Цитаты из книги «Дневник обольстителя», страница 11
Стесняешься ведь обыкновенно лишь настолько, насколько бываешь видим, а считаешь себя видимым не в большей степени, чем сам видишь.
Она не могла даже облегчить душу, поверить свою тайну кому-нибудь: ей нечего было поверять.
На боковой стене висит зеркало; она о нем не думает, но оно-то о ней думает!
Красавица отмечена и не уйдет.
Я часто и долго раздумываю, отчего это нет для молодой девушки ничего пагубнее постоянного общения с другими девушками? Причина кроется, по-моему, в том, что такое общение - ни то, ни се, оно лишь разрушает иллюзии, а не дает им разумного истолкования. Истинное и великое призвание женщины - это быть обществом для мужчины, его всезаменяющей подругой. При частом же общении со своим полом в ней легко пробуждается размышление, она начинает рассуждать о своей личности, о своем призвании и кончает тем, что искажает его, делаясь вместо подруги только компаньонкой.
Я опять как будто теряю хладнокровное равновесие чувства, - не лицом к лицу с ней, а в те минуты, когда остаюсь с ней наедине в строгом смысле слова, то есть один с собою.
Вся жизнь моего приятеля представляла, как оказалось, ряд попыток осуществить свою мечту – жить исключительно эстетической жизнью (и так как у него в высшей степени была развита способность находить интересное в жизни, то он и пользовался ею), а затем воспроизводить пережитое на бумаге.
Мир, в котором мы живем, вмещает в себя еще другой мир, далекий и туманный, находящийся с первым в таком же соотношении, в каком находится с обыкновенной сценической постановкой волшебная, изображаемая иногда в театре среди этой обыкновенной и отделенная от нее тонким облаком флера. Многие люди, живущие материально в действительном мире, принадлежат, в сущности, не этому миру, а тому, другому
Фантазия – природное косметическое средство прекрасного пола – куда лучше всех патентованных, искусственных.
"...Бога ради, не думайте, что я дурного мнения о вас, нет, я отлично знаю, что ваше любопытство совершенно невинное, но прошу вас, в свою очередь, не оскорблять и меня, думая обо мне дурно, - этого не потерпит мое доброе имя!"
