Цитаты из книги «Сколько стоит любовь?», страница 3

еще ни разу поднос не опрокинула ни на кого, – с гордостью произнесла она последние слова. – Да, и потому ты просишь меня щеголять в таком виде на каком-то вечере, где собралась кучка богатеев? Решила напомнить мне о трудовых буднях в «Престиже»? – хмыкнула я. – Тась, ну мне очень нужны деньги и эта работа. Всего один вечер. Ты ведь, и правда, долгое время работала в «Престиже». Поднос

генерального директора сети ресторанов «Кристалл» на ужин по случаю победы Наташи

кинуть меня на деньги! Поднимаясь наверх, я не чувствовала ног. Тело била крупная дрожь, я часто-часто дышала, не в состоянии сделать глубокий вдох и, мне казалось, что от волнения и напряжения я лишусь сейчас чувств. Когда коснулась руками холодной металлической

мог бы продолжать давить на меня? Другого объяснения у меня не было. Но что за друг ему звонил? Я бы и рада вспомнить все лица, что были в тот вечер в ресторане, но так переживала и ничего не могла воспроизвести в памяти. – Даже так? – удивился он. – Я же сказала, что лечение сестры оплачено. Скоро она вернётся

понимала, и в то же время тело меня не слушалось, и я ощущала полное бессилие. Внезапно послышался звук открываемой двери, и я поднялась. Я ухватилась рукой за стену, чтобы устоять. В дверях появился Ребровский, и я вжалась липкой влажной спиной в твердую поверхность стены и посмотрела на него ненавистным взглядом. – Что вы мне дали? – я с третьей попытки сфокусировала на нем взгляд. – На, выпей воды. Я оттолкнула его руку со стаканом, и тот выпал и со звоном разлетелся по полу на мелкие осколки

Вечером позвонила Наташа, предложив присоединиться к ним с Глебом и посидеть в одном из клубов. Я согласился, а Тася получила отсрочку на один день. Я немного опоздал, вошел в здание клуба и поморщился от громкой музыки и шлейфа разнообразных ароматов. Наташа и Глеб расположились на

повторного запуска ничего не происходит, – зачемто сказала я. – Бензобак наполовину пустой, – заметила, как уголки его губ тронула слабая ухмылка. Александр достал свой телефон, включил фонарик и подсветил, всматриваясь в железки серьёзным взглядом, что-то там потрогал. Но я почему-то была уверена, что ничего моей старушке уже не поможет. Отец ее очень любил, и я

долго смотрел на меня, а затем внезапно протянул ко мне руку и тыльной стороной ладони погладил скулу. Я сильно вздрогнула то ли от

хотя бы к рассвету. Лиза все утро спрашивала у меня, где

ты лежала без сознания в моей машине и в больнице несколько дней