Цитаты из книги «Гостья», страница 13
Есть дела поважнее моего сердца — и все-таки оно разрывалось от боли.
- Я… Я тоже тебя люблю. Я, серебряный червячок у нее в голове. Но мое тело тебя не любит. Я никогда не смогу любить тебя в этом теле, Иен. Я разрываюсь надвое. Это невыносимо. © Анни. The Host
"Это лицо я бы узнала из миллиона.
Я не могла отвести глаз от правильного, золотисто коричневатого прямоугольника с чуть выступающими скулами. Волосы, покрывавшие только верх головы и щетинистые полоски над глазами, были всего на несколько тонов темнее, чем кожа, – если не считать нескольких соломенно желтых прядок. Радужка глаз – чуть темнее волос, но тоже со светлыми крапинками. Крохотные морщинки вокруг глаз; ее воспоминания подсказали, что это следы улыбок и яркого солнечного света.
Я не знала, что здесь принято считать красивым, но вдруг ясно увидела, что передо мной – воплощение красоты. От него невозможно было оторваться. И как только я поняла, лицо исчезло.
«Мое», – пронеслась чужая мысль, которой там было не место. И я снова застыла, пораженная. Здесь должна быть только я. Почему же мысль прозвучала так уверенно, так отчетливо?..
Невозможно. Откуда ей взяться? Теперь это я.
«Мое, – обрушилась я на нее, в каждую букву вложив всю свою властность и силу. – Всё здесь мое».
«Почему же тогда я ей отвечаю?» – спросила я себя, и тут мои размышления прервал звук голосов"
"Джаред погрузился в глубокий сон, стал метаться и дергаться, как в воспоминаниях Мелани. Такое случалось, если он был сильно расстроен. Его пальцы сжимались и разжимались, а я гадала, не мою ли шею они сдавливают во сне"
Неукротимость духа как дефект...
Если бы мне пришлось выбирать между прошлой жизнью и тобой, я бы выбрал тебя. Не пожалел бы пять миллиардов жизней.
Старые истории каждый раз звучат по-разному.
Казалось, на этой планете не существовало печали без радости, и на каждую радость приходилась уравновешивающая ее печаль - словно кто-то переставлял гирьки на неведомых весах
Они были чудовищами, но иногда даже чудовищ можно оправдать.
Безусловно, в этом мире смешалось всё самое возвышенное и самое низкое — самые удивительные чувства… и самые низменные пороки, самые мрачные злодеяния. Вероятно, это закономерно: без минусов не существует плюсов, без горя — радости
