Читать книгу: «Путь к трону. Книга 1. Ультарисы. Том 3»

Пролог

В предместье замка Нуриэл, где люди жили в другом ритме и подчинялись не столько законам короля, сколько древним обычаям и верованиям, стоял небольшой дом на окраине маленького городка. Он ничем не выделялся среди прочих: те же серые стены, та же черепичная крыша, тот же палисадник с цветами. Но местные обходили его стороной — слишком уж часто по вечерам в окнах мерцал странный зеленоватый свет, а из приоткрытой двери доносились шёпоты и перезвон таинственных амулетов.

Говорили, что в этом доме живёт гадалка — женщина с зелёными глазами и голосом, похожим на шелест листвы. Одни называли её предсказательницей, другие — колдуньей. Но когда беда стучалась в дверь, даже самые суеверные находили путь к её порогу.

В тот вечер воздух был тяжёлым, предвещавшим бурю. В доме гадалки горел огонь в очаге, а на столе дымились травы, распространяя терпкий аромат. Хозяйка сидела у окна, перебирая старые карты с выцветшими символами, уже ожидая гостя. Дверь привычно скрипнула, и в помещение вошёл человек в чёрном плаще. Капюшон скрывал его лицо, но в глазах сверкнула бездна. Длинные, бледные пальцы сжали край стола, а губы прошептали:

— Ты знаешь, зачем я здесь? — прозвучал низкий и ровный голос.

— Знаю, — ответила гадалка, не отрывая взгляда от огня. — Маркиза Генриетта придёт ко мне завтра. Ты хочешь, чтобы я нагадала ей то, что нужно тебе?

Мужчина слегка склонил голову.

— Да. Она должна услышать пророчество. Такое, что заставит её колебаться. Сомнение — вот ключ. Если она выберет любовь — потеряет ребёнка. Если сохранит дитя — принц Генри отвернётся от неё навсегда.

Гадалка медленно подняла глаза.

— Ты играешь судьбами, как картами. Но пророчества имеют свойство сбываться не так, как задумано.

— Оно сбудется, как надо нам, — холодно ответил человек в чёрном. — Важно, чтобы она сделала выбор под влиянием страха. Она должна сыграть свою роль.

Женщина в накидке цвета ночи помолчала, затем провела рукой над дымящимися травами. В воздухе повисло напряжение.

— Я выполню твою просьбу, — тихо сказала она. — Что не сделаешь для Носителя Слова.

Человек в чёрном усмехнулся — звук вышел глухим, почти звериным.

— Судьба — всего лишь узор на ткани бытия. А мы — те, кто его переплетает.

Он развернулся и шагнул к двери. Тени вокруг него сгустились, будто провожая. А ворон, дремавший в тёмном углу, «засмеялся», имитируя человеческий голос.

— Завтра, — бросил гость через плечо. — Пусть она услышит то, что должно быть услышано.

Дверь захлопнулась, и гадалка осталась одна. Пламя свечи дрогнуло, и на мгновение в нём проступил образ: бледная маркиза Генриетта с рукой на животе смотрит на неё с болью и надеждой.

Женщина вздохнула и прошептала:

— Прости, дитя. Но некоторые пророчества пишутся не нами.

Она взяла колоду карт и начала раскладывать их на столе. Первая карта легла изображением вверх: ворон, сидящий на ветке над пропастью. Вторая — младенец, окутанный тьмой. Третья — кольцо, разорванное пополам, и кинжал.

Гадалка прикрыла глаза. За окном сверкнула молния, и первые капли дождя ударили в стекло. Завтрашний день уже начал сплетать свои нити…

Глава 1. Эквито: странник между мирами

Эвелин постучала в покои Ричарда и выдохнула.

— Откуда, откуда я мог это знать?! — Ричард уже почти кричал на Эквито. — Я и Ключ-то впервые в жизни видел! Я должен был остановить ритуал!

— И поэтому качественно обмазал все знаки на Осколке кровью, да? И использовал Ключ в качестве оружия? — с ледяным спокойствием поинтересовался менестрель. При звуке его голоса Кадами, свернувшаяся у него на коленях, прижала уши к голове.

— А что ещё я должен был делать? Кинжал я потерял…

— И то верно, — вздохнул Эквито. — Какой с вас спрос, если вы ничего и не знали? И всё же незнание закона не освобождает от ответственности. Если бы меня не было рядом, вас всех бы растерзали демоны.

Кадами испуганно и как-то виновато мяукнула.

— Погодите-ка, — строго посмотрел на неё Эквито, — так ты, кошка, знала, как именно Ключ отворяет Врата?

Вместо ответа кошка уткнулась мордочкой ему в колени и прикрыла голову лапами.

— А предупредить не могла?

Кадами только еле слышно застонала.

Эквито посмотрел на неё, перевёл взгляд на Ричарда и устало покачал головой.

— Ну и что с вами делать? Одна радость, что вам лишь осколок Ключа достался, иначе был бы здесь полноценный Разлом!

— Разлом? — переспросил Ричард. — А что это?

Эквито открыл было рот, как в дверь осторожно постучали.

Все трое замерли. Помедлив немного, Ричард подошёл к двери и открыл её.

Перед дверями стояла бледная графиня Бовино.

— Ричард, — девушка слегка поклонилась ему, боясь, что может не удержаться и упасть, — мне нужно поговорить с вами.

— Ох, Эвелин, что с вами случилось? — тут же подхватил её под руку младший принц. — Проходите, посидите с нами и всё расскажете.

— Нет, я не могу говорить об этом при посторонних, — произнесла девушка.

Ричард растерялся: с одной стороны, он боялся вновь ошибиться и подвергнуть всех смертельной опасности, с другой — Эвелин обратилась за помощью именно к нему.

— Простите, Эвелин, но у меня всё равно нет секретов от Кадами. Вы можете спокойно говорить при нём.

— Я не уверена, что… — девушка нервно вдохнула.

Она осмотрелась, и её взгляд сфокусировался на незнакомом мужчине, который сидел, спокойно поглаживая кошку у себя на руках.

— Кто вы? Мы, кажется, ещё не знакомы, — поинтересовалась Эвелин, пытаясь выглядеть как можно непринуждённее.

— Простите, я забыл представиться, — кивнул ей незнакомец. — Моё имя Эквито, и я странствующий музыкант.

Он поднял огненно-рыжую голову и посмотрел прямо на графиню. Эвелин внезапно поняла, что глаза у него разные — как у человека в её сне.

— Леди Эвелин, — представилась девушка, а в горле пересохло. — А где Кадами? — поинтересовалась она, поднимая глаза на Ричарда.

Кошка тут же посмотрела на неё — слишком внимательно, слишком по-человечески. Принц криво улыбнулся:

— Разрешите представить вам, Эвелин, Кадами — обортницу, элуру и просто…

— Вредителя, — невозмутимо подсказал Эквито.

Кошка тихо зашипела и укусила его за руку. Но менестрель и глазом не повёл. Эвелин, неотрывно глядя в кошачьи глаза, опустилась на стул. Вся паника, которая была у девушки до того, как она дошла до Ричарда, улетучилась. Всё её внимание заняла пятнистая кошка на руках у Эквито. Она вспоминала всё, о чём они когда-то вместе с Ричардом читали о подобных существах, всё, что говорили о них…

— Кадами, — тихо произнесла графиня, — значит, ты и есть Онца?

Эвелин заметила, что кошка ведёт себя слишком вяло и выглядит так, будто её здорово потрепали. Да и повязка на её боку белела неспроста.

— Что с ней? — взволнованно спросила Эвелин, поднимая взгляд на Эквито.

— Несколько сильных ушибов и пара ран, — ответил тот. — Ну и нервное потрясение. Но это пройдёт, если кое-кто не будет скакать и теребить повязку.

— Она говорила, что это из-за колдовства, — добавил Ричард.

— А можно… — Эвелин подняла взгляд на Ричарда, — можно я возьму её?

Девушка не знала, почему, но ей очень захотелось взять кошку себе на руки.

— Если она не против будет, — ответил вместо принца Эквито. — Она хоть и кошка, но всё-таки разумная. И очень вредная. Меня раз десять укусить успела, пока перевязывал. Я не жалуюсь, но будьте осторожней.

Графиня поднялась со стула и подошла к мужчине. Она медленно опустилась на колени и, посмотрев в золотые звериные глаза, спросила:

— Пойдёшь ко мне? — и осторожно потянулась, чтобы погладить кошку.

Та высокомерно фыркнула и положила голову на лапы, разрешая коснуться своего меха. Эвелин осторожно взяла кошку себе на руки, а потом вернулась к стулу. Кадами только махнула хвостом, свернулась клубком у неё на руках и закрыла глаза. Девушка тепло улыбнулась и стала легко поглаживать кошку между ушами.

— Эвелин, вы сказали, что хотели со мной поговорить.

Она оторвала взгляд от кошки и посмотрела на Ричарда.

— Да, — вздохнула девушка, прикрывая глаза. — Но, если честно, уже не знаю, с чего начать.

— Не волнуйтесь, просто расскажите, как есть. Что так испугало вас, когда вы прибежали сюда? — мягко проговорил Эквито и тут же добавил: — Но если дело личное, я могу уйти. И хвостатую разбойницу заберу с собой.

Кадами тут же приоткрыла глаза и недовольно фыркнула.

— Насколько вы доверяете ему? — Эвелин посмотрела на Ричарда.

— Эквито спас мне жизнь в… очень странной ситуации. Боюсь, что в этом замке я могу доверять только ему и Кадами, — тихо и серьёзно произнёс принц.

— Так вы эксперт по… странностям? — голос девушки слегка дрогнул, но она продолжала держать себя в руках.

Эквито сдержанно кивнул.

— Можно и так сказать.

Эвелин вздохнула, прикрывая глаза.

— Мне уже продолжительное время снятся… кошмары. И часть из них всегда одинакова. Сначала я… была уверена, что это просто кошмары, и я не придавала им значения. Но… недавно они как будто трансформировались, — девушка сглотнула и замолчала. — Вы знаете озеро Звёзд? — спросила она немного хрипловато.

— Слышал о нём, но сам не бывал.

— Прекрасное место, — улыбнулась девушка, но её улыбка была двулика. — Это место странностей. Их там куча. Но я не об этом, — девушка закусила губу. — Я вижу его во снах. И оно не всегда приветливое и прекрасное. Зачастую оно бурлит кровью, а весь мир вокруг… он мёртв. Покрытый полностью кровью… — по щеке девушки покатилась слеза, которую та даже не заметила. — Всё, что ещё не мертво… оно кричит и уже даже не просит спасения. Оно просит пощады и быстрой смерти. А я… Я ничего не могу поделать… Я просто стою и наблюдаю, чувствуя невыносимую боль каждого и что-то похожее на… вину. А когда просыпаюсь, такое чувство, что меня выжигает собственное тело… А недавно всё стало замерзать… Затихать… Становиться пустынным, как будто полностью мёртвым… — слёзы уже бежали по обеим щекам. — И я помню… — она неуверенно подняла взгляд на Эквито.

— Что именно?

Эвелин поднялась, снова устраивая кошку на руках.

— Я схожу с ума, верно? — замотала она головой. — Я схожу с ума. Потому что моя голова взрывается. Каждый раз всё больше и больше. Может, отец прав, и это всё стресс, что мне просто нужно отдохнуть, но я не могу спать. Там всегда оно, всегда этот ужас… И он, и он, и он…

Кадами внезапно потёрлась об неё, точно пытаясь утешить. Менестрель протянул руку и осторожно положил её на плечо девушки.

— Нет, Эвелин, это ещё не безумие, — тихо проговорил Эквито. — Пока что. Но эти сны и впрямь необычны. Они очень напоминают мне видения, которые иногда беспокоят необученных… Эх, как же это на вашем языке будет… Колдунов, наверное, так. Да и Озеро Звёзд — место весьма странное. А сны… Возможно, ты видела его истинную суть, если то, что я про него слышал, правда.

— Почему ты от меня убегаешь? Боишься? — дыхание Эвелин стало тяжелее. Кошка зашипела, соскочила с её рук и неловко шлёпнулась на пол. — Ты веришь в демонов? — Её тело начало слегка дрожать. — Пойми, тебе некуда бежать. Кхах… — Эвелин почувствовала, как кровь снова начинает закипать, но слова не останавливались. — Мир меняется, и ты ничего не сможешь сделать. Серебряный Ключ будет у нас, и те, кто ждут за гранью, придут сквозь Врата. Так было записано… Так было записано… Оно зовёт тебя… — Она попятилась и задрожала ещё больше. Слёзы, не переставая, текли, а бегающий взгляд ни на чём не фокусировался. — Неужели всё это — из-за тебя? — почти шёпотом произнесла Эвелин, а потом её ноги подкосились.

С неожиданной для его роста ловкостью Эквито подхватил её. Через пару мгновений он бережно уложил бьющуюся в конвульсиях девушку на кровать Ричарда.

— Проследи, чтоб не упала! — крикнул он принцу. Тот наконец справился с оцепенением и бросился к Эвелин.

Тем временем Эквито закатал рукав. На коже темнела широкая и плотная полоска — менестрель носил под рубахой браслет. Несколько быстрых касаний, и на его синеватой поверхности вспыхнули зелёные искры. Эквито быстро провёл по браслету рукой и стянул его с руки. Поймав трясущуюся кисть Эвелин, мужчина застегнул странное украшение на плече девушки. Одно движение — и браслет сжался на её коже. Но огоньки на нём сияли по-прежнему.

Как ни странно, судороги, бившие Эвелин, стали ослабевать, и вскоре она уже лежала на кровати спокойно. Но слёзы ужаса по-прежнему катились по её лицу. Прихромавшая Кадами ласково потёрлась о её щёку головой, пытаясь хоть как-то утешить. Девушка зажмурилась и, всё ещё слегка дрожащей рукой, слегка погладила кошку. Она втянула воздух, а потом открыла глаза и встретилась с разноцветными глазами.

— Я видела ваши глаза, — сипло прошептала Эвелин. — Раньше…

— В одном из снов? — тихо спросил Эквито.

Девушка кивнула.

— Но вы были там не одни. Там был ещё Элреб…

— Кто? — поинтересовался Эквито.

— Элреб Гиэрт, жених Эвелин и сын одного из советников короля — барона Лоргаро Гиэрта, если я правильно помню, — пояснил Ричард. — Странные типы. Но шорготты с ними! Эвелин, как вы? И что это за странная штука?

— Я в порядке, — кивнула Бовино. — Спасибо вам, что бы вы ни сделали этой странной штукой, — вторя словам принца, произнесла графиня.

— Не за что, — качнул головой Эквито. — Но тебе, похоже, придётся носить браслет, не снимая. Чтобы подобные приступы не повторялись. Или это было впервые?

— Впервые. Я не… — графиня осеклась, вспоминая странный сон с Астрой, который теперь ей больше казался реальностью. — Я не знаю…

— Не беда, — спокойно проговорил менестрель. — В любом случае это больше не повторится. Только не снимай браслет.

Он посмотрел в окно и, чуть помолчав, добавил:

— Лоргаро и Элреб… И всё-таки… Кто они такие, эти Гиэрты?

— Элреб называет себя Носителем Слова. Я не знаю, что это значит, а он не хочет мне рассказывать, хотя мы и говорили немного о демонах.

— Что?! — резко обернулся Эквито. — А Тёмным Апостолом он себя случайно не называет?

Миледи нахмурилась и села, забирая кошку на руки.

— Нет, только Носителем Слова, — рассеянно ответила Эвелин. — А вы знаете, что это значит?

— Честно говоря, не знаю, какой смысл вкладывает в это ваш барон Гиэрт. Но… Всё это похоже на злую шутку. Просто много лет назад я знал двух людей с очень похожими именами. Правда, там речь шла о Несущих Слово, а не о Носителях Слова, но дело, может быть, в переводе…

— А какой смысл вкладываете вы? — спросила графиня.

— Несущими Слово когда-то называли воинов моего брата.

— Но я никогда не слышал ни о чём подобном, — добавил Ричард.

— Ничего удивительного. Я родом из очень далёких краёв.

— Насколько далёких? — глаза девушки загорелись интересом, и Бовино прямо посмотрела на мужчину.

— Настолько, что там и не слышали о Семиземелье, хотя и знают о мире много больше, чем вы можете себе представить.

— Эквито, а как вы оказались здесь? Зачем? Вы же не просто путешественник?

— На самом деле я оказался у вас случайно, — улыбнулся Эквито. — Зачем? Наверное, просто искал себе приключения. Я и впрямь не совсем обычный путешественник, но только из-за способа передвижения.

— А что в нём необычного? — спросил младший принц.

— Я путешествую с помощью зеркал.

— Зеркало, — выдохнула Эвелин, а браслет на руке вспыхнул. — Я пришла из-за зеркала. Нелли Форес. Она в опасности, я видела её и какое-то существо… — Её снова брала паника. — Боль в её лице… Ужасную боль, и существо… Кажется, что самого дьявола. Нужно уберечь её, пока не поздно, — девушка поморщилась от жжения.

— Нелли Форес? — переспросил Ричард.

Девушка молча кивнула и другой рукой сжала браслет.

— Знаю, это глупо звучит, но у меня такое чувство, что она в опасности. Большой опасности.

— Боюсь, что ваше предупреждение запоздало. Нелли Форес мертва, — покачал головой сын короля.

— Что? — глаза Эвелин расширились. — Нет, нет, нет. Она не может быть мертва. Как? Когда? — Она смотрела влажными глазами то на Ричарда, то на Эквито.

— Её убили этой ночью… — начал рассказ Ричард. — В ходе колдовского ритуала… Я не знаю, почему именно её. За что… Клянусь, Эвелин, я узнаю, кто они! Они за всё заплатят!

Эквито неодобрительно покачал головой:

— Осторожней с клятвами, которые можешь и не исполнить. Но дело твоё… Меня больше интересует этот ваш дьявол. Эвелин, что за существо ты видела? Можешь описать?

— Зачем тебе это? Оставь её в покое! — нахмурился принц.

— Оно… — девушка посмотрела на мужчину. Она была уже абсолютно спокойна, и жжение прошло. — Оно было огромным… С рогами, которыми с лёгкостью можно вспороть живот или проколоть тебя насквозь. А глаза… Такие маленькие и отвратительные, смотрят в самую душу. Читают её, как открытую книгу, а от этого холодок по коже, а саму душу сковывает ужас…

Кадами дёрнулась у неё на руках и коротко пискнула.

— Похоже, предположения верны… — заключил Эквито.

— Но ведь такую же тварь мы видели ночью! В Вороньей Башне! Ты сказал, что это и есть демон! — чуть не кричал Ричард.

— Вы видели его в башне? Он… убил её? — спросила Эвелин.

— Он с друзьями пытался убить нас! — эмоционально добавил принц.

— Нет, девушка была мертва ещё до появления демонов, — ответил Эквито. — Её смерть и сила Ключа как раз и открыли нерождённым дорогу в ваш мир. Ненадолго, конечно, но всё-таки…

— Ключ? О том, что говорил Элреб? — удивилась Бовино.

— Очень может быть, — кивнул Эквито. — Надеюсь, этот ваш Носитель Слова не имеет никакого отношения к тем, кого я знаю.

— А кто они такие? — продолжала расспрашивать Эвелин.

— Когда-то они были великими воинами. Теперь это безумные фанатики и убийцы, поклоняющиеся Силам, которым нет названия и места в этом мире.

— Они путешествуют, как и вы? С мира в мир через зеркала? — Фрейлина принцессы помедлила, и, пока мужчина думал, что ответить, она повернулась к принцу. — Ричард, я могу остаться у вас? Я… не могу сейчас быть одна.

— Да, пожалуйста, — пробормотал младший принц. — Эквито, как можно путешествовать с помощью зеркал? Как они могут к нам прийти?

— Они не могут. Лишь немногие во Вселенной умеют проходить через зеркала, — пояснил Эквито. — Для этого нужно понимание законов мироздания, применимых больше чем к одному слою пространства. Сомневаюсь, что Несущие Слово его имеют. Даже среди моих братьев лишь один мог бы разобраться в них. А Аврелиан… Аврелиан никогда не понимал этого. Нет, через зеркала они не явятся.

— У вас есть одеяло? — поинтересовалась миледи у Ричарда, когда её начал слегка пробирать озноб.

— Да, я принесу вам, Эвелин, — тут же метнулся за одеялом принц.

— А… Есть ведь и другие способы, верно? Мы как-то читали о порталах и перемещениях…

— Но эти методы довольно заметны. Во всяком случае, если нападение случится, сомнений у вас не будет. Хотя есть ещё вариант. Это… — Эквито запнулся, подбирая нужное слово, — одержимость.

— Полный контроль чужого разума? — поражённо выдохнула Эвелин. — Это… Возможно?

— Одержимость — это не контроль над разумом, хотя и такое возможно. Одержимость — это контроль над телом… Нет, не так… Одержимость — это когда в одном теле находятся две души, когда человеческое тело становится вместилищем для абсолютно чуждого существа. Для демона.

— Но это… неправильно. Это противоречит всем законам природы, — возмущалась Эвелин.

— И всё же это так. На самом деле Вселенная подчиняется законам, которые кажутся странными и невозможными. Даже внутри одного пространственного слоя крошечные частицы, из которых состоит всё, что вам привычно, и огромные скопления звёзд существуют по иным законам. Пространство может искривляться, масса — переходить в энергию, а чёрное тело — светиться. И это только в одном из слоёв. А их множество. Они взаимодействуют способами, которые я даже не смогу объяснить словами, только с помощью формул. Взять хотя бы лучи Эфрем-Вана… Мне кажется, мои слова совсем непонятны. Эвелин?

Графиня Бовино молча оставила кошку на постели и направилась к одному из шкафов с книгами. Её взгляд бегал по корешкам книг в поисках знакомых серебряных букв.

— Что вы ищете, Эвелин? — окликнул её Ричард, держа в руках одеяло.

Девушка как будто не слышала его. Её взгляд зацепился за знакомый переплёт, но книга была на самой верхней полке. Эвелин осмотрелась в поисках стула, а потом, притянув нужный предмет мебели, быстро сбросила туфли и залезла на него. Кончиками пальцев Эвелин всё же дотянулась до книги.

— Я как-то спрятала её у вас. Отец назвал эту книгу дурацким чтивом и велел бросить в камин, но… Это книга моей матери, и то, что в ней, — оно… непонятное, — она возвратилась назад к Эквито. — Такое же, как и ваши слова. Я читала её много раз, но это сложно понять, — Эвелин протянула мужчине чёрную, немного потрёпанную книгу с серебряными линиями, которые складывались в два слова: «Глубина звёзд».

В комнату кто-то настойчиво постучал. Ричард вздрогнул и с мольбой посмотрел на Эвелин:

— Пожалуйста, никому не говорите о том, что услышали в этой комнате. Пожалуйста, Эвелин, это очень важно. И не выдавайте Кадами.

— Я никому ничего не скажу и вас прошу о том же. Эквито, у меня к вам ещё столько вопросов… — с надеждой найти разгадку сказала Эвелин.

— Я постараюсь ответить на них, — кивнул странник, — но позже.

— Хорошо, — кивнула девушка. — Нужно спрятать её, — она кивнула на книгу. — Если отец узнает, что я её не уничтожила, он разозлится.

— Я могу забрать её. Если можно, конечно, — посмотрел на неё своими разными глазами Эквито.

— Я… Да. Хорошо. Берите.

Девушка протянула книгу менестрелю. Тот осторожно взял её, внимательно вглядываясь в потемневшие тиснёные буквы.

Глава 2. Рождённая у воды

Стук повторился, но Ричард уже был у дверей. Один миг — и Алекса ворвалась в покои младшего принца, точно маленький смерч.

— Ваше Высочество, — бастард присела в реверансе и перевела взгляд на графиню. — Я разыскиваю вас по всему замку, Эвелин.

Принцесса слегка стукнула себя по лбу и, проведя ладонью к виску, встряхнула головой. Окинув всех присутствующих взглядом, принцесса продолжила мысли вслух:

— Господин Эквито, пёстрая охотница, нет только Кадами… Странно…

Александра вновь перевела взгляд на принца и улыбнулась.

— Кадами не здоров, — мрачно ответил Ричард. — Ему досталось от этих… уродов в масках. Но он спас мне жизнь, и поэтому… Не нужно его беспокоить.

— А принесло ли ваше расследование плоды? — сверкнула глазками принцесса.

— Увы, пока ещё нет. Да и без Кадами сложно будет справиться, — покачал головой принц.

— То, что вы не хотите говорить, и то, что нет результата поисков, — разные вещи… — Александра покачала головой и криво улыбнулась, как это всегда делал Генри. — Десять лет назад такие убийства уже были… Я догадываюсь, о чём вы, Ричард, читали в библиотеке… Когда мы искали садовницу Люрсу, вы невольно сказали, что в лесу вы не были десять лет по какой-то причине… Я пыталась об этом вас спросить в библиотеке, но вы хитро ушли от ответов… Я поняла, что вы мне не доверяете. Хотя это, наверное, правильно. Я приехала сюда с ненавистью к вам и вашей матери…

— Эх, сестрица, в лесу я предпочёл не бывать по единственной причине — только из-за страха, как бы глупо это ни звучало. Десять лет назад я наткнулся на одну из жертв Зверя. И все эти годы — страх ещё раз увидеть тело или столкнуться с самим убийцей. Но теперь, спустя десять лет, я наконец могу признаться в этом страхе. Теперь я знаю, что есть вещи намного ужасней.

— Хм, очень даже смешно… — цинично произнесла девушка и опустила голову в пол.

— Почему одна? — Эвелин подошла ближе.

— Жертв всегда несколько, — тихо ответил Ричард. — Уж не знаю почему.

— Я даже знаю сколько… Лет до восьми я видела чудесные сны, даже могла наяву оказываться в странных мирах… Но десять лет назад, когда начались эти убийства, всё изменилось. И неважно, сплю я или полуночничаю, они всё равно приходят… Я вижу жертв, выбранных к ритуалу, и их смерть… Я просто знаю, что они погибнут, но этого изменить не могу, не должна…

— Вы видите их? — Фрейлина подошла совсем близко и осторожно взяла принцессу за руку. — Вы знаете, кто их выбирает? Как их выбирают?

— Жертвы для благих целей… — Провинциалка взглянула на менестреля. — Наивно было полагать, что человек способен закончить ритуал? Ведь так, Эквито?

— Боюсь, я не вполне понимаю, о чём вы говорите, принцесса, — покачал рыжей головой менестрель. — Как правило, колдовские ритуалы всё-таки заканчивают. Иначе Ойкуме… то есть земля, конечно… земля обезлюдела бы уже.

— Ричард, у вас нет оснований, чтобы мне доверять, но прошу вас, возьмите меня в это расследование, — Алекса посмотрела на графиню. — Мой долг — защитить Эвелин Бовино от того, что надвигается, но я не знаю как. Нужно защитить её от этих двоих…

— Простите, сестрица, но я не могу доверять вам. Видит Бог, я вообще никому не могу доверять в этом замке! Я не знаю, кто скрывался под масками и чего они хотели.

— Эвелин, — принцесса ничуть не изменилась в лице и повернулась к графине, — я собиралась прогуляться в саду. Вы пойдёте со мной?

Эвелин посмотрела на мужчин. Она ещё о многом хотела спросить у них, но последние слова принцессы о непонятном долге всё ещё крутились в её голове. Она опустила взгляд и, повернувшись к принцессе, кивнула:

— Конечно.

— Тогда до встречи, Эвелин, — кивнул ей Эквито. — И не снимай браслет. Ни в коем случае.

— Но если с вами что-нибудь случится… — нахмурился Ричард.

— Не беспокойтесь, Ваше Высочество. Я смогу позаботиться о безопасности моей фрейлины, — сверкнула глазами принцесса, не переставая улыбаться.

Принцесса-бастард сделала реверанс и скрылась за дверью. Эвелин подошла к Эквито.

— Вы сказали, что мои сны похожи на сны необученных колдунов, а потом дали браслет. От чего он и почему мне нельзя его снимать? — полушёпотом спросила девушка. — Потому что я не понимаю, что происходит.

— Считай его амулетом. Амулетом, который гасит твой магический дар и может защитить тебя от чужого колдовства.

— Гасит дар? Но зачем его гасить? Разве не лучше его развивать? Если есть что развивать…

— Ты не сможешь управлять своим даром без подготовки, а это дело небыстрое. Я даже не уверен, что смог бы обучить тебя, — ответил менестрель.

— Но вы можете попробовать? — с надеждой спросила графиня.

— Могу, но не уверен, что получится. Эх, тот же Магнус-колдун справился бы, а я…

В сердцах Бовино схватила его за руку и посмотрела прямо в глаза.

— Прошу вас. Я видела однажды маму, и если это правда, если я владею тем, о чём вы сказали, значит, я могу снова увидеть её. Помогите мне, и я сделаю для вас всё, что только попросите.

Эквито только неопределённо покачал головой.

— Мы вернёмся к этому позже, — и, понизив голос, добавил: — Не стоит заставлять принцессу ждать. Возвращайтесь, и я попробую вам помочь.

Эвелин кивнула, отпустила его руку, быстро подошла к Кадами и легонько провела по шёрстке.

— Поправляйся, малышка. А я скоро вернусь и принесу тебе что-то вкусненькое, хорошо?

Кошка только фыркнула, дёрнув ухом.

— Не думаю, что она согласится есть с рук. Гордость не позволит, — в разных глазах менестреля плясали весёлые искорки. — Все без исключения элуры считают себя свирепыми дикими зверями.

— Оно и видно, — тепло улыбнулась миледи.

Эвелин поднялась и, откланявшись, быстро покинула покои младшего принца.

— Малышка, значит? — ухмыльнулся Эквито, осторожно гладя кошку по пушистому загривку. — А тут она права. Ты и впрямь милая, пушистая и маленькая…

Он не успел договорить, как Кадами снова вцепилась ему в руку.

— Ты просто прелесть, — с сияющей улыбкой заявил ей путешественник, за что тут же был награждён новым укусом.

— Всё это очень хорошо, — сел рядом с ними Ричард. — Но что нам делать с Александрой?

— Ничего, — пожал плечами Эквито. — А ты знал, что она тоже обладает колдовскими способностями?

— Что? Нет… Погоди, то есть я, Эвелин и Александра — колдуны?

— Да какие из вас колдуны? Вы пока свои силы контролировать никак не можете!

— Но ты научишь? — с мольбой посмотрел на странника Ричард.

— Ох, не знаю… Дело в том, что учитель из меня никакой. Но придётся, куда я денусь? Всё равно я не уйду отсюда до тех пор, пока не найду Ключ. Да и эти ваши Гиэрты не дают мне покоя…

— Подожди! — вскочил принц. — Так он не у тебя?

— Нет, — нехотя ответил менестрель. — Кто-то побывал в башне, пока я тащил вас оттуда.

— То есть… Кто-то ещё знает тайну Ключа?

— Похоже на то. И, клянусь Архивами Тевы, я знаю, зачем этому кому-то Ключ. Да и Носитель Слова… Не нравится мне всё это, а что делать? Кто, если не мы?

Кадами одобрительно мяукнула и ткнулась ему в руку, требуя внимания и ласки.

Эвелин и Александра спускались из покоев принца молча. Каждая думала о своём — мрачном, страшном и необъяснимом. Только когда девушки вышли на улицу и перед ними открылась картина синего неба и зелёного бескрайнего сада с замысловатыми кустами, Эвелин вздохнула полной грудью. В голове всё ещё роилась тысяча и одна мысль, которые не могли найти себе места. За последнюю неделю столько всего произошло, что девушка даже не могла понять, с чего всё началось.

Александра, не останавливаясь, куда-то шла, но было понятно, что у этого пути есть конкретное направление.

— Ваше Высочество, куда мы идём? — идя в ногу с принцессой, поинтересовалась Эвелин.

— Мне птичка чирикнула на ухо, что вы ничего не едите. Я буду вас кормить, — улыбнулась принцесса и показала на двух фрейлин — Бри и Килию, — что сидели на покрывале.

Перед девушками был накрыт импровизированный стол с яствами.

— Кто вам сказал такую глупость? — попыталась улыбнуться Эвелин, удивлённо смотря на принцессу и её фрейлин.

— Даже если это глупость… — принцесса присела на покрывало и показала Эвелин садиться рядом. — Можем же мы посидеть как подруги?

Эвелин бросила взгляд на Бри, но сразу поспешно отвела его.

— Почему бы и нет, — кивнула графиня и опустилась рядом.

— Вчера был такой чудесный праздник, — начала разговор Бри. — Я так рада, что мы приехали. Эвелин, а вы были прекраснее всех.

— Уверена, что это было далеко не так, — улыбнулась девушка. — Но спасибо.

— Ну, не спорю, что и принцесса была в ударе. А этот танец… Ах…

Александра лишь покосилась на фрейлину.

— Да, Александра, вы были прекрасны. С вами танцевал Герольд?

— Конечно, это был наш Герольд, — не давая слова даже принцессе, ответила младшая сестра Шуар. — Какой красавец…

Эвелин довольно улыбнулась и, заметив виноград, потянулась за ним.

— Эвелин, а куда вы направились после бала? — продолжила разговор Алекса.

— Королева решила осыпать меня подарками, — пожала плечами девушка. — В этом году она неугомонна.

— А что за подарки? Нам же интересно… — ждала подробностей принцесса.

— Пока я была у вас, в мою комнату занесли несколько коробок с туфлями, разными тканями и пайетками. Принесли платье и маленький сундучок с разными духами и маслами. Ещё этот бал-маскарад… Его ведь не должно было быть.

— А я видела, вас куда-то повели фрейлины королевы… — добавила Килия. — Ещё какой-то сюрприз?

— Да, Филисия с Астрой решили, что после всего, через что они меня заставили пройти сразу же после поездки, я заслужила немного расслабиться.

— Расслабиться? — переспросила Александра.

— Да. В замке, на четвёртом этаже, есть бассейн — для королевской семьи, естественно. Они знают, как я люблю воду, и решили порадовать.

Бри хихикнула и зажала рот рукой.

— Я не знала, что там бассейн. Никогда там не была, — Александра мечтательно подняла глаза.

— Лучше всего туда идти либо солнечным днём, либо звёздной ночью, — улыбнулась Эвелин. — Крыша наполовину из окон, — объяснила девушка.

— Как-нибудь обязательно туда схожу… — согласилась принцесса.

— И мы хотим…

— Да-да… — в один голос проговорили сёстры.

Девушки и не заметили, как мимо проходил король. Джарольд был без свиты, и поэтому его появление было неслышным. Первой заметила короля Бри и, подскочив, присела в реверансе.

— Ваше Величество, — чуть слышно сказала младшая графиня Шуар.

Фрейлины и принцесса тоже поднялись и поклонились королю.

— Простите, девушки, не хотел вам помешать, — громогласно произнёс правитель.

Эвелин бросила взгляд на Бри, которая игриво опускала голову и исподлобья смотрела на отца Александры.

— Дорогая Эвелин, вчера вы были обворожительны. Вам понравились наши подарки? — спросил король.

— Спасибо, Ваше Величество. Они все были просто прекрасны, спасибо.

— Я очень рад этому. Ваше Высочество, разрешите, я украду вашу фрейлину? — задорно произнёс король.

— Какую именно, Ваше Величество? У меня их три, — поинтересовалась Александра, выгибая бровь.

— Прелестную леди Бри… — король расплылся в улыбке.

— Как вам угодно, Ваше Величество, — покорно ответила дочь короля.

Бри присела в реверансе и, приняв от короля руку, последовала с ним по аллее.

— Как же Бри легко со всеми находит общий язык, — пропела Килия, провожая взглядом сестру и короля.

— Бри нельзя не любить. Она ангел, — добавила принцесса.

«Как же…» — мысленно поджала губы Эвелин, вспоминая вчерашнее состояние Кирсиана.

— Александра, мы можем прогуляться?

— Ваше Высочество, — обратилась старшая Шуар к принцессе, — вы не рассердитесь на меня, если я вас тоже покину?

— Конечно, Килия, можете идти… — улыбнувшись, ответила девушка. — Мы с графиней Бовино прогуляемся по саду.

Эвелин улыбнулась девушке и проводила её взглядом.

— Вы хотели поговорить со мной наедине? — хмыкнула Алекса.

Девушка кивнула.

— Я хотела поговорить с вами наедине.

— Я слушаю, — сказала Александра.

Эвелин вздохнула. Ей уже поднадоело ходить кругом да около, так что она повернулась к девушке и спросила прямо:

— Кто вы такая? Вы с самого первого дня говорите загадками. Знаете о дворе столько, сколько некоторые дворяне не знают, хотя живут здесь уже продолжительное время. А ваше поведение… Оно иногда пугает меня. Мне хочется заботиться о вас, быть вам подругой, но вы ненавидите всех, кто мне дорог. Но при этом продолжаете утверждать, что хотите того же, что и я. А ещё ваши слова о том, что вы не дадите меня в обиду, и то, что вы сказали в покоях Ричарда… К чему это, Александра? Что всё это значит? Только прошу, не нужно загадок. У меня и так голова взрывается.

— Милая Эвелин, я действительно знаю этот дворец лучше всех и знаю каждого в этом замке, наверное, лучше, чем он сам, потому что Герольд воспитывал меня, когда умерла моя мама…

— Он мне рассказал о вашей потере. Мне очень жаль. Я прекрасно понимаю, что вы пережили, — весь пыл девушки мгновенно угас.

— Герольд вырос в этом дворце и знает здесь всё… Поэтому это же знаю и я, — улыбнулась Александра, видя, что слова о матери её расстроили.

Эвелин криво улыбнулась, опуская взгляд.

— Вы говорили, что меня нужно защитить от этих двух и от того, что надвигается. О ком и о чём вы говорили? — спокойно поинтересовалась девушка, поднимая глаза на принцессу.

— Элреб и его отец… — пояснила Александра.

— Кто они? — спросила Эвелин.

— Бароны Гиэрты — очень странная пара. Отец говорит, что хочет возродить старую веру, а сам молится как-то странно. Да ещё и в открытую присягает мне. А сын, совершенно не похожий на отца, вызывает страх у лошади… Я слишком долго жила в лесу, чтобы не знать, что животные боятся лишь более опасного «зверя»…

— Это они убили Нелли Форес? Принесли жертву ради какого-то портала?

Александра опустила глаза.

— Ни Генри, ни Кирсиан, ни Ричард вам не доверят и не хотят доверять. Но я… Что-то внутри меня хочет вам довериться, но я не могу… Откуда вы меня знаете, Александра? Почему вы ведёте себя так, как будто я для вас что-то значу? Говорите о каком-то дурацком долге… Герольда не было в замке, когда я в него приехала. Он не мог вам обо мне рассказать.

— Зато вы были в замке Флёри… — сказала Александра.

— Да, я была в замке Флёри, но это было только на прошлой неделе, — ответила Бовино.

— И восемнадцать лет назад…

— Нет, — улыбнулась девушка. — Я не могла быть там. Мои родители жили в то время в окрестностях замка Гинтера, а это в абсолютно другой стороне.

— Вы родились на озере Звёзд, Эвелин… — ответила принцесса.

— Что? — поражённо выдохнула девушка. — Это шутка такая?

— Я не разбираюсь в колдовских обрядах, — Александра помотала головой и нахмурила брови. — И моя мама не разбиралась. Она лишь хотела… неважно. Она попросила вашу маму провести один ритуал, а всё пошло не так… У Милинды начались роды прямо на озере… и… и…

— И что? Что произошло?

— Выжили только вы… Озеро забрало жертву — вашего единоутробного брата…

— Брата? — глаза Эвелин наполнились слезами.

— Эвелин, — Александра притянула к себе девушку и обняла. — Не спрашивайте больше ничего. Я мало что знаю обо всём этом. Всё, что я знаю, — со слов Герольда, да и то лишь то, что он мог знать. Ему было четырнадцать лет. Всё, что слышал Герольд, — это обрывки разговоров взрослых… С годами пришло некое понимание, но мы знаем не всё…

Принцесса отстранилась от Эвелин и взглянула ей в глаза. Слёзы текли по лицам девушек, и их поток было не остановить.

— Я знаю лишь, что я виновата в том, что ритуал повлёк за собой последствия, которые мы хотим не допустить. Герольд предан мне сердцем и душой, он знает, как это для меня важно. А сестрицы Шуар жизнь готовы отдать за рождённую на озере… И вы можете не верить нам, но мы не перестанем вас защищать…

— Жизни? Так всё это из-за меня? Все эти смерти? Люкса, Нелли… Это всё из-за меня?

— Эвелин, — принцесса закрыла глаза руками. — Зря я вам всё это рассказала…

— Это из-за меня… Оно зовёт меня… Вот почему она сказала, что озеро зовёт меня… Я плата… Вернее, часть её. Да? Я и мой брат… Господи… Александра, — она подошла к девушке и открыла её лицо. — Я должна умереть, чтобы прекратить все эти смерти?

— Нелли Форес должна была быть последней, но Ричард, скорее всего, помешал… Я не знаю… А умереть вам никто не даст. Я не дам. Анри не позволит. Вы нам нужны…

Девушка замотала головой и притянула принцессу к себе в объятия.

— Мы во всём разберёмся. Вы правильно поступили, что сказали, — по её щекам катились слёзы.

Глава 3. Ключ к правде

Кирсиан обошёл уже весь дворец: зашёл в комнату Эвелин, прошёл по саду и снова обыскал весь замок. Слуга побывал даже в тех местах, где графиня Бовино не имела привычки гулять. Кого бы молодой человек ни встречал, все разводили руками и говорили, что леди Эвелин они не видели.

«Снова идти к Александре? Нет. Хотя она наверняка знает, где графиня…»

Мысли Кирсиана прервала леди Килия.

— Добрый день, Кирсиан, — сладко пропела старшая сестра Шуар.

— Здравствуйте, миледи, — поклонился парень. — Вы случайно не знаете, где леди Эвелин? А то я нигде не могу её найти.

— Конечно, знаю, — улыбнулась Килия, слегка кланяясь. — А я думала, вы больше заинтересованы другой фрейлиной… Той, что не ночует в своих покоях?

— Не понимаю, о чём вы, — слегка улыбнулся парень.

— Не боитесь, что Герольд узнает? — выгнула бровь сестра Бри. — Он очень ревнует свою «маленькую девочку»…

— Правда? — усмехнулся Кирсиан. — Именно поэтому она ходит к королю?

— Вы тоже ревнуете… Но всё же с Герольдом придётся считаться. Вы, кажется, искали Эвелин? Они с Александрой в саду.

Фрейлина чуть поклонилась и поплыла по коридору дальше. Кирсиан втянул в себя воздух и как можно спокойнее выдохнул. Слуга принца быстрым шагом спустился вниз и отправился на поиски Эвелин.

Как назло, на глаза Кирсиану попался король, прогуливающийся в сопровождении леди Бри. Кулаки парня невольно сжались, но, быстро взяв себя в руки, он, как ни в чём не бывало, повернул в другую сторону и пошёл вглубь сада.

Кирсиан подошёл к принцессе и Эвелин в тот момент, когда они стояли, обнявшись, и плакали.

— Эвелин, — тихо сказала Алекса, — если вы боитесь оставаться в своих покоях одна, можете ночевать в комнате Бри. Ей выделили покои с двумя спальнями. Наверное, хотели сестёр Шуар разместить вместе, но позже Килию поселили в комнату напротив.

— Я приму к сведению ваше предложение, но мне нужно немного времени, чтобы всё обдумать.

— Что произошло? Эвелин, Александра, вы в порядке? — к девушкам подбежал взволнованный Кирсиан. — Почему вы плачете?

— Добрый день, Кирсиан, — Александра чуть улыбнулась, смахнув слёзы. — Если миледи захочет, то расскажет вам. Эвелин, я вас оставлю.

Принцесса слегка поклонилась и ушла.

— Что произошло? Эй, — Кирсиан подошёл к Эвелин и нежно обнял. — Что она тебе сказала?

Эвелин спрятала лицо у парня на груди.

— Кирсиан, вся моя жизнь — сплошная ложь… Мне все врали. Можно, я пойду к тебе? Я не хочу быть у себя.

— Разве тебе не предложили покои Бри? — спросил слуга Генри.

— После всего? — хмыкнула графиня. — Я не могу смотреть на неё спокойно, зная, что она сделала.

— Это Александра. Она приказала ей.

— Что? — Эвелин отстранилась от него. — Зачем?

— Я не знаю. Но она не делает это по собственному желанию.

Кирсиан не мог понять своего состояния сейчас, да он и вообще не пытался развивать мысли об этом.

— Всё равно мне у тебя спокойней.

— У меня… У Генри, пока у него перестановка. Если бы я был один, то с радостью поддержал бы слухи о нас с тобой, но впутывать в них Генри… Я ревностно отношусь к нашим отношениям.

— Да, я поняла, не буду мешать вашим развлечениям, — Эвелин ухмыльнулась и направилась к выходу из сада.

Кирсиан минуту недоумевал.

— Что? — нахмурился он. — Эвелин, ты не так поняла. Я имел в виду наши с тобой отношения, а не мои с Генри, — он поспешил за ней. — А ну-ка стой, маленькая бестия, — грозно произнёс парень.

Эвелин засмеялась и, подобрав юбки, побежала. Кирсиан хмыкнул и бросился за ней. Графиня Бовино неслась, словно маленький ребёнок, — как раньше, как в детстве. Не думая ни о чём. Будто нет проблем в этом огромном мире и окружают лишь добрые и любимые друзья.

Эвелин не обращала внимания на мелочи, и попавший под туфельку камушек заставил её оступиться. Девушка полетела вперёд…

Две сильные руки подхватили Эвелин у самой земли, но она не могла сообразить, кто это. Сильная боль молнией пронеслась по её телу, и слёзы непроизвольно брызнули из глаз. Девушка сжала губы в полоску, сдерживая крик.

— Эвелин! — взволнованно окликнул Кирсиан и бросился к ней.

Герольд стоял на коленях и крепко держал девушку над землёй.

— Леди Эвелин, вам больно? — нежно спросил сокольничий.

— Нога, — тихо прошептала она и снова поморщилась.

— Ты подвернула ногу? — Кирсиан уже стоял на коленях напротив охотника. — Нужно отнести её в замок.

Герольд поднялся, не выпуская девушку из рук.

— Вам надо наложить тугую повязку… — заботливо произнёс мужчина и без лишних разговоров понёс девушку во дворец.

Сокольничий шёл по коридорам, а Кирсиан шагал рядом, постоянно спрашивая, как себя чувствует Эвелин, которая уткнулась в плечо мужчины, пряча лицо. Вдруг слуга принца понял, что Герольд несёт графиню не в её покои.

— Куда вы её несёте? — поинтересовался Кирсиан.

— В покоях Бри есть всё необходимое, чтобы перевязать ногу госпожи…

— Может, лучше…

Графиня не успела возразить, как быстрые, широкие шаги наставника принцессы замедлились, и мужчина остановился у дверей его подопечной.

— Кирсиан, откройте, пожалуйста, дверь, — попросил Герольд.

Слуга принца вздохнул и поспешил выполнить просьбу.

— Осторожней, — пробурчал он, придерживая дверь.

Герольд посадил графиню на диван, а ноги положил на пуфик, стоявший рядом. Сокольничий, ни слова не говоря, исчез в спальне Бри. Парень присел на корточки и взял девушку за руку. Лицо Эвелин было заплаканным. И Кирсиан слегка улыбнулся, вспоминая её маленькой: такое же заплаканное лицо и нежелание, чтобы кто-то что-то делал.

— Терпи, ты уже большая девочка, — подбадривающе произнёс друг.

— Она болит, — как маленькая захныкала девушка.

— Нужно внимательнее смотреть под ноги, малышка.

— Я смотрела…

— Если бы смотрела, то мы бы не были здесь.

До Эвелин донёсся из коридора отчётливый голос короля. Графиня замерла: что, если король идёт сюда, в комнату Бри? Что он скажет, если увидит её наедине в присутствии двух мужчин? Позор… И об этом будет доложено её отцу…

— Кирсиан, — зашептала девушка, — мне показалось или это…

— Ага. Он.

— Кирсиан, — девушка посмотрела на друга заплаканными глазами, полными тревоги перед предстоящей встречей и вытекающими последствиями.

— Понял, — кивнул парень и стал оглядываться в поисках идеи.

Он выпустил руку Эвелин, быстро зашагал к столу с вазой и, подхватив её, зашагал к двери.

— Однажды он точно оторвёт мне голову, — прошептал себе под нос парень, а потом, как ни в чём не бывало, открыл дверь, обернулся и задом вышел из комнаты, закрывая за собой дверь.

— Кирсиан? — удивлённо вскрикнул король.

— Господи, — Кирсиан схватился за сердце, резко оборачиваясь, — Ваше Величество, вы меня напугали до смерти.

— А что вы здесь делаете? — спокойно спросил Джарольд, но мурашки побежали по телу слуги.

Бри стрельнула глазами, оценивая ситуацию.

— Эвелин с утра попросила принести графиням Шуар цветы, и я думал, пока девушки в саду, я успею незаметно занести каждой. Я не знал, что вы так быстро закончите с пикником, леди Бри. Мои извинения.

— Графиня, я хотел проверить, как вы устроились и всё ли у вас есть? — король развернулся к миледи и проговорил мягче, чем обычно.

Леди Бри непринуждённо улыбнулась, не спуская глаз с Кирсиана. Девушка нутром чувствовала, что здесь что-то не так.

Кирсиан прикрыл рот рукой и почти незаметно отрицательно покачал головой.

— А знаете, Ваше Величество, у меня другая идея, — запела Бри. — Я ещё не видела вашу картинную галерею, говорят, она великолепна. Правда, Кирсиан?

— О да, любимое место графини Бовино, — закивал слуга старшего принца. — Наш король собрал только лучшие из лучших произведений.

— Ну, тогда идёмте же скорее. Кирсиан, а вы отнесите ещё цветы и моей дочери. Хочу, чтобы и она насладилась вашим букетом.

— Конечно, Ваше Величество, — улыбнулся Кирсиан, слегка кланяясь. — Как раз к ней и шёл.

Голоса за дверью стихли, а шаги стали отдаляться. Эвелин облегчённо вздохнула, прикрывая лицо руками. Нога гудела, а вместе с ней и голова. Герольд вернулся в общую комнату и огляделся.

— А где Кирсиан? — удивился мужчина, раскладывая бинты.

— Увёл короля и Бри, — не убирая рук от лица, ответила Эвелин.

— Ой, Бри… — чуть не выругался сокольничий. — Других мест, что ли, нет… Эвелин, — перевёл потемневший взгляд на графиню, продолжил охотник, — вы позволите мне перевязать вашу ногу или позвать леди Бри? Она в этом искусна…

— Боюсь, ваша подопечная немного занята королём, — Эвелин опустила руки.

Герольд совершенно невозмутимо взял какую-то мазь и снова спросил:

— Так вы позволите мне?

Девушка молча кивнула, закусывая губу, чтобы не вскрикнуть от боли — она слегка подвернула ногу. Герольд чуть приподнял подол платья, чтобы открыть ногу девушки. Когда рука мужчины коснулась больной ноги, Эвелин вздрогнула.

— Больно?

— Немного, — девушка кивнула.

— Нога опухла. Я сейчас нанесу мазь и завяжу, — охотник осторожно смазывал лодыжку графини, а затем стал накладывать повязку. — Вам не стоит какое-то время ходить. Лучше оставаться в постели. Нога пройдёт быстрее, если будет в покое.

— Это правда?

— Что?

— То, что я… У меня есть брат. Был брат. Мог быть брат, — девушка не знала, как правильно сформулировать.

— Это правда. Мне жаль, — мужчина опустил голову.

— Что произошло тогда? Восемнадцать лет назад? Александра сказала, что вы были тогда там.

— Алексе было два месяца. Я помню: мать принцессы и Милинда о чём-то разговаривали. Они подолгу закрывались, и, насколько уж я не бываю вездесущ, — охотник усмехнулся, — у меня не получалось подслушать. Помню только, у вашей мамы была какая-то книга, которую она периодически читала. Мать Алексы наказала мне следить за принцессой и покинула замок. Милинда вышла следом за ней, должно быть… Я не знаю, что происходило, но Александра кричала весь вечер истошным голосом, не переставая. Я смог успокоить её только после полуночи — она уснула у меня на груди.

Лицо Герольда озарила блаженная улыбка, когда он вспоминал это.

— Ближе к утру меня разбудил плач и истерика женщины. Я не сразу понял, что это была ваша мама. Из разговора я понял лишь то, что плата будет жестокой для всех… Нельзя было изменять силы, которые даны человеку…

Герольд закончил перевязку и закрыл ногу подолом платья. Эвелин сидела, уставившись в одну точку. Она всё ещё не могла осознать, что всё это происходит с ней.

— Почему Александра думает, что это всё из-за неё?

— Алекса считает, что если бы она не родилась, её мама не захотела бы делать того, что сделала… Не было бы обряда, не было бы смерти и не было бы последствий…

— Что они хотели предотвратить, Герольд? — девушка подняла на него пустой взгляд. — Ради чего всё это?

— Если силу, дар не использовать, игнорировать, то он съедает изнутри, и человек умирает. Мать Алексы хотела защитить одного ребёнка, переложив дар на другого, обрекая дочь на двойное видение — наяву и во сне. Силы её детей были разные, и получилось так, что видения Алексы удвоились…

— Один ребёнок важнее другого? — поражённо выдохнула девушка.

— Мать Алексы была слишком хладнокровна в этом плане…

Двери покоев вдруг открылись, и в комнату забежала Бри.

— А я думаю, что это мне Кирсиан знаки подаёт, что в комнату нельзя, — засмеялась девушка, закрывая за собой дверь.

Эвелин отвернула голову, закрывая глаза.

— Графини, — улыбнулся Герольд, — мне нужно идти. Король поручил несколько важных дел. Может быть, вы, дорогая Бри, побудете с леди Эвелин, чтобы она не грустила? Миледи вывихнула ногу, и ей лучше посидеть в покое и не бегать пока по дворцу.

— Конечно, посижу и развлеку, — искренняя улыбка кокетки обескураживала.

— Кто он или она? — тихо спросила Эвелин, не открывая глаз.

— Вы о ком? — вмешалась Бри.

Эвелин проигнорировала вопрос девушки и подняла взгляд на мужчину.

— Я имею право знать.

— Это не моя тайна… Простите, миледи… — мужчина поклонился и вышел из комнаты.

— Чем займёмся? Хотите, я вам почитаю? Или можем поговорить… — радостно начала Бри.

— Я хочу отдохнуть, — нервно выдохнула Эвелин. — Можно я… останусь?

— Конечно, — приветливо сказала девушка. — Вам принести плед или покушать? Или ещё что-нибудь?

— Можно я прилягу?

— Вам помочь дойти до спальни? Там будет удобнее…

Девушка молча кивнула. Бри подала руку графине и помогла встать. Идя к комнате, младшая Шуар стала не по-детски серьёзна.

— Кирсиан очень вас любит…

— Как и я его… — выдохнула Эвелин, пытаясь не наступать на травмированную ногу. — Вы тоже ему не безразличны, Бри.

— Я знаю, я чувствую… И от этого страшно…

— Почему? Разве он плох? Или его чувства не взаимны?

— Вы хотите, чтобы я сказала правду или солгала?

Эвелин опустилась на кровать и легла поверх одеяла. Бри принесла покрывало и, укрыв графиню, села рядом.

— Почитаете мне?

— Хорошо.

Бри ушла в гостиную комнату, чтобы подыскать подходящий рассказ.

— Он не так прост, как может показаться, — из спальни донёсся полусонный голос Эвелин. — Иногда он просто невыносим, всегда пытается быть сильным. И если он не считает кого-то достойным, из него откровенности и щипцами не вытащишь. Кирсиан знает цену всему лучше кого бы то ни было. Он никогда вам не признается в том, что его сделало таким, какой он есть. И, к сожалению, ни вы, ни я не можем избавить его от его прошлого и груза, который он несёт. Но всё, что вам нужно знать, — это то, что он хороший… Хороший…

Бри вернулась в комнату с книгой и увидела, что Эвелин уснула. Графиня Шуар поправила плед и поцеловала девушку в щёчку.

— Хороший, я знаю. Отдыхайте, леди Эвелин.

Бри тихо, на цыпочках, вышла из комнаты и прикрыла дверь.

Входные двери открылись без стука, и в комнату вошёл Кирсиан, осторожно неся поднос с различными вкусностями. Парень был полностью сосредоточен на том, чтобы не уронить поднос, поэтому не сразу заметил, что ни Эвелин, ни Герольда нет.

— Эвелин, Атри сделала тебе творог и сказала, чтобы ты съела всё до последней ложки, иначе она сама придёт и будет кормить с ложки.

— Цс! — подскочила Бри и закрыла дверь на ключ. — Проходите, — шёпотом сказала девушка. — Эвелин уснула, пусть немного отдохнёт.

Кирсиан оглянулся, но в комнате действительно никого, кроме Бри, не оказалось.

— Уснула?

— Да. Оставьте поднос здесь, — Бри указала на маленький столик возле дивана.

Парень аккуратно опустил поднос на стол и усмехнулся.

— Мне пришлось отнести вашу вазу Александре.

— Ничего, главное, король ничего не заподозрил, — Бри кончиками пальцев коснулась своих губ, чтобы не рассмеяться.

Кирсиан горько улыбнулся и опустил голову.

— Вы… — он замолчал, так и не подняв головы.

— Кирсиан, — девушка провела рукой по щеке парня.

Он посмотрел на неё из-под ресниц. Какая же она была красивая — невинная, милая, прекрасная… Он хотел её обнять, прижать к себе и никуда не отпускать. Но в голове пронеслись сцены с бала, а затем сегодняшняя прогулка в саду и то, как Бри привела короля к своим покоям… Парень снова прикрыл глаза.

— Вы снова усомнились во мне?

— Мне просто… сложно, — криво улыбнулся парень. — Я знаю, как король любит красивых девушек, и то, что он так заинтересован в вас… — Кирсиан сделал шаг ближе, легко взял девушку за подбородок и нежно погладил большим пальцем по щеке. — Вы хорошая актриса… Сложно не верить тому, как вы с ним себя ведёте.

— А может, вы боитесь не этого? Может, вы боитесь, что я играю с вами?

— Больше всего… — честно прошептал парень.

— Тогда коснитесь моих губ, закрыв глаза, и ответьте себе — фальшив ли мой поцелуй? Обнимите меня и скажите себе — поддельна ли дрожь моего тела? И, наконец, спросите, что я чувствую, глядя в ваши глаза. В моём дыхании вы, быть может, уловите истину.

— Бри… — прошептал он и легко коснулся её губ. Поцелуй был мягким, ненавязчивым, неторопливым — Кирсиан словно растягивал этот момент, как глоток редкого вина.

Бри обвила руками его шею, ловя каждое едва ощутимое прикосновение. Она невольно откинула голову назад, подставляя шею под его поцелуи. Лёгкое платье чуть приоткрывало плечи, и Кирсиан на мгновение замер, чувствуя, как учащается его дыхание.

— Бри, сейчас не время для этого… — прошептал он, касаясь губами мочки её уха.

Его губы скользнули к шее, оставив дорожку нежных поцелуев, но он вдруг остановился.

— Я знаю… Ну, остановите меня… — Бри улыбнулась, и Кирсиан почувствовал на своей коже лёгкое прикосновение её губ и едва заметный укус.

Руки девушки скользнули под его рубашку, коснувшись груди. Из груди Кирсиана вырвался тихий вздох. Она была права — ему нужно её остановить. Но он не мог.

— Идёмте в мою комнату… — прошептала Бри.

— Вы — искусительница, — низким голосом произнёс парень и медленно двинулся к ней, заставляя отступать. Его пальцы ловко коснулись шнуровки корсета. — Если вы меня не остановите… Я за себя не ручаюсь.

— Сперва спросите, — тяжело дыша, проговорила Бри. — Спросите, хочу ли я, чтобы вы остановились…

Графиня Шуар прошла в спальню и отступала, пока не почувствовала за спиной край кровати. Кирсиан остановился в нескольких шагах от неё и внимательно всмотрелся в её глаза.

— А вы хотите, чтобы я продолжил?

Бри судорожно вдохнула и, в страхе закрыв глаза, задрожала сильнее. Кирсиан подошёл ближе и нежно провёл рукой по её щеке.

— Вы хотите, чтобы я остановился?

Взгляд девушки выдавал её неопытность и невинность, а страх в голубых глазах дрожал, готовый пролиться слезой. Она будто потеряла дар речи и лишь неотрывно смотрела на него.

Кирсиан взял её руку и положил себе на грудь, чтобы она могла почувствовать биение его сердца. От этого прикосновения по её телу пробежала дрожь, но он оставался спокойным.

— Вы чувствуете?

Бри кивнула.

— Оно ваше. И я не прошу ничего взамен. Вам не нужно делать то, о чём вы, возможно, когда-то пожалеете.

Бри разжала руку, которой придерживала платье, и оно мягко скользнуло вниз.

— Я не пожалею, мой Кирсиан. Не пожалею.

Парень отпустил её руку и, не отрывая взгляда от её лица, сглотнул. Он посмотрел на дверь, потом снова на девушку. В его глазах вспыхнул огонь, и он резко развернулся, захлопнул дверь и повернул ключ. Затем медленно двинулся к ней, наслаждаясь каждым мгновением.

— Не бойся, — прошептал он ей в губы.

Он склонился над ней, и Бри почувствовала, как кровать прогнулась под его весом. Его взгляд был полон нежности и страсти, а дыхание участилось.

— Я тебя люблю, — прошептала она, не сдерживая лёгкого стона.

— Люблю тебя, — горячо ответил Кирсиан и поцеловал её, ловя её дыхание и растворяясь в этом мгновении.

Глава 4. Актёры в жизни и на сцене

Городок жил собственной жизнью, и казалось, что это вечное движение ничто не может прервать. Мужчины, женщины, дети носились туда-сюда, перекрикивались, продавали, покупали или везли возы с товаром куда-то. Кареты увозили своих господ по неведомым делам.

Одна из карет остановилась перед дверями придорожного кабачка, и из неё вышел мужчина в чёрном плаще. Как только он закрыл дверь экипажа и отошёл на несколько шагов, карета сдвинулась с места и поехала дальше.

Молодой человек шагнул внутрь кабака и, не обращая внимания на веселящихся мужчин и дам, прошёл к лестнице и стал подниматься на второй этаж. Мягкими уверенными шагами он добрался до конца коридора, подошёл к самой крайней двери и трижды постучал. Её молча открыла пожилая женщина, впуская мужчину внутрь, а затем вышла и закрыла за собой.

— Годы идут, а места всё те же, — хмыкнул из-под капюшона гость.

— Как будто вы против, — ухмыльнулась русоволосая девушка, опираясь на подоконник зашторенного окна. — За вами не было хвоста?

— Вы же знаете, с этим я предельно осторожен, — собеседник кивнул, но капюшон всё ещё не снимал.

Девушка медленно подошла к мужчине и, не стесняясь, легко откинула его капюшон.

— Аадам, — улыбнулась она.

— Елизавета, — ответил на улыбку герцог. — Чем обязан в этот раз?

— Скажем так, королевство нуждается в вас.

— Королевство в вашем лице? — недоверчиво повёл бровью Аадам.

— В лице Её Величества, — ничуть не изменилась в лице фрейлина королевы.

— Не боитесь говорить мне такие вещи?

— Если бы боялась, стала бы говорить?

— А я-то думал, вы просто соскучились по мне, — герцог сделал шаг к девушке, сокращая расстояние до считанных сантиметров. — А оказывается, просто решили использовать. Снова.

— Почему так грубо? — надула губки девушка, тогда как её проворные пальцы уже развязывали узелок, на котором держался плащ. — Просто совмещаю приятное с полезным. Разве вы не учили меня этому? — её голос стал низким и возбуждающим. — Не тратить ресурсы попусту.

— Ты внимательно слушала, — прищурил глаза мужчина.

— Каждое слово, — прошептала она ему в губы, ни на секунду не отрывая взгляда от его голубых глаз, и отбросила плащ в сторону.

Аадам ухмыльнулся, резко притянул девушку к себе и поцеловал. Руки фрейлины королевы обвились вокруг его шеи и зарылись в волосы, а с губ сорвался томный стон. Герцог усмехнулся и потянул её к постели…

…Бри кинула взгляд на простыню со следами их маленького преступления и от стыда забралась под одеяло, чуть прикрыв рот покрывалом.

— Герольд меня убьёт… — протянула девушка и закатила глаза. — Я боюсь даже представить его праведную речь.

Графиня Шуар была не в силах скрыть удовлетворённую улыбку.

— Тебя убьёт? — хмыкнул Кирсиан. — Меня он просто разорвёт на части. Убивать не станет, — он ухмыльнулся и, отобрав у девушки одеяло, нежно поцеловал. — Вы мой ангел.

— Я так счастлива, Кирсиан…

— Нужно собираться… — тяжело вздохнул парень, проводя носом по шее девушки.

— Кирсиан, вы только не ревнуйте меня больше к королю. Его Величество никогда не тронет меня…

Парень навис над ней и посмотрел прямо в глаза.

— Как вас не ревновать, зная, что он только и мечтает о вас? — поинтересовался Кирсиан, тыльной стороной ладони проводя по нежной девичьей щеке. — Он привык получать то, что желает.

— Неужели вы думаете, что Герольд допустит такие отношения? Пусть даже с королём. Он слишком меня любит, чтобы позволить сделать меня фавориткой… И король это знает.

Кирсиан вздохнул.

— Зачем вообще тогда с ним общаться так?

— Так надо. Не спрашивайте, — девушка повалила слугу принца на спину и, усевшись на него, поцеловала. — Давайте одеваться.

Бри соскочила с кровати и скрылась за ширмой.

— Вы стесняетесь меня? — Кирсиан ухмыльнулся, поднимаясь.

— Нисколько… — высунув голову, игриво сказала девушка.

Бри снова спряталась, а из-за ширмы появилась её миниатюрная обнажённая ножка. Кирсиан не мог перестать улыбаться. Он натянул брюки и зашагал босиком по прохладному полу. Остановившись перед самой ширмой, он, пока девушка ещё не опустила ножку, легко провёл по ней кончиками пальцев. Графиня вновь спрятала ножку, и довольное личико кокетки выглянуло на Кирсиана.

— Вам помочь? — поинтересовался парень.

— Помогите.

Кирсиан посмотрел на девушку из-под ресниц, а потом развернулся за платьем.

— А дайте мне из шкафа светло-зелёное…

Кирсиан через плечо посмотрел на девушку и с лёгкой улыбкой направился к шкафу. Он открыл его и быстро нашёл нужную вещь. Слуга Генри отдал девушке наряд, и она, одевшись, вышла из своего убежища, чтобы мужчина завязал корсет.

— А теперь помогите, — улыбнулась графиня и повернулась спиной к слуге наследника.

Кирсиан взял шнурки в руки и резко притянул девушку к себе так, что его дыхание коснулось её шеи. Осторожными и ловкими движениями парень быстро справился с корсетом. Бри лишь стреляла глазками, глядя на парня через плечо. Когда слуга Генри закончил, графиня привстала на носочки и, украдкой поцеловав его, побежала к двери.

— Только бы леди Эвелин не проснулась, — шёпотом сказала она и отперла дверь спальни.

— Да уж, выйдет неудобно, — Кирсиан улыбнулся и присел на кровать, чтобы обуться.

Бри пошла в комнату, где спала графиня, проверить, не проснулась ли девушка. Эвелин спокойно спала. Графиня Шуар вернулась в общую комнату и, сев на диван, стала выбирать, что съесть с подноса, который принёс Кирсиан.

— Я проголодалась, — усмехнулась девушка, глядя на молодого человека, который вышел следом за ней.

Отыскав свою рубашку и кафтан, Кирсиан быстро оделся и подошёл к девушке, улыбаясь.

— Отопри двери, — он запечатлел мягкий поцелуй. — А то будет подозрительно, что мы закрылись. Я пойду приведу твою комнату в порядок. Хорошо?

— Спасибо, — прикрыв глаза от блаженства, ответила девушка и, схватив сладкое пирожное с подноса, вприпрыжку отправилась к выходу.

Кирсиан скрылся за дверью спальни.

Эвелин, провалившаяся в сон, впервые за долгое время спала так сладко. Кошмары не тревожили её сознание, и, проснувшись, она ощутила на лице улыбку. Мягкая кровать и тишина новой спальни дарили небольшое удовлетворение и покой.

Кирсиан прибрался в спальне графини Шуар и вернулся в общую комнату, где Бри с аппетитом поедала пирожные. В дверь покоев младшей сестры Килии постучали.

— Входите, — чуть не проронив сладость мимо рта, крикнула Бри.

Двери открылись, и в гостиную спокойной, уверенной походкой вошёл герцог Эксетер.

— Добрый вечер, — мужчина одарил девушку очаровательной улыбкой. — Приятного аппетита.

Бри подскочила и присела в реверансе, смахивая салфеткой крошки.

— Рада видеть вас, герцог. Чем обязана такой чести?

Аадам кивнул Кирсиану и вновь обратился к девушке:

— Ищу графиню Бовино. Она случайно не у вас?

— А вы видите её здесь? — игриво спросила девушка и подошла к Аадаму.

— Я вижу её верного друга, — поддержал он её игривый тон. — Как дела, Кирсиан? — поинтересовался герцог, поднимая взгляд на юношу.

— Спасибо, хорошо, — кивнул Кирсиан, слегка улыбаясь.

Аадам мысленно усмехнулся и снова повернулся к девушке. Графиня Шуар проскользнула мимо Аадама, негромко ответив:

— Сейчас поищу нашу госпожу.

Бри прошла в спальню, где отдыхала Эвелин, оставив небольшую щёлочку, через которую Аадам мог заметить графиню Бовино.

— Что вы здесь делаете? — спросил Кирсиан, явно не обрадованный визитом герцога.

— Я искал Эвелин. Вчера она обещала мне ужин, — как ни в чём не бывало усмехнулся мужчина, отводя взгляд от дверей.

— Ужин? А вас не смущает, что у неё есть жених? — выгнул бровь слуга старшего принца, складывая руки на груди.

— Жених? — хмыкнул Аадам. — Нисколько. А вас ничего не смущает, Кирсиан?

— А что-то должно? — приподняв бровь, поинтересовался Кирсиан.

Аадам усмехнулся и, услышав шаги, прошептал, слегка подавшись вперёд:

— Поправь волосы.

Кирсиан нахмурился, но, взглянув в зеркало, понял, что волосы в полном беспорядке. Он быстро привёл их в порядок, а Аадам, продолжая усмехаться, посмотрел на дверь. Молодой человек сделал шаг к ней и постучал. От прикосновения Аадама дверь приоткрылась шире, и он увидел Эвелин в постели.

— Всё в порядке?

Бри стояла возле Эвелин у изголовья кровати, а графиня Бовино, заметив Аадама в дверях, поспешила подняться.

— Здравствуй, спящая красавица, — нежно улыбнулся Аадам, опираясь о косяк двери, когда зелёные глаза взглянули на него.

— Здравствуй, — сонно улыбнулась девушка. — Я проспала ужин? — виновато спросила она, садясь.

— Совсем нет, — пожал плечами герцог. — Наоборот, очень даже вовремя проснулась, — улыбнулся он. — Сменила покои?

— Сменила обстановку. Леди Бри разрешила мне остаться у неё.

— Могли бы и меня попросить, — шутливо улыбнулся Аадам. — Что с вами? — взволнованно произнёс он, подходя к девушке и помогая ей сесть на край кровати, когда та слегка поморщилась, а из-под юбки показалась перевязанная нога.

— Просто подвернула ногу, — успокаивающе улыбнулась Эвелин. — Спасибо.

— Просто подвернула? Миледи, вы когда-нибудь научитесь вести себя осторожнее?

— А что, я вам такая не нравлюсь? — взглянула на него из-под бровей Эвелин.

— Даже если мне придётся вас каждый день ловить, носить на руках, а потом перематывать конечности, вы всё равно будете мне нравиться. Но лучше я просто буду носить вас на руках, — улыбался Аадам, не отрывая взгляда от графини.

Эвелин улыбнулась, опуская глаза.

— Ваше Высочество, — строго сказала Бри, — а вам не кажется, что неприлично заходить в спальню и тем более произносить подобные признания женщине, которая принадлежит другому?

Аадам посмотрел на Бри. Он и думать забыл, что та здесь. Но прежде чем он успел ответить на колкий комментарий графини, Эвелин взглянула на девушку и успокаивающе улыбнулась:

— Бри, всё в порядке. Аадам, поможете встать?

— Конечно, — кивнул герцог. — Куда мы идём?

— В гостиную.

— Хорошо, — произнёс он и в следующее мгновение одной рукой обхватил талию девушки, а другой подхватил её под колени.

— Аадам! — Эвелин вскрикнула от неожиданности и тут же обвила шею парня руками.

— Леди Бри, придержите, пожалуйста, двери, — спокойно произнёс герцог, держа на руках Эвелин.

Бри улыбнулась и, подскочив к двери, распахнула её шире.

— Прошу вас, герцог, — леди Шуар присела в реверансе.

— Спасибо, — улыбнулся Аадам, не глядя на девушку.

— Вы и на ужин меня понесете? — улыбаясь, спросила Эвелин.

— Конечно. Вы же не собираетесь прыгать? — усмехнулся герцог. — Тем более что мне это только в радость.

— А то, что у меня есть жених, вас не смущает? — вопрос прозвучал скорее как утверждение.

— К самому себе ревновать — весело, — прошептал герцог девушке на ухо так, чтобы никто не услышал, а затем широко улыбнулся.

Герцог отнёс Эвелин в гостиную и усадил на диван.

— Так, графиня, я вас никуда не отпущу. Будем ужинать у меня, — решительно начала Бри и, видя, что никто не возражает, продолжила: — Я схожу, прикажу подать ужин в мою комнату, а вы, герцог, пока развлечёте нашу Эвелин. Кирсиан, откройте бутылку, что стоит в винном шкафу, и проследите, чтобы наши господа не скучали.

Бри поклонилась и быстрым шагом удалилась. Аадам присел рядом с Эвелин.

— Кирсиан, почему это дама сама пошла за ужином? Разве не ты должен этим заниматься? — высокомерно поинтересовался Аадам и тут же незаметно получил локтем под рёбра, но вида не подал.

— Эта дама сама решает, чем ей заняться, — невозмутимо ответил слуга старшего принца и направился к шкафу позади парочки.

Когда Кирсиан отвернулся, Аадам закинул руку на спинку дивана так, что она коснулась плеча девушки.

— Ты же понимаешь, что если я стану твоей женой, тебе придётся с ним считаться? — шёпотом произнесла девушка.

— Если ты станешь моей женой, я готов постелить ему коврик возле нашей постели, — очаровательно улыбнулся парень, также говоря шёпотом.

— Ты несносен, — графиня закатила глаза. — И перестань говорить такие вещи перед посторонними. Это неприлично, тем более что официально я невеста Элреба Гиэрта.

— А стану женой Аадама Эксетера — и что с того? — выгнул бровь герцог, довольно улыбаясь.

— Тише, — зашипела девушка, прикладывая ладонь к его губам и оглядываясь на Кирсиана.

Тот спокойно вынул из шкафа бутылку и бокалы.

— Ещё никто не знает, и пускай не знают.

— Я мог бы обижаться на то, что вы не хотите ставить в известность о вашем решении даже лучшего друга, но знаете… — Аадам приблизился ещё ближе, так что графиня могла чувствовать его дыхание, — не могу не признаться: вся эта секретность мне безумно нравится.

— Ну так ведите себя соответственно, — Эвелин посмотрела прямо в голубые глаза.

Герцог усмехнулся и непроизвольно опустил взгляд на губы девушки.

— Думаю, никто не будет против белого? — спросил Кирсиан, вмешиваясь в разговор.

Аадам и Эвелин резко отодвинулись друг от друга и отрицательно покачали головами.

— Отлично, — кивнул Кирсиан и, достав бутылку, зашагал к ним.

Бри, вероятно, бегом носилась по замку — иначе столь быстрое её возвращение было невозможно объяснить. Она, словно ураган, ворвалась в комнату.

— Всё скоро принесут. Надеюсь, вы не против, но я не могла не пригласить Александру и Герольда. Кирсиан, налейте мне вина…

Парень быстро наполнил бокал и протянул его девушке.

— Прошу.

Бри бросила ревнивый взгляд на герцога Эксетера, но промолчала.

— Эвелин, как ваша нога? — спросила кокетка.

— Спасибо, уже лучше, — улыбнулась девушка.

— Я всегда знала, что у моего Герольда золотые руки, — хихикнула Бри и пригубила вина.

Аадам лишь хмыкнул и подал Эвелин бокал.

— Думаю, всё дело в практике, — девушка сделала глоток.

— Этого было хоть отбавляй: я была сорванцом… — начала свой рассказ Бри. — Сперва Герольду приходилось перевязывать меня с ног до головы, а потом полночи укладывать спать, потому что я могла уснуть только у него на груди.

— Как это мило, — тепло улыбнулась Эвелин.

— Как это мило, — в один голос передразнили девушку Аадам и Кирсиан.

Графиня Бовино одарила каждого строгим взглядом.

— Вам бы поучиться у него.

— Нет, спасибо, — поднял руки Аадам.

— Как-то сам, — кивнул Кирсиан и сделал глоток.

Эвелин усмехнулась, качая головой. А живот предательски заурчал: продолжительное недоедание дало о себе знать.

— Где же этот ужин? — поинтересовалась Эвелин, бросая взгляд на входную дверь.

— Будет и ужин, и сладкий десерт… — повернув голову набок, проговорила девушка с лёгкой гримасой.

В комнату постучали, и дверь сразу же открылась. Александра вошла в сопровождении своего старшего брата Генри.

— Алекса! — удивлённо вскрикнула Бри и присела в реверансе. — Я думала, вы придёте с Герольдом.

— Ваше Высочество, — последовали её примеру Кирсиан и Аадам, который предварительно поднялся.

Заминка вышла с Эвелин: сама, не наступая на ногу, она не смогла подняться. Аадам молча обнял талию девушки и помог.

— Ваше Высочество, — произнесла девушка реверанс, а Аадам продолжал её поддерживать.

— Это лишнее, леди Эвелин, правда, брат, — сверкнула глазами Алекса.

— Александра права, миледи. Здесь только близкие люди. Все поймут, если мы сегодня не будем склонять перед вами голову, — улыбнулся Генри и поклонился ещё раз — только Эвелин.

— Не беспокойтесь, Бри. Герольд сейчас обязательно придёт, — спокойно продолжила принцесса и отпустила сына короля.

Наследник подошёл к графине Бовино, взял её руку и поцеловал, задержавшись губами на нежной коже чуть дольше, чем положено.

— Аадам, я смотрю, и вас позвали на этот семейный ужин… — перевёл взгляд на герцога Генри.

— Можно сказать, я устроил этот семейный ужин, — ничуть не смутившись, ответил кузен принца. — Хотя нет, это наша графиня постаралась, — улыбнулся герцог.

Щёки девушки слегка покраснели.

— Я не специально.

В покои постучали, и Бри, которая уже была у двери, открыла. В комнату вошли слуги и принесли разнообразные блюда. Младшая Шуар показала, где что поставить. Поскольку предполагался фуршет, Бри ловко собрала тарелку вкусностей и, махнув рукой Кирсиану, который уже был готов выполнять свои обязанности, сунула тарелку в руки принца.

— Ваше Высочество, не сочтите за труд — прислужите нашей госпоже, которая нуждается в заботе.

Генри не нашёлся, что сказать, и лишь кивнул. Наследник подал тарелку Эвелин, и та, сама того не осознавая, провела рукой по руке принца и замерла. Глаза Аадама потухли, когда он увидел это, но герцог был не в силах отвести взгляд.

— Спасибо, — попыталась, как ни в чём не бывало, улыбнуться девушка и взяла тарелку.

В комнату вслед за многочисленными слугами вошёл Герольд и окинул всех пронзительным взглядом. Охотник поприветствовал присутствующих и закрыл дверь за слугами. Сокольничий взял вино, которое приготовил Кирсиан, и, опередив слугу принца, налил два бокала — для Генри и Александры.

— А знаете, — поднимая всем настроение, задорно объявила Бри, — давайте я устрою вам маленький концерт! Мы часто устраивали подобные вечера в замке Флёри… Герольд, вы примете участие в моём представлении?

— О нет, Бри, — отмахиваясь, замотал головой Герольд. — Я сегодня не готов лицедействовать.

Граф Бример отдал бокалы королевским особам и вернулся к столу, чтобы наполнить свой бокал.

— А раненый боец подойдёт? — поинтересовалась Эвелин, которую уже начало напрягать присутствие сразу двух кавалеров.

— Нет. Сегодня вы наш зритель, — твёрдо ответила девушка, отбирая бокал у опекуна. — А ваше вино отдадим господину Кирсиану…

Бри сделала милое личико, глядя в глаза охотника, и он сдался.

Александра тем временем взяла две тарелки с едой и протянула одну из них Генри. Усадив брата, принцесса села подле сына короля на подлокотник его кресла.

Кирсиан поставил бокал на стол и, подхватив тарелку с едой, протянул её герцогу.

— Прошу.

— Спасибо, — благодарно кивнул Аадам, принимая её.

Эвелин жевала за обе щеки, уже не обращая ни на кого внимания.

— Кир… — она попыталась что-то произнести, но с набитым ртом это выглядело совсем не изящно.

«Эвелин, нельзя говорить с набитым ртом», — вспомнила девушка, как её учила мать вести себя за столом.

Она попыталась быстро пережевать, выставив палец перед другом в жесте «минуту».

— Кхм, Кирсиан, а есть творог или сыр? — прожевав, поинтересовалась графиня.

Слуга наследника посмотрел на девушку и на уже полупустую тарелку и широко улыбнулся.

— Надо же, кто проголодался! Вам Атри ещё на обед целую порцию дала, — довольная улыбка не покидала его лица. — Сейчас принесу, а вы кушайте, кушайте, миледи.

Эвелин улыбнулась и взяла очередной кусочек мяса. Она подняла взгляд и встретилась с улыбающимися глазами Генри.

Старший сын короля почувствовал, как Александра положила руку ему на плечо, и принц вдруг понял, что, опять поддаваясь магии глаз возлюбленной, забывает об окружающих.

— Александра, а вы случайно не участвуете в этих домашних концертах? У вас бы получилось… — спросил сестру принц.

— У нас Бри — мастерица гримасничать. Младшая графиня Шуар может исполнить любую роль, — улыбнулась Алекса и перевела взгляд на слугу Генри. — Кирсиан, вы практически член семьи. Посидите с нами и посмотрите выступление Бри. Я думаю, господа сегодня обойдутся без слуг…

Кирсиан кивнул и слегка поклонился принцессе, после чего подошёл к Эвелин и вручил тарелку с творогом.

— У меня только две руки, — на него поднялись зелёные глаза.

— Как раз, — улыбнулся друг.

Графиня протянула ему первую тарелку и кивнула на диван возле себя. Кирсиан кивнул и обошёл его, пока девушка отодвигалась от Аадама, чтобы освободить место для него. Герцог бросил на парня взгляд, но промолчал.

— О солнце, — театрально приложив руку ко лбу, вскрикнула Бри, — зачем ты каждый день восходишь на небосвод? О небо… Зачем ты столь голубо и бескрайне? О ветер… Зачем ты веешь теплом и запахом цветов? Мой мир уже не здесь. Мой мир — в мыслях и воспоминаниях, в тоске ночной прохлады и сумраке тёмного леса. О птицы… Зачем вы снова поёте свою песню о том, что где-то есть любовь? Ведь эта любовь уже так далеко отсюда — в бездне мрака и бездонном колодце утраченной души. О боги, демоны, диметры и шорготты, что хотите вы за мою плоть? За мою душу и боль? Мне же нужно лишь одно… Один… Он… И всегда только он… Моя жизнь. Мой свет и веселье. Мой гром и моя молния. Мой день и моя ночь… Вы так холодны… И я страдаю, плачу…

Подопечная Герольда смотрела влюблённым взглядом на театрального партнёра. Сокольничий сделал шаг ближе — так, что казалось, сейчас леди Бри упадёт в обморок, — и ответил монологом:

— Моя миледи, знайте без прикрас:

Влюблённый в вас слуга всегда согреет вас.

Вы влюблены лишь мельком, невзначай,

И превратится ночью в пыль души печаль…

И только я останусь в ваших мыслях навсегда,

Как преданный и верный ваш слуга…

Два актёра, стоявших друг напротив друга, были красивы, как боги: высокий, статный мужчина и миниатюрная, ниже его на голову, обворожительная девушка, смотревшая на опекуна так, как не должна смотреть юная девушка на мужчину. То ли это была искусная игра, то ли неподдельное восхищение и любовь…

Эвелин невольно повернулась в сторону Кирсиана, который уже сидел рядом с ней и смотрел на выступление.

— Думаешь, мы с тобой со стороны так же выглядим? — шёпотом поинтересовалась девушка.

— Куда страстнее, — прошептал в ответ Кирсиан, за что тут же шутливо получил лёгкий толчок.

Генри переводил взгляд то на Бри с Герольдом, то на Эвелин с Кирсианом. Аадам держался особняком и пил вино, время от времени поглядывая на графиню Бовино, которую почти не было видно за слугой наследника. Сам же принц вспоминал прошлую ночь и улыбался своим мыслям, периодически осознавая, что находится под пристальным взглядом сестры. Александра, по-прежнему сидевшая на подлокотнике кресла, могла видеть всех присутствующих и ловить каждую эмоцию.

Глава 5. Разговоры под луной

Свежий воздух и алеющий закат — печальное окончание долгого и странного дня, который начался со страшного ритуала.

Килия провожала последние очертания ровного круга: вскоре он, уплывая за горизонт, превратится в нечто полуразмытое, а когда скроется полностью, по телу пробежит холодок. Летние зелёные аллеи дворца превратятся в коридоры, населённые тёмными невиданными чудовищами — теми, что способно создать лишь человеческое воображение. Но стоит взойти одинокой луне, и краски ночи изменятся: по глади прудика в дворцовом саду побежит дорожка света, а причудливые монстры, ещё недавно казавшиеся грозными, начнут отбрасывать тень, окружённую режущим глаз белёсо-серебряным светом.

Килия улыбнулась, представив эти картинки, и, чуть вздрогнув от дуновения ветерка, побрела дальше под сенью аллеи дворцового сада.

Вокруг было тихо, и зелёный сумрак понемногу сгущался, тревожа воображение и пробуждая в душе что-то давно забытое. Какая-то часть её, полная трепета перед ночной тьмой и первобытной угрозой дикого леса, оживала: прислушивалась к шорохам и крикам засыпающих птиц, готовилась к нападению и бою. Она ждала… Ждала, что вот-вот хрустнет ветка под ногой врага, зашелестит куст от чужого прикосновения, донесётся звук чужого дыхания…

Краем глаза она заметила какую-то тень, обернулась, замирая от дикого, необъяснимого страха, — и встретилась взглядом с вчерашним менестрелем.

— Простите, я напугал вас, леди Килия, — мягко проговорил Эквито, глядя на неё своими разными глазами.

— Что вы, милый Эквито, — чуть улыбнувшись уголками губ, ровно произнесла девушка, — я вас ждала.

— Скажите, леди, а вы часто так гуляете? Одна и на закате? На границе дня и ночи?

— Да, меня прельщает эта грань…

— А рассвет?

— Рассвет красив, но его лучше встречать с любимым. Закат же — для одиночек.

— Не знаю, я всегда предпочитал рассвет, хоть и в одиночестве, — покачал головой Эквито. — Всё-таки холодная, почти ощутимая тишина раннего утра завораживает… Мне больше по душе пробуждение.

— Наверное, когда душа ждёт пробуждения, утро и становится началом жизни… Я жду другого.

— Чего же?

— Ах, не обращайте внимания на глупые предчувствия неопытной девушки, — графиня Шуар улыбнулась, но глаза её остались бесстрастными. — Расскажите лучше о себе. Вы прибыли издалека и сразу же оказались в центре событий. Я, наверное, удивилась бы, если бы на балу поверила в то, что вы простой менестрель.

— Верно, я не простой менестрель. Я скорее путешественник или странствующий учёный, если угодно. А лютня — это просто для души.

— Я попросила бы вас сыграть, но трагедия прошлой ночи… Наверное, это неуместно. Ваша музыка околдовывает.

— Музыка тем и хороша, что может выразить самые разные чувства. Она может заставить вас рыдать или, наоборот, утешить. Я не призываю вас веселиться на чужих костях, но вы ничем не поможете той девушке — Нелли Форес, верно? — если отгородитесь от всего прекрасного, что есть в этом мире.

— Тогда, может быть, вы что-нибудь исполните для моей души?

Эквито снял с плеча лютню — почему-то музыкант хранил её в странном массивном чехле, каких Килия раньше не видела, — сел на скамейку и положил инструмент на колени. Менестрель коснулся струн, и музыка, тихая и плавная, точно журчание ручья или шелест волн, разлилась по вечернему саду.

И вдруг из спокойствия и грусти возникла мелодия, полная нечеловеческой тоски и какого-то огня, — мятежная, взывающая… К кому? О чём была эта страстная мольба? Быть может, о справедливости, которой так мало места в подлунном мире. Или о мщении за всю боль и страдания, что только видела земля…

Килия внезапно поняла, что по её щекам катятся слёзы. Закусив губу, девушка чуть прикрыла глаза, наслаждаясь чувством, заполнившим душу. Но что-то надломилось в яростной мелодии: будто угасла надежда, дававшая ей силу. Музыка умирала, смирялась, таяла, точно последние отсветы дня. И вот последние ноты, вопрошающие, но бессильные, затихли в надвигающихся сумерках.

Эквито отложил лютню, а Килия глубоко вдохнула.

— Эквито, это ваша история? То, что заключено в этой музыке… Это похоже на вашу жизнь или вы прочли то, что в моём сердце? Мои мысли? Мою душу?

Менестрель только покачал головой.

— Нет, это не моя история. Эта музыка — одна из песен про древних героев моей родины. Командиров звёздных кораблей: Таль Киэро, Рута Сирин и Эл’леко Фа. Они боролись за… да, пожалуй, можно сказать, за свободу для всех людей.

— Чем-то похоже, — прошептала Килия почти беззвучно. — Я, наверное, могла бы сидеть с вами всю ночь, но нужно идти. Спасибо вам, милый Эквито.

— Не за что, — качнул головой менестрель. — Не за что, леди Килия. А я пока останусь здесь. Ночь обещает быть звёздной.

— А я не покажусь вам слишком назойливой, если останусь?

— Что вы, ни в коем случае.

— Мне показалось, милый друг, вы не слишком любите говорить…

— Нет, дело не в том… Просто в прошлом я не раз попадал в беду из-за лишней болтовни. Должен же я был хоть чему-то научиться. Извините, если вдруг обидел. Я правда не хотел.

Килия засмеялась.

— О нет, нисколько не обидели… Просто я не привыкла к тишине. Моей бы сестре научиться иногда молчать… А расскажите мне о своей родине.

— Рассказать? Не знаю даже, с чего начать. Просто… Рутения слишком далеко от Семиземелья, и для многих вещей в вашем языке даже не найдётся слов.

— Рутения? — переспросила Килия.

— Да, так иногда называют все земли моих соотечественников, — улыбнулся менестрель.

— Земля, где живут командиры звёздных кораблей? — улыбнулась Килия.

— Не только они, — мечтательная улыбка не сходила с губ Эквито. — Звёздные корабли же кто-то должен придумать и построить, верно? Это скорее земля учёных и художников. Ведь каждый из нас знает больше любого из ваших учёных мужей, а искусство… Искусство помогает раскрыть душу. У нас считают, что без знания и творчества не может быть истинной свободы.

— И в вашем мире нет зла?

— Увы, не так всё просто, — погрустнел менестрель. — На моей родине зла и впрямь нет: никому и в голову не придёт обидеть другого человека, да и не только человека. Но рутенийцы, рут’энси, как нас ещё называют, — лишь малая часть человечества, что уж говорить о чужаках. Мало кто из них разделяет наши идеалы. К сожалению…

— А зачем вы пришли в наш мир? — поинтересовалась Шуар.

— Я просто люблю путешествовать. А на Рутении справятся и без меня. В конце концов, у них есть мой Легион.

— Вы один из командиров?

— Да, и это тоже. Но я больше учёный, исследователь. Я скорее создатель кораблей — новых звёздных кораблей, способных обогнать даже свет.

— Ваши рассказы похожи на сказку. Мне вдруг захотелось стать частью этой сказки… — Килия мечтательно улыбнулась, подняв голову к небу.

Звёзды уже сияли сквозь черноту ночи, и медленно выползала луна из-за кустов. Графиня даже не заметила, как закат сменился темнотой, а потом всё озарилось серебром лунного света.

— Да, на сказку… Но сказка страшная, ведь звёзды не столь приветливы, как кажутся с земли. Среди них таится множество опасностей, — задумчиво проговорил Эквито.

— Опасность — по мне, — глаза графини блеснули в лунном свете. — Иначе будет скучно…

— Среди звёзд бушуют бесконечные войны. Скажите, — посмотрел на неё менестрель, — разве они необходимы, чтобы развеять скуку? Разве непознаваемых тайн Вселенной недостаточно, чтобы сделать жизнь захватывающей и интересной?

Горечь и боль слышались в его голосе.

— Иногда войны ведём не мы, а войну ведут с нами… А это разные вещи, увы… Ах, милый менестрель, я готова вечность быть с вами, но меня скоро начнут искать. Мне пора.

— Да, пора… — рассеянно кивнул Эквито, погружённый в свои мрачные думы. — Прощайте, леди Килия. Может, мы ещё поговорим с вами в другой раз…

— До свидания, мой милый Эквито.

Леди Килия чуть поклонилась и скрылась в тени аллеи. Менестрель проводил её долгим взглядом и снова поднял голову. Яркие звёзды сверкали в недостижимой выси — далёкие, равнодушные и чужие. Они и не могли сложиться в знакомые созвездия.

Невыносимо тяжело и тоскливо было у него на душе. Притянув к себе лютню, Забытый рассеянно коснулся струн. Плачущая мелодия растаяла в ночной темноте, будто крик неведомой птицы…

Вечер подходил к концу: театрализованное представление сменилось музыкальным выступлением Бри, и Герольд смог, наконец, поесть и выпить.

— Дорогой брат, кузен, Эвелин… Уже поздно, — чуть устало сказала принцесса. — Я хочу уйти. Думаю, и вы, милая графиня, утомились и хотите отдохнуть?

— Если честно, то я только проснулась, — слегка виновато улыбнулась девушке Эвелин.

— Да, она проспала снова полдня, — хмыкнул Кирсиан.

— Тогда пожалеем Бри, — улыбнулась Алекса. — К тому же неприлично засиживаться допоздна у незамужней девушки и у невесты. Если узнают о наших полуночных посиделках, двор загудит сплетнями. Генри, Аадам, вы идёте?

Александра встала со своего места и направилась к выходу.

— Конечно, — ухмыльнулся Аадам и поднялся с дивана. — Леди Эвелин, — он подошёл к девушке и, взяв её ручку, запечатлел на ней поцелуй, — спасибо за столь прекрасный вечер. Спокойной ночи.

— Взаимно, — коротко улыбнулась девушка.

— Леди Бри, вы были неотразимы, — герцог слегка поклонился младшей графине Шуар и направился за кузиной.

Герольд поклонился и, сославшись на ещё одно дело, которое он должен сегодня сделать, быстро удалился. Генри нехотя поднялся и, поцеловав руку графине Бовино, направился к выходу под пристальным взглядом Аадама, который стоял в дверях.

Как только Генри подошёл к двери, Бри подскочила к принцу:

— Ваше Высочество, вы позволите, чтобы Кирсиан помог нам с посудой?

— Конечно, — спокойно ответил наследник.

— Спокойной ночи, Аадам. Спасибо за комплименты, — пропела Бри. — А, Генри, я совсем забыла: у меня к вам есть разговор… Уделите мне минутку?

— С удовольствием, — Генри кивнул Аадаму и сестре, показывая, что они могут его не ждать.

— Прошу, Ваше Высочество, — герцог открыл дверь и придержал её для девушки. — Я провожу вас.

— Благодарю, кузен, — подхватив под руку герцога Эксетера, ответила Алекса и, бросив улыбку брату, сладко пропела: — Спокойной ночи, мой Анри.

— Что ж, — тяжело вздохнул Кирсиан, когда принцесса скрылась в сопровождении Аадама, — нужно это убрать.

— Я тебе помогу, — спохватилась Эвелин.

— Ещё чего? А сходить на кухню не хочешь?

— Хочу, — улыбнулась Эвелин.

— Ни за что, — раздельно произнёс друг. — Я уберу, а ты почитай мне, раз тебе скучно.

— Хорошо, — кивнула Эвелин и собралась подняться за книгой.

— Но… но… но… — Кирсиан поймал её, останавливая. — Я сам.

— Я не смертельно больна, — надулась девушка.

— Не смертельно, не смертельно, но ноге нужно отдохнуть, — он поцеловал её в макушку и направился к шкафу с книгами. — Лови, — Кирсиан бросил ей книгу, которая попалась ему под руку первой.

Эвелин улыбнулась и, качая головой, открыла книгу.

— Бри, — пытаясь не смотреть на Эвелин, тихо сказал принц, — что вы хотели?

— О, нет-нет, леди Эвелин! Время позднее: маленьким девочкам пора спать, — Бри звонко засмеялась и, серьёзно взглянув на наследника, произнесла: — Ваше Высочество, если графиня не слушается меня, то вас-то она послушается? Отнесите Эвелин в ту комнату…

Тон младшей Шуар был практически приказным.

— Ну, если графиня Бовино не против? — взглянул принц.

— Конечно, не против, — подталкивая его за плечо, пропела Бри и шепнула на ухо принцу: — К тому же сегодня дождя не будет, и вашей одежде ничего не угрожает…

— Я не хочу спать, — недовольно нахмурилась девушка, бросая на Бри подозрительный взгляд.

Генри подошёл к Эвелин и шепнул:

— А мы и не будем спать.

У Эвелин перехватило дыхание, и она непонимающе посмотрела на Генри, потом на Бри, а потом снова на Генри. Наследник подхватил графиню на руки и молча отнёс в спальню. Положив Эвелин на кровать, Генри поцеловал возлюбленную — он уже не в силах был сдерживаться.

— Генри… Что вы делаете? — в перерывах между поцелуями спросила девушка, а потом через силу отстранила его от себя. — Бри и Кирсиан ведь в соседней комнате. Что вы себе вздумали?

— Кирсиан знает, — прошептал принц, продолжая наступление. — Бри ещё с утра обо всём догадалась… Я не могу остановиться… Эвелин, я люблю вас…

— Знают? — поразилась девушка, непроизвольно выгибаясь под руками мужчины.

— Они сами хороши… — усмехнулся принц. — Провели вчера вместе ночь…

— Они… — Эвелин быстро закусила губу, сдерживая стон.

Генри, тяжело дыша, остановился и присел на край кровати.

— Нет. Всё было невинно, конечно. Они уснули в одежде… — принц засмеялся. — Как дети…

— Что, если она расскажет? — тяжело дыша, спросила Эвелин.

— Я был бы только рад, если бы она рассказала.

Эвелин села и непонимающе посмотрела на принца.

— Что вы такое говорите?

— Сегодня я понял, — Генри опустил голову к шее девушки и уткнулся в неё, вдыхая аромат нежной кожи, — я понял, что ужасно ревную вас к Аадаму. Я ничего не могу с этим поделать, и после вчерашней ночи эта ревность стала только сильнее. Я схожу с ума. Я не смогу спокойно жить, зная, что вы будете принадлежать кому-то другому…

— Я сегодня столько узнала, — сиплым голосом произнесла девушка, — что даже не знаю, что с этим делать. А мысль о том, что придёт тот день, когда я не смогу даже видеть вас, просто убивает.

Генри приблизился к губам Эвелин, а руки его легли на шнуровку корсета.

— Не отпущу тебя… Не отпущу…

Кирсиан стал собирать тарелки, но, как только Генри и Эвелин скрылись в спальне, Бри подскочила к слуге наследника. Графиня выхватила из его рук тарелки и поставила их на стол, а затем обхватила парня за талию и поцеловала.

— Оставьте, Кирсиан, слуги уберут… — нежно прошептала Бри.

— Не хотите мне объяснить, что вы делаете? — слегка отстранив девушку, поинтересовался парень.

— Вы о чём? — словно удивилась кокетка.

— Что это вы ему нашептали? — Кирсиан кивнул на закрытую дверь.

— Ничего… — хихикнула леди Шуар.

— Правда? А вот мне кажется, что как раз всё наоборот, — он всматривался в её лицо. — Вы что-то знаете?

— Знаю о чём? — продолжала играть девушка.

— Вы маленькая чертовка, — Кирсиан обвил девушку и легко прижал к себе. — Вы специально так сделали. Пригласили Александру, зная, что та приведёт Генри. А принцесса в курсе?

— Я ей не говорила, но, думаю, она догадывается… Поэтому она Аадама и утащила… Она его недолюбливает…

— Значит, вы все за Эвелин и Генри? — выгнул бровь слуга принца.

— А вы думали, Герольд и Килия в замке Флёри просто так эту парочку разводили по разным углам?

— Я не знал, что Герольд подобным методом уводил Эвелин от Аадама, — хмыкнул Кирсиан. — Я думал, мне придётся его спасать от удушения, как только он приедет.

Бри тихонько засмеялась, уткнувшись в грудь парня.

— А меня зачем отвлекали?

— Вас? От чего?

— Мне, между прочим, чуть голову не оторвали, когда Его Высочество услышал о пропаже Эвелин на озере.

— Ну, здесь мы все проморгали… Хотя мы вряд ли могли это предотвратить.

— Почему это? — Кирсиан откинул волосы девушки с шеи.

— Озеро — странное место. Мистическое. На простых людей оно не влияет, а вот на колдунов…

Кирсиан застыл.

— Кого?

— Тех, у кого есть определённые способности…

— Эвелин — колдунья?

— В каком-то роде… — смущённо сказала девушка.

Кирсиан посмотрел на закрытую дверь.

— Я думал, это сказки… Но если это правда, — он перевёл взгляд на Бри, — тогда, пока она не контролирует свои силы, она опасна в моменты эмоциональных всплесков. Бри, нам нужно их остановить, пока ничего не произошло.

— Эвелин нужно охранять. Поэтому Герольд и принёс её в мою комнату: сама бы она неизвестно куда пошла.

— Да, нужно охранять её и от неё, — зашептал Кирсиан, выпутываясь из рук Бри. — И в данный момент нужно уберечь Генри.

— Что ты имеешь в виду?

— Если она колдунья, то, чего доброго, в порыве страсти и наследника в жабу превратит, а нам что потом делать?

Бри засмеялась.

— Если бы это было так просто, то Алекса нас давно бы в жаб превратила.

— Александра тоже? — удивился парень. — Кто ещё? Генри? Ричард? Филисия? Джарольд? Герольд, в конце-то концов?

— Генри точно нет. Анабель позаботилась об этом.

Графиня вдруг поняла, что уже болтает лишнее.

— Анабель? Мать Генри? Как это она могла позаботиться о нём?

— Кирсиан, — Бри закусила губу, — давайте не будем об этом…

— Что значит «не будем»? Бри, мы не в игрушки играем. Думаете, я забыл о том, что вы сказали о плате и вашей смерти? Вы будете последними жертвами, верно? Вы и ваша сестра. Если Нелли Форес не стала последней, значит, нужно ещё… Я не могу вас потерять, — он закачал головой. — Я не могу вас потерять.

Бри улыбнулась и провела рукой по лицу молодого человека.

— Всё будет хорошо. Поверьте мне. Кирсиан, просто обнимите меня и не думайте о плохом.

Графиня Шуар приблизилась к губам Кирсиана и чуть прикоснулась к ним.

Кирсиан притянул девушку к себе, хмуря брови. Он провёл тыльной стороной руки по щеке девушки.

— Скажите, что вы ищете другой выход, — умоляюще прошептал Кирсиан.

— Идите ко мне и не думайте ни о чём… — Бри взяла слугу Генри за руку, увлекая в свою спальню.

— Бри, — лицо Кирсиана исказила гримаса внутренней борьбы.

Графиня резко притянула парня к себе, обхватила его шею и страстно поцеловала. Руки Кирсиана сами собой обхватили девушку, хотя разум ещё и пытался сопротивляться…

Ночь сгущала чёрные краски, а лёгкий шум ветерка в кустах становился пугающим. Александра в эту ночь не хотела бродить по ночному саду и лесу: к тому же видение прошлой ночи до сих пор тревожило её сознание. Принцесса собиралась спать, когда в дверь постучали. Провинциалка открыла, и на лице непроизвольно появилась улыбка.

— Вы? Так поздно? И через дверь? — играя в удивление, сказала принцесса.

Джон осмотрелся по сторонам и шагнул внутрь.

— Теперь я по замку могу ходить и не опасаться, что меня кто-то увидит.

Александра прошла к дивану и пригласила мужчину сесть напротив.

— Рассказывай, — настраиваясь слушать ежедневный отчёт, сказала девушка.

— Килия беседовала с этим странным менестрелем, — без предисловий начал охотник. — Сложно сказать, что он за человек… Точнее, что за существо…

— Да, я чувствую: уж точно не музыкант, — усмехнулась принцесса. — Сегодня видела его у Ричарда.

— Кстати, о принце Ричарде. Вы мне говорили о его паже, я так и не встречал этого мальчишку.

— Я тоже его давно не видела, — засмеялась Алекса. — Знаете… Ну, все были у него в гостях сегодня: я, Эвелин, менестрель… Даже кошка, а пажа не было.

— Кошка? Пятнистая, с круглыми ушами?

— Ты её видел?

— Видел на портрете, который показывала мне твоя мама.

— На каком портрете?

— На портрете вашего общего предка — Великого короля-колдуна Ультариса… Это элура — кошачий оборотень… Кошка явилась с нашим лютнистом?

— Нет. Я видела её и раньше. Она приходила ко мне, когда я только приехала…

— Значит, кошка давно живёт здесь…

— Ричард сказал, что Кадами нездоров, а кошка была с повязкой, — Алекса улыбнулась и исподлобья посмотрела на Джона. — Это интересно.

Принцесса встала с дивана и прошла по комнате, а мужчина следил за каждым её шагом. Комната, как всегда находившаяся в полумраке, навевала тоскливые мысли, вперемешку с чем-то пугающим; одновременно хотелось спрятаться от всего, от всех и ощутить притяжение двоих…

Джон, более не в силах сдерживать свои желания, подскочил со своего места и, словно ветром подлетев к дочери короля, одной рукой приподнял её к себе. Горячее дыхание и взгляд, подобный омуту, всплеском прокатились по телу девушки.

— Чёрт с ними… — страстно дыша, сказал мужчина. — Алекса…

— Джон… подожди… — обхватив наставника, прошептала принцесса.

— Я восемнадцать лет ждал. Касался тебя, но не мог обладать. Думал ночами о тебе, искал утешения с другими, — горячее, резкое дыхание обжигало кожу девушки, и она лишь прикрывала глаза от блаженства. — Сейчас ты моя, и я хочу хоть иногда не думать о дневных проблемах, а тонуть в тебе. Растворяться в объятьях той, которую давно беззаветно люблю.

— Джон… — уже стонала от желания принцесса и не пыталась остановить любовника. — Я всегда смотрела на тебя с любовью, а ты всё медлил. Считал меня ребёнком.

— Конечно же, ты ребёнок… Мой ребёнок… Моя принцесса… Моя королева… И больше ничья…

Сокольничий, не опуская возлюбленную на пол, прошёл с ней в спальню, по дороге ослабляя её корсет. Без лишних остановок мужчина освободил Алексу от одежды и, скинув одеяние с себя, слился с желанным телом, уже не сдерживая страсть, как прошлой ночью.

Глава 6. Между долгом и страстью

Утренний свет уже играл на лицах влюблённых, но так не хотелось пробуждаться. Бри, нежная, словно летний тёплый ветерок, лежала на груди Кирсиана и чуть заметно дышала. Слуга наследника проснулся первым, огляделся и прищурился от яркого света, лившегося из окна. Одежда была разбросана по комнате, будто здесь пронёсся ураган. Он усмехнулся, вспоминая события минувшей ночи, и с нежностью посмотрел на спящую девушку.

— Мне пора уходить, — прошептал Кирсиан, оставляя лёгкий поцелуй на лбу графини.

— У-у-у, зачем настало утро? — протянула Бри.

— И я не понимаю, зачем оно… — вздохнул Кирсиан и откинул со лба девушки светлые пряди. — Доброе утро, — улыбнулся он нежно.

— Поможете мне одеться? — Бри поцеловала его обнажённый торс и потянулась к губам.

— Мне больше нравится вас раздевать, — с улыбкой ответил он, целуя её в ответ.

— Может, тогда к чёрту одежду? — усмехнулась кокетка.

Кирсиан усмехнулся, положил руку девушке на спину, перевернул её и навис сверху.

— Я ведь могу и согласиться на столь заманчивое предложение.

Бри улыбнулась и пропела:

— Тогда оставайтесь. Я выпрошу вас у принца Генри — и вы будете только моим…

Девушка вздрогнула: её острый слух уловил стук в дверь.

— Это Герольд… — прошептала она.

Кирсиан застыл.

— Что мы будем делать?

Графиня Шуар отстранилась, выскользнула из-под него, молча накинула халат и тихо прошептала:

— Оставайтесь здесь. Только, пожалуйста, ни звука. Он охотник. У него слух летучей мыши. Ни шороха, — серьёзно повторила она и вышла в общую комнату, плотно закрыв за собой дверь.

Кирсиан кивнул, тихо перевернулся и сел на постели. Бри перевела дыхание и открыла дверь.

— Доброе утро, Герольд, — присела в реверансе графиня.

Джон бросил взгляд через плечо девушки и, не говоря ни слова, прошёл внутрь. Бри закрыла дверь, повернулась к сокольничему и приставила указательный палец к губам. Герольд приподнял бровь и указал на комнату, где спала Эвелин. Бри показала на своё ухо, а затем обвела взглядом обе спальни.

— Чем обязана столь раннему визиту? — пропела девушка с наигранной лёгкостью.

— Во сколько вчера от вас ушёл Кирсиан? — спросил Джон довольно грубым тоном, не сводя глаз с оставшихся на столе тарелок.

— Он ушёл вместе со всеми, — без запинки ответила миледи.

Охотник улыбнулся и покачал головой, но не смягчил тона.

— А почему не позвали слуг, чтобы здесь всё убрали? — продолжал он свой театральный допрос, прекрасно понимая, что его отчётливо слышит тот, кто прячется в комнате подопечной.

— Хотела заняться этим сейчас, — тихо ответила графиня.

— Следовало сделать это ещё вчера. Но, полагаю, вы были заняты куда более интересными делами?

Герольд обошёл Шуар кругом. Было слышно лишь, как каблуки его сапог глухо стучат по паркету. Он намеренно выдерживал паузы, добиваясь нужного ему эффекта, а девушка не смела ему помешать.

— Послушайте, дорогая Бри, моё счастье, — произнёс он наконец. — Вы — графиня Шуар и не должны забывать, кому обязаны подчиняться. Вы принадлежите мне, и только я решаю вашу судьбу. Задумайтесь о своём поведении, любовь моя. — Он вновь сделал мучительную паузу и спокойно добавил: — Через полчаса начнётся собрание королевского совета, а через полтора часа вы должны быть готовы к верховой езде. Поедете со мной. Я ясно выразился?

— Слушаюсь, Ваше Сиятельство, — звонко и покорно отозвалась Бри.

В общей комнате снова послышались шаги, и Кирсиан, слышавший весь разговор от начала до конца, вздрогнул, когда дверь громко хлопнула. Он вскочил с постели и принялся торопливо собирать вещи и одеваться.

Тем временем Бри молча прошла в спальню, отыскала нужное платье и скрылась за ширмой.

— Простите меня, графиня, — голос Кирсиана утратил привычную лёгкость и весёлость. — Я не должен был позволять себе ничего лишнего.

— Ничего, Кирсиан, — спокойно, но чересчур ровно и безэмоционально отозвалась Бри из-за ширмы.

— Я не должен здесь находиться, — холодно произнёс он. Справившись с одеждой, он направился к выходу. — Не должен…

Бри уже успела облачиться в полуплатье и брюки для верховой езды. Она подскочила к слуге принца Генри, обхватила его за талию и прижалась к его груди.

— Нет, — выдохнул Кирсиан, мягко отстраняя её.

— Не отталкивайте меня, Кирсиан, — тихо сказала графиня. — Я люблю вас.

— И я люблю вас, — отозвался он. — Но то, что мы делаем, противоречит правилам. А когда нарушаются правила, кто-то должен платить.

— И кто из нас заплатит? — с горечью и злостью бросила Бри.

Кирсиан приблизился к ней так, чтобы не касаться, и прошептал:

— Если бы расплачиваться пришлось только мне, я бы рискнул. Но если кто-то узнает, платить придётся нам обоим.

— Вас пугает, что про меня пойдут слухи? — усмехнулась девушка. — Двор и так скоро загудит из-за чрезмерного внимания ко мне короля. Одной сплетней меньше, одной больше — мне всё равно, что будут говорить и как смотреть.

— Даже Герольд? — в глазах Кирсиана вспыхнули странные огоньки.

— Герольд строг, но не ужасен, — спокойно ответила она. — Да, для него важны титул и статус при дворе, но его родители, кроме громкого имени, ничего не имели. Он с младенчества был на службе: до четырнадцати лет — пажом, потом восемь лет — воспитателем Алексы. Король лишь пять лет назад пожаловал ему звание главного сокольничего и земли, которые ему, по правде говоря, совсем не нужны. Земли, которые унаследуем мы с Килией как его подопечные. Родители нам не оставили ничего. — Она усмехнулась. — Что ждёт меня и Килию? Скажете, выгодный брак? Да никогда в жизни Герольд не продаст нас за клочок земли или герб на карете. Возможно, для него имя и имеет вес, но куда важнее то, что человек собой представляет.

Кирсиан молча смотрел на неё, а потом отвернулся и стал отдаляться.

— Кирсиан! — топнула ногой Бри и, обежав его, встала прямо перед ним. — Вы не любите меня, иначе боролись бы. Вам проще плыть по течению. Вы сами придумали себе эти запреты и препятствия. Вы говорили, что я пожалею о том, что мы сделали. Так вот: я не жалею и никогда не пожалею. А вы, видимо, уже пожалели…

Бри Шуар взвилась, словно вихрь: светлые кудряшки встрепенулись в воздухе. Графиня бегом добежала до двери, распахнула её и скрылась в коридоре.

Эвелин посмотрела на Генри. Они не слышали весь разговор, но сразу поняли, в чём дело.

— Пообещай, что не выйдешь, пока я не вернусь, — попросила графиня Бовино. — Он не любит, когда ты видишь его слабым.

— Эвелин, через полчаса — собрание королевского совета. Давай я просто уйду, а вы спокойно поговорите.

Генри коснулся лица миледи.

— Знаете, я боюсь, что однажды вы от меня убежите точно так же — и разобьёте моё сердце…

Наследник криво улыбнулся.

— Я убегу от вас? — хмыкнула девушка. — Кажется, вчера кто-то говорил, что не отпустит меня. — Она обвила шею мужчины и нежно поцеловала. — Пять минут — и вы вместе с Кирсианом пойдёте собираться на совет. Вам нужна помощь, а ему — работа, чтобы отвлечься.

Генри дёрнул графиню к себе — так, что она ощутила всю его силу и стальную твёрдость тела.

— Люблю тебя больше жизни…

Принц раскрыл объятия, словно приглашая её отпустить его, и подмигнул.

— Можете считать его нашим ребёнком, — хихикнула девушка, украдкой поцеловала его, поправила халат и ушла в гостиную, плотно закрыв за собой дверь.

Сын короля помрачнел. Потерев лоб, он подошёл к окну.

Кирсиан стоял посреди комнаты, прикрыв лицо рукой. Сердце Эвелин сжалось от боли за друга. Она медленно подошла к нему — нога всё ещё немного ныла, — встала на носочки и обняла, притягивая к себе. Но Кирсиан не ответил на объятие.

— Кирсиан, — прошептала она и провела рукой по его волосам.

— История повторяется, — надломленным голосом произнёс он, опуская руку. — Только теперь я в роли вредителя. А что, если всё будет в точности как тогда? — Он поднял на подругу влажные от невыплаканных слёз глаза. — Я не смогу этого выдержать. — Кирсиан качнул головой из стороны в сторону.

— Ничего не будет так, как тогда, — твёрдо произнесла Эвелин. — Ты не Люк. У тебя есть титул.

— У меня нет титула, — почти злобно выплюнул Кирсиан.

— Есть. Просто… Ты не можешь жить так и дальше. Нужно отпустить прошлое. Столько лет прошло. Думаешь, Лирлия хотела бы, чтобы ты так мучился? Она хотела, чтобы ты был счастлив. Тебе нужно отпустить прошлое и простить отца. Не ради него — ради себя. Ради того, чтобы жить и радоваться жизни. Чтобы быть с любимой женщиной, каждую ночь засыпать с ней и просыпаться по утрам. Милый, ты заслуживаешь этого. Я желаю тебе этого — и Лирлия желала бы того же. Прошу, давай съездим к твоему отцу. Тебе давно пора с ним поговорить.

— Эвелин, я…

— Прошу, Кирсиан, — настойчиво повторила девушка.

— Я подумаю, — слуга мягко отстранился. — У Генри собрание. Нам нужно идти. Позовёшь его?

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Ловлю тебя на слове, — Эвелин поцеловала парня в щёку и зашагала назад к спальне. — Ваше Высочество! — остановилась она в дверях.

— Кирсиан, пойдём, нам пора, — спокойно произнёс принц. Чтобы не задеть чувства друга, он лишь легонько коснулся руки Эвелин — так, чтобы Кирсиан этого не заметил. — Хорошего вам дня, моя госпожа.

Генри направился к выходу.

— Хорошего дня, мой принц, — Эвелин ободряюще улыбнулась и проводила мужчин взглядом.

Когда они вышли, девушка шумно выдохнула и сползла на пол, закрыв глаза.

Кирсиан уже около часа мерил шагами пространство возле дверей зала совета. То подходил вплотную к дверям, то снова отходил к парадному выходу, будто пытаясь убежать от собственных мыслей.

Наконец из зала стали выходить советники. Принц шёл в числе первых — и вид у него был весьма недовольный. Кирсиан давно научился безошибочно считывать настроение наследника.

Генри подошёл к слуге и громко произнёс:

— Друг мой, нам надо уехать на несколько дней.

— Куда мы поедем? — отозвался Кирсиан, стараясь поддержать привычный лёгкий тон.

— Ваше Высочество, прошу прощения, — поклонился подошедший Джон. — Его Величество поручил мне отобрать людей для поездки. Не хотел бы причинить вам неудобства, но считаю неуместным брать с нами господина Кирсиана.

Сокольничий вновь поклонился и почти виновато опустил глаза.

— С чего вы сделали такой вывод? — резко бросил Кирсиан. — Я еду туда, куда едет принц.

— Не стану озвучивать причины, которые, полагаю, и так известны нам троим, — ровным тоном ответил охотник.

— Кирсиан, ты останешься в замке, — спокойно, но твёрдо сказал принц.

— Что значит «останусь»? — Кирсиан резко повернулся к Генри. — Вы меня оставляете?

Молодых людей отвлёк цокот копыт во дворе. Кирсиан и Генри обернулись. Джон, откланявшись, направился во двор.

Там уже была Бри — верхом на коне, с поводьями гнедого жеребца в руках. Герольд хлопнул своего коня по шее, вскочил в седло и пришпорил. Конь Бри переминался у фасада, пока графиня, сохраняя безупречную осанку, не отрывая взгляда, смотрела прямо на Кирсиана. Затем она пришпорила жеребца и поскакала следом за графом Бримером.

— Кирсиан, ты не поедешь. Так действительно будет лучше, — тихо повторил наследник.

— Ничего не будет лучше, — с горечью и злостью ответил парень. — Почему я не могу поехать? Я вам нужен.

— Послушай, друг мой, — Генри положил руку ему на плечо. — Этот Джон… или Герольд… чёрт его разберёт… Он уже зверем на тебя смотрит, и ты сам прекрасно понимаешь почему. Не гневи Создателя. Останься здесь, с Эвелин. Кто-то должен присмотреть за графиней Бовино.

— В прошлый раз, когда вы мне это сказали, чуть не оторвали кому-то голову, — надулся Кирсиан.

— Боюсь, что если ты поедешь с нами, голову тебе точно кто-нибудь оторвёт. Вам надо побыть вдалеке друг от друга. Я понимаю, как это тяжело. Я и сам буду скучать по одному человеку…