Читать книгу: «Паранойя»
Жил на свете такой господин как Иван Сергеевич Белосердцев. Юноша 19 лет отроду. Не высок и не низок. На вид простой русский парень. Всю жизнь прожил в Якутске, в городе где-то в тайге. Погода сурова, но прекрасна. Суровые тучи и бураны закаляли дух. Всю жизнь он помогал отцу с охотничьим промыслом. В общем жил не тужил. Иван думал так и проживёт всю жизнь, но решения судьбы не всегда совпадают с решениями людей.
Пришло военное время. Война серьёзная – людей собирают из всех окраин Империи. Лишь бы были русскими. Белосердцев идеально подходил для фронта. Физически здоровый, выносливый мужчина. И патриотизма ему не занимать. Отец бывший военный, участник русско-турецкой войны, георгиевский кавалер.
Иван даже подговорил своих друзей пойти на фронт. Илья Андреевич Гончаров и Андрей Никитич Чернов, крестьяне из центральных районов России. Их переселили в эти края насильно. Вот и желания умирать за ту власть, которая отправила их в суровые сибирские леса, не было. Так ещё этот самый фронт был за тридевять земель, какой смысл?
Они записались в армию, как и многие молодые люди Якутска. Бывалые солдаты, которым удостоилась возможность служить со здешними офицерами, молвили, что командование в этих краях понимающее и отзывчивое. «Как же повезло», – думал Иван, наслушавшись разговоров батюшки о строгих командирах. Чемодан, вокзал, поезд. И вот вчерашний охотник стремительно становится солдатом.
Ехали долго. Так ещё постоянные остановки где-то в глуши или крохотных станциях вымораживали. Но когда они проезжали мимо городских станциях, как это было удивительно. Такие потрясающие эмоции. Все аплодируют, выкрикивают лозунги, благодарят за службу перед Отечеством. В общем встречают, как героев! После такого тёплого приёма во многих городах России, даже противники царской власти наполнились энтузиазмом. А как иначе? Вся страна сплотилась.
Недолгое обучение. Недолгое конечно по сравнению с дорогой сюда, в Варшаву. Город уже прифронтовой зоны. Бегали, ползали, резали колючую проволоку, кололи штыками. Новобранцы думали, что подготовились ко всему.
Первое боевой поход. Спустя такое большое количество времени, полк идёт в первый бой. Все чувствовали какой-то странный животный страх. Чем ближе приближался фронт, тем громче были слышны разрывы снарядов. Некоторым хотелось просто убежать куда глаза глядят, только чтобы не оставаться здесь.
Полк сменялся. Производилась ротация войск. Грязная одежда и потерянные вид фронтовиков пугал новобранцев. Таковы реалии войны. Из-за дыма и огня не было видно солнца. Вокруг царил хаос и разруха. В воздухе витали запахи горелого дерева с трупным ядом. Многих рвало с непривычки.
Первые дни в окопах были тяжёлыми. Смерть постоянно стояла где-то рядом. Молча, в стороне с косой и ждала момента подкрасться. Спустя два дня не было ни одной атаки противника, а потери составили шесть убитых и двенадцать раненых.
Иван не терял веру, а вот его товарищи уже давно бы сбежали. Была бы возможность. Если бы офицер отвернулся бы хоть на миг. Над всеми нависло чувство ожидая. От простых солдат ничего не зависело. Может Иван умрёт сегодня, а может завтра. Может умрёт кто-то другой. А может никто не умрёт. Как снаряд распорядится, так оно и произойдёт. На всё ведь воля Божья. Неустанно продолжал уверять себя Белосердцев.
Эдак продолжалось достаточно долго, вплоть до ухода с позиций. Жуть отошла на пару шагов назад. За две недели из восьмидесяти человек остались в живых только сорок восемь. Казалось, будто всё – ад кончился. Иван отходился в тыловую деревеньку наполненным радостью и надеждой. Наконец все эти смерти прекратятся, хоть на мгновенье.
Илью Гончарова ранило осколком в ногу. Его забрали раньше, чем все вышли из окопов. Печальная картина. Все скомканы в одной маленькой избе. Кто на полу, кто на скамье. Илья лежал на полу весь обмотанный тряпками. Иван вместе с Андреем спросили у врача, как у него дела. В ответ он лишь указал на ногу. Оказывается, во время операции ему отрезали ногу.
– Как дела у защитника Империи, – спросил Иван у Ильи.
– Ужасно, – пытаясь смеяться говорил Илья, – я же говорил, что надо было дома оставаться.
– Всё не так уж и плохо, – успокаивал Андрей, – сейчас поедешь домой встретишься с матушкой и батюшкой.
– Тоже, верно.
Андрей попрощался с товарищем и показал Ивану, чтобы тот вышел на улицу.
– Видишь, до чего довёл твой патриотизм?
– Всё не так уж и плохо! Мы живы – это главное.
– Зачем ты потянул нас?
– Я откуда знал, что такое произойдёт.
– Ладно уж. Сгоряча на тебя наговорил. Пойдёт, а то офицер нас будет спрашивать.
Иван не успел заметить, как отдых подошёл к концу. Все снаряжались и вновь выдвинулись на позиции. Когда идёшь через ад главное не останавливаться. Правда?
В этот раз на передовой было затишье. Это не к добру. Видимо немцы что-то задумали. К передней линии обороны подвезли еду, сигареты и новую разработку – противогаз. Никто не знал для чего они и как ими пользоваться.
Одним утром Иван с Андреем решили посмотреть, что это за штука такая – противогаз. Был проведён инструктаж. Противогаз защищает от химического оружия. Химическое оружие. Это словосочетание никак не клеилось в голове Ивана. Что такое химическое оружие? Какой вред оно может нанести?
Прозвучала команда покидать дерева и соломы привезённого из тыла перед окопом в сторону врага. Говорят поможет. После этого послышались звуки выстрелов из пушек. Но они была другими, ежели обычные артиллерийские. Газы! Вот оно и здесь. Химическое оружие.
Германцы закидали русские окопы баллонами с газом. Понемногу траншею окутывал газ. Все начали бежать к складу с противогазами. Бежали по головам, толкались. Животный страх взял верх. Тот, кто надел маску и хоть немного отвечал за себя, по команде, побежал поджигать древесину, которую выкинули ранее.
Иван нацепил противогаз. Дышать было трудно. Хотелось снять его и пойти прочь, домой. Но голос разума подсказывал, что от этого зависит жизнь.
На всех противогазов не хватило. Это и просчёт командования, да и вследствие того, что это новая разработка, её не стали распространять. Те везунчики, которые успели надеть противогазы, узрели страшную картину.
Над окопами горел огонь от костров. Дым закрывал небосвод. Всё вокруг было окутано зелёным ядовитым газом. Люди без противогазов походили на мертвецов. Кожа меняла свой окрас. Она становилась бесцветной. Человек кашлял кровью, задыхаясь от зелёного яда. Повсюду были слышны крики и кашель. Солдаты тряслись, они падали и уже не вставали. А те кто успел надеть противогазы были похожи на чертей. Иван подумал, что попал в преисподнею.
Эта атака оказала большое влияние на всех. Многие увидели, с какими мучениями умирают их товарищи. Вот и Иван увидел, как Андрей, качаясь, идёт в его сторону. Андрей падает, но продолжает двигаться в сторону Белосердцева. Для него не хватило противогаза.
Увидев воочию пострадавших от газовой атаки, Иван решил, что с ним такого не произойдёт никогда.
Газ рассеялся и все потихоньку начали снимать защиту. Все кроме Белосердцева. Он уже забыл, как тяжело дышать. Забыл про офицеров, товарищей. Он про всё забыл. Сейчас главная цель – не умереть от химического оружия.
Прошёл день с момента газовой атаки. Все уже давно убрали противогазы и ждали немецкой атаки. Офицер осматривал позиции врага и увидел постоянные передвижения. Значит скоро пойдут в атаку. Вот офицер и решил пройтись по окопу и проверить настроение солдат. Как видит единственного человека в противогазе.
– Как тебя зовут солдат?
– Рядовой Белосердцев, – глухо послышалось из противогаза.
– А почему у тебя защитная маска на лице? Наказали небось?
– Никак нет!
– А что же тогда?
– Вдруг газовая атака, ваше благородие. Всегда готов.
– Сударь, не сходите с ума. На всех хватит противогазов, не бойтесь
– Ага, хватит. Как в прошлый раз хватило? Может вы этого и хотели? Я сниму противогаз и тогда вы подадите команду о начале атаки?
– Не несите чушь.
– Всё так оно и есть! Вы слышали, братцы? Господин офицер хочет, чтобы мы умерли от ядовитого газа.
– Отставить! Вы не в себе.
– Всё со мной так! Это вы всё затеяли.
Господин офицер понял к чему клонит дело. Он контуженный. Ему здесь не место. Офицер указал солдатам на Ивана. Бойцы подхватили своего товарища и повели в импровизированный госпиталь. Солдаты быстро разыскали врача и оставили Ивана ему.
– Здравствуйте, снимите противогаз, а то я вас не смогу осмотреть.
– Никак нет! Это опасно.
– В каком смысле опасно?
– Вы все пытаетесь снять с меня противогаз, чтобы я задохнулся от газа!
Особый случай, подумал врач.
– Слушайте, сударь, я не смогу вам помочь, если вы не снимите противогаз.
– С моим самочувствием всё хорошо.
– Тогда зачем вас направили сюда?
– Не знаю. Кто разберёт этих сволочей.
– Так, а почему вы ходите в защитной маске? Знаете, что не все это хорошо воспринимают. Многие боятся людей в масках.
– А чего здесь странного? Вдруг химическая атака? Я всегда буду к ней готов! Вы видели химическую атаку, – показывая в сторону первой линии окопов восклицал Иван.
– Конечно. Я занимался лечением людей, отравленных газом.
– Тогда вы не понаслышке знаете, что такое химическое оружие.
Врач начал писать указание для отправки Ивана в головной эвакуационный пункт в Варшаве. Там его и вылечат, а на фронте ему делать нечего.
– Как вас зовут?
– Зачем вам?
– Я хочу выписать вам отпуск. Вы слишком много пережили. Езжайте отдохните.
– Иван Сергеевич Белосердцев.
Доктор записал фамилию, поставил подпись и передал бумагу с Иваном одному из медработников. Иван проделал большой путь с передовой до Варшавы на грузовом автомобиле. Всё время Белосердцев провёл в противогазе.
В Варшаве его определили в государственный госпиталь. В госпитале его провели в кабинет лечащего врача, где с Ивана через силу сняли противогаз. Белосердцев плакал и метался по кабинету. Спустя пару недель мучений, Ивана вылечили, но при этом признали непригодным для военной службы. Он уехал домой.
Ивана вылечили. Иван перестал участвовать в боях, но отпечаток войны навсегда остался в его душе. Каждый раз, когда поднималась пыль или дым Белосердцев прятался и старался закрыть лицо одеждой или руками. Вот она какая – паранойя.
