Цитаты из книги «Москва, я не люблю тебя», страница 3

Скорее, мы оба слишком нерешительны, чтобы расстаться, и слишком интеллигентны, чтобы замечать перманентные адьюльтеры друг друга.

У меня нет ни одного шанса вернуться во вчера. Теперь только завтра.

Возможно, этот развод подхлестнул бы меня, и я наконец вылез бы из кокона друзей, временных работ, непрочитанных книг и неснятого кино. Меня не убили в середине девяностых, не погрузили в потребительское болото в нулевых. Я не стал членом партии «Справедливая Россия» и не ходил на митинги «несогласных». Не воровал бюджетных денег и не боролся с теми, кто их ворует. Меня не испортила бизнес-карьера, не убило постмодернистское пьянство. Меня не было нигде. Целых пятнадцать лет, прожитых во имя ничего.

Я забуду тебя, Москва, как забывают женщин, которых отчаянно любили, но с которыми не были счастливы.

И с тех пор я всегда вспоминаю, что волк не может слушать шелудивого пса! Потому что волк всегда стоит на пути воина, а пес – на пути корысти

В общем ты давно уже живешь во внутреннем Лондоне. Это твоя суверенная демократия на двухстах метрах в центре Москвы... до того момента, пока не придет сантехник. Его не переименуешь, даже и мечтать нечего

«А говорил, уедет. Дом купит, будет картошку растить или чего он там хотел, — ерничал про себя Игорек. — Первым, говорил, поездом. Ха-ха! Герой! Столько понтов нагнал, а все закончилось в ту же степь. Водка, бабы, теперь вот в кабак удумал. Ладно хоть в баню сходили. — Игорек обернулся, словно желая убедиться, что Михалыч его не слышит. Тот продолжал изрыгать проклятия. — Жаль, я у него половину взять не успел. Все равно ментам достанется. Или еще кому. Почему таким дуракам везет? Уедет он! Он думал, он герой! И не таких ломало. Никого отсюда не отпускает. Никого. Говно он, а не герой».

Я остаюсь сидеть на кухне. Совершенно потерянный, со сломанной сигаретой в руках и спящим ментом в туалете. И мне бы хотелось сказать ей, что… мне, в общем, нечего сказать, кроме того, что все окончательно разбилось, вдребезги.

Во имя продолжения жизни мы не разводимся, не бросаем детей, не ведем ненужных войн и всеми силами стараемся выживать во враждебной среде, пока не найдем островок безопасности.

Из-за тебя я двигаюсь от пепелища к пепелищу, оставляя после себя сожженные дотла деревни собственных эмоций. Я искренне стараюсь не помнить имен, мест, дат и событий. Я боюсь зацепиться за корягу чужой истории, чтобы, выпутываясь из нее, корень за корнем, ветка за веткой, не осознать однажды, что сросся с этой корягой.