Цитаты из книги «Семь дней в искусстве», страница 2
Как говорил мне куратор Роберт Сторр, «функция музея – сделать произведение искусства бесценным: произведение изымается из рыночного оборота и помещается туда, где становится общественным достоянием».
Искусство стОит лишь столько, сколько кто-то хочет за него заплатить.
Во время беседы я заметила, что у Медины влажные волосы и мокрые кроссовки. «Я сел в лодку, взятую одним из сотрудников Мексиканского павильона. Парень не смог провести лодку под низким мостом и, подтянув ее поближе к берегу, попросил меня спрыгнуть», – смущенно объяснил он. Не отличающийся ловкостью Медина недопрыгнул и упал в канал. «Было довольно противно. Пришлось еще проплыть около восьмидесяти метров до лестницы. Как известно, венецианская вода очень грязная. Говорят, тут недолго подхватить какую-нибудь смертельно опасную заразу. Я хлебнул воды. Соленая. Ничего особенного».
Тем не менее он был не слишком полон оптимизма: «Думаю, встряска необходима всем. Это реальность мира искусства и один из его законов: людей время от времени необходимо ставить на место».
«Куратор, действующий правильно и разумно, – почетная и необходимая миссия, – объяснил он. – Но куратор-звезда, куратор-антрепренер или импресарио никому не нужен».
Сторра больше интересует то, что он называет «настоящим временем», и он привел слова модерниста Эзры Паунда, на протяжении многих лет жившего в Венеции: «Классика – это новости, которые не устаревают. Великим является то произведение, которое не утрачивает своей цен ности. Оно говорит: „Я существую в настоящем времени, хотя и было создано пять или пятьдесят лет назад“».
Хотя социальная иерархия и «визуальный перегруз» приводят Бальдессари в уныние, он полюбил Венецию – отчасти из-за того, что совершенно не умеет ориентироваться. «В Венеции все всегда теряются, поэтому ты совершенно не чувствуешь неловкости, в третий раз за десять минут проходя мимо кого-то из знакомых, сидящих в кафе».
«У нас нет договора, – объясняет По. – Имеется только устное соглашение. „Kaikai Kiki“ предлагает: „Смета будет x“, и если ты лох, то начнешь рекламировать товар, исходя из приблизительной стоимости. Когда смета х увеличится в два или три раза, ты уже не сможешь обратиться к Такаси и попытаться отыграть все назад, поскольку… в общем, вы предпочли бы не присутствовать при таком обсуждении. Поэтому мы не оцениваем произведение, пока оно не закончено. Нам известно по опыту: никогда никаких предварительных продаж».
«Искусство аккумулирует смыслы благодаря нашим совместным усилиям, – сказала она. – Вы облекаете в слова то, что все видят. Слова распахивают дверь в хранилище памяти, опыта. И у вас словно внезапно открываются глаза».
На столе Гриффина лежит рождественский подарок от «Norton Family Foundation» – дизайнерская музыкальная шкатулка Кристиана Марклея: на ее крышке сверху написано «Молчи», а на внутренней стороне – «Слушай».
