Читать книгу: «2 Эссе для Эсы»
светлой памяти А. (Эсы) Плаксина
Эссе № 1
Кроткий иноходец: Приглашение за грань
Введение
Смешно звать штукатура, автомеханика или профессионала любой другой уважаемой профессии на творческую кухню писателя. Поэтому я и не зову, а кротко предлагаю прогуляться за пределы утоптанного ими круга личной жизни. Однако не ко мне, пожалуйста, в моей кухне как всегда бардак, но не в прямом смысле, а типа не так, чтоб очень-то прибрано.
О себе могу сообщить, что иноходец – это я, однако кожаное пальто, у меня отсутствует, и я смирный до пушистого, отнюдь не инакомыслящий, просто иначе ходящий — моя толчковая нога не совпадает с общей нормой.
Ну, где-то так…
Остаётся только втулить эпиграф позаколупистее, и – вперёд…
Эпиграф:
«Что после пики идут крести – понимаю. Что чирва замыкает всё, тоже обосновано. Но каким макаром бубна втиснулась меж крестей и чирвой – загадка природы…»
Из размышлений отставного преферансиста
1.
частное мнение об ещё одной профессии
Критик – полезная белка в колесе жизни. Возможно, недостаточно пока что одомашнен, но приходится терпеть за его нужность.
Он сберегатель времени, которое мне х3 на что убить, хотя почти не залипаю в пробках, так как пешком передвигаюсь, в основном. И как раз этот недобитый переизбыток темпоральной субстанции он мне ещё и экономит посредством формирования моего личного мнения о чём-то мною не прочитанном, которое я и не открывал бы даже.
Однако суть далеко не в этом, а совершенно наоборот. Она гласит, что чего раньше не было, теперь — запросто. Могу пообщаться с первым встречным-поперечным адекватом на интеллектуальные темы. Без проблем. И даже совпасть с ним по уровню. За что спасибо критику, конечно. Он мой сбербанк, экономайзер времени. Той самой пресловутой и, по сути дела, несуществующей материи.
На такой почве возникает неестественная странность: ведь вот и нет её, а потерять всё равно жалко – вдруг бы на что-то да и пригодилась? Хотя бы изредка? Для, скажем, бартера там, например, или… ну, не знаю, в детали пока что не вдумывался…
Однако надо же и меру знать, пускай ещё спасибо скажет, что проявляю сдержанность и до сих пор не порчу ему кашу маслом, хотя и мог бы; машинным, кстати, хорошо получится.
В общем, пора и минусы у критика отметить, антипозитивные.
Допустим, про меня конкретно он хоть раз выдаст что-либо подобное:
«… неутомимый экспериментатор в русской литературе, полистилист, которому подвластны разнообразные творческие задачи. Каждая его новая книга неожиданна по жанру и исполнению. Это человек планетарного голоса…»
Вот где меня сомнение грызёт… И даже возникают опасения, что нет, не станет критик на меня транжирить слов подобной калорийности. Для него я – никто, как и он для меня… Однако он первым начал меня избегать.
А и напрасно, имел бы возможность закрепить и упрочить свой критический навык. У них же основная функция (помимо подработки времсбербанком) – лизнуть объект своей критической статьи поглубже, с причмоком, чтобы лизнутое воспряло с воодушевлением.
В среде профессиональных лит критов приёмчик называется «аудио стимуляция». Ну, так пускай на мне потренируется, я с него и копейки не возьму за предоставленный тренажёр.
Хотя воспетый в цитате автор всесторонне того заслужил. Умеет он эротизма подпустить:
« Она уже отъехала, она была где-то не здесь. Пятясь, она сделала пару шагов, повалилась спиной на лежащий на полу матрас, задирая рубаху все выше, кое-как протискивая сквозь вытачки талии свою грудь.»
Ну, говорю ж — могёт! Хотя порой частит в своём планетарном возбуждении. Вытачка ж это наглухо застроченный шов. Если сквозь него грудь протиснуть, или любой другой орган внешней анатомии, то выйдет фарш, мелкий до микроскопичности. А это уже чревато потерями в читательской аудитории в количестве процента перебздевших онанистов. Что никому отнюдь не улыбнётся из числа занятых в книгоиндустрии…
. . .
Да, но кто это мне сказал, будто я — писатель?
Так у меня секретов нет — такого не случалось. Ни единая живая душа не решилась. Пока что. Но это неважно, я и сам догадливый.
Вся эта пурга про критика гналась тут чисто для затравки, перехожу на основной тематический массив. —
2. происхождение и назначение писателя
Писатели размножаются путём вегетативного почкования. Данный способ кардинально отличается от полового акта с переходом в последующие демографические процедуры.
Единственным, пожалуй, исключением можно счесть добровольную «групповуху», когда начинающий писатель отдаётся многим, чтобы стать единственным и неповторимым.
Инкубационный период своего становления он проводит в личине графомана. Переход из личинки графоманиакальной зависимости в писательство почти невозможно отследить методом визуальных наблюдений.
Зачастую почка усыхает, и подававший надежды обернуться писателем так и остаётся на уровне недоразвитого графомана. Впрочем, отдельным особям это не мешает делать «писательскую» карьеру, блестящую нагрудными знаками, глянцем грамот и сертификатов премианта различных уровней чтимости, и проталкиваться всё выше и выше по служебной лестнице «литературного Олимпа».
Скорблю о них, однако ничем не могу помочь, поскольку данный труд посвящён вопросам литературы, а не жизни насекомых не менее, вероятно, поучительной и близкой им. Тематически.
Но что же представляет собой оперившийся писатель без кавычек?
Ну, так бы и давно! В данном вопросе мне полная лафа и мышку в руки – мыслители былого неоднократно разрыхляли и унавоживали всю эту грядку, ИИшно оснащённому исследователю остаётся лишь делать копи-пэйст лакомых кусочков…
Итак, писатель (как и любой другой творец в каком угодно виде творчества) есть производитель артефактов (слово «артишоков» сюда смотрелось бы вообще улётно, однако Гугл подгадил, я специально проверял – не вписывается оно по смыслу. Меня это так артишокировало!).
Все члены списка, изложенного ниже, выдают продукцию в соответствии спецификациям их профиля.
Музыкант – слуховую,
художник – смотрительную,
писатель – мозгоёбную.
Потому что разделение труда – залог выполнения производственного плана даже самой тупой цивилизацией.
А если говорить вкратце и конкретно (что есть величайшим из всех искусств. Некий француз времён наполеоновских войн писал письмо своему другу в Прованс, на юге Франции, из пылающей Москвы. Два листа накатал, а в конце сделал приписку. Извиняй, грит, мон шер, но написать короче временем на данный момент не располагаю. Тут всё merde в огне, а это охрененно отвлекает…)
То есть, о чём это я тут? Ах, да!… –
3. сравнительная характеристика писателя по призванию и службиста с похожим погонялом
Да, французы давно и далеко не дураки. Как минимум уже 213 лет, чему свидетельство — письмо другу на провансальский адрес из Москвы. Посреди хаоса и беспредела всепожирающего пламени, под гики местных маргиналов и пришлых захватчиков, хмельных от зрелищности феерии, даже под градом огненосных головешек он помнил, что краткость — залог стройности стиля, а стройность — шанс на Нобелевку, если ты кореянка и подвернулась в правильный момент. Но не сейчас, не тут, эх, не судьба!
Сложил, не перечитывая, надписал адрес — о-ля-ля! — а вот и головешка растопить сургуч. «Пьер!»—«Да, месье хозяин?»—«Вот письмо, отвезёшь в Прованс, да поскорей, 3 тысячи чертей, гони, каналья, пока не занялось!»
Пьера перехватили партизаны Василисы Кожиной, та выведала у француза азы и ноу-хау стилистики. А дальше «эффект домино»:
Вика — Арине,
Родионовна — Саньке,
Сергеич — Николке,
Васильич — Федюньке,
Михалыч — Лёвушке…
И 19-й век был в результате вынужден признать: да, по литературе Россия — гегемон…
Теперь, в традиционно превосходном стиле, расширим зародившиеся внутри себя догадки…
По меткому выражению писательницы А. Королёвой, «задача писателя и прослезить меня, и расхохотать своим произведением».
Лучше не скажешь и, следовательно, – это всё о нём и его назначении.
Однако жизнь не так проста, какой прикидывается. Даже имея чёткое определение, не всегда получится засунуть руки в брюки и уйти лунной походкой в сторону заката, насвистывая себе и окружающим: «Распрягайте, хлопцы, ко́ней».
Будь осторожен! В колоде леди Жизни каверзы в любую масть, и все они в готовности № раз, чтоб довести тебя до «упс!», «увы!» и «твою ж мать!»
Теперь, подведя под писателем чёткую черту (спасибо ещё раз, свет-Алёнушка!), обернёмся к факту наличия запасной колоды из писателЕй, они же пИсатели, что усложняет топографию пейзажа.
Несхожесть категорий представлена не столько ударением, как (что важнее) их взаимоотношением с тем, что они творят.
С писателем всё — проще некуда, для него кумиром служит сам процесс. Он весь погружён в текст: по уши, по колено, по самые … Это уж кому как повезёт.
Писатель, он здесь и сейчас, проникнут текстурной ситуацией, берёт её на ощупь, на цвет, на вкус, на слух. Живёт, кайфует, упивается, влюбляется — чёрт побери! — в неё.
Порой страдает, не без того. Эрос умеет быть жестоким богом тоже: «полюбишь и козла», — говаривали в Древнем Риме.
Тогда как пИсатель — человек будущего. Для него текст — средство обеспечить себе грядущее с удобствами. Его воображение уже не здесь, а там… там… там… И ещё тамее.
Безусловно, хороший профессионал/ка сумеет изобразить чувственность, но чтоб при этом же испытывать восторг? Хмм… Туго верится…
Отсюда проистекает коренное различие категорий: писатель длит это мгновение, где ему в кайф; писатЕль хочет поскорее проскочить туда, где ему будет…
Но будет ли? Тут есть над чем подумать. Возможно даже и (почему бы нет?) сыграть в тотализатор: сумеет ли пИсатель там, в комфортном далеке, затормозить, прервать свою гонку за следующими удобствами, которые навоображает уже там?
(Хотя лично я не верю, будто унитаз из 99-й пробы золота — это круто.)
Удастся ли ему прекратить свой белкодром? Делайте ставки, господа!
Несомненно одно — пИсатель намного превосходит писателя своей целеустремлённостью.
Для достижения своих заветных целей писателЯ объединяются в стаи. «Миром легче и папаньке пендюлей навешать» — гласит поговорка в каком-то из славянских языков.
В стаях, естественно, происходит иерархизация особей, борьба за выживание ненужных, и прочий отбор на основах дарвинизма.
Ярким пример такой специализированной стаи находим под акронимом СП — Союз Писателей.
Изначально возникшая в СССР, СП стая мутировала и клонировалась во множество разных СП. СП КНДР? Фи! Отстаёте, сударь. Есть уже СП США из эмигрантского отребья и антисоветчиков!
Короче, СП – непреходяще священная традиция, которую мы свято храним в морозилке холодильников, чтоб не прокисла вечная загадка нашей души, ведь мы же восприемники…
СП служит высшим интересам государства. Стая, по сигналу, превращается в Свору, получает корм, отвечающий калорийно-жирностью рангу получателя в общей стае/своре. Удельный вес питомцев определяется количеством медалей, полученных на выставках служебного СПводства и объёмом его/её туфты тиражированной для книжных ярмарок в соответствии с текущим политическим курсом.
Наипервейшая задача СП — своевременно выявить потенциального писателя, дабы убедить его, что «один раз не пидарас». И, если достигнут желаемый результат, он без напоминаний начнёт становиться в позицию, отвечающую требованиям высших интересов. Как и все надрессированные члены Своры Пи (СП)…
И да пошли они, куда сами же и пошли. Таким был их выбор…
Ну, а писательство под привычным ударением не совпадает с общим курсом. Оно живёт особно, несмотря и вопреки.
Писатель есть трудяга, ремесленник (artisan), кустарь-одиночка.
Ой, не ведитесь мальчики и девочки на парадную форму, кокарды и шевроны сплочённых колонн, печатающих брусчатый шаг в День ознаменования Великого Дня! То не писатели, а спецмуштрованные писателЯ СП особого назначения.
Писатель же – одинокий волк или бизон, в зависимости от его/её комплекции.
4. быт писателя
У моей суверенной супруги есть непререкаемая шкала определения кто есть кто.
Меня, например, она распределила в разряд 7-месячных, за отсутствие терпеливости в период ожидания:
– А когда мы уже поедем? (Пригородным до города Севан с одноимённым озером.)
– Когда тронемся, тогда и поедем. Потерпи!
– А по расписанию мы уже 5 минут, как тронутые. Можно я к машинисту сбегаю спросить когда? Я быстренько!
– Сядь, где сидишь, 7-месячный!
Да, но когда сидишь от звонка до звонка, тебя, конечно, тянет знать подробнее, с какого момента затикала перемотка срока. Ведь правда же?
Поэтому самого себя мне предпочтительней считать 8-месячным. Разница почти неощутима, но где-то и воодушевляет…
С одной стороны, от 29.10.2023 до 30.05.2024 точняк 8 месяцев, даже с «горкой». Типа б можно и похлопотать, туда-сюда тыркнуться.
Но c другой: не-а, чёт не тянет. Чую – достигнута крайняя зона эмоционального комфорта, а шило на мыло менять, выделки не стоит. То есть, вот он, тот блаженный момент, когда тебе оно всё как-то поххх… и ничего тебе не надо даже наххх… а по вопросам расписания ты уже в курсе как неххх… делать.
В подобной степени благоприятности расклада всего лишь пара заковык способны как-то ещё штыркнуть в зад:
1) нечем грохнуть скопившийся досуг; и
2) внезапное отключения света по месту обитания. А заодно (ну, просто так совпало) не идёт вода, канализация забилась и почему-то интернет пропал.
(Охренеть! За месяц до окончания срока прихожу к выводу, что во мне сидят сразу 2 однояйцевых близнеца-хоррориста: А. Хичкок и С. Кинг! Но это уже сугубо между строк и в скобках.)
А по остальным параметрам ты в полном шоколаде. Сидишь посреди своей землянки, вигвама, двушки и так далее вплоть до пент-хауза поверх высотки, и буквально секунду назад чувствовал себя хозяином жизни, что-то типа мягкой эйфории ощущал…
Но тут уж вот, когда ты его почешешь, то своё место заповедное, куда клюнул жареный петух, он же шило. А тебе из височной доли левого полушария доносится в ответ (писклявым таким, сука, голоском) эхо реплики одной из миллиардов нейроклеток: «Так ты же сам учил – вино и женщина даст ключ к любой непредвиденной проблеме!»
Эх, 7-месячная! Недоэквилибриу́мнутая! Брала бы ты пример с нормальных миллиардов, покуда и тебе ум клином не умяли! На кой мне ляд ключ «к», если нужен «от»? Желательно от 2-х до 5-и. Универсальный, если кто при понятиях по данной теме.
За вином, сперва из тапков перебувайся в унты, ехай лифтом вниз, потом (или сразу, без всего того, если ты прямиком из землянки), топай вдоль узкой таёжной тропы (Хаммер-то в гараже, а света в электромоторе на воротах – нету, если ещё помнишь) аж до супермаркета, где доступ к серверу обвален в кассах всех отделов.
А и у никакой шерше-ля-фамки телефон не отвечает. Интернет, сука, просел во всём регионе…
(Летю, братцы, летю! Во мне проклюнулся отдельно взятый шедевро-штамповальщик в хоррор жанре! У близнецов сходняк сегодня: симпозиум на троих. Как в старых добрых ностальгиях, куда не надевали стринги, и ели семечки, а не попкорм.)
Так что поменьше умничай там, из левой доли, не то сразу и – ага!
Опаньки! Свет дали! Повезло же тебе, стервочка нейросетчатая…
(Повествователь убирает воронёный ствол в стол, в самый нижний ящик, в очередной из меблирашек Арабкира.)
5. щепотка физической философии + предание суду общественности предания о вторичности
Что было, то же есть и бу…
Ну просто завораживает этот звукосплав: «ибу», «ибу…»
Только надо помнить – он пишется раздельно, чтобы не получилось, как в том стиху: «Я вас люблю ибу (тут закашлялся)… ибу (ещё пара выкашлей) и буду помнить вечно».
Ну, класс же? И смыслами куда ёмче́е, но – низзя.
На Пи-Издате (здесь «пи» – это буква, которая получается при делении 1 на 3, и в результате = 0,333333… число уходящее в бесконечность, а всё вместе — платформа есть такая с погонялом «Литр-Эс»)…
Так вот у них там уже даже акроним родился: НЛО. В смысле «Нецензурная Лексика Огольцова».
И пока в книге, которую НЛОшник загрузил для публикации, Пи-Издатный модератор не вынюшит, где та лексика в тексте проскочила (непроизвольно, клянусь мамой!), редактор с модератора живого не слезает.
И надо ж ведь — не боятся негласных директив от негласных завистников на их негласные игрища в прозрачной маскировке под исполнение служебно-платформенных обязанностей!
Но суть не в стрингах. Куда важнее постичь ротацию «было–есть–будет», и вытекающий из неё термин «вторичность».
Что она за зверь и с чем её едят прожжённые гурманоиды?
В джунгли диковинных понятий её запустила пара братанов естествоиспытателей в суровой и крепко обветшалой старине. За давностью лет их имена вычеркнули из учебников истории, но шило из песни не выбросишь, а слово в мешке не утаишь.
Крутился там ещё наркодилер Луцик, про которого они думали, будто его крышуют, хотя фактически он ими манипулировал своим обаянием. А им-то невдомёк!
Хлопцы молодые, шебутные, вот им и стукнуло поперепробовать всё, из принципа, на что только хватит фантазии и сил энтузиастов познания.
Всё – от слова «всё». Подробный список представить воздержусь, на подобный подвиг даже Гёте не решился. Хотя жил в более просвещённую эпоху, чем большинство моих знакомых при средне-обязательном.
– Да, ну, их, – говорит, – пронюхают, что я способен хотя бы просто вообразить такое, спалят и усадьбу и меня, не дожидаясь дознавателей из Инквиз-Синода. А в ящике стола черновики моих стихотворений, излитых в период полового созревания, жалко же. «Фауст» рядом с ними — херня на постном масле. Улавливаете, майнен херрен, мой резон?
А у помянутых брательников запас поэтических фантазмов буквально с гулькин… то есть, нос. Если сравнивать с моржовым. Поэтому и пробы велись не виртуально, а в реале, — всё-всё-всё. Кому случалось мучиться блевачной булемией после ХХХ-сайтов и прочих сальностей богемо-эстетизма, тот смекнёт…
Короче, отрывались экспериментаторы по полной и как правило экспромтом…
Но тут подгадил Луцик. Он в ходе личной жизни где-то обиделся на неё, или она его обидела — тут показания очевидцев расходятся. В общем, с тех пор он сделал пакости своим хобби, и одному из анти-виртуалов говорит:
– Слышь, а я сёдни таку субстанцию ушкварил — улёт полнейший. Ну тока твой братуха всю, сук, захавал. Ты чё творишь, грю, чё братишке не оставил, по-братски? Да, пошёл он, грит, перебьётся, грит. Зато теперя я от него на одну херню больше перепробовал!
А вона и он, кстати, с черепахой под кустом тащится. С той, сук, самой, котору вы вчерась на пару перепробовали.
А киданутый в ответ, конечно, осерчал, что на субстанциях его лузернули. Под куст – шасть! И панцирем черепаховым братка по черепухе – трах! Оба вдрызг.
Голую черепаху он, ясно дело, слопал, чтобы свидетелей не оставлять. Над безголовцем прочёл чин-чинарём заупокойную:
– Вот и сравнялся счёт у нас, – говорит, – брателло.
Маненько ещё побаловался в некро-мужеложство, покуда трупак тёплый и не совсем закостенел.
– Теперь уж я, насчёт счёта проб, тебя на очко опережаю, дузер ты грёбаный!
Да и домой пошёл. А там пахан ему навстречь:
– Каин! Где брат твой – Авель?
Этот вопрос, как только прозвучал, стал водоразделом, после которого и явилась в мир вторичность.
Круть её в том, что с тех ветхих времён каждому (включая и тебя) дадено по паре сообщающихся капилляров:
1) «было»; и
2) «будет».
Вторичность в № 1 себе гнездо свила, но это чисто для отвода глаз…
6. про что не учат в школе
Что такое капилляры меня лучше не спрашивать, у меня на них обида давняя и затаённая. Однако из принципа в свои вендетты посторонних я не впутываю, а коли зародилась охота достеменно с ними ознакомиться, то пойди и погуглай. Заодно и VPN свой проветришь. Пора уж взяться за изжитие, в конце концов, иждивенческих настроений в особо продвинутых рядах мирового сообщества. А если читаешь данную строку, то ещё как продвинутый, до полного ого-го, не побоюсь настолько откровенного слова…
Так вот, любая пара капилляров, которыми прошлый раздел закончился, имеет при себе маленькую дырочку с позывным «есть».
Маленькая да удаленькая! Безразмерная. Через неё всё, чего сколько тебя поджидает в будущем, гу-гухает в прошлое, с присвистом, не успеваешь моргнуть и глазом, а оно уже в нём. И начинай теперь вымёчтывать себе следующее, если конечно, статьи уголовного кодекса тебе не предопределили его, долгосрочно. Тогда прицелы на будущее можно отставить и жить в этой самой дырке, просто от гу-гухов успевай уворачиваться.
И – всего-навсего 3 элемента исчерпывают полный состав фигуры. Трудно, что ли, освоить?
было↔есть↔будет
И в обратном направлении:
будет↔есть↔было
Проще простого. Их два, а дырка одна. Число комбинаций ограничено. Работает только в 2-х направлениях. Потому что режим работы определяется философскими воззрениями наблюдателя в дырке «есть». По очереди, либо из «было» в «будет», либо наоборот. А чтобы туда и туда сразу, такого ни-ни.
Что значит: зачем я тут воду в ступе толку? А ты как будто уже сходил и прогуглал, что такое «капилляр», да? Умника тут из себя строишь. Придирчивый такой.
Ладно, не буду я с тобой ругаться, жена и так уже говорит, что превращаюсь в брюзгу-старпера. Не хочу её разочаровывать. Она же в меня до сих пор верит, считает 7-месячным.
Да и некогда мне в полемику впадать. За отведённые для будущего месяцы ую-юй сколько ещё провернуть надо. Тебе такого не понять.
Это не в обиду сказано, а чтобы уточнить протокол взаимопонимания. Типа кто есть кто, и каков срок годности верительной грамоты.
Ты ж ведь клиппот, верно? А они не разговаривают, но только ощущаются. Зато как! Я ведь помню… Вон и сейчас мне твои придирки насчёт капилляров пришлось за тебя озвучивать.
Но вы не виртуальные, вы вид какой-то особой энергии. Отдельными сгустками. Только не электрическая, ту я знаю. Сколько раз шарахала. Хотя и ваша тоже, кстати, не подарок. Должен тебе признаться.
Молчишь? Но меня не проведёшь, я вашу повадку уже изучил. Когда являетесь, вас щелчок выдаёт. Отчётливый. Из какого-нибудь электроприбора. Как щелкануло, уже значит – тута. И чуть погодя, секунд через несколько, трясти начнёте.
Молчишь? А Пинчон сказывал, что разговариваете, когда своих дочурок просите приласкаться к вам. Скорлупы вы бесстыжие…
А может и нет. Может вы даже и друзья из глухонемой клиппотской разновидности. И зря вас нежитью считают. Но это всё от страху. Из-за энергетической трясучки, с которой вы являетесь. Хочешь не хочешь, а возникает паника.
Да и попробуй, разберись, если ты вон всё помалкиваешь.
Так ты прогуглал, спрашиваю, что за хрень те капилляры? А и что с того, что ты без ноутбука? Тебе он, может, вовсе ни к чему. Ты тоже тварь энергетическая, и вполне возможно все те стримы и без ноутбука ещё лучше ловишь.
Всё может быть, раз ты глухонемым тут мне прикинулся, момент выжидаешь, чтоб поухватистее меня потрясти, как чёрт сухую грушу…
