Читать книгу: «Музыка в судьбе»
Музыка в судьбе
Роли и исполнители
Женский WME-Orchestra (Wonderful Musical Emotions Orchestra)
Алёна - организатор и вдохновитель всей затеи с оркестром, и одновременно композитор. Творит, и дирижирует. В одиночку тянет тяжёлую ношу, снабжая коллектив оригинальным музыкальным материалом. Иногда сама играет на клавишных
Бухалов Виктор - менеджер (продюсер) оркестра. Всегда ищет выгоду для продвижения коллектива. Этимология фамилии происходит не от жаргонного названия процесса употребления крепкой выпивки (ударение на последний слог бухАть!), а от чего-то, способного производить низкий, но громкий звук: бУхать!
Дмитрий - менеджер в компании Бухалова. Невидимый движитель всех событий на гастролях.
Кристина - второй менеджер компании Бухалова. Надёжный тыл в России.
Алла - лидер скрипка. Всегда в форме, чтобы произвести ВАУ - эффект!
Жанна - ритм и соло-гитара. Не может видеть любую гитару без дела.
Наташа - струнные и другие народные инструменты. У девушки есть какая-то тайна, но она молчит.
Даша - ударные инструменты и перкуссия. От неё никто ничего не ждёт, а она мастер. Тихо обучается вокалу, и фортепьяно на высоком уровне, на что тратит много личных денег.
Люся - бас-гитара. Известно, что она в оркестре есть. Тихий представитель современного молодёжного движения. В нужный момент своё слово скажет.
Маргарита - клавишные инструменты. Красивая девушка, талантливый музыкант, но в наших событиях почти не задействована.
Константин – звукорежиссёр команды. От него зависит многое, но он остается вне поля зрителей.
Без имени – техники (инженеры) 3 человека. На них вся черновая работа на гастролях: разгрузить, перенести, подключить, подсоединить, настроить и др.
Симфонический оркестр
Леонид - ударные инструменты. Человек в возрасте, уже прошедший путь, который молодёжи ещё предстоит пройти.
Без имени - ещё десятка три с лишним человек. Улучшают звучание женского оркестра, делают его более насыщенным и гармоничным.
Семья Джорджа
Пол Стренхоуп - отец семейства. Носит титул Барона. Очень богатый уравновешенный мужчина со связями.
Маргарет - жена Пола, мать Джорджа, имеет тяжёлый характер. Не стерва, но опасаться её нужно.
Джордж - старший сын. Молодой человек, ищущий свою любовь.
Скарлет - не определившаяся дочь, мотающаяся по миру.
Сьюзан - двоюродная тётка отца Джорджа.
Семья Даши
Игорь Петрович - отец Даши. Топ менеджер в региональной энергетической компании.
Нелли Ричардовна - мать Даши. Учительница английского языка
Даша - представлена в составе оркестра.
Алина- младшая сестра Даши, замужем, двое детей.
Руслан - муж младшей сестры
Семья Жанны
Жанна - представлена в составе оркестра.
Андрей - сын от первого брака, около 8 лет. Хочет нового папу.
Мать Жанны - Галина Юрьевна. Тихая спокойная женщина.
Без имени - бывший муж Жанны, только упоминается.
Семья Сергея
Отец Сергея - Без имени, чтобы не дай бог ничего не совпало. Известный политик.
Мать Сергея - тоже без имени
Сергей - старший сын в семье, успешный бизнесмен.
Виталий - младший сын, причина беспокойства родителей. Но вредного пока ничего не сделал.
Другие лица
Алексей - смелый человек с трудной судьбой, от которого она всё же не отвернулась.
Диана - джазовая пианистка. Подруга Даши по состоявшемуся совместному проекту.
Максим - сотрудник посольства РФ (торгпредства) в Лондоне, куратор концерта.
Алекс – хозяин отеля, где на гастролях будет базироваться оркестр.
Алисия - бывшая пассия Джорджа. С ней расстались за месяц до части описываемых событий, но она ещё на слуху.
Бертон Сэм - менеджер английской рок группы средней руки. Человек со связями в мире музыки.
Дженифер- корреспондентка ТВ. От неё мир узнает о новой композиции оркестра.
Энтони - высокопоставленный сотрудник торговой палаты Британии.
Фил - посредственный менеджер другой английской рок группы из низов.
Кэтрин - враг хозяина гостиницы. Живёт по соседству с отелем.
Томми (Том) - один из друзей Джорджа, из-за стараний которого встретились герои.
Остальные персонажи без имени каждый в своей роли.
Все события полностью выдуманы и никогда не происходили за исключением тех, которые могли или состоялись, не имея отношения к описанным действиям.
Любые совпадения случайны и не преднамеренны.
Эта история началась как всегда скучно и обыденно. Дмитрий решил уволиться с места работы и переформатировать свои отношения с иностранными делами. Он уже более 2-х лет после МГИМО трудился на ниве иностранных дел. Этого времени хватило, чтобы понять, что он начал проигрывать карьерную гонку тем своим однокашникам по «альма матер», у кого был «наставник». У него «наставника» не было. Конечно, два или три года не тот срок, чтобы делать окончательные выводы. Но тенденцию уловить уже можно. Вот поэтому Дмитрий и решил изменить жизнь. Он принял решение перейти на другую работу на время оставив нынешнее ведомство. Приступив к поискам работы, молодой человек озадачил всех знакомых. Уходить «в никуда» он считал слишком рискованным шагом. Откликнувшись на призыв один из его однокашников и сообщил ему, что нужен специалист на живую работу с людьми в продюсерскую компанию лучше со знанием языков. Языков у Димы было минимум четыре: русский, второй обязательный - матерный, аглицкий и один из языков юго-восточной Азии. Так он и оказался в конторе у Бухалова. В самой работе парень не понимал ничего. Приехав на собеседование, он понравился Бухалову не столько языками, сколько собранностью, контактностью и живым характером.
С тех пор прошло уже несколько месяцев. Дмитрий быстро пообвыкся в новой профессии. Работы было много, и она действительно была живая. Сплошные контракты, райдеры, согласования, утрясания, обеспечение, музыка, фотосъёмки и так далее. Они продвигали женский инструментальный оркестр - WME-Orchestra (Wonderful Musical Emotions Orchestra). Оркестр гастролировал по России. Поэтому все контакты были тоже только по стране. Владение иностранными языками оставалось пока не востребованным.
Поскольку Дмитрий планировал вернуться в ведомство, то связей со старыми сослуживцами и однокашниками он не терял. Однажды по знакомству ему сообщили страшную тайну. В посольстве в Лондоне будет приём и нужно было, чтобы он прошёл на «Ах!» Конечно, никакой тайны в этом не было, приём был плановый. Услышав слова посольство и Лондон, Дмитрий сделал охотничью стойку и совместив всё в пространстве и во времени предложил сопровождаемый им коллектив на роль этого «Ах!»
Флэшка с хитами группы всегда лежала у него в кармане. Там были и клипы, и записи с концертов, и только музыка. Ему сделали разовый пропуск, и он снова побывал в том ведомстве, где ранее работал. В коридорах иногда попадались знакомые лица. Кого-то знал он, кто-то знал его. Затем появилась возможность донести всю информацию до нужных людей, принимавших решение. Флэшку он оставил, чтобы легче было это решение принимать.
Первая реакция была сдержанной, но отказа не последовало. Это было уже хорошо. Флэшка сработала и через некоторое время его ещё раз пригласили для уточнения всяких деталей. Потом они приехали вдвоём с Бухаловым для окончательного согласования планов, сроков и собственно контракта. Приём, о котором шла речь, был назначен летом на четверг 26июня. Времени было ещё достаточно, чтобы всё организовать. Ведомство по своей линии брало на себя финансирование. Когда Бухалов предложил привезти туда не только сам коллектив, но и небольшой симфонический оркестр это встречено было ещё более тепло, хотя и сулило дополнительные расходы. Так в программе работы оркестра появились летние гастроли в Британии.
Все хлопоты по организации этого выезда со стороны оркестра легли на плечи Дмитрия. Но менеджер не роптал. Он оказался в своей привычной среде.
Просмотрев, что в это время будет происходить в музыкальной сфере на острове, Дмитрий обнаружил, что в эти же сроки будет проходить крупнейший в мире музыкальный фестиваль в Гластонбери. С этим он и пришёл к Бухалову. Они решили, что нужно отправить туда заявку и трек с одной из композиций. Надежды на то, что их заявка будет принята не было практически никакой, но шанс хотелось испытать до конца. За окном лежал снег, только-только, отпраздновали Новый год, а они жили уже в жарком лете.
Их удивлению не было предела, когда в почте обнаружилось письмо от организаторов с уведомлением, что заявка принята, и они могут рассчитывать на выступление в середине первого дня фестиваля среды 25 июня.
Предлагалось также прислать технический райдер для согласования. В этой части всё получилось легко. Организаторы, всё, что нужно на площадке, обещали предоставить. А вот с бытовым райдером вышла неувязочка. Заявку подали с учётом симфонического оркестра и из-за большой численности объединённого коллектива организаторы не брались за решение проблем вне площадки.
Когда Бухалов сообщил Алене о возможности концерта в Гластонбери, в её глазах засветились хищные огоньки, и он понял, что она готова любым способом попасть туда. Оставалось найти для этого деньги.
Бухалов искал деньги, а Дмитрий искал, куда их потратить. Нужно было найти сносную гостиницу для проживания всех. Нужно было найти фирму с автобусами, в которой их можно арендовать. Нужно было найти место и аппаратуру для репетиций. Да много чего ещё было нужно. Дмитрий через сеть нашёл всё. Оставалось на месте оценить достоверность информации.
Деньги не находились, своих ресурсов было маловато и Бухалов пошёл к дипломатам. Идея об увеличении бюджета мероприятия сначала энтузиазма не вызвала. Но после доклада наверх поступила команда: «Принять к исполнению!» Страны были в контрах. В дипломатии царило сильное напряжение. Очевидно, таким образом, планировалось несколько снизить его градус.
Главным достоинством гостиницы был конференцзал который мог вмещать объединённый оркестр. Дмитрий заключил контракт на весь срок гастролей и всю гостиницу. Он даже внёс предоплату. Это, несомненно, была удача, хотя отель был не очень близко от обоих мест проведения концертов. Так план стал обретать очертания, и к моменту гастролей всё было готово.
Бухалов и Дмитрий должны были сопровождать оркестры в Британию. А на хозяйстве в России оставалась молодая женщина по имени Кристина. У неё на руках был маленький ребёнок и никуда ехать она не могла. Кристина и Дмитрий были основными сотрудниками компании Бухалова.
Объединённый оркестр поставили в первый день фестиваля, да ещё и днём. Могли вообще поставить в самое начало на 10часов утра. Конечно, и в этом случае музыканты получили бы право говорить, что играли в Гластонбери. А на что ещё они могли рассчитывать? Оркестр впрыгнул в последний вагон. Слава богу, хоть так взяли.
В первый день основная часть зрителей только прибывает на фестиваль и занята размещением и обустройством быта. Активными зрителями являются только те, у кого однодневные билеты. Музыка нужна больше в качестве фона, чтобы приглушать бытовые шумы от множества людей. Акцентных выступлений в этот день запланировано не было.
Сцена тоже была выделена не самая удобная, чуть в стороне от центральной зоны. Чаще там играли на акустических инструментах. Наверно этому послужило наличие симфонического оркестра в составе общего коллектива.
Сцена стояла под огромным шатром. Для создания камерности и от капризов погоды это было хорошо. А для их звучания не очень. Могло прибить звук. На некотором расстоянии перед сценой располагалась большая детская площадка, что тоже не прибавляло надежд на популярность места.
План пространства за сценой напоминал разметку площадки для большого тенниса. Сразу за сценой была небольшая общая зона. А за ней площадка низенькими заграждениями делилась на две примерно равные зоны в каждой из которых располагалось по достаточно большому павильону-шатру для музыкантов.
Приехали заранее. Все волновались. Опыт выступлений был у всех, но такого ни у кого. Начали ровно по расписанию. Дальше сам концерт шёл по плану.
Сначала народа перед сценой было немного, но необычное звучание, выбивавшееся из общего привычного ряда, симфонический оркестр и отсутствие голосов постепенно привлекло зрителей. А начав слушать, они втянулись.
Друзья и потащили Джорджа в дальнюю часть поляны, услышав необычное звучание. Джордж недавно по делам компании побывал в России и рассказывал им много интересного об этой поездке. Да и сам факт того, что там выступают русские, уже своей необычностью привлекал зрителей.
Англичане в музыкальном плане публика искушённая. Оркестр, точнее два оркестра объединённых в общий коллектив, принимали хорошо. Музыка была неизвестная, но как раз и привлекала своей новизной и необычным звучанием. Современные инструменты хорошо сочетались с традиционными. Вместе они создавали это необычное звучание. Не часто на площадках фестивалей современной музыки можно встретить симфонический оркестр. К концу их выступления перед сценой уже стояла достаточно большая, по меркам этого фестиваля толпа зрителей.
После нашего оркестра должна была выступать не сильно известная в мире британская группа в классическом составе: ударные, клавишные, две гитары и солист. Они должны были уже готовиться к выступлению в зоне, выделенной организаторами. Но барабанщик и соло-гитарист пропали. Сэм Бертон, их менеджер, бегал с выпученными глазами, всё время куда-то звонил, периодически бросал короткие фразы, тем троим, что уже были на месте, и снова звонил. Все должны были собраться непосредственно перед выступлением, а эти двое пропали. Точнее, выяснилось, что они ехали вместе и из-за аварии на дороге попали в пробку и никак не успевали к началу выступления. А отказаться было нельзя. Это был бы крах всех планов на раскрутку. Такое могли простить хедлайнерам, и то не всем, и не всегда. Случаи были наперечёт и все известны. А им, середнячкам, такой скандал и клеймо ненадёжных могло сильно навредить.
Вот это и бесило их менеджера. Выхода пока не просматривалось. Навигатор показывал, что парни приедут только к началу третьей с конца песни. На минуту выпав из своих проблем, Сэм вдруг услышал музыку выступавших перед ними русских.
- Сегодня точно не наш день! - подумал он.
Когда организаторы составляли программу у него была неформальная возможность выбрать, после кого выступать, в рамках предложенного интервала и сцены. Это очень важно. Ведь выйти после очень успешного выступления других тяжело. Нужно превзойти предыдущих, чтобы публика оценила. Поэтому Сэм и выбрал время после неизвестных русских, да ещё и с симфоническим оркестром рассчитывая, что после них будет легче. Но услышав, что сейчас происходило на сцене, он понял, что просчитался.
Сначала вроде было тихо, народа маловато. Всё как он и предполагал. Но зрители по достоинству оценили свежее звучание и хорошо принимали русский оркестр, бурно аплодируя.
Подошёл представитель организаторов на этой сцене уточнить будут ли они выступать. Бертон кивнул головой.
- Конечно!
Но как это сделать он пока не понимал. Ребята по-прежнему торчали в пробке. Сэм позвонил уже десятку знакомых музыкантов, кто мог бы заменить своих, но по разным причинам все либо отказались, либо чисто по пространственному или также временному факторам не могли помочь. Музыканты из группы делали тоже, обзванивая своих друзей и знакомых. Но положительного ответа, увы, не было.
Вдруг менеджера осенило. Он развернулся и бегом помчался догонять уходящего представителя организаторов. Догнав его, Сэм спросил:
- А где менеджер русских музыкантов?
Представитель, молча, указал на мужчину, стоявшего в одиночестве за низкой загородкой в соседней зоне, и добавил:
- Его зовут Виктор!
Сэм бросился к низкой загородке и закричал русскому. При этом он размахивал руками пытаясь привлечь его внимание.
Виктор Бухалов, а это был именно он, стоял в задумчивости и вслушивался в музыку.
- Вроде всё идёт по плану! - думал он.
Менеджер оценивал только организационную составляющую, музыка его интересовала меньше. В этот момент Бухалов и увидел за решетчатой загородкой неистово размахивавшего руками мужика, который что-то орал на английском. Вслушавшись, Виктор понял, что это зовут его, и не спеша, двинулся к барьеру.
Когда, наконец, наш человек приблизился, англичанин объяснил ему безвыходность своей ситуации и спросил:
- Не смогут ли русские девушки им помочь?
Бухалов уловил смысл проблемы, ещё раз прислушался. Вот барабаны ведут ритм, гитара, клавишные, вот скрипка начала соло. Девочки на сцене, всё в порядке. Почему бы не помочь?
Зная, что все в коллективе имеют музыкальное образование и играют по нотам, пока не выучат всё наизусть, Виктор спросил англичанина:
- Ноты есть?
Вопрос сразу вогнал того в ступор.
- Какие ноты?
Но через мгновение англичанин уже кивал, сейчас дадим. Он подозвал кого-то из своих музыкантов, и отправил его в шатёр за нотами.
После одобрения участия в этом фестивале организаторы зачем-то попросили всех предоставить ноты и тексты песен. Это было связано с каким-то скандалом в прошлом. При оформлении участия ноты и тексты были предоставлены, а уже готовясь к выступлению, Бертон проследил, чтобы с собой тоже взяли по несколько экземпляров. Мало ли что может произойти! Выступление было крайне важно, и никакая случайность не должна была этому помешать. Ноты принесли. И все английские музыканты принялись формировать два пакета: для ударных и для гитары. Их и передали Бухалову. И случилось это вовремя.
Выступление объединённого оркестра закончилось. Успех был ошеломительный. Оркестранты раскланялись и стали покидать сцену. Публика аплодировала и не желала отпускать. Музыканты ещё раз вышли на поклон. Но это всё, что они могли сделать для зрителей. К сожалению, в этом временном интервале номеров на бис не предусматривалось. Через полчаса должно было начаться следующее выступление.
Бухалов уже стоял за кулисами. Он сразу остановил Жанну и Дашу, вручив им по пакету нот, и ошарашил новостью, что придётся отыграть с британцами.
- А сейчас хорошо бы подержать публику! Организаторы попросили!
Фестиваль только начался и ещё не набрал обороты. Зрители ещё определялись со своими приоритетами. За полчаса, отведённых на подготовку следующего выступления, они могли разойтись по другим площадкам.
Девушки переглянулись, и не задавая вопросов, вернулись на свои места. Техники англичан уже начали готовить выступление своих парней. Даша успела к установке раньше, чем её бы сдвинули, приспосабливая под своего барабанщика.
Публика уже было приунывшая, и действительно метившая уйти к другим площадкам, увидев вновь вышедших девушек, оживилась. Жанна снова подключила гитару, и они начали. Специально ничего такого не готовилось. Это была чистая импровизация. Даша вспомнила, как они один раз дурачились на репетиции и повела. Жанна, узнав ритм, тоже вспомнила ту репетицию, подхватила и начала своё соло. Получалось очень складно. Народу понравилось, и те, кто уже собирался уходить, развернулись и снова влились в ряды слушателей.
Язык у Жанны был похуже, чем у Даши, но достаточный, чтобы легко объясняться в быту. И она на кураже начала работать с публикой. Наигрывая пассажи, она периодически призывала публику петь или хлопать вместе с ней. Публика откликнулась. Даша обеспечивала ритм и шумовое сопровождение. Жанна, увидев отклик зрителей, начала зажигать и это в свою очередь ещё больше завело публику. Она вслед за наигрышем Жанны азартно повторяла. Хор голосов был не очень стройным, но громким. Хлопки в такт пока удавались лучше. Но всё вместе получалось здорово.
На Жанне был брючный костюм, который подходил для их основного репертуара. Но в режиме постоянного соло ей стало жарко, и она, улучив момент, сняла жакет. Увидев, что она начала раздеваться, часть зрителей, очевидно наиболее разгорячённых не только зрелищем, но и соответствующими напитками, при полном попустительстве остальных, подражая байкерским сборищам начала скандировать:
- Сиськи! Сиськи!
Жанну это не смутило. Закончив снимать жакет, она, чуть опустив гитару, одним жёстким аккордом резко свипанув рукой сверху вниз, положила конец этим крикам. Вторая часть публики взорвалась хохотом, оценив прозрачный намёк гитаристки. Затем обрушились аплодисменты. Аплодировали, даже сами крикуны, осознав изящность отказа последовать их призыву.
Второй взрыв хохота последовал, когда перед Жанной поставили пюпитр с нотами англичан. Не принято в рок-группах, когда соло гитаристы на концертах играют по нотам. А как в этой ситуации можно было по-другому?
Английские музыканты вот-вот должны были выйти на сцену, но их всё не было и не было. А фантазия у Жанны подходила к концу. Публику держать уже было трудно. С отчаяния она вдруг заиграла первое, что пришло на ум – «Жёлтую подводную лодку» The Beatles. Даша сразу подхватила. А публика почти стройным хором запела. Эту вещь знали все. Песню они вместе со зрителями доиграли и допели до конца. Раздались аплодисменты. Жанна аплодировала зрителям и благодарила их. Даша тоже изобразила аплодисменты на своей установке. Зрители аплодировали девушкам.
Наконец англичане из группы вышли на сцену. На некоторое время музыка стихла. Жанна лихорадочно смотрела в ноты, в уме воспроизводя их. За руки она не беспокоилась. Тоже самое делала Даша.
Руководил процессом бас-гитарист. По его команде Даша отстучала палочками, и все разом включились. Блин комом сразу не случился, и мелодия полилась как нужно, англичане запели.
В этот момент за сценой стояли два человека с совершенно разными мыслями. Бухалов, успешно отправив свой оркестр и симфонистов на автобусах в гостиницу, остался с девчонками. Сам, заварив эту кашу, он не мог их бросить, хотя стоявший рядом Сэм обещал всё организовать.
У Сэма были другие мысли. Пережив стресс, почти крушение всех надежд, английский менеджер сейчас вслушивался в звучание и не находил различий. Всё звучало так, как он много раз слышал на репетициях, других выступлениях.
Отыграв первую композицию, фронтмен англичан поведал публике, что их парни потерялись и им помогают русские девушки Даша и Жанна. Девушки представились, сыграв по паре аккордов и махнув рукой. Последовал шквал аплодисментов. Их уже знали. Снова начали играть, и опять всё получалось складно.
Так продолжалось до тех пор, пока не появились опоздавшие музыканты. Встал вопрос: как теперь быть? Можно было прерваться, заменить девушек и выступать в штатном режиме. Но это смазало бы всю картину, и разгорячённая публика могла потерять интерес к выступлению. Почувствовав выгоду от необычности ситуации, Сэм рявкнул на опоздавших, чтобы выходили и подключались в параллель. С гитарой такая возможность была предусмотрена организаторами, а вот второй ударной установки на этой сцене припасено не было.
Даша работала не останавливаясь, и озаряла пространство своей волшебной улыбкой. Английские техники, начали подключать электронную установку своего барабанщика, для чего одному из них пришлось быстро пройти перед уже стоящими барабанами.
Проходя, англичанин приветливо помахал рукой зрителям. Публика, в ответ похлопала ему и ещё больше развеселилась. Парень подключил кабель и изображая, что тянет что-то очень тяжёлое, с пластикой мима медленно стал двигаться в ту сторону, где планировалось устроить место для их барабанщика.
Взрыв хохота потряс большую поляну фестиваля. Хохот был такой сильный, что на мгновение перекрыл все другие звуки. С разных концов поляны к сцене, на которой всё это происходило, потянулись зрители. Количество зрителей перед сценой быстро увеличивалось.
Сэм, глядя на эту толпу, понял, что это их звёздный час и буквально вытолкнул на сцену своих. Теперь в группе играло две соло гитары и два барабанщика. Пока всё шло хорошо.
Играть оставалось три композиции. Жанна чуть отошла от микрофона, уступая место коллеге англичанину. Ему нужно было петь. Даша, стукнувшись кулачками с вынужденным напарником, уступила ему право начинать.
В предпоследней композиции было задумано, что у каждого будет фрагмент с сольным выступлением. У гитаристов таких фрагментов было даже по два в начале и в конце. Вот в первый раз солировать начали гитаристы. Англичанин играл профессионально, но как-то холодно. Наверно мыслями ещё ехал в пробке. Публика приняла это достаточно сдержанно.
Когда начала Жанна, зрители, уже зная, чего ожидать, стали хлопать ей в такт. И тут Жанна завелась. Переключив что-то в педалях, она повела свой сет. На этой сцене сегодня такого звучания ещё не было. Соло-гитарист англичан вскинул взгляд и мгновенно отреагировал, но сделать ничего не успел. Дальше шло соло клавишных, бас-гитары и барабанщиков.
Даша с коллегой отработали задорно. Публике очень понравился их дуэт, и барабанщики получили свои заслуженные аплодисменты.
Пока они играли с британцами, Даша не могла смотреть в сторону зрителей. Краем глаза она посматривала в ноты, стоявшие сбоку, и поэтому не видела, что тот парень, который всё предыдущее время, стоя как скала посреди бурного моря, неотрывно смотрел на неё, исчез.
Снова пошёл текст, потом припев и опять пришло время для соло гитаристов.
В этот раз начинала Жанна. Она уже понимала, что и гитара у коллеги лучше и процессор круче, но сдаваться не собиралась. Она любила свою гитару, хотя та была далеко не из лучших, так, по средствам. И гитара платила ей тем же. Ни разу на концертах не лопнула струна, не отказал звукосниматель, не выпал штекер. Вот и сегодня, словно предчувствуя скорую разлуку, гитара давала возможность своей хозяйке реализоваться.
Если бы на Жанне было, то чёрное платье куполом, то сейчас она бы точно напоминала ведьму в каком-то страшном ритуальном танце, так быстро она двигалась, изгибаясь всем телом, успевая ногами то включать, то выключать и переключать педали, и одновременно работая двумя руками. Едва только Жанна сбросила накал страстей, как публика буквально обвалила небо аплодисментами.
Представитель организаторов, стоявший за сценой, уже несколько раз работал на таких фестивалях. На выступления топовых команд попадал редко. В основном попадались середнячки, но всё равно наслушался много чего. Сегодня же происходило что-то невероятное. Когда пошло соло двух гитар он заслушался, тем более что обе рации и телефон молчали. В самый разгар раздался звонок сверху.
- Что у вас там происходит? - вопрошал голос шефа.
- Народ толпами двинул в вашу сторону!
Представитель не стал отвечать, а просто развернул телефон в сторону сцены. Шеф, послушав секунд пятнадцать, шло соло Жанны, воскликнул - Что делают! Что делают! Супер! А мы им такое плохое время дали!
Англичанин был наготове и, как только шквал аплодисментов стих, включился по полной. Он уже достаточно разогрелся и теперь тоже страстно зажигал. Играл он теперь хорошо, не просто холодно профессионально, но и с драйвом.
Жанна смогла перевести дух, но не выключилась, хотя понимала, что композиция идёт к концу. Она машинально ещё что-то переключила ногами и, поддерживая ритм, ждала. В какой-то момент гитаристка вдруг по реакции зрителей поняла, что он пародирует её и захотелось ответить. Англичанин заканчивал, и ему тоже были положены заслуженные аплодисменты. Публика, раскачанная двумя солистами, неистовствовала.
Времени для соло больше не было, но Жанна снова полезла в драку.
Группа такого баттла не ожидала, но повелась. Музыканты переглянулись и некоторое время безропотно продолжали держать основную тему.
Описывать происходившее далее простыми словами дело неблагодарное. Даже в музыкальных терминах это скорее будет напоминать бухгалтерскую ведомость с сухим перечислением приёмов игры.
Начала Жанна с искромётного риффажа на средних частотах, быстро спустившись почти до звучания бас-гитары. Тут она демонстрировала просто зверскую атаку правой. Так же молниеносно левая рука перемещалась по грифу.
Когда она начинала играть на электрогитаре, её длинные пальцы были слабоваты и быстро уставали, начинали пропускать, промахиваться, не успевая занять нужное положение. Но с течением времени и в результате многочасовых тренировок они окрепли и сейчас очень точно делали то, что задумал мозг. Сказывался и кураж предыдущего выступления, давая дополнительный адреналин.
Англичане уже пару раз переглядывались и переглянувшись в третий раз синхронно остановились. Из английской группы не выключились только звукорежиссёр, светотехники и специалисты по спецэффектам. Звукорежиссёр не выключился потому, что резонно предполагал, в случае провала впоследствии может оказаться крайним. А это чёрное пятно на репутацию на всю оставшуюся жизнь. Светотехники к звуку отношения не имели и не выключились поэтому.
Звук лился исправно. На сцене вспыхивали и гасли прожектора, на экране шло абстрактное видео, появлялись и пропадали огненные фонтаны. Всё работало как нужно.
Даша продолжила играть, когда услышала, что группа встала. Обычный стиль исполнения у нашей героини был чуть мягче чем у самых известных барабанщиков мужчин, но мощнее чем у большинства барабанщиц женщин. Даша могла бы отсидеться за спиной солистки, просто поддерживая необходимые ритм и темп. Но она решила помочь Жанне и себя немного показать, и ещё усилила атаку. За атаку, её и до этого всегда хвалили коллеги.
Барабаны теперь звучали настырно агрессивно. Часть ударов по сдвоенным тарелкам хай-хет она заменила на более громкие в тарелку краш. В игре на малом барабане акцентов сильными ударами тоже стало больше.
Барабанщица поддерживала основной ритм, полагая, что музыканты вернутся в игру. Да и Жанне этот ритм нужен был в качестве опорного. Они обе в этот момент играли в рамках чужой композиции, что только усложняло задачу. Даша периодически вставляла сбивки, как делала это и в начале, только теперь чуть растягивала их.
Сказать, что девушка аккомпанировала гитаре или просто сказать, что она играла на барабанах было бы слишком мягко. Барабанщица в этот момент «пахала» за всех. Было впечатление, что все её конечности движутся хаотично, каждая сама по себе. Но звук давал абсолютно обратную картину.
Даша продолжала радовать мир своей изумительной улыбкой, слегка покачивая корпусом и немного поворачивая голову чуть вправо или влево. Казалось, исполняла она очень легко. Но мозг в цейтноте испытывал страшное напряжение. Голова лихорадочно искала и находила нужные решения. Тренированное тело на уровне рефлексов реализовывало команды. Все годы тренировок и упорного труда в этот момент играли вместе с ней. Адреналин зашкаливал. Было очень жарко.
