Читать книгу: «Предательства не избежать»

Глава 1. Смерть старой меня

И только тогда, корчась на земле от боли, я увидела истинные лица людей, которых однажды впустила в свою жизнь. Неужели я так и умру здесь в кустах, да еще и от их скользких рук!? Как могло до этого дойти…Рука была сломана, пошевелить ей не получалось, как я ни старалась. Встать на ноги — всё, чего я тогда хотела. В ушах был сильный звон, каждый вдох приносил все большую боль, с которой я уже не справлялась…

Жизнь вытекала из меня вместе со всеми моими воспоминаниями: те люди, которым когда-то доверял мой отец, оказались подлыми предателями и трусами. Они ворвались и в мою жизнь, а потом решили избавиться от меня, как от ненужной собачонки… Сначала они сломали мне палец, чтобы я кричала и умоляла их, но я не издала ни звука. Это их, конечно, разозлило, но ненадолго, ведь они были уверены, что мой конец близок.

Поняв, что от меня им ничего не узнать, «друзья» решили уничтожить всё, что было мне дорого: бросить спичку на висевшую в этом доме лет десять штору оказалось для них не проблемой. Дом полыхал так ярко и безмятежно, что я почувствовала себя мотыльком, который сам себя загнал в эту ловушку горящего пламя. А те, кто со мной это сделали, молча уходили, оставляя умирать, привязанную к стулу девушку.

Но я не из тех, кто так легко сдаётся, иначе бы со мной такого не случилось: я могла быть такой покорной и покладистой, что на меня никто бы и не стал тратить своё время, но раз всё-таки стали, значит, что-то пошло не так… Стул с грохотом упал на пол после моей очередной попытки его расшатать. На полу я подняла осколок от лампы и разрезала им тугую веревку, но было уже поздно: пожар поглотил единственный выход из комнаты, и тогда выбора не оставалась. Распахнув окно на всё, я забралась на подоконник и, не оглядываясь назад, прыгнула без сомнений: я хотела жить!

Что ж, теперь я лежу на сырой земле не в силах даже встать, но я могу дышать: каждый вдох приносил мне едва ощутимую радость и сильную боль. Я знала, что это ещё не конец: если не я, то кто-то другой сотворит с ними тоже, что и со мной. Жизнь — бумеранг, не стоит в этом сомневаться! Я закрыла глаза и почувствовала, как на меня упала капля дождя, и это навеяло мне одно моё детское воспоминание.

Мне было 7, когда я узнала, что такое предательство. Моя подружка, с которой я была не разлей вода с садика, предпочла играть со своими новыми друзьями, бросив меня одну с детским резиновым мячиком в руках, который я сжимала так крепко, чтобы не закричать.

— Как она могла так со мной поступить?! — не понимала я, пожимая своими хрупкими белыми плечиками. Тогда они еще не знали, какой груз на них упадёт.

— Как? — раздался голос из ниоткуда.

— Кто здесь?! — испугалась я. Внутри всё перевернулось: дыхание участилось, и сердце забилось быстрее. Казалось, что рядом опасность, но как же я ошибалась.

— Это я, — скромно показалась из-за кустов чья-то голова.

— Папа!? — узнала его я.

— Да, милая, ты угадала, — сказал папа, садясь рядом. — Я поливал цветы, как услышал тебя из окна.

— Как же ты вовремя! — обрадовалась я. Он всегда приходил ко мне на помощь, даже когда мои задачи казались нереализуемыми.

— Что у тебя случилось?

— Меня нагло обманули!

— И в чём же?

— Обещали, что всегда будут рядом, а на самом деле — бросили!!!

— Такое порой, увы, случается…

— А я не хочу, чтобы это когда-либо повторялось, — призналась я. — Не хочу, чтобы со мной так поступали! Что с этим с делать?

— Ничего не поделаешь… Такое было, и будет, а тебе нужно научиться лишь справляться с этим, а я тебе всегда помогу.

— Спасибо! — с благодарностью ответила я и неожиданно почувствовала, как капля дождя упала мне на нос. От неожиданности я даже вздрогнула. — Как же я люблю дождь!

«Как же я люблю дождь!» — подумала я, и ещё сильнее закрыла глаза. Земля казалось уже не такой сырой и холодной: вместе с воспоминанием пришло и то тепло, которое было мне сейчас необходимо. Я почувствовала, как чья-то мягкая и влажная от дождя рука, коснулась меня. Кажется, они всё-таки решили меня добить: меня трясли и что-то говорили, но слов я не могла разобрать. Больше сил сопротивляться не было, и я отключилась. Капли продолжали биться об мои руки и ноги, и на этот раз папы не было рядом, чтобы меня заслонить, укрыть, спрятать от этого кошмара. Я была совершенно одна в этом огромном мире.

Я очнулась от того, что почувствовала, как теплые лучи солнца коснулись меня. Кажется, я где-то в другом мире, так как за последние дни это было единственное теплое воспоминание, а позади только боль. С трудом встав с кровати, на которой я неизвестным мне образом оказалась, я направилась к окну. Что же произошло тогда?

В голове, казалось, сплошной туман, и воспоминания были такими обрывочными, что скорее казались сном, чем реальностью. Я отчаянно пыталась понять, где я нахожусь, но за окном были лишь дубы и березы, никаких опознавательных знаков. В какую глушь меня занесло?! Неожиданно из-за окна послушался шум приближающихся шагов, и сердце забилось сильнее, ведь я всё ещё не помнила, кто меня сюда принёс…

Оглянувшись вокруг, я увидела лишь серые голые стены, на одной из которых весел чей-то портрет. Это был мужчина лет шестидесяти с длинными усами и яркими зелеными глазами. Мурашки пробежали по рукам: этот мужчина на секунду показался мне знакомым. Его взгляд был пронизывающим до костей. Ветер резкими порывами влетел в комнату и смахнул со стола алюминиевую кружку, которая с грохотом упала на скрипучий пол.

Кроме кружки, на столе лежала вилка с изогнутыми зубчиками и зеленое яблоко. Дом выглядел заброшенным: о признаках жизни здесь, пожалуй, говорила лишь печка, в которой во всю горели дрова. Какая печка летом!? Всё было настолько странным и пугающим, что я, недолго думая, схватила в руки эту алюминиевую кружу, чтобы хоть чем-то можно было обороняться. Став к стене у двери, я надеялась, что меня не сразу заметят, и получиться обезвредить противника.

Дверь распахнулась, и на пороге показалась невысокая худощавая старушка с букетом трав в трясущейся руке. Я резко выдохнула и не осталась незамеченной.

— Ты это чаво!? — с недоумение вытаращила глаза старушка

— Да кто вы такая? И как я здесь оказалась? — задавалась вопросами я.

— Дай сюда, — выхватила старушка у меня из рук кружку. — Это ж моя последняя!

— Кто последняя?

— Кружка! От мужа моего покойного досталась!

Она аккуратно, будто это кружка хрустальная, поставила ее на стол. Что-то бормотав себе под нос, старушка сняла с печки большую красную чашку и начала кидать туда только что собранные травы. Её действия были похожи на ритуалы каких-то шаманов 19 века: я видела что-то подобное в фильмах.

— На вот тебе яблочко! Тебе силы нужны! — сказала старушка, протягивая мне яблоко со стола.

— Вы меня, конечно, извините, но я не беру еду у незнакомых.

— Какая же я незнакомка!? — рассмеялась старушка. — Ты меня очень хорошо знаешь.

— Увы, не припоминаю.

Вдруг я почувствовала резкую щемящую боль в руке, а следом пронеслись воспоминания вчерашнего дня, и это было невыносимо: в меня как будто вонзали ножи один за другим. Я вспомнила, что дома у меня больше нет, но что самое страшное, так это, что они сказали тогда про моего отца… Я не могла дышать и просила лишь об одном: только бы это был сон. Я закрывала глаза и открывала, но увы: передо мной была одна и та же картина: я со сломанной рукой, ветхая избушка и старушка с грустными глазами.

Глава 2. Нет им прощения

Мой отец всегда говорил: «Предательства не избежать». Он был прав, как и всегда. Я была очень наивной, и старалась доверять людям, что всегда приводило к ужасным последствиям. Однажды, когда я училась ещё в школе, меня подставил мой одноклассник. Его звали Витя, высокий кареглазый хулиган. Он украл телефон у нашего учителя, и потом попросил меня положить его к себе, выдавая его за свой. Я была такой доброй и мягкой, что согласилась. А потом был обыск, и все обвинили меня в краже. Я как сейчас помню, насколько это было ужасно. Витя не скрывал своей улыбки, он этого и хотел.

Я стояла на крыльце школы, ожидая приезда папы. Я знала, что ему скажут про меня, и очень волновалась. Не прошло и часа, как его машина уже стояла у зеленых ворот. Он спокойно вышел и пошёл уверенной походкой ко мне. «Ты в порядке?» — мягко спросил он. Я просто покачала головой, и ему было всё понятно.

— Моя дочь никогда бы этого не сделала! Смотрите камеры! — доносились крики из кабинета директора на первом этаже.

— Хорошо, мы хотели по-хорошему, но вы, видимо, хотите уголовное дело, — вздохнул директор и вышел из кабинета.

После просмотра камер всем всё стало ясно. Папа настоял на публичных извинениях, и в эту школу я больше не вернулась. А уголовное дело действительно завели, но на Витю. Как-то так всегда получалось, что мои обидчики получали по заслугам, кто бы это ни был. Интересно, знает ли об этом тот, кто кинул спичку на шторы моего дома!?

Я вернулась мыслями в настоящий момент. Старушка тяжелым взглядом смотрела на меня: она видела, что происходит. Усадив трясущуюся меня на кровать, женщина налила мне отвар с красной миски и заставила выпить до дна. Это немного успокоило мой организм.

— Они сказали, что мой отец…мертв… — со слезами проговорила я. Это было отчаяние.

— Тише, тише, — обняла меня крепко старушка.

— Это ведь не правда!?

— Я не знаю, кроме своей избушки, я больше ничего не вижу.

— Я не смогу это пережить, слишком больно…

— Я тоже так думала, когда потеряла мужа.

— Это его портрет на стене?

— Да, верно.

— Кажется, я его знаю, но не могу вспомнить.

— Ничего, это бывший лучший друг твоего отца…

И тут я вспомнила, где видела эти зеленые глаза. Он играл со мной в детстве, когда я была ребенком. Он провожал меня в школу, когда папа не мог. Он дарил мне игрушки, заступался на детской площадке, был мне другом, пока не исчез. В один из летних вечеров папа сказал: «Больше не жди его». А я ждала. Долго ждала.

— Почему он больше не пришёл!? — спросила я в слезах.

— Твой папа его прогнал.

— За что?

— Он сказал, что узнал какую-то его тайну…

— У папы нет тайн.

— Тайны есть у всех!

— Я должна всё узнать!

Старушка лишь покачала головой, но мне было всё равно. Я твердо решила идти туда. С трудом встав на ноги, я направилась к выходу.

— Спасибо вам за то, что спасли!

— Ты слишком слаба, у тебя ожоги по всему телу, ну куда ты пойдёшь!? Чтобы добили тебя!?

Я ничего не ответила: в голове была только мысль о папе, я нужна ему. Вокруг только лес, ничего больше. Я пыталась выйти из него, но это было безуспешно. Слезы сами катились по щекам, всё тело болит, падение со второго этажа даёт о себе знать. Но сдаваться нельзя. «Папа бы никогда не сдался ради меня!» — подумала про себя я. Не знаю, сколько ещё я бы так проходила, если бы не споткнулась и не упала в глубокий овраг. Встать сил уже не было. Ветер колыхал мои светлые волосы, ударяя их о моё холодное лицо. Я прикрыла глаза, и больше ничего не помнила. А когда очнулась, солнце уже опускалось за горизонт. Надо было выбираться от сюда чего бы это не стоило.

Схватившись за какую-то корягу, я начала ползти в верх, цепляясь за всё подряд руками, чтобы не упасть. И когда я уже почти выбралась, руки не выдержали. Снова холодная земля, и пустота внутри. Я заметила какой-то обрывок из новостной газеты, там была фотография моего отца. Темнота уже сгущалась, и прочитать было тяжело. Но даже одного слова хватило, чтобы понять всё. Там было написано: убит. И дата на газете сегодняшняя. Это окончательно меня добило. Значит, они тогда сказали правду…

Как им вообще удалось попасть в нашу жизнь!? Почему отец им доверял!? Я всей душой возненавидела тот день, когда на пороге появилась его семейка. Они были нашими соседями ровно до того дня, пока не задумали нас убить. Семейная пара и двое их сыновей, которые потом стали моими друзьями. Я полностью им доверяла все тайны и секреты, а наши отцы были партнерами в бизнесе. И что последнее я услышала из их уст: «Мы тебя использовали!».

Всё можно стерпеть и простить, но не предательство, которое привело к смерти моего отца. Оказывается, всё это время они считали меня дурочкой. Наивной и глупой. Что ж, будем знакомиться заново. Я выберусь из этой ямы чего бы мне это не стоило. И первым, что я сделаю, будет месть тем, кто растоптал моё доверие. Это будет не быстро, но оно стоит того. Нет им прощения!

Глава 3. Труп есть, но чей?

Когда наступил рассвет, и первые лучи солнце пробежали по моему бледному лицо, я поняла, что пора. Ноги и руки онемели от холода, слезы давно высохли, а пустота внутри заполнилась местью. Я, превозмогая боль, стала цепляться за коряги и сырую землю, поднимаясь всё выше. А наверху меня уже ждали. Это была она, та самая старушка, что спасла меня.

— Ну что? Набегалась? – спросила она, глядя на испуганную меня.

— Хочу полностью выздороветь!

— А отец?

— Опоздала…

Старушка всё поняла: черты её лица была такими мягкими и ровными, но глаза выдавали всю ту боль, что она пережила. Жестом женщина кивнула в стороны своей сторожки, и мы побрели, хотя ноги почти не слушались. Придя туда, она достала все свои травы и начала готовить отвар. Я лежал на твердой холодной койке и думала лишь об одном: месть, которая ждёт моих обидчиков.

Месяц пролетел незаметно: мы очень сдружились, ведь ей было одиноко здесь всё это время, а я была ей как дочка. Она днями напролёт варила целебные отвары и мази, которые постепенно поднимали меня на ноги. Ожоги почти зажили, и чувствовала я себя вполне здоровой.

— Уверена? – строго посмотрела на меня Настасья Федоровна.

— Да, — кивнула я, допивая очередной отвар.

— С неспокойным сердцем уходишь.

— Оно не успокоиться, пока я не отомщу им!

— От этого тебе хуже.

— Спасибо вам, чтобы были рядом со мной всё это время. Я очень благодарна вам, ни одна больница не сотворила бы такого чуда.

— Я ведь знала тебя ребенком, а своих деток у меня и не было.

— Почему?

— Не случилось.

— Я вернусь за вами!

Старушка лишь молча покачала головой. Она уже привыкла жить здесь, и никуда не хотела. Этот лес уже давно стал её домом: двадцать пять лет не прошли незаметно. Эти стены были уже родными. Каждый уголок этого леса она знала наизусть.

— Нет, я тут останусь! Здесь жизнь другая, – уверенно ответила старушка.

Я понимала, что это решение не изменить: её жизнь завязана вокруг этой избушки. Но я всё равно была полна решимости вернуться сюда за ней, ведь она меня поддержала именно тогда, когда мне больше всего нужна была помощь. Попрощавшись, я пошла той дорогой, на какую мне указала Настасья Федоровна: она должна вывести меня к трассе.

Мне повезло, и я смогла поймать попутную машину, которая привезла меня прямо к моему сгоревшему дому. Я стояла там и не понимала, как до такого дошло. От дома, где когда-то я была счастлива, остался только серый пепел. Так грустно мне ещё не было никогда: я потеряла всё, что имела. Мне хотелось кричать так громко, как только я могла. Я наклонилась и зачерпнула горстку серого пепла: рука немного дрожала.

— Лада!? Это ты!? – послышался громкий мужской голос, окликнувший меня.

— Ринат!?

Его руки крепко обняли меня за талию: я почувствовала, как бешено бьётся его сердце. Мне стало так тепло от того, что меня ещё кто-то ждёт. Мой брат, который уже три года как уехал в другой город, вернулся. Он ни капли не изменился: всё такой же молодой и улыбчивый. Мы с папой неоднократно обсуждали, как он там без нас, и всегда приходили к выводу, что, если бы ему там было плохо, он вернулся бы. Ринат уехал сам, его никогда не интересовало дело отца, и он отказался его продолжать и работать в той компании, а вместо этого заявил, что будет путешествовать по миру. Его решение сильно ударило по отцу, и он очень долго не мог смириться с ним, пока в его компанию не пришла работать я.

— Ты жива, – прошептал он.

— Как видишь.

— Они сказали, что ты вместе с папой… сгорела…

— Что!? Кто они!?

— Наши соседи, они видели пожар и пытались Вам помочь, но ничего не вышло.

— Они сказали, что папа здесь умер!?

— Да…

— Это неправда! Я была здесь в день пожара, папы здесь не было!

— Его тело нашли в спальне, а твоего нигде не было…

— Конечно, я же живая!

— Мы этого не знали.

Я была в шоке от слов брата: моего отца не было в том доме в момент пожара, может ли это значит, что папа жив? Или это действительно его тело, которое просто подбросили? Вопросов было много, и в них нужно было разбираться.

— Я хочу эксгумировать тело отца.

— Нет!

— Его не было в доме! Ты многого не знаешь!

— Я хоронил его! Не нужно ложных надежд: не хочу хоронить его заново!

— Ринат, пожалуйста! Я не хочу, чтобы в могиле нашего отца лежал не он!

— Ты понимаешь, как я жил этот месяц!? Я думал, что вы оба мертвы!

— Я понимаю, но это ведь не так! Вот! Смотри! Я жива!

На его щеках блестели слёзы: он думал, что остался один. Мне было тяжело представить, что он чувствует, но я искренне пыталась. Мои глаза закрывала месть, и я не понимала, что могу делать кому-то больно своими словами. Сказать ему правду или соврать? Он был беззащитным и не знал всего.

— Я накажу тех, кто с нами это сотворил!

Глава 4. Они убили меня

Ринат просто обнял меня и стоял так до тех пор, пока возле нас не остановилась машина. Только тогда он аккуратно расцепил руки, крепко сжимавшие мою талию. Ренат сделал шаг вперед и протянул мне руку.

— Пойдём, это за нами! – произнёс он, открывая заднюю дверь.

Я настороженно смотрела на него: после предательства близких слепо доверять словам было невозможно. Но он мягким кивком головы дал мне понять, что это его человек. Сев на заднее сиденье, я скрестила ноги и уставилась в тонированное стекло машины. У меня было много вопросов, но задать их при посторонних я не решалась.

Дорога заняла минут двадцать, и мы приехали к двухэтажному белому дому, который почти не отличался от того, что сгорел при мне. По коже пробежали мурашки: Ринат почувствовал моё напряжение и попытался показать мне, что бояться нечего. Он смотрел на меня с такой теплотой и нежностью, что как будто и не было тех лет, что мы провели в разлуке.

— Этот дом я временно арендую у знакомого, — пояснил Ринат, открывая входную дверь.

Я осторожно вошла внутрь: белоснежные высокие потолки были украшены нежными узорами, с них свисала огромная люстра, украшенная со всех сторон блестящими камнями. Стены были покрашены в теплой цветовой гамме, а паркет был таким теплым, что я чувствовала себя мороженным в жаркий летний день. Мои босые ноги сделали пару шагов и остановились: на стене висела семейная фотография.

Внутри всё закипело: это были они, наши любезные соседи… На фото они выглядели крепкой любящей семьёй, которой нипочём любые трудности и преграды, и только я знала, какие они были в жизни: мерзкие, гнилые люди. Я выбежала на улицу: меня трясло от обиды и гнева. Ринат выбежал следом за мной, что-то крича мне.

— Лада, ты чего? – наконец догнал он меня.

— У кого ты арендовал этот дом?

— У Петра, ты его знаешь, они были нашими соседями, пока дом не сгорел…

— Знаю, даже очень!

— Лада, я не понимаю тебя.

— Ты не знаешь, что сделала его семейка!

— Ну так просвети!

— Не здесь! Поехали в мою квартиру!

Ринат лишь вздохнул: он понял, что спорить со мной бесполезно. С детства я была упрямой: если я решила, что пойду гулять с Аней, то я пойду с ней гулять кто бы что ни говорил. Отец не считал это плохим качеством и всегда поощрял это во мне, однако Ринат так не думал и всегда пытался спасти меня от неправильного на его взгляд решения. Сколько было конфликтов уже и не вспомнить, зато их итог виден всем: Ринат уехал, начав жить своей жизнью.

Квартиру мне подарил отец на семнадцатилетние: я никогда там не жила, но иногда пускала пожить своих подруг. Добираться до неё надо было около часа от этого дома, который снял Ринат. Меня это не останавливало, и мы всё же поехали туда. По пути я бормотала себе под нос что-то про наших соседей, но Ринат почти не слушал: он наслаждался обществом своей младшей сестрёнки, которую уже довольно давно не видел.

Я достала ключи: руки сильно дрожали, и в замок никак не получалось попасть. Тогда Ринат сам открыл дверь, и мы оказалась в уютной двухкомнатной квартире, где давно никто не жил. На столах и полках скопился приличный слой пыли, шторы были задернуты из-за чего квартира почти не видела солнечных лучей. Я упала на мягкий серый диван и прикрыла глаза. В этой квартире было всё таким родным.

— Лада, ты как?

— Я уже ничего не знаю…

— Знаешь, я, наверное, никогда этого тебе не говорил, но я люблю…

Ринат не договорил: я уже крепко спала, разложившись на диване. Он не представлял, что мне пришлось пережить, но знал, что дальше будет рядом. Мои мягкие светлые волосы прикрывали плечи, на ногах виднелись порезы и ссадины. На лице были едва заметные следы от ожогов. Ринат бережно накрыл меня одеялом, и ещё долго продолжал смотреть. Я была живой: он сам не заметил прозрачную слезу, упавшую на его теплую ладонь.

Прошло пару часов, как в квартире вновь раздались голоса. Я, проснувшись, окинула комнату взглядом: пустота. Ветер прорывался в открытое окно, а шторы трепались из стороны в сторону. На столе уже не было пыли, зато стояли две кружки горячего кофе. Я невольно улыбнулась: Ринат хотел сделать мне приятное, он знает, что я без кофе жить не могу. Затем послышался звук открывающейся входной двери. Ринат тихонько вошёл в квартиру, боясь разбудить меня. Я радостно встала, чтобы встретить его.

— Где ты был?

— Сходил за сладеньким.

— Это же мой любимый зефир!

— Если я давно тебя не видел, это не значит, что я ничего о тебе знаю!

— Спасибо!

— Давай сядем за стол, я жду твой рассказ.

Мы сели на мягкий диван так, чтобы было удобно видеть друг друга. Я взяла в руку кружку с горячим кофе и откинулась на спинку дивана. Как давно я не чувствовала себя в безопасности, несмотря на то, что видимых угроз не было. Передо мной всегда теперь висят их слова: «Мы тебя использовали!». А я называла их друзьями, и от этого было так тяжело на душе.

— Я боюсь, ты меня не поймёшь.

— Я попытаюсь.

— Это был обычный вечер с «друзьями», как я тогда думала. Мы сидели за столом и играли в монополию, весело шутя о чем-то. Пока не раздался звонок. Петя сразу насторожился и отошёл в сторону, чтобы ответить. Макар постоянно поглядывал на него, как будто ожидая чего-то.

— И?

— После звонка они резко изменились в лице, и Петя бросил что-то по типу: «Больше не надо притворяться». Они схватили меня и привязали к деревянному стулу, который был поблизости. Я кричала и просила их объясниться.

— Что они сказали?

— Мы тебя использовали…

— В смысле?

— С самого начала они втирались к нам в доверие, чтобы потом нанести такой удар, от которого мы бы никогда не оправились.

— Но зачем?

— Они хотели получить компанию! Кричали, что отец мертв, и я должна переписать на них его бизнес, а я сопротивлялась. Петя сломал мне палец, но я даже не закричала. Они убили меня уже тогда, когда предали.

Глава 5. Эту потерю не забыть

— Я не верю! Они поддерживали меня на похоронах, и были рядом всё это время… — качал головой Ринат, отрицая слова Лады. В горле застрял ком, и слова застревали.

— Они лицемеры! – крикнула Лада, которая уже прожила их предательство.

— И отца они убили?

— Да, но чужими руками!

— Нельзя быть настолько гнилыми!

— Можно, но я этого так не оставлю!

— Что ты задумала?!

— Пусть их дом горит таким же пламенем, как и наш!

Ринат сжимал в руке ключи от дома Пети с такой силой, что выступила кровь. Я сразу заметила это и разжала его руку. В шкафу у меня была аптечка на случай нежелательных травм. Там был бинт и всё то, что нужно для обработки ран. Я быстро принесла её и потянулась за его рукой, как он одернул её.

— Не нужно!

— Ты хочешь умереть от яда?

— Что?!

— Кто знает, на что способны эти люди! Может они отравили ключи?!

— Лада, ну это уже перебор!

— Дай мне руку!

Ринат тяжело вздохнул, но сдался перед моим настроем. Всё, что связано с этими людьми, приводило меня в бешенство. Обработав рану, я взглянула на его мрачное лицо. Он как будто что-то утаил от меня и теперь не мог сознаться.

— Что ты недоговариваешь?!

— Я продал им компанию…

Я рассмеялась, но, когда поняла, что это была не шутка, чуть не накинулась на Рината. То, что отец строил гадами, он так просто отдал…да ещё кому! Я чувствовала, как внутри растёт напряжение, в легких начало покалывать. Воздуха не хватало, а голова казалась стала такой тяжелой, что её было не удержать. Пола под ногами я уже не ощущала и даже не поняла, как потеряла сознание.

Очнувшись, я увидела встревоженного Рината, сидевшего рядом. Он был не в лучшем состоянии, и казалось следующим упадёт в обморок. Лицо было бледным, губы — сухими, русые волосы — взъерошены. Я аккуратно присела, держась рукой за ручку дивана.

— Что ты сделал?

— Лада, я не знал всего, того что ты мне рассказала!

— Это неважно! Её вообще нельзя было продавать никому! Отец столько трудился, а ты…

— Видимо, отец знал, что я так поступлю, и поэтому оставил компанию тебе!

— Что?!

— Он написал завещание: компания твоя, мой договор не действителен!

— Я не знала…

— Не переживай, меня он тоже не обделил.

Я поступила в престижный институт, а после его окончания должна была стать правой рукой отца, но не случилось. Отец всегда говорил, насколько его компания важна и как то, что он делает, меняет жизни людей. Я знала это и никогда бы не отдала правление ей в другие руки. Брат же никогда этим не интересовался, но я и не думала, что он может поступить так с делом отца.

— Мы могли вместе управлять компанией, — начала говорить я.

— Нет, Лада, я этого не хочу, у меня уже есть любимое дело.

— Я не отдам компанию им!

— И я тоже! Ты должна ей управлять!

— Сама?!

— Я думаю, помощники быстро найдутся.

— Мне страшно: отца убили из-за этой компании…

— Эту потерю нам никогда не забыть! Я очень его любил!

— Отец так боялся, что не услышит этого от тебя…

— И не услышал.

— Зато всегда знал!

Я видела, как отец страдал от разлуки с Ринатом, боялся, что в чём-то обделил его, но я знала, что брат его любит и говорила ему это. Отец тоже стал верить, что сын вернётся, ведь любит же. Ринат правда вернулся, но уже слишком поздно. Я видела, как брату больно от того, что он не попрощался с отцом, а сейчас ничего не изменить.

Эта боль будет с нами всю жизнь, поэтому я решила мстить. А как с нашей потерей будет справляться Ринат, я не знаю. Он обещает, что не уедет в ближайшее время, ведь не хочет сюда вновь возвращаться, чтобы хоронить. Всю ночь мы провели, вспоминая наше детство, боль от потери мамы, страдания отца. И теперь мы остались в этом мире вдвоём: кроме него, я никому не смогу доверять.

Глава 6. Возвращение из мертвых

Первые солнечные лучи уже пробирались в комнату, поглощая всё её пространство. Я перевернулась на бок и услышала звук упавшей подушки, а затем чей-то крик возмущения. После этого моё пробуждение не заставило себя долго ждать. Я осторожно придвинулась к краю кровати и увидела спящего на полу Рината. Следующая подушка прилетела в него уже нарочно.

— И тебе утро доброе! – крикнула я на его недовольные возгласы по поводу такого пробуждения.

— Ну ты нормальная?!

— А ты? Чего на полу спишь?

— Я не помню, как тут оказался, а ты сразу кидаться!

— Ну извини! Ты знаешь, как меня напугал?

Я аккуратно обошла всё ещё валявшегося Рината и направилась к ванной. Над раковиной висело большое прямоугольное зеркало, которое мне привёз сюда отец. Он выполнял любые мои капризы и всегда был рядом. Глядя в зеркало, я видела его черты: серо-голубые глаза, прямой нос. Тоска охватила меня, и я с трудом сдерживала слёзы.

— Лада, ты застряла тут? – показалась голова Рината из-за двери.

— Немного, — вытирая слезы, проговорила я.

Слов ему было не нужно: он знал, что это были за слёзы. Как я была рада, что сейчас он тут, рядом со мной. Ринат обнял меня, и я почувствовала легкий запах его духов, которые частенько дарил ему отец.

— Эти духи… — еле слышно сказала я. – Ты до сих пор ими пользуешься?

— Да, ты тоже помнишь их?

— Отец считал, что это единственные духи, которые так подходят его сыну.

Как много слов мы не успели сказать нашему папе, как много не сделанных фотографий, эта потеря с нами навсегда. Я услышала тяжелое дыхание Рината, его глубокий вдох: он тоже скорбил. Я сжала кулаки: эти люди заслуживают быть наказанными за все наши страдания.

— Я сегодня же пойду в компанию и вышвырну их оттуда!

— А я верну ключи от дома!

— Мы должны вскрыть могилу отца, пока они не замели следы!

— Лада, я не согласен!

— Ринат, а если их следующей жертвой станешь ты? Их место в тюрьме!

— Я не дам согласие! Отец не заслужил такого после смерти!

— Отец заслужил, чтобы мы знали, где его могила и навещали!

— Я не изменю своего решения!

— Ладно, позже поговорим, мне нужен часок, чтобы собраться и поедем.

Ринат молча кивнул и вышел из ванной. Я была недовольна таким поведением Рината, он не понимал, почему так важно эксгумировать тело отца, но я не буду спорить, а лишь сделаю всё сама. Так учил мой отец: делать то, что считаю нужным. Я сделала один звонок своей знакомой, и минут через десять она была уже тут.

— Ты жива?! – вскрикнула она, увидев меня.

— А ты сомневалась?

— Ну честно сказать, да! Я же видела твою могилу!

— Что? Тела же не было?

— Не было, а могила была! Столько людей хотели проститься с тобой! Ты удивлена?

Я замерла от услышанного: у меня, как оказалось, есть могила. Сегодня же туда схожу. Чтобы хоть немного успокоиться, я перевела взгляд на свою любезную собеседницу. Алина почти не изменилась с нашей последней встречи три месяца назад: она была такой же легкой и веселой. Её голос звучал мелодично, а руки вкусно пахли кремом. Зеленая цветастая юбка струилась по её белым коленям.

Мы сидели на всё том же диване, когда вошёл Ринат. Его светлые брюки очень сочетались с моим интерьером в квартире. Я увидела, как он невольно бросил свой заинтересованный взгляд на Алину. Долго не задерживаясь в моей комнате, он вежливо поздоровался и ушёл, чтобы продолжить заниматься своими делами.

— Это Ринат? – удивленно посмотрела на меня Алина.

— Он самый!

— Ладно, поворачивайся ко мне, сейчас сделаем красоту!

— Только осторожно, я хочу, чтобы следы от ожогов было видно.

— Это ещё для чего?

— Чтобы тот, кто это сделал, увидел результат.

— Ну как скажешь. А что у твоего брата на личном? Девушка есть?

— Я не спрашивала.

— Если будет возможность, узнаешь?

— Понравился?

— Ну чуть-чуть.

Меня нисколько не удивил вопрос Алины, и я даже предполагала, какой ответ даст Ринат. У них определенно могло бы что-то получится, и я не собиралась им мешать, однако понимала, что сейчас не лучший момент. Смерть отца сильно ударила по Ринату, а тут ещё и моё возвращение. Мои рассуждения прервала Алина, которая уже закончила творить чудеса и ждала моей оценки.

— Как тебе?

— Алина, как всегда волшебно! Я знала, что обращаюсь к профессионалу!

Она лишь отмахивалась, делая вид, что оно само так получается. Но я знала, что Алина гордится собой и ей важна похвала. Всё складывалось прекрасно: сейчас я приду в компанию и с позором вышвырну тех, кто не заслужил там быть. Однако было ещё одно дело.

Глава 7. Будет так, как я сказала

Этот номер я берегла на крайний случай, и кажется, он настал. Мой отец дал мне эту визитку после того, как узнал, что его партнёр по бизнесу ведёт двойную игру. Он сказал, что я должна быть осторожна ко всем, а если возникнут подозрения, то незамедлительно обратиться к частному детективу. Его зовут Владислав: молодой энергичный парень, который к своим двадцати семи годам открыл частное детективное агентство. Раз мой отец ему доверял, то сомнений нет. Я набрала номер и застыла в ожидании.

— Добрый день, частное детективное агентство «Тайн нет» приветствует вас. С каким вопросом звоните? – раздался приятный женский голос в трубке.

— Здравствуйте, хочу узнать, что случилось с моим отцом.

— Вы обратились по адресу. Назовите, пожалуйста, вашу фамилию.

— Думанская.

— Секунду! Ваша фамилия есть в нашей базе. Уже обращались к нам?

— Мой отец обращался.

— Сейчас соединю с Владиславом Романовичем.

В трубке снова гудки. Я была настроена решительно, но доля сомнений была. В последнее время я стала более подозрительной: если это агентство работает на эту семейку?

— Добрый день, Лада Владимировна! Прощу прощения за задержку! Я вас внимательно слушаю!

— Вы всех своих клиентов знаете по иенам?

— Таких клиентов, как ваш отец, стыдно не знать! Соболезную вашей потере.

— Спасибо! Это не телефонный разговор.

— Я правильно понимаю, что вы хотите увидеться лично?

— Да, расскажу всё при встрече.

— Как удобно. Сможете приехать в агентство или же подобрать другое место?

— Приеду к вам.

— Хорошо, буду вас ждать!

Его голос показался мне довольно серьезным и грубым, но его ответы были доброжелательны. В целом я была довольна разговором и решила продолжить то, что начала. Ринат постучал в дверь моей комнаты, и я быстренько убрала телефон.

— Входи! – сказала я, взволнованная тем, что он всё узнает о моём звонке.

— Алина уже ушла, водитель ждёт внизу. Ты готова? – мягко спросил Ринат.

Я кивнула в ответ, и мы направились к выходу. Он закрыл дверь, а ключи отдал мне. Я ещё раз посмотрела в зеркало, которое достала из сумочки. Мои волосы были аккуратно уложены, первые пряди были закручены. Лавандовый костюм был таким нежным, что совсем не противоречило моему характеру, по крайней мере, так казалось. Я поправила подвеску в виде ангела, которая висела на моей шее, и убрала зеркальце в сумочку.

— Ты выглядишь великолепно, как и всегда! – произнёс Ринат, открывая дверь машины.

— Видел бы ты меня, когда я валялась на земле, корчась от боли, — с сожалением выдала я.

— Мне очень жаль, что меня не было рядом.

— Прости, я слишком волнуюсь.

— Я буду рядом!

— Знаю.

Улыбку сдержать я не смогла. Ощущение, что брат рядом и поддерживает, было слишком приятным. Мне не хватало его все три года его отсутствия. Теперь, когда мы были вместе, я знала, что могу на него рассчитывать. Машина остановилась напротив стеклянного высокого многоэтажного здания, где находилась компания отца. Внутри находилось сотни людей в белых и черных костюмах. Я стояла у входа, сжимая в руке пропуск, и не решалась войти. Мне казалось, что там ничего не изменилось после смерти отца: для них жизнь продолжается, а для меня в корне всё поменялось.

Ринат стоял сзади: это было моё дело, он лишь подстраховывал. У него в руках была папка с документами, среди которых копия завещания и договор на аренду дома. Он уже представлял, как окажется внутри: скандала Ринат не хотел, просто выкинуть этих людей из своей жизни ему было достаточно. Но я хотела большего. Мы вошли в здание, пропуск тихонько пиликнул на входе. Сотрудники даже не сразу поняли, кто мы: Ринат никогда не появлялся в компании, а я была там стажёркой. Лишь небольшой круг лиц знал правду.

Мы целенаправленно шли в кабинет, где ещё недавно сидел наш отец. Теперь же там удобно расположились Петр и Макар, которые даже не ведали, что я жива. Мне крупно повезло: у них в кабинете было совещание с главными сотрудниками отделов. Должно быть диктовали новые правила. Секретарша на входе крикнула нам, что туда нельзя, но мы даже не посмотрели в её сторону.

Резко открыв дверь кабинета, я увидела полную картину происходящего: Петр сидел на стуле в центре, на столе перед ним лежали какие-то бумаги, Макар же стоял сзади него. Кроме них, ещё человек восемь сидело за этим стеклянным столом. Все их взгляды были направлены на меня. Петр не сразу понял, что произошло: он поднял голову вверх и увидел живую меня. На его лице застыл страх, он начал громко кашлять, пытаясь вдохнуть воздуха. Его кошмар стоял перед ним, Макар аж попятился назад. Оба бледные как поганки переглянулись между собой.

— Прощу освободить кабинет! – уверенно заявила я. Страх прошёл, будто его вовсе и не было. Каждой своей клеткой я чувствовала, как становилась увереннее. Дрожи в голосе нет, лишь легкая нотка радости.

— Продолжим потом! Выйдите! – спохватился растерянный Петр. Его голос звучал напряженно.

— Потом – это значит никогда! Больше вы здесь никто!

— Что ты говоришь! У меня есть договор, подписанный твоим братом!

— Он не действителен! Мой отец написал завещание, в котором передал единоличные права на эту компанию мне!

Я швырнула на стол бумажку. Руководители отделов сразу заинтересовались, а, кроме них, вокруг дверей кабинета столпились другие сотрудники. Один из них взял в руки завещание и громко прочитал остальным.

— Отныне тут будет так, как я сказала! Оставьте нас!

Глава 8. Руководитель детективного агентства

Все вышли, оставив нас в кабинете наедине. Петр настороженно отодвинулся к краю стола, боясь, что я накинусь на него и расцарапаю его мягкое лицо. Макар сел на диван в стороне и опустил голову: сказать ему было нечего. В кабинете всё казалось таким родным: широкий стол, светлый диван, стоящий у стенки, бледный фикус. Должно быть в отсутствие отца его никто и не поливал.

— Достаточно похозяйничали здесь? – с улыбкой спросила я.

— Лада, я… — начал было Петр.

— Не трать слов, я не желаю знать, что ты скажешь в своё оправдание! Собирайте свои вещи и убирайтесь отсюда!

— И ключи от вашего уютного дома не забудьте!

— Дом цел?

— Не переживай, Петя, мы последуем вашему примеру и подожжём тогда, когда вы там будите!

— Это угроза!

— Да! А вы что думали, вышли из воды сухими?!

— Всё не совсем так, как ты рассказываешь!

— И какую деталь я упускаю?!

— Мне жаль…

— Мне тоже, не стоило Вам доверять! А теперь вам пора, и запомните, здесь вам не рады!

Макар даже не спорил, он быстро выбежал за дверь, не дожидавшись, пока очередь дойдёт до него. Петр же медленно поднялся со стула, с опаской посмотрел на меня, а затем произнёс: «Хотел бы я всё исправить!». В его глазах читалось сожаленье, наверное, от того, что не добили меня. Он вышел из кабинета и плотно закрыл за собой прозрачную дверь. Отец не любил тайны, поэтому в его кабинете всё было таким прозрачным.

— Дышать стало легче, — произнесла я, делая глубокий вдох. Ринат стоял рядом совсем потерянный. Ни я, ни он не привыкли к такому: отец всегда учил уважительно относиться к людям, однако ошибки он не прощал. – Мне надо идти.

— Куда? – насторожился Ринат.

— Хочу навестить свою подругу.

— Поехать с тобой?

— Нет, я сама.

Неловко улыбнувшись, я обняла Рината и взглядом дала понять, как мне была важна его поддержка. Мы попрощались, и я стремительно вышла за дверь: меня ждал Владислав. Прежде чем прийти к нему, я решила встретиться со своими хорошим знакомым – Глебом. Он знает меня со средней школы, и после всех громких событий вокруг нашей семьи эта встреча была ему интересна.

Когда я вошла в парк, Глеб уже сидел на скамейке возле высокого дуба и что-то листал в своём планшете. Его пунктуальность меня всегда поражала: как бы рано я не приходила, он уже ждал. Это не единственное его положительное качество: Глеб отличный программист. Ещё в школе к нему обращались с просьбами о помощи в информатике. Его золотистая оправа, пронизанная на сквозь лучами солнца, ярко блестела. Поправив малиновую рубашку, он поднял свои карие глаза на меня.

— Лада?! – вскочил со скамейки Глеб. Он, не дожидаясь ответа, легонько приобнял меня за плечи. – Ты жива!

— Скорее воскресла! – вздохнув, ответила я. Ничего не прошло бесследно, и следы от ожогов всё ещё красовались на моём светлом личике.

— Ещё даже не все в курсе, что ты снова с нами.

— Я стараюсь не афишировать. Есть кое-какие дела, которые надо решить, прежде чем придавать огласке мою историю.

— Для этого ты меня позвала?

— Частично. Мне нужно всё выяснить про человека с этой визитки. Поможешь? Я в долгу не останусь.

— Конечно, я с радостью.

— Спасибо, сейчас не так много людей, которым я могу доверять.

— Я понимаю.

Мне было непривычно видеть его спустя годы после школы. Я не совсем понимала, как себя с ним вести, но старалась придерживаться нейтралитета. Глеб готов мне помочь с таким важным делом, нужно не терять его из виду. Через неделю он обещал позвонить и передать мне папку с полноценным досье на Владислава, а пока я хотела лично с ним познакомиться. Ринат отдал мне в распоряжение своего водителя, поэтому уже через двадцать минут я уже стояла у входа в детективное агентство.

Это было невысокое двухэтажное здание с балконом, которое напоминало частный домик. В центре во всю располагалась зеленая надпись: «Тайн нет». Сквозь открытые окна я увидела секретаря, любезно разговаривающую по телефону. Её красная помада отлично сочеталась с черной облегающей юбкой. Девушке на вид было лет тридцать, глаза у неё блестели, а на руках было несколько золотых браслетов от бренда, который я ни с чем не перепутаю.