Читать книгу: «Пурпурный рассвет. Апогей 2»

Пролог

5 декабря

06.42 по местному времени

05.42 по московскому

Самарская область

Трасса р-228

Тяжелый военный грузовик со снежным отвалом проехал по почти полностью занесенной дороге, разрезая темноту светом фар и поднимая перед собой белую волну. Двигался он медленно, толстый снежный покров и густой снегопад не позволяют двигаться быстрее двадцати километров в час. Следом за ним, по уже прочищенной трассе, едет броневик Тайфун ВДВ, возглавляющий длинную колонну. Тягачи, тащащее за собой прицепы, машины ПВО и ПРО, бронетранспортеры, автобусы с людьми, свыше трехсот автомобилей. Вереница огней фар растянулась больше, чем на километр. Крадутся, пронизывая безлюдную белую пустыню, укрытую ночной тьмой. Идущий впереди грузовик иногда останавливается, теряя асфальтированное покрытие под толщей снега, и сдает назад, возвращаясь на трассу.

Женщина средних лет в камуфляжной форме, сидящая в головном броневике, сняла с панели приборов рацию.

– “Авангард” на связи, доложите обстановку. – Голос низкий, немного грубоватый, взгляд холодных серых глаз не отрывается от дороги.

– Докладывает “Арьергард”, у нас все спокойно, продвигаемся. Через час надо делать привал, заправить машины, накормить людей, да и просто отдохнуть стоило бы.

– Рано, скоро доберемся до “Клена”, к нам примкнут еще восемьдесят человек, там и переночуем, пока продолжаем двигаться. – Ответила женщина.

– Принял. – Ответил позывной “Арьергард”.

– “Кордебаталия” на связи, присоединяюсь к “Арьергарду”, привал необходим, такая дорога выматывает.

– Я же сказал, что в “Клене”, остановимся, приказ не обсуждается.

Женщина повесила рацию обратно на крепление, и оперлась одной рукой на дверь броневика, смотря на бесконечные сугробы за окном.

Глава 1

4 декабря

20.49 по местному времени

05.49 по московскому

Тюрьма Коффилд

Штат Техас

– Эй, мужики. – Раздался уже знакомый голос из-за решетки. – Русский, подойди сюда?

– Чего тебе? – Нехотя спросил Вадим, облизнув пересохшие губы.

Воздух в камере накалился, как в сауне.

– Подойди, говорю, не упрямься как баран. – Не унимался сосед.

– Сейчас. – Воеводов сел на койке и стер капли пота со лба. Не спеша, экономя энергию, подошел к решетке, щурясь от яркого света прожекторов. – Чего хотел?

– Держи. – Татуированная рука протянула кружку воды через прутья. – Выпьете, еще наберу, у меня воду не отключили. Только давай быстро, пока охраны нет.

Вадим оживился и схватил кружку со спасительной жидкостью. Потянул уже было ко рту, но в последний момент одумался. Подошел к койке Федоровича.

– Миш, на, попей. – Прошептал Воеводов.

Федорович открыл слипшиеся глаза и неверящим взглядом посмотрел на стакан.

– Где взял? – Хриплым от жажды голосом спросил Михаил.

– Не важно, пей давай.

– Я потерплю, лучше пацанам дай, им нужнее. – Федорович замотал головой.

– Пей сказал, вода еще есть, они молодые, потерпят.

Михаил перестал упрямиться, взял кружку и осушил ее несколькими глотками. Воеводов вернулся к решетке и принес еще по полной для Марка с Тимуром, которые тоже не поверили в неожиданное облегчение мук. Последнюю выпил, не отходя от прутьев.

– Спасибо.

– Да ладно тебе, я же не скважину выкопал, из крана течет. – Татуированный сосед забрал стакан и вернул его на пустой поднос. – Едой, к сожалению, не поделюсь, самому не приносят. Наказали за буйный нрав.

– А тебя здесь почему держат? Почему не казнили? – Спросил Вадим.

– Мы две недели назад взяли одну из резерваций вместе со всем командованием. На нашу удачу к ним прилетело руководство из головного штаба, их тоже за одно сцапали. Сразу догадались, что крупные шишки, по вертолету на базе, и больно уж сильной охране. Обычно в резервациях человек сорок бойцов, если они заранее не успеют подготовиться к нашему визиту, а там под сотню было. Тяжелый бой был, человек двадцать потеряли, зато много полезной информации получили. Когда на следующую резервацию полезли, они уже нас ждали. Выхватили мы по полной, основным силам пришлось отступить, а меня в плен взяли. Так же, как и вас пытали светом долго, но я ничего не рассказал. Надеются меня и остальных ребят выменять на своих людей, только зря. Никто солдат на генералов не меняет.

– А ты простой солдат? – Недоверчиво спросил Воеводов.

– Да самый простой рядовой, пехота. Лучше бы погиб в бою, чем вот так, в плен попасть. Вам главное продержатся пару дней, если бы они хотели вас убить, вообще в плен бы не брали. Вы им для чего-то нужны.

– Это я уже сообразил. – Вадим осмотрелся по сторонам, не идет ли охрана. – В камерах микрофоны есть?

– Чего не знаю, брат, того не знаю. Тюрьму не переоборудовали, как стояла с “Пурпурной чумы”, прямо так они ее и используют, только трупы все вывезли.

– Много здесь людей?

– А ты сам не видишь? Человек двести. Часть наших, из ALA, часть простых гражданских, кто сильно брыкался. – Сосед ненадолго замолчал. – Расход, охрана!

Вадим моментально бросился к кровати и лег так, словно и не вставал. Через несколько секунд раздался стук шагов по стальному полу. Перед камерой остановился уже знакомый бородач с двумя охранниками.

– Ну что, русские? Как вам техасская жара? Вы же там мороз любите, к теплу не очень.

Никто не отреагировал на его слова, молча лежали с закрытыми глазами, наслаждаясь недавно выпитой водой.

– Молчите? Ну ничего, скоро заговорите. – Бородач повернулся к своим спутникам. – Поставьте еще один прожектор.

5 декабря

07.34 по московскому времени

База “Исток”

Небо начало светлеть, но из-за плотного покрова пепельно-серых туч, утро больше походило на вечерние сумерки. Сыпет мелкий, больше похожий на пыль, дождь, с порывами ветра превращающийся в мерзкую и холодную стаю кусачих мошек.

Князев, натянув капюшон куртки до самого носа и выбрался из теплого жилого корпуса по направлению в штаб. Дорожки базы опустели. Листья с деревьев опали и укрыли бурым покровом еще зеленую траву, убирать нет ни времени, ни людей. Мокрые и голые деревья шумят ветвями, словно сетуют на подступающие зиму. Меланхолия погоды с этим отвратительным дождем проникла в тело и разум и отравила мысли депрессией. Каждый час сваливают все новые и новые нерадостные новости, и приходится с ними разбираться прямо на ходу.

Добравшись до штаба, Саша сбросил промокшую куртку и тут же направился к кофемашине, надеясь хоть изнутри согреть озябшее до дрожи тело. Никогда не думал, что на юге такая мерзкая зима. Раньше при словах “Геленджик”, “Краснодарский край”, “Сочи”, всегда возникали ассоциации жары, переполненных пляжей, многокилометровых пробок на дорогах и загоревших дочерна торгашей, весь день орущих: – “чурчхела, сладкие трубочки, свежая, варенная кукуруза”, но сейчас к этому ряду добавилась ветреная и промозглая погода. Температура вроде и не такая низкая, но из-за влажности и порывистого шквала, ощущается намного холоднее, чем в Москве минус двадцать.

День предстоял тяжелый: распланировать все выезды поисковых групп с базы, проконтролировать запасы продуктов, проследить за организацией подачи топлива к генераторам, отправить две группы инженеров на местную ТЭЦ. Больше всего работы со всякими списками, таблицами и графиками, то, что он не любил до скрежета зубов.

– Привет. – В кабинет вошел понурый Прайс. – Ты живешь здесь что ли?

– Работы невпроворот. Привет. – Ответил Князев, допивая кофе.

– Ты с Воеводовым не связывался? Как они там? – Спросил Стив, поддавшись аромату и тоже направившись к кофе машине. – Я забыл свой спутниковый, он на него обычно звонит.

– Ты лучше присядь. – Выдохнул Князев.

– Что случилось? – Прайс выронил из рук чайную ложку.

– Их конвертоплан сбили на Техасом…

– Как они? Все живы? Что случилось? – Стив подскочил к Саше и чуть было не схватил его за грудки.

– Успокойся. Вадим позвонил мне уже позже, все целы, посадили подбитый конвертоплан. Уходили от преследования. Потом связывались еще один раз, они остановились переночевать на какой-то ферме.

– Когда вы говорили последний раз? – Прайс и не думал успокаиваться.

– Вчера в полдень, у них там ночь была. – Князев выдохнул, стараясь держать себя в руках и игнорировать бешенство Стива.

– Так куча времени же прошла! Вдруг что-то случилось, вдруг их убили? Надо позвонить им!

– Прайс, возьми наконец себя в руки. Это Воеводов, не забывай. Он прекрасно знает, что делает. Если не звонит, значит так нужно. Может они затаились где-то, а мы звонком привлечем к ним внимание? Да и что изменится от звонка? Ты полетишь к ним? – Не выдержал Саша. – Вадим ясно дал понять, что ситуация у него под контролем. Что, если будут проблемы, он вызовет нас для эвакуации.

– Так надо конвертоплан подготовить? Вдруг прямо сегодня вылетать надо будет?

– А ты думаешь я это уже не сделал? Уже собрали батареи, загрузили, подготовили к полету. Не ты один здесь умный, не суетись.

– Блин, а как они миссию то выполнят? Они же теперь без транспорта, без запасов!

– Да сядь ты уже и хватит причитать. Не забывай, что Вадим выполняет работу, которой занимался всю свою жизнь. Он найдет выход, тем более там техники, не меньше, чем в России, бери не хочу. – Саша на секунду задержал дыхание, стараясь взять под контроль разгулявшиеся нервы. – Миссия Воеводова важна, и я переживаю за ребят не меньше твоего, но пока мы ничего не можем сделать. Вылететь сейчас, не зная куда чтобы сбили точно так же? Только мы не Вадик, и пилотов как Михаил у нас больше нет. Или разобьемся, или сцапают сразу по приземлению. Потеряем людей и транспорт, а конвертопланов осталось всего три штуки. Грузовой всего один. Так что надо подходить с холодной головой и не пороть горячку.

– Как же так? Почему все катится к чертям собачьим? – Стив сел за стол и схватился за голову.

– Прайс, хватит истерить. Я тебя вообще не узнаю, ты же из нас самый спокойный. – Князев встал со стула и подошел к другу. – Слышишь? Ты нужен мне, ты нужен “Истоку”. Мы без твоих мозгов, как слепые котята. У нас сейчас оборона – просто пшик. Твои “птички” же еще могут летать?

– В теории да. – Собравшись, ответил Стив. – Надо подключить мощный генератор к главной антенне, сеть ретрансляторов работает на батареях, их еще на месяц хватит, потом отключатся. Несколько дронов можно запустить, но рано или поздно у нас кончатся запасные батареи.

– Я это понимаю, но и про безопасность нельзя забывать. У нас на складе порядка трех сотен аккумуляторов. Если запустить десять коптеров, то им этого запаса хватит на пару лет. А, ну еще и ретрансляторы, выбрать из них основные, а другие отключить. Но так мы хоть каким-то образом будем патрулировать край и узнаем о “гостях” заранее.

– Если запустят ТЭЦ, то главный ретранслятор на новороссийской телевышке можно запитать от простой сети, он не так уж и много потребляет, а радиус покрытия в полторы сотни километров.

– Ну и отлично. Видишь, кроме тебя в этом никто не соображает. Так что соберись, возвращайся в норму и включайся в работу. – Саша похлопал Прайса по плечу. – А за Воеводова не переживай, я в него верю, он справится, тем более с ним Марк и Тимур.

4 декабря

23.32 по местному времени

08.32 по московскому

Тюрьма Коффилд

Штат Техас США

С третьим прожектором камера из Сахары превратилась в светлую сторону Меркурия. Тело уже не выделяет пот, губы потрескались, язык прилипает к небу. Свет пробивается даже через закрытые и закисшие глаза. Тимур с Марком попытались укрыться от палящих лучшей, соорудив заграждение из подушек и одеял, но от раскаленного воздуха не спрятаться. Даже вода, передаваемая радушным соседом, не помогает, организм теряет влагу намного быстрее. Если сам Вадим еще и выдержит такую пытку, то вот насчет пацанов и Михаила он не уверен.

– Псыть, мужики, вы как там? Живые? – Уже знакомый голос из соседней камеры.

– Держимся. – Ответил Вадим вполголоса, громче сил говорить просто нет.

– Ничего, чуть-чуть потерпите, скоро это закончится.

– Вряд ли, они серьезно настроены.

– Да не важно, как они настроены, говорю же, скоро все закончится. – Голос татуированного парня переполняет оптимизм.

– Ты знаешь что-то, чего я не знаю? – Спросил Вадим.

– Слишком много вопросов. Просто продержитесь несколько часов. – Сосед замолчал. Передавать еще воду пока опасно, охранники то и дело прохаживаются перед камерами.

Вадим то ли уснул, то ли потерял сознание, провалившись в липкий и тягучий бред, в котором он полз по бесконечной выжженной и растрескавшейся земле в поисках воды. Пришел в себя от громкого хлопка, донесшегося снаружи здания. Следом за первым последовал второй, от которого содрогнулись стены.

– Началось! – Радостно закричал сосед. – Мужики, не паникуйте, это за нами пришли! Держитесь со мной, все будет в порядке.

Марк с Тимуром подскочили на койках, Михаил приоткрыл сощуренные глаза.

– Что он сказал? – хрипло спросил Тимур.

– Приготовьтесь. – Воеводов встал с койки и отошел к дальней стене камеры. – Походу скоро мы отсюда выйдем.

Звуки взрывов усилились и участились. Охрана начала суетиться и бегать по зданию, доносились обрывки переговоров по рации: “они атакуют со всех сторон, не меньше тысячи человек, тяжелая техника, уже прорвали периметр, мы несем большие потери!” По коридорам пронеслось эхо автоматных очередей. Узники в камерах оживились, загалдели, застучали кружками по решеткам. Выстрелы звучат все ближе и ближе. Зазвенел пронзительный, режущий уши, звонок и все замки на камерах автоматически открылись. Из камер хлынули заключенные, вступая в рукопашные схватки с оставшимися в помещении охранниками.

– Сидим здесь, не высовываемся. – Остановил Вадим Марка, бросившегося к выходу.

К решетке подбежал рослый парень в безрукавке, с полностью татуированными руками.

– Привет, мужики. – Татуированный пинками опрокинул прожекторы. – Не лезьте на рожон, ждите здесь, я скоро вернусь.

Со злорадной улыбкой на лице парень скрылся, но ожидание долго не затянулось, он вернулся через пять минут в компании с вооруженными людьми в гражданке.

– Это русские, их с собой забираем. – Скомандовал прибывшим бойцам “сосед” и повернулся к Воеводову. – Мужики, не переживайте, мы вас освобождаем, а не в новый плен забираем.

– Погнали. – Скомандовал Вадим своим и вышел из камеры. Осмотревшись, он повернулся к татуированному. – Лишний ствол есть?

“Сосед”, не раздумывая, забрал у одного из бойцов AR-15 и протянул Воеводову.

– Держи, жест доброй воли.

– Простой рядовой говоришь? – Спросил Вадим, взяв автомат, мастерски передернув затвор и проверив количество патронов в магазине.

– Самый обычный. – Татуированный улыбнулся еще шире, демонстрируя хорошую работу дантистов или прекрасную генетику. – Двигайтесь за нами, в стороны не лезьте, можно нарваться. Кстати, меня Джошуа зовут, можно просто Джош.

Вадим ничего не ответил, лишь кивнул и пристроился к группе, проводив Тимура, Марка и Михаила в центр между бойцами.

Джош жестом приказал выдвигаться. Группа синхронно пошла по направлению к лестнице. Бойцы слаженно контролировали сектора, двигались, прикрывая друг друга, без суеты и спешки. Воеводов влился, словно работал с группой не один год, все-таки техника ведения боя и тактического передвижения одинакова во всех странах.

Спустившись на первый этаж, направилась в сторону главного входа. Тимур крутил головой по сторонам, смотря на лежащие то тут, то там тела убитых охранников и заключенных. Прямо как при штурме лжеНуклия, другая страна, другой континент и язык, а люди все так же убивают друг друга, умирают, и кровь у всех одинаковая. Наступал осторожно, переступая бордовые лужи, будто они из кислоты или лавы. Бойцы из группы сопровождения реагировали на каждое движение в округе, несколько раз приходилось открывать огонь, причем зачастую первым успевал Воеводов, чем удивил всю группу.

Выбравшись из здания тюрьмы, попали на поле боя в буквальном смысле слова. Земля испещрена воронками от минометных снарядов и ракет, горит подбитая техника, небо расчерчивают яркие пунктиры трассеров, со всех сторон грохочут выстрелы. Группа перешла на бег, стараясь как можно быстрее достигнуть забора. Выйдя через разрушенные ворота КПП, оказались перед целой плеядой броневиков и “Хамви”[1], окруженных многочисленными бойцами. Татуированный “сосед” издалека помахал рукой и к группе прибывших навстречу выдвинулась дюжина вооруженных человек.

– Джош с нами! – Отчитался в рацию крепкий латинос.

– Надо всех забрать из тюрьмы. – Татуированный обратился к латиноамериканцу. – Там и наши, и простые гражданские, нельзя их у SRF оставлять.

– А это кто? – Латинос кивнул в сторону Воеводова с ребятами.

– Наши новые друзья, гости из далекой России. Только встретили их тут не очень гостеприимно, показали им “Сахару”. Поедут с нами, покажем им, что не все американцы такие. – Джош повернулся к Вадиму. – Вы как?

– Лучше, чем в камере. – Ответил Воеводов. – Откуда ты знал о нападении?

– У нас есть единомышленники в рядах SRF, они и передали. Отлично стреляешь, военный?

– Самый простой гражданский. – Передразнил Вадим.

– Уел. – Засмеялся Джош, сверкая белыми зубами. – Ладно, потом расскажешь, пора отсюда сваливать. Грузимся, ехать долго, часов семь-восемь. Эй. – “Сосед” крикнул куда-то в группу людей возле бронетехники. – Притащите воды и пожрать что-нибудь!

5 декабря

9.37 по местному времени

19.37 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

Колонна броневиков въехала на территорию, огражденную стеной из сетчатого забора и танковых ежей. Марк посмотрел в окно. Вокруг десятки незнакомых бронемашин, сотни людей, вертолеты, небольшие самолеты, постоянно мимо проезжают тяжелые трехосные грузовики, со всех сторон доносятся крики на английском. “Хамви” остановился, но водитель повернулся и приказал “stay in the car”. Даже несмотря на свои скудные познания английского, Сахаров понял, что надо оставаться в машине. Вскоре дверь снаружи открыл уже знакомый Джош.

– Добро пожаловать в Розуэлл, штат Нью-Мексико, также известный, как “город инопланетян”. Встречи с ними я вам не гарантирую, но отдых, хорошую еду и душ – пожалуйста. – Джош махнул рукой, приглашая выйти из машины.

Выбравшись наружу, Воеводов сощурился от яркого солнца и осмотрелся по сторонам.

– Неплохо вы здесь устроились. – Сказал он, рассматривая “Черные ястребы” и F-16 на взлетной полосе.

– Розуэлл один из наших аванпостов на линии фронта с SRF. Собираем здесь всю доступную военную технику, для решающего удара в освобождении Техаса. – Джош по-хозяйски обвел рукой окрест.

– Прилично вооружились. – Резюмировал Вадим.

– Может представитесь? А то так и буду вас звать русскими. – Спросил Джош с неизменной улыбкой, будто знакомится с родителями невесты и хочет произвести приятное впечатление.

– Вадим, – Воеводов протянул и пожал руку. – Это – Тимур, это Марк и Михаил Федорович.

– Михаил Федорович? – С трудом выговорил Джош. – Может просто Майкл?

– Скажи ему пусть Мишей зовет, Майкл уж больно чужеродное. – Подсказал Федорович сиплым от усталости голосом.

Воеводов перевел слова Михаила.

– Окей. – Согласился с предложенным новым вариантом. – Пойдемте покажу, где вы можете отдохнуть, принять душ и поесть.

Джош проводил в отдаленный край аэропорта, переделанного под военную базу. За ангарами обслуживания раскинулся “жилой район”, целая россыпь трейлерных домов, установленных на бетонные блоки с подведенной водой и канализацией. От Солнца весь городок прикрывала камуфляжная сетка, натянутая над домиками. Трейлеры не чета дорожным, две комнаты, сравнимые по размеру с таковыми в старых русских панельках, узкая кухня и полноценный душ. Вполне пригодное место, чтобы передохнуть и привести себя в порядок.

Первым в душ отправили по старшинству Михаила, Вадим принялся соображать что-нибудь перекусить, а Марк с Тимуром скинули пропитанные потом и изрядно воняющие футболки.

– Вадим, что это за люди и что происходило ночью? – Спросил Тимур.

– Мы попали между молотом и наковальней. Общины в США объединились в организацию SRF, “Силы помощи выжившим”. Но, так же, как и в России, не все поверили в их благодетель и недовольные создали свою повстанческую армию – ALA. Масштабы у них здесь, конечно, будь здоров. Идет полноценная война, не то, что у нас. В большинстве штатов до “пурпурного” был свободный оборот оружия, люди имели на руках много “стволов” и умели с ними обращаться, к тому же у американцев культ свободы и частной собственности, с ними так легко, как у нас, не получилось. Те, кто нас сбил, как раз SRF, и остается только гадать, что бы с нами стало, если у них была информация о нашей деятельности в России. – Вадим достал с полки две банки тушеного мяса и три консервированной фасоли. Выложил их содержимое в кастрюлю и включил газ, наполнив весь трейлер приятным ароматом. – Тот, что рядом с нами сидел и помогал с водой, Джош, какая-то шишка в ALA. Его освобождение как раз и было главной целью нападения на тюрьму, а всех остальных за одно прихватили и нас тоже.

– И какие у нас дальше планы? – Спросил Марк, с трудом оторвавшись от крана с водой.

– Первым делом отоспаться и привести себя в порядок. В таком состоянии из нас бойцы никудышные. Потом переговорю с Джошем, поделюсь информацией о цели нашей миссии. Не знаю, в курсе они про “Проталий” или нет. В любом случае мы на одной стороне, должны нам помочь. Техники и оружия у них валом, могут поделиться. Пробьем самый безопасный маршрут до Тампы или Нового Орлеана, и в путь.

– Мы сильно выбиваемся из графика. – Тимур растянулся на сидении у стола.

– Главное вообще добраться. Учитывая обстановку в “Истоке” второго шанса у нас не будет, так что надо работать наверняка. – Ответил Воеводов.

– Кстати, как там ребята? Ты давно с ними связывался? – Спросил Юлаев.

– Ночью, перед тем как нас сцапали. В тюрьме, к сожалению, положенный звонок не предоставили. – Вадим помешал в кастрюле ложкой, зачерпнул и попробовал получившиеся блюдо. – Съедобно, налетайте, только сильно не налегайте, а то желудки скрутит. Я пока пойду, прогуляюсь.

Выбравшись из трейлера, Воеводов сразу наткнулся на проезжающей мимо патруль на стареньком, но еще бодром Виллисе. Джип остановился, патрульный, крепкий и высокий негр, посмотрел на подошедшего Вадима.

– Привет, ребят. Я Вадим, из тех, кого в тюрьме освободили.

– А, русский? Да, нам уже сообщили о вас. Что-то случилось?

– Нет, все в порядке. Мне необходимо сообщить своим людям в Россию, что с нами все в порядке, у вас случайно спутникового телефона не найдется?

– Подожди, сейчас узнаю. – Патрульный связался с кем-то по рации, перекинулся парой слов, согласно кивнул и обратился к Вадиму. – Дали добро. Прыгай, подвезем тебя до центра связи.

Дважды приглашать не пришлось, Воеводов запрыгнул на заднее сидение открытого внедорожника.

20.29 по московскому времени

База “Исток”

От внезапного звонка Князев дернулся и выронил ложку. Люди за соседними столиками в столовой встревоженно посмотрели на неожиданный звук. Джавид, сидящий напротив, моментально забыл о еде.

– Кто там? – Почти выкрикнул Кочарян.

– Да погоди ты, сам не знаю. – Князев достал из кармана телефон и посмотрел на экран. Странный номер, начинающийся на плюс один, только усилил тревогу. – Алло, кто это?

– Вадим. Не соскучился?

– Да не то слово! – Обрадованно заголосил Князев. – Вы где, блин, пропали?

– В солярий ходили.

– В смысле? – Не понял штуки Саша.

– Почти сразу после нашего последнего разговора нас взяли в плен. Заперли в тюрьме и пытали, поставив перед камерой прожекторы. Но сейчас все в порядке, тюрьму ночью атаковали, и мы теперь на воле. Подсобили ребята из группировки, противостоящей сети общин.

– Офигеть, у них там то же самое, что и у нас?

– Да, только помноженное на десять. Намного масштабнее. Всей информации у меня нет, но судя по тому, что успел увидеть, воюют они тут не на шутку, так что анклавовцам совсем не сладко. У вас там как дела?

– Выкручиваемся как можем. Погода портится, ветра сильные, дожди. Очень много сил уходит на отопление корпусов.

– Да, зимы у нас там бывают суровые, несмотря на то что юг. Вообще справляетесь?

– Приходится. Народ приуныл, но стараемся поддерживать. Стив скуксился, произошедшее с Киром и отключение реактора его просто уничтожили, как бы у него ПТСР не начался, второго Юлаева я не вывезу.

– Да, пацан сильно расстроился, что не смог полететь на родину, а тут еще такие события. Мы прямо по его отчему краю топтались, в Техасе.

– У вас там, наверное, лето?

– Ну не лето, но тепло, в футболке ходить можно. – Вадим посмотрел на связиста, жестом показывающего, что пора закруглятся. – Ладно, Саш, я отключаюсь, как раздобуду себе трубку, сообщу.

– Хорошо. Не пропадайте так больше, а то меня Прайс с потрохами сожрет или до инсульта доведет.

20.12 по местному времени

06.12 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

В дверь трейлера осторожно постучали. Вадим услышал стук через сон, старая привычка оставаться начеку даже отдыхая. Стараясь шагать как можно тише, Вадим подкрался к двери и приоткрыл ее.

– Разбудил? – Прошептал уже знакомый патрульный негр.

– Все нормально. Что-то случилось? – Воеводов вышел на улицу, чтобы не разбудить разговором ребят.

– Тебя Джош вызывает. Остальные спят?

– Да, один поеду, они все равно английский не знают.

– Хорошо. Жду тебя в машине.

Вадим вернулся в трейлер, обулся и натянул футболку, хотелось бы и кофту или толстовку, но после побега из тюрьмы у них осталось только то, что было надето. Как только Воеводов сел на пассажирское сиденье, патрульный сорвал его с места и на высокой скорости поехал в сторону здания бывшего терминала.

Джош встретил в большом кабинете, с широким столом и стоящими вокруг него стульями, на которых сидела группа незнакомых людей.

– Как ты? – Спросил татуированный “сосед”. – Присаживайся, чувствуй себя как дома. Знакомить со всеми не буду, все равно не запомнишь. Каждый из здесь сидящих – руководитель подразделения ALA.

Воеводов вежливо кивнул присутствующим и опустился на пустой стул.

– Ты, наверное, понимаешь, что у нас очень много вопросов к тебе? – Продолжил Джош. – Как вас занесло в Америку? Что происходит в России? Как вы пережили вирус? Можешь рассказывать все. Мы тоже поделимся информацией, которой обладаем.

– Хорошо. – Вадим осмотрел лица мужчин и девушек. Суровые, прожженные не одним боем, глаза, как у всех, кто побывал на войне, словно на десятки лет старше их биологического возраста. – Сразу скажу, что мы с вами по одну сторону баррикад. Я являюсь представителем организации, аналогичной вашей ALA, только на территории России. Анклавы у нас действуют немного по-другому, скрывая свою общность, но общая картина почти такая же.

– Как мы и думали. К нам поступило очень много людей из Канады и Мексики, и все рассказывают одну и ту же историю. – Джош отметил что-то в большом гроссбухе. – Как обстоят дела в борьбе с резервациями?

Вадим принялся вкратце пересказывать события, начиная с дней пандемии, попадания в “Рассвет” и начала войны с общинами. Информацию о Лесном и его изобретениях он нарочно упустил. Больше всего присутствующих заинтересовали данные о самих анклавах, история про уничтожение “Нуклия”, а новость, что у всех резерваций в мире есть общин центр управления, который, к тому же, находится прямо под боком, некоторых повергла в шок.

– Значит вы летели на разведку “Проталия”? – Подытожил Джош. – Интересно. Ты уверен, что это достоверная информация.

– На сто процентов, навыкам Стива я доверяю, и в “Нуклий” проникал лично. – Ответил Воеводов.

– Удивительно, что среди вас есть техасец, прямо кармическое совпадение. – Джош усмехнулся. – Да, очень много полезного, сразу все и не переваришь. Дальнейшие планы у вас какие?

– Продолжить выполнять свою миссию, для чего хотел попросить вашего содействия. – Вадим осмотрел лица сидящих за столом людей, стараясь понять их эмоции от услышанного.

– С ядерной бомбой мы вам не поможем, у нас их просто нет. Очень уж хорошо их правительство прятало, да и если бы даже знали местоположение, запустить ракету все равно не выйдет, больно уж система запуска заморочена и завязана на Пентагон, а он под контролем SRF. Но вот со всем остальным – пожалуйста. Могу даже людей выделить, чтобы сопроводили вас до Нового Орлеана. Все-таки уничтожение “Проталия” в наших общих интересах.– Джош постучал ручкой по поверхности стола.

– Людей не надо. Большим отрядом передвигаться сложнее, сами справимся. Лучше предоставьте ваши разведданные о месте расположения общин, основных блокпостах на дорогах и шоссе, и снабдите экипировкой и оружием.

– Хорошо. Но пойми одну вещь, наша территория заканчивается на границе с Техасом, тебе придется пересечь два штата, пока ты доберешься до Орлеана. У нас нет полной информации, что творится на их землях. Слухи всякие ходят, да и не только слухи, что ты можешь там столкнуться не только с SRF. – Джош с загадочным лицом посмотрел в окно.

– С этим разберемся. По поводу Нового Орлеана, советуешь искать судно там, не в Тампе? – Спросил Вадим.

– Однозначно. Во-первых, расстояние, до Флориды ехать намного дальше. Во-вторых, обстановка. Как только начался “Пурпурный рассвет”, весь полуостров подмяла под себя банда, как бы так помягче сказать. – Джош посмотрел на сидящего напротив него афроамериканца.

– Банда нигеров, мне можно так выражаться. – Продолжил за него чернокожий. – Есть добропорядочные граждане, они афроамериканцы. А есть отребье, которое не умеет и не хочет работать, а только и думает, как и где украсть. К большому удивлению, процент выживших среди них выше, чем среди белых. После эпидемии большое количество таких нигеров устремилось в южные штаты. Конкретно во Флориде они сколотили многочисленную банду, подмяли под себя весь штат и даже SRF дают прикурить.

– Понял, в Тампу соваться не будем. – Заключил Воеводов. – А как обстоят дела в Новом Орлеане?

– Там попроще. Еще после “Катрины” власти поставили все неблагоприятные слои населения на место. Слышал же, что давали добро отстреливать вооруженных мародеров? Ну вот, после тех событий они не очень любят этот болотистый город. – Продолжил Джош. – Ближайший анклав в ста пятидесяти километрах от города, на бывшей военной базе, так что в городе должно быть довольно безопасно, но это не точно.

– Ладно, разберемся. Мы еще день у вас погостим, ребятам надо прийти в себя после “солнечных ванн”. – Воеводов облизнул пересохшие до сих пор неба.

– Хоть месяц. Ты предоставил нам очень много полезной информации, да и мы просто обязаны восстановить честь, доказать, что не все американцы встречают ракетами, решеткой и пытками. – Джош опять широко улыбнулся. – Можешь возвращаться в трейлер. Кстати, ты размеры одежды своих людей помнишь? У нас здесь целые склады, а вы, после ваших приключений, считай без пожиток остались.

– Да, помню. – Ответил Вадим.

– Глен, завези его, пожалуйста, на склад, пусть приоденется. – Обратился Джош к негру-караульному, стоящему возле дверей.

* * *

Дверь в трейлер открыл осторожно, стараясь не разбудить ребят, но войдя, понял, что зря. Тимур с Марком сидят на кухне, доедают остатки фасоли с мясом. Из душа доносится шум воды.

– Проснулись? – Спросил Вадим, поставив объемистую сумку сразу возле входа.

– Ага. Жажда не дает нормально спать. Я раз десять просыпался, то в туалет, то попить. – Ответил Юлаев, осушая очередную кружку. – Ты куда ходил?

– Общался с Джошем и остальными. – Воеводов тоже решил не отставать и набрал полный стакан.

– Что рассказывают? – Поинтересовался Сахаров.

– Расспросили, как мы сюда попали и зачем. Рассказали о начале эпидемии, и каким образом докатились до происходящего. – Опустошив стакан в несколько больших глотков, Вадим вытер усы тыльной стороной ладони и сел за стол. – Поделились информацией по обстановке в штатах на нашем маршруте. Судно будем искать в Орлеане, с экипировкой и оружием они помогут.

– Отлично. Организация у них, конечно, на уровне, прямо полноценная армия. Вояки бывшие? – Спросил Тимур.

– Часть да, часть нет. Просто вовремя сообразили, и у американцев тяга создавать всякие группы. Вспомни про студенческие братства, фанатские команды и прочие движения по интересам. В России люди более разрозненные, стараются держаться особняком, здесь же, наоборот, всегда сбиваются в комьюнити, поэтому после “Пурпурного” выжившие почти сразу организовали анклавы, и “план Голдстейна” “Проталия” продвигался намного сложнее, чем у нас. В России люди более привычны к жесткому контролю сверху. – Вадим посмотрел на пустую кастрюли. Все съели, надо готовить еще. – Кстати, в сумке полно новой одежды, разбирайте. Свою можете в стирку закинуть. Завтра еще день отдыхаем и выдвигаемся.

– Транспорт предоставят? – Поинтересовался Юлаев.

– Нет, пешком пойдем. Конечно предоставят, что за вопросы? Хотели еще и людей нам выделить для поддержки, но я отказался. Маленькой группой легче передвигаться незаметно. Оружия завтра тоже наберем. До Орлеана тысяча шестьсот километров по самому короткому маршруту, но нам придется петлять, так что легко и две тысячи получится. Рассчитываю, что доберемся за пару дней с учетом остановок, но надо быть готовыми и к тому, что дорога может затянуться. Неизвестно, что нас там ждет. Ребята из ALA предоставят разведданные, но Техас и Луизиана – это территория SRF, так что полной картиной они не обладают.

– Тысяча шестьсот километров, едем искать судно. У меня прямо дежавю. – Задумчиво сказал Марк.

– В смысле? – Спросил Воеводов.

– Мы из Москвы с Джавидом выдвинулись на юг, в Турцию. По пути встретили Стива, который хотел вернуться в штаты по морю, решили поехать с ним и помочь ему найти яхту. – Ответил Сахаров.

– И на следующий день вы ее потопили. – Вспомнил рассказы Кочаряна Тимур. – Надеюсь у нас все пройдет лучше.

[1] “Хамви”, HMMWV – американский армейский транспортный фургон, в гражданском исполнении более известен как “Хаммер

Глава 2

6 декабря

09.32 по московскому времени

База “Исток”

Прайс, держа подмышкой свой верный защищенный ноутбук, вошел в центр связи. Обставившийся пустыми кружками из-под кофе, Князев, оторвавшись от записей, посмотрел на Стива красными и воспаленными глазами.

– Ты что, всю ночь не спал? – Спросил Прайс.

– Так сильно заметно? – Саша потер лицо ладонями. – Не смог уснуть, все о наших ребятах думаю. Ты что-то хотел?

– Да, сейчас покажу. – Стив разложил лаптоп на столе. – Я тоже всю ночь проворочался, переживаю за них и больше всего жалею, что не смог полететь. Я там все знаю, пригодился бы.

– Здесь ты нужен больше. Давай, не томи уже.

– Я запустил десять дронов. Вот, смотри. – Прайс показал экран, поделенный на десять прямоугольников, показывающих видео с коптеров. – Теперь они управляются операторами, нейросети больше не работают. Патрулируем Геленджикский район и периметр зоны охвата сети.

– Отлично. Роме уже сообщил? – Спросил Князев.

– Конечно. Он создал команду быстрого реагирования, которая теперь на постоянной связи с операторами. Хоть какая-никакая, но оборона. Так же подключили несколько турелей к удалённому управлению на всякий случай. Всего три, на больше не хватит энергии, но это уже лучше, чем ничего.

– Молодцы, быстро справились. – Князев пристально посмотрел на уставшее и изможденное лицо Стива. – Ты вообще как?

– Хреново. Хоть работа немного и отвлекла, но все равно состояние дерьмовое. – Вздохнул Прайс.

– Может попробуешь поспать? Хотя бы пару часов, а то на тебе лица совсем нет.

– Работы много, какой отдыхать.

– Если ты загнешься от переутомления, то её тогда вообще никто не сделает. Пойди, отдохни. – Князев подошел к Стив и похлопал по плечу.

– Не уверен, что смогу уснуть.

– Зайди к Миле, может она поможет чем-нибудь.

– Ладно, попробую, но рацию оставлю включенной, если понадоблюсь, вызывай.

Пожав Саше руку, Стив вышел из кабинета и направился на улицу. Сначала хотел занести ноутбук в серверную, но потом передумал. Хоть Wi-Fi теперь и покрывает только административный корпус, но конкретно в свою номер он давно провел кабель, старая привычка системного администратора – больше доверять проводным сетям.

Дождь прекратился, но лучше от этого не стало. Влажный и холодный воздух, гонимый порывами ветра, пробирает до костей. Дорожки базы местами застелены ковром из желтых опавших листьев, убирать не успевают. В такую погоду только и лежать бы в комнате, под теплым одеялом, пить горячий чай да смотреть сериалы, но такие “дни тюленя”, как Стив их называл, остались далеко в прошлом, до “Пурпурного рассвета”, разделившего жизнь на светлую и темную сторону. Да именно темную, несмотря на все надежды, которые появились после встречи с Лесным и созданием “Истока”, то что происходит после пандемии по другому и не назовешь. Жизнь, как искусный изверг, сначала дала “конфету” веры в будущее, в лице Кира, его изобретений и людей, которых удалось собрать, а потом забрала их с особым цинизмом и жестокостью, сделав Прайса в этом виновным. Именно это чувство вины просто выжирало изнутри. Звуки работы бензиновых двигателей, дым от отопительных котлов, не горящие уличные фонари, отсутствие сигнала сети, произошедшее с ребятами в Штатах, все это Стив считал своей личной виной. Если бы он был расторопнее и сообразительнее, если бы не забыл про реактор, следил за ним лучше, то смог бы произвести сброс вовремя. Тогда Кир был бы жив, “Исток” продолжал бы жить своей жизнью, а люди не ходили бы с такими понурыми и задумчивыми лицами.

Не заметил, как добрел до медблока. Возле входа курит молодой санитар, флиртуя с медсестрой. Стив прошел мимо, даже не поздоровавшись. Людмилу нашел в ее кабинете, пропахшем медикаментами.

– Можно войти?

– Конечно, Стив. – Мила встала со стула и подошла. – С тобой все в порядке? Выглядишь не очень.

– Поэтому и пришел. Я вас не отвлекаю?

– Нет, у нас сейчас только с гриппом и прочими инфекциями, так что занятость не очень большая. Что с тобой стряслось?

– Спать не могу. – Стив присел на кушетку и тяжело вздохнул. – Слишком много мыслей и нервов.

– Понятно. – Людмила опустилась рядом. – Сейчас почти все в таком состоянии. Я не психиатр, но могу тебе предложить пару препаратов, которые немного облегчат состояние.

– Буду признателен. Князев на меня рассчитывает, а я так долго не вывезу. У вас есть что-нибудь забористое? Что бы эмоции вообще отключить?

– Это уже тяжелые нейролептики, так просто я тебе их дать не могу, побочек будет намного больше чем положительного эффекта. – Мила осторожно положила руку на плечо Стива. – У тебя же нет острых приступов психоза?

– Да у меня такое чувство, что крыша вообще уехала. – Стив опрокинул голову назад. – Все это из-за меня.

– Что ты имеешь в виду?

– Все что происходит. Кир разбился, реактор отключился, приключившиеся с Вадимом и ребятами. – Голос Прайса задрожал.

– А что с Воеводовым? – Удивилась Людмила.

– Их конвертоплан сбили. Чудом выжили, продолжают выполнение миссии, но я не представляю, как они справятся без транспорта и амуниции.

– Стив, ты берешь на себя слишком много вины. Как гибель Лесного и произошедшее с Вадимом может быть связанно с тобой?

– Вы не понимаете. Кир оставил меня за главного. Я прозевал и не уследил. Если бы среагировал вовремя, то реактор бы не отключился и ничего бы не было. Лесной долетел бы до Дармштадта, мы легко отправили бы подмогу ребятам из дронов и других конвертопланов. Из-за моей тупости все покатилось к чертям. – На глаза Стива выступили слезы.

– И что, что оставил? Ты не физик-ядерщик, ты не мог знать, как работает этот реактор. Он провел тебе тщательный инструктаж, объяснил все нюансы его работы? Да если он настолько гениальный, то почему не создал автоматическую систему для избежания таких инцидентов. Бросить все на молодого парня, тоже мне изобретатель. – Миле захотелось обнять Прайса, впервые она видела не вечно собранного и сконцентрированного мужчину, а совсем еще юного и ранимого человека, которому требуется выговориться. – Ты и так тащил на себе столько, что мало кто сдюжит. Я все время удивлялась, как ты это вывозишь. Как ты сохраняешь такую трудоспособность и холодную голову. Любой на твоем месте сломался бы намного раньше. Тем более любой из нас прошел через личный ад во время пандемии, а ты вообще оказался один в чужой стране. Все твои близкие за три девять земель, и ты даже не знаешь, что с ними.

– Знаю. – Прайс закрыл глаза, чтобы скрыть слезы. – У меня была девушка, Дейзи. Мы со школы вместе. Хотела стать вашей коллегой, училась на медика. Когда проявились первые симптомы “Пурпурного”, она решила уйти по своим правилам. Передозировка транквилизаторов. Позвонила мне, до того, как потеряла сознание, попрощаться. Я слышал по телефону ее последние слова.

Мила не нашла, что ответить. Только от представления пережитого Стивом, волосы вставали дыбом. Она обняла Прайса и прижала его голову к плечу, сама еле сдерживая слезы и вспоминая мужа и сыновей, умерших у нее на руках. Про пережитое во время пандемии почти никто не говорил, выжившие предпочитали молчать, заперев боль в себе и стараясь абстрагироваться. Ведь если начать вдумываться, дать горю разгуляться по полной, то легко и умом повредится. Но боль все равно находила лазейки и прорывалась наружу, расшатывая и так поврежденную психику.

Стив успокоился и на пару мгновений задержал дыхание, приходя в себя.

– Спасибо вам. – Сказал он шепотом.

– Да было бы за что. – Мила вытерла проступившие слезы. – Нам просто надо чаще разговаривать. То, что мы молчим о наших чувствах, их не убирает. Приходи в любой момент, я всегда тебя выслушаю.

– Это сложно. – Посмотрев в глаза Людмиле, Прайс стыдливо опустил взгляд. – Я вырос в семье, где мужчины обязаны быть из стали. Никаких эмоций, работать, превозмогая себя, не болеть, не плакать. Поделиться переживаниями – показать свою слабость.

– Ты думаешь у нас здесь по другому? Отнюдь. У нас мужчины жили лет на пятнадцать-двадцать меньше, чем женщины, а все почему? Потому что настоящий мужик ничего не чувствует, не устает, он всегда здоров, как конь, на котором можно пахать, а если даже и болен, то никогда об этом не скажет. Знаешь как я со своим мужем по этому поводу воевала? Пахал на двух работах, чтобы дать семье все, что только может и не может. Я ему говорила, что мне нужен живой муж рядом, а не все эти машины, путешествия и вещи. Материальное сильно переоценено, но мужчинам кажется, что их будут меньше любить, если они перестанут давать. Зачастую, так и есть, я не отрицаю. Но если ты любишь своего человека, то для тебя в первую очередь важен именно он. Я его силком заставляла проходить обследования. Замечала, как он кривится от боли, но молчит, ибо только слабаки жалуются. Но это – глупо. Глупо считать, что ты должен быть машиной, работающей на износ. Надо следить за своим здоровьем, как за физическим, так и за психическим. Давай договоримся так: каждую неделю мы будем с тобой встречаться и просто разговаривать. Не в госпитале, а в непринужденной обстановке. И говорить будем не о работе или ситуации в “Истоке”, а о тебе. Я, чтобы тебе было легче раскрыться, тоже буду делиться с тобой своими переживаниями. Договорились?

Прайс посмотрел на Милу. Несмотря на поучающий тон и то, что проводить встречи преложила она сама, в ее глазах стояла просьба. Стив понял, что Людмиле самой нужны эти разговоры. Что она сама хочет высказать все накипевшее, разделить свою боль, которую приходится скрывать. И в его лице она видит человека, который поймет и выслушает. От этого стало легче и даже спокойнее.

– Хорошо, давайте.

– Только без “вы”, а то я себя чувствую психотерапевтом, а мы с тобой – друзья. – Ответила Мила, чуть улыбнувшись уголками губ.

– Ладно, но таблетки мне все равно нужны.

– Конечно. – Людмила подошла к шкафчику с замком, в котором хранились рецептурные медикаменты. – Держи, сейчас напишу тебе рекомендации по применению, обещай соблюдать их строго.

– Обещаю. – Стив кивнул, немного удивившись тому, что такой короткий разговор смог помочь не хуже таблеток.

6 декабря

9.12 по местному времени

19.12 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

Впервые за долгое время Марк проснулся от того, что выспался. Никто не будил, никакого шума, нападений или тревог. Потянувшись, он посмотрел в окно. На улице яркий солнечный день, словно лето здесь никогда не заканчивается. Тимур спит на соседней кровати, из дальнего конца трейлера доносится храп Федоровича. Осторожно встал и на цыпочках дошел до душа. Приведя себя в порядок, решил выбраться на улицу, подышать свежим воздухом. Выйдя на ступени трейлера, увидел Воеводова на площадке между домами. Вадим уже где-то раздобыл штангу и занимался.

– Ты когда-нибудь не тренируешься? – Спросил Марк, присаживаясь на ступени.

– А ты как думаешь? – Ответил Вадим, бросая снаряд на землю. – Я два года на гражданке просидел, если бы не занимался, то все навыки бы растерял.

– Я думал, это как езда на велосипеде, никогда не разучишься.

– Не разучишься, но выносливость и скорость реакции теряются очень быстро. А тебе что не спится? – Воеводов взял полотенце с перил лестницы и вытер лицо.

– Выспался. – Коротка ответил Марк и начал разглядывать свои ладони.

– Смотри, сегодня ночью выезжаем, там уже так не отдохнешь, пользуйся моментом.

– Я четыре года по больницам “отдыхал”. Весь день в четырех стенах, большую часть суток только и делал, что спал. Так что мне хватило.

– Как знаешь. Вещи подошли по размеру? Я на глаз прикидывал. – Спросил Вадим.

– Да вроде. – Марк похлопал по новым карго-брюкам песчаного цвета. – Удобные, с сеточками везде, где надо. На коленях карманы для защиты.

– Еще бы, “Пять одиннадцать тактикал”, хорошие вещи делали, и экипировку для военных. Давно хотел обзавестись, но цены у них больно злые были.

– А теперь все бесплатно.

– Не скажи, мы все за это заплатили непомерно. – Вадим сел рядом на ступени. – Ты вообще как, готов?

– К чему? К прорыву на “Проталий”? – Марк посмотрел в глаза Вадиму. – Если бы не был готов, вообще не полетел бы.

– Думал, чем после займешься? – Спросил Воеводов.

– Пока еще нет. Я уже давно перестал строить какие-то планы, просто плыву по течению. – Марк замолчал и спустя пару секунд продолжил. – У меня было такое чувство, что я умер, но по какой-то причине задержался в этом мире, все эти четыре года. А сейчас у меня есть цель, уничтожить “Проталий”, это поможет людям, которые стали мне близкими, и, возможно, даст человечеству шанс на нормальную жизнь.

– Человечеству? С каких это пор ты думаешь о людях? – Удивился Вадим.

– Не знаю. Наверное, “Исток” меня изменил. Я вижу, что стараются сделать ребята там, построить новое общество, которое будет жить другими ценностями и у них даже что-то получается. Может это позволит людям увидеть прошлые ошибки, осознать, насколько тупиковым и бесперспективным был путь развития до “Пурпурного”. Может Стив с Князевым создадут тот мир, в котором не будут насиловать и убивать девушек…

Марк замолчал. Вадим не решился продолжить разговор, видя, насколько сложно Сахарову даются воспоминания о сестре. Он пошел в трейлер, оставив Марка сидеть одного. Тимур с Михаилом еще спали, так что Воеводов тихо зашел в душ, не желая будить спутников.

* * *

– С такой техникой справитесь? – Спросил Рассел. Именно так звали уже знакомого чернокожего патрульного.

– Руль, коробка передач и три педали, что тут сложного. – Ответил Вадим, рассматривая предоставленный “Oshkosh”.

– Две педали, не путай его с “Хамви”. Здесь двигатель на четыреста лошадиных сил, усиленное бронирование, крупнокалиберный пулемет на турели, автоматический гранатомет и противотанковый комплекс “TOW”. Хорошая машина, жрет только прилично. Придется вам искать топливо по дороге, баков хватает на триста миль.

– Это четыреста восемьдесят километров. – Уточнил вслух Воеводов.

– Блин, забыл, что у вас метрическая система. Да, где-то так. У вас кто за стрелка будет? – Спросил Рассел.

– Тот который самый низкий, Тимур. – Ответил Вадим.

– Он по-английски говорит?

– Нет, но я переведу, а что? – Вадим подошел к броневику и открыл дверь. Салон просторный, намного удобнее чем в “Хаммере”.

– Вооружение у нас другое, он с такого наверняка не стрелял. Хоть покажу ему, что да как. – Рассел поспешил за Воеводовым.

– Да, лишним не будет. Что по оружию и экипировке?

– Уже все подготовили, вон в том ангаре.

– Ну так пойдем.

Несмотря на то, что идти всего метров пятьсот, Рассел забрался в “Виллис”, Воеводов вздохнул и нехотя сел рядом. После яркого солнца показалось, что в ангаре темно, как ночью, но глаза скоро привыкли и Вадим смог увидеть бесконечные стеллажи с оружием.

– Вот, собрали вам. – Рассел указал на широкий стол, заваленный штурмовыми винтовками, пулеметами и гранатометами.

– А можно я сам прогуляюсь? Посмотрю, что у вас есть. Может найду более подходящее для предстоящего задания. – Спросил Вадим.

– Да пожалуйста, будь как дома. Джош дал добро на полную свободу действий, так что развлекайся. – Рассел улыбнулся и оставил Воеводова.

* * *

Подняв облако пыли, тяжелый “Ошкош” остановился прямо напротив трейлера. Марк, заметив броневик через окно кухни и вышел на улицу.

– Хватай сумки из салона и тащи внутрь. – Скомандовал выбравшийся с водительского сидения Воеводов. – Будем разбираться с новыми “игрушками”.

– Наш новый транспорт? – Сахаров кивнул на “Ошкош”.

– Ага, американские друзья подогнали.

– Можно было и вертолет попросить? Федорович все-таки пилот, а не водитель. – Заметил Марк.

– Чтобы нас опять сбили? Спасибо, одного раза хватило. Лучше по земле поедем, так безопаснее и надежнее. Джош уже подогнал карту с самым безопасным маршрутом. В полночь выезжаем. – Вадим взял две увесистые сумки и направился в трейлер. Марк схватил остальные и пошел следом.

Войдя, Воеводов опустил тяжелую поклажу прямо на стол.

– Так, Тимур, разложи все стволы, достань коробки с патронами, броники в сторону, гранаты достань из упаковок, и начнем. – Сказал Вадим, принимаясь навешивать на шлемы ПНВ и инфракрасные визоры.

Через полчаса на столе в ряд аккуратно лежало все принесенное оружие. Тимур, Михаил и Марк расселись вокруг как на званом ужине и Воеводов принялся проводить ликбез. Поднимая каждый экземпляр, он описывал тактико-технические характеристики и объяснял все механизмы, после чего передавал оружие на изучение лично. Каждому досталось по штурмовой винтовке и пистолету. Марку так же перепала автоматическая снайперская винтовка Caracal, в угоду его предпочтениям. Тимур выбрал дополнительным оружием дробовик Benelli m4. Федорович предпочел взять ручной пулемет M 249 SAW, на случай если понадобится вести огонь на подавление. Воеводов оценил распределение, решив для себя выбрать самое мощное оружие из имеющихся – крупнокалиберную болтовку Barrett m107 под патрон 50 BMG. С такой можно поражать цель почти на два километра, как раз то, что нужно для предстоящей миссии. Пришедший чуть позже Рассел провел инструктаж по оборудованию броневика и с помощью Вадима в роли переводчика, обучил Тимура стрельбе из бортового вооружения.

Когда подготовка закончилась, солнце уже давно село за горизонт и воздух успел остыть. Тимур и Марк, уставшие от такого обилия информации, завалились спать. Михаил, по старой привычке, полез изучать агрегаты “Ошкоша”, сетуя на то, что слишком много новомодной электроники напихали. Воеводов позаботился о провизии на несколько дней, и тоже решил передохнуть перед дорогой.

22.34 по местному времени

07.34 по московскому

Тюрьма Коффилд

Штат Техас

Свет фонарей, разрезая темноту, осветил несколько тел, лежащих на полу среди луж запёкшейся крови. Прошло чуть меньше двух суток, но уже изрядно попахивает мертвечиной.

Высокий мужчина с короткой армейской стрижкой перевернул ботинком лежащий на земле труп и посветил фонариком.

– Что, Курт, допрыгался? – Сказал он бородатому мертвецу, словно тот его слышал. Удостоверившись в личности убитого, мужчина снял с разгрузки рацию. – Подтверждаю, Курт Макклири убит, визуально опознал.

– Принял, Крейг. – Ответил голос из динамика. – Все заключенные сбежали?

– Еще не знаю, до блока камер не добрался.

– Проверь камеру сто семнадцать, там находились русские.

– Понял. – Крейг повесил рацию обратно и обратился к стоящим рядом подчиненным. – Распределится по территории, все прочесать. Из компьютеров изъять жесткие диски, если найдете выживших, сразу в медэвак[1], потом расспросим. И будьте осторожны, можно нарваться на оставленные для нас “сюрпризы”.

Полсотни хорошо экипированных бойцов бросились выполнять команду, разбившись на мелкие группы и разделившись по коридорам здания. Крейг сверился с планом тюрьмы в планшете и направился к блоку камер вместе с четырьмя подчиненными. Остановившись напротив номера сто семнадцать, он посмотрел на лежащие на полу прожекторы и пустую камеру.

– Русских нет, скорее всего люди из ALA забрали их с собой. – Сообщил Крейг в рацию.

– Твою мать. – Выругался голос из динамика. – Необходимо их найти, иначе командование нам головы снесет. Поднимай ближайшие базы, бери столько людей, сколько понадобится. Хоть каждый камень в Техасе и Нью-Мексико переверните, но разыщите их.

– Что, если мне понадобится вступить в открытый бой с силами ALA?

– У тебя полный карт-бланш, делай все, что посчитаешь нужным.

– Принял. – Ответил Крейг с хищной ухмылкой.

7 декабря

00.11 по местному времени

10.11 по московскому

Аэропорт города Розуэлл

Штат Нью-Мексико

Тимур закинул последнюю сумку в салон броневика и забрался в кресло, пристегнув ремни безопасности. Михаил и Марк уже сидели рядом, готовые к выезду. Воеводов осмотрел трейлер, проверил полки, чтобы ничего не забыли и вышел к стоящему рядом военному внедорожнику.

– Уверен, что не хочешь взять с собой кого-то из моих людей? – Спросил стоящий рядом с “Ошкошем” Джош.

– Уверен. Я тебе уже говорил, что маленькой группой работать легче. К тому же не хочу нести ответственность за твоих ребят. – Ответил Вадим.

– Да брось ты, они все рвутся в бой, тем более после твоих новостей. Мы подозревали, что SRF имеет причастность к пандемии, а ты указал это напрямую. С трудом их сдерживаю. – Джош оперся на борт броневика. – Тем более если вам удастся уничтожить “Проталий”, то это фактически положит конец господству SRF в Штатах. Да что там в Штатах, это освободит людей по всему миру.

– Ты же понимаешь, что противостояние так быстро не закончится. – Вадим посмотрел на улыбающегося американца.

– Конечно, я же не дурак. Прекрасно понимаю, что начальство каждой резервации продолжит гнуть свою линию, решив заделаться плантаторами. Только мы все это уже проходили. Повторим Гражданскую Войну, тем более история на нашей стороне. Люди за свободу готовы идти на героические подвиги.

– Ты только учитывай, сколько тогда было населения, и сколько осталось сейчас. Смотрите не выведите всю вашу нацию под чистую. – Воеводов подошел к водительской двери.

– Не переживай, мы это тоже продумали. – Джош протянул Вадиму увесистую сумку. – Держи, там спутниковый телефон, мой номер вбит, звони если что. Еще положил планшет с навигацией, загрузили туда всю информацию, известную нам о расположении баз, блокпостов и фортов SRF. Береги его как зеницу ока, в случае если опять попадете в плен, уничтожь. Так же посчитал, что вам пригодится дрон, на случай если придется разведать территорию заранее. Твои ребята умеют с ним обращаться?

– Ты прямо как маленького учишь. – Ответил Воеводов, взяв из рук Джоша сумку. – Конечно умеют, у нас в России не каменный век.

– Простой рядовой говоришь? – Усмехнулся американец. – Где будете первый привал делать?

– Недалеко от города Брейди, округ Мак-Каллок.

– “Сердце Техаса”. Хороший выбор, удален от других городов, рядом нет баз SRF. – Одобрил Джош. – Ладно, не буду вас больше задерживать, вам еще ехать до утра. Выходи на связь регулярно, если сильно прижмет мы можем подскочить на выручку.

– Надеюсь, не понадобится. – Сказал Вадим, забираясь в кресло. – Бывай, “рядовой”.

“Ошкош” рыкнул шестилитровым дизелем и покатился в сторону выезда с базы. Ворота на КПП открыли заранее, охранники проводили, махая руками в след уезжающему броневику. Тимур с легкой грустью проводил взглядом проплывший в боковом окне забор. На базе он успел почувствовать себя в безопасности, а ближайшие дни о таком чувстве и мечтать не придется.

7 декабря

07.16 по местному времени

16.16 по московскому

Окрестности города Брейди

Штат Техас

Заехав на площадку автозаправочной станции, Вадим остановил броневик и осмотрелся.

АЗС явно навещали мародеры во время эпидемии. Выбитые окна и двери, через которые видно разворованные прилавки, асфальт усеян упаковками чипсов и пустыми пивными банками. Воеводов повернулся в салон и показал жестом Марку, чтобы готовился на выход. Тимур занял уже привычное место стрелка, Михаил пересел за руль.

– Проверим топливохранилища, дизель по любому должен остаться. – Воеводов выбрался из машины и вскинул автомат. Сахаров встал у капота “Ошкоша” и направил штурмовую винтовку на здание.

Воеводов добрался до края заправки и осмотрел парковку. Никого, только старенький Линкольн Таун Кар на сгнивших шинах с покрытыми пылью стеклами. Показав Марку, что собирается обследовать здание, Вадим вошел внутрь. Полный разгром. Вынесли все, что только можно, даже прилавок с очками и дорожными картами обчистили. За стойкой кассы на полу лежит скелет человека. Умер явно не от эпидемии, дыра в лобной кости от вируса не появляется, да и брезгуют насекомые мумиями инфицированных, а этот объели до белых костей. В туалете тоже никого, только толстый слой пыли и затхлый запах застоявшейся воды. Электричества нет, Но Вадим на это и не рассчитывал, заранее понимая, что придется попотеть с перекачкой. Уже более расслаблено Вадим вышел к броневику.

– Все тихо, можно вылазить.

Тимур выбрался первым, разминая затекшие от долгой дороги ноги.

– Туалет внутри есть? – Спросил Сахаров.

– Лучше за угол иди, там дико воняет. – Ответил Вадим, направившись к видневшимся люкам подземных цистерн.

На удачу заправка оказалась снабжена резервными ручными насосами для перекачки топлива, процесс займет намного меньше времени чем если бы качали небольшим ручным. Подогнав броневик ближе, Воеводов протянул шланг к бензобаку и принялся налегать на рукоять. Перекачав больше восьмидесяти литров, попросил вернувшегося из-за здания Марка сменить. Тимур в это время уже разложил на земле дрон и приготовился к запуску. Зажужжав винтами, коптер взмыл в небо и устремился в сторону города. Вадим встал рядом с Юлаевым и заглянул на экран.

Пустынные улицы, занесенные песком и мусором, даже привычных собак уже нет, скорее всего покинули вымершие города и ушли искать пропитание в другие места. Два квартала выгорели до тла, от зданий остались только обугленные кости каркасов. На каменном здании суда надпись “Бог покинул нас” размашистыми буквами.

– Можно проезжать, в городе никого. – Констатировал Воеводов и скомандовал погрузку.

7 декабря

17.16 по московскому времени

Город Новороссийск

Приоткрыв окно, Джавид подставил лицо под набегающий поток холодного воздуха и глубоко вдохнул. Все-таки прав был Марк, когда говорил, что дорога успокаивает, даже такая недолгая. За последнее время выбирался с базы очень редко, погряз в работе с головой, забыв о рейдовых вылазках, да вообще почти обо всем забыв, только Аня изредка отвлекала. А сегодня решил махнуть на все рукой и вспомнить то, чем занимался по началу – поисковые рейды. И словно опять почувствовал вкус к жизни, если можно так выразиться. Все-таки кататься по складам, торговым центрам, военным базам ему нравилось больше, чем возиться с бумажной работой на складах.

– А ты чего это сам решил поехать? – Спросил сидящий за рулем Денис, мужчина лет пятидесяти, один из командиров поисковых отрядов.

– Да просто, засиделся немного, решил тряхнуть стариной. – Ответил Кочарян.

– Стариной, ну ты и скажешь. – Усмехнулся Денис. – Тебе сколько лет то?

– Двадцать два года, скоро двадцать три будет, в феврале. – Джавид посмотрел на здания вдоль. – Давно здесь не был. Вы уже весь город объездили?

– Почти. Все равно еще много чего можно найти. Новороссийск – главный южный порт. Сюда суда со всего мира корабли шли. Куда не плюнь, в склад какой-нибудь попадешь. Пока их все облазаем не один месяц пройдет.

– А мне потом все это декларировать и сортировать. – Вздохнул Кочарян.

– Да нам всей территории “Истока” не хватит, чтобы все распределить. – Усмехнулся Денис.

– Тогда будем строить новые склады.

– Ага, без электричества мы много чего построим. – Тон мужчины резко сменился.

– Ничего, Стив с ребятами что-нибудь придумают. Вон на ТЭЦ каждый день инженеры ездят, скоро, наверное, запустят.

– Запустить то это одно, а сколько времени займет отключить все ненужные линии. Большую часть то можно на самой станции, а вот по ветке, которая на Текос идет, надо на каждой подстанции вручную отключать.

– А что нам остается? – не выдержал Джавид.

– Ну до этого же было все хорошо? Куда этот ваш Лесной делся? Странно это все, что улетел он так. – Денис задумчиво посмотрел на дорогу.

– Сколько нам еще ехать? – решил сменить тему Кочарян.

– Судя по навигатору, почти приехали. – Мужчина указал точку на дисплее прибора.

Джавид посмотрел на монитор, и заметил, что точка, показывающая их местоположение, движется в сантиметре от нарисованной дороги.

– А почему он показывает, что мы по домам едем?

– Не знаю, с утра такое началось. Сбоит что-то, при чем у всех так. – Ответил Денис.

– Странно, так обычно показывает, когда прием сигнала плохой. Надо будет Стиву сказать. – Джавид достал из кармана смартфон и сделал заметку.

7 декабря

10.42 по московскому времени

19.42 по местному

Окрестности города Сан-Маркос

штат Техас

“Ошкош” катил по дороге не спеша, объезжая выбоины и мусор. За рулем – Федорович, сменил Воеводова еще в Брейди, и, как оказалось, вовремя. На подъезде к городку Ллано нарвались на две патрульные машины SRF, только реакция Воеводова и умение Тимура обращаться с турельным пулеметом, позволили выйти из этой встречи без потерь. Полчаса убили на то, чтобы оттащить машины с дороги и сжечь вместе с телами, забрав трофейные стволы и патроны. После стычка Вадим приказал на участках без прямой видимости выпускать вперед дрона, для разведки обстановки, чем Марк и Тимур поочередно занимались.

В Остин и Сан-Антонио решили не соваться, большие города и слишком велика вероятность встретить там противников. Дорога через Сан-Маркос проходила в стороне от главных шоссе, по большей части грунтовая, пролегающая через холмы, поросшие редкими деревьями. Дальше путь пролегал севернее Хьюстона, перегораживающего путь по побережью.

За окнами начали мелькать невысокие постройки пригорода. Михаил выбрал объездную дорогу, чтобы не соваться в сам город. Помимо причины вероятного столкновения с противником, засевшим в городской местности, ни Вадим, ни команда не горели желанием посещать любое поселение, уж слишком мрачная и давящая атмосфера. С виду простые дома, только когда осознаешь, что каждый из них это последнее пристанище его хозяев, то становится не по себе. И когда тебя окружают такие вот “склепы” то перестаешь думать о любой угрозе.

Слева показалась вывеска заправочной станции. Хоть в баках и оставалась еще половина, но Вадим все равно решил заехать и дозаправиться. Обследовали АЗС уже по отработанной схеме: Воеводов идет в разведку, Марк прикрывает от капота, а Тимур на пулемете. Но и эта заправка, так же, как и предыдущая, оказалась безлюдна и заброшена. Мародеры или не успели добраться, или просто забыли про АЗС на отшибе, но почти весь товар остался на полках маленького магазинчика.

Пока Вадим с Тимуром колдовали над насосом, Марк, держа автомат наготове, заприметил невысокую католическую церковь через дорогу. Здание выглядит совсем не тронутым: почти не замутненные пылью окна с целыми стеклами, белая краска на фасаде, аккуратные запертые двери. Марк сам не понял почему, но ему очень захотелось сходить и проверить эту церковь.

– Вадим, я отлучусь на две минут? – Спросил он в рацию.

– Куда это ты собрался? – Буркнул Вадим, не переставая крутить насос.

– Через дорогу. Увидел интересное здание, хочу проверить. – Ответил Марк.

– Любопытство приводит к плохим последствиям, или на мину наступишь или пулю в лоб получишь. Оставайся на карауле. – Воеводов оставался непреклонен.

– Я проверил с дрона всю округу, ни души, даже кошек нет. Растяжки проверять я умею. – Не унимался Сахаров.

– Вадим, да отпусти его. Засиделись пацаны уже. Ничего страшного не случится, он же здесь, через дорогу, метров десять всего. Я за него посторожу. – Заступился Федорович.

Воеводов ничего не ответил, лишь бросил на Марка недовольный взгляд, который тот расценил как разрешение.

Перейдя через узкую асфальтированную двухполоску, Марк подобрался к церкви. Осторожно осмотрев периметр, Сахаров подошел к чуть приоткрытой двери. Растяжек и мин нет, створка слегка качается на ветру. Изнутри доносится тихое женское пение и стойкий запах застарелых кожаных вещей. Уже предполагая, что ждет внутри, Марк приоткрыл дверь и вошел.

Все лавки заняты мумиями, сидящими в позе прихожан на службе. Высушенную вирусом кожу скрывает аккуратная одежда, под стать службы. Женщины, мужчины, дети. Между рядами ходит пожилая негритянка и тихо напевает какой-то госпел. Она подходит к каждой застывшей фигуре и поправляет одежду, стряхивает пыль, при этом разговаривает словно с живыми. Она не заметила открывшейся двери и вошедшего Сахарова, или просто проигнорировала, продолжая расспрашивать у мумии в мужской одежде, как прошел день.

– Эй, миссис? – Вспомнил обращение на английском Марк.

Но женщина не ответила, обратившись к соседней мумии, облаченной в красивое платье и спросив, как поживают ее сорванцы. Сахаров развернулся и пошел обратно к броневику. Дозоправку уже закончили, Вадим стоял рядом с водительской дверью и сурово смотрел на приближающегося Марка.

– Ну что, помолился? – Спросил он.

– Там выжившая и полная церковь умерших от эпидемии. Может мы можем ей помочь?

– Что она там делает? – Воеводов посмотрел на двери прихода, стараясь увидеть происходящее внутри.

– Разговаривает с мертвыми, они все сидят так, словно пришли на службу, в одежде. – Ответил Марк.

– Скорее всего она их и рассадила. Залезай, ехать пора. – Вадим забрался на пассажирское сидение и захлопнул дверь.

– Мы ее там оставим? – Сахаров подбежал к открытой задней двери и заглянул в салон.

– А что ты предлагаешь? Взять ее с собой? Во-первых, с нами далеко не безопасно. Во-вторых, если она ведет беседы с трупами, значит с головой у нее явно не все в порядке. Не знаю, посттравматический шок или еще что похуже. В-третьих, мы сейчас заботимся о выживании всего человечества, и рисковать этим ради одного индивида – очень тупо. Так что не спорь и залезай в броневик. И вообще, с каких это пор ты стал таким заботливым?

Марк молча забрался на свое сидение и пристегнул ремни безопасности. “Ошкош”, оглашая окрест рокотом двигателя, покатился к дороге. Посмотрев на здание церкви в окно, Сахаров задумался о последнем вопросе Вадима. Действительно, что в нем изменилось, что он начал переживать за абсолютно незнакомых людей, хотя совсем недавно хотел убить каждого.

[1] Медэвак – машина медицинской эвакуации.

Глава 3

7 декабря

20.56 по московскому времени

База “Исток”.

Застегнув молнию куртки под самый подбородок, Стив вышел на площадку перед административным корпусом и посмотрел на ночное небо. Тучи плотные и низкие, похожие на снежные, но они не должны настолько забивать сигнал. Смотря в экран GPS-навигатора, он начал нарезать круги, смотря то на небо, то в устройство и тихо ругаясь.

– О, Прайс, а ты что здесь бродишь? – Удивился Сталюков, заметив Стива с крыльца.

– Похоже у нас проблемы. – Не отрывая взгляд от навигатора, ответил Прайс.

– В смысле проблемы? Куда еще больше? – Роман поспешил подойти и рассмотреть, чем так занят Стив.

– Часть спутников геопозиционирования отключилась. Может, просто сигнал пропал, а, может, вообще вышли из строя. – Пробубнил Прайс.

– Как такое возможно?

– Лесной об этом предупреждал. Именно для этого он и летел в Германию. – Стив остановился, тяжело вздохнул и сел на лавку. – Недавно произошла сильная вспышка на Солнце, а солнечный ветер и магнитные помехи губительны для спутников. Они летают на геостационарной орбите и могут ее придерживаться несколько лет, но это если нет внешних воздействий, как раз таких как солнечная активность. Раньше этим занимались различные центры управления полетов, они корректировали орбиты и контролировали работу сателлитов, а сейчас это делать некому.  Ты просто представь, сколько их летает вокруг земли! Около шести тысяч, и стоит им сбиться со своих маршрутов, как столкновения обеспечены.

– И чем это грозит? – Поинтересовался Сталюков.

– Тем, что скоро мы можем остаться без спутниковой связи и навигации. – Ответил Стив.

– Подожди… Блин! А как же мы ракету тогда запустим? У них точное наведение по GPS координатам идет. Она так может и на двести-триста километров мимо упасть.

– Так ребята же поехали специально, чтобы ее навести.

– Да, но они как раз точную геопозицию и пришлют, и по этим данным будет производиться запуск. А если спутники нормально не работают, то погрешность будет слишком большой. Там важна точность, у ракеты скорость сумасшедшая и малейший сбой может привести к промаху.

– И что ты предлагаешь делать? – В конец разочарованным голосом спросил Стив.

– Пока не знаю, надо подумать. Хочу переговорить с Серго, может он что-то посоветует.

– Думаешь, он в этом разбирается?

– Именно Абухба отвечал за ракетное вооружение. За то время, что он провел на базе, сто процентов поднатаскался. – Ответил Роман.

– Необходимо решить это как можно быстрее. Воеводов с ребятами уже двигаются к Новому Орлеану, скоро уже будут у “Проталия”. Они там своей шкурой рискуют, а мы не сможем нанести удар в нужный момент.

Роман молча кивнул и отошел в сторону достав из кармана спутниковый телефон. Посмотрел с опаской на экран, но сигнал пока еще приемлемый. Набрал номер Серго.

– Алло, привет, это Рома.

– Привет. Как вы там? Что от Воеводова слышно?

– Это потом, у нас тут неприятные новости и срочно нужен твой совет. Сегодня обнаружили, что часть спутников GPS вышли из строя, из-за чего точность навигации сильно упала…

– Это не просто неприятные новости, – перебил Абухба. – А катастрофические. Как мы “Сармат” запустим? У нас ни самолетов разведки над точкой удара нет, ни центра управления.

– Вот и я о том же. Есть еще какой-нибудь вариант сброса ядерного заряда?

– Да, только непосредственный. Если подвесить авиационную бомбу, а не баллистической ракетой. – Ответил Серго.

– А сколько они весят?

– От нескольких сотен килограмм до нескольких тонн.

– Хм… Надо подумать, мы до Мексиканского залива только на конвертоплане сможем добраться, но у меня опыта не так много, как у Федоровича и в случае аварии летательного аппарата мы не сможем перенести такую дуру. Есть что-нибудь менее массивное?

– Так, ну артиллерийские снаряды, но там тактический заряд, где-то в килотонну, этого мало для базы в двести тысяч. Самый оптимальный вариант – это ядерная мина, у нее и мощность регулируется и можно установить дистанционный взрыватель.

– А ее будет достаточно для уничтожения “Проталия”?

– Вполне, эквивалент может быть в двадцать пять килотонн, а это больше чем сбросили на Хиросиму и Нагасаки. Да и килотонны сейчас не те, что были раньше.

– Понял, тогда срочно займись этим. Если нужны люди, я пришлю. Держи меня в курсе происходящего. – Роман положил трубку и вернулся к Стиву.

– Что он сказал? – Спросил Прайс.

– Подтвердил наши догадки. – Сталюков опустился на лавку и потер замерзшие руки. – Какая скорость у конвертопланов?

– Девятьсот, максимум – тысяча километров в час, а что?

– А у “Сармата” двадцать пять, долетел бы быстро… Если Вадим даст сигнал к запуску, то лететь нам часов одиннадцать по самом скромным расчетам, а это очень маловероятно. Слишком долго. Им до Орлеана осталось не так много, если взять запас на поиски судна, то максимум за полутора-двое суток они управятся. – Роман задумчиво посмотрел вдаль. – Надо вылетать завтра. Как только Серго подготовит наш “сюрприз” сразу стартуем.

– Я лечу с тобой. – Отчеканил Прайс.

– Я и не возражаю. Ты как никто знаешь конструкцию конвертоплана, знаешь английский и вообще, соображаешь отлично.

– Тогда надо сказать Князеву о наших планах и уже собираться.

– Ох и бомбить же его сейчас будет… – Роман покачал головой.

7 декабря

21.42 по местному времени

06.42 по московскому

Город Вудвилл

Штат Техас

Накрыв броневик тентом для бассейна, Вадим отошел на несколько метров и посмотрел на проделанную работу. Никаким БПЛА не заметят даже с инфракрасным визором. Удалось втиснуть огромный “Ошкош” в гараж частного дома, владелец был любителем массивных пикапов, как раз именно такой Ford F-650 пришлось выгнать на дорогу, чтобы освободить место.

Решили сделать ночной привал почти на границе между штатами. Городок выбрали маленький и неприметный, чтобы не привлекать внимание патрулей SRF, от которых успешно удавалось уходить весь день с помощью дрона. Подходящий дом искали долго, час минимум, почти во всех строениях спального микрорайона натыкались на тела умерших от вируса, но именно этот оказался пуст. Двухэтажный, с солидными стенами из кирпича и камня, в отличие от деревянных “соседей”. В выходящем на дорогу окне второго этажа организовали наблюдательный пост, расположив на столе пулемет и снайперскую винтовку. Тимур притащил кресло и журнальный столик, соорудив место для оператора дрона, который решили гонять постоянно над районом, благо запасных аккумуляторов хватало. Федорович быстро сообразил горячей еды, спальные место определили прямо в соседней с наблюдательным пунктом комнате.

Еще раз проверив не светится ли горячий двигатель броневика через тент и ворота  в инфракрасном спектре, Вадим со спокойной душой зашел в холл первого этажа и закрыл за собой дверь. Опустившись на колени, он протянул стальную проволоку к прикрепленной на косяке гранате, попробовал натяжение и зашагал наверх по лестнице.

– Народ, не забываем про растяжки на всех дверях. Не хватало чтобы вы еще подорвались.

– Хорошо. – Ответил Тимур, не отвлекаясь от монитора управления дрона.

– У меня они уже на подкорке, я вообще каждую дверь на них проверяю. – Марк положил в сторону ПНВ и поднял тарелку, курица с яичной лапшой и овощами из армейского сухпайка, любезно предоставленного ребятами из ALA.

– Налетай. – Михаил протянул еще одну порцию. – Это конечно не Ирина стряпня, но утолить голод чем-то горячим сойдет.

– Спасибо. – Вадим взял тарелку и опустился в кресло. – Марк, потом смени Тимура на дроне, я у окна покараулю. Через три часа мы вас разбудим. Выезжаем с рассветом.

– Осталось всего пятьсот километров. – Словно самому себе сказал Сахаров.

– Это если по самому короткому пути. Мы поедем через Алегзандрию и МакКомб, чтобы не тащиться через Лафайетт. Заедем в Орлеан с севера. Завтра к вечеру уже будем на месте. – Вадим умял полную тарелку всего за несколько секунд.

– А мы знаем какое судно искать, или так, на удачу? – Спросил Тимур.

– Джош подсказал, что прямо перед “Пурпурным” в Орлеан на ремонт перегнали катер береговой охраны “Мановар”, именно он нам и нужен. Хороший запас хода в тысячу семьсот километров, приличная скорость и два пятидесятимиллиметровых Браунинга на вооружении. – Ответил Вадим.

– А сколько до “Проталия”? – Поинтересовался Сахаров.

– Судя по карте почти девятьсот километров, где-то восемнадцать-двадцать часов ходу, зависит от волнения на воде. – Ответил Воеводов.

– А ты такими управлять умеешь? – спросил Тимур.

– Именно таким не приходилось, но суть у них у всех одинаковая, разберемся. Ладно, я пойду свяжусь с нашими.

8 декабря

7.01 по московскому времени

База “Исток”.

Опустив на металлический пол конвертоплана тяжелый ящик с запасными батареями, Прайс сел в кресло и вытер пот со лба. Подготовка к вылету хоть немного позволяла отвлечься от депрессивных мыслей и придавала надежды, что еще не все кончено. Немного терзала совесть, вроде только договорились с Милой о терапевтических беседах, как он тут же решил улететь с базы, лишь бы она не приняла это на личный счет.

Зазвонил спутниковый телефон. Прайс, словно ожидавший звонка, достал аппарат из кармана.

– Да Вадим, привет. Я как раз собирался тебе звонить.

– Привет, Стив. Мы остановились в Вудвилле на границе Техаса. До Орлеана осталось пятьсот километров.

– Я там бывал проездом, когда в Бомонт ездил с родителями. Как вообще дорога? – Спросил Стив, выходя из конвертоплана.

– Нервно, очень много патрулей SRF на дороге. Спасает только дрон, постоянно гоним его впереди, из-за чего продвигаемся медленнее. У вас там как?

– Хм… Мы вылетаем к вам. Я и Сталюков.

– В смысле вылетаете? Я команды не давал, слишком рано.

– Непредвиденные обстоятельства. Вы там еще не заметили, что точность GPS сигнала сильно упала? – Прайс посмотрел в небо, словно мог увидеть навигационные спутники.

– Нет, пока не замечали. – Ответил Воеводов.

– Скоро заметите. У нас уже большие погрешности в позиционировании. Как раз над этим Лесной и работал, когда разбился, пытался исправить, но не успел. Именно из-за этого не удастся запустить баллистическую ракету, и мы с Романом решили вылететь к вам на конвертоплане. Произведем сброс с высоты и вас за одно эвакуируем.

– Как вы к нам доберетесь? Над территорией США лететь очень опасно, у Ромы нет такого летного опыта как у Федоровича. – Возразил Воеводов.

– Поэтому мы полетим над Атлантикой. Ваш конвертоплан хорошо зарекомендовал себя в полете, они вполне способны преодолевать такие большие расстояния на одном заряде. Погода на восточном берегу России, как ты сам знаешь, не очень предрасполагает к полетам. Залетим со стороны океана, вы как раз уже будете в “Проталии” и проведет разведку. Заберем вас и сбросим заряд.

– Как вы его решили подвесить к конвертоплану? Это же большой перегруз.

– Решили использовать модифицированную ядерную мину с дистанционным детонатором. Просто сбросим ее с конвертоплана и взорвем в воздухе, у нас хватит скорости уйти от ядерного взрыва.

– Блин, Стив, это все слишком поспешно и сумбурно. – Вздохнул Воеводов.

– Я понимаю, но у нас сейчас нет ни времени, ни возможности придумать что-то лучше. Это единственный шанс уничтожить “Проталий” и вытащить вас. Если мы доберемся раньше, то просто приземлимся на каком-нибудь острове неподалеку и будем ждать сигнала.

– Когда вы собрались вылетать?

– Сегодня ночью. Ждем, пока Абухба подготовит заряд.

– Нам нужно будем время найти необходимый катер и добраться до “Проталия”. По моим прикидкам послезавтра в середине дня уже достигнем цели.

– Отлично. Мы примерно к этому времени и прилетим.

– Прайс, будьте осторожны. Ты же понимаешь, что если вы разобьетесь или вас собьют, то вся наша миссия полетит коту под хвост, мы здесь застрянем, а “Исток” лишиться своего “мозга” и начальника безопасности. Это непомерный риск.

– Мы понимаем, но другого выхода нет. Передавай привет ребятам, скоро увидимся.

– Берегите себя.

7 декабря

22.07 по местному времени

07.07 по московскому

Город Вудвилл

Штат Техас

– Стив с Ромой вылетают за нами. – Сказал Вадим, вернувшись в комнату и сев на кресло.

– Да ладно? – Тимур подскочил в кресле, моментально забыв про дрона, но вовремя спохватился и коптер не успел разбиться.

– Да. Когда прибудем к “Проталию” с ними встретимся. Начались сбои навигации и “Сармат” запустить не получится, они везут с собой заряд, чтобы сбросить его с воздуха.  – Ответил Вадим.

– Отлично, значит мы сразу отсюда уберемся и не надо будет искать способ добраться до дома. – Тимур оживился.

– Рано радуешься, им еще долететь надо. – Сказал Михаил помрачневшим голосом. – Ромка способный ученик, но преодолеть такое расстояние… Ох, теперь нервничать постоянно.

Будем надеяться, что их полет пройдет удачнее нашего. – Вадим встал и подошел к Сахарову, слушающему разговор с безэмоциональным лицом. – Марк, смени Тимура. Тим и Миша, идите спать, через три часа разбужу.

8 декабря

00.12 по местному времени

09.12 по московскому

Город Вудвилл

Штат Техас

– Тим, просыпайся.

Юлаев открыл глаза и увидел сидящего перед ним Сахарова, показывающего жест “молчи”.

– Что случилось? – Прошептал Тимур.

– Буди Федоровича, надо сваливать. – Ответил Марк, на цыпочках выбираясь из комнаты.

Растолкав Михаила, Тимур спешно натянул каску и бронежилет, терзаемый нервирующей безвестностью. Выйдя в соседнюю комнату, он увидел Воеводова со снайперской винтовкой, напряженно вглядывающегося в прицел.

– Что там? SRF? – Спросил Тимур.

– Нет, группа людей, судя по одежде и оружию гражданские.

Юлаев поднял со стола бинокль и пристроился рядом с Вадимом. Через четыре квартала по улице двигалась толпа в сорок-пятьдесят человек. Мужчины, женщины и старики. У каждого или штурмовая винтовка, или дробовик, кто-то несет над головой самодельный факел, у некоторых в руках пузатые пластиковые баклажки. Впереди процессии шествует сухой старик с длинной засаленной бородой. От толпы изредка отделяются люди и устремляются к домам вдоль дороги. Вскоре после этого дом начинает полыхать как сухая щепа в костре. Весь квартал позади идущих уже озарен огнями пожаров, превращая уютную когда-то улочку провинциального городка в инфернальные декорации апокалипсиса.

– Что они делают? – Удивленно спросил Юлаев.

– Это ты у них спроси. – Ответил Воеводов.

– Вадим, броневик готов. – Сахаров подкрался незаметно, но Вадим даже не вздрогнул.

– Все вниз, грузимся и сваливаем отсюда. – Воеводов всучил Марку снайперскую винтовку, сам подхватил пулемет и бросился вниз по лестнице.

В гараже уже ждал Федорович, открыв двери “Ошкоша” и сразу ринувшись помогать Тимуру и Сахарову загрузить поклажу в броневик. Пока загружались, Вадим быстро сбегал, оценил обстановку на улице в гостиную и вернулся.

– Заразы, быстро идут. Три дома до них осталось.

– Как вы их прозевали? – Спросил Тимур, устраиваясь в кресле стрелка.

– Да никак, сначала просто пара человек по улице шла, из далека видно, что гражданские, даже без оружия были. Дрон был в другой стороне, пока его подогнали, они уже, как муравьи, со всех сторон повылазили и начали дома жечь. – Ответил Сахаров.

Снаружи послышался крик. Идущий во главе толпы старик истошно завопил что-то на английском.

– Что он кричит? – Спроси Федорович.

Вадим высунулся из броневика и прислушался, затем сел обратно и захлопнул дверь.

– Фанатики чертовы, мол, надо сжечь всех мертвецов, вся земля покрылась скверной “Пурпурной чумы”. Надо очистить мир и все в таком духе. Так, – Вадим повернулся к Михаилу. – Выносим ворота и сразу по газам, их оружие нашу броню никак не возьмет. Пока не свалим из города, скорость не сбавляй. Тим, как выедем, дай очередь из пулемета у них над головами, чтобы сильно не борзели. Все готовы? Тогда погнали.

Федорович завел двигатель и вдавил педаль газа. Тяжелый броневик снес рулонные ворота гаража как картонный детский домик. Толпа фанатиков, ошарашенные грохотом и появлением военной машины, бросилась в рассыпную, только старик подхватил свою потертую винтовку со скобой Генри и пальнул. Пуля звякнула по левому переднему крылу, оставив лишь царапину. “Ошкош” вывернул с подъездной дорожки на асфальт, заложив крутой вираж. Тимур, не дожидаясь приказа, развернул турель в сторону толпы. Загрохотал пулемет, выплевывая свинцовый шторм прямо над головами разбегающихся. Кроме старика никто не стал стрелять, больше заботясь о собственной шкуре, чем о фанатичных идеях, унося ноги от грозной машины.

Вадим, бросая взгляд в зеркало заднего вида, как заправский штурман сообщал Федоровичу маршрут.

– Свалили… Блин, лишь бы они с SRF не работали, а то спалились мы по полной. – Сказал в слух Воеводов.

* * *

Остановились, только попав в Луизиану, недалеко от города Лисвилл. Федорович заметил знак у дороги “Auto repair shop” с говорящим символом рожкового ключа и силуэта автомобиля, под которым висела табличка, указывающая на грунтовый съезд и расстояние в одну милю. Свернув, проехали до затерявшегося среди деревьев старенького железного ангара с проржавевшей кровлей, перед которым доживали свой век несколько пикапов, успевших застать период Второй мировой войны. После того как Воеводов с Марком обследовали территорию, загнали “Ошкош” в ангар и накрыли его брезентовым тентом, найдем тут же. Вадим распределил смены, но ни он, ни Марк еще долго не могли уснуть после встречи с фанатиками.

8 декабря

14.47 по московскому времени

База “Исток”.

Прайс пробежался по списку и посмотрел на составленные в багажном отделении конвертоплана коробки. Вроде все загрузили, но противное чувство “ты-сто-процентов-что-то-забыл” не давало успокоиться. Оружие, патроны, гранаты, рационы питания, медикаменты, дроны, теплая одежда, запас воды, маскировочная сеть, рации, несколько спутниковых телефонов. Вроде все на месте, но все равно ощущение, что чего-то не хватает.

Из далека донесся шум подъезжающего автомобиля. Стив выглянул из летательного аппарата и увидел припарковавшийся на площадке возле ангара внедорожник, из которого вылез Серго.

– Я смотрю, вы уже на чемоданах? – Спросил Абухба, подойдя ближе. – Привет.

– Привет. Фактически тебя только и ждем. – Прайс пожал крепкую руку абхаза.

– Тогда принимайте подарочек. – Серго открыл багажник и показал на металлический ящик, выкрашенный в зеленый цвет.

– Тяжелый? – Спросил Стив.

– Без тары килограмм пятьдесят весит, один человек может поднять. – Абухба ухватился за ручку и кивнул Прайсу, чтобы тот брался за другую.

Вдвоем вытащили ящик из машины, немного ободрав краску с бампера и занесли по погрузочной рампе. Серго открыл замки и откинул крышку. Внутри лежал стальной цилиндр защитного зеленого цвета, больше похожий на домашний автоклав. Рядом с ним в специальной нише располагался аппарат, напоминающий первые мобильные телефоны с длинной антенной.

– Смотри, сначала выкручиваешь вот эти две штуки, потом вот эту крышку, под ней ключ постановки на боевое положение. Это, пульт дистанционного подрыва. Можно поставить таймер, можно взорвать по кнопке. Мощность выставили максимальную – двадцать пять килотонн. Пока бомба не взведена, хоть что с ней делай, не взорвется, и радиации от нее нет. Будет излучать только если сильно взрывом покорежит и разрушит защитную оболочку, надеюсь, что этого не случится. – Объяснил Абухба.

– На какой высоте ее лучше всего взрывать, чтобы достичь максимального эффекта?

– Метров сто-двести. Вам тяжело будет определить расстояние до земли с высоты, по этому лучше воспользуйся формулой определения скорости свободного падения, рассчитай и выстави таймер, так будет вернее.

– Понял. – Стив вздохнул и еще раз посмотрел на бомбу. Вроде небольшой и безобидный бочонок, но какой разрушительной силой он обладает. Такой очень легко спрятать где угодно, никто даже не обратит внимания, а, приведенный в действие, он легко сотрет средний город с лица Земли.

– Блин, – перебил мысли Прайса Серго. – Может с вами полететь?

– Тебе лучше остаться здесь, в “Истоке”, заменить Рому на посте начальника безопасности. – Ответил Стив.

– Тоже верно, только тяжело мне будет на месте сидеть, зная, что вы там судьбу мира решаете.

– Здесь она решается не меньше, поверь.

8 декабря

6.14 по местному времени

15.05 по московскому

Город Лисвилл

Штат Луизиана

Ночь в автомастерской прошла спокойно. Навещали только местные еноты и семейство нутрий, забредшие на территорию в поисках пищи. С рассветом воздух, тяжелый от влажности, наполнился криком птиц и стрекотом насекомых. Марк обследовал окрестности с дрона, но кроме проснувшихся аллигаторов в прилегающих болотах, да шныряющих по придорожным канавам койотов никого не заметил.

Пока Вадим сверялся с картами и отмечал точки маршрута, Федорович вскипятил воды и сделал кофе, замечательно залетевшее вместе с протеиновыми батончиками и сухофруктами.

– Последний рывок и мы в Орлеане. – Сказал Вадим, прожевав батончик. – В городе надо быть максимально осторожными. Заедем с севера, через МакКомб, далее едем на Иден Айл и по мосту попадаем в восточный Орлеан, район Мичауд, где и расположена база береговой охраны, садимся на корабль и через озеро Борн уходим в Мексиканский залив.

– Мичауд? Это не там ли находится печально известная база NASA, которую во время “Катрины” разрушило? – Спросил Федорович, складывая газовую горелку и кружки в рюкзак.

– Именно там. – Ответил Вадим.

– Ракетные двигатели там собирали. Опасное предприятие, куча ракетного топлива. NASA тогда потеряли просто сумасшедшие деньги, вложенные в производство. – Вздохнул Михаил так, словно сам инвестировал в американское космическое агентство.

– Я предлагаю замаскировать броневик в пригороде, а не ломиться на нем по улицам, уж больно он приметный. Двое остаются на охране, двое двигают к верфи, находят корабль, сообщают, и оставшиеся выдвигаются к ним уже на броне. – Вадим проигнорировал грустное замечание Михаила.

– Поддерживаю. – Согласился с планом Марк. Тимур молча кивнул.

– Тогда не будем тянуть. Грузитесь и выдвигаемся. – Вадим закинул на плечо спальный мешок и пошел к “Ошкошу”.

8 декабря

18.03 по московскому времени

База “Исток”.

Пристегнув ремень безопасности, Стив посмотрел на освещенное прожекторами конвертоплана взлетное поле, словно прощаясь с твердой поверхностью.

– Ну что, готов? – Спросил Сталюков, нажав на кнопку, поднимающую погрузочную рампу.

– Нет, но что поделать. – Прайс глубоко вдохнул и задержал дыхание на несколько секунд.

Одно дело проектировать летательные аппараты, следить за их постройкой на конвейере, а, совсем другое, летать на них. Когда ты видел весь процесс создания от балок каркаса и паутины проводки в остове, до установки двигателей и обшивки, то теряется вся магия. Досконально знаешь устройство, принципы работы и понимаешь, что стоит паре механизмов дать сбой и все, ты летишь с сумасшедшей высоты в железной болванке на встречу с землей. Если бы он так же знал конструкцию самолетов, то вряд ли бы осмелился на трансатлантические перелеты. Но сейчас выбора просто нет, надо лететь, затолкать все свои страхи куда поглубже и просто довериться своему же детищу. Почти двадцать часов в воздухе это не шутка, и половина из них пройдет над бесконечными водами Атлантики, где нельзя приземлиться, что-то починить, подлатать. Как прыжок с парашютом, когда не знаешь, откроется ли купол в нужный момент или нет.

– Надеюсь погода будет на нашей стороне. – Роман поднял рычаг тяги двигателей и винты засвистели громче. Корпус конвертоплана чуть качнулся и оторвался от поверхности.

8 декабря

19.42 по местному времени

22.42 по московскому

Город Кашкайш

Испания

Шасси конвертоплана коснулись пожелтевшей и высохшей травы на бывшем поле для гольфа. Садились в полной темноте, по лидарам и приборам ночного видения, соблюдая световую маскировку, даже несмотря на то, что в радиусе трех километров не обнаружили ни одной живой души.

– Я быстро осмотрю все агрегаты, проверю батареи и стартуем, хорошо? – Спросил Прайс, отстегивая ремни безопасности.

– Не торопись, время у на еще есть, спешить некуда. Воеводов с ребятами только через пару часов доберутся до Орлеана. Пока найдут судно, пока загрузятся, пока доплывут. Не меньше полутора суток, а нам лететь всего тысяч семь, даже если не на максимальной скорости, это часов десять. – Ответил Сталюков, сняв шлем.

– Может тогда переночуем здесь? Включим радары, на километр никто не подойдет. – Стив посмотрел на сплошную тьму за лобовым стеклом. – Да и успокоиться мне немного надо.

– Нервничаешь?

– Слабо сказано. Надо преодолеть огромное расстояние над водой, права на ошибку нет, а после случая с реактором я очень сильно сомневаюсь в своих способностях. Переживаю, что что-нибудь сломается и мы разобьемся. Тогда и “Проталий” не уничтожим, и ребята застрянут в Штатах, и опять из-за меня.