Читать книгу: «Кузнец без лимита»

Предисловие.

Новый класс.

Тёмное помещение. Перед игроком, на экране виртуального шлема, открыто окно статуса. Поле имени пустое. Игрок может вписать любое имя или выбрать, как именно будет представлен его персонаж. Ниже отображается новая профессия:

Новый класс: Кузнец.

Игрок подтверждает выбор и закрывает окно.

Никаких объяснений, воспоминаний или торжественных слов о начале новой жизни. Он просто приступает к игре.

Предисловие 2.

Человек, потерявший всё!

Тёмная комната. Единственный источник света — монитор компьютера.

На экране появляется сообщение:

«Ваш персонаж убит. Все ваши предметы будут распределены в соответствии с установленными условиями».

Парень неподвижно смотрит на сообщение. Затем срывается: кричит, сбрасывает вещи со стола и швыряет очки виртуальной реальности в монитор.

"Последняя запись, ты подвёл нас, ты не лидер и не друг, теперь ты ни кто."

Он выбегает на балкон. Идёт дождь. Его лица по-прежнему не видит.

— Я всё потерял… Всё! Это несправедливо! Чёртов баланс, чертова игра! Чертова предатели!

После короткой паузы сцена уходит в затемнение.

Глава 1.

Тепло остывающего железа

Когда капсула снова сомкнулась вокруг него, встречая мягким белым светом стартового зала инициализации «Этернии», Лин выбрал базовую модель внешности, простую льняное рубашку и ремесленную ветку, всё что он получил за использование мирового - легендарного артефакта смены класса. Никаких бонусов ветерана, никаких привязок к старому цифровому следу. Он хотел лишь одного: тишины, запаха древесного угля и осязаемой плотности простых вещей. Система моргнула, подбирая случайный скрытый подкласс на стыке его сброшенного опыта и нового выбора, и коротко звякнула системным уведомлением.

«Кузнец связанного оружия».

В описании не значилось ни процентных прибавок к урону, ни шанса критического удара при ковке, ни тайных рецептов древних богов. Лин лишь усмехнулся, закрыл полупрозрачное окно интерфейса и шагнул в портал Нижнего Города — грязного, шумного предместья Окхольма, где оседали те, кто не стремился к славе, или те, кто еще не понял, насколько жесток здешний виртуальный мир.

Мастерская досталась ему за гроши, потому что находилась в самом сыром тупике Ремесленного квартала, куда редко заглядывали зажиточные игроки. Стены из потемневшего от времени известняка сочились влагой, крыша из дранки пропускала редкие капли дождя во время циклической смены погоды, а каменный горн требовал основательной чистки от шлака. Но наковальня была цела. Настоящая, тяжелая, отлитая из серого чугуна, с глухим, низким откликом при ударе костылем.

Лин завязал длинные темные волосы грубым кожаным шнурком, подкатил рукава холщовой рубахи и раздул меха. Ему нравилось, как термотактильные сенсоры костюма передавали тепло — не сухой жар программной ошибки, а плотную, ласковую волну нагретого воздуха. Здесь не было спешки. Не нужно было следить за таймером перезарядки зелий или кричать в чат о смене фазы босса. Кусок руды, щипцы, молот и мерное дыхание.

Первые мечи выходили неуклюжими. «Этерния» была безжалостна к тем, кто пытался обмануть физику: если угол удара был неверен, виртуальная решетка металла деформировалась, и система присваивала клинку статус «Брак» или «Низкое качество». Лин не пользовался авто-крафтом, принципиально отключив системную помощь в наведении инструмента. Он учился заново чувствовать баланс, находить центр тяжести полосы и выводить спуски так, чтобы лезвие звенело на чистой ноте при щелчке ногтем.

Денег катастрофически не хватало. Аренда помещения требовала пятидесяти серебряных монет каждую неделю, а мешки с коксующимся углем и бруски дешевого кричного железа стоили едва ли не дороже готовых изделий, которыми были завалены аукционные дома в центре столицы. Лин продавал свои мечи прямо у распахнутых дверей кузницы, выставляя их на грубо сколоченную дубовую стойку. На ценниках он выводил несмелые цифры: «Меч короткий, железный. 12 медных монет». Это было почти даром, на грани себестоимости, но новички, только начавшие свой путь в окрестных подземельях и на лесных опушках, считали каждую медяшку.

Иногда к лавке подходили опытные игроки — в сверкающих латах, с пылающими аурами высокоуровневой экипировки. Они смотрели на потускневшую вывеску Лина с легким презрением, отпускали сальные шутки по поводу его низкого ремесленного ранга и бросали язвительные реплики в общий чат. Лин никогда не отвечал злом на зло. Он лишь спокойно кивал, вытирая пот со лба замасленной тряпицей, и предлагал кружку чистой колодезной воды, если путник выглядел уставшим после долгого перехода. Для него не существовало разницы между лидером топового клана и бродягой, чей плащ разваливался по швам от частых смертей. Все они были пленниками собственных ожиданий в этом бесконечном цифровом пространстве.

Осенний полдень выдался промозглым. Серые пиксельные облака волочились по черепичным крышам, срываясь мелкой водяной пылью. Лин закончил обточку очередного прямого клинка. Это был самый заурядный полуторник: прямое железное перекрестие, рукоять, обмотанная полоской грубой сыромятной кожи, и простое яблоко-противовес. В нем не было ни капли магической искры, ни одной инкрустированной руны. Но Лин потратил почти три часа реального времени, вручную выравнивая желоб дола, чтобы клинок стал на сто граммов легче, не потеряв при этом в жесткости. Он сам не знал, зачем делает это для предмета начального уровня, который игрок сменит через два-три дня охоты на серых волков. Наверное, просто потому, что металл заслуживал уважения.

Колокольчик над дверью звякнул, нарушив тишину, в которой потрескивали остывающие угли.

В проеме стоял парень. Судя по виду, он только что завершил обучающую цепочку квестов. Его холщовая куртка была порвана на плече, обнажая тонкую серую ткань стандартного белья, а в ножнах у пояса болтался ржавый тренировочный палаш с выщербленным острием. Над его головой мерцала тусклая надпись зеленого цвета: «Рин, мечник, 3 уровень». Лицо парня выражало смесь отчаяния и неловкости, свойственную тем, кто впервые столкнулся со сложностью открытого мира, где даже мелкие гоблины способны загнать неподготовленного одиночку на дерево.

Парень подошел к стойке, несмело оглядывая небогатый ассортимент. Его пальцы нервно перебирали края истрепанного кошеля.

> Здравствуйте, мастер... У вас есть что-нибудь... что не сломается от первого же удара о кабаний череп?

Голос юноши слегка дрожал от волнения. Лин мягко улыбнулся, отложил напильник и оперся ладонями о край верстака.

> Здравствуй. Металл здесь простой, но ковка честная. Смотря для чего тебе нужно оружие.

> Я пытался пройти склеп на Старом погосте, — признался Рин, смущенно отводя глаза. — Стартовый палаш совсем затупился, система пишет, что прочность упала до нуля. На ремонт у кузнеца в замке мне не хватает десяти медяков, а гильдейские скупщики просто смеются в лицо, когда я прошу скидку. Говорят, чтобы шел копать траву, если не умею держать строй.

Лин молча снял со стойки только что законченный меч, протер лезвие промасленной ветошью и положил его на прилавок рукоятью к посетителю.

> Возьми в руку. Примерься к весу.

Рин неуверенно протянул ладонь. Кожаная обмотка легла точно в пальцы. Парень взмахнул клинком в узком пространстве лавки — рассекаемый воздух отозвался ровным, свистящим шепотом. Центр тяжести находился всего в двух пальцах от гарды, оружие казалось продолжением предплечья, не утягивая кисть вниз, как это бывало со стандартными штампованными моделями из лавок системы.

Глаза юноши загорелись, но тут же потухли, когда он взглянул на интерфейсную подсказку со свойствами предмета: «Качество: Добротное. Прочность: 120/120. Создатель: Лин».

> Он... он, наверное, дорогой. У меня всего семь медных монет. И пара кусков сушеного мяса из сухпайка.

Лин покачал головой, вытащил деревянную мерную плашку и принялся аккуратно сметать металлическую стружку в жестяной совок.

> Семь монет вполне покроют стоимость железной полосы и полмешка угля. Забирай.

Рин замер, ошеломленно глядя на кузнеца. В мире «Этернии», где игроки высчитывали каждую десятую долю прибыли и дрались за споты с ресурсами до взаимных проклятий в личных сообщениях, такое отношение казалось системной ошибкой.

> Но вы же работаете себе в убыток... Я видел цены на аукционе, даже серый лом стоит дороже!

> Металл должен работать, а не пылиться на полке, — спокойно ответил Лин, заглядывая парню в глаза открытым, теплым взглядом. — Оружие обретает смысл только тогда, когда помогает кому-то вернуться живым. Иди. И постарайся не подставлять левый бок — стойка у тебя хорошая, но плечо слишком зажато.

Рин дрожащими руками высыпал свои жалкие медяки на деревянную столешницу, поклонился так низко, словно перед ним стоял великий магистр ордена паладинов, и, прижимая новый меч к груди, выбежал на улицу под моросящий дождь.

Лин сгреб монеты в ладонь, бросил их в глиняный горшок под столом и снова вернулся к наковальне. Через десять минут он уже забыл о странном посетителе, погрузившись в равномерный ритм работы: удар, смещение, осадка, оттяжка.

Прошло две недели. Рутина затянула Лина в свое размеренное русло. Он с трудом поднял свой ремесленный уровень до третьего, открыв возможность работать с низкосортной бронзой и учился закаливать сталь в различных масляных смесях. Никаких подвигов, никаких глобальных объявлений о его достижениях. Лишь запах окалины и мозоли на виртуальных ладонях, которые система имитировала с пугающей достоверностью.

Внезапно все изменилось.

Это произошло в среду, ближе к полуночи по серверному времени. Лин вытягивал клещами из горна заготовку для серпа, когда перед его глазами вспыхнула золотистая строчка системного сообщения. Она не была похожа на стандартные уведомления о продаже товара или получении пары единиц опыта.

«Связь кузнеца активирована. Предмет: «Простой железный полуторник» (Создатель: Лин) совершил деяние исключительной доблести. Оружие закалено в крови босса подземелья «Пещера Черепов». Прочность клинка увеличена. Опыт мастера: +150 единиц».

Лин замер. Клещи дрогнули, но он успел опустить раскаленную полосу на наковальню.

> Что за... — пробормотал он вслух, глядя на тающее в воздухе золотое свечение.

Спустя ещё несколько дней пришло другое уведомление.

«Связь кузнеца: Владелец брони отразил смертельный удар противника, превышающего его по уровню на 15 единиц».

«Связь кузнеца: броня впитал сущность Элитного Гоблина-Шамана. Открыто скрытое свойство: «Упорство слабого».

«Внимание! Ваша связь с созданным предметом передает вам 1% от боевого опыта, полученного клинком. Ваш уровень повышен: 3... 5... 8... 12...»

Лин отложил молот. Его руки слегка подрагивали. Он открыл интерфейс своего персонажа и с изумлением обнаружил, что его шкала характеристик, до этого абсолютно статичная и ориентированная лишь на силу удара по наковальне и выносливость, стремительно заполнялась свободными очками параметров. Но самым странным было не это. В глубине груди, где-то под виртуальными ребрами, разлилось странное ощущение — тонкая, вибрирующая нить, уходящая далеко за пределы города, сквозь леса и горные перевалы. Он физически чувствовал, как этот меч рубит кости, как он вибрирует от ударов тяжелых дубин, как сталь стонет под нагрузкой, но не ломается, потому что Лин лично выглаживал каждый миллиметр его кристаллической решетки.

В ту ночь Лин долго не мог уснуть, даже выйдя в реал. Он сидел на кухне, пил остывший чай и смотрел на свои реальные руки. Класс «Кузнец связанного оружия» не был ошибкой генерации. Он просто требовал того, чего почти никто в этой игре не мог дать: абсолютной бескорыстности в отказе от высокого уровня, в пользу нового начала.

На следующий день у дверей его мастерской было тихо. Но к вечеру в тупик свернула странная процессия.

Впереди шел Рин. Его было трудно узнать. На парне были новенькие латные поножи, кожаная куртка сменилась кольчугой тонкого плетения, а взгляд стал прямым и твердым, каким он бывает только у людей, посмотревших в лицо верной гибели и победивших ее. За его спиной в ножнах покоился тот самый полуторник. Но теперь он тихо мерцал глубоким лазурным светом, а металл гарды приобрел благородный матовый оттенок вороненой стали.

За юношей следовали трое незнакомцев. По их экипировке Лин мгновенно определил представителей крупной боевой гильдии «Северный Клык»: одинаковые эмблемы в виде волчьего оскала на плащах, сверкающее фиолетовое снаряжение эпического качества и высокомерная осанка профессиональных рейдеров.

Рин шагнул через порог, поклонился Лину — так же искренне, как и в первый раз, — и виновато посмотрел на кузнеца.

> Мастер Лин... Простите, что привел их. Они не отставали от меня от самого входа в город.

Один из сопровождающих, рослый воин с двуручным топором за спиной, над головой которого горела плашка «Торвальд, Центурион 48 уровня», бесцеремонно отодвинул юношу плечом и вошел в полутемную кузницу. Его тяжелые кованые сапоги гулко застучали по каменным плитам пола. Он окинул помещение цепким, оценивающим взглядом, брезгливо поморщился от запаха копоти и остановился напротив Лина.

> Ты хозяин этой дыры? — голос Торвальда звучал низко, с привычной для командиров рейдовых групп хрипотцой.

Лин неторопливо взял сухую тряпку, стер пыль с наковальни и лишь затем поднял глаза на гостя.

> Добро пожаловать. Если вам нужен ремонт, я беру заказы только до сумерек.

> Мне не нужен ремонт твоего грошового барахла, — усмехнулся Торвальд, скрестив руки на груди. — Наш клановый оценщик три часа исследовал клинок этого щенка Рина. И у него удивительные свойства, так что нам нужен мастер, а не его оружие из металлома, ты ли мастер?

> Я ковал этот меч, — спокойно подтвердил кузнец.

> Отлично. Значит, слушай сюда, ремесленник. «Северный Клык» забирает тебя под свое крыло. Мы выкупаем этот подвал, переводим тебя в верхний замок гильдии, обеспечиваем любыми ресурсами — хоть мифрилом, хоть драконьей костью. Ты будешь ковать только для нашего ударного состава. Десять золотых в неделю чистыми на твой счет, плюс процент с рейдовой добычи. Контракт на три месяца с автоматическим продлением. Подписывай через системное меню прямо сейчас.