Цитаты из книги «Осенние визиты», страница 14

Они вошли, и порог словно мгновенно перенес их из мира в мир. Стойкий больничный запах, невыносимо давящий, запах лекарств и боли…

Что-то столь беспросветное и холодное было в этой суете на затерянной в степях станции, что-то унылое и бесконечное, длящееся, казалось, от сотворения времен и не способное кончиться никогда. Это казалось ему самым страшным в любой поездке на поезде — крошечные станции и городишки, где живут — вынуждены жить — люди.

Нет ничего страшнее слепой доброты, замешанной на полной уверенности в своей правоте. Вспомни костры инквизиции и крестовые походы.

Нет, он так и не заплакал. Плакать — это порой слишком мало.

Никогда она не считала себя особенной. Старательной, упрямой, терпеливой — да. Но ничего более. Вокруг всегда были девчонки умнее и талантливее, симпатичнее, напористее, просто более контактные и веселые.

Каждому свое, наверное.

Он сам никогда не умел сочувствовать. Это редкость - человек, понимающий чужую боль.

Все можно. И все — в том, виртуальном пространстве. Лишь там он смел и почти всемогущ. В реальной жизни человек не способен изменить даже свою судьбу — не то, чтоб судьбы человечества. Он потому и любит компьютерный мир — тот дает иллюзию власти.

Теперь он не мечтал об автомобиле. Это осталось в детстве, вместе с желанием иметь собаку и твердой уверенностью, что мороженое вкуснее котлет.

...ошибка любого ребенка, считающего все происходящее с ним уникальным.

Только молодые могут называть старость временем покоя.

Их ошибка пройдет, как любые ошибки, когда они сами постареют.