Цитаты из книги «Никогде», страница 48
неприятности трусливы – они никогда не ходят поодиночке, а собираются в стаи и атакуют все разом.
ожидание – это неуважение по отношению к будущему и настоящему одновременно.
У тебя доброе сердце, – проговорила она. – Этого бывает достаточно, чтобы не пропасть… – она покачала головой, – но чаще всего одной доброты мало.
- Мне есть хотелось.
- Но я-то тоже хочу есть!
Она поглядела на костры и улыбнулась Ричарду.
- Кошек любишь?
- Ну, в общем, да. Я люблю кошек.
Анастезия облегченно вздохнула.
- Бедрышко или грудку?
Ничего. Мне ничего не надо. Вообще ничего, – сказал Ричард и вдруг понял, что так оно и есть. Он действительно ничего не хочет – и это страшно. – С вами когда-нибудь бывало такое, чтобы вы получили все, что хотели, а потом оказалось, что на самом деле вы хотели совсем не того?
Проглотив последний кусок, она пробормотала что-то похожее на «Анестезия» и добавила: – Мне есть хотелось. – Но я-то тоже хочу есть! Она поглядела на костры и улыбнулась Ричарду. – Кошек любишь? – Ну, в общем, да. Я люблю кошек. Анестезия облегченно вздохнула. – Бедрышко или грудку?
Он представил, каким хаотичным показался бы чужаку обычный Лондон – его Лондон
щую платформу. Два невысоких старика с медными
в руки. Причем в прямом смысле плывут – с запада на восток, так что надо приготовить сети.
Она поглядела на костры и улыбнулась Ричарду. – Кошек любишь? – Ну, в общем, да. Я люблю кошек. Анестезия облегченно вздохнула. – Бедрышко или грудку?
