Читать книгу: «Древокорень»

Деревня Дубровник всегда жила в тени леса, который местные называли «Зеленой пастью». Лес был густым, древним и подозрительно тихим. Но настоящая беда пришла лишь тогда, когда начали исчезать жители деревни. Сначала пропал лесник, потом молодая вдова, затем - почтальон.

Через неделю после пропажи, все они возвращались.

Илья, местный уездный доктор, первым заметил неладное. Когда вернулся лесник, он не постучал, как всегда это делал. Он просто вошел в дом, когда дверь была заперта, и замер посреди комнаты. Илья, пришедший проведать соседа, застыл на пороге.

Лесник стоял спиной к нему. Его плечи были неестественно развернуты, а голова наклонена под таким углом, который сломал бы шею обычному человеку. Илья подошел ближе и коснулся его плеча.

- Степан? Ты где пропадал столько времени?

Лесник повернулся. Это движение было не плавным, а резким, как у сломанного механизма: щелк-щелк-щелк. Его голова дернулась так, будто леска натянулась до предела. Илья отпрянул. Глаза Степана были широко распахнуты, зрачки стали крошечными точками. Он не моргал. Даже когда в глаз попала пылинка, даже когда Илья провел ладонью прямо перед его лицом - ни единого рефлекса.

- Степан, ты меня слышишь? - голос Ильи дрожал.

Вместо ответа из горла лесника вырвался сухой, древесный треск. Его челюсть опустилась вниз с хрустом, будто ломались сухие ветки. Илья заглянул в ушную раковину соседа и почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Из глубины ушного прохода, прорывая кожу, тянулись тонкие, черные, как смоль, побеги. Они пульсировали, словно по ним текла не кровь, а густой древесный сок.

Илья понял: внутри Степана больше нет человека. Там было что-то инородное, что-то потустороннее.

***

В последующие дни деревня превратилась в театр марионеток. Вернувшиеся из недельного «отпуска» двигались рывками, их конечности сгибались в суставах под невероятными углами, невозможными для человека. Они не ели, не спали, а просто стояли на улице деревни или посреди своих домов, будто ожидая команды. Когда они шли, слышался отчетливый звук: хруст-скрип, хруст-скрип. Это внутри их тел кости, замещенные гибкими, прочными корнями, терлись друг о друга.