Читать книгу: «Невеста чёрта»

Глава I

Над городом блистало обещавшее уже в полдень нестерпимую жару, а пока еще свежее и чистое майское утро.

Из раскрытого окна расположенного рядом жилого дома гремел новый, уже порядком успевший всем надоесть хит с очередной «Фабрики звезд».

Ну, не сказать, что это был в самом деле какой-то великий хит, просто звучал он в последнее время в самом деле чуть ли не из каждого утюга.

В общем, какое время, такие и песни!

Но, продолжим…

Накануне вечером была просто ужаснейшая погода: молния сверкала, гром гремел, дождь лил как из ведра – просто ужас что такое! А потом все успокоилось. Рассвет был таким нежным, чистым и невинным, что думать о чем-то плохом, и в том числе о недавней буре, совершенно не хотелось.

Не смотря на то, что была суббота, я встал довольно-таки рано. На это утро у меня была запланирована очень важная встреча с коллегой, но на встречу я не попал, поэтому решил уже ехать домой, однако по дороге вспомнил, что вчера оставил в рабочем столе важные документы, и теперь вознамерился заехать в контору и забрать их.

Когда я припарковался возле обочины и, в самом прекрасном расположении духа перепрыгивая через лужи, стал подходить к зданию юридической консультации, в которой имел честь вести адвокатскую практику, все мое хорошее настроение улетучилось как дым. Причиной тому явилась ранняя посетительница, сидевшая на каменных ступенях перед дверью конторы. Весь ее вид говорил о том, что с нею случилось что-то ужасное. Девица была мокрой после ночного дождя – ее волосы, нарядное платье, туфли выглядели так, словно бедняжку окатили водой.

В общем, картинка была еще та!

Я остановился в некотором отдалении и пригляделся, пытаясь разобраться, кто эта девушка. Мне показалось, что я ее уже однажды где-то видел. И подобная картинка мне тоже была знакома: может, в какой-то сказочной книге, а может, в старом-старом кино. И первое что пришло на ум: это попавшая в непогоду принцесса. Хотя, о каких принцессах можно рассуждать в наш век, когда все чувства давно уже закатаны в асфальт и бетон? Следующей мыслью было – это сбежавшая из-под венца невеста. Такой вывод я сделал потому, что платье незнакомки явно было приобретено в свадебном салоне, причем к его подолу были прикреплены стеклянные трубочки, наполненные водой, и в некоторых из них стояли потрепанные невзгодами гиацинты и нарциссы. Судя по всему, незнакомая мне девушка была очень даже оригинальной особой. И еще я заметил на спине девушки небольшой спортивный рюкзачок, который при всем этом экстравагантном свадебном наряде выглядел очень неуместно.

Всё ещё не решаясь взойти на крыльцо, я огляделся по сторонам, надеясь увидеть кого-нибудь из знакомых, но как назло в этот ранний час поблизости никого не было.

Постояв некоторое время в отдалении, вскоре я решился пойти на контакт и самым вежливым тоном спросил у девушки:

– Могу я чем-нибудь вам помочь?

– А кто вы такой? – словно очнувшись от сна, спросила она.

– Адвокат, – ответил я и тут же предложил: – Могу вызвать вам такси, если, конечно, пожелаете.

– Что-то сильно молодой, я не так себе представляла адвокатов. Вы в самом деле адвокат?

– Самый что ни на есть настоящий, – ответил я, немного обидевшись на её слова, но нисколько при этом не подав вида, – Если хотите, могу и удостоверение показать.

– Не нужно, я вам верю, – ответила принцесса и тут же разразилась рыданиями: – По-мо-ги-те мне!

Я вздохнул. Честно говоря, терпеть не могу слез. Да и как-то не входило сегодня в мои планы спасание попавших в непогоду принцесс или сбежавших из-под венца невест, но делать было нечего. Девушка так умоляюще посмотрела на меня своими огромными серыми глазами, что мне ничего другого не осталось, как открыть дверь конторы, проводить незнакомку в свой кабинет и усадить в кресло.

– Итак, давайте обо всем по порядку, – предложил я, усаживаясь напротив и поводив по коврику мышкой с целью разбудить компьютер, который тут же радостно затрещал в районе системного блока и засветился новеньким, последней модели экраном в массивном пластмассовом белом корпусе. – К сожалению, у меня очень мало времени.

И вместо того, чтобы быстренько рассказать свою жуткую историю и уйти, девушка пару раз шмыгнула носом, потом завыла, и в следующее мгновение с ней приключилась самая настоящая истерика.

Я предложил незнакомке для успокоения нервов выпить воды, но при виде стакана бедняжка еще больше зашлась слезами.

Видимо, вода во всех ее видах и проявлениях в связи с некоторыми совершенно неизвестными мне событиями ей начисто опротивела.

Какое-то время я суетился вокруг девушки, обмахивая ее, словно веером, листом бумаги.

– Можно я переоденусь? – немного успокоившись, спросила девица и потянула к себе за ручку брошенный в соседнее кресло спортивный рюкзак.

Я кивнул и вышел в коридор. Через несколько минут девушка выглянула из кабинета и сообщила, что она в порядке.

Когда я вернулся, то увидел, что незнакомка за те несколько минут, пока была одна, не только успела переодеться в джинсы и футболку, но еще и наскоро стерла с лица растекшуюся краску, причесала недлинные волнистые волосы и даже припудрилась.

– Ну что ж, я вас очень внимательно слушаю, – сказал я, посмотрев на часы.

– Вчера вечером меня хотели убить, – ответила она и внимательно посмотрела на меня своими огромными серыми глазами.

Вкратце ее история была такова: звали незнакомку Алиса Гусева и работала она флористом в одном очень стильном цветочном салоне. Была Алиса вполне современной, достаточно уверенной в себе и при этом совершенно одинокой девушкой. Как-то вот не ладилось у нее с личной жизнью. Не сказать, что абсолютно никаких перспектив на личном фронте у неё не было, просто те кандидаты в женихи, которые время от времени претендовали на ее руку и сердце, Алису совершенно не устраивали.

– Что это за нравы? – возмущалась она. – Почему у нас так заведено, что двадцатисемилетняя незамужняя девушка обязательно будет считаться старой девой?

– Пожалуйста, ближе к делу, – попросил ее я, снова взглянув на часы, после чего узнал, что больше всего Алису раздражало именно то обстоятельство, что сердобольные соседки на лавочке у подъезда каждый раз с сожалением качают ей вслед головой, шепчутся про какой-то там ненаучный венец безбрачия, препятствующий попыткам познакомить с каким-нибудь даже убогоньким кавалером, не приглянувшимся более прытким невестам на большой ярмарке женихов.

Не сказать, что Алиса совсем уж не хотела замуж, просто, видимо, не совсем там искала своего суженого. А искала она, как выяснилось, ни много ни мало в Интернете.

– Вы когда-нибудь с кем-нибудь чатились? – спросила она меня.

– Ну, было пару раз, – ответил я.

И Алиса тут же рассказала, что в последнее время стала просиживать в Интернете часами, обмениваясь с неведомыми собеседниками короткими сообщениями. По ее мнению, плюсом такого общения было то, что так она полностью контролировала ситуацию и, если собеседник ей не нравился, могла в любой момент выйти из чата, а минусом – что под ликом собеседника мог скрываться кто угодно, хоть недоумок тинейджер, хоть пенсионер с нездоровым воображением.

– Впрочем, вряд ли пенсионеры будут лазить по Нету, – немного подумав, сказала Алиса.

И еще она рассказала, что сравнительно недавно открыла для себя один новый прикольный чат, в который тут же без всяких сомнений вошла, и почти сразу же на экране её компьютера высветилось сообщение от неведомого ей собеседника:

<Crying Angel> Привет, Принцесса, давай дружить.

– Совсем забыла вам сказать, что в этот чат я вошла под ником Принцесса.

– Нормальное дело, – ответил я. – Все здравомыслящие интернетчики в чатах пользуются псевдонимами. – И спросил: – Как вы сказали звали того человека?

– Crying Angel, – сообщила Алиса. – В переводе с английского это значит: «Плачущий ангел».

– Ну-ну, – сказал я, вроде как предлагая продолжить рассказ дальше.

– Знаете, когда мы общались с ним в чате, он всегда в конце сообщения ставил смайлик – этакий рисуночек улыбающейся или грустной мордашки. Это было так мило! – задумчиво сказала Алиса.

– Дальше, дальше, – потребовал я и она продолжила.

Короче, получив от таинственного незнакомца сообщение, Алиса не долго думая набрала и тут же отправила ответ:

<Принцесса> А кто ты такой, чтобы с тобой дружить?

Через несколько секунд на экране ее компьютера загорелось новое сообщение от неизвестного:

<Crying Angel> Я никто, но у нас с тобой много общего.

<Принцесса> Что именно?

<Crying Angel> Я также как и ты ужасно одинок.

<Принцесса> С чего ты это взял? Я вовсе не одинока. У меня много друзей, у меня хорошая работа, и вообще по жизни я веселая и вполне счастливая.

<Crying Angel> Не обманывай себя и уж тем более не пытайся обмануть меня.

<Принцесса> Но я совершенно не понимаю, почему ты сделал такой вывод?

<Crying Angel> Все очень просто. Я чувствую тебя на расстоянии.

<Принцесса> Бред какой–то!

– Действительно, – сказал я. – В Интернете сейчас полно всяких шизофреников, которых хлебом не корми, а дай только пописать всякую ерунду.

– Слушайте, что было дальше, – перебила меня Алиса. – Прочитав мое послание, Плачущий Ангел тут же ответил.

<Crying Angel> Это не бред, а чистая правда. Знаю – ты не веришь, тебе кажется это странным, но я чувствую, как пахнут твои волосы, вижу, как дрожат твои ресницы. Давай, я расскажу какая ты?! Ты симпатичная, современная девушка, идешь по жизни с высоко поднятой головой, но твоя проблема в том, что окружающие люди тебя совсем не понимают, и по этой самой причине тебе постоянно приходится прятаться под маской. Именно поэтому очень часто ты бываешь вынуждена подстраиваться под людей, говорить на их языке, смеяться над их глупыми шутками и каждый раз убеждаешься, что никто из них не видит, что за внешней показной веселостью скрывается очень тонкая и ранимая душа.

– Стандартный прием хорошего психолога, – заметил я. – Такие формулировки придутся по душе любому человеку. Каждый в глубине души считает себя уникальным и при этом неоцененным остальными.

– Да, да, – с жаром подтвердила Алиса. – Где-то в глубине души я во всю эту чушь, конечно же, не поверила, но все-таки продолжила общение с незнакомцем. Чем-то он меня зацепил.

И Алиса отправила Ангелу новое сообщение:

<Принцесса> Слушай, а может быть, ты меня за нос водишь? Может быть, мы с тобой хорошо знакомы и ты просто прикалываешься надо мной?

<Crying Angel> Вовсе нет! Могу всеми святыми поклясться, что мы с тобой общаемся первый раз в жизни. Просто когда я увидел в чате твои сообщения, прочитал их, то меня сразу же словно молнией поразило, и я понял, что всегда любил лишь тебя одну.

<Принцесса> Этого не может быть!!!!!

<Crying Angel> Почему???????

<Принцесса> Потому что так не бывает!

<Crying Angel> Почему не бывает? Почему ты не хочешь верить, что на земле есть человек, который совершенно бескорыстно и при этом совершенно преданно любит тебя? Каждый день тысячи человек на планете встречаются, влюбляются и женятся. Так просто, без затей, буднично и вполне обыденно. Все это повторяется каждый день снова и снова на протяжении тысяч лет. Так почему же ты не веришь, что и с нами могло произойти то же самое? Пусть несколько необычно, но все-таки это произошло. Понимаешь? Произошло!

<Принцесса> Короче, ты утверждаешь, что это самая настоящая любовь с первого взгляда, точнее, с первого слова в чате?

<Crying Angel> В общем, ты права. Это именно так и называется. Любовь!!!!!!!

<Принцесса> Но я все равно не верю.

<Crying Angel> ???????????????

<Принцесса> Потому что я не испытываю к тебе никаких чувств.

<Crying Angel> Это совершенно нормально. Так бывает в шести случаях из десяти. В один прекрасный день молодой человек совершенно неожиданно признается девушке в любви, и та сначала ничего не понимает, но все-таки начинает присматриваться к новому знакомому, потом она находит его вполне милым, и в конце концов тоже влюбляется. Я уверен, что и ты очень скоро полюбишь меня.

<Принцесса> Все это так неожиданно и странно.

<Crying Angel> Любовь всегда неожиданна. Она выскакивает из-за поворота в самый нежданный момент и сражает наповал.

<Принцесса> Раз это любовь, может быть, тогда откроешься и сообщишь, как тебя зовут на самом деле?

<Crying Angel> Обязательно это сделаю, но только не сегодня. Как говорится, всему свое время. Знай только одно – я тебя не разочарую.

<Принцесса> Чуднό! А вдруг окажется, что я не в твоем вкусе? Может, я толстая или уродина какая? Ты же меня никогда не видел?! А может, я замужем!

<Crying Angel> Это исключено. Я верю в свою любовь! Я полюбил тебя по-настоящему и буду любить вечно.

<Принцесса> Так не бывает!

<Crying Angel> Опять ты за своё! Бывает, не бывает…

<Принцесса> Ну что ж, тогда назначай время и место. Я хочу посмотреть на тебя и заодно проверить твои чувства.

<Crying Angel> Ничего проверять не нужно. Мы обязательно с тобой встретимся, но только эта встреча должна быть особенной. Понимаешь?! Я не хочу ждать тебя у памятника Ленину с пошлым веником цветов. Наша любовь началась необычно, и наша встреча тоже должна быть совершенно особенной. Она должна быть такой, чтобы мы запомнили ее на всю жизнь. Понимаешь?! Только представь, я и ты, и горящие свечи, (много горящих свечей), и еще лепестки орхидей, негромкое «Love me tender» Элвиса Пресли, вино, звезды, море звезд…….

<Принцесса> Желтые орхидеи.

<Crying Angel> Что?

<Принцесса> Хочу, чтобы были желтые орхидеи. Обожаю желтые цветы.

Алиса замолчала. По ее лицу пробежала романтическая тень, которую она тут же смахнула, убрав ловким движением с лица непослушную прядку волос.

<Crying Angel> Хорошо. Путь будет так! Пусть будут желтые орхидеи! А с восходом солнца за нами приедет изумрудная карета и увезет нас в страну бесконечного лета и долгого-предолгого счастья.

<Принцесса> Неужели правда приедет карета зеленого цвета?

<Crying Angel> Обязательно! Так и будет! Нужно в это верить. Понимаешь?! Если о чем-то очень искренне мечтаешь и в какой-то момент вдруг понимаешь, что все это начинает сбываться, то самое главное теперь не усомниться, не потерять веру, надежду в чудо. Уж поверь мне: если в такой момент вдруг начнешь сомневаться в мечте – все рухнет: карета станет тыквой, лошади – крысами, алые паруса поест моль, а хрустальная туфелька разобьется на сотни мелких осколков.

<Принцесса> Прямо как в старой-старой сказке!

<Crying Angel> Это будет уже совершенно новая история!

<Принцесса> Черт! Как романтично! И ты правда все это можешь устроить: и свечи, и музыку, и орхидеи??????

<Crying Angel> В самую точку. Я действительно все это могу устроить, и только для тебя, любимая!

– И что вы по этому поводу думаете? – спросила Алиса.

Я пожал плечами и не сразу, но ответил:

– Ну, в общем, Элвис Пресли, орхидеи, вино и звезды – это все очень даже неплохо. Но я бы добавил ко всему этому списку еще и Индийский океан.

– Нет, Индийского океана не было, – возразила она. – А потом Ангел прислал сообщение, что поскольку влюбился в меня очень серьезно, то намерен в день нашей встречи обручиться, и попросил приготовить подвенечное платье. Еще он написал мне, что очень скоро пришлет новое сообщение, в котором укажет место и время нашей встречи, после чего покинул чат.

На самом деле Алиса не поверила Плачущему Ангелу, но на всякий случай стащила с работы подвенечное платье. Одно время в витрине цветочного салона, где она работала красовался манекен в украшенном живыми цветами свадебном наряде, но по прошествии какого-то времени эта в общем-то неплохая дизайнерская идея хозяйке салона наскучила, и она убрала целлулоидную дуру в образе невесты в подсобку, чем и воспользовалась Алиса.

Алиса принесла диковинное платье домой, привела его в порядок, подштопала, и стала ждать нового сообщения.

– Ну не идти же мне было в свадебный салон за новым платьем?! – воскликнула она. – Я же прекрасно понимала, что в жизни так не бывает. Я же не дурочка какая-нибудь, чтобы взять и поверить всей этой ерунде. Просто я действительно очень захотела проверить этого человека. Я была уверена, что это какой-то глупый розыгрыш. Я подумала, что кто-то из моих знакомых просто надо мной таким вот образом издевается, и решила вывести обманщика на чистую воду.

В общем, через несколько дней Алиса получила новое сообщение от Плачущего Ангела.

<Crying Angel> Милая, нежная, единственная, любимая! Сегодня наконец-то произойдет то, чего мы так долго ждали. Мы с тобой встретимся и этот день уже не забудем никогда. У меня все готово. Надеюсь, у тебя тоже. Я уверен, что ты нашла самое красивое подвенечное платье в мире. Итак, прямо сейчас же, не мешкая, поезжай на улицу Народной Воли и найди дом номер пятнадцать бис. Я буду ждать тебя там. Мы должны встретиться ровно в полночь. Пусть свет моей любви укажет тебе путь. Ступай ко мне по лепесткам орхидей.

– Я прикинула, где находится эта самая улица, и пришла к выводу, что времени на дорогу мне определено не хватит. Я тут же вытащила цветы из трубочек, собрала их в букет, запихала платье в спортивную сумку, выскочила на улицу и, на удачу, тут же поймала такси.

Алиса умолкла, что-то припоминая, потом сказала:

– Знаете, пока я ехала к указанному месту, пришла к выводу, что этот самый Ангел не такой уж и всесильный. В своих посланиях он обещал мне море звезд, а в тот вечер небо было затянуто тучами. Я ехала и думала, вот сейчас приеду и скажу: «Милый, а ты обманщик! Ну и где же обещанные звезды?»

– Спросили? – задал я вопрос.

– Нет, – ответила она. – Слушайте, что было дальше…

В общем, Алиса без особого труда нашла указанное Плачущим Ангелом место. Им оказалось довольно зловещее, огороженное бетонным забором недостроенное здание на заваленном строительным мусором пустыре.

Не смотря на то, что Алисе было страшно оставаться одной в этом безлюдном месте, она все-таки отпустила такси и, как только машина уехала, осторожно посмотрела через забор. Каково же было ее удивление, когда на ступенях лестницы этого мрачного здания она увидела горящие свечи и разбросанные в беспорядке лепестки цветов.

В небе собиралась гроза. Готовые вот-вот разразиться непогодой тучи сгущались и то и дело вспыхивали изнутри тревожным фиолетовым, электрическим светом.

Алиса в страхе замерла, и тут же порыв ветра откуда-то с крыши здания принес шипящий, как на старой пластинке, бархатный голос Элвиса Пресли.

Она посмотрела вверх и увидела на крыше свет.

Алиса взглянула на часы и поняла, что уже просто катастрофически опаздывает.

– Я огляделась вокруг и увидела с левой стороны здания, возле забора, какие-то сараи, к которым тут же побежала и стала переодеваться. Не то что бы я, как наивная девочка, верила в свалившееся на меня счастье в виде таинственного жениха, просто очень сильно хотела поскорее раскрыть обман.

Алиса переоделась в свадебный наряд, надела туфли, кинула джинсы, футболку и кроссовки в рюкзак, наскоро воткнула цветы в пришитые к подолу платья трубочки и побежала по украшенным свечами и лепестками ступеням лестницы наверх, на крышу здания.

– Был уже первый час, и я решила: если этот Ангел меня действительно любит, то, конечно же, простит за опоздание, а если это все-таки глупая шутка, то пусть этот урод знает, что я не такая уж и дура.

Вскоре Алиса толкнула дверь чердака и оказалась на крыше.

– Она была озарена светом сотен свечей. Только представьте себе это зрелище – дрожащее на вечернем ветру марево огней. Я никогда раньше не видела такого чуда и просто остолбенела. Потом я сделала несколько шагов вперед и сквозь дрожащую завесу света увидела вдали накрытый белой скатертью стол и сидящих за ним людей. Разглядеть их сразу я не смогла – мешал свет свечей, расставленных на полу. Я остановилась и возмутилась в душе: «Что это он, этот Ангел, совсем, что ли, сдурел? Неужели он решил меня в первый же вечер сразу и со своими родственниками познакомить?» Я немного расстроилась по этому поводу и хотела даже что-то крикнуть, но музыка была настолько громкой, что вряд ли я услышала бы ответ. Потом я, приподнимая платье чтобы оно не загорелось, стала аккуратно ступать между свечами, расставленными на полу просто в неимоверном количестве. Я медленно шла вперед, присматривалась и вскоре разглядела, что за столом сидят три девушки, причем все они были в белых платьях. Мне показалось несколько странным, что они не шевелятся, а вроде как ждут, когда я присоединюсь к их компании. Мне даже показалось, будто одна из девушек манит пальцем с накрашенным красным лаком длинным ногтем. И я как завороженная все шла и шла, прикрывая одной рукой глаза от света и другой приподнимая подол платья, пока в небе не сверкнула молния и не громыхнул гром. Тут же в лицо дунул ветер и словно отрезвил меня от наваждения. От этого порыва часть свечей погасла, и только тут я остановилась и, чтобы не закричать от страха, прикрыла рот рукой. Это был просто ужас какой-то! Девушки за столом были мертвы! И все они, как и я, были в подвенечных платьях! Я поняла, что одно свободное место за столом явно предназначалось для меня и должна была быть вместе с ними, но просто-напросто немного опоздала!

Алиса снова готова была вот-вот разрыдаться, и, чтобы не дать ей это сделать, я спросил:

– И что было потом?

– Потом пошел дождь. Даже и не дождь, а какой-то дикий, сумасшедший ливень. Свечи стали с шипением гаснуть одна за другой, и вскоре уже только молния яркими вспышками освещала это ужасное место. Потом снова громыхнул гром, да так сильно, что я не выдержала, от ужаса дико завизжала и куда-то побежала, не разбирая дороги. В каждом ударе грома мне мерещился бегущий за мной человек, и в каждой вспышке молнии мне чудился зловещий силуэт убийцы. Я с криком спустилась по лестнице, выбежала из здания и побежала по пустынной дороге в сторону города. Потом я всю ночь где-то пряталась, вся измазалась в грязи и промокла. Всю ночь под проливным дождем я как сомнамбула ходила по улицам. Случайные прохожие шарахались от меня, как от прокаженной. Было ужасно: ветер завывал, дождь лупил, гром гремел. Я и сама не помню, как дошла до вашей конторы и, видимо, без сил уснула на ступенях. Вот в общем-то и все.

– Вы когда-нибудь раньше знали этих девушек? – спросил я.

Алиса отрицательно покачала головой.

– Ангела на крыше тоже не видели? – уточнил я.

– Нет. Его там уже не было. И я просто благодарю судьбу, что не встретилась с ним вчера. Боюсь, что только от одной встречи у меня сразу же случился бы сердечный приступ. Да и не человек он вовсе, а какой-то зверь. Я до сих пор не могу понять, зачем и для каких целей он устроил весь этот кошмар. Зачем? Для чего? Никак не могу понять!

Глава II

– Всё это, в принципе, очень интересно, но что вы хотите от меня? – спросил я.

– Не знаю, – пожала она плечами и воскликнула: – Вы же адвокат! Вы людей защищаете.

– Верно, но защищаю я обычно тех, кого привлекают к уголовной ответственности. А вы, как я понимаю, по этому делу в любом случае вне всякого подозрения.

Алиса на меня не смотрела. Ее серые глаза, словно в поисках какого-то единственно верного решения, скользили по полу, столу и подоконнику, а непослушная челка постоянно падала на лицо, отчего Алисе приходилось постоянно наклонять голову и слегка откидывать челку в сторону.

Пользуясь тем, что странная гостья старается не встречаться со мной взглядом, я с большим интересом наблюдал за ней.

– Вам надо в милицию, – посоветовал я.

– Но поймите, ведь я нахожусь в опасности! – с некоторым недоумением сказала она. – А вдруг этот человек маньяк какой-нибудь? Что, если он начнет преследовать меня? Ведь получается, что на данный момент я единственный оставшийся в живых свидетель во всей этой дикой истории, – в глазах девушки задрожали слезы. – А что мне скажут в милиции? Будут миллион раз допрашивать, а потом даже охрану не приставят. К сожалению, наша доблестная милиция пока таких услуг не оказывает. – Ни за что! – взвизгнула она. – Знаете, как-то раз у меня из сумочки вытащили мобильник, и в связи с этим я вынуждена была обратиться в милицию. Тот день я не забуду, наверное, никогда. Мне очень наглядно объяснили, что телефон они вряд ли уже найдут, и вообще, я сама во всем виновата. Представляете? Вроде как нужно было лучше смотреть за своими вещами. Так что увольте. Ни к каким следователям и прокурорам я не пойду.

– Вы свидетелей защищаете? – вдруг спросила она.

Мне показалось, что Алиса может снова разрыдаться, и, чтобы этого не произошло, я тут же поспешил её успокоить:

– Безусловно. Свидетелям я, конечно же, по роду своей деятельности тоже должен оказывать юридическую помощь, вот только никак не пойму, что я должен в данной ситуации делать?

– Искать убийцу, – не задумываясь, ответила девушка.

Я нервно усмехнулся:

– Вообще-то адвокаты не занимаются сыском преступников. Это прерогатива следователей, дознавателей и частных детективов, в конце концов.

Алиса минуту подумала, потом по ее лицу скользнула тень улыбки:

– Наверное, это судьба. Вчерашняя буря будто специально водила меня по улицам, чтобы в итоге свести с вами.

Чтобы расставить все по местам, я демонстративно поправил на безымянном пальце обручальное кольцо.

Алиса это заметила и сказала:

– Нет, правда, очень хорошо, что я повстречалась именно с вами. Я чувствую, что это всё неспроста…

После разговора с Алисой я плюнул на все свои планы выходного дня и решил сгонять на эту самую зловещую улицу Народной Воли, чтобы осмотреть место преступления.

Я вручил Алисе визитку с номерами своих телефонов и пошел провожать ее до выхода, но как только распахнул дверь, тут же нос к носу столкнулся с каким-то моложавым коренастым гражданином.

– Вы что-то хотели? – вежливо спросил я его.

– Да, – ответил незнакомец и кивнул Алисе: – Здравствуйте.

– Вы знакомы? – удивился я.

– Нет, нет, – замотал головой гражданин и неуверенно спросил: – Это адвокатская контора?

– Вообще-то сегодня выходной, – сообщил я. – Приходите в понедельник.

– В понедельник будет поздно, – ответил посетитель. – Мне по срочному делу.

Я внимательно посмотрел на гражданина. Он был в серой клетчатой кепке и в простецкой ветровке на «молнии» и отчего-то ужасно походил на жука.

– Уголовное или гражданское у вас дело? – спросил я.

– По поводу выселения, – ответил незнакомец. – Я по-быстрому, а?

– Заходите, – немного поколебавшись, ответил я. – Только учтите: у меня очень мало времени. Я и так уже очень сильно задержался.

– Я скоренько, – повеселев, ответил мужичок и бочком протиснулся мимо меня в дверь.

Распрощавшись с Алисой и договорившись с нею созвониться как-нибудь потом, я снова вернулся в свой кабинет и кивнул новому посетителю на одно из свободных кресел. Посетитель тут же сел и, не вытаскивая рук из карманов ветровки, с интересом осмотрел репродукции в рамках на стенах.

– Очень красиво. Сами рисовали? – спросил он, кивнув на картины.

– Это копии рисунков Леонардо да Винчи. Они достались мне от прежнего хозяина кабинета, – я с тоской посмотрел на часы и напомнил: – У меня очень мало времени.

– А где он сам? – задал вопрос посетитель.

– Кто? Леонардо да Винчи? – спросил я.

– Прежний хозяин кабинета? – спросил он.

– Уехал куда-то в Европу, – немного нервно уже ответил я.

– Хорошо, хорошо, – отозвался посетитель и тут же спросил: – А разрешите поинтересоваться, сколько вам лет? Опыт в гражданских делах у вас большой?

После этого его вопроса где-то в глубине души у меня возникло какое-то неясное подозрение, что я вообще напрасно согласился выслушивать этого посетителя. Вот ведь странно: ничего плохого он мне не сделал и вообще по всем меркам вроде бы был человеком милый и порядочный, но мне тут же нестерпимо захотелось вскочить из-за стола и бежать куда-нибудь прочь, домой, на улицу – вот до чего скучным привиделась мне его душевная конституция. И вместо того чтобы встать из-за стола и прекратить этот нудный разговор, я только недовольно буркнул:

– Опыт у меня достаточный, и лет мне как раз столько, сколько нужно.

– Хорошо, хорошо, – снова охотно согласился посетитель, и мне показалось, что он насмешливо улыбнулся, хотя, может быть, виной всему было лишь мое негативное и предвзятое отношение к нему.

– Для начала представлюсь, – сказал гражданин, снял кепку и вытер носовым платком лоб. – Меня зовут Александр Иванович Колобов. Человек я одинокий, живу в общежитии. Комнату мне предоставили когда я еще служил в органах. И как раз завтра по суду меня из этой комнаты выселят. Я на пенсии. Богатств за время работы никаких не скопил, бизнеса никакого замутить не сумел и, думается мне, с завтрашнего дня буду жить где-нибудь под мостом.

После этих его слов, мое представление об этом человеке дало трещину: мне стало жаль его.

– Обычное дело, – с мрачным выражением лица не сразу ответил я. – Сейчас в судах очень много подобных дел.

– Поможете мне? – через минуту молчания поинтересовался гражданин.

– С точностью до ста процентов сказать не могу, – уныло ответил я. – Нужно съездить в суд, изучить материалы дела, потом проанализировать ситуацию, посмотреть законодательство, а также судебную практику по такого рода делам. В общем, работы предстоит много, – сказал я и хмуро спросил: – Надеюсь, вы в курсе, что услуги адвоката платные?

Александр Иванович откинулся на спинку кресла, пристально посмотрел на меня, втянул ноздрями воздух и спросил:

– А бесплатно никак нельзя?

Я призадумался, крутанул на крышке стола перед собой, наподобие волчка рулетки, авторучку и, следя за ее вращениями, сообщил:

– Наше государство в законах оговаривает возможность льготной юридической помощи отдельным категориям граждан, но на деле это почти никак не реализуется. Вот и получается, что если я возьмусь за ваше дело и не получу от вас гонорар, то буду работать совершенно бесплатно: в ущерб себе и другим моим клиентам. Я, конечно, веду некоторые такие бесплатные дела, но, как сами понимаете, заниматься только ими одними никак не могу.

Александр Иванович помолчал, потом хлопнул себя ладонью по колену и сухо рассмеялся.

– Вот так! Пока работал, нужен был, а как вышел на пенсию, так сразу же превратился в обузу для нашего могучего государства.

Сказав это, Колобов насупился и стал смотреть куда-то в окно.

Я торопливо посмотрел на часы.

– А может быть, я вам, как в той сказке чем-нибудь пригожусь? – неожиданно спросил он. – Я ведь раньше в органах служил. Может, я с вами какими-нибудь услугами рассчитаюсь, а? Вам ведь по работе, наверное, нужно иногда бывает какую-нибудь информацию о клиентах или об их оппонентах знать.

– До этого времени как-то сам всегда справлялся, – вяло ответил я.

– А теперь этим буду заниматься я, – радостно хлопнул в ладоши Колобов. – Ну что, по рукам? Вы, сударь, помогаете мне, а я помогаю вам. Так сказать, переквалифицируюсь из пенсионеров в частные детективы.

Несколько удивившись старомодному обращению Колобова «сударь», я тем не менее не стал давать ему твердого ответа, в очередной раз посмотрев на часы, медленно поднялся.

– Ну так что? – спросил Колобов.

– На сколько у вас назначено судебное заседание? – спросил я.

– На два часа дня.

– Значит, встретимся здесь в понедельник с утра и все обсудим, – предложил я.

Выпроводив посетителя на улицу, я запер дверь конторы, запрыгнул в машину и поехал искать это самое недостроенное здание на улице Народной Воли, где вчера вечером произошло преступление.

Указанное место я нашел без труда. Зданием оказалась типичная давным-давно превратившаяся в долгострой, без окон и дверей стройка.

Не сказать, что я очень уж надеялся отыскать на месте преступления какие-нибудь улики, просто посчитал, что такой осмотр совсем не повредил бы. А вдруг! Чем черт не шутит! Быть такого не может, чтобы на крыше не осталось каких-нибудь ниточек или зацепок, которые смогут вывести меня на преступника.

Я въехал в раскрытые настежь ржавые ворота и остановился посреди громадного, заваленного строительным мусором двора, после чего вышел из машины, огляделся по сторонам и, никого не увидев, взбежал на бетонное крыльцо, после этого стал подниматься по лестнице.

На лестнице я сразу же обратил внимание на валявшиеся на ступенях, превратившиеся в прах лепестки цветов, а также выгоревшие дотла свечи в разноцветных алюминиевых чашечках. Такие свечи пачками продаются в любом супермаркете. Судя по их количеству, злоумышленник сделал на этих самых свечках хорошую выручку какому-то магазину.

Поднявшись по лестнице наверх, я толкнул ногой фанерную дверь и оказался на крыше, после чего понял, что вряд ли смогу спокойно осмотреть место происшествия, поскольку желающих это сделать и без меня здесь было предостаточно.

Моё эффектное появление на крыше не осталось незамеченным. Несколько человек, среди которых была одна женщина, тут же уставились на меня с молчаливым интересом, будто ожидая не менее эффектного продолжения действа. Отлично понимая, что уйти с крыши без нудных объяснений мне теперь вряд ли удастся, я не стал разочаровывать публику и медленным, но очень уверенным, почти президентским шагом прошел по залитому гудроном полу до стоявшего в отдалении накрытого белой скатертью стола и как ни в чем не бывало стал рассматривать наполненные дождевой водой вперемежку с вином бокалы, тарелки с нетронутыми фруктами. Ничего примечательного в плане улик я на столе, естественно, не обнаружил – вчерашний ливень сделал свое дело.

Возле стола стояли четыре стула. Они были пусты – тела девушек уже убрали, и только одна белая туфля да скомканная фата под столом напоминали, что вчера за этим столом сидели невесты.

Несколько поодаль от стола я увидел музыкальный центр с акустическими колонками. Судя по слабо мерцающей лампочке на передней его панели, работал этот агрегат ночью исключительно от батареек, которые теперь почти совсем сели.

Покончив с осмотром места преступления, я перевел взгляд на пристально-недоумевающе следящих за мной людей. Женщина в узкой юбке и белой блузке первой вышла из оцепенения, бросила в сторону недокуренную сигаретку и, кашлянув в кулак, подошла ко мне, после чего с натянутой улыбочкой спросила:

– Интересуетесь чем-то или из любопытства смотрите? Могу я вам чем-то помочь?

– Нет, спасибо, – вежливо отозвался я.

– Вас явно заинтересовала посуда, – отметила она и указала в сторону стола. – Может, все-таки показать вам что-то? Посмотрите вон те бокалы или вон ту вазу из-под фруктов. Между прочим, очень даже интересная вещица: хрусталь, поздний социализм, мастер неизвестен. И при этом цена тоже очень даже неплохая.

Говорила она вполне серьезно, слегка тряхнула стриженными в форме каре русыми волосами и вопросительно посмотрела на меня.

– Ну так что?

– Спасибо, мне ничего не нужно, – достаточно спокойно ответил я.

– Неужели так ничего и не заинтересовало? – язвительно спросила женщина и преградила мне дорогу. – Дорогой вы мой, просто так вы отсюда не уйдете. Даже и не думайте.

В то же мгновение два бугая из ее свиты отделились от толпы, резво обогнали меня и своими шкафоподобными персонами ловко перегородили дорогу к лестнице. Хотя и не собирался так быстро покидать крышу, ничего другого мне теперь уже не оставалось, как применить тяжелую артиллерию, что я и сделал, предъявив нетерпеливым гражданам свое адвокатское удостоверение.

Бугаи уставились в мои документы и всё что там было написано очень внимательно изучили все, что там было написано, а дама в белой блузке, заглянув в корочку, нервозным голосом сказала:

– Адвокат Николай Альбертович Вострецов. Впервые слышу! Итак, позвольте узнать, что же вас занесло на эту крышу?

Я обезоруживающе улыбнулся и промолчал, но, судя по ответной негативной реакции, настойчивую дамочку этот блестящий ход вовсе не удовлетворил:

– Я просто нюхом чую, вы здесь неспроста, – и многозначительно мотнула головой в сторону стола.

– Не больше вашего, – соврал я.

– Дорогой вы мой, вам придется мне всё рассказать, – заявила она.

– Желаете допросить меня? – хмыкнул я.

– По полной программе.

– Но я же вам всё равно ничего не скажу. Не забывайте, что я обладаю свидетельским иммунитетом. По закону адвокатов, также как и священников, допрашивать нельзя.

– А мы с вами поговорим неофициально, – предложила дамочка и, ловко взяв меня под локоть, отвела к краю крыши. – Николай Альбертович, давайте знакомиться, майор юстиции Анастасия Александровна Адамова. Волею судьбы и приказом начальства вынуждена заниматься расследованием этого гнусного преступления. – Она снова пренебрежительно кивнула в сторону стола. – Давайте поговорим по душам, а? Я почти уверена, что у нас с вами очень быстро найдутся общие темы для разговора.

Я выжидательно промолчал и при этом, слегка перегнувшись через бортик ограждения, посмотрел вниз. Там, с другой стороны от входа в здание, стоял милицейский уазик и еще пара легковых автомобилей.

– Ну так что, поговорим? – сказала и бережно убрала с моего плеча пушинку эта настойчивая дама. – Что вы мне скажете? Ведь зачем-то же вы явились на эту крышу. Я так думаю, вы что-то хотели узнать. Может быть, я вам чем-то смогу помочь? Предлагаю сотрудничество, – тут же предложила Адамова, – я помогаю вам, а вы в свою очередь помогаете мне. Идет?!

– Даже и не знаю, что вам на это ответить, – отозвался я, устало посмотрев на часы. – Но я обязательно в самое ближайшее время обдумаю ваше предложение. Надеюсь, вы можете подождать с ответом?

– Сколько времени вам нужно? – совершенно серьезно спросила она.

– Все дело в том, что я женат, и если моя жена узнает, что майор юстиции делает мне предложение…

– Ай-яй-яй, какая тонкая шутка! – оборвала меня Адамова и вдруг, совершенно неожиданно потеряв к моей персоне всякий интерес, отошла в сторону.

Воспользовавшись предоставленной свободой, я наскоро распрощался-раскланялся, сбежал по лестнице вниз, сел в свой автомобиль, и, выехав из ворот стройки, во весь опор помчался по раскаленной трассе.

Это ж надо! Вообще-то на этот день у меня были очень серьезные планы: этот выходной я намеревался провести на даче и вместо спокойного, умиротворенного отдыха теперь вращаюсь в водовороте совершенно незапланированных событий.

Вспомнив про жену, я пригорюнился: это же как пить дать, что когда я приеду домой, мне придется оправдываться, что всё это время я усиленно работал, а не нарочно отлынивал от приготовления шашлыков.

Я тут же достал из кармана мобильник и набрал номер жены. Выслушав достаточное количество длинных гудков, я кинул трубку в карман и ужасно разозлился.

Вот скажите мне, почему так бывает? Ты на пользу семейству вкалываешь как проклятый целый день, а тебе потом ещё и замечания делают, что поздно приходишь с работы.

От злости я до упора вдавил педаль газа в пол и на всех порах полетел по направлению к дому, но вскоре ударил по тормозам. Я же совсем забыл про документы, которые хотел забрать с работы. Ну, что за день такой сегодня?!

Значит, нужно вернуться на работу и забрать их, решил я. Как же я вообще мог забыть? Ясно одно: все эти незваные ранние посетители совсем задурили мне голову!

Я перестроился в другой ряд, развернулся в обратном направлении и помчался в сторону конторы. Надо сказать, что когда я совершал весь этот маневр, то обратил внимание на вишневую «девятку», которая с обезьяньей точностью повторила мои перестроения и с упорным постоянством замаячила в зеркале заднего вида.

Неужели меня преследуют? – удивился я. Но зачем? Кому это нужно? Или, может быть, после разговора с Гусевой Алисой меня поразила паранойя в самом её чистом виде и теперь мне везде мерещатся маньяки?

Я стал присматриваться.

Это был самый обычный автомобиль, каких, наверное, тысячи. Двигался он в потоке других машин на постоянном, слегка удаленном от меня расстоянии, нисколько не пытаясь обогнать или отстать. Именно это обстоятельство еще больше утвердило меня в мысли о преследовании.

Чтобы проверить догадку, на очередном светофоре я показал левый поворот и после этого резко повернул направо.

«Девятка» тут же с точностью повторила мой маневр, так же как и я, показав сначала левый поворот и потом завернув направо. После этого висящий на хвосте автомобиль повороты уже не показывал, а просто тупо следовал за мной.

Во мне прямо все закипело!

Значит, все-таки меня преследуют, сделал я вывод и еще раз внимательно посмотрел в зеркало заднего вида, после чего, резко взяв влево, выехал на встречную полосу. Потом я притормозил, поравнялся со следовавшей в общем потоке легковушкой, после резко вырулив вправо, вжал преследовавшую меня машину в сторону обочины на крайнюю правую полосу и, продолжая двигаться вперед по варварски отвоеванной таким способом полосе, стал вызывающе пристально пялиться на водителя.

Водитель тоже посмотрел на меня, причем совершенно спокойно и при этом немного удивленно, как будто видел меня впервые и по большому счету ему не было совершенно никакого дела до моих наглых перестроений.

Вообще-то наши люди на дороге себя так не ведут! На наших трассах стоит хоть чуточку зазеваться перед светофором, как другие водители просто уже изведутся на бибиканье и сообщат тебе все, что о тебе думают.

А этому мужику всё параллельно! Судя по всему, у него просто-таки железное спокойствие!

Надо сказать, я узнал водителя легковушки. За рулем «девятки» сидел один из тех бугаев, которые всего каких-то двадцать минут назад перегораживали своими шкафоподобными телами мне путь к отступлению на крыше. Неспроста, видно, майор Адамова так легко меня отпустила.

Злость мгновенно прошла.

Вся эта ситуация с дурацкими перестроениями и преследованием меня даже чуточку распотешила. Раньше я и представить себе не мог, что вся эта шпионская возня может быть насколько забавной.

После инцидента с перестроениями я, в полной мере почувствовав себя победителем схватки, сначала надумал было оторваться от преследователя и даже поддал газу, но потом из вредности начал самым наглым образом медлить на перекрестках, вызывая дикое бибиканье следовавших за мной в потоке машин. Еще я стал припарковываться у обочины и терпеливо ждать, когда загорится зеленый, если водитель «девятки» по какой-либо причине не успевал пересечь перекресток. Один раз я даже набрался нахальства и, совершив очередной маневр, оказался позади преследовавшей меня машины и даже некоторое время ехал за ней, как прилежный ученик автошколы, повторяя все ее завороты и перестроения.

Постепенно эта игра мне наскучила и, перестав обращать какое-либо внимание на милицейский «хвост», я помчался на работу.

Доехав до конторы, я остановился у обочины, поднялся на крыльцо, открыл входную дверь, ворвался в кабинет, схватил со стола документы и опрометью выскочил на улицу.

Вставив ключ в замок зажигания, я огляделся по сторонам: вишневой «девятки» поблизости нигде не было видно.

Да и черт с ним с этим преследователем! Сдался он мне! – решил я и, резко газанув, тронулся.

И, уже вклиниваясь в поток, краем глаза в зеркало заднего вида я заметил, как в некотором отдалении от того места, где стояла моя машина, от обочины плавно отделилась и поплыла по асфальту следом за мной черная иномарка с тонированными стеклами.

Поначалу я не придал этому обстоятельству никакого особого значения, но, когда на очередном перекрестке свернул направо, иномарка тоже свернула за мной.

Повторив свой фирменный маневр с ложным левым поворотником и заворотом направо, я пришел к выводу, что меня по-прежнему преследуют: иномарка как и недавно еще следовавшая за мной вишневая «девятка», сначала тоже показала левый поворот, но потом в соответствии с моими выкрутасами завернула направо.

– Да вы уже просто достали меня! – зло буркнул я в зеркало заднего вида, после чего прибавил газу и помчался в сторону дома.

В этот час солнце было в самом зените и в моей машине стало горячо, как в консервной банке. Я поднял стекла, включил кондиционер и посмотрел на температурный датчик – судя по его показаниям, двигатель на такой жаре вот-вот готов был просто взорваться.

Вдавив в пол педаль газа, я снова взглянул в зеркало заднего вида – иномарка всё ещё была на хвосте, но уже в следующее мгновение она без особого труда догнала меня и, в отличие от все время державшейся несколько поодаль преследовавшей меня до этого вишневой «девятки», помчалась за мной на опасно коротком расстоянии. Если бы я вдруг вздумал резко затормозить, то ехавшая следом за мной машина тут же неминуемо врезалась бы в мой бампер.

Опасаясь такого исхода событий, я инстинктивно прибавил скорость. Иномарка в ответ на мои действия тоже помчалась быстрее.

– Э, что за дела? Мы так не договаривались! – в полном недоумении от происходящего вскрикнул я.

На этот раз мне было уже совсем не смешно. У меня, между прочим, есть и другие дела, кроме как играть в шпионов и сыщиков. Меня сейчас, к примеру, дома жена ждет и надеется, что я вот-вот нарисуюсь и повезу ее на дачу угощать шашлыками. И вместо этого я тащу за собой на хвосте непонятно кого и, что самое интересное, совершенно непонятно зачем.

Вдруг мой телефон в кармане запиликал. Я выудил его и, держа руль одной рукой, приложил к уху, при этом не переставая внимательно наблюдать за движением преследовавшей меня машины.

– Ну и где ты? – спросила меня жена и, по ее недоуменно-раздражительному, не сулящему ничего хорошего тону я понял, что разговор будет не из легких. – Мы тебя уже два часа с сумками возле подъезда дожидаемся. Что за дела? Где ты?

Не зная, что ответить, я нервно огляделся по сторонам, судорожно соображая, как бы поточнее описать то место, в котором сейчас по воле случая изволил пребывать. Я уже набрал было воздуха и ответить на поставленный вопрос, но сделать этого не мог из-за резкого толчка сзади, отчего мой телефон тут же, жалобно пискнув, завалился куда-то под ноги. Я хотел было поднять его, но черная иномарка еще раз боднула мой автомобиль сзади, после чего выскочила из потока на разделительную полосу, поравнялась со мной и понеслась аккурат слева от меня.

Вцепившись в руль обеими руками, я оставил опасные попытки поднять телефон и, нервно посматривая влево, попытался разглядеть лицо водителя этой машины, но, как ни старался, сделать этого не смог. Глухо тонированные стекла показывали только зловещий мрак. Судя по всему, на это раз преследователь, не желая быть опознанным, подготовился основательно. Оттого, что я так и не мог разглядеть лицо водителя, по коже побежали мурашки, а потом меня пробрала волна дикого страха и почудилось, будто за рулем адской машины сидит сам Люцифер.

Все еще двигаясь на достаточно высокой скорости, в какой-то момент я заметил, как иномарка стала прижиматься к боку моей машины и вдруг, резко скакнув вправо, снова боднула меня теперь уже в бок. Жесть моей машины жалобно хрустнула, на асфальт, зазвенев, тут же посыпались осколки разбитого зеркала, после чего следовавшие позади автомобили тревожно загудели.

Я не на шутку испугался, и страшным мне показалось именно то, что, находясь в общем-то среди людей, я не мог никого позвать на помощь. Водители других машин, как от прокаженных, шарахались от нас в сторону и только тревожно и совершенно беспомощно гудели вслед.

В какой-то момент в ответ на всю эту автополифинию где-то под сиденьем снова истошно зазвонил мой мобильный телефон. Поднимать его я даже и не думал – куда там, какие могут быть телефонные разговоры, когда тут такие дела творятся!

Пролетев на красный свет какой-то большой перекресток и осознав, что секунду назад мой автомобиль мог протаранить выехавшую сбоку машину, я, вместо того, чтобы остановиться, сам не знаю зачем снова прибавил скорость и снова совершенно безуспешно попытался оторваться от опасной иномарки, но машина, как голодная акула тут же без особого труда нагнала меня, снова поравнялась с моим автомобилем и еще раз боднула в бок. На этот раз удар был сильнее, и я вообще с трудом удержал руль.

Потом из-под капота моей машины вырвалось облако горячего пара. Вообще-то нужно было бы остановиться и охладить двигатель, но куда там… В бешеной гонке я почти не обратил никакого внимания это.

Продолжая мчаться рядом, иномарка через какое-то время еще раз повторила свой коронный железный укус, но укусила на этот раз не столь сильно, а скорее только поиграла, после чего, резко взяв влево, завизжала резиной колес по асфальту и умчалась в другую сторону по каким-то своим очень важным делам.

Надо сказать, не смотря на то что последний ее удар был не столь сильным, иномарка все-таки сделала свое черное дело: мой автомобиль, потеряв управление пошел вправо, резко подпрыгнул на бордюре, вылетел на тротуар, проскрежетал днищем по каменному бортику ограждения дороги и в облаке бьющего из под капота пара как вкопанный остановился.

Шедшие мимо по тротуару прохожие в панике отскочили в сторону.

– Ненормальный, – взвизгнула какая-то тетка.

– Понапокупали себе прав, а ездить не научились, – крикнул какой-то пожилой гражданин, погрозив мне кулаком.

Ничего себе! Разве они не видели, что все это случилось вовсе не по моей вине?

Я подобрал с пола телефон и на ватных ногах вышел из автомобиля. Бегло осмотрев повреждения, я собрался было уже позвонить куда надо, но сделать этого не смог, поскольку, видимо, от нервного перенапряжения совершенно разучился попадать пальцами в кнопки.

Потом я решил взять себя в руки и успокоиться, для чего снова сел за руль.

Пока я сидел в салоне, рядом с моей машиной стали останавливаться жадные до зрелищ зеваки, и вскоре собралась достаточно большая толпа. Разинув рты, люди с любопытством поглядывали на меня и явно чего-то ждали.

Немного успокоившись, я взглянул в зеркало и только теперь увидел, что от удара об руль рассек губу, и это обстоятельство меня очень сильно разозлило.

«Я же тебя все равно достану, – мысленно пригрозил я неизвестному злодею и стукнул кулаком по рулю. – Я же тебя по одному только номеру вычислю».

Надо сказать, номер преследовавшей меня иномарки я действительно успел запомнить. Это было слабое, но все-таки хоть какое-то утешение, что рука возмездия покарает умчавшегося в неизвестном направлении наглеца.

Потом я завелся, как больной крокодил, осторожно сполз с тротуара на расплавленный от жары асфальт и медленно покатил в сторону дома.