, будто бы прекратился и все люди испарились. Здесь только я и она.

Удар по ноге. Я скорчиваюсь. Ещё удар по грудной клетке. Боль держится несколько секунд, прежде чем начинаю соображать, что происходит. Подняв голову, я вижу над собой высокого парня, с круглой физиономией и рассеченной левой бровей, одетого в синие шаровары и белую рубаху. В руке тонкая деревянная палка, видимо ей он и нанес удары по мне.

– Оставь мою служанку в покое! – заговорил тот.

Я замерев на месте, не сразу понимаю, прозвучавшую фразу. Слово «служанка» врезалось в меня как кость в горло. Я понял, что он имеет, введу. Мне стало так больно в душе, будто он сказал что-то неприятное мне. Это место колоссально поражает меня с каждой секундой.

– Катись в ад…

Парень ловко прокручивает между пальцами своё орудие и со всей силы ударяет меня по лицу, так что у меня чуть челюсть не вылетела. Я падаю на землю и счесываю подбородок о неровную поверхность.

– Не смей к нам приближаться, нищеброд! А ты паршивка собирай все что обронила и быстро домой, я повторять не стану.

Парень развернулся и ушел в обратном направлении. Мила быстро начала выполнять приказ этого ублюдка.

– Мила, что происходит? Это же я, Рамиль…

– Извини, – тихим голосом сказала она. – Я тебя не знаю, и меня зовут Агнесс, – она улыбнулась все той же знакомой мне улыбкой, на какую я смотрел все 9 лет. Улыбка, а рядом крошечная ямочка.

Я сидел, словно завороженный глядя на нее, как на нечто прекрасное, божественное, боясь, что она так же исчезнет передо мной как тогда. Мне очень страшно потерять её навсегда. Спустя столько времени, с надеждой в сердце я шел вперед, к ней, но что-то произошло и она не знает, кто я. Может быть это одно из последствий Дабин. Как ни странно, она помнит наш язык и понимает того парня.

– Мне пора.

Я вернулся в реальность. Внезапно весь шум городского рынка снова возвращается, и я слышу его. Сидя на земле, смотрю, как она уходит следом за тем имбицилом. Люди начинают с обеих сторон наступать, закрывая её собой. Без каких-либо колебаний, мигом вскакиваю с места и бегу за Миладой.

– Стой!

Она оборачивается.

– Рамиль, у меня будут из-за тебя проблемы.

– Ты меня не знаешь?

– А должна?

– Прошу, пройдём со мной, ты не должна быть здесь.

– Максим разозлится, если увидит меня с тобой. Мне нужно отнести это домой.

– Я тебе помогу, – выдергиваю корзину у неё из рук, но дальше не иду. Мила стоит в недоумении, но тоже не уходит.

– Что ты от меня хочешь? Виктор, должен тебе денег? Тогда тебе к нему, я тебе ничем не помогу, – она забирает корзину и уже разворачивается, чтобы идти, но я хватаю её за руку.

– Я пришел, чтобы вернуть тебя домой.

– Прости, но мне, правда, пора.

Она мне не верит и наверняка принимает за сумасшедшего. Тут мне в голову приходит небольшая идея.

– Ладно, увидимся ещё, – отпускаю её, Мила дарит мне улыбку и идет дальше.

В моих планах сейчас проследить за ней и узнать, что происходит, ибо ничего другого я пока не придумал, а слушать она меня не хочет.

Я стараюсь не отставать. Иногда теряю из вида среди толпы, но за счёт того что корзина не позволяет ей идти быстро, я вскоре догоняю её.

Рыночная площадь на моё удивление оказывается не такой большой, как я изначально предполагал. Недолго пробиваясь среди торговцев и покупателей, мы вышли на широкую заасфальтированную дорогу, с двухэтажными домами. Люди топчутся друг возле друга, общаются, галдят. Их одежда сильно отличается от нашей, современной. Ладно, еще там Дармоны одетые в стили 80‑х, 90‑х они родились в те времена, но эти лохмотья похожие на халаты, в которые одетые эти люди нагоняют меня на мысль, что мы с Миладой попали еще дальше, чем можно предполагать. Если бы у меня сохранились еще те знания со школы по истории, может я бы и понял, что сейчас происходит.

Мы доходим до толпы, которая окружает гильотину и рядом стоящих двух крупных мужчин в черных масках, средних лет парня одетого в самые настоящие лохмотья. Дамы в шикарных платьях, явно стоящие немало денег, громко общаются между собой о предстоящей казни. У них очень красивый язык, но, к сожалению, я ничего не понимаю. Рядом с ними не менее солидные господа, гордо стоят и слушают щебетания своих девушек. Я никогда раньше не видел казнь, да и вообще смерть человека, а тут прям на моих глазах собираются лишить бедолагу жизни. Никто из присутствующих даже и не думает посочувствовать ему, лишь с жаждой ожидают зрелища, когда прольется кровь. Мила также не собирается останавливаться среди этих ненормальных.

Владея Силой Дармона, чтобы не сделал этот человек, человечно было бы остановить это. Удивительно, что Мила не вмешивается, жаль я не обратил внимания на её руку. Может если она не помнит своего прошлого, то и не знает кто она. Видимо Силы остались в нашем мире, а здесь она обычный человек. Если бы только владела Даром, то мы бы могли перенестись от сюда…наверное.

С тысячей вопросов витающих в голове мы продолжали идти, я все так же старался не отставать и не привлекать внимания. Вскоре шикарные дома перестали появляться перед нами и, пройдя дальше от центра города, ты словно попадаешь в бедный пригородный район. Он обделен одинокими домами из больших брёвен, с территориями вокруг них. Дети играют друг с другом, их матери трудятся во дворе.

Дорога начинает круто идти вниз, каменная дорога меняется на тропу, схожую на ту, по какой я шел в лесу. Неужели она тут живёт. Вокруг ничего такого нет, где бы я мог спрятаться, чтобы Милада меня не заметила, поэтому я решил прилично отдалиться, чтоб только видеть её силуэт. Вскоре мы дошли почти до самого края поселения, Мила завернула по левую сторону к небольшому дому, огражденным ветхим забором из старых деревяшек. В отличии от других, рядом стоящих этот дом знатно отличался от всех, он единственный выполнен из саманны и выбелен белой краской, так же ему придает утонченности деревянная крыша. Неподалеку от него стоит дерево, я за ним прячусь, чтобы наблюдать, чтобудет дальше.

Бедняжка дотянула тяжелую корзину к порогу дома и стучит в дверь. Почему же она не заходит внутрь, там даже замка нет. Спустя некоторое время, раздаётся жуткий скрип дверей, который доносится и до моих ушей и оттуда выходит мужчина с длинной седой бородой, которая сливалась воедино с не менее длинными волосами. Его рука потянулась в карман белых брюк и достала оттуда небольшую курительную трубку. Спокойный взгляд не покидал Миладу, а та стояла, опустив глаза на землю.

Вокруг витал напряженный момент, будто вот-вот что-то должно произойти, эта обстановка меня начинает меня пугать. Сжимая вишневое дерево, капли пота скатывались по лицу и по всему телу, то ли из-за жары, то ли из-за переживания за любимую.

Старик что-то говорит ей, а затем пауза, он замахивается и ударяет по щеке. Мое сердце будто сдавили кулаком. Не знаю, что во мне переменилось, я забыл, что происходит вокруг, кровь в жилах закипела от злости, а в голове лишь одна мысль которую я сейчас и осуществлю.

Словно разъяренный гепард вылетаю из-за дерева, стоящие около дома меня не замечают до тех пор, пока я с ловкостью не перелетаю, метровый забор и не несусь на них. Первый кто обратил на меня внимание с небольшой надеждой Милада, она словно обрадовалась, увидев меня. Нас стало отдалять друг от друга всего пару метров.

Неподалеку от дома растет магнолия, которая только только начала цвести разнося повсюду нежно ванильный аромат. Буквально в долю секунды я замечаю знакомую физиономию, которая выглядывает из-за дерев, с агрессивным взглядом. Максим быстро переместился к деду, выставив перед собой ту самую палку, показывая свой авторитет. Меня это нисколько не испугало, а наоборот лишь придало уверенности и силы.

Я бегу на них не чувствуя земли под ногами, совершенно не думая о том что собираюсь делать, мной будто кто-то со стороны управляет, а я поддаюсь. Не успев подбежать к Максиму и остальным, на расстоянии вытянутой руки, тот вновь ловко, главное так быстро прокручивает палку и ударяет по лицу, так что я отлетаю на несколько метров от них. Не успев позабыть о счесанном подбородке, появляется новая боль. Еще б чучуть и можно было бы потерять половину зубов. Открыв глаза, я увидел голубое ясное небо. Во рту стоит металлический привкус, я потянулся рукой и обнаружил немного крови. Ко мне приближались громкие шаги, Максим стал надомной с ехидной улыбкой. Я быстро поворачиваюсь на бок и откатываюсь подальше.

– Я не ясно выразился? – спросил он.

– Иди ты к черту!

Я поднимаюсь с земли, так как не собираюсь сдаваться без боя. Этот старикашка ответит мне за то, что сделал. Чувство злости расходилось по телу вместе с притоком крови. Позади меня валяется лопата, которую я хватаю для самозащиты, этот Максим тоже не собирается мирно иметь со мной дело.

– Последний раз повторяю, уходи по-хорошему, – злобным голосом сказал тот, вращая между пальцами оружие.

– Парень!

Послышался хриплый голос старика, Максим наклонил голову в его сторону на пару секунд, а затем выражение лица сменилось на обычное, с легкой улыбкой. Меня это насторожило, от чего крепче сжал черенок. Амбал бросил рядом палку и стал понемногу приближаться в мою сторону.

– Я вижу ты не из этих краев. Что ж, постараюсь максимально ясно выразиться, – говорил он подозрительно спокойным тоном

Я сделал шаг, назад выставив конец лопаты перед собой. Парень резко поднял ладони, перед собой показывая, что не собирается нападать. Он сделал несколько шагов вперед, а я назад.

– Я Макс, – его рука потянулась ко мне для совершения рукопожатия.

Ослабивши хватку, я доверился этой угнетающе накаленной ситуации. Максим крепко сжал мою руку и натянул противную улыбку, чуть ли не до ушей. Тут я понял, что он задумал, но было уже поздно. Купившись на его уловку я слишком поздно об этом пожалел. Огромный кулак сжался и с невероятной силой прилетел мне по носу. Могу поклясться, что слышал, как он сломался. В тот момент я уже ничего не соображал, а мое бездыханное тело упало на землю, потянув за собой очередное поражение.

Глава 17

Открыв глаза в помутнении, я не сразу понял, где нахожусь. Картинка все еще была смазана. Мне стало тяжело дышать, кажется, он все-таки сломал нос. На кофте красовалось большое алое пятно, крови я потерял немало. Руки связаны сзади между собой, да и к тому же меня самого привязали к столбу. Вокруг валяется солома, стоит отвратительный запах дерьма. Я присмотрелся и увидел, напротив, по обе стороны находится два загона, а оттуда выглядывают морды лошадей. Они явно недовольны моим присутствием. Я и сам не рад тут быть, зная, что люди не в себе и могут предпринять, бог знает что.

Раздается глухой скрип, прямо напротив меня открываются ворота, сразу замечаю, что уже вечереет, значит, пробыл я тут пару часов. На проходе стоит Милада, в руках держа стакан воды. Меня сразу охватило волнительное чувство, словно передо мной стояла не она, а призрак, который снова растворится в воздухе. Я будто вижу её впервые и снова влюбляюсь. Все сбылось как в видении, сельская одежда, неровная короткая стрижка, и испуганный взгляд. Видимо тогда она смотрела на этого Максима.

Она подходит ко мне с некой не доверчивостью и присаживается на колени. Я все не отрываю взгляда, столько хочется сказать, а язык не может и слова выдавить. Мила достала с кармана небольшую салфетку, со стакана выливает на неё немного воды и бережно начинает вытирать запекшуюся под носом кровь. Процесс немного доставляет дискомфорт, но я стараюсь не обращать на это внимания, ведь передо мной та, ради которой я здесь.

– Извини, если больно, – дрожащим голосом сказала Мила.

Я, наконец, обратил внимание на её запястье, там не было ни малейшего упоминания о знаке.

– Мила, где твоя метка?

– Ты о чем?

И тут я даже не знаю, как дальше развернуть разговор. Похоже, тот мощный удар вышиб ей память, очень повезло, что со мной такого не случилось, иначе мы бы оба тут застряли.

– Развяжи меня, и я тебе все расскажу, не бойся меня, я тебя не обижу.

– Не могу, – она поднимается и делает несколько шагов назад – за тобой скоро придут.

– Кто?

– Максим и его отец продали тебя каким-то богачам… мне очень жаль, что так получилось.

У меня перехватило дыхание от услышанного. Какое у них есть на это право? Кем возомнили себя эти ублюдки? Пусть знают, что я без сопротивления не сдамся.

– Мила, девочка моя, прошу, поверь мне, я здесь, чтобы забрать от этих чудовищ, которые издеваются над тобой. Смотри, в куртке, во внутреннем кармане. Сама убедишься.

На пару секунд она все же задумалась, но потом подошла ближе и достала свернутую напополам фотографию. Это та самая, которая хранилась у меня под стеклом дома уже очень долгое время.

Когда-то один из одноклассников решил в шутку нас сфотографировать, хотев этим действием высмеять и опозорить на всю школу. Распечатав большой плакат, разрисовал нас под жениха и невесту и вывесил в центральном холле школы. К большому счастью в тот день

Мила не пришла на занятия и не увидела этого. Меня же это конечно немного задело, но я не стал устраивать разборки из-за этого, но только потому, что кадр был очень удачным. Мы смотрим друг на друга, а между нами проходит поток чувств, про которые мы так и не решались друг другу рассказать. Её улыбка, которая сводит меня с ума, как только я замечаю её. В тот день на ней были её любимые духи, запах которых я до сих пор помню. Не буду говорить, как я добыл ту фотографию и сделал себе мини-версию, так как это был не самый лучший поступок, но я об этом ни капли не сожалею. А тот плакат мне пришлось уничтожить, иначе я боялся, как бы это не ранило её.

– Взгляни, это ты, а рядом я. Мы учимся в одной школе, сидим за одной партой. Сама посуди, ты оказалась здесь недавно, не зная, кто ты и где находишься.

Она оторвала взгляд от фотографии и наконец, начала прислушиваться к моим словам.

– Освободи меня и мы уйдем отсюда.

– Хорошо, я тебе верю, – она поставила стакан на пол – погоди, я сейчас.

Мила быстро развернулась и ушла в правую сторону скрывшись из поле зрения. На меня остались глазеть те же морды лошадей, за воротами быстрее начало темнеть, а на небе идет темная масса облаков. Их печальный взгляд нагонял на меня тревогу, которой и без того хватает. Сейчас самое главное, как можно скорее, унести ноги, подальше от этого сумасшедшего дома и придумать, как нам двоим вернутся домой, где нас уже ждет очередной поток неприятностей. Меньше чем за минуту Милада возвращается назад, в руках держа садовые ножницы, я сразу догадался для чего они.

– Скорее, – занервничал я, будто в эту же секунду перед нами появится разъяренный Максим и вся его ненормальная семейка.

Не успела Милада продеть лезвие ножниц в петлю, чтобы разрезать канат, удерживающий мои руки, я почувствовал, что за нами наблюдают. Мила закрыла собой пространство, но все равно, ком в горле застрял, не давая нормально дышать.

– Куда-то собрались? – на пороге стоит Максим все с той же дьявольской усмешкой на лице. За ним появляется полная женщина в красном жилете и длинной юбкой собиравшей всю грязь с земли.

– Как ты посмела сюда сунутся? – завопила она, Милада выронила ножницы и испугалась так, что этот страх почувствовал и я. Видя эти бешеные глаза с которыми влетела сюда эта мерзавка тут любой бы потерпел страху.

– Ракель… – задрожала Мила.

Ракель подхватила её за руку и увела в сторону.

– С тобой я позже разберусь.

Сюда заходят два высоких, но очень худых парня схожими друг на друга внешностью и сразу же направляются в мою сторону. К воротам подъезжает черная карета, и оттуда выходят дама в бежевом платье, которое подчеркивает её осиную талию, а следом за ней не менее дорого одетый мужик. Они оба остановились, с гордо поднятыми головами ожидая, когда меня заволокут к ним в повозку. Один из парней обходит меня и распутывает руки, освобождая от столба. Я пытаюсь побежать вперед, но второй хватает меня и приподнимает вверх, его напарник быстро подлетает и пытается ухватить мои ноги. Я изо всех сил не даю ему это сделать.

Несмотря на их худощавое телосложение, они оказались довольно сильными ребятами. Мое сопротивление очень быстро надоело и, не успев ничего сообразить, снова в одно и то же место мне прилетает удар кулаком. Добившись того, что я немного вышел из строя, парню все же удалось ухватиться за мои ноги. Моему носу здорово досталось, не знаю, как мне еще удается дышать, но частички крови попадают в легкие, что иногда затрудняет это делать. Они понесли меня к выходу, я не мог уже пошевелиться, да и вообще что-то соображать. Кинув меня, словно мешок с картошкой, в карету они быстро закрыли дверь. Через пару минут ко мне присоединились, те кто меня купил. В скором времени мы тронулись с места и меня увезли в неизвестность.

Милада

Его забрали, моя крошечная надежда вырваться из рук Виктора сейчас уедет, и я возможно больше никогда не увижусь с ним. Что-то все-таки в этом парне меня зацепило. Появился так неожиданно, говорит, что знает кто я и почему здесь, а я наоборот. Эти люди, на которых я работаю очень жестокие, но тогда у меня не было выхода. Побежать остановить повозку мне никто не даст, это я знаю, лишь получу новую партию синяков. Возможно, мне удастся узнать, куда его везут и тогда я смогу сбежать туда. Надо только выждать подходящий момент и незаметно выскользнуть. Я почувствовала снова эту ужасную боль в шее, это чёрное пятно начало пульсировать и немного менять местоположение. Может этот паренёк знает, что это за штука.

– Агнесс, если ты ещё раз что-то подобное выкинешь – будешь неделю работать без еды! – заорала Ракель. – Ты меня поняла?

– Да, прости меня, – тихо промямлила я.

Ракель единственный человек из их семьи который не поднимает на меня руку. На вид она может показаться злой и жестокой, но на самом деле это не так. Где-то глубоко в душе она даже очень добрая, почти каждый день я слышу от нее угрозы в свой адрес, вот как сейчас, но даже после этих слов каждый вечер она приносит мне вкусный ужин. Мне даже иногда кажется, что она сама боится своего мужа, а её сын похож на Виктора. Однажды до меня дошли слухи об этой семье, что когда-то у них был еще один ребенок, но они так извели его, что то решил покончить с собой. Теперь понятно почему…

Ракель и Максим покинули сарай, в котором я живу, приказав заняться уборкой лошадей. Лишь мысль о побеге посетила мою голову, как кто-то по ту сторону ворот начал их закрывать. Главный минус этого жилища – полное исключение побега отсюда, ворота закрываются только с внешней стороны, нет никаких крупных щелей, через которые можно удрать. Хоть я и по своей воле работаю на эту семью, они все же решили подстраховаться. Колода успешно перекрыла мне путь, кажется, они сразу догадались, что я собираюсь делать, а терять работника который пашет на них за еду им не выгодно.

– Чёрт! – начала я барабанить в дверь. – Чёрт! Выпустите меня!!!

Никто не приблизился к двери, я заперта тут и снова остаюсь одна. Мне почему-то стало так обидно, присев на землю и облокотившись о ворота, я не заметила, как слёзы начали выступать из глаз. Этот незнакомец зацепил меня чем-то, я даже не могу передать, что сейчас чувствую к нему, всё так смешано и непонятно. На секунду мне даже показалось, что я его знаю, но черт, я совсем ничего не помню. Сейчас главное успокоиться и дождаться утра, как только дверь откроется я побегу. Я больше не могу терпеть такое отношение к себе, даже если не найду Рамиля, лучше жить в бегах, чем с ними.

Поднявшись с пола, я отправилась на место, в конце помещения, где всегда сплю – небольшой сток сена и тонкий плед. Рядом стоит керосиновая лампа, благодаря которой здесь есть хоть какой-то свет. Зарывшись в сено, я долго не могла заснуть, лишь смотрела в потолок и слушала шум приближающейся грозы. Он меня успокаивал. Я, конечно, старалась не думать о Рамиле, но мне удавалось это с трудом. Только через час, а может и больше мои веки сомкнулись, а дождь, наконец, начал заливать землю от чего я почувствовала сырость и прохладу вокруг. Лошади тоже уже спали, странно, что они не боятся грозы, они у меня смелые. Видимо за столько лет привыкли к такой жизни, но только не я.

Глава 18

Дождь не прекращался, а, кажется, только усилился. Я проснулась и услышала, как возле двери был какой-то шум. Пару минут и колода падает на землю. Дверь открывается, а на пороге я вижу какой-то силуэт. Сначала мне было плохо видно из-за ночного мрака, окутавшее наше село и даже немного пугающее, ведь первое на ум пришло, что это Макс. Он осматривается, а затем я слышу знакомый голос.

– Мила, – шепчет Рамиль.

Я никогда в жизни не была так счастлива, как сейчас. Бегу к нему и увижу, что он настолько промок, что хоть отжимай.

– Ты вернулся.

– Я не мог тебя тут бросить.

– Я так рада тебя видеть, – сама того не замечая кинулась его обнимать. Честное слово, не знаю, как так получилось.

– Однажды, ты ко мне пришла такая же промокшая – улыбнулся он, хоть я этого и не помню.

– Пойдем, я тебя укутаю пледом.

Мы подошли к моей чудесной «кровати», я достала старое покрывало, которое уже от старости выцвело и протянула Рамилю, тот смущенно его взял и тут я поняла, что он должен раздеться! Нам обоим стало немного неловко, я решила пройтись к двери и закрыть её, а когда вернулась, Рами уже сидел на полу замотавшись.

– Прости, я все на себя забрал, тебе, наверное, тоже холодно.

– Есть немного.

– Тогда садись рядом, – могу поклясться, после этих слов я наверняка покраснела как вареный рак. – Не бойся.

Я покорно сажусь рядом и укрываюсь второй половиной пледа. Тепло его обнаженного тела начинает меня согревать, сердце начинает биться быстрее, я не знаю, куда девать глаза, взгляд падает то на него, то на рядом стоящие лошади, почему я так нервничаю? Парень резко заметушился и через пару секунд достал фотографию.

– Целая… – сказал он так, будто это единственное что у него есть из самого дорогое. На этой фотографии я и он за одной партой. Что же с нами случилось?

– Мила, я не знаю, что мне делать, – уставившись в потолок, сказал Рами.

– Ты о чем?

– Один человек, который помог мне сюда попасть сказал, чтобы вернуть тебя домой у меня будет 2 дня, мы буде вместе, но что-то пошло не так и я стался один. День я уже потратил и так ничего не придумал, я даже не знаю, за что хвататься.

– Мы обязательно что-то придумаем…

– Расскажи, что ты помнишь.

Я очнулась посреди леса, вокруг никого не было, совершенно сбитая с толку, не представляла, что мне делать дальше. Несколько часов блужданий вывели меня на тропу, где я встретила первого человека, он ехал на рынок и согласился подвезти меня. Иногда он даже как-то странно шутил – слова про Вальрека насторожили его, будто бы он знал его и в чем-то подозревал. Мы расстались на главной площади, он спросил, как меня зовут, именно тогда я и поняла, что сама не знаю, кто я.

Несколько дней мне пришлось прятаться в богатых домах, они были настолько огромными по сравнению с этим, что меня там даже не замечали. Потом я встретила Максима, мы разговорились, он предложил мне работу, а вместо оплаты он дал мне жилье и еду.

На тот момент мне казалось это подарком судьбы, и я без раздумий согласилась. Ведь вечно скрываться по домам я не могла и просыпаться по ночам от каждого шороха в страхе, что меня найдут. Только потом я узнала, куда на самом деле попала, Максим и вся его семейка оказались теми ещё подонками.

Одним днем Максим заставил меня до блеска вычистить его и его друзей новые туфли, им, конечно же, мои старания не угодили и они решили повеселиться, отрезав несколько прядей волос. Просто, ради веселья. Я пыталась все исправить, но я не парикмахер, вышло только хуже, сам видишь. Это еще не самое обидное. На следующий день, отец Макса продал кулон, похожий на твой, только оранжевого цвета. Это все, чтобыло со мной с самого начала.

– Он здесь? – Рамиль чуть ли не подскочил с места.

– Да, но он уже у одной богатенькой семьи.

– Я про то, что он вообще тут, в Измаиле.

– Да… а откуда они взялись?

– Это твой подарок, – Рами лег обратно на сено с довольной физиономией.

– Ты чего? – я аж улыбнулась.

– Кажется, я знаю, что нам делать, но давай дождемся, когда дождь закончится, я за сегодня подустал.

Мы легли рядом, продрогшие тела пытались согреться, но из-за сырости вокруг мы замерзали еще больше. Я боялась к нему прильнуть, положить голову на плечо, но весь мой страх он чувствовал и пытался заглушить проявив инициативу. Его рука прижала меня к себе, дав, наконец, расслабиться. Теперь кажется все идеально. Мы начали согреваться, но шум дождя не давал нам уснуть, в голове прокручиваются последние события нескольких недель, с тех пор как я очнулась в лесу. Рамиль закрыл глаза, но я чувствую, что он тоже не спит. Ракель не принесла ужин, видимо Виктор не разрешил этого делать, такое случается только в этом случае.

– Рами, – прошептала я, так как не уверена, спит ли он.

– Да? – ответил он тоже шепотом.

– Как ты сбежал?

Он открыл глаза и улыбнулся так, будто вспомнил давнюю шутку. Меня это позабавило и сбило с толку.

– Мне пришлось притвориться спящим, я дождался пока все тоже уснут, а затем открыл дверь и прямо на ходу выскочил. Мы отъехали прилично, но глядя в окно, я старался запомнить дорогу.

Сумасшедший. И как ему только пришло это на ум? Этим он вызывает у меня амбивалентные чувства. Я совершенно не представляю, что он задумал, но этим он меня ещё больше озадачивает. Мне хочется узнать его, свою стертую из памяти прошлую жизнь, почему он так обрадовался простому кулону, мой подарок… Что же это все значит? Все это странно, он, подаренная подвеска, пятно на шее, которое постоянно чешется, что очень раздражает.

Хоть дождь понемногу сбавляет темп, убегать мы не стали, у нас уже просто не было сил. Я дождалась пока мой загадочный спаситель заснет и тихонько положив руку на живот, сама начала засыпать. Кажется, он ждал этого момента вечность…

9 часов до возвращения…

Я просыпаюсь первая от боли в шее, пятно снова начинает жечь мою кожу. Рамиль продолжал спать в таком же положении, как и уснул, пока я не начала его толкать. На улице уже начинают проявляться первые лучи солнца и наконец, дождь перестал идти, мы поспали всего пару часов. Все тело начинает ломить, то ли от недосыпа, то ли от того что мы лежали на холодном полу в сырости.

Через час или полтора после восхода, сюда приходит Ракель, чтобы разбудить меня, и я принималась за работу. Кажется, это скоро и произойдет, вещи Рама все еще мокрые, но у него нет другого выхода. Как можно быстрее собравшись, мы начали направляться к выходу. Я открываю ворота и вижу перед собой Ракель. Та стоит не промолвил ни звука, лишь слегка удивившись, она поняла, что мы делаем.

– Ракель! – слышится голос её мужа, где около дома. Она последний раз окинула нас взглядом и ответила:

– Она уже встала!

Ракель нас не выдала! Какое же это облегчение, сейчас только не хватало, чтобы Виктор пустил на нас всех собак и не перебудил село, чтобы догнать, а он это может.

– Спасибо, – прошептала я.

Ракель кивнула в ответ и протянула небольшой свёрток.

– Обойдете, дом и бегите как можно дальше, я постараюсь задержать их как можно дольше.

Без каких-либо колебаний Рамиль берет меня за руку и практически бесшумно, мы крадемся за сарай. Женщина замечает, что Виктор начинает идти в сторону ворот и разворачивается, чтобы его задержать.

– А теперь бежим.

Мы несемся вперед, практически перелетаем через забор. Перед нами расстилается неимоверно красивый пейзаж. Где-то вдалеке виднеются небольшие горные хребты, но они достаточно далеко, чтобы скрываться у них. Внизу склона, на котором находится Измаил, расположена небольшая долина с узкой речкой и красиво разбросанными вдоль гальками. Рам резко замирает на месте и смотрит вдаль.

– Нам нельзя туда.

Я понимаю, что он прав, как бы ни было там обворожительно, там мы точно не скроемся. Единственный путь – обратно в город. Там есть места, в которых можно укрыться, например, дома, продуктовые ларьки, просто здания. Все это сыграет нам на руку и выиграет немного времени.

Спустя может полчаса, мы добираемся до места назначения. На улицах практически нет людей, только бездомные собаки перебегают от дома к дому в надежде что-нибудь найти. Я совершенно не представляю, что нам делать дальше и куда идти. Дом… интересно, какой он?

– Рами, расскажи мне что-нибудь о моей жизни.

– Что тебя интересует?

– Например… моя семья.

– Знаешь, у тебя замечательные родственники. Твои родители очень переживают за тебя, ты недавно ушла из дома… а ещё у тебя есть младший брат, именно он помог мне сюда попасть.

– И где же он сейчас, почему вы не вместе?

– Это сложно объяснить… Мы разделились как раз, когда я сюда попал. Давай лучше вернемся к теме, где я должен придумать, как тебя вернуть домой.

– А чтобудет, если ты не придумаешь?

– Хороший вопрос.

Меня, конечно, распирало от кучи вопросов в моей голове и мне так хочется узнать все и сразу, но видимо это придется оставить на потом. Мы продолжаем идти по главной улице и наконец, находим скамейку.

– Давай посмотрим, что нам дала Ракель.

Брюнет осторожно разворачивает сверток, там оказываются 2 бутерброда треугольной формы.

– Все-таки она хорошая женщина, – беру один. – Но мне жаль её, что она попала замуж за такого человека.

– У каждого своя судьба…

Мне стало понятно, что это он и обо мне. Что же ты знаешь такое…

К моим ногам подбежала дворняжка и начала жалобно скулить. Она не выглядит истощенной или мне так кажется за золотисто грязной длинной шерстью, но все же, не пожалеть её я не могу. Это невозможно смотреть как маленькое беззащитное животное, дрожа от холода, просит у меня еду. Глядя на неё, у меня сердце от боли начало разрываться на куски, кто же мог так безжалостно выкинуть живое создание на холодную улицу. У меня появилась ненависть к таким людям. Я без капли сожаления отдаю ей свой бутерброд, даже не смотря на то, что у самой в желудке ничего не было со вчерашнего дня. Видимо Рами тоже не смог сдержаться, и отдал ей свою долю. Собака покончила с едой в два счета и начала лизать мне руки.

– Какой у тебя план?

– Нам нужен твой кулон. Ты помнишь тех, кто купил его у Виктора?

– Да, они живут недалеко от рынка. Его купил один богач для своего сына. Думаю, они сейчас дома.

– Значит, нам предстоит навестить их.

– Вряд ли они его отдадут нам, а выкупить – так у нас столько денег нет.

– Значит, мы пойдем другим путем.

Кажется, Рам задумал выкрасть кулон. Это просто безумный план, от которого кровь стынет в жилах, потому, что здесь за подобные преступления тебе без суда могут назначить смертную казнь. Но в то же время, а почему бы и нет, почему бы и не испытать дикого адреналина, как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанского.

– По рукам.

Мы снова идём по главной улице. Я замечаю, что за нами плетется та самая дворняжка.

– Ты с нами решила пройтись? – собака начинает радостно вилять хвостом. – Будешь нашим другом. Я назову тебя Тесса.

– Ну-у-у нет, – улыбнулся Рами. – Как только даёшь им имя сразу привязываешься.

– Это же чудесно, она наш друг, а друзей не бросают.

Рамиль смущенно взял меня за руку. Я не стала сопротивляться, видимо какая-та часть меня этого хотела, а он был только этому рад. Я чувствовала, что он немного переживал, поэтому поводу и кажется, раньше, когда я еще помнила себя, он боялся это сделать, а сейчас стал что ли смелее.

Собака помахала хвостом и побежала вперед. Наш путь вел по каменной дороге, вдоль которой располагались жилые дома. По дороге нам практически не встречались люди, чаще всего это были торговцы с окраины села, которым нужно продавать молоко, яйца и прочие свежие продукты.

Сегодня будний день, поэтому изредка можно встретить студентов академии, которые спешат успеть на повозку. В определенное время, рано утром приезжает большая телега, которая довозит ребят до учреждения. Кто не успевает, вынужден будет идти пешком несколько километров. Измаил единственное село в округе, где есть возможность обучаться хоть чему-нибудь и которое имеет личный транспорт для перевозки студентов.

Мы доходим практически до самого начала рыночной площади. Сейчас на ней практически безлюдно, нет как вчера ажиотажа и толпы народу. Остались лишь забытые корзины и пустые прилавки. Не смотря на то, что рынок работает два раза в неделю, некоторые торговцы все же выходят торговать мелкими товарами, которые нужны каждый день. За несколько домов от нужного, мы останавливаемся у небольшого кафе, чтобы, продумать план действий. Это очень опасно проникать в чужой дом так ещё и среди белого дня, где в данный момент находиться хозяева. Глупее этого плана, я ничего не слышала. Так как другого у нас нет, приходится соглашаться.

Нужный нам дом состоит из двух этажей, выполненным из природных камней светлых тонов начиная от белого до темно бежевого. По бокам рядом с окнами есть водосточные трубы, что как раз нам на руку. Перед входом у самых ступенек растет газон и есть невысокий деревянный забор. Двери дома открываются, и оттуда выходит горничная в замазанном мукой фартуке с небольшим мешком в руках и куда-то уходит. Отлично, чем меньше народу в доме, тем лучше для нас. Еще пару минут подождав, мы решаем идти.

Люди, проходящие мимо, не обращали на нас внимания, видимо в такую рань их тела еще не до конца проснулись. Между домами есть небольшой проход, который ведёт на соседнюю улицу именно туда и побежал Рамиль. Подождав пока никого не будет по обои стороны дома, он начал перелазить через забор, а затем помог мне. Тесса осталась за ним охранять нас. Это глупо конечно лезть сейчас, ведь эта горничная запросто может вернуться и заметить нас, либо же хозяева дома, но как я и сказала выхода другого нет.

Рам стал взбираться по водосточной трубе на второй этаж, а я присев на корточки с лёгкой паранойей стала выглядывать, не смотрит ли кто за нами. Дождавшись пока тот проникнет внутрь, я полезла следом. Труба железная и очень гладкая, что держатся за нее крайне проблематично, спасают положение лишь крошечные выступы. Добравшись до подоконника, я почувствовала головокружение, зацепившись за него ноги, соскальзывают и половина меня висит нервно болтаясь. Руки от страха стали быстро потеть и я начала сползать вниз. Рами быстро подбежал ко мне и взявшись меня под локти начал затаскивать внутрь.

Так страшно мне ещё не было, я была на волосок от падения. Под сильным воздействием эмоций, быстро прижалась к нему и зажмурила глаза. Стало слышно его быстрое сердцебиение, он обхватил меня руками и крепко обнял. Мне стало так хорошо, рядом с ним я чувствую себя счастливее что ли, это счастье кажется мне таким знакомым. Даже не знаю, как описать чувства, что происходят между нами. Кажется, раньше я уже такое испытывала.

Мы смотрим друг другу в глаза и что-то между нами точно происходит, неужели я влюбляюсь в этого человека. Сейчас мы находимся, словно в сказке, он смотрит на неё, она на него, а между ними в воздухе летают феромоны любви. Кажется, он собирается сделать то, что я думаю! От этой мысли по спине проходят мурашки, а дыхание только учащается. Он медленно наклоняется ко мне, боясь, что я могу отстраниться, но я этого не делаю. Я совершенно забываю обо всем и лишь хочу, чтоб он, наконец, сделал это. Еще пара сантиметров и наши губы соединятся воедино. Прошу не останавливайся… Мы слышим, как на первом этаже кто-то хлопнул дверью. Черт!!!

Я только после этого прихожу себя и понимаю, что мы находимся в небольшой комнатке с кучей коробок, старыми стульями и прочим запылившимся барахлом. Между нами теперь образовалась неловкая пауза.

– Нужно поторопиться, – произносит он.

– Что мы будем делать? – шепотом спрашиваю я, хоть и сама чувствую, что заливаюсь краской.

– Думаю, это горничная вернулась, обычно кухни находятся на первом этаже, – он аккуратно поворачивает ручку и она поддается.

Мы выходим из комнаты в коридор, путь ведет налево в две другие комнаты и прямо. В конце по правую сторону находится лестница, откуда доносится музыка и пение женщины. Ближе к нам этого «чудесного» концерта не слышно, видимо одна из дверей, где находится спальня хозяев, ибо если бы они слышали ЭТО в такую рань, то давно прекратили этот ужас. Рам подкрался к ней и прислушался, жестом показал, что туда идти не стоит и подошел к соседней. Я подошла к нему и мы осторожно открыли её.

Внутри никого не оказалось. Комната как оказалась сына того, кто купил кулон. Мы тихо прокрались внутрь, тут довольно просторная, светлые стены, на которых наклеены некоторые постеры неизвестных мне людей, повсюду разбросаны вещи, кровать застелена, а самого хозяина в комнате не оказалось. Я подошла не небольшому столику у окна и начала осматривать полки в нем.

Кроме кучи бумажек от конфет и всякого мелкого хлама тут оказались еще медицинские книги, конспекты и модель сердца человека из очень реалистичного материала. Брюнет подошёл к шкафу и начал обыск там, вскоре я заметила, что он начал подбирать себе одежду, так как его все ещё мокрая после дождя.

Выбрав темные штаны и теплый темно-зеленый свитер, я прям его не узнала. Он стал привлекать меня ещё больше. Я уже не стала стесняться того что ему нужно переодеться, а лишь изредка глядела на его голый торс. Заметив это, он лишь улыбнулся и продолжил поиски. Я тоже не стала медлить и подошла к маленькому комоду у кровати. Через пару минут примитивных движений я понимаю, что тут тоже его нет. В комнате больше не остается таких мест, где мог бы оказаться кулон. Я чувствую, как наши маленькие надежды в сердцах медленно угасают. Никто из нас не знает, что делать дальше и куда идти.

– Нужно уходить.

Ручка двери поворачивается, мое сердце, словно перестает функционировать. В комнату заходит парень с рыжими кудрявыми волосами и практически по всей коже усыпаны веснушки, одетый в грязную рабочую одежду. На вид он кажется немного старше нас. У него сейчас такой же ступор. Его взгляд падает на меня и словно, увидев нечто прекрасное, глядит так несколько секунд, а затем приходит в себя и начинает делать медленные шаги назад. Рам бежит к окну, к счастью оно оказалось раздвижным, в следующую секунду я понимаю, что нам нужно прыгать с пятиметровой высоты.

– Милада прыгай за мной!

– Мы разобьемся!!

– Нам не впервой.

Тот перекидывает ноги наружу и падает на землю. Меня охватил поток страха, только что я боялась свалиться, поднимаясь сюда, а теперь именно это я и должна совершить!!! Чернота на моей шее вновь дала о себе знать, обжигая кожу огнем, но после этого мне будто придали уверенности. Я подбежала к окну и без всяких раздумий прыгнула вперед. Отделавшись лишь сильной болью в ногах, я медленно встала на колени, чтоб перевести дух и заметила, что Рами лежит на животе и не шевелится. И тут моё сердце ушло в пятки. Слезы сразу же начали наворачиваться на глаза.

– Вот они! – услышала я, как кто-то кричал сверху, но мне стало все равно.

– Рамиль… – подошла к нему, не смотря на адскую боль в теле.

Он попытался пошевелиться и издал душераздирающий звук.

– Мое плече…

– Что?

Рамиль начал подниматься, держась за плече, я понимаю, что ему сейчас невероятно больно, нонам нужно уносить ноги. Я помогаю ему встать, и мы направляемся в сторону калитки, ибо перелезть через забор мы уже не сможем. На пороге оказалась горничная, которая начала вопить на всю улицу о помощи. Мы сворачиваем на соседнюю и видим впереди такой же ряд домов, как и тут. Бежать некуда, меня начинает охватывать паника. Мимо проходящие люди не обращают на нас никакого внимания, многим все равно.

– У меня есть идея.

– Думаю сейчас не время импровизировать.

– Просто доверься мне.

Обхватив больного, веду его в сторону знакомого мне дома. Здесь я провела большую часть времени, пока не встретила Макса. Хозяева дома небогатые, поэтому не могут позволить себе дополнительный персонал, сами работают в городе до самого вечера, а когда возвращаются, отправляются практически сразу спать. Оглядываясь по сторонам, я замечаю, что за нами никто не наблюдает, мы подходим к дверцам, что ведут в подвал дома. Только решившись её открыть, я чувствую, как что-то со всей силы ударяет меня по спине, от неожиданности я аж вскрикиваю.

– Тесса, – хрипло обрадовался Рам.

– Ну, ты меня и напугала.

Собака начала радостно носиться по заднему двору, а я тем временем помогла Рамилю зайти внутрь и усадила его на старый мех, что валялся среди кучи хлама. Здесь хоть и мало места, но зато есть свет. Несмотря на сырость и холод нам все же придется остаться здесь на какое-то время, ибо я уверена, что сейчас нас ищет каждая собака в этом захолустье. Я аккуратно снимаю свитер и замечаю, как плечевая кость буквально выпирает из-под кожи. Меня сразу охватывает жар по всему телу. Я будто почувствовала эту боль на себе. Слезы снова начинают наворачиваться на глаза.

– Все в порядке… – сквозь зубы проговорил Рамиль. – Сейчас все пройдет…

Я понимаю, что он это говорит лишь бы успокоить меня, но это ни черта не помогает. Он здесь из-за меня, лежит в холодном поту в этом чертовом подвале. Знакомое чувство тревоги снова нахлынуло меня, в шее прошла вибрация. С дрожью сглатывая горький ком, мне тут же в голову ударяет весьма опасная затея.

– Рами, – почему-то шепотом обращаюсь к нему и кладу ладонь на его теплую щеку, он сразу же заулыбался. – Подожди меня здесь, я сейчас вернусь. Уголки его рта слегка изгибаются, а затем веки смыкаются.

Я выбираюсь из подвала и прячусь за невысоким кустом около дома. Пес носится вокруг, совершенно не понимая, что этим действием может выдать меня.

– Вы не видели девушку невысокого роста в синем комбинезоне сегодня? – послышалось мне издалека.

– Черт, – подумала я. – Тесса, – шепчу ей. – Иди сюда. Это дурное существо думает, что я хочу с ней играть и начинает гавкать.

Я замечаю, что слева от меня есть дыра в заборе и недолго думая, пролажу в неё. Оказавшись на соседнем дворе, я нахожу рыбацкую шляпу, одеваю её пряча под ней волосы, на проволке висят вещи, беру оттуда черные штаны и в быстром темпе переодеваю их, теперь я похожа на обычную девочку в штанах и футболке.

Скрывая глаза под шляпой и видя лишь кусок дороги, мои ноги несут меня снова к тому дому. В голове засел очередной глупый план, что нужно продолжить поиски кулона, пока все будут искать меня за стенами этого дома, даже не догадываясь, что я снова вернусь. Рамиль очень сильно надеется на него, и я постараюсь не подвести, хоть я и не понимаю, как эта штука может нам помочь.

Судя по логике и найденным медицинским учебникам, найденным в комнате рыжеволосого парня, можно предположить, что он будущий врач. Вероятность конечно мала, что он захочет нам помочь, но все же попытаться нужно. Дрожь вновь пробежала по спине и не из-за страха, что мне снова придется взбираться по трубе, а от того что я оставила Рама одного с мучительной болью в плече. Вдруг нас станут искать в том подвале и что тогда будет. Мало того, что за нами гонится Виктор, так еще и вторая половина села, за проникновение в чужой дом. Нужно выкинуть дурные мысли из головы и настроиться на поиски.

На этот раз я взобралась по трубе легче, чем в прошлый раз, словно кто-то добавляет мне уверенности. Я отворяю окно и пробираюсь в каморку. В доме тишина, возможно, все сейчас покинули дом. Мне это только на руку. Выбравшись из нее, я следую дальше. Думаю в этот раз нужно начать со спальни хозяев.

Прислушавшись у двери на пару секунд, я понимаю, что там никого и поворачиваю ручку. Войдя внутрь, я попадаю в не менее просторную комнату чем мы только чтобыли, в отличии от комнаты того парня, здесь убрано и приятно пахнет.

К моему счастью тут стоит графин со свежей водой с несколькими дольками лимона в нем. Я наливаю в стакан и жадно начинаю пить воду. Это придает мне немного жизненных сил и снимает тревогу. Спустя несколько секунд я снова продолжаю поиски кулона в шкафах и даже проверяю под подушками на кровати.

С каждой проверенной мною полкою, надежда угасает, придавая мысли опустить руки. Теперь я нахожусь в растерянности, этот кулон это все что у нас есть. Сажусь на кровать, чтобы привести мысли в порядок и немного успокоиться. В какой-то момент я начинаю слышать звуки за дверью. Внутри меня снова все сжимается. Я понимаю, что теперь попалась в ловушку. Дверь открывается и на пороге вновь оказывается тот рыжий парень. Наши взгляды сталкиваются, и мы глядим друг на друга в оцепенении.

– Да ты издеваешься! – он первым нарушает молчание.

– Погоди, – вскакиваю я. – Это не то, что ты подумал.

– Да, ты всего лишь два раза проникла в мой дом. Я сейчас позову людей и тебя вышвырнут быстрее, чем ты думаешь.

– Прошу не надо, – со слезами на глазах говорю я. – Мне нужна твоя помощь.

– С чего ты взяла, что я стану тебя слушать?!

Ничего лучше не придумав, я начинаю быстро шагать к выходу, парень застыл в недоумении, я хватаю его за руку и заволакиваю в комнату, захлопнув за собой дверь.

– Жаннет! – начал тот звать на помощь, но я успеваю закрыть ладонью ему рот.

– Я не собираюсь тебя убивать или грабить твой дом или что ты там еще себе придумал. Прошу помоги мне, и я уйду, – я убираю ладонь.

– Что ты хочешь?

Набравшись смелости, я начинаю излагать мысли, нервно заламывая пальцы.

– Недавно, кто-то из твоей семьи купил одну вещь у людей, на которых я работала. Эту вещь отобрали у меня насильно, а она для меня очень важна.

– Ты работаешь на Виктора?

– Я сбежала от него сегодня.

– Правильно сделала. Его сын полная мразь.

– Ты его знаешь?

– Мы учимся вместе в академии, – с горечью ответил парень.

– Я, конечно, знала, что Максим ездит куда-то иногда, но даже не предполагала, что он учится.

– В том то и дело что иногда…

– О чем ты?

– Его отец тянет деньги с моего, чтобы оплачивать своему сыночку обучение, на какое он изредка появляется.

– Но почему он это делает?

– Мой отец отличный архитектор, Виктор – бывший юрист, они работали вместе и когда у моего отца начались серьёзные проблемы, тот ему помог, но прибрав к рукам то, что ему нужно было. В общем, теперь шантажирует мою семью, что может подать на нас в суд, если мы не будем выплачивать ему определенную сумму, – после этих слов он заметно разозлился, но продолжал держать себя руках. – А теперь расскажи, что ты тут делаешь?

– Виктор отобрал у меня кулон, он мне очень дорог, прошу, помоги мне, – спокойно сказала я.

– Его тебе подарил твой парень? – спросив это, он вогнал меня в неловкое положение, от чего я почувствовала легкое смущение.

– Нет…

– Что с ним?

– После того как мы выпрыгнули, что-то случилось с его плечом, ему сейчас очень больно…

За дверью послышались шаги, кто-то подошел к комнате и постучался. Если он меня сейчас сдаст, то мне конец и я нас уже не спасу.

– Вы меня звали? – послышался знакомый голос по ту сторону, ну конечно это горничная пришла.

Парень показал пальцем, чтоб я молчала, а сам подошел к двери, приоткрыв, так чтобыла видна голова.

– Просто хотел узнать не нашли ли ещё беглянку?

– Пока ничего не известно.

– Спасибо. Больше ничего не нужно, – он закрыл дверь и подождал пока та уйдет вниз.

– Ты не выдал меня.

– Хочу помочь, – слегка улыбнувшись, сказал он.

– Но почему?

– Ты красивая…

Его слова повергли меня в шок. Я застыла на месте после услышанного, не зная, что ответить. Я что ему понравилась? Этого не может быть.

– Прости… Я просто, представляю через что ты прошла, живя с этими людьми. Он жесток со всеми, не только дома…

Я словно поняла про кого он сейчас говорит, про себя. Мне стало жаль его, ведь я очень его понимаю.

Глава 19

Мы незаметно выбрались из дома и направились в сторону убежища, где сейчас находится Рамиль.

– Я Леон Мичевски, – наконец, он представился.

– Милада, – произнесла я, а затем вздрогнула, ведь я привыкла к Агнес…

Мимо пробежала галдящая толпа, они явно искали меня, я лишь натянула шляпу как можно ниже, чтоб меня практически не узнать, но некоторые все же обратили внимание на меня. Единственное что, наверное, меня спасло это то, что Леон дома предложил переодеться, выделив бардовую кофту своей матери. Она намного больше меня и я в ней просто тону, за то хоть немного меняет мой облик. Теперь я более менее выгляжу как нормальный человек, а не бездомный в старых тряпках.

– Ты разбираешься в переломах?

– То, что ты описала это скорее вывих плеча. Обычное дело, но нужно скорее его вправить.

– Откуда ты знаешь?

– Я учусь в медицинской академии. Можно сказать вам повезло.

Если бы это было так, но все это происходит из-за меня, а то, что Леон оказался будущим врачом просто совпадение. Через 5 минут мы доходим до подвала, еще раз оглядываемся и заходим. Рамиль так и остался сидеть в том же месте. Его крепко зажмуренные глаза говорят о том, что он уже не в силах терпеть боль.

– Он пришел, чтобы сдать нас?

– Леон пришел помочь.

Я отвернулась от них и стала смотреть на стену покрывшуюся плесенью, лишь бы не видеть то, как Леон будет проводить махинации над Рамом. Секунда, другая я слышу хруст, Рамиль вскрикнул, а затем… кажется, ему, наконец, полегчало.

Мы усадили его обратно на пол. Леон сделал ему повязку, и вколол обезболивающее.

– Ты как? – тихо спросила я, садясь рядом.

– Уже лучше. Когда ты успела переодеться?

Я рассказала ему что произошло, от чего было заметно, как он со злобой начал смотреть на Леона. Не может быть, чтобы Рамиль ревновал, было бы к чему.

– Милада, можно тебя на минуту?

– Спасибо, что помог Рамилю. И прости, что мы вот так вломились к тебе в дом.

– Забыли, – улыбнулся тот, а я краем глаза заметила тревожный сверлящий взгляд Рамиля на себе, я поняла, что ему неприятно видеть меня с Леоном и сделала небольшой шаг назад. – Хочу тебе кое-что отдать, – он протягивает руки под комбинезон и через несколько секунд снимает с шеи кулон. Меня переполняют смешанные чувства, ведь, наконец, мы нашли его.

– Спасибо огромное, ты очень нам помог.

– Я рад, что посодействовал, но, а теперь мне пора, скоро занятия начнутся.

– Постой! – остановил его Рами. – У меня к тебе еще один вопрос. Ты не слышал, в городе есть человек по имени Арчер? – Я перевела предложение Рамиля.

– Увы, не знаком с таким…

– Ладно, спасибо все равно, может, еще увидимся.

Леон покинул подвал, и мы остались одни. Я присела рядом с Рамилем.

– Мы нашли что искали, что теперь?

– Я сам не представляю. Может, они должны соединиться или типа того.

Мы соединяем половинки, ждем несколько секунд, но ничего не происходит.

– Давай еще раз попробуем?

Повторив действие мы не получаем ожидаемого результата, хоть я и не представляю, что должно произойти. Интересно, что он ожидал увидеть после этого действия, это же не портал в другой мир…

– Твою мать! – разозлился он. Его реакция немного меня напугала.

– Кто такой Арчер? – решила добить его расспросами, раз уж на то пошло.

– В тот день исчезла не только ты. Я думал, если он тоже сюда попал, то вместе мы что-то придумаем.

– Очнувшись в лесу, я была одна.

– Мы опять в тупике. Милада, я обещаю, что если не смогу вытащить тебя отсюда и вернусь обратно, я не остановлюсь, никогда.

– Рам, ты мне так и не объяснил толком, что мы делаем и что должно произойти.

– Если я начну тебе рассказывать все подробности, на это уйдет полдня, и ты мне вряд ли поверишь.

– А ты попробуй, я должна знать правду. Мы гонимся не понятно, зачем и за кем. Воруем кулон из чужого дома, за нами гонится пол села, а я до сих пор ничего не понимаю! – Не выдержала я, а он тяжело вздохнул, будто был готов к этому, но все же ответил.

– Если вкратце, ты недавно вступила в Сообщество и тебя из человека превратили в Дармона, ты умеешь делать всякие крутые штуки, которые не может обычный человек.

– Типа двигать предметы силой мысли?

– Да… и не только это. Перемещаться в пространстве, читать мысли…

– Рам, это не смешно. Правда, я была готова тебе поверить, но если бы сказал, что меня сбил грузовик и у меня отшибло память, я бы еще хоть как-то поняла, но это… – почему-то я не поверила ему. Только что я была готова убежать с этим человеком хоть на край света, а сейчас он несет какой-то бред.

– Мила, прошу, поверь мне, хотя бы сделай вид, мне очень нужна твоя помощь. Я скоро телепортируюсь обратно…

Кажется, зря я ушла от Виктора меня стали пугать слова Рамиля. Возможно, он просто какой-то сумасшедший, из-за которого мое сердце бьется быстрее, когда он рядом.

– Я лучше вернусь обратно, а за тобой пришлю кого-то на помощь…

Я направляюсь к выходу. Мне очень жаль, что я так поступаю, но кажется, с ним я буду в большей опасности, чем с семьей Максима.

– Постой! – слышу последние слова и быстро выбираюсь из подвала.

Мне начинает не хватать воздуха, слезы заполнили глаза, я иду вперед, тяжело дыша. Зачем я совершила такую ошибку и пустила его в свою жизнь, у меня появились какие-то необъяснимо знакомые чувства. Быстрыми шагами стараюсь идти по грязи, образовавшейся после вчерашнего дождя, ноги скользят, разъезжаются, но я продолжаю идти в то место, единственное, куда я могу вернуться. Понимаю, что дальше меня ждет несладкая жизнь, но постоянно убегать от людей с ним я не смогу. О чем я только думала?

Минут через 15 я дохожу до калитки и вхожу во двор. На улице никого нет, поэтому я направляюсь в сторону дома, где живет Ракель с мужем. Долго стою у двери, не решаясь войти, словно по ту сторону находится преисподняя, хотя иногда мне кажется, что это так.

– Есть кто дома? – зову кого-нибудь, войдя внутрь.

– Решила вернуться? – послышался голос Максима с соседней комнаты.

Я пошла на звук. Максим сидел в кресле, рядом с ним лежала его неотъемлемое оружие. Родителей в доме не оказалось.

– Прости, что сбежала, – виновато произнесла я.

– Ты думаешь, я закрою глаза на эту выходку, а папа … после всего, что мы тебе дали?

– Я знаю… прошу прости меня.

– Э-э-э, нет.

Он взял палку в руку и начал идти на меня с нечеловеческим взглядом, отчего по спине побежали мурашки. Его глаза начинают краснеть, руки дрожать, будто он сейчас накинется на меня и разорвет на части. Идя сюда, я даже не подозревала, что Максим так яростно отреагирует. Только сейчас я поняла, что возвращаться сюда, тоже было ошибкой.

– На колени, – прорычал он.

– Ч-т-о? – от страха я чуть не потеряла дар речи.

– Живо!

Я послушно опускаюсь вниз и сама не замечаю, как начинаю зверски дрожать только от разъяренного взгляда этого психа. Еще чучуть и разревусь на месте.

– Не смей рыдать сучка. Ты это заслужила!

Дыхание словно замедлилось, внутри все сжалось в один ком, я зажмурила глаза, после того как Максим замахнулся и лишь успела закрыть руками голову.

В одно мгновение, я слышу, как кто-то с ноги выбил входную дверь и ворвался сюда.

– Только тронь её, ты жалкий кусок дерьма, – перед нами стоит Рамиль и целится с пистолета прямо в Максима.

– Это, что за шутки, – обратился Максим ко мне. – Ты, что же сбежала с ним?

Максим крепче сжимает палку и поднимает вверх, чтобы закончить начатое. Рам стреляет.

Пятно в шее запульсировало и завибрировало так сильно и быстро, что я аж вскрикнула. На несколько секунд я увидела перед глазами картинку, как я в каком-то здании, с белыми глазами, парящая в воздухе, пытаюсь убить какого-то мужика, у которого тоже сияют глаза только фиолетового цвета.

Пуля попала в стену. Максим испугался увиденного, его ноги перестали слушаться и он упал на пол.

– Господи! Что с твоими глазами?

Рамиль подбежал ко мне, прижав к себе, крепко обнял, я не стала сопротивляться, а наоборот вцепилась в него обеими руками и попыталась уравновесить дыхание.

– Как ты?

– Кажется, я что-то видела.

– Твои глаза!!! – продолжал истерить Максим.

– Заткнись! – не выдержал брюнет. – Что ты видела?

– Себя… другую себя.

– Значит, ты что-то вспоминаешь, – обрадовался он.

– Твою мать! Что здесь происходит?

– Если ты сейчас же не заткнешь свой поганый рот, я пристрелю тебя!!!

– Прекратили оба, – тут уже не выдержала я. – У тебя есть фото Арчера?

– Ты знаешь его? – Рам показал Максу изображение на телефоне?

– Катись в ад, – резко ответил он и Рамиль опустил курок, приставивши к его виску.

– Отвечай!

– Да не знаю я его! Не видел никогда!

– Рамиль, господи, откуда у тебя пистолет?

– Из того дома, – не переставая держать на прицеле, сказал тот.

Максим покраснел и начал трястись как осиновый лист, а глаза наливались слезами. Тут я себя поймала на мысли, что мне стало жаль его. Не просто так люди становятся такими подонками как он.

– Рам, убери пистолет, – вежливо попросила я.

– Что? – удивился он не менее чем Максим.

– Пожалуйста, – а затем я присела рядом с Максом. – Успокойся, мы тебя не убьем. Расскажи мне, что с тобой происходит?

– Вот ещё!

– Милада, не будем терять время. Он не заслужил того чтобы с ним нянчились.

– Рамиль, принеси мне стакан воды.

– Я не оставлю тебя с ним.

– Прошу принеси, – я кинула ему убедительный взгляд, и он нехотя ушел в кухню.

– Чтобы с тобой не происходило, ты не должен…

Мой взгляд упал на его руки, все в синяках. Неужели над таким здоровяком может кто-то измываться. Он явно боится кого-то. Я ни разу не видела, чтоб это был его отец. Они с ним как наравне, смотрят на людей свысока, будто они им должны. В Измаиле у него тоже авторитет, где его обходит даже маленький ребенок десятой дорогой. Остаётся только академия.

– Вот почему ты прогуливаешь учебу …

– Это не твое дело, – стараясь скрыть свои эмоции, промямлил Макс.

– Ты думаешь, я буду смеяться над тобой и думать что ты слабак? Так вот это не так! Послушай меня, ты не должен позволять никому издеваться над тобой, ты должен дать отпор, но не будь такой же скотиной, как и они. Ты же на самом деле не такой.

– Ты не знаешь, какой я.

Это не совсем так, только сейчас я поняла, что Макса таким делает окружение, в котором он находится. Его отец сам по себе человек с гадкой душой, который пытается сделать свою копию через сына. Тот боится гнева отца и потакает ему. Из-за такого поведения у нет друзей, таких чтобы были тебе верными и стояли за тебя горой. Вместо них, Макс приводит «друзей» похожих на него. Эти подростки, у которых в голове одна выпивка, наркотики и веселье, очень часто к нам приходили без приглашения.

Однажды ночью, когда я в очередной раз спала на холодной земле, в мой сарай пытался пробраться один из них. Он был настолько пьян, что еле стоял на ногах. Я проснулась и поняла, что этот друг Максима пришел точно не к нему. Он смотрел на меня безумным взглядом, и в тот момент ему хотелось лишь одного – меня. Дэн, так его звали, шатаясь в стороны, пытался подбежать ко мне, а я лишь забилась в угол, не зная, что делать. В тот момент страх пожирал меня изнутри, так что я не могла пошевелиться и тем более думать о побеге. Тот подошел максимально близко, упал на колени и начал приставать, пытаясь держать меня за руки и параллельно рвать одежду.

Через какой-то момент времени я слышу, как кто-то ударил Дэна кулаком в морду. Это был Макс, он стоял с озлобленной физиономией, глядя на мерзавца пытавшегося изнасиловать меня. Тот нанес еще несколько таких же ударов и взял за шиворот парня. Из-за его хрупкого телосложения для Макса не составило большого труда волокти Дэна по земле, будто он несет обычный пакет с хлебом. Макс окинул меня взглядом перед выходом и произнес последнюю фразу: «Больше тебя он не тронет». Это был единственный случай, когда я видела, светлую часть души Максима, именно он помог разглядеть в нем ту человечность, что в нем есть.

– Возможно, но я не хочу помнить тебя как человека, который мешает с грязью всех остальных. Ты спас меня дважды. Я тебе благодарна, что не бросил меня на улице и Дэну, но, черт возьми, не будь скотиной, которого будут ненавидеть все.

– Как мне всё исправить? – этот вопрос ошарашил меня. Я не думала, что он меня реально услышит и поймет. Оказывается, с ним всего лишь нужно было поговорить и направить в нужное русло.

– Начни с себя. Перестань потакать гадким поступкам своего отца, извинись перед людьми.

– Ты думаешь, у меня получится?

– Да, я в тебя верю.

В комнату вошёл Рамиль.

– Мне нужно кое-что ещё сделать.

Я оставила их одних и пошла комнату Виктора. Мне нужно у него забрать одну вещь. Подошла к письменному столу, за которым он работает и начала рыться в бумагах. Пару минут, и я нахожу ту самую папку. На столе стоит небольшая шкатулка, в ней торчит ключ, повернув который, я с легкостью открыла дверцу и обнаружила там деньги и несколько дорогих украшений. Взяв только несколько купюр, я вернула все как было, и отправилась на кухню. Там я обнаружила несколько ароматных булочек и доску, на которой лежали почти готовые бутерброды. Я завернула все это добро в бумагу и положила в вязаную сумку, которую взяла из спальни. Я, конечно, понимаю, что красть это плохо, но у нас безвыходная ситуация. Есть хочется, так что сводит желудок. Тем более Рамилю, после всех передряг точно нужно восстанавливать силы.

Я облокотилась об столешницу и сняла кулон, чтобы как следует его рассмотреть. Он безумно красивый. Оранжевые полосы плавно обтекают по всей половинке, которые напоминают закат, внизу видны кроны деревьев. Вокруг будто летают снежинки, наверное, это от второй половинки.

Снова боль в шее, вибрация по телу, я вскрикиваю и падаю на колени. На этот раз перед глазами мелькает обрывок воспоминания.

Я иду по рельсам. Стою на мосту и смотрю на закат. Что-то бросаю вниз.

Я возвращаюсь в реальность, заглатывая воздух, будто не дышала вечность. Рядом со мной обеспокоенный Рамиль и напуганный видимо из-за сияния глаз Максим.

– Что такое?

– Я снова видела… себя.

– Черт побери, что у нее с глазами?

– Кажется, у меня появилась новая идея.

– Меня хоть кто-то слышит?

– Прости, нет времени тебе объяснять.

Я поднялась, облокотившись на Рамиля.

– Нужно поговорить, – сказала я.

– А как же он? – Рам указал на Макса.

– Я буду тут.

– Я, конечно, мало понимаю, что он говорит и доверять ему, не собираюсь. Давай привяжем его в сарае, так же как он меня.

– Успокоились оба. Максим, я тебе верю, и надеюсь, ты меня не подведешь.

Он кивнул в ответ, и мы ушли в спальню его родителей. Следующее время Рамиль рассказал мне последний момент, перед тем как я пропала. Теперь я ему, верю, иначе, я бы не смогла объяснить свои видения. Однако меня насторожил момент, когда он рассказал, что после Дабин на небе остались белый и черный круг. Тогда и Арчер исчез вместе со мной, а у меня на шее появилось темное пятно, которое даёт о себе знать в напряженные моменты, будто оно знает, когда нужно помочь мне. Одна мысль о том, что я не такая как другие люди, что могу делать то, что не может никто, с одной стороны пугала меня, но с другой это круто. Конечно, нормальный человек бы не поверил ему, но теперь, мне хочется.

Я захотела ему раскрыть свою маленькую тайну, с которой сюда попала. Это первый человек, которому это можно доверить, ни Макс, ни его родители не знают.

– Думаю, это как-то связано с тем, что ты мне только рассказал, – я убираю волосы, отодвигаю воротник и тут Рамиль замирает от ужаса. Черное пятно проходит по венам, рисуя четкие очертания. – Как думаешь, что это может быть?

– Если б я только знал… Думаю, если мы сможем вернуться, то нам помогут с этим разобраться. Оно как-тоЕЩЕ себя проявляет?

– В моменты, когда мне становиться страшно, либо нужно проявлять смелость, мне что-то помогает. А еще оно жутко печет и чешется временами.

Я гляжу в его глаза, и то знакомое волнительное чувство вновь поджигает искру в сердце. Он замечает это, но не прекращает приближаться ко мне. Наш разговор прекращается, мы заостряем наши взгляды. Каждый из нас хочет поцеловать друг друга. Еще пара сантиметров и я у его губ. Он аккуратно поправляет прядь волос за ухо и мимолетным взглядом окидывает мое лицо. Мне это нравится. Какая же я была дура, что хотела уйти от него. Он мое единственное спасение и человек кому я могу верить, и теперь я знаю, что он пришел за мной. Пришел, чтобы спасти.

– Ребята! – дверь чуть не вылетела с петель от того что в комнату вбежал Макс, мы аж подскочили от неожиданности – Родители вернулись.

– Уносим ноги!

Уверенно произнес Рам. Я слегка в оцепенении, сначала немного не поняла что происходит, но когда до меня дошло меня уже тащили за руку к двери. Макс остановил меня на секунду и обнял напоследок, а я лишь улыбнулась в ответ.

Глава 20

Солнце уже поднялось, ослепляя нас. Люди, те, что не охотятся за нами, оживляются и принимаются за работу, одни мы идём в неизвестность. Рядом с нами резвиться Тесса. Песчаная дорога прокладывает свой путь вниз по холму, дома понемногу исчезают, оставляя за собой массу воспоминаний. Последний дом похож на тот где я жила последние недели. Возле убитого на вид забора, который вот вот рухнет на землю, стояли ребята чуть младше меня и о чем-то разговаривали. ТОЧНО! Я чуть не забыла самое важное. Выбрав самого молчаливого из компании, я позвала его к себе и к моему удивлению, он без раздумий подошел. Остальные не заметили его отсутствия, что очень прискорбно.

– Привет, – поздоровалась я.

– Здравствуйте, – робко произнес тот.

– Понимаю, ты меня не знаешь, но мне нужна твоя помощь. В долгу не останусь, – я показываю ему деньги, что взяла в столе.

– Конечно. Что нужно делать?

Я отдаю ему конверт и поручаю отнести по нужному адресу.

– Встретимся на этом же месте через час. Остальную часть денег получишь, когда вернешься.

– Добро.

Конечно, это рискованно отдавать конверт первому встречному, но у меня другого выхода, я хочу помочь Леону, а этому пацану явно нужны деньги.

– Что это было?

Я тяжело вздохнула и рассказала ему историю, которая происходит между семьями Мичевски и Макса. Воспользовавшись ситуацией, я решила отблагодарить Леона за помощь и за то, что он не выдал меня разъяренной толпе, которая ищет нас до сих пор. Рами понял меня и лишь поддержал.

Всю дорогу мы шли, молча, каждый думал о своем. В его голове опять таился очередной план, в котором он через чур уверен. Я, конечно, стараюсь ему верить, но все эти слова «телепортация», «Дар», «забытое прошлое» меня пугают и все же где-то в глубине души, какая-та часть меня знает, что это все правда. Я все забыла, мне лишь нужен толчок, воспоминание, либо же ощущение, которые включат меня обратно. Мы живы, не попали в руки ни одной из сторон, идем рядом, трепет в сердце меня никак не покидает, а чувства такие знакомые растут все больше.

Мы доходим до реки, Тесса теряет голову при виде бабочек, что летают над цветами жёлтого цвета, от которых доносится чудный аромат. Река не широкая и сегодня спокойная, ветра почти нет, людей в округе тоже. Мы решаем остановиться здесь и упасть прямо на песок чтобы, наконец, поесть.

Я достаю еду, которую стащила из дома и протягиваю Рамилю. Тот, как и я с жадностью набивает рот. Ракель замечательно готовит, булочки, что она испекла, исчезают в считанные минуты. Тессе тоже досталась часть нашей скромной трапезы, от чего она стала еще более счастлива и начала носиться по берегу. Мне жаль Ракель что она замужем за таким человеком как Виктор. Тут много людей, которых мне жаль, все они такие не счастливые, во многих нет жизнерадостной искры, все будто друг друга ненавидят. Кто-то этого не скрывает, а кто-то тихо терпит.

– Представляю, что наши устроили… – усмехнулся Рамиль, покончив с едой, а затем взгляд стал спокойным и немного пугающим.

– Ты о чем?

– Ну, мы ж с тобой в школе учимся, там должны были заметить наше долгое отсутствие. Представляю, как наши портреты висят в полицейских участках, весь город стоит на ушах… Интересно Изабель хоть переживает по поводу меня?

Услышав это имя, меня словно ударили в грудь, меня охватила ненависть к этому человеку сразу же. Я замерла. Снова смотрю в пустоту, а метка на шее загорелась.

Девушка с подарком проходит мимо меня и идёт на встречу к Рамилю. Она же стоит у машины и с кем-то говорит по телефону. Боль в душе. Ненависть. Девушка заходит в больничную палату.

Я вдыхаю воздух и начинаю тяжело дышать.

– Что ты видела?

– Изабель… это она была. Такое чувство к ней… даже не знаю, не приятное.

– Да уж. Она у любого, кроме богатеньких папиков, может вызвать чувство отвращения. Так, погоди, почему ты её помнишь?

– Не знаю… Это твоя девушка?

– Что? Фу. Нет, это моя сестра.

– Понятно.

– К тебе постепенно начинает возвращаться память. Именно это я и хочу сделать, нужно как можно больше воспоминаний. Попав сюда, ты их лишилась, думаю, чтоб вернутся домой, их тоже нужно вернуть.

***

– И что ты делаешь?

Рамиль берет бумагу и находит карандаш в сумке и что-то начинает писать.

– Сейчас узнаешь.

Я сажусь рядом с ним и пытаюсь прочитать, что там написано.

– Сочинение?

– Я хочу создать воспоминание.

– Этим? – улыбнулась я, хоть и не понимаю, что этот клочок может сделать.

– В классе был конкурс, на лучшее сочинение. Его писали все, включая меня. В день оглашения результата многих похвалили за старания, но победитель был один. Ты Милада. Ты написала рассказ лучше всех в классе. Миссис Джонс, попросила зачитать его перед всеми. Ты так тогда стеснялась, но я горел желанием услышать его. Я помню некоторое строки и хочу воссоздать его и помочь тебе вспомнить.

Рамиль долгое время не давал мне прочитать, что он там писал, но мне хотелось помочь ему, а он упирался, и ни в какую не подпускал к себе. Я бродила вдоль реки вперёд, назад. Раз пятьдесят и тут он, наконец, позвал.

– Ты уверен?

– Это, конечно, не совсем то, что ты тогда читала, но я постарался максимально приблизить к оригиналу.

– Что теперь?

– Встань напротив меня и представь, что перед тобой находится класс с учениками, и ты им будешь читать.

Я выполнила указания и встала напротив Рамиля, тот сел спиной к реке и стал слушать. Какой же корявый у него почерк, но я все же понимала слова.

– Не уверена что это поможет… – он ничего не ответил и я начала.

«Сочинение на тему… Мое лучшее воспоминание из детства? Не могу быть на сто процентов уверенной, что это самое лучшее, но мне кажется оно одно из многих. Первый день каникул, мы с братом были в предвкушении предстоящей поездки. Наш первый выезд за пределы штата. Всей семьей мы выбрались в поездку на океан. У нас был замечательный деревянный домик, прямо на берегу, в который мы заходили только чтобы отдохнуть после утомительных ежедневных прогулок. Это не с чем несравнимое чувство счастья когда рядом веселится твоя семья и ты сам счастлив от того, что ты есть, от того что под ногами белый песок, над тобой светит солнце, а волны накрывают тебя и ты вдыхаешь запах соленой воды…»

Звук спускового крючка. Громкий выстрел. Пуля попадает в песок. Рамиль попытался незаметно пальнуть по берегу с пистолета. Я вдыхаю. Вибрация в шее. Перед глазами моментально появляться картинка:

Я бегу по пляжу и смеюсь.

– Майк, не отставай! – кричит кто-то сзади.

Парень в голубых шортах, с не расчесанной кучерявой шевелюрой рядом бежит и старается изо всех сил догнать меня.

– Майк, – шепчу я, пытаясь рукой, дотронутся до него, но провожу лишь по воздуху. Глаза продолжают сиять белым светом. Мой брат…

– Мама, вода слишком холодная, – кричит вторая я женщине сидящей напротив домика в кресле, а сама наблюдаю со стороны. Мои ноги босые, занурены в воду, и в правду она прохладная.

– Мама…

Снова веду по воздуху, но никого не нащупала. Почему воспоминания такие реальные? Я чувствую воду и ее холод. Меня начинает это пугать, я не знаю, как отсюда выбраться. Кто-то начинает трясти мои плечи. Я возвращаюсь в реальность.

– Ты зачем сюда зашла? – запаниковал Рамиль. Я смотрю вниз, ноги оказались в воде!

На этот раз воспоминания стали дольше и ярче. Теперь я помню, что у меня есть брат, мама. Я вспомнила еще несколько, будучи в доме, где, по всей видимости, мы живем. План Рамиля потихоньку срабатывает, может так, мы все же сможем вернуться, в реальность. Неужели, там я любила его, но почему же мне не хватало смелости признаться в этом. Как он мне позже рассказал, что наши одноклассники часто любят нас подкалывать на счет этого. Ведь в любой в школе, детям только дай повод высмеять кого-то.

Оставшееся время, Рам пытался рассказать все, что только можно обо мне, да и о жизни в школе, но меня стало больше интересовать жизнь, которую я выбрала. Главный вопрос, возникший самой к себе, почему я решилась на это. Вдруг это какая-та секта, вернувшись куда, я потом сто раз пожалею. Что-то из услышанного, я даже вспоминала, а кареглазый спаситель, показывая фотографии с телефона.

– Знаешь, – начал Рамиль. – Когда я был взаперти в одном доме, я решил написать стих… для тебя.

Меня тронули его слова, кажется, такого никто не делал, поэтому я ощущаю это впервые. Сейчас настало дикое желание послушать их.

– Прочитай, пожалуйста, – улыбнулась я.

– Вообще, это должна была бы быть песня, я даже учился играть на гитаре…

Рамиль глубоко вдохнул, собираясь духом. Было заметно, как он нервничал, а я лишь внимательно следила за ним. Мне нравилось это занятие. Смотреть на его взгляд, слушать, что он говорит, разглядывать его лицо. Он был прекрасен, мне с ним стало так хорошо, что в этот момент, я поняла что влюбилась. Можно ли влюбиться в человека дважды? Пройдя все испытания, что преподнесла нам судьба, думаю, что можно лишь окончательно убедиться в собственных чувствах и навсегда впустить свою половинку в сердце, объединив их одно целое. Мы не оставим друг друга, мы станем один целым.

Ты мой лучик света в этом темном мире

Желал бы я дышать тобой

Сколько слов не сказано

Сколько будет длиться это все?

Хочу, чтоб знала ты, ты дорога мне.

Всю жизнь гляжу лишь на тебя

Я был дурак, что не сказал тогда

Милада, я люблю тебя.

Последние слова застали меня врасплох, так что я и дар речи потеряла. Он это сказал. Он любит меня. Рамиль слегка покраснел и стал смотреть в сторону реки, судорожно стуча пальцами по бедру. Мне показалось, что он ждет моей реакции, возможно даже моего взаимного ответа, но мы оба понимаем – в данный момент я другая. Меня тянет к Рамилю, какая-то частица меня за эти два дня привязалась нему, а старые воспоминания напомнили о чувствах.

Я смущенно стараюсь скрыть улыбку, хоть это непросто, ведь стих мне и вправду понравился. Внезапно, внутри меня что-то щелкнуло, мне показалось, что сейчас как никогда будет кстати. Ведь если меня поймают и обратно отошлют в тот дурдом, сидя на полу в чертовом сарае я буду вспоминать момент и жалеть что не сделала.

В ту же секунду я привстала с коленей и наклонилась к нему. Мне снова захотелось окунуться в эти карие глаза, убедиться, что я делаю правильный шаг. Пользуясь тем, что тот засмущался, приближаюсь и наконец, мои губы касаются его. Я чувствую необъяснимый трепет в сердце, чувствую тепло, что разбегается по каждой клеточке тела. Бабочки в животе пробудились после долгой спячки, и теперь мне не хочется его отпускать…

Дрожь по телу, прилив сил, белый свет, мой Дар, он возвращается. Я ощущаю его в себе. Глаза наполняются силой. Энергия Дармона вновь вселяется в меня.

Я вдыхаю в лёгкие свежий воздух. Осматриваюсь по сторонам, будто впервые нахожусь в этом месте. Рамиль сидит напротив моего лица и не понимает что происходит. Только вот теперь уверенна. Я Милада Гарсиа из Дэмирс. Знаю, кто передо мной и помню, что случилось.

Я кинулась в объятья Рамиля и обхватила его так, будто не видела уже много десятков лет. Не знаю почему, с глаз начинает катить поток слез. Меня переполняет щемящее волнение, а в груди будто бушует океан в сильный шторм. Я помню каждый момент, который провела вместе с ним в этом ужасном месте, даже не представляю, как могла пойти на то чтобы жить в чужом доме и работать на «зверей».

– Не могу поверить, что ты пошел ради меня на все это – еле сдерживая слезы, сказала ему на ухо. Рамиль отпустил меня, на его выражении лица вырисовывалось недоумение, такого он явно не ожидал. – У тебя получилось.

– Ты что… вспомнила все?

– Да, – я снова бросилась его обнимать, радуясь как малое дитя новой игрушке. Вот оно Блаженство.

– Прости меня.

– За что? Ты же нашел меня, – не успев закончить фразу, он меня перебил.

– За то, что не сказал раньше, прости меня и брата.

– Что? – почему он говорит о брате, который пропал уже давно? Неужели его нашли.

В шее снова раздалось жжение, я резко схватилась за место, пораженное неизвестной чернотой, пятно начало пульсировать, словно предупреждает о чем-то. Крем глаза я заметила силуэт над дорогой ведущей в город, потом за спиной силуэта появился еще один, а затем их стало еще больше. Тесса начала злобно гавкать и рычать. Я сразу же поняла, что нас нашли, Рамиль тоже заметил их, спохватившись, мы немедленно побежали вдоль реки, ибо больше бежать некуда.

Бежим, невзирая на усталость, из-за песка это делать трудно, за нами несется разъяренная толпа жаждущих свершить линчевание прямо на месте. Будучи вчера на главной площади Измаила, лично видела, как люди безжалостно хотели казнить человека, некоторые даже кричали возгласы, другие, что так ему и надо, а некоторые как я, не могли на это смотреть и уходили лишь бы не видеть смерть. Тогда я ничего не могла поделать, не могла остановить их с помощью Дара, сейчас тоже самое. На запястье нет метки Дармона, я человек, бесполезное существо которое втянуло в эту дыру Рамиля и теперь ничего не может. Глупый необдуманный выбор.

Спустя минут 10 пляжный песок, наконец, прекращается, его плавно сменяет трава и кустистая местность. Солнце припекает, заставляя нас покрыться капельками пота, во рту пересыхает, а ноги горят от усталости. Это нас заметно замедляет, теперь, кажется, что толпа дышит в затылок, но мы все равно не останавливаемся.

У них преимущество, лошади верхом, на которых они быстрее нас. Я продолжаю корить себя за все произошедшее. Начинаю вспоминать брата, мысли о нем озадачивают меня, что вообще произошло и почему Рам упомянул его. От ненависти самой к себе, я чувствую жар по всему телу, злость переполняет меня, а грудь разрывается от боли. Как же хочется сейчас остановиться закричать и пустить поток слез что, так и рвутся из глаз.

Из-за помутневшего рассудка я перестала следить за дорогой и просто машинально бегу вперед, слушая где-то рядом проносящиеся шаги Рамиля. Подняв взгляд с земли, буквально в пяти метрах от меня я замечаю большую повозку с кучей кочанов капусты на ней. От неожиданности вскрикиваю и резким движением пытаюсь закрыться руками, ибо понимаю, что сейчас просто влечу в нее. Вместо ожидаемого столкновения, капуста подлетает вверх и разбрасывается по земле. Мои ноги налетают на одну из голов, и я падаю вниз и больно ударяюсь подбородком. Ко мне подбегает Рам, поднимает меня. Мы стоим недалеко от моста, через который только что ехала телега. Лошадь запряженная в нее испугалась не меньше нас и начала бежать вперед.

Поселенцы Измаила дали нам отличную фору, так как их больше не слышно. Видимо погруженной мыслями я не заметила, как мы изменили маршрут. Меня вдруг осенило, что только что произошло – проявление Дара. Он все еще со мной, значит, шанс еще есть.

Через минуту мы вновь слышим шум погони и не успев отдышаться, вновь бежим. Нас уже можно хоть отжимать, соленые капли, стекающие по лицу, щиплют только что счесанную рану. Это доставляет немалый дискомфорт, но, зная, что во мне все еще осталась та частичка Дармона, ноги забывают об усталости. Пробежав еще около километра, мы замечаем большое поле, на котором растут дикие полевые цветы, именно туда нас и несет. Небо сливается с горизонтом, конца не видно, мы словно бежим в новый мир. Мир созданный только для нас двоих. Я уже не слышу криков позади и жуткого топота, моему слуху лишь слышны хлопот крыльев птиц, вылетающих с поля высоко в то голубое небо, гавканье Тессы и шелест травы под ногами. Я чувствую свободу. Мне хорошо. Рядом со мной он. Большего и не надо. Неземное чувство блаженства.

Я больше не чувствую землю под ногами, пряди волос поднимаются вверх, настает невесомость. Я кричу как сумасшедшая, мы падаем с обрыва!!! Перед глазами лишь смазанная картинка, частично вижу Рамиля и последнее что я понимаю, он погибнет и я вместе с ним. В тот момент что-то переменяется в долю секунды. Я чувствую невыносимо-тяжелый груз. Мой Дар снова со мной.

Часть 4

Глава 21

Я падаю на деревянный пол, моя рука влетает в осколки стекла, алая кровь быстро растекается по полу. На лицо падают пряди локон, закрывая передо мной помещение в котором нахожусь. Мои волосы отросли до прежней длины. Убрав их, я оглядываюсь по сторонам, тусклый свет рассеивается по комнате, скорее даже что-то похожее на склад. Множество раскиданных по полу коробок, с эмблемой марки какого-то вина, затемненные окна, в лучах света витают частицы пыли.

Я пытаюсь встать, держа пострадавшую руку, и оглядываюсь по сторонам, рядом на полу лежит Рамиль, кажется, он еще не пришел в себя. С облегчением выдохнув, я присела рядом и осторожно попыталась разбудить его.

В конце склада послышалось чье-то дыхание. Мы не одни. Я сразу насторожилась, не далеко от меня валялась бутылка «роза», подняв её и будто настороженный хищник на охоте, выжидающий добычу, начала приближаться маленькими шажками. Незнакомый силуэт стоял во тьме, не показывая своего лица. Я крадусь, приготовившись атаковать, иду сквозь стопки коробок и не замечаю, как из-за своей неуклюжести одна из них падает. Таинственная фигура быстро приближается и легким движением руки моя розочка отлетает в стену и разбивается. Силуэт будто подлетел ко мне и показывает свои глаза. Голубое свечение исходит из глаз парня, я присматриваюсь и вижу знакомое лицо.

– Итан, – он сразу же перестал на меня смотреть, как будто хочет меня убить. – Что ты здесь делаешь?

– А вот и мы, – послышался голос позади, Рамиль очнулся видно из-за шума разбившейся бутылки.

– Неужели такой могущественный Дармон как ты, будет нападать с куском стекла? – Итан кинулся меня обнять, за спиной у него я взглянула на запястье левой руки. Метка вернулась. Я снова Одаренная.

– Ничего не хочешь сказать? – с серьезным видом подошел Рам – Майкл? – тот покраснел и невольно сглотнул.

– Майкл? О чем ты?

– Это я, сестренка, твой брат.

– Вы оба головой ударились, ибо я реально не понимаю, что здесь происходит?

– Понимаешь Милада, – агрессивно начал Рамиль. – Майкл на самом деле не пропал, он здесь перед тобой, живой здоровый. Он стал Дармоном и решил начать новую жизнь, не сказав ничего тебе. Он изменил внешность, голос. Себя, полностью.

– Рамиль, зачем ты так, я хотел сам все рассказать! – ответил с такой же ненавистью Итан – Ты вообще не должен был в этом участвовать. Ты здесь по нелепой случайности!

– Ты сам вовлек меня в это!

– Да если бы вы два идиота не выяснили все между собой раньше, все не зашло бы так далеко! Увидев тебя с Изабель, как считаешь, что она сразу же подумала? Да, черт возьми, тоже самое, что ты думал, когда видел её со мной. Она сбежала, а я надеялся, что ты сможешь с ней поговорить.

– Это правда?! – продолжила я инцидент – Майкл как ты мог бросить все? Меня? Мы с родителями подняли на уши весь город, чтобы найти тебя.

– Я знаю, но мне запретили. Так же как тебе!

– Твой отец думает, что ты погиб!!! – уже со слезами на глазах я произнесла это. Все замолчали и каждый задумался о произошедшем. Мы поняли, что мы все виноваты – если бы ты хоть как-томне намекнул… Я согласилась стать Дармоном при условии что Ибрагим вернет тебя домой.

– И не только при этом условии.

– О чем он? – спросил Рамиль.

– Она была согласна пойти на то, чтобы Ибрагим забрал у неё чувства к тебе, потому что думала… – я решила фразу закончить сама.

– Потому что я была уверена, что Изабель твоя девушка, а ты морочил мне голову.

– Боже… – Майкл начал дико ржать – Я не могу вас.

Рамиля это взбесило. Он подошел к брату и зарядил ему с кулака прямо в челюсть. Тот от неожиданности чуть не упал и влетел в сзади стоящие коробки, а когда пришел в себя, тут же набросился на Рамиля.

– Парни угомонитесь!

Я попыталась их разнять, но они меня не подпустили к себе и продолжали избивать друг друга. Меня стало больно смотреть на то, как два любимых мне человека устроили драку. Я решаю остановить их своим методом. Закрываю глаза, сосредотачиваюсь и собираю силу воедино. Как же давно я этого не делала.

– Успокоились оба! – я делаю мощный удар ногой о пол, они оба разлетаются в разные стороны, падая на пол – Да что с вами такое? Да, я понимаю, мы все виноваты, но это не повод собачиться. Мы должны сплотиться и жить с этим дальше.

– Он не может, – пробормотал Майкл.

– Что?

– Ибрагим не может забрать чувства. Никто из Дармонов этого не может. Я читал в библиотеке Либерти, Милада он обманул тебя. Он собирает Дармонов, чтоб убить Старейшину и занять его место.

– Мила, ты хотела, чтоб Ибрагим забрал твои чувства ко мне?

– Мне казалось тогда это лучшим вариантом.

– Прости меня, прости за все.

– И ты меня.

– Кажется Мэтью, пора вернутся домой, – сказал Майк, поднимаясь с пола. – Раз он начало всего этого кошмара, то пусть разгребает все, что тут происходит.

– Это тот, кто числится в предателях Либерти?

– Милада, нам пришлось, нелегко ища тебя. У нас были друзья, которые нам помогали, но Ибрагим сделал, так что теперь они за решеткой…

– Нам пришлось искать создателя заклинания Дабин, то, что забрало тебя в Измаил, – продолжил Рамиль. – В ходе выяснились некоторые детали на счет него. Его создал Мэтью Хендерсон.

– Ты помнишь историю, которую ты узнала про него, вступая в Либерти?

– У него была любовь со смертной женщиной, которая забеременела, а его изгнали вследствие чего.

Парни переглянулись между собой, будто им тяжело сказать следующее. Это неловкое молчание заставило меня напрячься. Я не понимаю, что они собираются сказать, а возможно догадываюсь, но боюсь в этом признаться.

– Мэтью, твой отец, – не выдержал Рамиль.

Меня словно ударили чем-то тяжелым, я забыла, как дышать. Такое чувство, будто ты под водой, видишь смазанную картинку происходящего, не слышишь окружающий мир. Он как будто остановился на мгновение, чтобы перевести дух. Всю мою жизнь у меня был отец, которого я так жаждала увидеть, задать миллион интересующих вопросов, узнать, счастлив ли он в новой жизни без меня. А главное знала ли мама что любила другого? Она должна будет знать правду.

***

Мы идем по оживленной улице. Мэтью где-то в городе, как сказал Майкл после того как они не смогли пройти через портал, тот распсиховался, стал рвать и метать. Брат остался на складе, ждать, вдруг Рамиля откинет назад. Я решила, что хочу, как человек пройтись по улицам.

Ребята всю дорогу рассказывали про свои приключения. Я не могу поверить своим ушам, что они проделали такой тяжелый путь и у них получилось. Они не сдались и даже попали в прошлое. Это конечно пугает, что так вообще можно делать, но Мэтью смог и они тоже. Интересно, какой он? Узнает ли меня? Захочет ли вернуться? А вдруг я ему не нужна. Похожа ли я на него? Сколько же вопросов витает у меня в голове и мне не терпеться поговорить с ним. Судя по словам ребят, он крутой, когда горела тюрьма, он с легкостью вызвал дождь и погасил пламя. Мой отец могущее всех раз против него пошел Ибрагим и все остальные.

Город по которому мы идем, завораживает своей старинностью. Хоть это и глупо говорить, находясь в прошлом. Человеку побывавшему в двух измерениях, все сейчас кажется дивным и удивительным. Закрывая глаза на некую бедность города, проходя по улочкам, ты больше стараешься обратить внимание на всю красоту местных зданий и насладиться зрелищем, ведь возможно это последний раз, когда я тут нахожусь. Люди здесь явно отличаются от нашего времени. Не только одеждой, но и манерами, у некоторых явно не хватает воспитания.

Проходя мимо небольшого парка, мы встречаем металлическую статую, покрытую зеленой патиной, под которой лежит местный бездомный. Ребята сказали не удивляться, ведь здесь нормально такое видеть. И вправду направляясь ближе к центру таких особей становиться все больше.

Мы дошли до паба «Belliger Swill»», по рассказу Майка именно здесь мой отец подрабатывал, чтобы выжить. Место отвратительное, в воздухе витает запах перегара, пота и непонятных блюд, что здесь подают. Мы зашли на середину и стали осматриваться, некоторые посетители уже лежали на полу пьяные, а остальная часть заливала в себя последние глотки Шпамса – так называется главный напиток заведения. Как я поняла, это дешевая пародия на оригинальный местный напиток Германии «Шнапс». Своим видом напоминает мне молоко разведенное водой, но кто знает, что там намешано.

– Простите, а сегодня концерт будет? – я подошла к одному из столиков, заговорив на своем языке.

– О, ты погляди какая красотка, – сказал рыжеволосый мужик с огромным фингалом под левым глазом своему другу, у которого красовался такой же синяк только под правым. – Не хочешь присоединиться?

– Я задала вопрос, – старалась держать спокойствие, хоть и не понимала, о чем они толкуют.

– Дерзкая, мне нравится, – аж облизнулся тот и начал тянуть руки ко мне, подождав несколько секунд, я резко схватила рыжего за майку и толкнула назад, так что тот повис на задних ножках стула.

– Где музыкант? – повторила еще раз.

– Господи ненормальная, отпусти меня. Кажется, она сказала музыкант, он за баром.

– Вроде он сказал за баром, насколько я понял.

– Спасибо, – улыбнулась я, отпустив его, он упал, а я с гордостью ушла к парням.

– А ты крутая, – прошептал Рамиль, пока Майкл куда-то отвлеченно смотрел.

– Иногда приходится.

На самом деле я не такая, уж явно до вступления в Содружество не была. В школе я была как серая мышь, почти не прогуливала, была послушной, а еще у меня не было друзей. Теперь я осознала, что можно быть счастливой и без них, если рядом с тобой семья, которая пойдет ради тебя на все. Я взглянула на моих ребят и поняла, чтобезумно их люблю. Без них мне не справиться даже будучи Дармоном, без них я никто.

– Ты куда уставился? – спросил Рамиль.

Мы подошли к сцене. За кулисами лежал одинокий стул, без четвертой ножки, чуть дальше разбитая в щепки гитара и та самая ножка. К нам подошел толстый мужичок в коричневом жилете и такого цвета брюки. На бейдже написано должность.

– Что произошло? – спросила я. Но я так и не поняла, что он ответил, по всей видимости, директор ресторана, поэтому что-то перевел Рамиль.

– Он сказал, что Мэтью был в стельку пьян, им пришлось вынести его, а то сцену…прости, дальше не знаю.

Этих слов было достаточно, чтобы понять всю ситуацию. Директор вздохнул и позвал официантов, чтоб те убрали то, что осталось.

Мы с братом остановились, чтобы оценить ущерб нанесенный отцом, а затем я заметила, что Рам отошел в другой конец паба.

– Я тебя помню, не забыл меня? – слышалось нам.

Я пошла вперед, брат следом. Мы оба не понимаем, что он хочет от местного бродяги.

– Да кто ты такой?

– Тот в кого ты стрелял на площади! Ты пытался ограбить меня, а затем оставил умирать.

Что случилось с Рамилем? Почему он стал кидаться на незнакомца?

– Рам, пойдем отсюда, – Майк попытался оттащить его, но тот отмахнулся.

– Этот мерзавец… он стрелял в меня.

Выражением лица Майкла резко переменилось в агрессивное, будто он понял, о чем говорит Рамиль.

– Ребят, что происходит?

– Парень, если не умеешь пить, то иди лучше в какую-нибудь подворотню.

– Сейчас я тебе покажу как нападать на меня…

Майкл замахнулся и врезал бродяге по челюсти. От страха я отскочила назад, ведь я до сих пор не в курсе, о чем идет речь. К брату подключился Рамиль, он бил с одной стороны, Майк с другой, до тех пор, пока незнакомец не свалился со стула на пол. К нам подбежали видимо его друзья. Все присутствующие перестали пить и собрались поглазеть на зрелище.

– Угомони своих парней, иначе это сделаю я, – ко мне подошел невысокого роста мужчина с огромным животом, одетым в пиджак и выглаженные брюки и показал револьвер, торчащий из кобуры.

Я испуганно посмотрела на него и бросилась разнимать парней. Вмешавшись, они, наконец, перестали атаковать. Мне пришлось стать спиной на защиту бродяги.

– Милада. Не сейчас!

– Отойди от него!

– Да что с вами такое?!

– Этот бомж выстрелил в него 3 дня назад на главной площади и скрылся, будто ничего не случилось.

– Да с чего вы взяли, что это он? – вмешался мужчина с револьвером, оказывается, он говорит по-английски.

– Мне удалось запомнить его.

– Могу с чистой совестью заверить вас, что мой товарищ пробыл больше месяца под стражей в тюрьме. Его только сегодня выпустили.

– Этого не может быть, я точно его видел.

– Ведьма прокляла меня, – пробормотал бродяга, лежавший на полу.

– Да заткнись ты уже, – мужчина с животом пошел поднимать друга. К нему присоединился еще один практически так же одевший парень лет за 30 с козырьком на голове.

– Лу, мы же тебя предупреждали так не пить, господи, когда ты уже закодируешься… – сказал второй, поднимая Лу своими худощавыми руками.

– Ведьма…

– Что за ведьма? – спросил Майк.

– Этот болван твердил нам, что 3 дня назад к нему приходила ведьма и околдовала его.

– Если у вас нет к нему больше претензий, то позвольте мы уведем его.

– Просим прощения, – сказал брат и указал нам на выход.

Мы вышли из паба. Рамиль был в ярости.

– Какого черта ты его отпустил?

– Рам, это действительно был не он.

– Ты о чем?

– Возможно, кто-то умеет брать обличие других людей и разгуливать в их шкуре. Примерно как я.

– Ты убил кого-то, чтоб забрать его внешность? – в шутку ужаснулась я.

– Этим занимался Ибрагим.

– Вот же черт… Всегда все сводится к нему.

– Погоди, – насторожилась я. – все Дармоны умеют менять облик?

– Не знаю, наверное… Я не интересовался этим вопросом никогда, я только знаю что это может сделать Ибрагим, у него особое заклинание собственного производства, как это сделать, он держит в строжайшей тайне, – ответил Майкл.

Мы отправились за здание и решили пока отложить этот разговор. Нам пришлось пересечь узенькую улочку прежде чем попали на задний двор Белигер Свила. Там находились два железных бака с мусором и коты, которые пытались утащить объедки. За ними на какой-то тряпке, лежало тело, в светло грязном пальто. Блондинистые растрепанные волосы закрывали лицо. Я сразу поняла, что это он, но не такую я встречу представляла с папой.

Парни отодвинули баки и попытались вытащить Мэтью. Мы перевернули его на спину, все лицо перепачкано грязью, от него пахнет алкоголем, я сразу вспомнила Фреда, который так же убивается из-за сына. Майкл и Рам посмотрели на меня, ожидая какой-то взрывной реакции, но я была спокойна. Я рассматриваю каждый миллиметр его лица, чтобы запомнить момент, боясь что он вот вот исчезнет, но он не исчезает, а лишь пытается хоть что-то увидеть, думаю из-за помутненного рассудка он мало что понимает.

– Майк, забери нас в его дом. Пусть проспится.

Брат же тотчас перенес нас на квартирку Мэтью. Мы отправились на второй этаж и уложили его в кровать, я и Рам уснули рядом на полу, а Майкл остался на нижнем этаже. Думаю, нас всех ждет нелегкий разговор. Сил выяснять отношения уже не было. Мы все жутко устали и после замечательной ночи в сарае, я была готова уснуть даже тут, за то в кругу своей семьи.

***

Я просыпаюсь от какого-то шума на кухне. Сквозь выцветшие занавески замечаю, что за окном только-только начинает светать. Стараясь не разбудить никого, тихонько пытаюсь пройти вниз по скрипучим доскам. Кроме моих шагов по комнате, идиллию нарушает звук старых часов, что висят над столиком недалеко от кровати, где спит мой отец.

На столе разбросаны пустые пачки сигарет, стоит недопитая бутылка пива и несколько потертых фотографий. Я оглянулась, Рамиль крепко спит, одной рукой держа мою подушку. Майка здесь не оказывается, поэтому я спускаюсь на кухню. Когда мы вчера пришли сюда, то я особо не разглядывала жилище, а сразу же отправилась спать. Мне нравится этот дом, ничего лишнего, нет всяких безделушек, как у меня дома, типа статуэток, картин, даже ни одного горшочка с цветами, хотя нет, что-то похожее было на подоконнике у Мэтью в спальне. Крохотный горшок с засохшим растением, дунь на который, тот сразу же рассыплется. Сразу видно – дом без уюта, нет женской руки, которая бы сразу придала краски и жизни дому. Неужели у него не было новой пассии за все время.

Спустившись вниз, я увидела сидящим на подоконнике Майкла, в руках у него была зажженная сигарета, на которую он пристально смотрел.

– Куришь? – сонно спросила я. Брат сразу же заметил меня и заметно занервничал.

– Вообще нет, решил попробовать, почему эта гадость так нравится людям. К сожалению или к счастью никакого удовольствия она мне ни принесла.

Тут я подумала, что тоже никогда не пробовала сигарету, каково это вдыхать в себя никотин и мне сразу же стало интересно. Я забрала её у брата и открыла окно.

– Видели б сейчас нас родители, – я делаю свою первую затяжку, дым попадает в легкие, я не чувствую никакого облегчения, а лишь, то, что хочу безумно кашлять. Майкл хлопает по спине, а я прикрываю рукой рот, чтоб наверху было меньше слышно. Придя в себя, я начинаю смеяться, брат подхватывает смех. – Я скучала, – сказав это, улыбка сменилась на печаль и внутри меня неприятно обожгло.

– Я был рядом.

– Знаю… но, все равно передо мной не тот кучерявый сорванец, которого я знаю.

– Думаю, Мэтью может вернуть мой облик, но я уже так привык к нему. Я уже не тот, кем был раньше. Хотя знаешь, кое-что с прошлого у меня все же сохранилось.

– Что же?

– В школе я постоянно нарушал правила. Это же и осталось со мной, когда я с Лизой пытался найти тебя, нарушил, наверное, все что, только можно.

– Спасибо, что смог, – я сделала еще одну затяжку и на этот раз она немного облегчила боль, видя перед собой человека с душой Майкла, но с другой оболочкой это делает мне больно.

– Прости, что ушел, я думал, что моя жизнь изменится к лучшему, а кажется, стало наоборот. Как там родители?

Что ему ответить, то, что папа каждый день выпивает немереное количество алкоголя, а мама рыдает по ночам в подушку, а я даже в комнату не могу его зайти, иначе сразу начинаю плакать.

– Держаться.

Я стараюсь отвечать мужественно и не выпускать эмоции наружу. Очень тяжело сейчас сдерживать поток слез, пытающихся выбраться из меня словно водопадом.

– Пойдем со мной, я кое-что покажу.

Я кладу сигарету в пепельницу и следую за Майком. Он привел меня в прихожую и поставил напротив зеркала.

– И что мы тут делаем?

Он ничего не ответил, стал рядом, взяв меня за руку, закрыл глаза и через пару секунд открыл, в них блеснул голубой свет, а затем я поняла, зачем он привел меня сюда.

В зеркале показался брат, тот с кем я провела всю жизнь, те карие глаза, в которых таилась доброта и интерес ко всему живому. Несмотря на то, что Майкл всегда был проказником и его часто наказывали, его любопытствую можно лишь позавидовать. Крохотный шрамик над левой бровью, оставленный после множеств попыток научится кататься на велосипеде. Кожаный браслет, подаренный мной в тот год, когда в школе была мода на них, но он до сих пор не снимал его.

Теперь слезы покатились по щекам, я дотронулась краем пальца о зеркала, будто вижу его прямо перед собой, а не только изображение. Вскоре я увидела другую оболочку, видимо ему тяжело долго это делать, но я все равно кинулась обнимать его. Майкл пахнет, так же как и всегда, это его запах тут ничего не изменишь и как, только я могла не догадаться.

– Не плачь, я рядом, – обнял он меня. – Теперь я никуда не денусь.

Я, наконец, увидела его. Моя душа спокойна. Младший брат рядом, человек которого я люблю, пошел ради меня на все и сейчас разделяет со мной трепет в сердце.

***

Мы лежит бок о бок, его рука крепко держит меня, боясь, что я вновь исчезну. Я смотрю в потолок, по щекам текут капельки слез, представляя, что я гляжу на звезды. Хорошо быть звездой… Моя жизнь скоро вернется во время, когда обеспокоенные родители переживают о тебе каждую минуту. Каждый Дармон Либерти ищет тебя, брата. Говорят, у нас появился союзник, который принял удар на себя, чтобы ребята смогли попасть в Дойжер. Надеюсь, я еще увижу его. Боже сколько же хороших людей встряло в эту историю. Я думаю, мама должна знать о том, где ее дети. Вот только как она примет все это?

Больше я спать не могла, до самого утра я пролежала просто наслаждаясь спокойствием, рука понемногу зажила, оставив небольшую ранку, которая думаю, через час совсем исчезнет. Вкушая недолгое Блаженство, мысли о том, что я пережила намедни, понемногу покидали голову. Единственный вопрос, что до сих пор тревожит меня «Что же будет дальше?» Нам нужно обязательно вернуться в настоящее, там остались незаконченные дела. Но что еще мучило, так что происходит в Дэмирсе. В школе наверняка переполошились все. Родители подняли на уши всю полицию. Этот день будет полон загадок и тайн.

Шел, может девятый час утра, Рамиль, наконец, проснулся и спустился на первый этаж. Мы с Майком сидим за столиком, попивая кофе. Я сразу же расплылась в улыбке, увидев его взъерошенную прическу и сонный вид. Какой же он милый по утрам, Майк лишь закатил глаза.

– Смотри не растай, как сахарная вата

Начал подкалывать брат, но теперь мне все равно, больше я не стесняюсь своих чувств. Рам берет чашку и присоединяется к нам.

– Какой у нас план? – начал он.

– Думаю, Мэтью что-то придумает.

– Если проснется, – резко ответила я. – Думаете ему можно верить?

– Вам нужно будет поговорить наедине и тогда, ты решишь, пускать ли его в свою жизнь, но скажу тебе Милада, что он нас не подвел. За это я ему благодарен, – после этих слов Майкл допил свой кофе и уставился в окно.

– Это и вправду 1867 год? – решила сменить тему.

– Да, самому нереально это осознать. Такого у меня даже в самых безумных мыслях не было.

– Интересно, почему Мэтью выбрал именно это место для укрытия?

– Думаю, пора будить его, – сказал Рамиль и направился в сторону лестницы.

Брат последовал за ним, только я осталась подождать несколько минут. Пульс начался учащаться, а дыхание замедлялось. На автомате дотронулась до шеи, сейчас там все спокойно, лишь слегка больно, когда дотрагиваюсь до вен, черных как смола.

– Ты идешь?

Майкл выглянул из-за угла, я не могла пошевелиться и вымолвить хоть слово. Брат все понял и подошел взять меня под руку. Я этому поддалась, мне стало легче. Немного успокоившись, поднялись наверх, медленно, ступая на каждую ступеньку, будто идешь по минному полю и сейчас все должно полететь в небо. Войдя в комнату, все как рукой дало. Страх, что сейчас дышал мне в спину, угнетая меня с каждым шагом, развеялся вмиг как утренний туман.

– Мэтью.

Мы втроем обступили кровать и разом смотрели на него. Приоткрыв один глаз, он увидел пристально смотрящие наши лица. Услышав в ответ мычание, он стал спать дальше.

Мы начали трясти его все еще не трезвое тело и просить проснутся. После недолгих просьб, я заметила, как на лице Майкла зародилась идея, он улыбнулся, будто задумал что-то опасное и спустился вниз. Меньше чем за минуту он вернулся со стаканом воды. Я сразу же пришла в восторг, выпучив глаза от неожиданности, закрыла рот руками и подхватила замысел брата. Эта идея мне показалась оптимальной в данной ситуации, Рамиль тоже подключился. Он стянул с него одеяло, Майкл подошел ближе, держа наготове свою ухмылку. Как я и говорила, брат всегда был проказником, поэтому он сейчас с легкостью ВЫЛИВАЕТ НА МЭТЬЮ СТАКАН ВОДЫ. Мы с Рамилем открыв рты, отходим назад, ожидая взрывной реакции.

– С добрым утром.

Как мы и предполагали, Мэтью в долю секунды поднимает корпус и швыряет энергетический шар вперед, так что тот пробивает стенку, оставляя в нем приличную вмятину. Тот наверняка сам от себя такого не ожидал. Такой утренний душ быстро привел его в чувства. Отец стал перепугано смотреть на Майкла несколько секунд, а затем, схватившись за голову, обозлился на него:

– Ты чего удумал?

– 2 дня прошло.

– Я что тут все время пролежал? Почему ты меня не разбудил раньше?

– Здравствуй… папа, – я подошла ближе так чтоб он меня увидел. Стараюсь сохранить на лице спокойствие, но все же некая детская обида пыталась вырваться наружу.

Мы сидим на кухне, Рамиль и Майкл остались в спальне. Мэтью напротив меня уже, наверное, сотый раз прокручивает в руке пустую чашку. Я же уставилась в пол рядом с ним, почему-то глаза не могут посмотреть в его сторону. В кухне стоит гробовая тишина, лишь иногда слышны звуки сердцебиения то ли мои, то ли отца. В голове я перебирала вопросы, чтоб хоть как-тоначать разговор, буквально вчера я знала, о чем поговорить, а сейчас и слова не могу выдавить.

– Как же ты похожа на маму, – наконец хоть кто-то из нас решился начать этот разговор. – Такая же красивая.

– Мне не нужны ваши комплименты.

– Понимаю, прости, я просто не знаю, как к тебе правильно подойти. Знаю, ты, наверное, всю жизнь задавалась вопросом, почему я не рядом, но сейчас думаю, ты все понимаешь.

– Как это вообще можно понять? Этому нет оправдания.

– Позволь рассказать мне, что случилось тогда…

– Знаю, вы полюбили маму, об этом узнал Старейшина и вас изгнали, при этом вы бросили беременную женщину одну. Благо сейчас она счастлива.

Думаю, мои слова ранили Мэтью в самое сердце. Он замолк на какое-то время. Как бы ни были горьки мои слова, он определенно должен был их услышать.

Мэтью рассказал историю про, то, как собачонки Ибрагима разрушили вмиг жизнь моей семьи. Сначала я не верила его словам, но потом почему-то я почувствовала правду.

– Действительно, это не оправдание что я тогда ушел, но поверь, так нужно было. Я, конечно, поверил Старейшине, что он вас оставит, но вот его пособнику – нет. Благо никто не знал, где Элла находится, только по-этому она осталась в живых. Мне пришлось вернуться в прошлое, чтобы никто из Либерти не нашел меня. Теперь я человек, простой смертный со слабыми способностями.

– Почему вы выбрали именно 1867 год?

– Я тогда родился и вырос именно в Дойжере.

От услышанного у меня чуть челюсть не отпала. Значит, если верить этой истории, правда было бы лучше оставить нас с мамой, ведь если бы Мэтью нашли, то сейчас и меня не было. Все же на душе от этого легче не становится.

Краем уха слышу звук скрипящих досок.

– Майкл, хватит там прятаться, выходи.

– Простите, что помешали, – я подняла бровь, будто бы удивившись их присутствию, Рамиль показался из-за спины брата.

– Мэтью, нам нужна ваша помощь. Ибрагим хочет взять власть в свои руки. Вы должны вернутся.

Ему потребовалось лишь несколько секунд на раздумья. Затем человек зовущимся моим отцом отодвинув стул встал и произнес:

– Покончим с мерзавцем.

Глава 22

Согласовав все, мы решили, что лучшим укрытием на первое время будет, наше домик в Делавэре. Всего в считанные секунды мы переместились практически на 150 лет вперед. Мы вернулись на фабрику и прошли сквозь портал.

Прибывши в наше скромное убежище, силы Мэтью, начали понемногу покидать, поэтому он первым же делом отправился в гостиную, отлежался немного. Судя по его словам, когда забираются Силы, которые дают Либерти, ты слабеешь, становишься обычным человеком, у которого все же еще есть Дар, но он не такой мощи как раньше. Прибавив ко всему возврат самого Мэтью, то его тоже можно понять. Парни остались в порядке, только Рамиль немного болезненно перенес возращение, так как он человек, то его тоже немного подкосило. Мой брат быстро подлечил, так что теперь его не тянет блевать.

Что же касается меня, то мне кажется, будто я заболела. Все тело горит, я быстро покрылась капельками пота, перед глазами при резких движениях все плывет, а мышцы ломит. Решив, что это быстро пройдет, я ускользнула из дома, пока парни делают обход, чтобы удостовериться, что к нам не забрался посторонний.

Вот она, беззаботная легкость, ощущаема под весенней свежестью. Вокруг ни души, солнце скрылось под массивными облаками. Ветер немного разгулялся. Я иду, улыбаясь всему, что вижу: зеленой траве, пролетающим мимо пушинкам одуванчика, озеру внизу холма, вокруг которого колышутся заросли камышей. Я дома…

Мои ноги свисают с мостика, опущены в холодную воду, в надежде, что хоть так сниму жар. Я сижу уже так, минут 15 наслаждаясь одиночеством, слушая, как волны разбиваются о ножки мостика. Блаженство. В голове звучит непонятная мелодия, то ли я сама ее придумала, то ли слышала где-то. Слышу скрип одной из досок.

– Почему ты тут одна? – звучит знакомый голос, я обернулась и заметила, как отец садится рядом со мной.

– Кажется, что я тут не была целую вечность, захотелось посидеть в одиночестве. Отдохнул уже?

– Чувствую себя лучше, а ты как? Вижу тебе не очень хорошо.

– Просто жар, скоро пройдет.

– Не хочешь рассказать, что произошло там?

– Думаешь сейчас время для откровений?

– Почему бы и нет. Я все 16 лет, мечтал поговорить с тобой.

Я на секунду задумалась и все же решилась ему доверится. Он внимательно меня слушал, активно поддерживал разговор. Мне легко с ним общаться, как с другом. Потом он начал спрашивать обо мне, о моей жизни, но как я и говорила, до получения Дара, моя жизнь была намного скучнее, чем сейчас. Иногда мы переводили разговор в шутку. Так он и узнал меня. О нем я тоже что-то узнавала понемногу.

– А знаешь, вступая в Либерти, мне обещали новую жизнь, но она не особо отличается от прежней.

– Ты о чем?

– Дармоны вроде как не спят, в еде не нуждаются.

– Это правда.

– А вот со мной это не сработало, я все еще наполовину человек. И цвет моего Дара мой не имеет никто кроме меня.

– Дай угадаю, – он потянул улыбку так, будто знает, что я хочу сказать, а затем показывает свой цвет. Он такой же, как у меня. Я была поражена. Это просто невероятно.

– Почему ты имеешь Белый Дар?

– Сложно объяснить. Это случилось не так как с остальными Дармонами. Я был экспериментом.

– То есть как это?

– Однажды на самом краю бедности и в шаге от смерти я познакомился с парнем. Он был чуть старше тебя и тоже был Дармоном, как я понял об этом потом. Он точно так же рассказал мне о существовании Дармонов, Всадников, показал Либерти. И предложил провести эксперимент надо мной. Он проник ко мне в сознание, в тот момент, когда я проходил арку. Мне казалось, что я не выживу в тот день. Тебе будто электродрелью просверливают мозг, вдобавок оглушая электрическими зарядами. Но я выжил. Я получил обещанный Белый Дар, я мог регенерироваться, то чего не могли другие Дармоны, мог управлять стихиями. Об этом всем узнал Ибрагим. Они долго разговаривали между собой, потом они поссорились и тот выгнал паренька.

– Но зачем этот эксперимент?

– Я не знаю. Я помню лишь как Ибрагим был вне себе, когда увидел мальчишку, он клялся, что снова запрет его в Тюрьме и тогда он никогда уже не выберется от туда.

– Это все объясняет. Я столько времени не могла понять, почему я не такая как все.

– Быть не таким как все, – намного круче, чем равняться на других. – После небольшой паузы он добавил. – Милада, я надеюсь, ты меня когда-нибудь, хоть когда-то, поймешь и простишь.

Я взяла отца за руку и, глядя в глаза, ответила:

– Я прощу тебя, если сделаешь кое-что для меня.

– Милада, – я услышала шепот, но его издавал не мой отец.

Это сбило меня с толку, может мне почудилось из-за жара, но я все же сказала ему условие.

Мы решили пройтись к дому пешком. Остановившись у крыльца, Мэтью спросил:

– Ты точно этого хочешь?

– Я уверена.

Войдя внутрь, парни нас уже ждали.

– Вы куда пропали?

– Прогуляться вышли.

– Рамиль, нам нужно будет отлучиться ненадолго втроем.

– Стоп, куда? – запаниковал брат.

– Скоро узнаешь, – я подошла к Рамилю, обняв его, шепнула на ухо. – Мы скоро будем.

Втроем мы переместились из Делавэра. Я стою одна на пороге дома, жутко нервничая. Жар, так и не прошел, кажется, стало только хуже. Загадочный голос больше не проявлялся. Вдруг у меня начались галлюцинации. Я постучала еще раз, она должна быть дома. Дверь, наконец, открылись. Мама тут же кинулась меня обнимать, ее глаза наполнились слезами, а потом и мои. Как же я рада видеть маму. Будто мы уже год не виделись.

– Мамочка, не плачь, пожалуйста, а то я сейчас тоже начну.

– Где же ты была, мы себе места не находили. Я думала, что потеряла уже двоих детей!

– Мам, я в порядке. Кое-что случилось со мной, и с братом.

– Господи, нужно срочно позвонить Фреду, он там с ума сходит… – я перебила маму, а то она на эмоциях сильно перенервничает.

– Постой! Не нужно никому звонить. Он не должен знать всего.

– Детка, о чем ты говоришь?

– Тебе лучше присесть.

Мама села на диван в зале, я стала рядом. Из-за угла, где начинается лестница, вышел Майкл. Настоящий, в своем обличии, именно таким, каким он был всегда. Мама схватилась за сердце и перестала дышать от неожиданности. Она тут же побежала вперед и обняла нас так крепко, как никогда до этого. Тут уже не смог сдержать слез никто. Мама глядела по очереди на нас, гладя по голове и благодарила Всевышнего за то, что мы живы.

– Майкл, дорогой, что с тобой случилось? Мы с папой так переживали, уже и не надеялись тебя вернуть домой.

– Я все это время был близок, просто никто этого не знал?

– Тебя похитили?

– Нет, я сам ушел…

– О чем ты говоришь, как это сам?

– Думаю, тебе это все кое-кто другой сможет рассказать, – успокоившись, сказала я.

Мое сердце начало бешено биться. Я начала очень переживать, ведь это такой момент важный… Даже не знаю, как на это отреагирует мама. Вывалить на нее сразу все, не всякая психика такое выдержит. Из-за того же угла откуда вышел пару минут назад брат, виновато выглядывает Мэтью.

– Привет, любовь моя, – тихо сказал он, боясь повысить слегка тон.

Мама разинув глаза, сразу же пришла в ярость. Она схватила вазу, которая пустовала на столике и со всей силы швырнула в стену, рядом с Мэтью. Тот среагировал быстрее, резко поднял руку и ваза застыла на месте. Повисев в воздухе пару секунд, она как по маслу вернулась на место. Мама тут же перекрестилась, взяла за руки меня с братом и начала отходить назад.

– Мам, прошу, выслушай Мэтью.

– Дети бежим!

Но мы не стали. Мама смотрела на нас с таким испугом, будто перед ней совершенно незнакомые люди стоят, а не её дети.

– Что происходит? Как ты посмел сунуться сюда после того как бросил меня?!!!

Мама накинулась на отца и уже хотела отколотить его как следует, но он лишь прижал ее к себе и начал успокаивать, она этому поддалась и начала снова рыдать.

– Нам лучше отправится наверх.

Передала я брату, тот согласился и мы поднялись. Спустя пару минут, внизу были слышны крики мамы, звуки бьющейся посуды, а мы отправились по своим комнатам. Как же давно я тут не была…

Все такое родное. Только спустя какое-то время ты понимаешь что стены, в которых ты рос, не заменит ничего. Ни одна самая дорогая вилла на берегу океана или самый роскошный пентхаус. Нет. Когда ты покидаешь дом, постепенно взрослеешь, и найдя минутку свободного времени, ностальгируешь о том, как ты втайне от мамы рисовал на стенах, учил скучные уроки, читал детские книжки. Какое же это все-таки было прекрасное и беззаботное время. Мы вырастаем и у нас начинается другая жизнь. Кто-то взрослеет раньше, кто-то не может и в 30 лет. Мне же пришлось сделать это сейчас, в свои 16.

Оглядывая родные стены с тоской, я вспоминала свою прежнюю жизнь. Не было ни погонь, ни перемещений, никаких Сил. Только ты и твои нелепые детские проблемы, о любви, невыученных уроках или даже не вымытой посуде. Я больше не могу быть как все мои сверстники, продолжать учится, ходить на работу, продолжать вести обыденную жизнь. На мои плечи судьба свалила весьма тяжкий груз, надеюсь, я вскоре узнаю, почему меня выбрали. Там. Раньше я думала, как же скучна моя жизнь, и вот бы что-то в ней поменялось. Сейчас, когда я потеряла все это, я молю, чтобы хоть на день вернуться в то время. Только потеряв, то, что казалось нам бессмысленным, мы понимаем, насколько оно было дорогим.

Тяжело вздохнув только войдя в свое «убежище» как я называю свою комнатку, я стала осматривать каждый уголок, полочку со старыми книгами, письменный стол и туалетный столик с небольшим зеркалом. Убежищем оно называется, потому что только здесь я могла переживать свои трудности. Я не из тех, кто любит жаловаться. Все что у меня было на душе, я переживала именно здесь, а после, переступив порог в коридор, натягивала улыбку, будто ничего не было. Проблемами на момент когда я была ещё человеком это были обычные банальные трудности подросткового возраста, неразделенная любовь, это я сейчас не про Рамиля, а именно про того кто разбил мне впервые сердце. Проблемы в школе, друзья которых практически никогда и не было. В общем, сейчас я это даже проблемами не считаю, потому что это даже не сравнится с тем, что происходит в данный момент.

Я с трудом подошла к зеркалу, боясь увидеть в отражении вторую себя. Она меня пугает, то кем я стала. Вместо этого я увидела лишь девочку, которая стала сильнее, смелее, готовая на все чтобы остановить того гада, который испортил нам жизни.

Умостившись в свою постель, меня начало конкретно морозить, пришлось закрыться полностью одеялом. Под ним стало трудно дышать, становилось жарко и я позволила себе открыть маленькую щель с доступом к воздуху. В ушах шум, голос снова начал звать меня по имени. Иногда я слышала что-то вроде «помоги мне»

Спустя какое-то время, что мы побыли порознь, в дверь раздался скромный стук. В дверном проеме, что разделяло комнату и коридор, выглянуло лицо мамы. Оно было абсолютно спокойным, казалось бы на первый взгляд, но по ней легко можно было понять что вот вот, ещё чуть-чуть и она зарыдает. Интересно, о чем именно Мэтью ей рассказал? Вдруг я сейчас ляпну чего-то лишнего, тем самым только усугублю ситуацию и нервы матери не сдадут.

– Милада, – услышала я вновь голос, кажется, у меня точно крыша едет.

– Можно к тебе? – тихо спросила мама.

Я испуганно вылезла из-под одеяла и села, облокотившись о стену. Голос вновь меня позвал. Я закрыла уши и зажмурила глаза.

– Заходи.

– С тобой все в порядке?

– Да, все отлично, – голос прекратил меня звать.

– Ты странно выглядишь, у тебя что-то болит?

– Мам, правда все в порядке, – может, это на меня подействовали так переходы с прошлого, ненастоящего мира, как на человека и организм просто пытается восстановиться.

– Твой… – следующее слово ей далось очень нелегко сказать. – Отец, рассказал мне очень страшные вещи. Скажи мне это правда? Ты умеешь… – в такой ситуации как сейчас трудно подбирать слова, не зная того во что ввязался твой ребенок, я решила помочь.

– Да, типа того что ты увидела когда появился Мэтью.

– Покажи мне.

– Я не думаю что ты, правда, хочешь это увидеть, – после этих слов, меня начало тошнить, перед глазами все начало плыть.

– Детка, что с тобой? Ты вся горишь.

– Мам, я просто приболела. Мэтью меня подлечит. Можно я побуду одна?

– Конечно, но я вернусь и принесу тебе таблетки, – улыбнулась мама, но в этой улыбке была печаль. Она покинула комнату.

Я схватилась за голову, голос начал просить о помощи. Постаравшись подняться с кровати, меня начало шатать в стороны. Мне становилось все хуже. Выйдя в коридор, я кое-как спустилась лестнице, чуть ли не скатившись с нее как колобок, благо никого в кухне не оказалось. Я подошла к холодильнику, и из морозильной камеры достала несколько пакетов со льдом, а затем пошла с ними в ванну. Дрожащими руками разорвала пакеты и высыпала содержимое в нее, включив при этом ледяную воду. Если я сейчас не охлажусь, то сгорю, прям тут.

Не снимая одежды, я полезла внутрь и погрузилась с головой. Я лежала, отключив мысли, лёд остужал мои закипевшие жилы, мне становилось легче. Не обращая внимания, на то, что мне был нужен кислород, казалось, что я могу дышать под водой. Не знаю точно, сколько я там пролежала, как вдруг меня хватают за плечи и вытаскивают наружу. В этот момент мои лёгкие вновь ожили и вспомнили что такое воздух. Я начала жадно хватать его, а перед собой увидела Мэтью, который был очень напуган.

– Ты что творишь? – сказал он, вытаскивая меня из ванны. Я заметила, как весь пол был залит водой – Что это?

Он повел пальцем по шее в том самом месте, мне стало еще больнее. Жар вернулся, я начала кричать и пытаться выдраться из его рук. Я упала обратно в ванную. Ледяная вода вновь поглотила меня вместе со способностью дышать. Мне стало легче, хоть руки Мэтью активно пытались достать меня. Он все же выловил меня, отдышавшись, прикоснулась к руке проверить свое состояние. Жар ослаб. На секунду я даже обрадовалась, но потом к нам влетела мама, а за ней брат.

***

Мы сидим в гостиной, я закутана в плед, с волос продолжают стекать капельки воды. На столике остывает чай. Каждый сидит по отдельности, мама напротив меня, Мэтью на другом конце дивана, Майкл забился в кресле. Все пристально смотрят на меня, а я уставила взгляд на кружку и как из нее поднимается пар. Мне сложно представить, что они подумали, когда увидели меня в таком состоянии.

– Может, ты скажешь нам хоть что-то?

Я проигнорировала вопрос брата. Мне не хочется пугать маму еще и черной меткой на моей шее, появившейся вследствие непонятно чего, да и вообще всех.

Пару минут спустя, встаю с кресла, сбрасываю плед.

– Мне стало плохо, голова закружилась и ничего лучшего я не придумала, как остудить себя. Мам, нам нужно поговорить наедине.

Мама в недоумении соглашается, и мы идём на кухню. Я закрываю дверь. Такое действие привело ее в небольшое смятение, но, не смотря на это, она не прокомментировала действие.

– Мам, я хочу, чтоб ты не волновалась за меня.

– Я всегда буду за тебя волноваться.

– Забери документы из школы, я больше туда не вернусь. У меня теперь другая жизнь.

– Ты в этом уверена?

– Да.

– Детка, этот разговор похож на прощание.

– Я никогда тебя не забуду и в любой момент могу прийти к тебе.

Мама обняла меня, я уже чувствую, как мы обе заплачет, но стараюсь держаться.

– Что же я Фреду скажу? Он же так переживает.

– Скажи, что я нашла Майкла, он со мной. Мы вернемся, как только сможем, у нас есть одно очень важное дело. Обещаю, я вернусь, и Майк тоже.

Мама кивнула в ответ, ей тяжело отпустить меня, я это вижу, но так надо. Такова наша судьба. Думаю, если бы отец с ней не поговорил и не разъяснил ситуацию, она бы этого не сделала.

Мы вышли в коридор. Мужчины нас уже ждали.

– Мэтью, возвращайтесь в Делавэр. Начинайте думать, как нам разобраться с Ибрагимом. Мне нужно кое с чем разобраться.

– Нет! Я не отпущу тебя никуда после того чтобыло здесь. Ты мне даже не рассказала про метку на шее. Вдруг тебе опять хуже станет.

– Не станет. Ждите в Прекстон вилидж.

Не успев Мэтью возразить, я скрылась с дома, в котором выросла.

Он сидит один в темной комнате с зажженной сигаретой в руке, смотрит на проливной дождь. Ветер заставляет ветку дерева постоянно стучать в окно. Это его нисколько не напрягает, а лишь напоминает о том, что время не застыло на месте. Иногда вдалеке проносится гром, который бы заставил любого содрогнуться и затомить на мгновение дыхание, но тот и глазом не моргнул. Этот человек наслаждается своим величием. Это самое главное для него в жизни. Он остался тем единственным и непревзойденным, каким был раньше еще несколько веков назад. Рядом слышен треск горящих дров в камине, дающее тепло по всей комнате. Для этой местности характерны дожди только в конце лета, но сегодня небо решило подать всю свою мощь, показать, на что оно способно.

Темные массивные грозово-дождевые облака сгущаются воедино, накаляя обстановку. Человек любит такую погоду, а еще он обожает бывать один в этом месте. Он находится в своем логове, куда остальные Всадники не имеют права заходить, даже по приглашению. Он не доверяет нарушать покой своего дома кроме одной персоны.

Удар грома, в комнате появилась эта персона. Человек, сидящий в кресле, повернул голову, сразу же улыбнувшись, потушил сигарету. Точнее, это ни был даже человек.

– Шеллос, – сказала девушка только что появившаяся тут. В её голосе была слышна тревога, будто она принесла плохие вести, боясь расстроить хозяина дома.

– Я скучал по тебе, – он протянул руку, чтобы та подошла, и она это сделала. Девушка занурила руку в темные волосы мужчины и поцеловала в макушку. Она аккуратно присела на колени Всадника и несколько секунд разглядывала его лицо. На месте, где раньше красовался шрам на лбу, она часто любила водить пальцами и жалеть его.

– Что с тобой? – почему-то шепотом спросил он, хотя эти двое находились совершенно одни. – Ты выглядишь уставшей, но как всегда прекрасна, моя любовь.

– Милый мой, я так устала от этих испытаний, они столько сил забирают.

– Прости меня за это, ты же знаешь, мы не могли иначе. Нужно было убить Рамиля и избавится от семейки Гарсиа.

Девушка опустила глаза и не могла смотреть ему в глаза. Дармон прикоснувшись к её подбородку, вновь поднял взгляд на себя.

– Ты ведь не просто так пришла.

– Рамиль и вправду был убит, не знаю, зачем они пытались вернуться в прошлое, но мой человек доложил, как видел всех Гарсиа в доме. С ним был еще один человек, но они не знают кто это.

– В какой именно год они попали?

– 1867.

Человек резко изменил выражение лица. Он понял, о чем идет речь, и это его весьма огорчило. Скорее даже разозлило, но он этого не показал своей даме.

– Любовь моя, вынужден тебя огорчить, но у нас весьма большие неприятности. Ты сделаешь это для меня еще раз? – девушка с горечью вздохнула и положительно кивнула. – Нужно собирать всех и действовать. Мы должны избавиться от Гарсиа.

– А как же Артур?

– Он не должен ничего узнать. Будь осторожна когда будешь выходить из Либерти.

– У тебя есть план?

Дармон поцеловал её в губы и кивнул, тая в свой голове гениальный план.

Милада

Как я раньше и говорила, в детстве с моим братом мы очень любили смотреть передачи о путешествиях. Это была наша мечта обойти все укромные уголочки Земли. Теперь, когда эта возможность нам прямо предоставлена, я с легкостью могу исполнить мечту. Вспомнив одно из них, быстро переместилась туда. Где оно точно находится, я не помнила, для перемещения важно знать, как это место выглядит, это я знала хорошо, а что ещё более подходящее для меня так это то, что оно абсолютно безлюдно.

Дикий пляж, позади которого находятся девственные тропические леса. Не знаю, почему люди сюда не суются, ведь когда я видела передачу, мне было лет 6. Над водой стоит густой туман, видимо сейчас ранее утро. Небо затянулось серыми облаками. Какое все-таки это прекрасное место. Влажный песок, пройдясь по которому ты оставишь четкий след, а вода ледяная такая же, как в ванной дома. Именно это я и искала. Глядя на воду, я вспомнила то зачем пришла сюда.

:::

Холодный пол, впрочем, как и всегда по ночам. Немного согревает солома, в которую я обычно зарывалась. Эта ночь очень светлая, луна сегодня полная, но усталость во мне настолько сильная, что я даже не обращаю внимания на неё. Мне снится, как я иду по лесу, именно тот, где я очутилась, ничего не помня. Где-то в далее слышны два мужских голоса. Один из них мне очень хорошо знаком. В метрах десяти от меня растет куст, он как-тостранно начинает шататься. Ветра совсем нет, я бы это поняла. Внезапно я слышу второй голос, он смеётся.

– Тише, – шипит он.

Я подхожу ближе к кусту, медленно и осторожно.

– Я только хочу её напугать.

От одной только этой фразы сердце ушло в пятки. Второй начинает смеяться. Я чувствую прикосновение к ключице, хотя рядом никого нет! Кто-то пытается отодвинуть кофту от шеи до плеча. Я подошла ближе к трясущемуся кусту. Рука тянется под кофту. У меня начинается паника, так страшно особенно во сне мне ещё не было, хоть это и настолько кажется явью, что я уже и знаю где реальность. Голос странно смеётся. Куст начинает быстрее трястись. Секунда другая, оттуда вылетает птица, чуть не врезается мне в лицо.

Я просыпаюсь и вижу перед собой человека. Дэн – один из друзей Макса. Его противные пальцы пытались сорвать с меня футболку.

– Убери от меня свои руки, – разозлившись, я удаляю его по щеке со всей силы, но потом сразу же об этом пожалела.

– Дерзко, – ухмыльнулся тот, будто ничего и не было.

– Ден, прекрати!

Его это не останавливает, а только больше возбуждает. Этот отвратительный запах пьяного парня ударят в нос, он это понимает и делает выдох прямо в лицо, я сразу же искривляю лицо, ибо это невозможно стерпеть. Пьянчуга пользуясь моментом, хватает меня за запястья и тащит на середину сарая.

– Отпусти! – прошу его.

– Не бойся! Мы всего лишь поиграем, в непослушную служанку и ее господина.

Он отпускает меня, я падаю на пол и начинаю отползать назад. Заметив это, он спокойно идёт на меня. Я ускоряюсь, не смотря на то, что мне совсем неудобно ползти спиной. Дэн расстегивает ширинку и ускоряет шаг.

– Тебе придется заплатить за тот удар, крошка.

– Дэн! – у меня начинают выступать слезы, и я решаю в ускоренном темпе доползти до стены.

Вот теперь я загнанна и деваться мне некуда. Дэн снова поднимает меня за запястья и тянет к себе, но я реагирую быстрее и пяткой наступаю на ногу. Он отталкивает меня, в этот момент я замечаю вилы, стоящие в углу, с которыми я работаю каждый день. Схватив их, я стала в позу, чтоб оборонятся.

– Убирайся отсюда, – сквозь зубы сказала я, боясь вдруг этот ненормальный, проигнорирует три торчащих на него штыка.

– Агнес, положи вилы на место.

Сказал он так будто он власть и подошёл ко мне. Он попытался забрать их у меня, но я начала отпираться.

– Не зли меня!

– Уходи отсюда.

– Не смей нам указывать, что делать, а иначе будешь снова драить до блеска мою обувь.

Обувь у него что надо, такие как у Дэна мало у кого были. Черная кожа, натерев какую можно было увидеть себя в отражении. Именно их я недавно и вычищала до блеска, ему и Максу.

Мы начали вырывать друг у друга инструмент. Старая потертая деревянная ручка была уже на грани поломки. Мелкие выступы впивались в кожу, оставляя раны. Это нас замедлило, но не остановило. Сила Дэна в разы превышала мою поэтому, он победил, вырвав ее у меня из рук. Я была уверена, что дальше он выплеснет гнев на меня, но к удивлению насильник откинул вилы в сторону.

– Макс! – у меня начинают выступать слезы, я замечаю его у ворот.

Макс подбегает и ударяет друга по телу своим оружием. Дэн оклемавшись пытается подняться на ноги и нанести ответный удар. Макс пользуясь тем, что тот шатается из стороны в сторону, ударяет его в челюсть и Дэн падает. Мой спаситель хватает его за шиворот, и они скрываются за вратами.

Пальцы, ладони, держали в себе множество мелких щепок, которые, я какое-то время старательно выбирала со слезами на глазах. Мне стало так страшно, из-за того что сейчас было. Чтобы было, если бы Макс не вмешался? Эти мысли пожирали меня изнутри, вместе со всей болью и слезами. Хочется громко кричать, но вместо этого я тяжело дышала, заглатывая поток соленых слез.

Одну из деревяшку я оставила напоследок. Это был огромный кусок, вокруг которого образовалось сильное покраснение. Я долго смотрела на нее, а потом, наконец, решилась. Она впилась так глубоко, что вытащив её, я пришла в ужас. Это конечно было предсказуемо, что пойдет кровь, но чтобы она была черного цвета …

Именно это и привело меня в эту глушь. Ещё в Прекстоне меня посетила мысль о том, что же это за чёрное пятно, красуется на моей шее. Как мне говорил Рамиль, после того как я исчезла вместе с Арчером, оставив после себя черный и белый круг, возможно, как-тоя поглотила его в себя. Плюс ко всему я слышала голос похожий на него. Прохладный воздух не давал мне вновь повышать температуру тела.

Первым делом нужно убедиться, что он ещё во мне. Я беру острый камушек, наполовину зарытый в песок, становлюсь на колени, стискивая зубы, прицеливаюсь на указательный палец и отвожу взгляд на воду. Обычно когда нужно сдавать кровь я так и делаю, стараюсь не смотреть на происходящее будто это поможет не чувствовать боль, а врачи думают что падаю в обморок. Пара секунд и на кончике пальца образовывается прокол, откуда вытекает черная кровь, которая вскоре исчезает, оставив небольшой потек.

Вопреки моим ожиданиям, это все же случилось. Руки начали дрожать, кажется, что это все нереально. С тех пор как моя жизнь развернулась на 360 градусов, слово «нереально» можно забыть навсегда. Арчер все еще во мне.

Глава 23

Майкл

Мы все же приняли решение вернуться в Прекстон. Отец Милады пришел в ярость. Буквально с порога, лишь взглянув на его выражение лица можно было ужаснуться. Будто вот вот и он взорвется, разукрасив комнаты в алые цвета, но на сколько я знаю это невозможно. Но мне стало не по себе и я не решил к нему приближаться.

– Ты же её брат, как ты можешь не знать где она?

По лестнице раздались шаги, старые доски заскрипели, Рамиль спустился на шум.

– Что здесь происходит?

– Если вы не забыли кто ваша дочь, то искать её бесполезно, она может быть в любой точке Земли.

– Где Мила?

– Вот этот вопрос, я и хочу задать её брату.

– Вы так говорите, будто это я виноват, что она сбежала. Что вообще там произошло?

– О чем вы говорите?

Мэтью, с глазами безумца резко дернулся с места и подбежал к Раму. Глядя точно на него, одной рукой он держал его за плече, а второй копошился в кармане.

– Когда вы были в Измаиле, у Милады был жар? Она падала в обмороки?

– Что?… Нет, она чувствовала себя обычно. Что происходит? – такое поведение явно перепугало Рама, тот стоит, абсолютно растерян.

Мэтью присчурил взгляд, морщинки вокруг глаз немного сделали его старше, чем казалось. Складывалось впечатление, будто подозревал Рамиля во лжи, но нет, старший Дармон просто хотел затянуться.

– Мэтью, нам остаться только ждать. У нас есть возможность расквитаться с Ибрагимом. Возможно, он уже знает, что мы вернулись в настоящее время.

«Вдруг он доберется до неё?» я был уверен, что каждый задался этим вопросом, но никто не осмелился произнести это вслух.

– Дай мне пару минут.

Мэтью удалился в кухню, разжёг спичку и задымил. Запах никотина, медленно распространялся по дому. Мы же с Рамилем поднялись на верхний этаж, чтобы я спокойно мог объяснить ему, что произошло.

Хендерсон не стал долго сидеть на месте. Докурив сигарету, он начал расхаживать по комнате с одного конца в другой, ожидая нас, когда мы спустимся. Я рассказал, Рамилю то, что случилось, даже не знаю, встречаются ли они. Можно ли уже сказать «его девушка?» Тот смотрел на меня пронзительным взглядом, а затем задумался, даже не знаю о чем. Может быть, он что-то знает? Эти двое та ещё парочка, у которой в голове твориться черт знает что, они друг друга понимают, и даже чем-то похожи. Могут замкнуться в себе и уйти подальше от всех.

– Есть идеи как нам победить Ибрагима? – мы сидим в зале, я решил первым задать этот вопрос.

– Если мы его не убьем, то он не перестанет портить нам жизнь, – возмутился Рамиль.

– Нет, – спокойно ответил Мэтью. – На убийство мы не пойдем, каким бы подонкам он ни был. Я хочу лицом к лицу поговорить, если он не отступит, то мне придется применить силу.

– Мэтью, вы же практически человек…

– Не сомневайся во мне.

– Мы будем с вами, – подскочил Рамиль.

– Ты и Майкл будете ждать мою дочь, а мне придется вернуться в Либерти, – с горечью сказал блондин.

– Мэтью, прошу прошения, но это глупо лезть в одиночку в логово волка. Если с вами что-то случится, то мы без вас не справимся! Подумайте о Миладе, не дайте ей снова вас потерять! – я возмутился, как бессовестно, можно так рисковать, когда мы только встретили его. Может ему наплевать на себя, но я не дам ему вот так рисковать собой.

Мои слова заставили его задуматься. Мэтью откинулся на спинку дивана, достал пачку сигарет и закурил. Снова этот противный запах никотина добрался до наших легких. Мы все замолкли, каждый перебирал в голове все возможные варианты победы над врагом.

Милада

Заметив, что Арчер проявляет себя, когда мне плохо, я так и поступлю. Не поднимаясь на ровные ноги, я присела и постаралась сконцентрироваться. Правой рукой, попыталась сделать что-то вроде мини огня, но получилось только огненный шар небольшого размера. Оранжевое пылающее тело висело над ладонью, вращаясь то по кругу, переворачиваясь. Никогда ещё раньше так пристально не наблюдала за ним. Как убрать его, я тоже не знаю, ведь раньше я такими штуками только метала. Оставлять тоже на земле его нельзя – побоялась, что устрою пожар. Поэтому, замахнувшись, но, особо не старавшись, бросила шар в воду. Тот быстро исчез, и я продолжила попытки. Так продолжалось, раз пять, а затем я начала думать, как из шара получить огонек малого размера. На следующем, я вглядывалась и мысленно пыталась изменить форму или вообще убрать её.

Шар начал плавно, словно желе двигаться, а вскоре превратился в то, что мне было нужно. Огонек обделял ладонь, но совсем не обжигал, лишь отдавал приятное тепло в руку. Я пошевелила пальцами, пламя игриво повторяло движение руки. Оставив часть на двух пальцах – указательном и среднем, от предстоящего они начали трястись. Я вновь стиснула зубы и смотрю вдаль. Солнце поднимается, туман рассеивается, оставляя за собой дальний вид. Утренний рассвет стал отчетлив, а прохлада развеялась с приходом теплых лучей солнца. Внутри меня все мигом сжимается, пальцы подношу к черноте на шее и резким движение прижигаю. Боль разносится не по-детски. Уже буквально через несколько секунд, не могу сдерживать себя и кричу от боли, но не убираю руку. Я чувствую, как жар возвращается, температура вновь поднимается. Кожа на шее регенерирует и тут же плавится заново. Мои и без того слабые восстановительные процессы не успевают лечить меня. Меня начинает лихорадить.

– Арчер, твою ж мать, – уже сквозь слезы, еле выговаривая слова, прошу его, – Появись же ты, наконец!!!

В эту секунду начинается резкое головокружение, огонь гаснет, я падаю на землю. На какое-то мгновение я отключаюсь, кажется, организм не выдержал такого эксперимента и я умираю. Вот и все, пришел конец, мои родители даже не увидят тело, не смогут попрощаться. Я снова не увижу свою семью. Как бы хотелось сейчас зарыдать, выплеснуть эмоции, но уже поздно. Почему-то я все ще слышу шум леса, чтобыл позади меня, плеск воды, даже слышу запах всего этого. Такой чистый, может даже слегка солоноватый. Неужели перед смертью ты можешь сделать последний вдох, насладится местом, где последний раз в жизни побывал?

– Милада, – слышу хриплый голос, видимо это пришли за моей душой.

– Да, Всевышний.

– Не неси чушь. Ты жива.

Ничего не понимаю. Голос в голове пропал. Я попыталась пошевелиться, ни одна из мышц не выполняет своей функции. Тело будто онемело и я не могу пошевелиться. Даже глаза остаются в неподвижном состоянии, хотя я слышу и ощущаю окружающую среду. Я все пытаюсь пошевелить хоть чем-то, но все напрасно.

– Милада.

Я снова слышу, как меня кто-то зовёт.

– Это Арчер.

Могла бы я сейчас удивиться или хотя бы закричать от испуга, то однозначно бы это сделала. Арчер в моей голове. Нет, я точно либо сошла с ума, либо умерла.

– Прекрати, думать об этом. Мне трудно поддерживать связь с тобой.

– Как ты тут оказался? – все, что я могу, так это думать.

– Проклятый Ибрагим. Помоги мне.

Он рассказал, что нужно сделать. Это ещё больше меня напугало, но мне нужно вытащить его, иначе это погубит нас обоих.

Я открываю глаза и хватаю воздух, будто не дышала вечность. Все тело будто пропустили через мясорубку. Руки не могут нормально двигаться, с ногами та же проблема. Жар усилился, кожа покрывается капельками пота, от чего меня можно хоть выжимать. Я медленно начинаю ползти к воде. Руки совершенно не слушаются, но я стараюсь, вкладывая последние силы.

Как только дотрагиваюсь до воды, сразу же настигает чувство облегчения. Энергия возвращается по крошечной капельке, давая возможность, погрузится хотя бы наполовину. Дав себе охладиться, я начала искать очередной острый камень.

На краю берега, недалеко от меня расположилась старая ветка. Дрожащими руками, дотянулась до нее и захватила ртом. Стиснув ее по максимуму, я сделала глубокий порез вдоль левой руки. Мне стало невыносимо больно, мышцы рассекались, кровь мгновенно покидала мое тело.

Я закричала, слезы потекли по щекам моментом, а палку в зубах сжала, что она чуть не сломалась. Как и ожидалось, полилась черная кровь. У меня началась паническая атака от увиденного. «Как это возможно?» – задалась вопросом. Я взглянула на пальцы, они не переставали трястись. Взахлёб с горькими слезами на лице, делаю точно такой же порез на другой руке, потому что одного не достаточно.

Кровь начинает сползаться, воедино формируясь в бесформенное тело. Спустя каких-то пару секунд, кровь на руках возвращается в прежний цвет, а черная масса испаряется в большое чёрное облако. Кажется это все, я ощущаю, будто с меня стянули тяжёлый груз, становится легче дышать, температура тела постепенно возвращается в норму.

Чёрное облако, что висит неподалеку от меня, вскоре рассеивается, а из него выходит ОН. Сердце начало бешено биться, но сил вступать в бой против него, у меня нет. Мое выдохшееся тело падает на землю, а сознание отключается. Арчер одержал победу, не выпустив ни одной пули.

– Вы как хотите, но я просто умираю с голода. На пустой желудок, мой мозг просто не может работать, – сорвался с места Сандерс.

Остальные участники комнаты остались на своих местах. Можно было легко догадаться что Мэтью, уже складывал план в голове, ведь он любил часто сидеть, уставившись в одну точку, нервно дёргая правой ногой.

Рамиль скрылся на кухне, шурша и перебирая полки, в искренней надежде, что там завалялась всеми забытая пачка вермишели быстрого приготовления или на крайней случай ещё не просроченная консервная банка с тушеным мясом. С тех дней, что он здесь жил, не осталось от слова ничего, что очень огорчило парня. Хотел, было, он уже подумать попросить своего нового друга, перенести его в магазин, чтобы купить что-то на пару долларов, что завалялось у него в кармане, как позади себя услышал появление человека. Возможно, Майкл решил подшутить и напугать его, но это был тот, кого совсем не ожидали увидеть.

– Ну, привет, старина, – прозвучал знакомый голос.

Рамиль обернулся и от удивления разинул рот, не сразу поверив, что перед ним стоит Вячеслав.

– Черт побери, это правда, ты.

– Да-да я тоже скучал. Как ты тут, снова твои недодрузья тебя здесь закрыли?

Слава оглянул кухню с восторгом, будто впервые её вид.

– Что? – не понял такой реакции старого знакомого, ведь он никогда не отзывался плохо о Майкле. – О чем ты?

– Просто, интересуюсь. Ладно, проехали. Что нового?

– Ты мне лучше расскажи сам, как ты вообще смог удрать от подчиненных Ибрагима?

Слава застыл на месте, скорчив странную гримасу, будто вспоминает, как это было.

– Я с ним договорился, чтобуду стучать на вас ему, а взамен он обеспечит свободу.

– И что он так просто согласился?

– Да…

В этот момент в кухню заходит Майк и тоже застывает на пороге с открытым от удивлением ртом.

– Едрить колотить! Кого я вижу!

– Да, ребят я тоже скучал, – улыбнулся неожиданный гость.

В кухню вошёл Мэтью и очень насторожился, увидев Славика.

– Ты кто такой? – сразу же выдал он.

– Мэтью, познакомься, это наш знакомый Вячеслав, – представил его Рамиль. – Мы недавно познакомились, весьма при странных обстоятельствах, но ему доверять можно. В этом я не сомневаюсь.

Рамиль вспомнил случай, как тот помог ему, когда к ним в трейлер ворвались копы.

– Что ж, будем знакомы, – Хендерсон протянул руку в качестве приветствия, Слава протянул в ответ. Мэтью крепко сжал руку и пододвинул толстячка поближе.

– Ты человек?

– Я Дармон.

– Покажи себя.

– Мэтью, это лишнее, – вмешался Майкл.

– Все в порядке, – стул, стоявший придвинутый к столу «проехался» по полу, прямо к ногам Мэтью. – Присядь папаш, успокойся, я свой.

Слава разжал руку и пошел в комнату. Мэтью эти слова показались будто, тот хотел его оскорбить, поэтому он двинулся в гостиную за ним, оставив парней наедине.

– Слушай, прояви уважение.

– Да, все в порядке, – Слава плюхнулся на диван и, выставив ноги на стол, а руки сжал в замок и положил на живо. – Я ж просто пошутил.

– Ты знаешь, что задумал Ибрагим?

– Ибрагим? По-моему он собирается занять место Старейшины, как вам известно.

– Ты наверняка знаешь, что он задумал.

Вячеслав нахмурился.

– Не прими это за не уважение, но ты думаешь, он настолько идиот, чтобы рассказать все мне, а потом пустить к вам, шпионить за вами?

– Ты хоть что-то знаешь, раз пришел сюда? Может это тебе нельзя доверять, вдруг ты работаешь на Ибрагима?

– Раньше да, но теперь будь моя воля, я б его в порошок стёрла.

Последняя фраза сбила с толку Мэтью, он хотел бы уже задуматься над этим, но ему помешали. В гостиную вошли Рамиль и Майкл. Второй поглядел на Мэтью пару секунд, а затем сказал:

– Слав, ты всё ещё с нами?

– Конечно, вы уже что-то придумали?

– Нам нужна твоя помощь, – встрял Рамиль. – Ты сможешь передать Ибрагиму, что мы хотим с ним переговорить и закончить все миром?

– Да, вот только вряд ли он станет вас слушать, но я постараюсь. Где вы хотите встретиться?

– В Западной Виржинии, на Ривер Тирс, через час, – они не спроста выбрали эту реку, так как она хорошо охраняемая правительством. В случае чего они могут подстраховаться этим, ведь там всегда полно людей.

– Будет сделано, кстати, хотел все узнать, вы нашли Миладу, а то я даже не знаю, чем все закончилось?

Майкл хотел ответить, но Рамиль сообразил быстрее, никому не дав ничего сказать.

– Она погибла. Мы не смогли её вернуть из того места куда закинул Дабин. Это моя вина, никогда себе этого не прощу.

Затем он правдоподобно изобразил тоску на своем лице и чуть даже не заплакал. Все подхватили его задумку и загрустили. Рамиль, представил, а что если бы это была правда, как бы он с этим смерился, и смерился бы вообще.

– Мы на тебя рассчитываем. Если что-то пойдет не так, беги оттуда, – первым заговорил Майкл, после долгой паузы и сделал вид, будто вытер каплю слезы с глаз.

Слава почувствовал их общую боль и тоже на секунду задумался. Но главное он в это поверил!

– Ребят, я вас не подведу и сделаю все, чтобы справедливость восторжевала.

После этих слов, Слава окидывает всех взглядом и исчезает. Все выдохнули, будто до того долго не дышали.

– Как ты понял? – спросил Майкл.

– Наш был спокойный, а этого будто подменили, а главное на нем не было кольца. Я провел с ним достаточно времени, чтобы узнать его. Это точно не он.

– Какого ещё кольца?

– Чёрное кольцо, которое он носил всегда. Ему подарила его покойная жена, которая погибла спустя несколько месяцев после женитьбы. Так, что как он сказал «пусть мне лучше руку отрубят, чем я его сниму»

Она лежит у него на коленях, кровь под носом, на руках понемногу засыхает, при малейшем движении раны вновь кровоточат. Милада Гарсиа открыла заплаканные глаза и увидела добрую улыбку, глазеющую на нее. Рука Арчера поглаживала голову девушки, параллельно выбирая попадавшиеся кусочки ракушек застывшие в волосах.

– Ну, ты и напугала меня.

– Я умерла? – шепотом спросила Милада.

– Вот глупенькая, нет. Ты справилась. Вот только почему же тебе так плохо стало?

– Я человек. Если хочешь меня убить, то, пожалуйста, мое тело едва может пошевелиться.

– Ты дочь Мэтью, я ни за что тебя не убью, я слышал этот разговор.

Гарсиа посмотрела на свои руки, а затем в зеленые глаза Арчера.

– А ты я так полагаю его лучший друг.

– Слабо сказано. Мы с ним как семья.

– Господи…это все Ибрагим, мы заключили с ним сделку. Взамен на брата, я должна была убить тебя.

– Но ты же знаешь, что…

– Да, знаю. Я только после Дабин это узнала.

– Точно так же он подставил и меня.

:::

Однажды сидя в своей камере, к Арчеру зашёл Ибрагим.

– Чего тебе? – грубо начал Эмельсоу.

– И тебе привет, дорогой друг.

– Я, скорее стану балериной, нежели твоим другом.

– Ещё как станешь, если конечно ты хочешь отказаться от предложения, на какое нельзя не согласиться.

– Ой, да пошел ты.

– Не груби мне. В прочем, я все равно скажу.

Арчер отвёл взгляд, будто не желал слушать, хотя ему все же было любопытно, что же привело Ибрагима в такое место и что он хочет от него.

– Арчер, я даю тебе шанс выйти из этой клетки.

Внутри Эмельсоу все остановилось, весь мир, словно замер на месте. Потому что, с того дня как он попал за решетку, тысячу раз пожалел, что не выбрал свободу. Поступил он так, лишь потому был без ума от того кем стал, от того что мог делать, что смог стать бессмертным. Но стоит ли, того жизнь в неволе? Тогда он об этом не думал. За все годы, что он провел здесь, тысячу раз прокручивал моменты из прошлой жизни. То, как будучи маленьким, в своем небольшом городке в Италии, помогал работать контрабандистам и получал большие деньги за свою работу. Джоя Тауро был торговым портом, от куда со всех точек мира перевозили оружие, наркотики, различные товары. Он неплохо зарабатывал на том, что возлагаясь на свой юный возраст, перевозил, то чтобыло нужно в определенные уголки города. Только так он мой прокормить себя и свою двоюродную бабушку. Но после того как она умерла, он забросил школу и полностью посвятил себя этому делу. Раскрутившись и собрав достаточно денег, он, наконец, покинул страну, а эти моменты вспоминает как кошмарный сон и старается никому об этом не рассказать, как не рассказал и Миладе.

– Не думаю, что такая роскошь мне обойдется даром.

– Верно, подмечено.

– Что ты хочешь?

Ехидная ухмылка Ибрагима, без слов дала понять, чтобудет не просто.

– К Содружеству, как ты знаешь, иногда присоединяются новобранцы. Так вот, недавно вступила особа, которая представляет угрозу всем нам.

– Почему же ты сам этим не займешься?

– Я не занимаюсь грязной работой, ты сам знаешь.

– Ну, тогда ты знаешь, что эту особу не убить.

– Ты не должен её убивать, тебе просто нужно будет привести ко мне, а дальше я разберусь.

– У тебя что, твои собачонки не справляются?

– Не груби мне… – Ибрагим выдохнул чтобы не вспылить, ибо ему нужно было, чтоб Арчер доверился ему. – Ты берешься за работу или нет?

– Мне надо подумать.

– Даю тебе час.

Ибрагим подошёл к выходу, но остановился у порога, вспомнив, что не сказал главного.

– Если ты вдруг согласишься, то знай, что сам ты гулять не будешь, я буду пристально следить за тобой. Так что если ты захочешь сбежать, то я тебя найду, а следом, пребывая здесь каждый день, будет адской пыткой, уж поверь, я об этом позабочусь.

– Я бы никогда не согласился в тот день, если бы знал что охотился за своей крестницей.

– Так я твоя крестница?

– Твой отец как узнал, что Элла забеременела, без раздумий предложил мне им стать. Я был безумно рад и сейчас тоже.

Милада улыбнулась, а в душа ее трепетала от того что ее семья растет.

– Нам нужно его срочно остановить, Арчер. Ибрагим убирает всех сильных Дармонов и тех, кто может ему помешать, единственный кто остался пока не тронутым – Артур.

– А Мэтью, где он? И твой брат?

– Они в нашем убежище, обдумывают план, как победить Ибрагима.

Не успев закончить диалог, в кустах зашевелилось нечтобольшое. Дармоны насторожились и поднялись земли приготовившись атаковать. Кусты все отчетливее начали издавать звуки, похожие на чье-то рычание. Сердце Милады начало сжиматься и биться быстрее. Не знание что происходит – хуже всего. Зверь сидевший в кустах подождал несколько секунд, а затем выбежал вперед.

– Мила, осторожно! – выкрикнул Арчер, отодвигая рукой крестницу за себя.

На них, на всей скорости мчал трехсоткилограммовый крокодил. Мила запаниковала и начала отходить назад. Ее ноги быстро промокли, зайдя в воду. Именно это и вернуло ее в чувства. Она будто обрела новые силы и больше уверенности.

Поставив перед собой руки, напротив них появился прозрачный щит, не дававший животному напасть. Крокодил пытался несколько раз пробить головой барьер, а затем, когда попытки пробить бронь оказались бесполезными, он остановился. Его мощная пасть раскрылась, и оттуда раздались страшные рычания. Будто бы по команде, ожидания неподалеку, еще несколько таких же начали наступать на них. Милада ранее никогда не видела ни одного, а тут их сразу четверо. Страх понемногу начал возвращаться, дав прочувствовать себя по всему телу. Взглянув вперед, на тот самый барьер, что она создает воспоминания о том кто она, возвращая девушку в реальность. Это не давало ей упасть духом. Крокодилы расступались формируя круг и не оставляли попыток пробить щит.

Что-то внезапно дотронулось до ноги Милады, страх снова ударил в пятки, но она не позволила себе повернуться. Арчер сделал это за нее. Два желтых глаза показались у края воды. Эмельсоу быстро схватил девушку и оттащил ее от воды. Крокодил раскрыл пасть и уже попытался схватить одного из Дармонов, Арчер среагировал быстрее и отбросил напавшего подальше.

– Милада! Скорее переноси нас…

Глава 24

Вячеслав как ему и было велено, вернулся в Либерти, где его уже ожидал Ибрагим. Рядом с ним сидела в кожаных креслах банда Дармонов и что-то обсуждала. Все собрались в одном из больших залов с круглым столом, все так же без окон и нормальных человеческих дверей. Место, где нет естественного освещения, свет исходил из облачных стен Либерти, чего было крайне достаточно, чтобы видеть оппонентов, но и максимально создавать мрачную атмосферу. Такую же, как и душа властителя.

– Быстро же ты, – улыбнулся Ибрагим.

– Все прошло гладко, думаю, они ничего не заподозрили.

– Есть новости? – спросил мужик, внешне похож на байкера. Руки его покрывали наколки, большую часть спрятанные под кожаную куртку, а на голове заплетённый хвостик.

– Какие же вы нетерпеливые. Я знаю, где собрана вся их шайка.

– Значит, в скором времени мы сможем занять пост Старейшины и править всем Содружеством, – огласил свое решение Ибрагим.

– Ты не знаешь главного. Милада – мертва.

Выйдя с кухни, так ничего не найдя из еды, Рамиль двинулся в коридор. Находясь порознь уже такое время, он уже успел соскучиться по Миладе. Единственное что у него было с собой – лежало в куртке. Фото и кулон, подаренный возлюбленной. Остальные жильцы дома в напряжении ждали Миладу. За окном уже появляются первые сумерки, становится немного прохладнее, поэтому Рамиль решает закрыть окно, ибо дом полностью не обогревается, а из всего тепла камин. Он начинает шуршать по карманам и находит то, что искал. Увидев ее на фотографии, сразу же улыбнулся и подумал «Было бы лучше, будь ты рядом».

Он сразу же коснулся кулона. Все тело обдало жаром и на пару секунд, Рамиль увидел её – лежащую на песке, в крови. Не успев ничего понять, следом за жаром его окатил страх. Дичайший страх, способный лишь дара речи. Он уже ставился в одну точку и не мог поверить в увиденное.

– Рамиль! Иди сюда скорее, – слова брата Милы слегка вернули его в чувства. Шокированный на автопилоте он зашёл в гостиную.

– Черт! – удивился Мэтью – Да на тебе лица нет.

– Ты давно новости смотрел? Ты и тут звезда, – намекнув на недавние события в прошлом, сказал Майк.

Рамиль осторожно повернул голову, будто там сидело страшное чудище, но вместо него там шли новости по телевизору. На экране показывали заплаканную сестру Рамиля, она общалась с журналистами, рассказывая о пропаже брата.

– Нужно было его тоже родителям вернуть, – предложил Майкл.

– Милада… – все резко обратили тревожные взгляды на Рамиля, который и не слышал звучания телика. – С ней что-то случилось.

– Что? – запаниковал её отец – Ты о чем?

– Я видел её, снова. Она на каком-то пляже, вся в крови…

– Нихрена себе. Вот это у вас связь, – воскликнул Майк.

– Надо ее найти!

– Мэтью, сколько лет вам понадобится, чтобы обыскать 510 миллионов километров?

– Ты предлагаешь сидеть, сложа руки?!

– Майк, может, ты знаешь, что это может быть за пляж?

– Он окружён скалами?

– Нет, кажется.

– Тогда не знаю.

– Черт! Черт! – кричал Мэтью, схватившись за волосы.

Окно в гостиной с треском взрывается, раскидав осколки по весь площади. Некоторые впились в кожу парней.

– Мэтью! Не крушите наш дом! – отдышавшись, сказал Майк.

– Это не я…

Рамиль сразу же кинулся к окну проверить, в чем дело. Вдалеке, стоял человек.

– Парни. Нас нашли.

Хендерсон отодвинул Рама от окна и посмотрел сам.

– Уходим.

Старший Дармон взял парней за плечи и хотел телепортироваться в другое место, но какая-то сила сдерживала его. Он не смог переместится даже на второй этаж.

– Почему мы тут ещё?

– Нас что-то держит, – нахмурился Мэтью.

– Что нам делать?

– Придется выйти к нему и узнать что хочет.

– А если он начнет атаковать?

– Все будет хорошо. Майк, останься с Рамилем.

– Нет, я пойду с вами. Рам человек, прости не в обиду, но мы сильнее, тебе лучше остаться.

Эти слова все же немного задели Сандерса, рядом с Дармонами он чувствовал себя слабее, это немного злило его, и где-то в глубине души корила зависть. Хоть он и знает, что завидовать не хорошо.

– У меня есть идея!

Дверь дома открывается, на пороге стоит Мэтью. Сердце его отдает взволнованные удары, но лицо остаётся каменным, не подающим виду, напуганного человека. Рядом за стеной, под прикрытием стоит, сын любимой женщины. У него такой же напряжённый вид, поза приготовившегося к схватке. Все боятся громко дышать, будто от вздоха может все закончится. Впереди них оказывается человек, но совершенно другой, не тот, чтобыл позади дома, сложивший руки за спину, словно он военный отдающий долг родине. Майкл смотрит на Дармона, ожидая дальнейших действий.

– Сколько их?

– Вижу двоих.

– Что они делают?

– Просто стоят.

– Что им надо?

Мэтью не ответил напрямую, но дал понять, что ничего хорошего это не значит. Он подозревал, что это люди Ибрагима и Рамиль был прав, Слава не тот за кого себя выдает, он вернулся в его команду, раз их нашли так быстро. Главный вопрос оставался неизведанным, как этим Дармонам, удается перекрывать доступ к перемещениям. Перед выходом Мэтью убедился, что остальные части Дара функционируют. Он пробовал переместить несколько предметов Силой, все получилось, но что за новые способности у этих ребят, оставались загадкой.

Дармон сделал первый шаг, те, что стояли вдалеке не шелохнулись. Сделав ещё несколько, он замечает, что Дармонов не двое, а уже пятеро. Они все стоят на приличном расстоянии друг от друга, в одной и той же позе. «Что же они задумали?» – подумал Мэтью. Он медленно начал идти вперёд, Майк остался в укрытии.

– Вы кто такие? – спросил Дармон у центрального.

Все как один по команде расслабились. Мэтью не рискнул двинуться дальше. Это означало, что сейчас будет бой. Хендерсон попробовал переместиться, но ничего не получилось. Он оглядел местность по сторонам, над ними образовался невидимый купол, который время от времени проявлял себя, показывая, что он тут есть. «Значит они как-то создали защитное поле чтоб не выпустить нас» – успел подумать Мэтью, до того как все пятеро запустили в него энергетические шары. Лишь от одного он сумел увернуться, остальные влетели в него словно пулей, отбросив бедного Хендерсона на крыльцо дома. Майкл хотел уже выбежать на помощь, но Мэтью захлопнул дверь и заблокировал выход.

Рамиль

Я тоже времени зря не терял, тот же час как парни разошлись, отправился наверх искать то, что у меня осталось от моего бывшего пленного. Мне пришлось перерыть все ящики в комнатах, ища наручники, что сдерживают Силы Дармона. Их я хранил после того как прожил со Славиком все те дни, на всякий случай. Этот случай настал. Вот только теперь незадача, подобраться хоть к одному из Дармонов, если Мэтью с ними не справляется.

– Рам!!! – раздалось снизу. Через секунду в комнату влетает Майк.

– Что случилось? Мэтью…

– Он запер нас здесь.

– Но почему?

– Дармоны оказались высокого уровня, даже ему тяжело с ними.

– Но как же он сам там?

– Я не знаю что делать, вот бы выиграть время, подобраться ближе…

– Точно, – я взглянул на картину, висящую на стене.

– Что?

– Мы сможем помочь Мэтью.

Картина, на которой нарисован большой дом, а из трубы валит дым, вдохновила меня на безудержную идею. Никогда раньше моя фантазия так хорошо не включалась в нужный момент. Теперь, когда необходимо задействовать все силы, я их приложу.

Мы отправились в кладовую. Среди старых усыпанных многовековой пылью коробок, я нашел нужную. За все время пребывания здесь, я знаю, что находится в каждой. Этому барахлу уже не один десяток лет, что, кажется, будто многие поколения оставили что-то от себя. Тут можно найти все от детских игрушек до актиквариатной мебели.

– Черт! – пришел в восторг Майкл. – Ты в этом уверен?

– Да, – сказал я и распечатал коробку с огромной кучей дымовых фаеров.

Мэтью стоит перед домом, полукругом выстроились пять здоровых амбалов, вокруг него защита, которую он изо всех сил контролирует, в то время как все без остановки пытаются пробить барьер. Они не останавливаются, чтобы передохнуть, силы у них как у заряженной ядерной ракеты.

– Раз мы не может отсюда сбежать, значит, они тоже, – сказал я и потащил коробку к центральному окну в коридоре.

– Остановись, – догоняет меня Майк и пытается забрать коробку. – Это не сработает, – но я его игнорирую попытки.

Достав два фаера, передаю Майклу и нахожу полупустую коробку спичек. Тот смотрит на меня как на идиота, и достаю две себе. Мы переглянулись, будто бы этот взгляд означал команду «вперёд».

Поскольку выхода у нас нет и времени думать что-то другое тоже нет, я решил воспользоваться подручными средствами. Тем самым помогу им как человек. Через несколько секунд, Майк открывает окно и кидает два фаера вперед, сразу же следом за ним я свои.

Трое по левую сторону сразу же обратили внимания на только чтоброшенные разноцветные дыма и перестали атаковать Мэтью. Остальные два остановились, но только потому, что все прекратили. Хендерсон воспользовался моментом и вырубил одного. Второй рукой он сдерживал защиту. Майк подсобил и проделал тоже самое с ещё одним. Теперь двое отброшены назад лежат без сознания. Майк бросился бежать вниз, а я остался в доме.

Время действия фаеров секунд 30, поэтому я продолжил поджигать шашки. Красный, синий дым шли столбом вверх, ударяясь о купол, что создали Дармоны, немного задерживался, а затем продолжал растворяться в воздухе и поступать вверх к небу. Вскоре нападающие перестали обращать внимание на мой отвлекающий маневр и приготовились. Мэтью среагировал быстрее, схватил крайнего и будто бы держал его за горло, но только на расстоянии. Остался один, который не был ни под чьим контролем. Он знал это и полагался на людскую слабость, которая осталась в Мэтью, но его не так просто сломать. Этот человек силен, не только Силой, но и духом и какие-то жалкие пешки которыми защищался в данный момент Ибрагим, его нельзя было напугать. Сейчас он думал только о том, если он хотя бы на секунду сдастся, ослабит силу, то подведёт не только себя, но и всех.

Майклу понадобилось меньше минуты, чтобы добежать вниз по лестнице и выйти на крыльцо дома. Увиденное на улице немного растеряло его, поэтому он затормозил. Крайний Дармон побежал вперёд к Майку, в левой руке держа энергетический шар отдававшего синим цветом. У Гарсиа, как у его сестры, из-за того что он ниже по цвету, нет способности создавать защитное поле вокруг себя, единственное что он мог только уворачиваться.В школе, на уроках физкультуры, у него были успехи, так как спорт ему был по душе, поэтому он считал себя в хорошей физической форме. Первая атака полетела в него, и он с лёгкостью увернулся, а шар врезался в окно, напрочь разломав его. Наверное, нападающий на это и рассчитывал, поэтому в ту же секунду, будто предугадав, куда Майкл двинется, следующий удар попал в точности по нему, отбросив его в стену, словно пушинку. Мэтью попытался изменить полусферу защиты на прямую стену, чтобы попытаться загородить и себя и Майкла.

Дармон одетый в острый козырек, с отвратительного цвета пиджаком в клетку, который стоял позади всех начал с самого жесткого – а именно атаку не по Хендерсону и Гарсиа, а по дому. Пылающие огненные шары один за другим начали попадать по стенам, окнам, даже хрупкой старой крыше, пробивая в них дыры, оставляя по контуру горящие очертания. Первая мысль в голове Мэтью прозвучала: «Рамиль в доме!».

Я не понимаю, что происходит. Дом начался трястись, будто бы строительный кран пытается его снести. Я кинулся бежать вниз и заметил разбитое окно, а по всему коридору стоял густой дым. Некоторые предметы были охвачены огнем, пламя которого быстро разгоралось. Двери тоже были в огне, так чтобежать через них нельзя. Деревянный дом начинал быстро умирать. Старые доски, из которых он сделан в молниеносном темпе разгорались, разнося огонь дальше.

У меня сразу же началась паника, и я развернулся бежать вверх. В коридоре дым быстро заполнял пространство, лёгкие не получали чистого воздуха, поэтому у меня начался сильный кашель. Я натянул часть кофты на нос, чтоб легче было дышать, схватил наручники, что оставил возле коробки и побежал на чердак. Возле самой дальней стены напротив двери есть окно, выводящее на крышу. Именно туда я и побежал. Подставив себе пару коробок чтобы достать до него, я открыл его и с лёгкостью выбрался наружу.

Чтобы спустится с крыши охваченной огнем, мне нужно было осторожно пробежать по ней и выйти на заднюю сторону дома. Именно там была водосточная труба, по которой мне нужно будет спуститься. Я полез наверх, с каждым шагом боясь, провалиться вниз.

Мне предстояло преодолеть довольно большое расстояние, сначала взобраться на самую вершину, опираясь на крохотные выступы, а затем спустится вниз, не покатившись с нее. Добравшись до места назначения, я буквально почувствовал, что один из врагов заметил меня, он швырнул в мою сторону пылающий шар огромного размера, но к счастью он попал не в меня. Тот приземлился в метре, оставив в крыше дыру, а все остальное загорелось.

Я не удержался на краю, этот удар будто бы толкнул меня, повалив вниз. Внутри все сжалось, а мозг будто бы решил отключиться в этот момент, чтобы я не понял что происходит. Перед глазами частично показывались смазанные частички происходящего. То ли инстинктивно, то ли высшие силы меня спасли в тот момент, но просто чудом я зацепился за самый край крыши одной рукой и повис на ней. Труба находилась на расстоянии вытянутой руки, в таком положении крайне сложно достать до нее, ведь я едва удерживал себя. Мне сразу же вспомнилось, как мы с Милой пытались проникнуть в чужой дом и там я вывихнул плече, упав с такой же высоты. Рука постепенно начала соскальзывать, и вот уже меня удерживают кончики пальцев. Я пытаюсь пошевелиться, чтобы дотянутся до трубы, но она оказывается дальше, чем я рассчитывал. Последние силы, которые во мне есть, отпускают мое тело и я лечу вниз.

Милада

Я специально не захотела перемещать Арчера сразу же в сам дом, мне захотелось увидеть, его со стороны и показать ему в каком прекрасном месте мы заселились. Поэтому мы появились недалеко от дома в зарослях. К тому же мне бы не хотелось шокировать отца так же как мы маму, таким внезапным появлением, так как я не знаю, как он отреагирует. Сначала нужно было сказать об этом Арчеру.

Как только мы «приземлились» я сразу же заметила наш дом в огне. От этого зрелища замерло все, мое сердце, я забыла, как дышать, весь мир будто бы остановился, а затем ноги сами начали подкашиваться, если бы не рядом стоящий Арчер, то я бы упала, но он придержал меня.

В голове представилась картина как в этот момент, в доме горит моя семья. Только через несколько мгновений, сквозь выступающие из глаз слезы, я заметила, как перед домом стоят трое незнакомцев, а у крыльца брат и отец. Изо всех сил, что есть во мне, после того как пришла в себя, я помчала вперед, совершенно позабыв что меньше чем за секунду я могу переместиться к ним на расстояния вытянутой руки.

Никогда в жизни я так быстро не бегала как сейчас, будто от каждого шага зависят жизни всех. Один из противников стоял ко мне спиной. Я словно кровожадная тигрица, хоть и бежала, подобралась к нему бесшумно, прыгнув на спину и обхватив его шею так, будто бы собираюсь задушить. Этот подонок заметил меня только в полушаге от себя. В этот момент, что-то нечеловеческое управляло мной. Я была готова пойти на убийство ради свой семьи.

Отец ослабил защиту и отбросил того Дармона, что держал одной рукой. Арчер переместился и вступил в драку с тем, кто так старался спалить наш дом. Теперь была драка не Дармонов, а обычных людей. Каждый пытался защититься, и ударить как можно сильнее другого. Это было невероятно ужасное зрелище, но мы защищали друг друга. Мэтью подбежал к нам ослабил меня, и занялся этим сам. Его взгляд попал на Арчера. Он замер, не веря собственным глазам, думал действительного ли это он или просто галлюцинация. Время на объятия старых друзей нет, они слишком профессионально себя вели, ведь оба знали, что на кону. Следом подбежал и мой брат, вид его лице просто ужасный.

– Милада! Рамиль в доме.

Медленно повернув голову на горящий дом, не могла поверить, что это происходит на самом деле. Как он может быть там? Я почувствовала сильное сердцебиение. Страх окутывал меня с ног до головы, но он дал толчок на то, что там находится дорогой мне человек, которого, я люблю больше всех на свете. Он может там погибнуть, а я нет. Поэтому я твердо решила спасти его.

Огонь пожирал корпус дома, пламя разрасталось с каждой секундой. Раздавался звук треска дерева, подходя ближе к крыльцу, становилось все жарче, будто ты стоишь на пороге в ад. Позади Мэтью с Майком и крестный отец борются за наши жизни, а я иду бороться за жизнь Рамиля. Одной рукой я прикрывала нос и рот, чтобы меньше отвлекаться на гарь, а другой повернула ручку. Она сразу обожгла кожу, чуть ли не расплавив ее. Я лишь стиснула зубы по крепче, и убеждала себя, что это сейчас не главное. Не успев переступить порог дома, меня кто-то хватает из-за спины и тащит назад. Сперва я подумала, что Майк решил остановить меня, но когда я повернула голову, чуть ли не расплакалась. Хотя нет, слезы быстро подступили, когда я увидела его.

– Рамиль, – я прижалась к нему так крепко, как только смогла, но он не ответил взаимностью.

Он посадил меня на землю и побежал к отцу, что-то доставая из кармана. Я в полной растерянности не понимаю, что сейчас происходит.

Рамиль ловким движением хватает за руку нападавшего Дармона и надевает наручник, а за второй тащит к пироману. Арчер уже выбил из него все жизненные силы, так что тот лежит на траве с окровавленным лицом, на каком и живого места не осталось. Второй наручник он приковывает к бездыханному телу. Как хорошо, что у них нет регенерации, которая должна была все это заживить, поэтому он, мучаясь от боли, продолжает лежать на спине, а рядом его товарищ.

Мэтью переместился, куда-то оставив нас. Рамиль помог мне подняться.

– Что происходит, Рамиль? – шепотом спросила я.

– Ибрагим наслал на нас пятерых Дармонов, чтобы убить. Кто это с тобой пришел?

– Мой крестный отец.

Тот подошёл к нам ближе, а Майк остался следить за Дармонами.

– Ты в порядке?

– Да, спасибо что помог, – улыбнулась я. – Рамиль, знакомься это Арчер, Арчер это мой…

Он протянул руку для рукопожатия Арчеру, тот сделал тоже самое. По его выражению лица он понял, что это был за неловкий момент, но ничего не сказал. Он развернулся и пошел за скованной парочкой, чтоб поднять их с земли.

Дом в этот момент был практически полностью уничтожен. Внутри тебя все сжимается от этого зрелища. Сколько мы прожили в нем, сколько воспоминаний и теперь это все горит. Наша жизнь горит…

Через несколько секунд возвращается Мэтью.

– Трое сбежали, по всей видимости, докладывать Ибрагиму о провале.

Затем отец засунул обе руки в карман и отправился вниз по склону, в сторону озера. На улице уже совсем стемнело, освещало ясную ночь лишь пламя, исходившее с одной точки. Если сейчас не остановить огонь, то он захватит участок с травой, и мы спалим не только дом, но и окружающую среду.

– Что за… – воскликнул один из пленников.

– А ну заткнись, – рыкнул на него Арчер.

– Смотрите!

Из дома начал идти не только черный дым, но и разноцветный. Алые цвета перемешивались с синим, образуя столб невероятной красоты. Мы стояли, разинув рты, будто увидели восьмое чудо света.

Можно было додуматься нашим заключённым сбежать в этот момент, ну или хотя бы попытаться, но видимо Ибрагим выбрал не тех людей. Эти двое тупоголовых идиота, даже не шелохнулись, а стояли с детским восторгом в глазах и любовались цветным дымом.

– Что это? – спросила я Рамиля, крепко обхватившись за его руку.

– Наше спасение, – улыбнулся он.

Я ответила тем же, будто услышала те самые слова, которые грели мне душу. Он рядом и этого достаточно чтобы быть самым счастливым человеком на планете.

– Отойдите подальше, – крикнул Мэтью, поднимаясь на холм.

Мы в недоумении послушали его и начали шагать в ту сторону. Только потом мы заметили, что происходит над Мэтью. Огромнейший ком воды висел над нами, будто облако, которое Мэтью двигал в сторону дома.

– А сейчас внимание.

Вода постепенно начала падать вниз, туша огонь. Цветной дым и дым от пожара медленно исчезали, унося за собой остатки пламя. Вскоре, остался только корпус и куча горелых обломков. Запах гари стоял ужасный, куча деревяшек валялось внутри и снаружи дома. Душа этого дома сделает последний вдох и навсегда покинет нас.

Ибрагим ударил первым, поэтому нам нужно нанести ответить тем же. Он начал жестокую войну, этим действием показав, что он не намерен шутить шутки. Всех сильных Дармонов ему нужно извести с земли любой ценой и занять место Артура. Мы этого точно не допустим.

– Что нам с ними делать? – первая задала этот вопрос.

– Был бы я Старейшиной, отобрал силой Дар и убил бы как людей, – набросился брат.

– К счастью, ты им не являешься, – огрызнулся пленник в клетчатом пиджаке.

– А ну закрой рот или я сам это сделаю! – вступился Рамиль.

– Что жалкий человечишка, тусуешься с Дармонами и считаешь себя крутым? За тобой будет охотиться все Содружество и вскоре ты, и все вы пожалеете о нарушении главного правила! – закричал на него связанный Дармон.

Я сразу почувствовала боль внутри себя, после этих слов. Меня вздела такая злость, будто это именно они виноваты во всем, хоть это и от части правда. Я набросилась на них, совершенно не контролируя себя и начала кулаками бить по лицу.

– Предатели! – кричала я.

Они ничего не могли поделать, ведь Арчер, свободные им две руки связал строительным хомуном. Поэтому они лежали на земле и «наслаждались» как я выбиваю из них дурь. Все присутствующие дали мне пару секунд, будто бы соглашаясь с моими действиями, но потом Майк стащил меня с них.

– Прости, – всхлипывала я. – Прости…

– Они это заслужили, – брат гладил меня по голове, и прижимал к себе.

Никто так и не решился подлечить Дармонов или хотя бы поднять. Никому не было жаль их, ведь из-за них мы потеряли наш дом.

– Рамиль, – Мэтью обратился к нему, тот подошел к нему – кажется, тут замешан кто-то еще, некая особь женского пола.

– Всмысле?

– Этот ваш Слава, когда был в доме, – проговорился, сказав на себя в женском роде. Мне показалось это подозрительным, но потом я не придал этому особого значения.

– Вы хотите сказать, что кто-то меняет личность и пытается убить нас?

– Это вполне возможно.

– Кстати об этом… – Рамиль рассказал все подробности случая на площади в Дойжере.

– Значит, нам нужно узнать кто это.

– Но как его… или ее вычислить?

– Этого я не знаю… Брат, пойдем, нам нужно поговорить, – сказал Мэтью Арчеру, тот кивнул в ответ и они ушли в сторону озера, доставая пачку Уинстона из кармана.

– Что это на тебя нашло, малышка? – Майк начал вытирать мне слезы на щеках.

– Сама не знаю. Наверное, я сильно переволновалась после увиденного.

– Все будет хорошо. Мы все рядом.

Я улыбнулась в ответ, ведь это было правдой. На душе стало тепло и немного спокойнее. Моя семья рядом, кроме мамы и Фреда, но им лучше не ввязываться в это. Интересно, знает ли про них Ибрагим, если да, то в таком случае их нужно немедленно укрыть от этого чудовища.

– Смотрите! – указывал куда-то вдаль Рамиль.

Неподалеку от нас сиял в воздухе огонек. Он плавно витал в воздухе, перемещаясь из стороны в сторону. Из-за того что на улице стемнело, кроме него ничего не видно. Я сразу же схватила Майка за рукав и переместила к огоньку. Мы оказались в высоких зарослях травы. Я увидела знакомое лицо, в руке она держала тот самый огонек, видимо хотела привлечь внимание им.

– Лиза? – удивился не меньше меня брат и сразу же кинулся в объятья.

– Ты что здесь… – не успев договорить, мой взор падает на то, что находится у нее за спиной.

Среди травы, на полу лежал Старейшина. Из груди у него выпирало мачете, наполовину вонзившееся в него. Мы замерли в ужасе, Лиза была напугана до дрожи, так что еле смогла выговаривать слова. За их спинами среди поля стояли еще около пятидесяти Дармонов.

– Ибрагим… он наслал на Артура каких-то сильных Дармонов, их было так много, – Лиза начала плакать, закрывая лицо руками.

Я прижала ее к себе, в надежде немного успокоить ее, но она только сильнее зарыдала.

– Они решили отсеять всех кто против, чтобы Ибрагим возглавлял Содружество. Меня выпустил Калеб, а когда я пришла рассказать все Старейшине, то он лежал в главном зале, уже в таком виде. Дармоны сзади – небольшая часть тех, кто за Артура и готов помочь.

– Вот ублюдок!

– Я не знаю что делать, его подручные сказали, что убили вас и сожгли дом, но я не поверила и решила перенести нас сюда. Ему совсем худо, он еле смог перемещение перенести.

– Все будет хорошо. Ты не представляешь, но все мы в сборе. Мой отец, Арчер. Мы все поможем.

– Нужно срочно что-то предпринимать.

Мы перенесли по воздуху полумертвое тело Артура ближе к дому. В этот момент я реально начала волноваться, вдруг в истории Дармонов никто ещё такого не делал. Острое лезвие мачете было вонзено практически в самое сердце. Вид у Старейшины ужасный, сам он бледного цвета, по лицу стекают реки пота. Ему очень трудно дышать, с каждым вздохом боль только усиливается.

– Ребята! Это и вправду случилось!

– Вот же мразь!

– Что же будет со Старейшиной?

Дармоны пришедшие на подкрепление начали галдеть, у каждого царилось немереное количество вопросов. У нас же задача спасти главнокомандующего.

– Замолчите все. Помогите расчистить дом от завалов, нам нужно ему помочь.

Глава 25

Противный больничный запах витал по всему коридору. Различное зловоние лекарств резало нюх каждого присутствующего этого здания. Все кто тут находится на нервах, переживая за судьбу лежащего родственника в палате. Среди них оказался, на старом кожаном кресле Рамиль Сандерс. Его правая нога уже, который час нервно дергалась, а положение тела никак не менялось, будто он застыл на месте. Сил у него практически не осталось, руки до сих пор болят, а ноги по ощущениям стали мягче ваты. В голове прокручивались мысли и воспоминания о недавно произошедшем событии.

Медсестры метались одна за другой по коридору, бегая из одного кабинета в другой. Никто так и не вышел из 147 палаты, под которой Рамиль сгорая от страха, караулил уже которое время, чтобы рассказать о диагнозе. Взгляд Сандерса, уставлен в одну точку, а все что происходит вне сознания, абсолютно его не интересовало. Час назад на скорой привезли пожилого мужчину с инсультом, он был на грани смерти, многие врачи съехались помочь бедолаге, но тот даже не взглянул в их сторону. Сердце его билось то сильнее, то на мгновение казалось, замирало. Иногда он начал замечать, как тело начинало дрожать, это он не мог контролировать, как бы ни старался, не привлекать к себе внимание.

– Мам, смотри!

Мимо Рамиля шла маленькая худощавая девочка, за руку держащая маму. Она всеми силами пытались привлечь мамино внимание на пушистого плюшевого зайца, которого кто-то забыл на подоконнике, напротив которого сидел Рамиль. Он, наконец, поднял глаза, посмотрел на девочку, а затем снова равнодушно опустил глаза. Мама с кем-то разговаривала по телефону и все никак не обращала внимания на того несчастного зайца, которого кое-как освещал слабый свет с улицы. Все окна этой больницы закрыты плотными жалюзями, отрезая пациентов от внешнего мира, будто бы забирая у них последнюю надежду на спасение. Но некоторые жалюзи настолько старые или сломаны что сквозь них можно отчётливо увидеть за окном пасмурную погоду.

– Молодой человек, – кто-то произнёс это противным голосом возле Рамиля, но тот не сразу это услышал.

Голосу пришлось повторить это ещё несколько раз, каждый раз усиливая громкость, прежде чем парень, наконец, обратил на него внимание. Это оказалась очень маленького роста женщина, уже в возрасте, с гулей на голове, давно уже потерявшей форму. На ней была зелёная униформа, а в руке швабра. Рамиль не сразу понял что происходит – сильнейшее чувство шока до сих пор не покинуло его.

– Та ну, сколько ж можно к тебе обращаться! – воскликнула она. – Ноги убери!

Рамиль с большим трудом поднялся с кресла и медленно поплелся к окну, совершенно игнорируя окружающих.

Воспоминания Рамиля … За 6 часов до произошедшего.

Мэтью и Арчер стали друг напротив друга между Артуром попытались поднять тело и переместить на диван стоящий в зале. В доме пахло сыростью и горелыми обломками. Все стены облеплены черной сажей, по которым стекали остатки дождевой тучи. Старейшина стиснул зубы и всячески пытался ухватиться руками за рану. Майкл шел позади, направляя пленников в дом. Мила, дрожа изнутри, направилась на кухню за аптечкой. Не знаю, нужна ли она ему, но мы решили, что пусть будет на всякий случай. Остальные Дармоны переместились в дом и по чучуть расчищали путь. Их помощь нам будет кстати.

– Что с ним будет? – сквозь слезы проговорила Лиза.

– Нужно срочно вынимать лезвие, регенерация уже начинает активироваться, а иначе потом будет труднее его достать – предложил Арчер.

– Нет, – отрезал Мэтью. – Нам ни в коем случае нельзя сразу же вытаскивать мачете сразу. Регенерация сработает, но ей тоже нужно время, он успеет потерять много крови. К тому же если мышцы начнут произвольно срастаться, все может пойти вперемешку, и этим мы точно не поможем.

– У него, что тоже есть регенерация, – дрожа спросил я.

– Да, только у Старейшины она есть, – ответил Арчер.

– Что же делать?

В этот момент забегает Милада, в руках у нее пара бинтов и большая бутылочка медицинского спирта.

– Думаю, это лишним не будет.

– Лиза, что ты несла в руках, когда впервые встретилась с Миладой? – внезапно произнес Майкл.

Все обратили на него внимание, будто это звучало не в тему и кажется, только Мэтью знал к чему этот вопрос.

– Ты о чем? – испугано спросила Лиза.

– Ответь.

– Два милкшейка, Мила пила капучино со сливками.

– Все в порядке, – Майк посмотрел на Белого Дармона и все с недоумением принялись работать дальше.

Милада зажимала рану и пыталась обработать ее тем, что принесла. Силы Артура покидали с каждой минутой, от чего у него начались закрываться глаза. Всех пронзила мысль, что он умирает. От этого ставало не легче. Часть Дармонов расчистили зал от обломков, но все же дом уже не восстановить, таким, каким он был раньше.

– А что если все делать понемногу, – Майкла внезапно осенил план.

– То есть как?

Брат Милы быстро объяснил, что нужно делать, и через несколько минут все были готовы действовать.

– Ты готов? – спросил Арчер.

– Надеюсь, это сработает, – занервничал Мэтью.

Хендерсон и его друг стали по обе стороны тела Артура, а самого его положили на пол для удобства. Старшие Дармоны, по плану Майкла должны были залечивать с помощью Силы Старейшина, один из нас медленно и очень осторожно вытаскивать лезвие из груди. Эта роль досталась Майку, я стал держать ноги, а Мила обложив вокруг раны толстым слоем бинты, так чтобы они стали по две стороны лезвия стала останавливать кровотечение. Лиза осталась наблюдать за связанными Дармонами.

– Раз… два.

Майкл потянул лезвие на несколько сантиметров, раздался душераздирающий крик, Мэтью и Арчер начали понемногу лечить главнокомандующего. Тот быстро начал покрываться капельками пота, а бинты, лежащие на груди постепенно заполняться алым цветом. Вторая попытка, за ней третья. Каждый присутствующий ощущал боль внутри себя, видя перед собой такую картину. Яркий свет, что создавали Дармоны, проникал внутрь тела, просвечивая вены Артура, местами даже кости. С каждым выдвинутым сантиметром, острое лезвие покидало его тело, а мышцы понемногу приходили в норму.

– Может, выпьешь? – Арчер указал на бутылку спирта стоящую рядом на обгорелом столике.

– Я справлюсь, – тяжело дыша, ответил тот.

Так продолжалось какое-то время, когда до финала оказалось сантиметров 10, Майкл резко выдернул мачете, ещё через несколько секунд, на том месте остался тонкий розовый шрам, который останется с ним навсегда.

У Рамиля подкосились ноги, в голове стал какой-то непонятный шум, перед глазами поплыла картинка. Он попытался упереться о подоконник, но руки его перестали слушаться. Тело сползло по стенке вниз.

– Молодой человек, вам плохо? – возле него оказалась та самая женщина со шваброй.

– Что? – сразу не понял Рам.

– Позвать доктора?

– Скажите, кто-нибудь выходил из 147?

– Нет, никого не было. Принести воды?

Их взор резко падает на названный кабинет, оттуда выходит медсестра, с папкой бумаг в руках. В Рамиля будто вернули жизнь, хоть дрожь в теле так и не переставала отступать. Он быстро сам того не понимая как, оказался на ногах и метнулся следом за сестрой.

– Ну что там? – сразу же выпалил Рам.

– Вы кто такой?

– Рамиль Сандерс.

– Ах, это вы. Состояние пациента стабильно, но более детальную информацию вам расскажет доктор, он скоро подойдёт.

– Скажите, пожалуйста, с ней будет все хорошо?

– Дорогой мой, я ничего вам ничего обещать не могу. Заключение скажет врач, как только придёт, подождите, пожалуйста.

– Могу ли я хотя бы войти в палату?

– Да, только прошу не забывайте, пациенту нужен покой.

Эти слова задели его, будто бы они означали, что состояние критичное, и нужно быть рядом с ней очень осторожным, чтобы не сделать хуже. Рамиль подошёл к двери, его пульс сразу же участился, несколько секунд он не мог повернуть ручку двери. Как только, смелость немного овладела телом, Рам, наконец, вошёл. На больничной кровати он сразу же узнал ее, каштановые волосы аккуратно расположились по обе стороны, глаза закрыты. К руке подсоединена капельница, по которой медленно поступает в организм какое-то вещество. Рядом расположен аппарат ЭКГ, только его звуки работы нарушают тишину в палате. Рамиль сел рядом с кроватью и прошептал:

– Как ты, девочка моя? – а затем взял ее за руку.

Милада ничего не ответила, даже не шелохнулись, что насторожило Рамиля. Он ничего не понимает, почему Мила до сих пор не очнулась. Посидев несколько минут глядя на нее, он снова заговорил:

– Если ты меня слышишь, подай какой-нибудь знак.

Рамиль внимательно смотрел на свою возлюбленную, пытался заметить хоть какое-то движение, но она была не подвижна. Это, то самое состояние, когда тебе сообщили новость, ты знаешь что ничего изменить нельзя, вроде как смерился, внушил себе что это конец, но все же… Ты все еще где-то глубоко в душе стараясь не обнадеживать себя, надеешься, что произойдет чудо. Самое настоящее чудо, то чего не могло бы никогда случиться или произойдет только в сказке. Но твоя сказка является реальностью, которая всеми силами пытается тебя сломать. Но Рамиль знал, что он состоит не из стекла и его нельзя так просто уничтожить. Знак не появился, никакой надежды, и эти обнадеживающие секунды кромсают душу на части. Руки снова начали дрожать. Ему стало не хватать воздуха.

Рамиль не мог больше здесь находиться, через несколько секунд он оказался у двери. Как только она открылась, чья-то рука хватает его за кофту и тянет в сторону. Кто-то прижал его к стене. Блондин, с короткой стрижкой в худи болотного цвета продолжать держать его, чтобы тот не убежал, а затем ослабил хватку.

– Ты кто мать его, такой? – сразу же озлобился Рамиль.

– Спокойно, я свой.

– Чего? – это ещё больше разозлило Сандерса, он попытался вырваться, так чтоблондин прижал его посильнее.

Мимо проходящие люди, кидали на них укоризненные взгляды, парни это заметили и постарались вести себя посдержаннее, но Рамиль не переставал быть начеку.

– Я Джек, Дармон – на мгновение, он показал зеленое свечение глаз.

– Ты из шайки Ибрагима? Как ты узнал, что я здесь?

– Рамиль, успокойся! Я не от него. Никогда бы не присоединился к этому поддонку.

– Почему я должен тебе верить?

– Больше не кому. Его дружки разбежались, и теперь кто знает, где их искать. Они все хотят мести. Ты хоть представляешь, что творится в Содружестве?

– Без понятия.

– Там полный хаос, сейчас идет борьба за главное место.

«Не успел Артур отвести душу, так они уже делят трон, где будут греть свои задницы » подумал Рамиль.

– Что происходит?

– Пойдем куда-нибудь, где меньше народу, я все расскажу. Людям не к чему слышать этот разговор.

Рамиль, засомневался, что с ним стоит идти, но у него не было выхода. Одной рукой, брюнет поправил пистолет, находящий позади в штанах, чтобы убедится, что он на месте, а затем они прошли по коридору и покинули больницу. Его начал мучить вопрос, как Артур смог допустить, чтобы Ибрагим победил и как его так быстро нашел неизвестный тип. Возможно это один из его людей, нужно быть очень внимательным к нему.

Впереди больницы располагался огромный парк, множество людей гуляют по всей территории. Ветер сгущал серые тучи, молодые деревья знатно шатались по его направлению. Такая погода нисколько не пугает находящихся здесь людей, наоборот, можно заметить радость в их глазах. Рамилю все равно на обстановку, был бы то дождь или нещадно убивающая тебя жара.

«Много свидетелей, значит, он не нападет здесь» – предположил Сандерс. Они прошлись дальше, ближе к центру.

– Сейчас приду.

Рамиль отошёл в непонятном направлении, подождав немного, Джек заметил, куда именно тот пошел. Небольшая повозка с уличной едой. Вскоре он возвращается с хот догом и бутылкой колы в руках.

– Ты не против?

Дармон дал понять, что это им не помешает и продолжил идти.

– Что там происходит? – спросил Рам, дожевывая кусок.

– Все разделились на два фронта. Ибрагим собрал команду, чтобы избавиться от Старейшины. Этот факт тебе наверняка известен, да и в последние дни была утечка информации. Они сумели это провернуть, но у Артура было больше приверженников чем у Ибрагима. Те решили своими силами остановить его, но что могут сделать те кто ниже его по Дару…

– Какой ужас…

– Я тебя предупредил. Кстати, а где твои друзья?

Этот вопрос врезался в сердце будто кинжалом. Дальше он не смог вымолвить ни слова. Знакомая до боли дрожь вновь вернулась к Рамилю.

– Что с тобой? – Джек сразу же заметил тревогу парня.

– Нормально все.

– Я хочу вам помочь.

«Мне уже никто не поможет», хотел ему ответить Рам, но промолчал. Дожевав свой завтрак, парни вернулись в больницу.

***

– Доктор заходил проверить пациента, но вас не оказалось, ему нужно было делать обход дальше. Так что теперь вам придется подождать, – сказала женщина на стойке регистрации.

Парням ничего более не оставалось, как идти и ждать. Рамиль настоял, чтобы Джек остался за дверью, а сам зашёл в палату и сел рядом с Миладой. Посмотрев на нее немного, он опустил верхнюю часть туловища на Миладу, приткнулся лбом к постели. В этот момент ему захотелось закричать на полную силу, что-нибудь метнуть в стену или даже избить кулаками что-то, но он мужественно продолжал лежать, обхватив Милу руками.

– Милада, – прошептал он. – Я не знаю, что мне делать. Прошу тебя…вернись ко мне…как же тяжело без тебя…

Рамиль закрыл глаза, ему так хотелось, чтоб рука Милады коснулась его, сказала, что все будет хорошо, она рядом. Он ждал этого, но сил больше не оставалось, сознание переставало контролировать себя и Рамиль уснул рядом с ней.

Милада выбежала из дома, сразу же после окончания процедуры. Ее руки были перемазаны кровью Старейшины. Глаза наполнялись слезами, то, что они сейчас видели, ни одна человеческая психика бы такого не выдержала.

– Постой, ты куда? – следом за ней выбежал Рамиль.

– Подальше от этого места.

– Милада, остановись!

– Я в порядке, просто… это не нормально, что это все происходит. Почему все Дармоны посходили с ума? – у нее начинает проявляться истерика.

– Это все он, я обещаю, он за все заплатит.

– Мы всегда на шаг позади него. Что теперь будет со всеми нами?!

– Все будет хорошо, просто успокойся.

Милада продолжала путь вниз по холму, по дороге вытирая со щек слезы. Рамиль вскоре догнал ее, и остановил.

– Послушай, я рядом, Майк…

– А если он сделает это с тобой? – под этим, она подразумевала похожую с этой ситуацию.

Все на минуту замолчали, ведь они понимали, что такое вполне возможно, но думать об этом слишком тяжело.

– Ты человек, хоть и наполовину, но тебе тоже грозит опасность. В одиночку быть значит подвергать себя риску.

– Я хочу узнать, как убить Дармона. Присмотри за семьёй.

Милада разворачивается и растворяется в воздухе, оставив Рамиля одного посреди поля. Он не смог поверить, что она снова сбежала. После этого, он ещё долго смотрел в то место, где она только что стояла.

Глава 26

Воспоминания Милады

Я знала, что хочу делать, хоть и четкого плана у меня не было. Мои действия полностью импровизированы. Одно я знала точно, чтобольше не допущу, чтобы кто-то ещё пострадал от рук Ибрагима. Сразу же после того как я покинула Прекстон, первым куда я отправилась в логово главного злодея.

Я стою в главном здании Либерти. Обычно при перемещении тебя закидывает именно сюда. К счастью тут не оказалось никого. Привычные стены, которые должны были иметь нежно голубой окрас в тон облаков, были в красных цветах. Это был не след от сигнала тревоги, а именно кровь. Я старалась не обращать внимания на это ибо, глядя на те места, сразу же представляла каким образом так получилось, от этого сердце сжималось до боли в груди. Ты словно попал в фильм ужасов, где главным маньяком может оказаться кто угодно.

Когда-то гуляя по Либерти, я заметила, что в некоторых частях есть таблички, по которым можно было найти нужное тебе помещение. Поэтому я вспомнила, что где-то здесь есть библиотека, именно на втором этаже. Именно ее я и хотела найти. Мне удалось найти табличку и быстро сообразив, отправилась к нужной двери.

Пройдя небольшое расстояние, я услышала какие-то звуки. Хоть это и рискованно, ради любопытства я двинулась в ту сторону. Звуки становились чётче и стало понятно, что это. Я прошла по небольшому коридорчику выглянула из-за выступа и увидела одного Дармона избивающего другого. Невероятная злоба окатила меня вмиг, так хотелось выскочить и проделать с ним тоже самое, только чтоб его потом нашли полумертвого в собственной луже крови. Я выскочила из-за укрытия. Нападавший явно не ожидал меня здесь увидеть, к тому времени я успела прижать ублюдка к стене. Парень, лежавший под ударами, был явно напуган и вмиг вскочил с пола. Тот не растерялся и сделал несколько ударов Дармону по печени. Из-за того, что я сковывала его полностью, предатель Сообщества не смог и пошевелиться. Я передала эту власть пареньку и отошла подальше. Хоть он и выглядит не особо накаченным, сил у него много. Я могла со спокойной душой оставить их, зная, чтобелокурый парнишка разберется с ним.

Я вернулась обратно к своему пути. Очень удивительно, что по дороге никого не встретила, я думала, за мной охотится каждая собака. В Либерти очень тихо, все куда-то подевались, только возле входа в библиотеку стоит один охранник. Его нужно как-то отвлечь, чтобы незаметно пройти.

Я прячусь за один из поворотов в коридоре, поджидаю момент, когда он станет смотреть не в мою сторону и бросаю небольшой огненный шар прямо в него. Он кое-как успевает увернуться, а я скрываюсь за облачной стеной. Охранник пытается затушить ногами шар, затем снимает с себя куртку и гасит пламя ей. Когда от шара остался лишь пепел, он, наконец, бежит в мою сторону.

Став наготове, как только он добегает на повороте, вырубаю его, отбросив в стену. Видимо удар был такой сильный, что смог отключить охранника. Повезло, что он оказался хрупкого телосложения, если бы это был двухметровый «шкаф», то так легко я бы не отделалась. Это мне только на руку, главное чтобы другие Дармоны не услышали меня.

Поднимаю охранника и открываю двери библиотеки. Этого мне доставило особого труда. После временной потери Сил, они понемногу восстанавливаются. В библиотеке не оказывается никого, что тоже странно. Куда подевались все Дармоны? Я прячу тело в один из больших шкафов находящихся в холле, а затем начинаю свое исследование. Мне нужно узнать хоть что-то новое.

***

Проведя несколько часов в библиотеке, я узнала много новых вещей, о каких даже не догадывалась раньше. Самое интересное, то, что за время пребывания тут у меня зародилась одна теория, которую никто раньше не пробовал. Именно это я и собираюсь сейчас испытать.

Мне пришлось выйти в коридор, в надежде найти хоть какого-то Дармона кроме меня. Вместо этого слышу шум, точнее множество голосов, они разговаривают, смеются. Меня это настораживает, но я все равно иду на него. Спустя время понимаю, наконец, куда. Это тот самый зал, где меня превратили из человека в того, кем я являюсь сейчас.

Прислонившись ухом к двери, стала внимательно слушать. Среди голосов я услышала знакомый – Ибрагим. Меня сразу же охватила волна злости, что я без каких-либо сомнений за плечами, вваливаюсь через облачные двери, ведущие в зал с аркой. То, что я увидела впереди себя, стерло только что появившуюся из неоткуда смелость в порошок. Передо мной находится, по меньшей мере100 человек Либерти. Многие Дармоны, стоят на коленях, сзади скованными теми самыми наручниками, что сдерживают Силу. Ибрагим удивился не меньше меня, а затем его дурацкая улыбка появилась на лице, будто он вмиг подобрел.

– Милада, вот уж не ожидал тебя здесь увидеть. – протянул он медленно, зловещим голосом.

Как только он закончил эту фразу я достаю из кармана штанов пистолет, который стащила у охранника Библиотеки и стреляю, но, к сожалению, промахиваюсь, пуля отлетает в потолок. Дармоны пригнулись и в зале сразу же началась паника, Ибрагим побежал ко мне. Пока вожусь с пистолетом, чтобы сделать очередной выстрел, так как никогда ранее не держала его в руках, он успел подойти достаточно близко и врезать по лицу, тем самым выбив из руки пистолет. Тот отлетает на приличное расстояние.

Из-за удара я перестала соображать сразу же, Ибрагим замахивается, чтобы нанести следующий удар. Вместо него, кто-то бросает меня в стену, я больно ударяясь спиной, а затем замечаю как позади Ибрагима появляется парень. Передо мной стоит Дармон в странной молодежной одежде, невысокого роста и рыжими волосами, спрятанными под кепку.

– Ты как раз вовремя, – улыбнулся Дармон незнакомцу.

– Ты кто такой?

– Кто такая, – специально выделив второе слово, отвечает тот.

Что он несет? Почему этот парень так подходит под описание Славы, того кто помогал моим ребятам? Ничего не понимаю. Пока я пыталась что-то осмыслить, Ибрагим пользуясь моментом, выставив руку перед собой хватает меня за горло и начинает душить.

Воздух моментально перестает поступать в легкие. Я начинаю краснеть и задыхаться, это только забавляет Ибрагима и его сообщника и он только сильнее сдавливает хватку. Мои руки свободны, в этом и преимущество, одной рукой я притягиваю к себе пистолет, в считанные секунды дуло оказывается перед Ибрагимом. Я нажимаю на курок. Раздается выстрел, на этот раз я попадаю в плече. Он отпускает меня, я жадно начинаю хватать воздух.

Второй Дармон подбегает к Ибрагиму; несмотря на дикое желание передохнуть после такого я бегу вперёд. Все Дармоны, что пошли по его тропе начинают меня атаковать. Силовые шары ударяются друг о друга, некоторые попадают по телу. Я пробегаю, иногда ловко уворачиваюсь от них. Всего в нескольких шагах от Ибрагима и неизвестного, я хватаю их и мы исчезаем из Либерти.

… Прекстон вилидж где-то в поле

Нас выбрасывает посреди поля заросшей травы. Настало раннее утро, по всей территории стоит густой туман.

– Ты что творишь?! – Ибрагим поднимается с земли и делает попытку отбросить. Я уворачиваясь и сразу же создаю барьер.

– А ты что творишь? – не выдержала я.

– Тебя это, шавка, не касается, – он снова пытается атаковать меня, но я снова создаю барьер.

– Остановись, нужно вытащить пулю, – подбегает Дармон к Ибрагиму.

– Не сейчас.

Я направляю пистолет на них.

– Отвечай, кто ты такой!

– Я та, кто пытался вашему сброду все время помешать. Хожу в этой проклятой шкуре вашего друга, подставляю его.

Ничего не понимаю, что происходит. Видимо, кто-то взял обличие нашего Славы и выдает себя за него.

– А вы гады живучие оказались. Даже твоего недопарня оказалось сложно убить.

– Откуда ты знаешь, кто он?

– Я все про вас знаю, следила за вами ещё с самого начала.

– Следила? – спросила я в полной растерянности.

– Думаю пусть она, наконец, узнает, прежде чем умрет. Думаю, можно проверить еще одну теорию, можно ли убить Дармона тире жалкого человечишку.

Незнакомец, который отзывается о себе в женском роде подошёл ближе, я сразу же спустила предохранитель.

Напарник Ибрагима сказал фразу, которая окончательно сбила меня с толку. Ее произносил только один человек, который был к нам все это время ближе, чем казалось. Шпион.

Мое чутье меня обманывает, либо такого точно не может быть. Сердце начало бешено колотиться в страхе, что мои опасения могут свершиться. Он расправляет руки в стороны, закрывает глаза. Его тело поднимается над землёй. Все начинает вокруг него меняется. Цвет кожи, выросли длинные волосы, форма тела приобрела женские черты. Он издает звуки, стискивая зубы, видимо это весьма болезненный процесс, меняется тело, одежда. То кого я увидела перед собой, повергло меня в шок. Ноги еле устояли на земле.

– Ну, привет, думаю, в таком виде ты меня узнаешь.

Слова испарились в самый ненужный момент, и я как дура стою приклеенная к земле. Этот человек все это время следил за нами и пытался всячески подставить. Именно она была в Дойжере и пустила пулю в Рамиля, прикрываясь шкурой Лу из паба. Она была настолько близко и незаметно скрывалась, что у меня никогда бы возникало предположений, что за нами наблюдают.

Пока я стояла и старалась делать вид, что я ошарашена этой новостью, в голове параллельно прокручивался план того, что мне делать дальше. Нужно как-то предупредить ребят, что мы здесь. От мысли, что я одна осталась с двумя могущественными Дармонами, внутри все сжималось в один ком, мне явно самой с ними не справится. Главное не показывать страх врагу, он может этим воспользоваться. Как бы тебе ни было страшно в такой момент, ты должен стоять стойко и показывать всем видом, что тебя не победить, как бы ни старался.

Я вспомнила Дармоны наивысших уровней могут управляют погодой. Хоть раньше я этим не пользовалась, постаралась максимально приложить усилий. Про эту способность я читала в одной из книг в библиотеке Либерти.

Однажды Дармону с Даром Нейвифил удалось вызвать дождь на несколько минут, но это тогда посчитали всего лишь совпадением. Я владею Даром, который имеется только у меня и отца, но до конца еще не изучен. В библиотеке мне пришлось много себя тренировать, чтобы добиться нужных результатов, иначе идти против Ибрагима с нулем знаний бессмысленно. Он может запросто убить меня как человека.

Сосредоточившись на этом, руки понемногу колыхались, пригоняя туман. Мне нужно создать его такой силы, чтобы человека было видно на расстоянии вытянутой руки. Мысленно нужно представлять белую пелену, которая растекается по полю, как окутывает окружающих своей могучестью, самое главное ощущать, будто он тут, как появляется и закрывает собой пространство. Тогда это должно сработать. В присутствии Ибрагима это дается сложнее.

– Как же мне хочется всадить тебе пулю.

– К сожалению, для тебя, конечно же, это не поможет. Ты не представляешь себе, насколько мы сильны.

– Вы жалкие трусы! Вот кто вы, – я пыталась максимально тянуть время, дав туману время незаметно усилится так, чтоб Дармоны не поняли что это я делаю. – Вы боитесь моего отца, и Арчера потому что они сильнее тебя Ибрагим. Для чего ты все это устроил, стравил меня с ним? Чтоб мы убрали друг друга, а ты остался не причем? Так поступают трусы!

– Я бы оказался у власти и изменил бы мир в лучшую сторону.

– Да кто ты такой, что считаешь, что в праве что-то менять?

– Ты слишком смелая, чтобы в одиночку пойти против меня.

– А ты слишком высокого о себе мнения, чтобы считать, что можешь управлять Сообществом.

Как только туман набрал нужную мне густоту, я кидаю в небо светящийся шар, похожий на тот, что сделала Лиза, только больше, чтобы привлечь наше внимание. Вряд ли Ибрагим в курсе, что в доме находится больше полусотни Дармонов, которые готовы драться против него.

– Думаешь меня этим запугать?

– Твою подружку, – с ухмылкой сказала я.

Ибрагим не выдержал и начал атаковать меня, кинулся бежать вперед ближе ко мне, но я успела переместится на его место. В одной из книг я прочитала, что отцу удалось практиковать, что-то вроде разделения личности на две. Они полностью идентичны и соответствуют тебе, но действие ещё не изучено, поэтому время действия небольшое. Эта способность здорово мне сейчас поможет. Я долго практиковалась в библиотеке, чтобы это смогло максимально быстро сработать, несколько раз там мне удалось. По ощущениям, напоминает, что со всего твоего тела сдирают вместе с кожей огромный пластырь. Это было очень странно видеть себя двойника, но она не была агрессивно на меня настроена, цель у нее была одна и та же. Но сейчас, когда твое сердце выпрыгивает из груди от страха, а передвигаться нужно максимально быстро, с первой попытки разделиться не удается.

Одной из задач мне так же предстояло разделить эту парочку в разные стороны максимально далеко друг от друга. Сквозь дикую боль, я приложила все усилия, чтобы новая способность сработала. Когда вторая я, наконец, покинула мое тело, сразу же отправилась в сторону подруги главного предателя, а я самого его.

– Ты все это время была с Ибрагимом, – сказала я, продолжая тянуть время.

– И не просто помогала ему, – после этой фразы она натянула улыбку, по которой я поняла, что она не только в его команде, но и видимо в каких-то отношениях с Ибрагимом.

– Ты… с ним? – выпалила я, так будто Ибрагим нечто отвратительное, к чему бы человек и не подошел.

– О да, в отличие от тебя я не боюсь признаться в своих чувствах, – она хотела задеть меня, у нее это хорошо получилось.

– Ибрагим, ты же знаешь, что тебе это с рук не сойдёт? – вторая я, на другом конце поля, так же отвлекала Дармона от предстоящего.

– Ты меня не запугаешь. Ты для меня песчинка, которую я запросто могу стереть с земли, один только движением.

– Почему же ты этого до сих пор не сделал?

Этот вопрос застал врасплох. Ведь правда, если он считает себя настолько могущественным, то мог давно это сделать, но он слишком высокого мнения о себе. Я не знаю никого могущественнее моего отца и Артура. Они бы точно справились с ним.

Пока Ибрагим, на секунду сбился с толку из-за вопроса, я и я вторая воспользовались моментом и начала атаковать по очереди противников. Они в свою очередь защищаться. Разноцветные удары шаров, сильнейшие выстрелы, издаваемые в этой битве, все это смешивалось в густом тумане неподалеку от дома. В сердце, бушевала только одна надежда, что отец или кто-то ещё услышит это и придет на помощь.

Так продолжалось уже долгое время, людские силы понемногу начали покидать меня, мы вместе защищали друг друга, а эти двое, кажется, не поняли, что на самом деле происходит. Именно из-за действия тумана, мы старались вместе не показываться, чтобы они не поняли что нас двое.

Никто не приходит на помощь, это начинало меня настораживать, в голове выстроился план, на чрезвычайный случай, ибо сама я уже не могла справиться с ними. Я и мой двойник по немного начали сходиться спинами друг другу, тем самым разворачивая противников в нужное положение. Как только мы касаемся спинами, срабатывает обратное слияния нас, несколько секунд и я снова одна. Специально остановившись атаковать, мне нужно предугадать время. Ибрагим готовит следующий шар, девушка делает тоже самое, я приготавливаюсь. Раз. два…

Милада исчезла. Рамиль не знал, куда именно она собралась, но логичнее всего было предполагать – разыскивать Ибрагима. Внутри все сжималось, начала оказывать злоба. Он не понимал, почему она все время исчезает, когда так нужна. Рамиль, стал отдышаться и прийти в себя. Только он хотел повернуться, чтобы пойти назад в дом, раздается мощнейший взрыв, который валит Сандерса с ног и отключает сознание. Это была последняя частичка того, что осталось от дома. Прекстон вилидж больше нет, так же как и его хозяев.

…

Звуки выстрелов вернули сознание Рамиля. Голова невероятно кружится, картинка перед глазами плывет, а в уши будто заложило. Он кое-как приподнимается и сразу же бросает взгляд на дом, точнее на щепки, которые от него остались. Сердце Рамиля разорвалось на кусочки в тот момент. С замиранием дыхания, он не мог отвести взгляд. Глаза, заполнились слезами, в тот момент он даже не пытался сдержать себя. Поднявшись с земли, Сандерс подошёл к дому и заметил, что нет тел, в доме было столько людей, а после взрыва не осталось никого. Неужели, эта катастрофа забрала и их тела. Слезы скатывались по щекам, внутри все болело, будто кто-то нарочно выжигает в нем душу. Руки тянутся прикоснуться к остаткам дома, на коже сразу же остаются, следы сажи. Это все, от него ничего не осталось. Не осталось и семьи, которая стала ему роднее собственной.

Рамиль, двинулся в сторону тумана, он заметил движение, там было всего несколько человек и уж точно не Мэтью и все остальные. Милада, первого кого Сандерс заметил. Ее атакуют Ибрагим и… еще кто-то, кого трудно рассмотреть на расстоянии. Рамиль пришел в ужас, но продолжал бежать. Дистанция между ними прилична, но все же он отчетливо видит бой. Милада почему-то замерла, будто чего-то выжидая.

Раз… два…

Силовой удар девушки и такой же мощности удар Ибрагима направляются друг в друга, прямо в сторону Милады. Последнее что она успела произнести «Дабин».

После удара, вокруг того места разносится знакомое кольцо. На этот раз оно одно. Рамиля будто взрывной волной, отбрасывает на приличное расстояние.

:::

Чья-то рука касается плеча Рамиля. От неожиданности он резко вскакивает, рукой пытаясь ударить того кто подошёл, но тот уворачивается и хватает брюнета за руку.

– С вами все в порядке?

Перед ним оказался врач Милады, по его выражению лица можно было понять, что он увидел перед собой сумасшедшего готового на него напасть.

– Прошу прощения.

– Вы Рамиль?

– Да, – с тревогой в голосе ответил и почему-то практически шепотом.

– Редкое имя, не часто встречал такое раньше.

– Док, что с ней? Она поправится?

Врач по бейджеку можно узнать фамилию Николас, оглядел девушку. Потянулся в карман и достал оттуда небольшой фонарик. Он старался держаться уверено, но внутри него кипело все. Не каждому легко сказать родственнику пациента плохие новости, поэтому он продолжил осмотр. Николас включил фонарик и поводил перед зрачками Милады, те не подали никакого движения. Затем последовало несколько коротких записей в карту пациента.

– Рамиль, когда вы поступили в больницу, вы сказали, что девушка попала в аварию. На ней нет никаких синяков, следов от удара, хоть чего-то, чтобы указывало на эту причину.

– Она была пристегнута, ей сильно повезло.

Врач недоверчиво посмотрел на Рамиля, и первая мысль его была о звонке в полицию.

– Почему она не просыпается? Скажите что с ней?

– Судя по ее состоянию…она в коме. Мне понадобятся еще некоторые анализы, но прогнозы скажу неутешительные, есть такая возможность, что теперь ее жизнь будет поддерживать специальный аппарат.

– Что? Что за бред…она не может, – Рамиля накрыла паническая атака, ему едва удавалось подбирать слова и вообще что-либо соображать.

– Я вас понимаю, такое тяжело принять, но мне следует поговорить с ее ближайшим родственником. Это серьезно, поэтому, чем быстрее со мной кто-нибудь свяжется, тем лучше.

Рамиль снова уставился на Миладу и будто бы потерял сознание, сел неподвижно, оставаясь наедине со своими мыслями. Больше он не слышал окружающий мир, он остался один. Николас попрощался с ним, но он ничего не слышал. Рамиль потерял последнюю надежду. В палату вошёл Джек.

– Ну как дела?

Рамиль молчит.

– Что сказал врач?

Снова тишина. Джек подошёл ближе посмотреть, что с Рамилем и увидел пустой взгляд. По нему он понял, что все плохо и лучше сейчас не беспокоить их.

Звук захлопывающейся двери немного вернул сознание, он начал думать. Вспоминать прошлое, как им было хорошо, когда они ещё беззаботно ходили в школу, как все началось. Рамиль вспомнил свой день рождение, сцену в кафе, как Милада увидела его сестру, целующую в щеку, он представил, что тогда она подумала в тот момент. Как она выбежала, столкнувшись с его мамой с болью в сердце и возможно даже ненавистью. Как следила за ним рядом с трейлером, а потом ночевала у него дома. Тогда он думал, что это его самый счастливый день в жизни. Потом все переменилось, когда Мила использовала Дабин.

Боль, снова беспощадно пожирает душу. Один взгляд на единственного человека, который ещё рядом, понемногу затягивает раны. Когда она очнётся, как я ей скажу о родителях, брате – эта мысль снова ударила Рамиля по больному.

Что-то заставило его подняться и лечь рядом.

«Какая же она красивая» – подумал Рам. Как только он коснулся Милы, ему стало легче, он почувствовал, как боль уходит. Стал кончиками пальцев водить по ее щекам, это начало расслаблять и понемногу забирать залечивать раны, находящиеся в душе.

Лёжа в объятиях любимого человека, ты забываешь про время, забываешь, что происходит вокруг. Тебе легко, твои мышцы полностью расслаблены, мысли чисты. Ты наслаждаешься этой частицей времени, что наделила тебе Вселенная. Внутри, ты счастлив. Тебя больше ничего не тревожит, ты хочешь, чтоб это время никогда не заканчивалось. Лёжа и наслаждаясь, ты слушаешь ровное дыхание своего избранника, слушаешь, как бьётся его сердце, принимаешь тепло, что он передает тебе. Ты счастлив. Вот оно счастье. Человеческое блаженство. Вроде бы, ничего такого, но для вас, это ваш мир, маленький рай, время идёт вместе с вами, вы оба наслаждаетесь друг другом, больше вам ничего не нужно, только вы. И это неземное чувство поймет лишь тот, кто искренно любит, кому подвластна любовь.

Внезапно Рамиль вспоминает о кулоне, что подарила Милада на его 17‑летие. Он достает его из кармана штанов и одевает на шею.

– Спасибо.

Прошептал ей, а затем оттуда же достал ту самую бумажку, где написан вопрос, на какой он до сих пор не ответил. Поставив галочку в нужном месте, свернул бумажку и положил в ладонь Милады.

Рам достает второю половинку на шее Милы и кладёт на ее грудь. Его кулон начал вибрировать, будто хочет соединиться со своей половинкой. Именно это Сандерс и делает.

Его глаза закрываются. Он оказывает в пустоте. Где-то вдалеке виднеется свет, его тусклые лучи плавно опускаются вниз. Там кто-то есть. Рамиль идёт вперёд, подойдя ближе, он замечает, что это Милада и сразу же кидается к ней и пытается разбудить. Она не отзывается. Он продолжает трясти ее тело, продолжает звать, но ничего не происходит.

Милада. Девочка моя… Очнись…