Цитаты из книги «Закат Европы. Том 1», страница 7

Я люблю глубину и изящество математических и физических теорий, по сравнению с которыми занятие эстетика и физиолога кажется кропательством. За поразительно ясные, высоко интеллектуальные формы быстроходного парохода, сталелитейного завода, машины для изготовления предметов, требующих точности, за тонкость и элегантность иных химических и оптических приемов я отдам всю стильную чепуху современной художественной промышленности, с живописью и архитектурой в придачу.

Действительно, жалкое содержание жизни, посвященной тому, чтобы еще лишний раз и немножко по-иному, чем это делала сотня предшественников, формулировать понятие воли и психофизического параллелизма. Допускаю, что это может быть «профессией», но это отнюдь не философия.

... было бы благоразумнее стать плантатором, или инженером, чем-нибудь настоящим и подлинным, вместо того, чтобы пережевывать затасканные темы, под предлогом "новейшего подъема философского мышления", и лучше построить мотор для летательного аппарата, чем новую и столь же излишнюю теорию апперцепции.

Когда я беру в руки книгу современного мыслителя, я спрашиваю себя, какое он вообще имеет представление — помимо профессорской или легкомысленной партийной болтовни в духе среднего журналиста, как мы это видим у Гюйо, Бергсона, Спенсера, Дюринга, Эйкена — о насущных фактах мировой политики, о великой проблеме мировых городов, капитализма, будущности государства, отношения техники и конечной стадии цивилизации, о русском вопросе, о науке вообще. ... Из живущих философов ни один не обладает достаточной широтой взгляда.

Но даже и хорошая мысль имеет мало цены, если высказана плоским человеком.

Нет ничего легче, как взамен отсутствующих мыслей создать систему.

Различие не в том, вечно или преходяще данное учение, а в том, жизненное ли это учение на некоторое время или мертворожденное.

Нет вечных истин. Каждая философияесть выражение своего и только своего времени, и нет двухэпох, которые имели бы одинаковые философские устремления.

Всякое настоящее историческое исследование есть настоящая философия - или же просто работа муравьев.

О великой живописи и музыке уже не может быть и речи. Архитеконические способности исчерпаны столетия тому назад. Какой толк в людях, которые предпочитают, чтобы им перед истощённым источником говорили: «здесь откроется новая жила!» — вместо того, чтобы указать путь к ближайшей и ещё не открытой богатой залежи глины.