Цитаты из книги «Год Крысы. Путница», страница 7

«– Так, я беру на себя трех справа. Ты – двух слева.

– Почему это я двух? – возмутился вор.

– Хочешь поиграть в героя? – оскалился на врагов саврянин.

– Нет, я имел в виду – ты мог бы взять четырех!»

– Ладно, на первый раз хватит, – смилостивился Альк, забирая меч. От саврянина резко пахло потом, левая коса расплелась, и волосы прилипли к мокрой спине, заставляя саврянина ежиться от каждого движения. – Эх, давно толком не тренировался, потерял форму…

Жар хотел сказать что-нибудь язвительное, но посмотрел на саврянина и передумал. Если такая форма была потерянной, то с найденной он, пожалуй, давил бы врагов одним мизинцем.

– Ну и что? Видать, долетают. У-у-у, чешется как! Чисто змея ужалила. – Вор принялся ожесточенно скрестись, разрисовывая кожу красными полосами.

– Отсосать яд? – иронично предложил Альк, останавливаясь и переводя дыхание.

(...)

– Спасибо, пока не надо, – вежливо отказался Жар. – Подожду, пока пониже не укусят.

Но были и хорошие, серьезные парни, с которыми девушка понятия не имела, что делать. Нажаловаться Жару? Вроде не за что, они ж ее не обижают, только вздыхают под забором. Одного, к счастью, забодал козел, да так успешно, что больше Рыска его не видела. Но остались еще двое, пытавшиеся соблазнить девушку то семечками, то букетом подкинутых на крыльцо маков.

– Ты ж хотела замуж, – напомнил Жар, по стебельку скармливая букет козлу-душегубу, чтобы умилостивить его хотя бы на свой счет.

Таланты подобны кладам: дабы явить их людям, надо изрядно поработать лопатой.

– На мальчиков нельзя поднимать руку, иначе они вырастут трусами.

– А на девочек?

– А на девочек – стыдно.

— А… как он на меня смотрит?

— У мужчин это по-другому.

— Чего?

— Там не глядеть, а щупать надо, — глубокомысленно пояснил вор.

— Откройте! — Рыска с лязганьем потрясла дверь.

— Но-но, не балуй! — ворчливо одернул ее тюремщик. — Ему уже без разницы, а замок старый и так вечно клинит. Помнится, в соседней камере как сломался, так приговоренного оттуда неделю для плахи добыть не могли. Пришлось жаждой уморить.

Это через сколько же уст должен был пройти рассказ, чтобы из безобидной птички такка стала кровожадным страшилищем? Наверное, какой-то выходец из здешних краев ребенку сказку сочинил, а там и взрослые поверили… Вот откуда, оказывается, чудища рождаются — из людской молвы!

Саврянин остановился, поморщился:

– Да не на меч смотри, а на меня!

– Как же я его тогда отбивать буду?

– Так и будешь. С тобой ведь я дерусь, а не меч. Ты должна не замечать, а предугадывать удары – по моему лицу, позе, движениям. Меч – это так, краем глаза. Ну и на слух.

– Это как?

– Если звякнуло – все в порядке. А вот если чавкнуло, надо срочно проверять у кого, – серьезно пояснил белокосый. – И чего ты к земле приросла? Двигайся! Когда все тело работает, и рукам сподручнее.