Здравый смысл обычно не вызывает сочувствия, ведь так?

как себя помню. Все мои друзья – там. И все мои интересы. Там

подпирал подбородок. Ее густые белые волосы были туго завиты и уложены в затейливую прическу.

та самая простота, которая, как известно, стоит недешево.

пожитки, засунула деньги в чулок, и я проводил ее на поезд. На прощание

Жертвуя собой, человек становится выше Бога, ибо как может Бог, бесконечный и всемогущий, пожертвовать собой? В лучшем случае он может принести в жертву своего единственного сына. – О Господи, скука

Изабелла достала из сумки платок и зеркальце и осторожно приложила платок к уголкам глаз. – Дождешься от вас сочувствия, как же, – проворчала она. Я не ответил. Она попудрилась и подмазала губы. – Вы сказали, что догадываетесь, чего он искал все эти годы. Чего же? – Имейте в виду, это только догадка, очень возможно, что я ошибаюсь. Мне кажется, что он искал такой философии или, может быть, религии, которая удовлетворяла бы и его ум, и сердце.

смотреть на море. Никогда еще, кажется

Китса? «Любовник смелый, никогда тебе ее не целовать, хоть цель близка».

ее исповедует? Ведь вот где, в сущности, главный критерий.