Цитаты из книги «Тимбукту», страница 8

.....например,чемодан на колесиках.Почему мы не придумали его раньше?Тридцать тысяч лет мы несли на себе наше бремя,пыхтя и потея,надрывая спину,растягивая сухожилия и изматывая организм.И при этом колесо-то у нас уже было!Вотчтоменя удивляет больше всего!Почему пришлосьждать до самого конца двадцатого века,чтобы на свет божий явилось это приспособление? Взять хотя бы роликовые коньки-они могли бы навести насна эту мысль,но нет!-прошло пятьдесят,семьдесят лет,а люди по старинкеперли свои пожтитки на смвоем горбу в аэропорт и на вокзал каждый раз....

Пёс без хозяина - считай, мёртвый пёс.

... Вилли испытывал непреодолимое отвращение подлинного философа к использованию телефона для решения вопросов жизни и смерти. Он лучше будет сбивать ноги в кровь день за днем, чем возьмет эту штуковину и станет говорить в нее с невидимым собеседником.

Если в мире существует справедливость и собачий бог имеет какое-то влияние на то, что происходит с его подопечными, лучший друг человека должен оставаться с человеком после того, как оба они сыграют в ящик.

Добро порождает добро, зло порождает зло, но если даже на твое добро отвечают злом, тебе не остается ничего иного, как продолжить творить добро. Иначе зачем жить вообще?

Лень - вот в чем все дело. Праздноумие. Я должен был попытаться, а не отказываться заранее. Только упрямые добиваются великих результатов.

Если в стволе остался последний патрон, то почему бы не рискнуть, в конце концов? Ведь жизнь - игра, и нужно быть готовым проиграться до последней нитки.

Как сказал собутыльник Вилли в одном чикагском баре четыре или пять лет тому назад: «Знаешь, в чем заключается вся собачья философия, приятель? Если ты не можешь ни съесть, ни трахнуть эту вещь, помочись на нее».

- Воспитанный, воспитанный, - сказала девочка, нежно поглаживая Мистера Зельца по голове. - Ты только посмотри ему в глаза,мама. Он очень воспитанный. По-моему, это самый воспитанный песик, который мне попадался.

Хотя на ней были солнцезащитные очки и соломенная шляпа, Мистер Зельц все же заметил, что она очень хороша собой - полные чувственные губы, белокурые локоны, выбившиеся из-под полей. Когда она обратилась к нему, от ее медлительного южного выговора у Мистера Зельца внутри потеплело; она погладила его по голове, и сердце его чуть не выскочило из груди.

- Ты понимаешь, что мы о тебе говорим, верно? - спросила она. - Ты ведь не такой, как все, правда? Ты устал, ты измучен, и у тебя подвело брюхо. Именно так обстоят дела, старик, разве нет? Ты потерялся, ты - одинок, и у тебя не осталось сил ни в одной клеточке тела.