Цитаты из книги «Жребий Салема», страница 4

На задир слова не действуют. Такие, как Ричи Боддин, понимают только боль, поэтому, наверное, в мире существует столько проблем.

За тридцать с лишним лет преподавания Мэтт окончательно убедился, что систему победить нельзя и только глупцы могут тешить себя надеждой, что способны всех обставить.

Места меняются. Как люди.

Ни один ребенок еще не побеждал эти страхи. Если страх нельзя облечь в слова, его нельзя победить. А запертые в маленькой головенке страхи слишком велики, чтобы пройти устье рта. Рано или поздно находится тот, с кем можно пройти мимо всех заброшенных молитвенных домов, стоящих на пути от усмехающегося детства к ворчливой зрелости. Но вот приходит такой вечер, как этот. Вечер, когда выясняется, что ты вовсе не проткнул давние страхи осиновым колом, а всего лишь засунул подальше, уложив в крохотные детские гробики с дикой розой на крышке.

Это не жизнь. Это только кажется жизнью.

Обычный человек верит в духов, демонов и привидений, пожалуй, сильнее, чем писатель, пишущий про все это. Вспомните, Лавкрафт был атеистом, Эдгар По – полуубежденным трансценденталистом, а Готорн – христианином только по названию.

... естественнее смерти для человека был только секс.

Одиночество! Вот уж действительно самое ужасное слово, какое только есть в языке. С ним не может сравниться даже "убийство" а "преисподняя" - лишь жалкий синоним...

-Жизнь - это театр, - философски заметил Каллахэн, а сам подумал, что в последнее время что-то мало в ней разыгрывается новых пьес.

Он хочет показать, что одной из белых фигур поставлен шах.