Цитаты из книги «Москва, я не люблю тебя», страница 5
Ты же, Марик, живешь во имя смерти. Все, чем ты занимаешься, — вопреки нашей истории. Вопреки профессии, вопреки стране проживания, вопреки народу, который тебя окружает, и государству, которое тебе ни хрена не платит. Сгинешь ты в Рашке».
Мне все время снится один и тот же странный сон. Большие фотографии, как в школе. На них лишь в одном обведенном кружочке — мое лицо. Все остальные рамки — пусты. Мне все время снится этот сон. Или я придумал, что он мне снится?
Улыбка на старой фотографии может обмануть, показав, что в тот год ты был счастлив, хотя, вполне возможно, ты просто лицемерил, чтобы лучше получиться. Дневники и блоги — всего лишь эмоции, которые давили на тебя, пока ты писал «о самом важном решении в своей жизни». И только цифры не врут. Банальные бухгалтерские графы «было» и «стало» лучше всего говорят, кем ты был, кем стал и что потерял или чего не добился. Хотя, наверное, мог бы…
Для того чтобы вспомнить свое прошлое, кому-то нужно перелистать дневник, просмотреть домашний фотоальбом или проскролить собственный блог. Мои воспоминания — в цифрах. Платежки, «свифты» с исполнением, выписки с кредитных карт…
Представляете, сколько проблем удалось бы избежать, знай мы точно финансовую историю тех, с кем собираемся иметь дело? Сколько понтов бы ушло и сколько безмерных иллюзий развеялось? Сдается мне, фундамент, на котором стоит город, это не сваи и не бетон. Это понты. Убери их — все рухнет. Нет, положительно, я не люблю Москву и ее жителей с надписями на визитках, которые не соответствуют реальному положению дел.
За окнами автомобиля город, который раньше назывался Москва, утыканный теперь уродливыми инопланетными сооружениями, которые люди по глупости называют домами, и вокруг снуют и снуют пауки с Марса — нынешние жители города.
Стресс, который у меня никогда не заканчивается. Стресс, который меня преследует, ввиду особенностей работы. Стресс, который мешает принимать правильные решения. Поэтому, когда волнуюсь, я нюхаю зайчика. Точнее, его жопу — именно в эту часть животного вшит заветный мешочек.
Все началось в понедельник, когда у меня загнил кактус, мирно росший почти два года. Напитался этой адской жарой, вылез из кадки, распластался побегами, и, сука, вырвал из земли корни. Я стоял над кадкой и почти плакал — его молодые отростки распластались по паркету, словно он сбежать хотел. Собрался с духом, напрягся, рванул и… растекся, как кисель, будто ему ноги отрубили. И даже домысливать не надо — все, абсолютно все хотят свалить из Москвы, даже кактусы.
Все проблемы в моей жизни начинались первого сентября. Школьные драки, институтские романы, смена работы — все приходилось на сентябрь. Каждый раз, когда заканчивается лето, я начинаю нервничать, будто завтра снова в школу или институт.
Начало недели ясно намекало, что начинаются проблемы. Они всегда приходят сюда с сентябрем, с пробками, которые создают родители, что носятся по городу, покупкая тетради, учебники и всякое школьное дерьмо.
