Читать книгу: «Повторная молодость 4»

Глава 0

Глава 1

Кое-что в Америке

В начале мая 1979 года вспомнил о биржевых скачках цен на драгоценные металлы, серебро и золото.

«Жадность братьев Хантов запустила цены на серебро в космос.

До 1979-го Ханты сконцентрировали у себя около 15% мировых запасов. А затем снова решили играть по-крупному: договорились с саудовской королевской семьей и несколькими брокерскими домами и начали совместно скупать фьючерсы на драгметалл. Они контролировали примерно треть мировых запасов без учета владений госструктур, поскольку всегда требовали поставок по контрактам. А потом увозили серебро в Европу.

В середине января 1980-го Ханты держали 69% всех фьючерсов на нью-йоркской товарной бирже COMEX. Позиция Хантов на рынке оценивалась в $4,5 млрд, а доход от серебра достиг $3,5 млрд. На рынке возник дефицит серебра, а цены за год взлетели с $6 за унцию в январе 1979-го до $52 в январе 1980-го. Ханты получали около $100 млн бумажной прибыли за каждый доллар прироста цены серебра».

Надо было реализовать эту отложенную информацию по биржевым скачкам в США, колебания курса серебра, а точнее его резкого подорожания.

Еще в начале 1978 года дал указание своим брокерам через «Фирму» Пивторанова приобрести шестьсот шестьдесят две тонны серебра по пять долларов за тройскую унцию. Точно такую же покупку сделали мои официальные брокеры на Нью-Йоркской бирже, и там у меня уже закуплено шестьсот шестьдесят две тонны серебра. Сейчас к лету 1979 года оно уже стоит восемь с половиной долларов за унцию. Вот наконец и сам Пивторанов заинтересовался таким выгодным приобретением на сто миллионов долларов, которые превратились за год в сто семьдесят миллионов, решил встретиться со мной лично.

- Валерий Иванович, ваше приобретения шестисот тонн серебра повергла нашу фирму в полное смущение – улыбнулся Пивторанов. – Тем более, что цена его со времени покупки выросла аж на семьдесят процентов!

- Евгений Петрович, информация настолько секретна, что я только лично могу вам ее изложить, иначе она просто потеряет свою ценность – ответил я ему с улыбкой. – Ну я только вам могу доверить такую интимную информацию.

- Да я буду нем как рыба! – ответил мне с улыбкой Пивторанов.

- Евгений Петрович, курс серебра к концу года вырастет еще больше - до двадцати пяти долларов за унцию, а в январе он подпрыгнет аж до пятидесяти долларов за унцию, правда это будет кратковременный скачок цены. А потом начнется резкий спад, просто обвал, другими словами. Поэтому к концу января 1980 года надо будет распродать абсолютно все серебро. Это мой прогноз, и я решил рискнуть своими капиталами, чтобы заработать себе на хлеб с маслом, ну может быть еще и с черной икрой – сказал я с улыбкой. – Я намереваюсь заработать на этой операции около миллиарда долларов.

- О... Это что-то! А вы азартны! Хотя приз у вас, конечно, стоит того. За год миллиардером станете! Но насколько достоверна эта информация? – тут же напрягся Пивторанов, отбросив шутливый тон.

- Это только мой прогноз, и я его не сообщал руководству страны, иначе он тут же потерял бы свою актуальность. Достаточно двоих для обсуждения реакции на него – ответил я.

- Да… Понял вас. То есть нет никаких гарантий… Но вы вложили в этот проект свои сто миллионов долларов, это дорогого стоит… - рассуждал Пивторанов вслух. – Мы присоединимся к вам, добавим свои миллионы долларов. Для вас это будет небольшая конкуренция, но пока цены на серебро держатся на очень низком уровне, ничто не предвещает такого рост цены. Да и наши закупки не вызовут колебание цен – мы слишком мелкие рыбки в этом пруду с акулами Уолл-стрита. Так, мы вроде карасей там.

- Я предлагаю вам начиная с сентября начинать скупать акции компаний, добывающих серебро – сказал я. – Сами понимаете, что если начнет расти стоимость серебра, то тут же пропорционально подскочит стоимость акций добывающих компаний. Нас действительно там просто не заметят – братья Хант затеяли эту авантюру с серебром, они самые крупные покупатели серебра.

- Вы, несомненно, правы, это взаимосвязанно – согласился Пивторанов. – Мы поддержим вас. Какую суммы вы хотите выделить на акции?

- Пять миллионов долларов, практически весь остальной свой капитал, я ставлю на рост стоимости серебра – ответил я. – Больше средств у меня на это нет.

- Вас понял, мы будем участвовать в этом деле, добавим на закупку акций свои пять миллионов долларов, тем более что будет явно виден рост стоимости серебра – решил Пивторанов.

- Сообщите мне о результатах. Часть закупок акций я проведу через легальные счета – сказал я. – У меня на них осталось около ста пятидесяти миллионов долларов, которые вложены в различные акции, основной капитал вложен в серебро. Переведу часть этих активов в акции компаний, добывающих золото и серебро, но основные средства уйдут на закупку золота. Золото тоже должно значительно увеличиться в цене, более чем в два раза. А может быть и больше – позже я вам сообщу более точный прогноз.

- Хм, это очень существенная информация… Опять же никаких гарантий? – спросил он.

- Нет, это просто прогноз – ответил я. – Если быть точным, то сейчас цена золота держится на уровне двухсот сорока долларов за тройскую унцию, к январю 1980 года дойдет до восьмисот долларов. Потом последует спад до шестисот долларов, так будет колебаться до 1981 года, потом упадет до четырехсот долларов за унцию и будет долго колебаться возле этой отметки. На этом скачке можно хорошо заработать, я вложу в золото кредитные средства, сто пятьдесят миллионов долларов, то есть куплю двадцать три тонны золота, выручу за это шестьсот миллионов, чистая прибыль составит четыреста пятьдесят миллионов. А вам просто можно продать двести тридцать тонн золота СССР в момент пиковой цены, восемьсот долларов за унцию, заработав на этом шесть миллиардов долларов.

- Вас понял, при росте цены на золото Минфин СССР так и так будет его продавать по максимуму, без нашего участия – усмехнулся Пивторанов. – А почему вы тогда не все активы вкладываете в серебро? Там же профит выше.

- Не складывать в одну корзину все яйца – в золоте меньше доход, зато надежнее – усмехнулся я. – Но это предварительные наметки, подробно я буду с брокерами обсуждать свои действия, ну и с банкирами, которые будут кредитовать эти закупки. Сами понимаете, под залог серебра я не могу взять кредит на его покупку.

- Да, простой советский инженер, который имеет своих триста миллионов долларов, из которых половина находится на офшорных счетах, собирается взять кредит на сто пятьдесят миллионов долларов в американском банке. А под какой залог? У вас же все свободные средства вложены! – спросил Пивторанов с усмешкой.

- Так под мои закупки серебра, которые стоят сейчас сто семьдесят миллионов долларов и курс серебра продолжает расти. Жаль, что под ваши закупки через офшорные счета я не могу взять кредит – ответил я.

- Ну успехов вам Валерий Иванович, пожалуй, я попробую продать тысячу тонн серебра из СССР, Минфин вряд ли уследит за его скачками – усмехнулся Пивторанов на прощанье.

После этого я связался со своим официальным брокером, дал ему задание на оформление кредита для покупки золота – у него была доверенность от меня на это. Да и этого брокера мне рекомендовал банк Джи-Пи Моргана, в котором я держал свои накопительные и депозитные счета для биржевых операций.

- Привет Джон, как поживаешь? – в лучших американских традициях задал я вопрос брокеру Джону Малковицу.

- Все отлично Вал! Как у тебя дела? – спросил он в том же духе.

- Отлично, вот появилась идея заработать денег на росте цены на золото – сказал я.

- Но у тебя не так много свободных средств – напомнил мне Джон. – Сто миллионов ты вложил в серебро, сейчас они уже стоят сто семьдесят миллионов, пятьдесят миллионов вложены в акции компаний. Ты хочешь их продать?

- Нет, я хочу взять кредит на сто пятьдесят миллионов под их залог – ответил я. – Проблем с получением кредита не будет?

- Какую сумму хочешь взять в кредит? – спросил Джон.

- Чем больше, тем лучше, но думаю, что сто пятьдесят миллионов мне дадут точно – усмехнулся я.

- Думаю, что ты прав, такую сумму тебе предоставят. На какой период будешь брать? – спросил он.

- Думаю, что на год, этого будет достаточно – ответил я.

- Хорошо, я тебя понял. Сейчас я свяжусь с руководством банка – такую сумму только с его согласия выдают, подготовлю бумаги в залог – ответил Джон и попрощался.

Джон позвонил мне только через сутки – огромное время по его меркам.

- Вал, привет! Пришлось собирать заседание совета директоров по твоей кредитной заявке. Кредиты ты у них не брал, у тебя плохая кредитная история. Но когда я рассказал, куда ты уже вложил деньги – в серебро, и насколько оно выросло за год, они озадачились. Ну я им и выдал, что кредит пойдет на закупки золота, клиент надеется заработать на росте цены на него. Ну после этого беседа пошла глаже – золото само по себе ценно, если упадет в цене, то не сильно. В общем кредит одобрили, я передал акции в залог, они, кстати, и так хранились в их депозитарии – хохотнул Джон. – Из одной ячейки в другую переложили! Когда мне начинать закупки золота?

- Прямо сейчас и начинай. Сейчас курс золота кажется двести сорок долларов за тройскую унцию, вот и закупай на всю сумму золото! – дал я команду.

- Как скажешь Вал! Начинаю, не буду терять времени! Пока! – попрощался он со мной.

А я улыбнулся – продадим мы это золото в январе 1980 года по восемьсот долларов за тройскую унцию – профит составит триста пятьдесят миллионов. Потратим сто пятьдесят миллионов, выручим пятьсот миллионов, отдадим кредит, останется триста пятьдесят – арифметика тут простая.

- За год на информации о золоте я сделаю триста пятьдесят миллионов долларов! Это же круто! – радовался я. А это покупка новых заводов и технологических линий для СССР, буду там развивать производство различных товаров. Ну или пока пущу их в оборот, чтобы преумножить их с той же целью.

Через неделю Джон перезвонил мне и сообщил, что золото куплено на все деньги, но цена скакнула, поэтому удалось купить только шестьсот тысяч тройственных унций – пожаловался он.

- Джон, у нас какие акции очень стабильные и их цена не упадет через года - спросил я. – И на какую сумму у нас такие акции приобретены?

- Ну Вал, это же обычное дело, треть капитала именно в такие акции и вкладывают – ответил Джон.

- Ну и какая сумма на них потрачена? Точнее скажи, за какую сумму мы их сможем продать?

- Тридцать пять миллионов, это за акции, которые не находятся в залоге – через пару минут ответил Джон.

- Продавай их и покупай на выручку золото – приказал я.

- Ты босс, тебе решать, но я бы не рекомендовал тебе вкладывать в рискованную авантюру все свои деньги – ответил Джон.

- Мой риск и моя прибыль – пошутил я и попрощался с ним.

Пару дней и Джон отзвонил мне, что купил еще сто сорок тысяч унций золота, его свозят в хранилища банка Джи-Пи Моргана. Теперь у меня в запасе почти двадцать пять тонн золота, буду ждать января 1980 года, когда золото взлетит в цене до восьмисот долларов за унцию. А там обратим это золото в доллары, а доллары превратим в технологические линии для моих заводов. И тут мне пришла крамольная мысль. А почему я должен вкладывать деньги в СССР? Биться там лбом об стену? Ведь можно эти заводы построить, например где-нибудь в капиталистической стране, где все можно купить без фондов. Я же без материалов, которые можно купить свободно, никакое производство не подниму! С одной стороны мне требуется дешевая и квалифицированная рабочая сила, с другой стороны – свободный рынок материалов и комплектующих. Но опять же дилемма – куда я буду продавать свою продукцию? В СССР или соцстраны? У них напряженка с валютой, много им не продашь. На западных рынках жесткая конкуренция и протекционизм. Да еще и санкции различные накладывают, куда хочешь – не продашь свою же продукцию… В общем есть над чем подумать. У меня имеются свободные капиталы, которые находятся за границей, я на них готовый завод могу купить в США, там у меня уже сформировалась устоявшаяся репутация удачливого бизнесмена. Но вопросы остаются…

Новости

Я еженедельно слушал зарубежные радиоголоса, плюс к этому мне присылал КГБ с грифом «ДСП» обзоры зарубежной прессы. И вот что я выделил интересное, потом выстроил в своей голове следующую картину. В 1978 году на мужа Тэтчер Дениса совершено покушение, царапина, пулей зацепило его плечо. Следом, буквально через месяц стреляли в ее сына Марка, но неудачно, пуля попала в косяк двери рядом с ним. Пресса подняла волну негодования, покушение на семью лидера Консервативной партии. Затем неудачное покушение на ее дочь Кэрол, опять пуля попала в стену дома рядом с ней. После чего Маргарет подала в отставку с поста лидера Консервативной партии Великобритании, без комментариев. Я сложил два и два и понял, что это было целенаправленное воздействие нашего ГРУ, с целью вывести Маргарет Тетчер из власти. И это удалось, достаточно бескровно. Не будет теперь в Великобритании «железной леди», ее заместил Уильям Уайтлоу, ее соперник в 1975 году. А в январе 1979 года он и стал премьер-министром Великобритании. Посмотрим к чему это приведет, думаю, что хуже для СССР точно не будет. Аналитики оценивают его как умеренного политика, достаточно мягкого, в отличие от Маргарет Тэтчер. С одной стороны, он проводил жесткую, бескомпромиссную политику полицейских реформ, строительства дополнительных тюрем и ужесточения уголовного наказания за правонарушения. Эта политика имела общественную поддержку, но, как выяснилось, оказалась малоэффективной; некоторые непродуманные действия полиции послужили причиной массовых беспорядков на этнической почве в Лондоне, Ливерпуле и Бристоле. В общем для СССР этот политик был более приемлем, чем тот курс, который вела «железная леди» в моем мире.

Беспилотники

Несмотря на свое желание отложить работу над беспилотниками самолетного типа, какой-то зуд заставили меня ими заняться. Вызвал к себе главу нашей вертолетной банды – это Василий Харитонов, он заместитель начальника отдела железячников Владимира Никишина.

- Вася, вот какое дело… В общем надо увеличивать время нахождения нашей птички в воздухе. Я вижу для этого путь сделать БПЛА самолетного типа – добавить к нашему квадрику ходовой винт и крылья большого размаха – предложил я.

- Вы знаете, у нас тоже бродят такие мысли… Только вот решиться не можем, это как бы отход от основной концепции – сообщил Василий.

- Да хрен с ней с концепцией, нам нужно увеличивать дальность полета. Вы уже аппаратуру ШПС (шумоподобные сигналы) установили? – спросил я.

- Да, аппаратура связи теперь у нас на ШПС, дальность уверенной связи увеличилась до трехсот километров, но видеосигнал передается только на сто километров. Ну это если наш квадрик поднять на высоту двух километров – ответил Харитонов.

- Отличные характеристики! В общем надо делать теперь новую аэродинамику, вот смотри эскиз – я показал ему нарисованный от руки рисунок.

Только крылья надо делать как можно большего размаха, чтобы несущая способность была большой. Надо добиться теперь от этого чуда техники вот примерно таких характеристик – сказал я и передал ему таблицу с параметрами реального дрона из моего будущего.

Таблица 1

Размах крыла, м

3

Масса, кг

максимальная взлётная

20

Максимальная полезная нагрузка, кг

6

Максимальное время полёта, ч

7

Время полёта с полезной нагрузкой, ч

5-6

Максимальная скорость, км/ч

75

Крейсерская скорость, км/ч

65

Практическая дальность, км

450

Дальность передачи видеосигнала, км

100

Практический потолок, м

4000

- Да, хорошая машинка будет! – увлекся Василий. – Только шибко медленная.

- Ну может крылья длиннее надо будет сделать, только надо бы аэродинамику просчитать. Желательно иметь скорость за сто километров в час – выдал я ценные указания.

- Шесть кило нагрузки – это две ракеты можно прицепить – выдал он свои расчеты.

Глава 2

- Знаешь, я тут подумал, а нафига нам ракеты? Если мы можем сбросить бомбу точно на цель? Поставим лазер для целеуказания и через телекамеру выведем беспилотник точно на цель. Останется только нажать кнопку сброса, и бомбочка попадет точно в пятно лазера. В этом случае можно будет четыре противотанковые бомбы взять на борт. Танки слепые – над собой они ничего не видят – предложил я.

- Так, я поставлю такую задачу своим, это и на наш квадрик можно будет две таких бомбы загрузить – тут же среагировал Василий.

- Это точно, загрузи своих ребят этим вопросом. Наверняка есть противотанковые суббоеприпасы подходящего веса, можно взять раритет ПТАБ-2.5, он весит полтора килограмма, еще в войну разработан. Наверняка ими склады забиты – подсказал я, прочитав это в своей идеальной памяти.

- Отлично, узнаем, сделаем запрос воякам – обрадовался Василий.

- Надо вам систему прицеливания отработать – дай задание своим. Надо лазерный прицел подвесить так, чтобы он показывать точно место падения боеприпаса. Для этого вам надо сделать точный датчик скорости и датчики ветра. Ну я подскажу вариант – в закрытом кожухе у вас должен быть гравитационный подвес, а по его положению выставлять лазерный прицел – подсказал я.

- Разберемся, у нас же имеются гироскопы, они-то точное положение дают. По ним можно и положение лазерного указателя регулировать – ответил Василий.

- Еще Василий, подумайте над сбросом обычных гранат типа РГД-5, она весит триста граммов. Радиус поражения осколками двадцать пять метров, ну это конечно максимум. А в реальности метров десять у нее радиус поражения – это отличное противопехотное средство поражения.

- Ой, здорово! Мы же их на наш квадрик штук десять можем подвесить! – обрадовался Василий.

- Ну вам еще надо будет установить механизм сброса – он тоже будет кое-что весить – напомнил я ему.

- Ну да, наверно граммов триста будет весить... – задумчиво произнес Василий. – А что насчет взрывателя? Штатный будем использовать?

- Штатный срабатывает через четыре секунды, а с высоты двести метров граната будет лететь шесть секунд – подсчитал я. – Надо будет вот такие предохранители сделать из пластика – я нарисовал на листке крестообразный предохранитель из моего будущего, которые применялись на СВО.

- А как он работает? – спросил Василий.

- При подвеске к дрону ставим его на взрыватель, а чеку убираем. Он будет препятствовать сбросу ручки взрывателя. При падении на землю он ломается и освобождает ручку взрывателя, который тут же срабатывает, и через четыре секунды, как полагается, граната взрывается – ответил я. – Они делаются из непрочного пластика, из обычного полистирола.

- Так просто? – удивился Василий. – Никогда такого не видел, на военке об этом нам не рассказывали.

- Эта информация не для широкого пользования, поэтому не слышали. Еще можно будет поставить на гранату пластиковый стабилизатор для повышения точности попадания – но это уже мы опытным путем выясним, нужен ли он – сказал я. – Вот его эскиз – я накидал быстро эскиз стабилизатора на бумаге.

- Блин, это уже настоящая авиа-бомбочка! – еще раз удивился Василий.

- Вот смотри еще Василий – это механизм сброса наших боеприпасов с дронов, вес примерно сто граммов. Там стоит движок с редуктором, при вращении стопор поворачивается, и резинка освобождается – боеприпас падает.

- Так, понятно... Это на одну гранату такая штука нужна... Надо придумать механизм на восемь штук для нашего квадрика – вздохнул Василий.

- Надо чтобы для ПТАБ-2.5 этот сбрасыватель подходил – подсказал я ему.

- Понятно, нужен универсальный сбрасыватель – согласился Василий.

- Еще Василий, выясни через генерала Петрова – отправь ему запрос, кто у нас производит углепластики. Из них можно делать легкие и прочные каркасы для наших дронов, у них прочность как у стали – добавил я.

- О! Здорово! Я хотел использовать стеклопластики для каркаса этого крыла – обрадовался Василий. – А оболочку будем делать из перкаля, ну или из болоньевой ткани или нейлона, из него делают крылья для дельтапланов.

- Подберете подходящий материал для обшивки, тут я сложности не вижу – согласился я. – Но будьте внимательны – нам нужна гладкая поверхность, чтобы не создавала дополнительного аэродинамического сопротивления потоку воздуха, не тормозила наш самолетик. Может даже придется сделать наполнение каркаса крыльев из плотного пенопласта и его лаком покрыть. Ну или отливать из пенопласта элементы крыльев, которые скреплять металлическим каркасом – трубками или чем-то подобным и склеивать между собой. Нагрузка на крыло будет не очень большая.

- Посмотрим – не стал спорить Василий. – А если на этот самолетик поставить движок от бензопилы… Так он и на тысячу километров улетит!

- Да, может и улетит, только будет уже не управляемым - усмехнулся я.

- Ну это же я в плане непрерывности полета сказал, и так он может летать и не семь часов, а целые сутки в радиусе ста километров! – выдал Василий.

- Я это понимаю, но сначала давайте доведем самолет на аккумуляторах до ума, а уже потом возьмемся за беспилотник с ДВС – согласен? – спросил я.

- Да нет вопросов, конечно, согласен – ответил Василий. – Но эта работа потребует увеличение штатов. Тридцать человек для этой работы недостаточно. Надо будет делать новую систему управления – это надо лабораторию программистов набирать, человек тридцать. Да и аэродинамика у самолетов специфическая, в отличии от вертолетов, нужно будет набирать авиаконструкторов, хотя бы человек десять.

- Набирай – у меня три отдела программистов в процессе формирования, выбирай себе кадры. Надо будет подумать над системой навигации, а то летать по гироскопу, не уточняя координаты, будет очень трудно – сказал я.

- Тогда еще тридцать программистов надо – вздохнул Василий.

- Готовь штатное расписание, вас давно пора уже надо выделить в свой отдел – сказал я.

Обрадованный Василий ушел в свой корпус – вертолетчики тоже остались в моем санатории, их пока засекретили, чтобы не светить испытания квадрокоптеров, которые они проводили на нашей площадке.

- Надо, пожалуй, окружающий лес забрать для испытательного полигона – подумал я. В этом лесу, вытянутом на десять километров с севера на юг и в поперечнике он достигал девяти километров, располагалась воинская часть пограничников, охранявшая внешний периметр санатория «Лесная сказка». Лес был обнесен проволочным заграждением, на котором висели таблички «Проход запрещен. Запретная зона». За ограждением, вдоль опушки, была проложена контрольно-следовая полоса и грунтовка, по которой ездили патрули.

Но теперь эту воинскую часть сильно сократили, оставив от нее только два взвода, примерно шестьдесят человек, правда хорошо оснащенных транспортом – по восемь УАЗ-462 и УАЗ-452 («таблетка»), пара ГАЗ-66, десяток мотоциклов Урал с коляской. Они осуществляли патрулирование, но уже достаточно редкое, только четыре раза в сутки делался объезд периметра и осмотр КСП – контрольно-следовой полосы. А вот при обнаружении на ней следов начиналась суматоха – поиски нарушителей. Обычно это были любопытные мальчишки, их ловили, родителей штрафовали. На этой огражденной территории располагался автопарк и автодром, который располагался вдали от чужих глаз в центре лесного массива. Вот его мы обычно и использовали как полигон для испытаний своих дронов, стреляли на нем по мишеням учебно-боевыми ракетами, ну которые без взрывчатки, вместо нее у них порошок мела был в качестве начинки – он закрашивал место попадания ракеты в белый цвет. Боевыми ракетами можно было стрелять только на полигоне под Красноармейском в Подмосковье, куда наши орлы ездили на боевые стрельбы.

Я опасался, что в связи с тем, что санаторий передали мне в личную собственность, теперь эту воинскую часть переведут в другое место, а лес станет «общим достоянием трудящихся» со всеми вытекающими последствиями в виде потенциальных пожаров и незаконной вырубки леса. Ну эти опасения у меня из прошлой жизни сохранились. Кстати, за самим лесом следило трое лесничих, делали вырубки старых деревьев, расчищали его от упавших деревьев. Просто купить этот лес себе я вряд ли смогу, не принято в СССР иметь частную собственность на землю и лес.

Но если тут останется работать отдел по разработке дронов, то охрану внешнего периметра явно сохранят. Тогда можно будет взять этот лес в аренду, как полигон для испытаний дронов, надо озадачить этим наших юристов, всё же пять человек в юр-отделе у нас уже сидят.