Цитаты из книги «Просто дети», страница 35

Наши отношение регулировались неписаным кодексом со множеством правил. Это была игра, но игра всерьез. Самое непреложное правило называлось "Посменное дежурство". И означало оно, что в любой день и момент кто-то один из нас всегда должен держать ухо востро, оберегать другого. Если Роберт принимал наркотики, я должна была при этом присутствовать и бодрствовать. Если меня брала тоска, Роберту не разрешалось падать духом. Если кто-то заболевал, другой оставался на ногах. Главное - чтобы мы не потворствовали своим капризам одновременно.

Первое время именно я пребывала в мрачном настроении, но Роберт всегда подставлял мне плечо: обнимал, говорил что-нибудь подбадривающее, уговаривал не зацикливаться на переживаниях и поработать. Но он знал: если ему понадобится на меня опереться, я тоже не подведу.

Юноша, с которым я повстречалась, был застенчив и не мастак говорить. Ему нравилось быть ведомым - чтобы его взяли за руку и завлекли в другой мир, которому он отдавался всей душой. Он был настоящий мужчина, защитник, что не мешало ему быть женственным и покорным. Одежда и поведение - сама чистоплотность, но в творчестве он был способен на ужасающий хаос. А в его личной вселенной царили одиночество и риск - и предвкушение свободы, экстаза, раскрепощения.

надо найти какого-нибудь музыканта и предложить ему на ней поиграть

Молилась я от всего сердца, но слова молитвы меня нервировали, и я донимала мать расспросами. Что такое душа? Какого она цвета? Я побаивалась, что моя душа – она ведь озорная – сбежит, пока я сплю, и больше не вернется. Потому-то я изо всех сил старалась не задремать, удержать душу в себе – на положенном месте.

Я одновременно разбрасывалась и увязала: ворохи незаконченных песен, заброшенных стихов. Заходила далеко, насколько хватало сил, но натыкалась на стену своего воображаемого несовершенства. И вдруг повстречала человека, который поделился со мной своим секретом. Секрет был очень прост: уперся в стену — проломи ее ногой.

И внезапно мне открылось: однажды я замешкаюсь, а он пойдет дальше.

On November fourth, Robert turned twenty-one. I gave him a heavy silver ID bracelet I found in a pawnshop on Forty-second Street. I had it engraved with the words Robert Patti blue star. The blue star of our destiny.

Позднее он говорил,что церковь привела его к Богу,а ЛСД-к Вселенной. А еще -что искусство привело его к дьяволу,а секс заставил при дьяволе остаться.

We used to laugh at our small selves, saying that I was a bad girl trying to be good and that he was a good boy trying to be bad. Through the years these roles would reverse, then reverse again, until we came to accept our dual natures. We contained opposing principles, light and dark.