Читать книгу: «Грибное рандеву»

1. Дорога сквозь пустоту.

Трасса была как длинный, тёмный рубец на теле земли – бесконечная, пустынная, затягивающая в себя. Я ехал уже больше десяти часов, и казалось, что время здесь течёт иначе. За окном мелькали редкие огни далёких деревень, но они угасали, едва я к ним приближался, словно миражи.

Город остался далеко позади, а вместе с ним – и она. Аня. Её лицо в последний момент, когда она сказала: «Нам нужно расстаться». Губы, дрожавшие, но твёрдые в своём решении. Я сжал руль так, что костяшки побелели. Сама боль вырвалась из моей глотки безудержным криком.

Всё она – она одна держала меня в реальности. Мир будто опустел без неё, оставив меня одного в этой бесконечной дорожной петле.

Живот битый час крутит от голода. Последний раз я ел… даже не помню когда. Перед выездом, да и тот в склоке – остывший кофе. На заправках – только пыль и вымершие кассы.

На гране безумия и нервного срыва я увидел её.

2. Старуха и два ведра.

Я заметил её из далека. Она сидела на обочине, как будто ждала именно меня. Хрупкая, сгорбленная, в платке, выцветшем до серости. Перед ней – два ведра, полных грибов. Лисички – яркие, оранжевые, будто капли заката, собранные в лесу.

Я не смог проехать мима. Голод заставил нажать на тормоз.

Асфальт завизжал под колёсами и едкий запах резины остановил машину.

– Бабушка, грибы продаёте? – голос мой звучит хрипло, будто я не говорил целую вечность, а в мыслях одна еда, даже размолвка с Аней отступила.

Старуха подняла взгляд с дороги. Глаза – узкие, как щёлочки, но в них светилось что-то живое, почти хищное.

– Продаю, милок. Только кому они тут нужны? – её голос был как скрип старого дерева на ветру, готовое переломиться.

Я вышел из машины. Ноги затекли, тело ныло от усталости. Горло першит от недавнего крика. Очень хочу есть.

– Я куплю, – от моих слов на её морщинистом лице проступила улыбка. – Хотя, нет… – она изменилась в лице после моего неожиданного отказа. Стала хмурой, даже на мгновение страшной. – Я заплачу за оба ведра, если Вы меня накормите.

Она засмеялась – звук, похожий на шелест сухих листьев слегка оглушил меня, как белый шум, но потом стал даже приятен

.

– Ну что ж, бери вёдра и идём, – захрустели её старые кости, когда она встала. – Только не торопись…

3. Дом под землёй.

Её изба показалась мне странной – низкой, почти вросшей в землю, будто пряталась от мира. Крыша, покрытая мхом и прошлогодней листвой, едва виднелась среди высокой травы. Дверь скрипела, как кости самой старухи. Землянка – я слышал о таких, но жизнь уберегла видать их до этого момента.

Внутри пахло дымом, сушёными травами и чем-то ещё – тёплым, древним, словно сама земля дышала здесь сквозь щели в полу.

Я огляделся, за углом, в соседней комнате стояла кровать, застеленная лоскутным одеялом, так не свойственно здешнему декадансу. На полках – банки с травами, сушёные коренья.

– Садись, голодный, скоро будет готово, – пробормотала она, шаркая босыми ногами по половицам.

Я сел за стол, покрытый потрёпанной скатертью. Огонь в печи потрескивал, отбрасывая дрожащие тени на стены. Казалось, он здесь горел постоянно и ждал меня.

Грибы, которые она жарила, шипели на сковороде, наполняя избу ароматом чеснока, масла и чего-то дикого, лесного. Я глотал свои слюни, а живот сжимался, будто чавкая.

– Вы тут одна живёте? – спросил я, зажимая живот кулаком, чтобы он вёл себя по тише.

– Одна. Давно, – старуха помешала грибы и вдруг ухмыльнулась. – Но иногда гости заходят, так что не скучно, – я не успел переспросить, что она имеет в виду, как она выложила грибы на тарелку – золотистые, сочные, дымящиеся. – Ешь, милок. Пока горячие.

Я даже не успел сказать спасибо, как начал есть. Я ел, как зверь, не стесняясь. Грибы были невероятными – хрустящие, пропитанные чем-то, от чего тело наполнялось теплом, а мысли становились добрыми.

– Спасибо, бабушка. Выручили путника, – набитым ртом проговорил ей, но она промолчала и с улыбкой вышла во двор.

Сытый я откинулся на лавке, придерживая полный живот и закрыл глаза.

Вот тогда дверь скрипнула снова.

4. Возвращение.

В избу вошла Аня.

Но это была не та Аня, которая беспощадно порвала со мной. Сейчас, она была… ярче. Волосы, обычно собранные в хвост, теперь рассыпались по плечам, будто чёрный шёлк. Губы – чуть приоткрыты, глаза – горят.

Она была в том самом платье, в котором я видел её впервые.

– Ты? – я онемел.

Она не ответила, просто подошла и коснулась моей щеки.

Её пальцы были тёплыми. Настоящими.

Я вскочил, схватил её за руки.

– Почему ты здесь? – но она молчит, только улыбнулась и притянула меня к себе. Наши глаза встретились и тогда я перестал думать.

5. Грибной сон.

Её губы были сладкими, как лесные ягоды. Кожа пахла дождём и чем-то ещё – диким, запретным. Мы упали на кровать, и мир сузился до нас двоих.

Я чувствовал её. Каждое касание, каждый вздох.

– Я так по тебе скучал… – прошептал ей на ухо и по её коже пробежали мурашки. Она опять не ответила, только рассмеялась тихо, как ручей, бегущий по камням.

А потом – темнота.

6. Пробуждение.

Я открыл глаза.

Был один.

На кухне стучала посуда.

– Бабуля? – окликнул её, полный благодарности за ночлег. Старуха стояла у печи, помешивая что-то в котелке. – Где Аня?

Она даже не повернулась.

– Какая Аня? Ты один приехал, милок.

– Как один?! Она была здесь! Мы…

Старуха наконец обернулась. В её глазах блестел азарт.

– Грибы-то волшебные, милок. Кого хочешь – покажут.

Я замер.

– Но… я её чувствовал!

Она рассмеялась – хрипло, будто ворон каркает.

– Ну значит, очень хотел.

Я схватил одежду и выбежал.

Её смех летел вслед:

– Возвращайся, если захочешь ещё раз её увидеть!

7. Послевкусие.

Я мчался по трассе, давя на газ.

Во рту всё ещё был вкус грибов и её губ.

Теперь я отчётливо понимаю, что мне нужно обратно, обратно к Ане…

Конец.