Читать книгу: «Первое видение слепого. Глаз Нирохеи»

ПРОЛОГ

Из темноты коридора выплыли три голых мужских трупа, кожа которых была практически черной от нанесенных рун. Следом за ними показалась странная фигура, полностью состоявшая из тени. Она слегка двинула рукой – и тут же включились многочисленные лампы, осветив центральное помещение этого подгорного комплекса, которое было в несколько раз больше, чем самолетный ангар. Впрочем, сейчас свободного места практически не осталось: в дальнем левом углу высился огромный открытый бассейн, в котором плескались сотни литров крови, в дальнем правом находились клетки с несколькими видами животных, прямо рядом с выходом из коридора располагалась сеть компьютеров, а все остальное пространство было заставлено бесконечными штабелями однообразных, герметично закупоренных контейнеров, сделанных из титанового сплава. Незанятой оставалась только относительно небольшая площадка в самом центре, куда и отправились трупы, аккуратно опустившись на пол в ожидании своего часа. Тень же занялась проверкой оборудования – на очерченную площадку было направлено множество камер и датчиков.

– Тебе бы лучше привыкать к телу, не зря же мы его столько создавали, – приятный голос внезапно нарушил тишину. Он принадлежал темноволосому юноше, который только что появился буквально из-под земли – по крайней мере, именно так могло бы показаться стороннему наблюдателю. На самом деле он просто воспользовался Теневым Реалмом, благодаря чему перемещение между континентами заняло у него всего три минуты. Впрочем, к счастью для любых транспортных компаний, ни один человек не смог бы повторить подобный фокус. Новоприбывший же человеком не был.

Мисткольд или, сокращенно, Мист – а именно так он представлялся тем, кто мог видеть его истинную сущность – несмотря на внешность юнца, которому никто не дал бы больше двадцати, был сорокатысячелетним вампиром, давно удерживающим звание сильнейшего и древнейшего существа на всей Земле. Однако именно сегодня он собирался его передать.

– Успею, – Тень только хмыкнула, даже не оторвавшись от мониторов. – Осталось двадцать минут.

Узнав время до появления портала, вампир присел около трупов и, глядя на очерченное пространство, погрузился в воспоминания.

Тогда, полторы тысячи лет назад, прямо во время решающей битвы с оборотнями, он впервые увидел портал в другой мир – тот совершенно внезапно открылся, поглотив как парочку генералов противника, судьба которых вампиру была безразлична, так и несколько его братьев и сестер, а затем так же внезапно закрылся. Проигнорировать подобное событие Мист, конечно же, не смог, вот только опрос даже самых известных магов и ведьм того времени не дал никакой информации. Не знали ничего ни монахи, ни плененные после поражения оборотни, никто ничего не знал. Шли столетия, вампир, так и не найдя ответы на свои вопросы, отложил их подальше, но через пятьсот лет после первого случая портал открылся вновь. Узнал об этом вампир совершенно случайно – он почувствовал пропажу могильного камня с его кровью – но этого хватило, чтобы следующие пять веков он провел в ожидании. Однако тысяча пятьсот девятнадцатый ознаменовался войной против воскреснувшей Морганы, которая, несмотря на все его нежелание, потребовала личного вмешательства вампира – и шанс был упущен вновь. На этот же раз Мист твердо решил, что не пропустит нужный момент и наконец заглянет на другую сторону.

Услышав предупреждение Тени, вампир начал переодеваться. Каждый элемент нового наряда был черным, включая сапоги и даже наручи, и покрытым великим множеством разнообразных рун. Темная маска закрывала все лицо, два клинка из черной стали вошли в элегантные ножны и закрепились по бокам, а полсотни слегка вибрировавших метательных ножей расположились по всему телу – лишь малую часть он оставил на виду, в перевязях на груди. Последним штрихом стало множество колец и амулетов черного цвета, за которыми последовали перчатки и плащ, неплохо скрывающий весь арсенал.

Закончив с экипировкой, вампир встал недалеко от очерченного места. Тень бесшумно приблизилась и остановилась напротив него, после чего они синхронно поднялись в воздух, а кровь в бассейне пришла в движение. Потоки жидкости образовали сферы вокруг двух фигур, от которых в стороны разошлись кровавые щупальца, цепляющиеся к контейнерам и клеткам. Последним приготовлением стали трупы – подчиняясь активированной магии, они поднялись на ноги и подошли вплотную к черте, нарисованной в центр пустого пространства. Оставалась минута. Тридцать секунд. Три. Две. Одна.

Яркая вспышка, не сопровождавшаяся никаким звуком, сменилась абсолютно черным вертикальным квадратом с рваными краями, размером примерно четыре на четыре метра. Максимально взвинтив восприятие, Мист заставил трупы первыми прыгнуть в портал. После того, как они исчезли, лишь слегка потревожив черную гладь, он повторно активировал заклинание кукловода и смог почувствовать тела «кукол». Все, что видели и чувствовали они, стало доступным для вампира, который, убедившись в относительной безопасности новой локации, не стал терять время и двинулся вслед за ними. Не ощутив никакого сопротивления, он прошел сквозь тонкую завесу и наконец оказался в другом мире. Точка выхода была в сотне метров над землей, так что он сразу же смог своими глазами оценить открывшийся вид.

Новилура не слишком отличалась от Земли в планетарном масштабе – почти те же размеры и скорость вращения, свои Солнце и Луна, которые местные жители привыкли именовать Дневным и Ночным светилами. Разница заключалась в более мелких деталях: другое расположение континентов и, соответственно, океанов, гораздо более разнообразное население, новая магия и многое другое. Впрочем, сейчас взгляду вампира был доступен только относительно нормальный пейзаж – внизу раскинулся густой цветущий лес, пусть и со странными, чересчур большими деревьями, неравномерно разделенный на две части каньоном, на дне которого текла речка. На горизонте виднелась горная цепь, окружавшая лес с трех сторон, а на юго-востоке можно было разглядеть начало пустыни. Обострив все свои чувства, вампир просканировал ближайшую местность на наличие живых существ, но отметил только пару сотен мелких созданий и группу животных размером с волка – никого человекоподобного рядом не было. Сейчас это только обрадовало вампира, который теперь спокойно мог продолжить переход согласно плану, не опасаясь внезапного нападения.

Первым делом в темную завесу отправился огненный шар, который должен был просигнализировать Тени о начале осуществления плана и заодно проверить возможность обратного возвращения. Шар спокойно прошел сквозь портал и был перехвачен Тенью, после чего началась монотонная часть, заключавшаяся в переправке всего багажа. Вскоре картина приобрела совсем уж сюрреалистический вид – в воздухе висел абсолютно черный плоский квадрат с рваными краями, а рядом с ним – красная сфера, от которой во все стороны тянулись сотни щупалец, державших титановые контейнеры. Сторонний наблюдатель мог принять это за пришествие древнего бога, хотя на деле это был всего лишь переезд одного нескромного вампира. Последними переправились клетки с животными. Сняв маску, оставшийся десяток секунд Мист просто наблюдал за порталом, который уже начал подрагивать. Время вышло, и проход между мирами мгновенно пропал, покрасовавшись яркой вспышкой напоследок. В прощаниях не было нужды, но чувство, что он снова, впервые за множество веков, да что там, тысячелетий, остался один, было для вампира странным. Пару секунд посмотрев в пустоту, Мист развернулся и вновь оглядел пейзаж уже с ухмылкой на лице.

– Ну, здравствуй, новый мир! С тобой мы попробуем другой подход.

ГЛАВА 1. БЫСТРЫЙ СТАРТ И НОВЫЕ ЗНАКОМСТВА

14 Первого месяца тепла 3127 года, полдень

Магия на Новилуре была словно воздух – почти везде, и при этом так или иначе влияла на все, с чем контактировала. Мутации у растений и живых существ значительно увеличивали их разнообразие, а порой даже наделяли необычными способностями. Например, умением создавать струю пламени перед собой и прицельно направлять ее в противника – этим славились животные, которых местные жители незатейливо прозвали огневолками. Именно за стайной охотой этих представителей фауны сейчас наблюдал с высоты Мист, выйдя из ускоренного режима и обратив внимание на далекие вспышки огня. Полтора десятка существ, имевших тело крупного волка, голову гиены-переростка, удлиненные лапы и небольшую гриву гнались за громадным оленем, с легкостью сносившим молодые деревца у себя на пути. Приблизившись на достаточное расстояние, треть группы хищников на секунду остановилась, после чего перед их оскаленными мордами сформировались потоки пламени, тут же обрушившиеся на жертву. Раздался трубный рев, и олень, пытаясь сбить пламя со спины, потерся о дерево, открывшись при этом с левого бока, чем не преминули воспользоваться остальные члены стаи. Огромное копыто успело размозжить голову одному из огневолков, но остальные повисли на добыче, по старинке пользуясь клыками, и повалили ее на землю. Олень издал еще один трубный рев, однако хищники оперативно прервали его страдания, разорвав шею. После чего тут же принялись тушить пламя, старательно топча все его источники крепкими лапами – в том числе и на дереве, на которое несколько огневолков попеременно прыгали, сдирая кору. Под конец вперед вышел крупный самец, понюхал воздух, потоптался еще в нескольких местах и лишь после этого началась трапеза.

Хмыкнув, вампир наконец оторвался от этого зрелища и спустился, плавно приземлившись на песок. Поставив клетки с животными на мелководье и нагромоздив друг на друга контейнеры, он вздохнул полной грудью. Воздух был опьяняюще чист. Одобрительно качнув головой, вампир внезапно принюхался и сузил глаза, пристально обведя ими берег. Пройдя несколько раз туда-сюда по узкой полоске речного песка, он превратил часть висящей в воздухе крови в подобие огромного ковша, которым принялся копать метрах в десяти перед собой – и вскоре в песке обнаружилось каменное надгробие, на котором время стерло любые надписи. Впрочем, свое дело оно уже сделало – развеяло теорию о том, что портал мог вести каждый раз в другой мир.

Следующие пару часов вампир посвятил исследованию всего и вся в ближайшем радиусе – он следил за движением местного солнца и облаков; проверял, нет ли поблизости физических аномалий; а также тщательно осматривал, обнюхивал, и даже пробовал на вкус любые встречавшиеся травы, ягоды, кору деревьев и мелких зверьков. Впрочем, с регенерацией, способной за секунды справиться с сальмонеллезом, идущим как бесплатная добавка к сырому мясу, он мог позволить себе подобное поведение. А благодаря своим рецепторам, которые были в разы сильнее человеческих и оперативно обработали получаемую информацию, Мист смог сделать вывод, что различия местной флоры и фауны с земной совсем не критичны. Это в свою очередь означало, что вероятность выживания его личного зоопарка, состоявшего из зайцев, волков, кабанов, черных пантер, рыжих рысей и диких кошек, была весьма высока.

Первые три вида вампир взял с собой в основном ради эксперимента по выживанию, а вот представители семейства кошачьих на Земле служили отличными фамильярами, пользовавшимися огромной популярностью среди ведьм, колдунов и даже монахов всех мастей, чем и заслужили себе половину мест. Впрочем, с ними же и возникла загвоздка – для связи между фамильяром и его хозяином постоянно нужна была мана старого мира, которую за несколько прошедших часов Мист здесь так ни разу и не почувствовал. Конечно же, у него были при себе обширные запасы в артефактах и свитках, но вот тратить их попусту он не хотел, а потому с легким сожаление поглядывал на кошачьих, специально пойманных за несколько часов до перехода. Звери же предпочитали не обращать на вампира внимания, поглощая принесенную пищу и не выказывая ни малейших признаков несовместимости с ней. Пожав плечами, Мист отметил про себя, что выжить они здесь должны, и отвернулся от клеток.

Когда солнце окончательно ушло за горизонт, вампир решил продолжить разведку. Он взглянул на кровавый бассейн, все это время так и висевший в воздухе, после чего несколько потоков крови отделились от него и произвели на свет два десятка фигур, имеющих человеческие очертания, но отличающихся удлиненными изломанными конечностями и размытостью – они именовались кровавыми клонами. Расставив их по периметру своей временной стоянки, вампир поднялся в воздух и, развернувшись спиной к пустыне, полетел в сторону гор.

Даже на средней скорости полет имеет множество преимуществ перед продвижением по земле, а уж в лесной местности экономия времени была просто огромной, так что к полуночи фигура в темных одеяниях появилась над горной грядой. Первые пару часов разведки ничего не принесли, однако вскоре вампиру открылся вид на неестественно ровное плато, которое на несколько десятков метров возвышалось над лесным массивом. За ним в горе виднелась огромная пещера, а само плато занимал город с благозвучным названием Сторудный – по крайней мере, его обитателям оно нравилось. Населен же этот город был не кем иным, как дворфами. Бородатые, широкоплечие, ростом под полтора метра, они спокойно прогуливались по ночным улицам или – уже менее спокойно – вываливались из таверн с веселым шумом, не подозревая, что сейчас за ними наблюдают.

Вампир завис над городом, слегка склонив голову набок и с прищуром рассматривая открывшуюся ему картину. Впрочем, внешний вид навевал, скорее, уныние, чем интерес – абсолютно все здания были построены из однотипного камня и не имели ни окон, ни каких-либо украшений, кроме деревянных табличек с номерами или рисунком пивной кружки. Будь то высокая городская стена, гильдии или даже центральное здание совета – серый цвет и грубые швы были везде. Как народ, который долгое время жил в темноте подгорных пещер, дворфы решительно плевать хотели на внешний вид их жилищ. Дело принимало совсем иной оборот, когда речь шла о внутреннем убранстве: мраморные полы и статуи; мебель из лучших сортов дерева; ковры на каждом шагу; бесчисленное множество картин на стенах… И не только в зданиях совета или гильдий – любой состоятельный дворф старался не ударить в грязь лицом и обставить свой дом по последнему писку моды, которая, правда, слабо изменилась за последние пару сотен лет – таковы уж были дворфы. К тому же здания имели подземные этажи, количество которых могло превышать количество надземных, поэтому можно было смело сказать, что половина города находилась под землей. Впрочем, все эти детали пока что это были скрыты от взгляда вампира, так что архитектура города его не слишком заинтересовала.

Гораздо больший интерес вызывал сам факт встречи с существами, которые весьма подробно были описаны в книгах и легендах его мира. В голове вампира сразу же возникло множество теорий на этот счет, но вскоре его размышления прервали первые лучи солнца. Недовольно покосившись на далекую звезду, Мист еще раз взглянул на город и улыбнулся, порадовавшись тому, что первое селение разумных существ в новом мире попалось ему всего лишь в нескольких сотнях километров от места появления. Развернувшись, вампир собрался улетать, но перед этим ненадолго прищурился, а несколько секунд спустя над городом сформировалась дюжина одиноких глаз, которые разлетелись подальше друг от друга. Видеть перед собой не одну картинку, а больше десятка – вряд ли такое привычно кому-либо, кроме операторов видеонаблюдения, но древний вампир проворачивал этот фокус далеко не первый раз. Поморгав, он убедился, что теперь может видеть весь город, а затем направился обратно к временному лагерю.

Несколько следующих дней Мист летал над лесом, более подробно исследуя регион и подыскивая территорию, где можно будет выпустить свой зверинец. Подходящих мест хватало, однако в достатке было и хищников, которые располагались слишком близко. В конечном итоге самые активные, которым не повезло попасться ему на глаза дважды, были разобраны на части, а в лесу появилось шесть новых видов, численностью в пятьдесят особей каждый. Впрочем, забота о животных занимала далеко не главенствующее место в списке интересов вампира, и все три дня он продолжал наблюдение за городом.

Сторудный оказался типичным шахтерским городком. Большинство местных дворфов было занято в горной промышленности, а все остальные так или иначе с ней соприкасались – кузнецы обращали металлы в товары, маги переделывали драгоценные камни в артефакты, торговцы скупали и то, и другое, чтобы перепродать подороже в других городах, ну, а стража, как и всегда, следила за порядком. Однако даже при том, что это явно было захолустье, городок насчитывал около двадцати тысяч дворфов, что для средневековья было совсем не мало. Впрочем, при попытках соотнести местные реалии с какой-то эпохой из истории его Земли у вампира сразу же возникли сложности. Не из-за того, что у него не хватало знаний – их было в достатке, ибо вампир лично прожил все те эпохи и при этом на память не жаловался – а потому, что у дворфов была подчас совершенно дикая разница в уровне прогресса в различных сферах жизни. Самым заметным моментом стала образованность местных жителей – при том, что по части технологий и производства они находились где-то в самом начале эпохи возрождения, Мист временами замечал небольшие подобия блокнотов даже у шахтеров и домохозяек. Что как минимум означало низкую цену той же бумаги, читай, ее массовое производство, и наличие общей системы образования, доступной абсолютно всем. Когда там до такого дошло на Земле? Веке этак в девятнадцатом, если не в двадцатом? Такая ситуация вызывала у вампира закономерные вопросы, ответы на которые, как и знание языка дворфов, он собирался поискать в памяти у выбранного им «донора».

***

Утром следующего дня пожилая дворфийка-лекарша вместе с ученицами и стражниками привычно остановилась на поляне, совершенно не подозревая о присутствии вампира, засевшего на дереве. Выслушав указания наставницы, все ученицы разделились на несколько групп, и, прихватив по стражнику, разошлись в разные стороны. На поляне осталась только сама травница и один из сопровождающих. Ускорившись, Мист бесшумно спустился с дерева и отточенными ударами вырубил обоих, после чего, приподняв дворфийке веки, проник в ее разум, не испытав никаких затруднений – псиоником дворфийка не являлась и защищать себя тоже не умела.

Вампир оказался на небольшой поляне, со всех сторон окруженный светящимися клочьями тумана, в котором мелькали размытые картинки и образы. Закатив глаза, Мист осмотрел весь этот бардак: вчерашний день граничил с воспоминаниями двадцатилетней давности, детская радость от первого правильно сваренного эликсира плыла рядом со скукой от участия в заседании городского совета, а умение петь путалось с названиями трав. Первым делом вампир обернулся самой травницей, не желая оставить свои следы в ее сознании, затем стер ей недавнее воспоминание с ощущением удара, и только потом начал продираться сквозь туман, высматривая известный дворфийке язык. Спустя несколько непозволительно долгих минут, вампиру удалось найти целых два, и он тут же осторожно скопировал их к себе в голову. Следом за ними отправились и знания о местных травах, случайно замеченные вампиром совсем рядом, но после этого он остановился, размышляя о том, как ему найти ответы на свои вопросы в таком беспорядке и не оставить при этом следов. Полминуты понадобилось вампиру, чтобы выработать дельную стратегию поиска, однако именно в этот миг, внешний барьер просигнализировал об атаке. Чертыхнувшись, Мист резко вернулся в реальность, испытав секундное головокружение. Нарушителем его спокойствия оказался дворф-стражник с полубезумными глазами, назойливо тыкающий копьем в кровавый барьер. Ускорив восприятие, вампир выиграл себе еще несколько драгоценных секунд, за которые успел немного порыться в полученных знаниях, после чего вышел из этого состояния.

– Ты уже звал подмогу? – спокойно спросил он внезапно появившегося стражника на чистом дворфийском.

Тот ошалело посмотрел на него и помотал головой.

– Ты к… – попытался произнести он, но вампир, убрав барьер, шагнул вперед, перехватил копье и, притянув к себе дворфа, уставился ему в глаза. Секунду спустя стражник погрузился в крепкий сон под воздействием гипнотического взгляда вампира.

Просканировав местность, Мист недовольно прищурился. Потревоживший его дворф не был с группой лекарши изначально, а это значило то, что он прибыл сюда из города. Наверняка не просто так, а с каким-то посланием, поэтому вампиру нужно будет разобраться с ним в том числе. Недовольно цокнув, Мист метнулся к оглушенному ранее стражнику и быстро стер ему ощущение удара, после чего осторожно прислонил к дереву. Лекаршу он аккуратно усадил возле куста – сама, мол, присела отдохнуть и не заметила, как задремала. Подхватив тело гонца, вампир создал над поляной очередной глаз, а затем полетел в сторону города, стараясь держаться на уровне крон деревьев. Убедившись, что он убрался достаточно далеко, Мист проникнул уже в разум гонца, скопировал себе его память за предыдущие пару часов, после чего стер дворфу последние десять минут, которые тот помнил. Немного попетляв по лесу, вампир вернул гонца на поляну, видом которой теперь заканчивались его обрезанные воспоминания, после чего неслабо приложил и так бессознательное тело о толстую ветку одного из деревьев. Хмыкнул, вампир даже слегка посочувствовал особому «везению» этого дворфа, а затем аккуратно уложил его в траву, при этом мимоходом слизнув несколько капель крови, выступивших на разбитом лбу. Кровь дворфа на вкус оказалась вполне ничего, не хуже людской, так что вампир мысленно отметил, что при определенных условиях ему будет чем себя побаловать. Ну, а голодная смерть ему и без того не грозила – чисто ради пропитания ему подходила абсолютно любая кровь, в том числе и животных. Убедившись, что невезучий дворф скоро придет в себя, Мист полетел обратно в свой лагерь, попутно наблюдая за тем, как одна из вернувшихся групп учениц будит наставницу – стражник к тому времени очнулся сам и усиленно делал вид, что уж он-то бдел все это время. Полчаса спустя на поляне появился и гонец, сверкая огромной шишкой на лбу, которую лекарша, дав ученицам время посмеяться, убрала за полминуты. Гонец, как уже знал вампир, принес весть о крупной группе хищников неподалеку, замеченной проезжавшим караваном. Впрочем, лекаршу и стражников эта новость не особо встревожила – они и так прекрасно знали, что эти леса могут быть опасны. Мист же только довольно ухмыльнулся – для него эта информация была весьма полезной.

Вернувшись в свой лагерь, вампир начал готовится к отбытию. Все контейнеры отправились в огромную, вырытую им в земляном утесе, пещеру, охранять которую остались кровавые клоны, трупы-куклы и несколько десятков магических ловушек. Кровавый бассейн разделился на тысячи небольших частей, которые приняли форму птиц и поднялись на километр вверх. Этот фокус Мист придумал очень давно, убедившись, что птицы привлекают гораздо меньше внимания, чем кровавое пятно в небе. Надев на себя вторую перевязь с клинками, предварительно взятыми в одном из контейнеров, вампир подошел к увесистой сумке. В ней уже лежало несколько гранат, пара пистолетов, плеть, рунические свитки с маной, бытовые мелочи, а последним штрихом стала значительная часть черных колец и амулетов, сняв которые, вампир перестал походить на цыганского барона. Перекинув сумку через плечо, Мист подвигал лопатками, после чего завершил свой образ, закинув за спину свернутые шкуры и клыки убитых ранее хищников. Убедившись, что он не оставил за собой следов и эта часть берега ничем не отличается от остальной, вампир полетел обратно в сторону города.

***

20 Первого месяца тепла 3127 года, утро

Солнце только начинало прогревать землю, поэтому воздух еще оставался прохладным. Пожилая лекарша потерла ладони друг о друга, а затем продолжила осторожно обрывать листики, складывая их в небольшой тканый мешочек. Стоявший сзади стражник зевал, неловко прикрывая рот рукой в большой металлической рукавице. Внезапно он резко развернулся в сторону приближающегося шума и на всякий случай взял в руки копье, ранее мирно прислоненное к дереву. Травница выпрямилась и, нахмурившись, тоже повернулась в ту сторону. За деревьями можно было увидеть молодую дворфийку, которая бежала прямо к ним.

– Г-госпо-ша… Деррин! Там… звери!.. И чужак!.. Пой… демте! – хватая ртом воздух, произнесла одна из учениц, добежав до поляны. Стражник вопросительно взглянул на лекаршу и, заметив кивок, бросился в указанную девушкой сторону. Деррин быстро собрала свои мешочки, подождала минуту, давая ученице немного восстановить дыхание, после чего поспешила вместе с ней в нужном направлении. По пути она достала из сумки тяжелый металлический наруч, в который были инкрустированы два десятка сияющих лавандовым цветом камней, и закрепила его поверх рукава. Затем обернулась к ученице, немного отстающей от нее.

– Что за звери, и что за чужак, Риггита?

Молодая дворфийка старалась следить за дыханием в этот раз, поэтому ответила не сразу.

– Огневолки… против них человек… весь в черном… с мечами!

Дальше дворфийки побежали молча. Деррин недовольно хмурилась. Заставляли ее это делать, конечно же, не звери, которыми полнился этот лес, а тот факт, что, каким-то образом, человек оказался так близко к одному из самых отдаленных от границы с людьми дворфийских городов. После небольшой войны, которая отгремела несколько десятилетий назад и окончательно испортила отношения с соседями, граница официально была закрыта. Понятное дело, что из-за огромной протяженности никто не мог контролировать каждый ее метр, но регулярные патрули и систему магического обнаружения никто не отменял. Они помогли сократить разведывательные силы некоторых особо любопытных соседей практически до нуля, поэтому сейчас подобные вторжения были редкостью, тем более, здесь.

Через пару минут дворфийки догнали стражников, которые с копьями наготове стояли на небольшом холме, наблюдая за боем, происходившим внизу. Остальные ученицы теснились за их спинами, спешно нацепив такие же наручи, как и у наставницы, только с камнями поменьше и попроще.

На берегу небольшого озера сражалась стая огневолков и один чужак. Точнее, остатки стаи – от изначального количества в двадцать голов живы были лишь одиннадцать, девять обезглавленных трупов валялись поодаль. На глазах у Деррин их количество уменьшилось еще на одного – бросившийся на незнакомца зверь лишился головы с одним движением клинка, на котором не осталось даже крови. Три топтавшихся поодаль зверя внезапно замерли, после чего выпустили из пасти несколько огненных плевков. Один из них полетел в сторону стражников, и Деррин уже была готова активировать защиту… но внезапно незнакомец ускорился, а затем, увернувшись от остальных снарядов, подпрыгнул и принял это пламя на свои клинки, разделив его на две части и изменив их направление. Несколько стражников пораженно выдохнули, покрепче сжав копья, а Деррин прищурилась, сконцентрировав свое внимание на чужаке, который в этот момент сам перешел в атаку, за несколько секунд добравшись до задних рядов стаи и в три удара убив тех противников, которые были готовы вновь плеваться огнем. Еще через минуту в живых остался только один, самый крупный, огневолк, который яростно бросался на незнакомца, поднимая клочья земли при каждом прыжке. На секунду застыв, он швырнул сгусток пламени в сторону противника и приготовился к очередному прыжку, однако мгновением позже зарычал от боли – из пламени вылетел клинок, который пригвоздил его левую переднюю лапу к земле. А через миг голова вожака мертвой стаи разделилась на две части, приняв на себя лезвие второго клинка, который на нее обрушили в прыжке.

Таким образом, победу в бою между зверем неразумным и зверем разумным одержал последний, который затем резким движением стряхнул с оружия в руке кровь, после чего провел по нему пальцем и вложил в ножны. Развернувшись спиной к дворфам, он пошел обратно в лес.

– Кажется, он уходит. Госпожа Деррин, что прикажете делать? Атаковать? – развернувшись, приглушенно спросил стражник, на лбу которого можно было увидеть капли пота. Металлическая рукавица тихо звякнула, когда он посильнее сжал копье. Травница покачала головой.

– Отставить. Он сейчас вернется, попробуем поговорить для начала.

– Откуда вы знаете?

– Никто не забывает такое оружие, – кивком головы она указала на последнего зверя. В его лапе все еще торчал странный, непривычной формы, прямой клинок, сверкающий в лучах восходящего солнца. Небольшая квадратная гарда черного цвета и сама ручка, отделанная и оплетенная неизвестными материалами, также привлекали внимание. Их новизна была тем удивительнее для Деррин, которая и сама неплохо разбиралась в кузнечном деле.

Через пару минут незнакомец и правда вернулся, теперь уже с сумкой через плечо и несколькими шкурами на спине. Направляясь к дворфам, он походя вытащил клинок и, очистив его от крови тем же движением, что и первый, вернул в ножны. Остановившись в трех метрах от стражников, он уважительно кивнул головой, продемонстрировав легкую уверенную улыбку.

– Приветствую вас, незнакомцы, – вежливо и дружелюбно произнес он на общем. – Иногда даже и не знаешь, какие неприятности могут поджидать одинокого путника в неизведанном лесу.

Деррин раздвинула стражников и вышла вперед, натянув на лицо доброжелательную улыбку. Складки у глаз сделали ее похожей на добрую колдунью из какой-нибудь детской сказки.

– И вам наше приветствие, юноша. Что же заставило вас оказаться в этом самом лесу, вдали от человеческих городов?

– Страсть к путешествиям, конечно же, – чуть шире улыбнувшись, ответил он. – Хотя иногда и от них устаешь, так и хочется съесть что-нибудь, приготовленное не на костре, и вспомнить, как ощущается настоящая кровать. Не подскажете, имеется ли гостиница в том городе, что на горе?

Мысленно Деррин скрипнула зубами – вопрос был абсолютно идиотским. Постоялый двор можно найти даже в самой захудалой деревне, не то что в городе. Но раз человек сам рвется в ловушку – она только за. Деррин улыбнулась чуть шире и кивнула.

– Да, конечно. Я с радостью вас провожу. Все-таки, убив этих зверей, вы оказали нашему городу услугу, так что мне непременно хочется что-нибудь для вас сделать в ответ.

– Буду только благодарен. Позвольте узнать ваше имя?

– Деррин. А что насчет вас?

– Мисткольд, лучше просто Мист. Приятно познакомиться.

– Да… мне тоже, – с секундной задержкой ответила травница, после чего все двинулись обратно в город. На одной из полян их уже ждали несколько других групп учениц, которые после острого взгляда Деррин молча присоединились к процессии. Стражники, переглянувшись и обменявшись несколькими кивками, заняли позиции позади и по бокам, не заметив быстро промелькнувшей тени недовольства на лице лекарши. Впрочем, незнакомец никак на это не отреагировал, так что она тихонько выдохнула и остаток пути провела в неспешном разговоре с ним.

У ворот города Деррин коротко рассказала стражникам о случившемся, после чего все направились дальше, привлекая внимание прохожих, многие из которых с большим удивлением провожали взглядами как самого чужака, так и его снаряжение – четыре клинка нацепил, ну надо же. По пути до Гильдии лекарей отряд растерял весь ученический состав и половину стражников – первых травница отправила по домам, вторые испарились сами в тот момент, как отряд проходил мимо казарм. И вновь незнакомец не обратил на это ни малейшего внимания, заставляя Деррин недоумевать. Он вообще вел себя совершенно беззаботно, ни единым мускулом не выдавая внутреннего напряжения, которое наверняка должно было присутствовать у любого разведчика, окажись он в такой ситуации. Внезапно дворфийку прошиб холодный пот – а что, если он так спокоен, поскольку его целью и было попасть в город? Что, если он не разведчик, а диверсант, которому, допустим, всего-то и нужно что дождаться пары свободных минут и активировать какой-нибудь артефакт? Впрочем, Деррин быстро себя успокоила – никто не даст ему этих пары минут. И если поначалу она думала просто дождаться подмоги, то теперь решила использовать кое-что из старых запасов. Так она точно узнает, кто он такой и что здесь забыл. Когда отряд дошел до внушительного трехэтажного здания гильдии, где и жила Деррин, дворфийка провела Миста через служебный вход. Стражники при этом остались у двери, неуверенно переминаясь, но не пытаясь спорить с прямым приказом. Впрочем, стоило двери закрыться, как двое из них рванулись в сторону здания Совета. Остальные только проводили их взглядами и, отставив копья, бесполезные в помещении, взялись за мечи и дубинки.

Внутреннее убранство второго этажа, куда дворфийка сразу же провела гостя, представляло собой смесь лаборатории с ведьминой избушкой: стеклянных сосудов на огне было достаточно, но дополнялись они не только развешанными повсюду травами, но и телами различных существ на стенах – в том числе там было и несколько огневолков. Кабинет травницы был уменьшенной копией предыдущей комнаты, разве что посреди помещения стоял массивный стол, заваленный свитками и эликсирами, а вдоль стен располагались огромные шкафы. На полу лежал ковер, а по обе стороны стола стояли уютные кресла. Хозяйка помещения предложила гостю присесть, после чего достала из дальнего сундука слегка запыленную бутылку медовухи. Предложение выпить за столь необычную встречу было встречено согласием, после чего, не чокаясь, каждый пригубил из своей кружки.

После короткой и абсолютно выдуманной истории о том, когда и при каких обстоятельствах ей была подарена эта медовуха, Деррин слегка расслабилась и поудобнее откинулась на спинку кресла. Выждав для уверенности еще полминуты, она с улыбкой поинтересовалась:

– Итак, что же вас все-таки привело в наши края, господин Мисткольд? Надеюсь, я правильно запомнила ваше имя?

Гость в это время слегка потряс своей кружкой, после чего с улыбкой сделал еще один глоток.

– Да, правильно, но лучше просто сократить, – оторвавшись от медовухи, ответил он. – Как я и говорил, страсть к путешествиям. Впрочем, я не слепой и вижу, что вам этот ответ не нравится, но другого у меня просто нет. Не желай я путешествий, я бы не прыгнул в тот странный черный портал, который выкинул меня в лесах на западе отсюда, где мне встретился отшельник, обучивший меня этому языку.

Договорив, Мист выжидающе уставился на собеседницу. Деррин несколько раз недоуменно моргнула, после чего резко выдохнула.

– Так вот оно что! Иномирянин, значит! – дворфийка невольно улыбнулась, на миг представив себе все перспективы. После чего предпочла убрать медовуху обратно в сундук и тщательно вымыть кружки – обе, для конспирации. Взамен она предложила гостю сильно пахнущее травами вино, рассказав еще одну выдуманную историю, призванную подчеркнуть ценность напитка. Вампир сделал вид, что поверил в ее рассказы и с улыбкой на лице выпил противоядие, хотя с ядом его организм уже давно успел разобраться сам.

– Что ж вы сразу не сказали, что вы из иномирян? – довольная улыбка не сходила с лица Деррин, и на этот раз она выглядела вполне искренней.

– Да просто мне показалось бы странным, начни кто знакомство с заявления, что он из другого мира. А что, таких, как я, здесь много появляется?

– По-разному, иногда целыми толпами прибывают, иногда всего несколько за целый век, не угадаешь, – пожав плечами, бодро ответила дворфийка и сменила тон на более доверительный. – Однако это в корне меняет дело. Понимаете, с соседними человеческими государствами у нас, по правде говоря, сейчас немного напряженные отношения, вот я и приняла вас за очередного разведчика. Тем более, что путешественники с таким арсеналом не ходят. Можно ли взглянуть на ваш меч?

Кивнув, Мист осторожно достал один из клинков, участвовавших в бою с огневолками, а затем придвинул его к Деррин, развернув лезвием в сторону. Дворфийка с той же осторожностью приподняла его, большую часть внимания уделив лезвию, но не забыв и про рукоятку. Осмотрев его со всех сторон, она перевела взгляд на Миста.

– Какое невероятное оружие. Из чего оно сделано?

– Специальная ударопрочная сталь, но я не мастер-кузнец, так что вряд ли смогу сказать больше, – решил не светить своими знаниями вампир.

Еще раз полюбовавшись на лезвие, Деррин вернула клинок владельцу. Спустя пару минут, воспользовавшись одним из артефактов, она кликнула свою помощницу и недолго с ней пошепталась за дверью – вампир, впрочем, все прекрасно слышал. После чего отряду захвата, готовившемуся к штурму на первом этаже гильдии, был дан отбой, а все та же пара стражников вновь поспешила к зданию Совета – на этот раз уже с новым посланием. В кабинет же вскоре доставили шикарный обед для двоих, а дальнейший разговор быстро превратился в череду взаимных вопросов и ответов. Большая часть обсуждения, понятное дело, теперь вращалась около разницы двух миров.

Продлилось это до самого вечера. Затем вампира провели в лучшую из здешних гостиниц, располагавшуюся в центре города, заодно пообещав завтра провести экскурсию. За дверью остались следить четыре стражника, а сама Деррин, едва не переходя на бег, направилась в здание Совета. Ее взгляд блуждал где-то далеко, но на лице была довольная улыбка.

ГЛАВА 2. ВАМПИР И СЕМЬ ДВОРФОВ

21 Первого месяца тепла 3127 года, утро

– Здравствуйте, госпожа Деррин!

– Никаких происшествий не было?

– Никак нет, госпожа Деррин.

– Отлично.

Разговор этот происходил в холле гостиницы, по местным меркам считавшейся элитной. Тремя этажами выше Мист встал с кровати, на которой просидел всю ночь, продолжая наблюдать за жизнью города через внешние глаза, и подошел к двери. Слегка поправив свой плащ, сумку и клинки, он терпеливо подождал, когда шаги Деррин зазвучат на нужном этаже. Дав ей еще немного времени, вампир вышел ровно в тот момент, как она начала разговор с двумя караульными. Увидев его, дворфийка тут же расплылась в улыбке.

– О, господин Мист. Привыкли рано просыпаться?

– Здравствуйте, госпожа Деррин. Да, есть такое, мне не нужно много времени для отдыха, – с ответной улыбкой произнес вампир.

Обменявшись еще несколькими ничего не значащими фразами, пара спустилась в холл, после чего дворфийка одним кивком хозяину гостиницы заказала шикарный завтрак. Ингредиенты его были вампиру неизвестны, но выглядело все достаточно аппетитно. Состоял он из нескольких видов хорошо прожаренного мяса, двух буханок свежего хлеба, салата из овощей, миски похлебки и исходящей паром каши, весьма похожей на гречневую. В дополнение к этому шли две кружки эля, одна вина и еще одна медовухи. Пыталась ли таким разнообразием дворфийка проверить его аппетит, узнать любимые блюда или просто удивить местной кухней вампир не знал, но в любом случае решил поиздеваться, а потому съел и выпил абсолютно все. Наблюдая, как расширяются глаза Деррин при виде того, как он методично опустошает все тарелки, вампир слегка повеселился, но, к чести дворфийки, комментировать увиденное она никак не стала. С набитым ртом болтать было проблематично, поэтому разговор возобновился, только когда вампир закончил прием пищи и поблагодарил Деррин за угощение, после чего они вместе вышли на улицу. Тут же за их спинами возникли четверо стражников, на которых никто не стал заострять внимание. Немного попетляв по центральным улицам и заглянув в несколько лавок, группа совершенно случайно оказалась у входа в Гильдию магов. Впрочем, вероятность этой случайности была близка к ста процентам – так происходит, когда обе стороны желают одного и того же.

– Значит, это гильдия магов? – вампир посмотрел на здание, которое заметно возвышалось над соседями, из-за чего он отметил его как одну из точек интереса еще во время первого осмотра города. – Выглядит впечатляюще. Хотя я не уверен, что смогу полноценно оценить несомненное великолепие этого места – к сожалению, я так и не смог почувствовать ману этого мира. Может, знаете, почему так?

– Почти никто из иномирян первого поколения не может видеть или использовать нашу ману. Чаще всего сия способность начинает проявляться лишь у второго-третьего поколений, за редкими исключениями. Ну, по крайней мере так написано в хрониках, а я склонна им верить. A почему – это и для меня загадка, увы. Однако результаты заклинаний вы увидеть точно сможете! – заверила его дворфийка, и все же пригласила вампира внутрь.

Войдя в холл местной обители магии, Мист осмотрелся и довольно покивал головой. Отделанные мрамором стены и пол выглядели гораздо красивее серо-грязного камня снаружи, а по ковровым дорожкам было просто приятно идти. Причем пол сохранял такую чистоту, что даже произносить слово «грязь» стоя на нем походило на святотатство. Объяснение этому, впрочем, быстро нашлось – на уровне пола в некоторые стены были вмурованы крохотные камешки лавандового цвета, которые раз в несколько минут создавали из ниоткуда тонкую волну, собиравшую все лишнее и уносившую его в небольшие отверстия в противоположных стенах. За низкой стойкой в углу можно было увидеть опрятного дворфа в мантии с красными нашивками, который сосредоточенно что-то писал. Деррин подошла к караульному и спросила: «У себя?», на что дворф за стойкой лениво помотал головой. Приподняв бровь, лекарша недовольно цокнула, а затем уверенно повела гостя вглубь здания.

– Часто здесь бываете? – поинтересовался вампир.

– Иногда приходится по работе наведываться, но ориентироваться я тут научилась за те пять лет, что обучалась, – обернувшись, ответила она, на ходу заглянув в несколько комнат.

– Вот как? Изучали лечащую магию?

– Один средний курс, то бишь полгода. Магия без правильных трав способна на очень немногое, да и с ними-то далеко не всесильна. Хотя, я с ее помощью значительно улучшила одно из зелий исцеления, за что и получила в итоге свою мантию. А потом уже полностью в лекарское дело ушла.

Во время рассказа Деррин активно заглядывала во все комнаты, явно выискивая кого-то. Последовав ее примеру, Мист открыл одну из дверей, обнаружив за ней просторный зал, в которой стояло не меньше тридцати отдельных закрытых деревянных столов, что по виду напоминало смесь школьного класса и офиса. Деррин зашла внутрь, после чего недовольные взгляды нескольких дворфов снова уткнулись в бумаги перед ними, и приглашающе махнула вампиру рукой.

– Проходите, если вам интересно. Здесь у нас производятся свитки.

Одетые в черно-красные мантии дворфы старательно выводили символы на бумаге, часто обмакивая кисточки в поблескивающие чернила. У тех, что помоложе на столах лежали учебники или тетради с личными записями, другие обходились без них. На передней стене висели дощечки с именами, а рядом крепились ежедневно обновляемые бумажки с количеством и наименованием нужных свитков, а также датами, до которых те должны быть готовы. Поглядев на эту картину, вампир решил восполнить пробел в знаниях и задал Деррин несколько вопросов о местном времяисчислении.

В целом оно было достаточно понятным, пусть и отличающимся от того, к которому он привык за последние четыреста лет. При одинаковой с земным длине часа, в здешних сутках их было двадцать пять, как и дней в любом месяцев. Сам месяц делился на равные промежутки по пять дней: четыре рабочих и один выходной. В году при этом было четырнадцать месяцев, которые делились на два полугодовых сезона. Начало нового года знаменовал «Месяц начала света и тепла», первый день которого практически совпадал с мартовским равноденствием на Земле. Затем шли три месяца света и три месяца тепла, после которых наступал «Месяц начала тьмы и холода», первый день которого также приходился близко к сентябрьскому равноденствию. Следом шли по три месяца тьмы и три месяца холода, а после них цикл начинался заново.

– Вот как-то так, – этими словами Деррин завершила свои пояснения. – Сегодня у нас двадцать первый день Первого месяца тепла Три тысячи сто двадцать седьмого года.

Мист, все это время слушавший ее, кивнул, а затем задумчиво потер подбородок.

– А от чего идет отсчет?

– От появления Богов-Драконов.

– Кто это? Герои каких-то легенд?

Деррин рефлекторно нахмурилась, но затем, опомнившись, вернула лицу прежнее дружелюбное выражение.

– Нет, это реальные исторические личности, – произнесла она, старательно пытаясь скрыть раздражение.

– Вот как? Могу я о них прочитать где-нибудь? – смиренно спросил вампир, отметив ее реакцию.

– Конечно, – лицо Деррин разгладилось. – В библиотеке есть несколько версий на общем. Впрочем, кратко я могу вам о них рассказать. Три с лишним тысяч лет назад дворфы были неотесанными затворниками – как, впрочем, и все остальные народы – и жили под землей, даже не подозревая о кузнечном деле или сильной магии. Но однажды в нашем мире появилась группа невероятно могучих, а, главное, очень мудрых и бесконечно добрых существ. Это были драконы. С их силой они могли с легкостью поработить или уничтожить все народы, но вместо этого они взяли нас под свое крыло, заслужив титулы богов. Покровителем дворфов стал алый дракон по имени Люмехар. Он прекратил войны и сплотил разобщенные поселения; он обучил нас основам многих ремесел, показав, сколько полезных вещей можно создать, умеючи; он помог развить нашу магию; он создал свод законов… в общем, вся наша культура в том виде, в котором она сейчас есть, появилась только благодаря нему! Люмехар помогал нам и защищал тысячу лет, но потом, к огромному сожалению всех дворфов, исчез, как и остальные драконы, – проникновенно поведала Деррин, вздохнув под конец.

– Это… звучит крайне интересно. Теперь я и сам желаю узнать побольше о такой незаурядной личности, – уважительно сказал Мист, не обратив внимания на оценивающий взгляд травницы.

Продолжив осмотр, он дошел до висящего на стене расписания. У здешних магов был десятичасовой рабочий день, который включал в себя два часовых перерыва и еще несколько мелких, что в целом составляло около шести часов работы. Слегка склонив голову, вампир ненадолго задумался, после чего обернулся к Деррин.

– Весьма щадящий график у ваших магов, если так подумать, – вслух произнес он. – Или же производство свитков входит в список профессий с вредными условий труда?

– А вы весьма прозорливы, молодой человек. Дело в том, что каждый раз, когда кисть наших мастеров касается бумаги, они пропускают через себя ману, необходимую для записи заклинания. А в больших количествах это может быть опасно для здоровья, поэтому, если бы они работали столько же, сколько и наши шахтеры – уже через неделю гильдию можно было бы распускать ввиду отсутствия в ней кого-либо, – вместо Деррин ответил седобородый дворф, одетый в черно-фиолетовую мантию с золотистыми нашивками, который только что появился в дверном проеме. – Рад с вами познакомиться, иномирянин Мист. Мое имя Бреннор, и я здешний глава. Если у вас есть какие-либо вопросы касательно магии, не стесняйтесь их задавать.

– Вот именно с ним я и хотела вас познакомить, господин Мист. Он единственный в нашем городе, кто носит звание архимага, так что лучше него в магии здесь не разбирается никто, – произнесла Деррин, не удостоив при этом новоприбывшего мага даже взглядом.

– Мне тоже весьма приятно познакомиться, уважаемый Бреннор, – скопировав его манеру, столь же вежливо ответил вампир. – Вопросов могло быть много больше, но, учитывая мою полную слепоту в магическом плане, я пока начну всего с двух. Мне было бы интересно узнать, как у вас производится бумага и нужно ли ее обрабатывать перед записью заклинания?

Все трое прошли в отдельный кабинет, которым владел архимаг. Хорошо поставленным лекторским тоном Бреннор принялся отвечать на вопросы гостя. Закончив с пояснениями, дворф сам начал задавать вопросы, осторожно интересуясь такими вещами, как теория магии, история и книгопечатание другого мира. В общем, темами, по которым у Деррин не было никаких знаний, поскольку их не обсуждали вчера. Мист отвечал правдиво, однако не слишком детально, что, благодаря настойчивости мага, затянуло разговор на несколько часов. По прошествии этого времени стороны в целом остались довольны друг другом, и, попрощавшись, Мист вместе с Деррин покинули Гильдию магии. Архимаг уютно устроился в кресле, обдумывая полученную информацию и не заметив, что на его мантии появилось небольшое кровавое пятно.

После обеда в так удачно попавшейся по пути таверне экскурсия продолжилась. На этот раз Деррин уже не стала наматывать круги по никому не интересным улицам, а сразу повела Миста в сторону одного из самых крупных зданий в городе. Остановившись перед входом, дворфийка улыбнулась гораздо более искренне, чем до этого.

– Позвольте показать вам, на что способны наши кузнецы и ювелиры, – с гордостью в голосе произнесла она. – Помнится, я когда-то начинала свой путь именно в этом здании. Ювелирными делами занималась. Мастером, может, и не стала, но руки помнят, и сейчас могу колечко или цепочку сделать.

Вампир с интересом покосился на спутницу.

– Могу ли я поинтересоваться, что же помешало добиться высокого звания? Ничуть не сомневаюсь в ваших способностях, видимо, были другие причины?

Перестав улыбаться, Деррин слегка призадумалась перед ответом.

– Да, собственно, жизнь так сложилась. Ювелирному делу меня отец обучал, это, считай, семейное дело было. По его примеру я и выбрала профессию, да и самой мне нравилось. Но обстоятельства поменялись, и мне пришлось много путешествовать. Тогда-то я на травницу и выучилась. Пожила какое-то время в столице и не так давно сюда вернулась. Жаловаться мне, впрочем, не приходится, ибо ювелиром у нас может быть каждый, а вот чтобы эликсир правильно сварить – так тут головой побольше думать надо. Своих дурех уже год обучаю, а все равно, как отвернешься – так такого наварят, что и сарлагу на съедение не дашь, – поведала о своей жизни Деррин.

Мист уже знал, что сарлагами здесь называли тягловых животных, которые использовались практически везде, а поскольку они были всеядными, качество эликсиров ее учениц явно осталось далеким от совершенства. Хмыкнув, он пошел вслед за Деррин, явно заинтересовавшись ее историей. Двери отворились, и вампир получил возможность осмотреть холл. Он был достаточно просторным и представлял собой смесь музея и обычной лавки. В отличие от почти пустого холла магической гильдии, здесь повсюду располагались стенды с различной броней, оружием и бижутерией, застекленные и, судя по светящимся кристаллам, защищенные магией. Но больше всего привлекали внимание не они, а мраморная скульптура, расположенная в самом центре зала. Она изображала низкорослого дворфа и высокого человека с драконьими крыльями и хвостом, который огненным дыханием раскалял лежащий на горне металл, держа в руке молот.

– Это Люмехар? – поинтересовался вампир, заранее зная ответ.

– Да. Несмотря на то, что научил он наш народ очень многому, именно кузнечное дело было первым и наиболее значимым навыком. Поэтому гильдии кузнецов удостоились чести носить его изображение на гербе, – Деррин указала налево, где на стене висел гобелен, с которого и была списана скульптура. Мист с явным интересом осмотрел вначале статую, а затем и гобелен, уделив особое внимание перепончатым крыльям и длинному хвосту дракона, которые были темно-красного цвета. Деррин одобрительно наблюдала за ним.

Чуть подальше от входа, с правой стороны располагался типичный прилавок с тремя дворфами за ним. Братья тепло поприветствовали Деррин – здесь ей явно были рады больше, чем в гильдии магов. После знакомства с вампиром они проявили себя превосходными рассказчиками, наизусть помня историю каждого оружия или артефакта, выставленных в зале. Мист с интересом слушал братьев, иногда задавая наводящие вопросы, но в основном просто рассматривая все, что дворфы считали нужным ему показать. Его интерес был понятен – оружие дворфов значительно отличалось от такового у других народов и, тем более, от того, которое он видел на Земле. Благодаря своему выгодному географическому положению и относительно продвинутым технологиям добычи, дворфы были обеспечены немалыми запасами как металлов, так и драгоценных камней. Вкупе с неразглашаемыми особенностями зачарования, это привело к тому, что их оружие превращало каждого солдата в средней руки мага, пусть и только до тех пор, пока не закончится мана. Происходило это благодаря заклинаниям, которые закладывались в драгоценные камни, инкрустированные в оружие. При этом, даже несмотря на то, что камни подчас располагались прямо в лезвии, оружие не слишком теряло в прочности, оставаясь пригодным для ближнего боя. Повторить подобный трюк не мог никто из соседей, поэтому оружие, произведенное дворфами, ценилось очень высоко.

Вампиру дали достаточно времени, чтобы осмотреть все выставленные в зале экземпляры, а затем провели в маленькую комнату, где располагались более редкие модели. Оценив разнообразие, Мист позволил себе вслух похвалить такое мастерство, чем заставил улыбнуться всех дворфов в комнате. После этого Деррин повела вампира знакомится с местным главой. Вдвоем они спустились на пару этажей и оказались в типичной кузне, которая выделялась лишь ее огромными размерами, настолько большими, что это больше напомнило вампиру заводской цех, а не уютную картину одинокого кузнеца у огня. Здесь были молоты и наковальни всех размеров, звон металла, жар огня и очень занятые дворфы в закопченных фартуках. Присутствовало и несколько магов, выделяющихся своими опрятными и яркими мантиями. Один из них подошел к вампиру с лекаршей и передал небольшие амулеты, по словам последней, зачарованные на защиту от огня. Такие были у всех, кто находился в кузнице, а для их подзарядки и было организовано дежурство, даже несмотря на видимое прохладное отношение кузнецов к магам.

– Соперничество гильдий или еще что? – походя спросил Мист, кивком указав на магов, которые явно старались находиться подальше от других дворфов. Деррин слегка скривилась.

– Да как вам сказать, господин Мист, тут дело в другом…

В том обществе, частью которого сейчас были дворфы, до отдельных хобби еще не доросли, поэтому то, чем ты занимаешься, определяет тебя и как личность. Отсутствие же общих интересов всегда приводило к некоторым проблемам в социальном плане. К примеру, ежели в таверне встретятся горняк, кузнец, ювелир, стражник и торговец, им всем найдется о чем поговорить, ведь горняк руду добывает, кузнец превращает ее в изделие, ювелир снабжает его камнями, стражник – пользуется, а торговец – покупает и перепродает, да и сами торговцы получаются зачастую из тех, кто завершает одну из названных карьер. С травницами тоже найдется что обсудить, да и большинство из них – девушки. А вот о чем говорить с магами – это вопрос. Ты ему про новый молот, а он тебе про свои заклинания, ты его выпить приглашаешь, а он отказывается, за книжками своими сидит. В итоге недопонимание приводит к тому, что те дворфы, которые посвящают свою жизни магии, несмотря на свою огромную пользу оказываются на обочине дворфийского социума, общаясь в основном со своими коллегами. Иногда еще с ювелирами, торговцами и теми же лекаршами, но в целом это ситуацию не очень спасает, и отношение к магам, как к чудакам, успешно закрепилось среди ремесленных слоев населения. В ответ же маги и сами выработали привычку свысока смотреть на всех остальных, после чего круг замкнулся.

– А у людей так же? – поинтересовался Мист.

– Да у людей все всегда через пень-колоду, они, наоборот, своих магов готовы в зад расцеловать и каждый чих им золотом оплачивают, – возмутилась дворфийка в ответ, после чего спохватилась и натянуто улыбнулась. – Ой, прошу прощения, кажется, это было малость грубо.

– Да ничего-ничего, – посмеявшись, успокоил ее Мист, быстро догадавшийся, почему основное ее недовольство было связано именно с их ценой.

За время разговора они дошли практически до конца кузни, где им наконец попался на глаза мастер Горран. Глава гильдии сейчас стоял на небольшом возвышении, видимо, взяв перерыв. Напротив него стояла относительно молодая дворфийка, чью принадлежность к женскому полу выдавало в основном отсутствие бороды и две длинные заплетенные косы. Телосложение и мускулатура обоих кузнецов указывали на немалый опыт в упражнениях с молотом, которым они и мерялись в данный момент на повышенных тонах. Точнее, с учетом общего шума кузни, они просто орали друг другу в лицо. Большую часть сказанного ими составляла ругань, так что было очевидно, что спор зашел в тупик.

– Мастер Горран! Мастер Горра-а-а-ан! – вежливо попыталась докричаться до одного из спорщиков Деррин. – Мастер Горран, у вас гости!..

Попытка оказалась тщетной. Как и следующий десяток. Наконец дворфийка не выдержала.

– ДА ТЕБЕ ЧТО, УШИ МОЛОТОМ ОТДАВИЛО, СТАРЫЙ ХРЫЧ! Я СКОЛЬКО ЗВАТЬ ТЕБЯ БУДУ, АЛКАШ КУВАЛДОГОЛОВЫЙ?! ПРИДЕШЬ ТЫ КО МНЕ ЕЩЕ ЗА НАСТОЙКАМИ ОТ ПОХМЕЛЬЯ, НА ПОРОГ НЕ ПУЩУ! А НУ ТАЩИ СЮДА СВОЮ ЗАДНИЦУ И ВСТРЕЧАЙ ГОСТЯ! – взорвалась Деррин, перейдя на дворфийский – очевидно, дабы не смущать гостя.

Теперь спорщики ее услышали, как, впрочем, и добрая половина кузни. Опасливо поглядывая в сторону Деррин, дворфы внезапно находили что-то невероятно интересное в кусках металла перед собой, так что даже взгляда с них не сводили. Приняв виноватый вид, Горран спустился с возвышения и подошел к посетителям. За ним спустилась и дворфийка, но предусмотрительно осталась на почтительном расстоянии.

– Ну зачем же сразу так ругаться, Деррин. Могла ведь потише меня позвать, а то ребятам мешаешь работать…

– Да я до тебя час докричаться не могла, потише ему, видите ли! А если я кому мешаю, так пусть сами мне скажут, – ответила она, мельком посмотрев на остальных дворфов, которые предпочли не встречаться с ней взглядами. – Я же тебя предупреждала, что мы зайдем после обеда! А ну быстро поздоровайся с гостем!

– Ну полно тебе, забылся, заканчивай тоже, а то отчитываешь, будто безбородого…

После этой перепалки дворфы перешли обратно на общий, не подозревая, что Мист прекрасно их понимал. Горран вежливо представился, после чего по привычке протянул гостю перепачканную руку, заработав недовольный взгляд от Деррин. Впрочем, вампир руку кузнецу спокойно пожал, удивив того крепкой хваткой, что и стало отличным началом разговора. Послушав рассказ об оружии, выкованном лично мастером, вампир поинтересовался причиной недавнего спора.

– Ярмитта, подь сюды и объясни гостю свое безумство, – подозвал Горран дворфийку, заметив, что она так никуда и не ушла.

– Никакое это не безумство, а нужный и своевременный эксперимент! Здравствуйте, господин. Вы ведь уже видели образцы нашего оружия? – спросила Ярмитта, перейдя на общий, что несколько замедлило ее речь. После того, как Мист кивнул, она продолжила: – Так вот, согласно моей теории, для сохранения крепости оружия при инкрустации камней мы сейчас используем в полтора раза больше металла, чем нужно! А если уменьшить его количество, то появится место для большего количества камней, а значит, больше маны и заклинаний, сильнее оружие…

– Ну, вот что за несусветицу ты предлагаешь?! – не удержавшись, перебил ее Горран. – Уменьшить количество металла… Как ты им в ближнем бою махать будешь? Да оно же на части развалится, взрывом прибив при этом и тебя, и всех, кто рядом будет!

– А я говорю, что не развалится! – уперлась дворфийка. – Если поэкспериментировать и подобрать правильные пропорции…

– Да чем тебе нынешние не угодили?! Веками их пользуем, и все было хорошо, а тут тебе в голову взбрело все переиначить! Думаешь, предки дураки были?

– Да при чем тут предки, когда у нас уже технологии изменились! Обработка что металлов, что камней теперь лучше, а значит, можно не беспокоиться насчет прочности! Просто дайте мне провести пару тестов, и я докажу…

– Не позволю! Это же какое транжирство! Пока ты будешь экспериментировать, прорва камней, металла и маны уйдет! А это все деньги! Если соглашусь, то с меня потом и спросят, а спрашивать будут аж из столицы! Если такая умная – сама катись в столицу и с местными крохоборами договаривайся…

Разговор снова зашел в тупик, и спорщики начали переходить на дворфийский, замещая все больше слов матами. Вампир задумчиво погладил свой подбородок, после чего громко откашлялся. Не успевшие полностью разгуляться дворфы обернулись в его сторону.

– Ярмитта, а что ты хотела создать первым по новой технологии?

– Боевой топор, – не задумываясь, выпалила девушка. Горран только застонал, прошептав что-то про стоимость.

– А почему бы не начать с чего-то поменьше? – Мист завел руку за спину, слегка придержав плащ, и достал из-за пояса кинжал. – Например, такого размера.

– Так ведь на такой клинок много камней уместить не получится, максимум только два, – скривилась Ярмитта.

– Какие еще два? Один средний это максимум, – высказался Горран, с интересом поглядывая на лезвие.

– А я говорю, два влезут…

– Вот и сделай с двумя, – перебил ее Мист, решив заканчивать с этим спором. – Даже я понимаю, что на топор тебе никто материалов не даст, ты тоже это должна понимать. А вот на кинжал я бы попросил господина Горрана выделить тебе средства, а уж если все получится, тогда сможешь предъявлять его в качестве доказательства своих слов. Обязательный объем металла на камень ведь один для всех видов оружия, если не считать поправки на общую конструкцию?

– Один, – подтвердил Горран, удивленно переглянувшись с Деррин. Та едва заметно кивнула. – И раз гость просит, материалы на кинжал я дать могу. Так что-либо соглашайся, либо не донимай меня больше с этой ерундой.

Подумав полминуты, Ярмитта плюнула на свои несбыточные мечты и согласилась начать с малого. Уважительно склонив голову, она поблагодарила Миста, после чего удалилась вглубь кузни.

– Извиняюсь за весь этот балаган, молодежь иногда о себе слишком много думает, – обратился к гостям мастер-кузнец, покачав головой. – Очень способная ученица, но иногда как взбредет что в голову, кислотой не вытравишь.

Поболтав еще полчаса, гости решили более не тратить время мастера. Вернув вампиру кинжал, Горран попрощался и пригласил заходить еще. Деррин же повела вампира в другую часть здания. В отличии от кузни, Гильдия ювелиров была очень тихим местом. Вместо одного огромного цеха здесь располагалось множество закрытых комнат. Навстречу гостям вышел опрятный дворф по имени Друммир, который был мастером-ювелиром и главой гильдии. Он провел посетителей в дальний конец помещения, где располагался его кабинет, и любезно показал свои последние работы – несколько колец и амулетов с отполированными и сияющими кристаллами. Особой разницы во внешнем виде между цацками обеих миров не было, в чем все трое убедились, когда Мист достал из своей сумки несколько колец из своего мира. Друммир очень внимательно осмотрел их.

– Ну надо же, если бы я не знал, что они ваши, подумал бы, что просто людские. Ибо в целом работа весьма качественная, но видно, что не дворфийская. Единственное, что меня бы удивило, это камень – он маловат и сам не реагирует на ману, хотя должен. Интересно, а что случится, если мы попытаемся наполнить его силой? – заинтересовался он.

– Хм, даже не знаю, но проверять на прочность ваши стены мне не хочется, – вежливо отказался вампир, мельком указав на толщину последних, которая больше подошла бы хорошо охраняемому банку, чем отдельному кабинету внутри здания. Это было сделано, чтобы в случае ошибки одного на воздух не взлетели все остальные. Детонация кристалла – явление не редкое, и подчас трагичное, так что дворфы предпочитали перестраховаться.

– А у вас они тоже при переполнение взрываются?

– Нет, точнее, мы вообще не используем драгоценные камни для хранения маны, так что я не знаю, что произойдет если его попытаться наполнить здешней. А у вас все драгоценные и полудрагоценные камни подходят для ее хранения? – решил перевести тему Мист, забирая обратно свои кольца.

– Да куда там. Из почти трех сотен видов меньше двадцати являются подходящими для магических манипуляций, остальные используются только для украшательств.

– Вот как? Интересно. И что это за виды? – проявил интерес вампир. Благодаря словарю Деррин, он смог сопоставить названия и вид известных ей минералов с теми, что были на Земле, но вот какие их аналоги пригодны для магии здесь, он не знал.

– Как приятно видеть живой интерес. Я могу вам их даже продемонстрировать, – с этими словами Друммир полез в один из нижних ящиков стола и вынул оттуда деревянную раму с тканью, в небольших углублениях которой лежали различные виды драгоценных камней. – Наши маги и ювелиры запоминают их практически в начале обучения. Вам знакомы какие-нибудь из них?

– Мне знакомы их аналоги из моего мира, – осмотрев камни, ответил Мист. До самого вечера Друммир с радостным видом подробно рассказывал про каждый из экземпляров, припоминая случаи, так или иначе с ними связанные, и остановился только когда заметил намеки Деррин. Прощаясь с гостями, дворф по традиции пригласил вампира заходить еще.

На сегодня экскурсии были окончены, поэтому Деррин провела вампира в гостиницу, перед уходом поинтересовавшись, не нужна ли ему компания. Однако тот сделал вид, что не понял ее, и, сославшись на усталость, предпочел вернуться в свою комнату. Коротко переговорил с хозяином гостиницы, дворфийка вышла на практически неосвещенную улицу – все же Сторудный даже в годы дружбы с соседями не был интересен туристам, а дворфам, с их ночным зрением, фонари на улицах никогда не требовались. Допив кружку пива, которую она прихватила на стойке, Деррин взглянула на стражников, топтавшихся перед входом.

– А ну, марш на посты, двое внизу, двое у комнаты! Так, ты! На, кружку верни. Свободен!

Цокнув, она задумчиво посмотрела в сторону комнаты, где расположился иномирянин. Прежде Деррин никогда с гостями из других миров не общалась, но интуиция подсказывала ей, что этот – необычный. В тех хрониках, которые она читала, иномиряне описывались как гораздо более сумасбродные. Кто-то все время проводил в обнимку с кружкой, не в силах забыть старый мир, кто-то наоборот – веселился и желал добраться до эльфийских принцесс. А этот слишком спокойный, почти беззаботный. Да и не дурак. «А, может, мне, наоборот, повезло», – подумала Деррин и отправилась на очередной внеплановый сбор Совета. Показав охране на входе свой амулет, она прошла внутрь самого крупного здания в городе, после чего вампир, следивший за ней с помощью внешних глаз, потерял ее из виду. Хмыкнув, он разделался с ужином, принесенным лично хозяином гостиницы, после чего сел на кровать и занялся тем же, что и прошлой ночью – наблюдением за жизнью ночного города. Патрули стражников, придерживающие под руки своих пьяных клиентов путаны, возвращающиеся со смены горняки, редкие маги – картина была типичной для города и привычной для вампира. Внезапно его внимание привлек одинокий дворф, старательно – это было хорошо заметно с высоты – избегавший любых патрулей и даже обычных прохожих. Мист сосредоточил на нем внимание и не зря – подозрительный дворф вскоре добрал до стены и с помощью магии быстро перелетел через нее, после чего скрылся в лесу.

– Хм. А это уже интересно, – промурлыкал себе под нос вампир и послал внешний глаз вслед за дворфом.

***

22 Первого месяца тепла 3127 года, ночь

Двери, перед которыми остановилась Деррин, были специально зачарованы на то, чтобы не пропускать звуки, а любой, кто попытался бы подслушать, смог бы различить только шелест ветра. Однако это решение, в необходимости которого она ни на секунду не сомневалась, все же изрядно действовало ей на нервы, поскольку после тишины коридора резкий шум едва ли не оглушал. Приложив к двери амулет, в центре которого был красивый округлый черный опал, она прошла магическую проверку и открыла дверь. Как и ожидалось, гомон голосов сразу обрушился на нее.

–…соглашаться было совсем не обязательно…

–…может проще посадить его под замок…

–…скоро прибывает новый караван…

–…а король не уточнял, получим ли мы…

–…да мне она сама кивнула…

–…ну иди, лови его…

–…когда? Нам бы еще заказать…

–…сегодня, кстати, твои халтурили по полной…

Деррин подошла к столу и со скрипом отодвинула тяжелый стул, после чего разговоры начали стихать.

– Старость не радость, утомилась небось за день? – хохотнула дворфийка со шрамами на лице, которая была младше травницы всего на год.

– Лучше не задевай ее, а то и с тобой разговаривать не будет, – насмешливо прокомментировал Бреннор.

– Да не, это только вы так собачитесь еще со времен учебы. Как дети малые, – фыркнула в ответ капитанша гарнизона.

Деррин дважды хлопнула в ладоши, привлекая внимание.

– Достаточно, нет времени на пустую болтовню. Мне потом еще королю доклад готовить. Браммира и ты, Стеллог, я надеюсь, вы не забудете выделить свободное время для моего завтрашнего визита с гостем, – по очереди посмотрев на названых дворфов, сказала она. – Чтобы мне не пришлось благим матом орать или искать вас по всей гильдии. А в шахты приведу его послезавтра, Киррук.

– Да пожалуйста, – усмехнулся пузатый дворф в жилетке. – Что он, все так же тихоней прикидывается?

– Вроде того. А может и не прикидывается, кто знает. Но яркого восторга он в принципе, видимо, не проявляет. Даже в сокровищнице – уважительно похвалил нас, но не более. Глаза при виде злата или камней точно не горят. Зато и проблем пока не создает.

– Если не считать того, что из-за него некоторые обещаниями разбрасываются, увеличивая наши расходы, – пробормотал заведовавший городской казной дворф.

– Забудь уже об этой ерунде, он нам любые расходы окупит, дай только время, – отмахнулась от торговца Деррин.

– Это если удастся из него вытянуть подробности о технологиях. То, что его мир, по твоим словам, опережает наш на века, не будет иметь значения, если окажется, что он не знает, как оно там все работает.

– Что-то он явно знает, – вмешался в разговор Бреннор. – Иначе не стал бы он у меня про бумагу спрашивать. Да и взгляд у него такой… слишком уж спокойный. Уверенный. Как бы не оказалось, что это не мы его изучаем, а он нас.

– Подтверждаю, – кивнул Горран. – Парнишка явно не дурак. Оружие наше видел впервые, а принцип с пропорциями уловил на ходу.

Ювелир тоже вставил пару слов, отметив наблюдательность и расторопность иномирянина.

– Ну надо же, как запели! – удивленно подняла бровь капитанша гарнизона. – Теперь и мне интересно на него вживую глянуть!

– Вот завтра и глянешь, – пообещала ей Деррин. – А теперь давайте пройдемся по бытовым вопросам. Стеллог, что ты там говорил про караван?..

ГЛАВА 3. ХОРОШИЙ НАНИМАТЕЛЬ И ЗАДАНИЯ ИНТЕРЕСНЫЕ

24 Первого месяца тепла 3127 года, утро

За два прошедших дня Мист познакомился еще с тремя дворфами, которые входили в городской Совет. Первым был весьма упитанный дворф, который отзывался на имя Стеллог и являлся главой гильдии торговцев. За отведенное ему время он успел просветить вампира о местной валюте и обмолвиться о деталях политической обстановки, что, впрочем, судя по взглядам Деррин, не ускользнувшим от вампира, было излишним.

Ситуация в королевстве дворфов на текущий момент сильно отличалась от той, что была всего полувеком ранее, а виной тому был новый король, Фалварр Нетерпеливый, старший сын почившего Конгорра Мудрого. После трехлетней войны с несколькими соседними королевствами людей, отгремевшей тридцать пять лет назад, он принялся активно избавляться как от недворфийского населения, так и от валют. Таким образом, в ходу у дворфов остались три вида монет: золотые, серебряные и бронзовые. Все они чеканились королевским монетным двором и яростно им продвигались – на территории всего королевства запрещалось использование валют других королевств, а при их появлении крайне рекомендовалось попрощаться с ними в ближайшем обменнике. Единственным исключением являлась столица, которая на данный момент была одним из немногих городов, без проблем посещаемых людьми, но даже там король в свое время надавил на гильдию торговцев и предписал всем желающих торговать за рубежом получать королевские грамоты.

Впрочем, совсем дураком государь тоже не был, и грамота распространялась на всю семью торговца на несколько поколений, что приводило к случаям, когда дочь известного торговца вступала в брак с подающим надежды молодым учеником – причем ее присутствие на свадьбе, чаще всего проходившей в отцовском кабинете, было даже не обязательно. Рассказывавший об этой интересной детали Стеллог с усмешкой отметил, что в обратную сторону схема тоже работает, поэтому кроме трех сыновей, помогающих ему в торговых делах, у него появилось и три невестки, уже сейчас проявляющие отличную хватку. O валютной ситуации по другую сторону недостроенной стены, о которой проболтался все тот же Стеллог, заслужив еще один недовольный взгляд Деррин, Мисту решили не рассказывать, сославшись на сложность, и быстро перевели тему на последнюю валюту – драгоценные камни, стоимость которых могла достигать таких величин, что вместе золотого запаса некоторые мелкие королевства имели сундучок крайне редких камней. Что касается обычных людей – им с драгоценностями в карманах ходить не приходилось. Сложность в оценке и высокая стоимость приводили к тому, что расплачиваться ими могли только весьма состоятельные господа, имевшие нужные документы, и маги, которые сами могли оценить их на ходу. После прощания со Стеллогом, традиционно пригласившим заходить еще, настал черед леди Браммиры.

Капитанша гарнизона, судя по шрамам на ее далеко не молодом лице, в свое время успела поучаствовать во многих боях. Сейчас же, по ее словам, основных забот у нее было две: хулиганье в городе и хищники снаружи. Ни те, ни другие для нее особого интереса не представляли, а поэтому ей приходилось здесь скучать. Скука же, как известно, так и подстрекает к авантюрам, поэтому через пять минут после знакомства боевая дворфийка предложила вампиру с ней подраться, не обращая внимания на недовольное шиканье Деррин. Подумав пару секунд, Мист вежливо отказался, однако пообещал заглянуть к ней через пару дней – глаза Браммиры блеснули радостным предвкушением.

На второй же день вместо посещения Гильдии горняков Деррин повела Миста прямо в шахты, а экскурсоводом стал здешний мастер Киррук, который любезно ожидал их у входа, не заставив себя искать. До самой ночи он развлекал гостей сальными шуточками, порой прикладываясь к одной из фляжек, которыми у него была увешана вся жилетка. За это время вампир успел понаблюдать за серией контролируемых магических взрывов, изрядно облегчавших процесс бурения, а заодно приблизительно оценить масштаб шахты и прийти к выводу, что дворфам здешних залежей хватит на долгие столетия.

Сегодняшнее же утро вампир начал с того, что попросил Деррин не сопровождать его на прогулке по городу – по его словам, ему хотелось оценить атмосферу самого города, а не только гильдий – а присутствие уважаемой Деррин и стражников заметно влияло на желание дворфов общаться с ним. Для виду она сначала попыталась его отговорить, но достаточно быстро согласилась.

– Ну, вот и договорились. Я с радостью наведаюсь и в вашу гильдию, но, пожалуй, чуть попозже. A сегодня я думал навестить леди Браммиру, ибо уже пообещал ей спарринг. К тому же поинтересуюсь, не нужен ли ей лишний охотник в борьбе против лесных тварей. А то я был бы не прочь и размяться, и подзаработать, – поделился планами Мист, стоя вместе с Деррин на привычном месте начала их экскурсий – у входа в гостиницу.

Услышав его слова, дворфийка начала рыться в своей сумке.

– Ох, я как раз хотела отдать вам одну полезную вещь… Вот, пожалуйста, – сказала она, протягивая вампиру серебряную цепочку, на которой висел ограненный черный опал, невероятно красиво переливающийся на солнце и приятно теплый на ощупь. Мист принялся рассматривать его со всех сторон.

– Выглядит прекрасно. Сразу видна работа мастера. Что это?

– Отличительный знак, который подтверждает принадлежность к органам власти. Мы тут как раз делали новую партию, и я подумала, что один можно передать вам.

Мист склонил голову набок.

– Но я ведь не представитель власти, зачем он мне?

– Ну, это временно, – вампир коротко покосился на нее, но уточнять, что именно временно, не стал, – а использовать его вы можете при походах в лавки. Дело в том, что этот знак сам по себе достаточно узнаваемый, поэтому если показать его торговцу, покупка будет за счет совета, так что на первое время не стоит переживать о деньгах. Желание работать похвально, но напрягать гостя с первых дней было бы совсем не гостеприимно с нашей стороны.

Мист выслушал это со слегка приподнятой бровью, однако затем расплылся в улыбке.

– Даже так? Ваше гостеприимство меня иногда удивляет своей щедростью! Благодарю!

Попрощавшись с Деррин, вампир направился в сторону торговых лавок. Еще немного покрутив амулет в руках, он на ходу надел его на шею. Понятное дело, что никаких иллюзий по поводу такого подарка Мист не питал, прекрасно зная, что рано или поздно долги приходится возвращать, однако его весьма заинтересовала спешка, с которой дворфы его «окучивали». Не обращая внимания на двух стражников, которые оказались у него на хвосте, он спокойно прошел вниз по улице и посетил пару лавок, проверяя амулет. Тот «работал» исправно – плату за товар никто не потребовал, но смотрели на него при этом с видимым беспокойством, а словам о том, что им будет выплачена компенсация из городской казны явно не поверили. Обдумав реакцию, Мист усмехнулся и предпочел спрятать подарок подальше. Амулет, позволяющий безнаказанно реквизировать все, что душе угодно, значит. Припомнив, когда обычно возникает нужда в реквизиции, и слова Деррин о том, что они как раз сделали новую партию, вампир покачал головой. «И куда король так спешит?..»

Разобравшись с этим вопросом, Мист отправился к воротам, недалеко от которых располагалась казарма. На входе стояла пара стражников.

– Я к Браммире. Не мог бы ты меня провести? – обратился вампир к одному из них.

– Следуйте за мной, – после небольшой паузы ответил тот.

Стражник провел гостя мимо нескольких каменных бараков и вывел на тренировочную площадку. На ней была только боевая дворфийка с несколькими лейтенантами, которые отчитывались о проводимой операции. Прислушавшись, можно было узнать, что немалая часть солдат сейчас прочесывает лесной массив, опять воюя с дикими тварями, на которых пожаловались несколько охотников. Судя по отчету лейтенантов, несколько мелких стай уже было уничтожено, солдаты же отделались пятью легко ранеными и одним, имеющим средней тяжести ранения. Капитанша назвала это «в целом неплохим результатом», отметив, что он получше того, который был в прошлый раз. Когда ее помощники разошлись по своим делам, Мист завязал разговор.

– Приветствую, леди Браммира. Как проходит ваш день?

– Ох, смотрите, кто пожаловал! И тебе мое приветствие! День вполне себе, не хуже и не лучше прочих, а ты что ж это, готов со мной силой померяться? – радостно ответила она, кивком отправив стражника обратно на пост.

– Ну, я же обещал, что зайду, как свободное время появится. Какие правила и оружие?

– Ты, я вижу, любитель мечей, аж четыре с собой носишь, вот ими и махай, а я возьму свою алебарду. Посмотрим, сколько ты продержишься, – весело заявила дворфийка. – Магичить ты не можешь, так что обойдемся без барьеров и прочего. Кто первый покажет, что противник условно ранен, того и победа.

Вампир пожал плечами и кивнул.

– Идет. Начинаем прямо здесь?

Они отошли чуть дальше и по ее сигналу начали. В паре меч – алебарда при достаточном для замахов пространстве у мечника мало шансов на победу, однако это правило работает только при условии, что в бою сойдутся относительно равные противники. Сейчас же Мист просто смотрел, как острие алебарды медленно тычется туда, где он был секунду назад. Как раз таки свободное пространство позволяло ему просто кружиться рядом, не подставляясь под удары. Через пару секунд, поняв уровень скорости противника, Мист приноровился действовать лишь чуть быстрее, так что теперь ему все же приходилось иногда отражать удары или уклоняться. Уже не столь уверенная Браммира с сомнением поглядывала на руку и меч противника, явно удивляясь силе первой и крепости второго. Впрочем, просто так она сдаваться и не думала, поэтому все больше распалялась, атакуя все яростнее. В итоге она продержалась в таком агрессивном темпе около семи минут, показав Мисту свой немалый уровень выносливости. По факту бой завершился ничьей, поскольку никто не закончил его вовремя, но Браммира прекрасно поняла, что в реальном бою исход был бы один.

– А ты… фух… явно посильнее… эх… фух… здешних людей будешь, – с трудом произнесла она, стараясь отдышаться. – У вас там все такие быстрые?

– Нет, я просто особенный, – с улыбкой ответил вампир, не став уточнять, что к людям он относился весьма недолго и было это давным-давно. – Я смог развеять вашу скуку?

– Да уж, давно я так не плясала, аж отдышаться не могу. Но поднапрячься иногда полезно, а то совсем форму растеряю. Если будет время, заходи еще, хотя тебе вряд ли было интересно, я же не слепая, – ответила она, закидывая алебарду на плечо.

– Ну, почему же, мне тоже нужно форму поддерживать, – соврал Мист. – Да и не такая уж вы и старая, так орудовать алебардой не каждый юнец сможет.

Разговор перешел в более спокойное русло. Браммира рассказывала понемногу обо всем: о глупых салагах, которых еще учить и учить, о появлении новых тварей близ города, и заодно о последней войне с людьми, в которой она участвовала. По ее словам, вечным напоминанием о ней остались шрамы, большинство из которых слишком глубокие, чтобы убрать их магией. Заодно Мист узнал, что после одного из споров с королем дворфийку, вместо предоставления уютного гнездышка в столице как ветерану войны, отправили на «отдых» в этот спокойный – читай, отдаленный и никому не нужный – город, без ее на то желания. Под конец беседы Браммира подарила вампиру небольшой кинжал с ручкой, практически целиком состоящей из аметистов с небольшими металлическими вставками, который, по ее словам, мог неплохо стрелять огнем. Прочитав эмоции дворфийки и не заметив ни малейшего подвоха, Мист поблагодарил ее за подарок и пообещал заходить еще. Остаток дня вампир провел в доме у главы Гильдии магов, обсуждая особенности здешних чернил, свитков, магии, порталов и кристаллов, наслаждаясь при этом горячительными напитками. Распрощавшись с магом и добравшись обратно до гостиницы, Мист мимоходом проследил, как все его знакомые в очередной раз собираются к зданию Совета, и утвердительно кивнул самому себе. Следующая дюжина дней обещала быть для него загруженной.

***

7 Второго месяца тепла 3127 год, ночь

На Силбург, столицу королевства Дастериум, опустилась ночь. Назойливый дождь прогнал с улиц последних редких зевак. По пустому темному переулку двигалась фигура в накидке с капюшоном, которая вскоре остановилась у одной из дверей и трижды постучала – так было написано в приглашении, переданном ей вчерашним утром. Впустив гостью, стражник осмотрелся по сторонам и закрыл дверь, после чего подозрительно уставился на нее.

– Имя?

– Альвира.

– Документ?

– Имеется.

Пока он придирчиво рассматривал письмо и печать на нем, девушка сняла с себя накидку, открыв приятное на вид лицо. Длинные, слегка вьющиеся, каштановые волосы ниспадали на плечи и доходили до груди, но не могли спрятать висевший на шее амулет. Рукава блузы скрывали браслеты, а перчатки – кольца. Альвира с легким неудовольствием осмотрела свои кожаные сапоги, запачканные грязью, после чего создала небольшую водную струю, которой и прошлась по ним. Несколько грязных луж рядом подсказали ей, что она не единственная, кто провернула этот трюк. Забрав у стражника приглашение, девушка начала спускаться по лестнице, располагавшейся за его спиной. С трудом открыв жутко скрипящую дверь, она оказалась в тускло освещенной комнате, где уже собралось около дюжины человек. Бегло осмотревшись, Альвира присела на лавку, выбрав место подальше от громил в жилетах с нашитым волчьим мехом.

Час спустя в комнате уже стало тесно. В очередной раз проскрипели двери, впуская еще одного наемника. Последнего, ибо за ним шли несколько магов в мантиях с королевским гербом. Они подошли к двери в противоположном конце комнаты, которая, к их удивлению, оказалась уже открыта. Обернувшись, они наткнулись на взгляд невысокого мужчины средних лет, поигрывающего отмычкой, который с улыбкой пожал плечами. Наемники проследовали за магами в туннель, однако Альвира предпочла держаться в конце строя, как и еще один маг, даже не вставший с лавки. В отличие от них, другая девушка проскользнула в середину, при этом слегка толкнув огромного наемника. Однако тот не стал предпринимать что-либо в ответ – уши зверодевушки не заметить было слишком сложно, а связываться с их расой было себе дороже. Когда длинный коридор закончился, все оказались в достаточно просторной комнате, где стояли еще десяток стражников и магов, которые охраняли важного господина, сидящего во главе стола и покручивающего усы. Большинство наемников расселись на свободные места, но некоторым просто не хватило стульев, так что им пришлось постоять. Оставив в покое растительность на своем лице, королевский дознаватель обвел всех неприятным колким взглядом.

– Смею надеяться, все присутствующие осознают, для чего они здесь собраны? Мало ли, может, кто и вправду пришел с надеждой на банкет.

– Это вы о чем? Здесь что, не наливают? Ну-у-у, я так не играю, – обиженно протянул недавний взломщик, вызвав несколько смешков и вежливую улыбку дознавателя, которая, впрочем, пропала спустя пару секунд.

– Итак, к делу, – сухо произнес он. – Ваша задача состоит в том, чтобы похитить одного человека из дворфийского города и привести его сюда живым, в целости и сохранности. Подчеркну еще раз: за его труп награды не будет.

– Вы предлагаете нам штурмовать дворфийский город двумя десяткам голов? – оглядевшись и скептически подняв бровь, поинтересовался наемник с арбалетом.

– Нет. Я предлагаю вам провести тихую ночную операцию. В городе у нас есть два помощника, связью с которыми вы будете обеспечены. Они будут передавать вам новую информацию и заодно смогут впустить вас в город.

– Да ладно? Чтобы дворфы, и своих предали? – явно удивился здоровяк с секирой.

– Кого нужно похитить? – прямо спросил один из наемников в волчьих шкурах.

– Он иномирянин. Не маг, но, судя по описанию, умелый мечник, – дознаватель достал несколько листов, нашел нужный и начал читать: – «Чуть выше среднего людского росту, без живота или боков, но и без видимого рельефу, лицом вродь неплох, но не прям красавец. Кожа чистая, как у младенца, шрамами не обезображенная и заразой не побитая. Волос темный. На вид лет этак двадцать имеет, но с мечами управляется весьма споро и носит с собой аж четыре, чего я раньше никогда не видел. Одет во все черное, начиная от сапог и заканчивая плащом, который никогда не снимает на виду. Носит с собой сумку через плечо, тоже никогда не расстается.» Вот что нам передали.

– Четыре меча? Что за бред, чего сразу не десять тогда, – фыркнула зверодевушка. – Или у него четыре руки?

– Думаю, если бы у него были лишние руки, в послании бы это указали. Поинтересуешься у него при встрече. Теперь по поводу транспортировки – мы откроем для вас портал в лес посреди дворфийских земель, до нужного города оттуда должны быть пара дней пути. С вами также отправятся трое наших магов, и, когда цель будет захвачена – они с помощью подкупленных дворфов, которые снимут городскую защиту, смогут открыть портал обратно. Поэтому готовьтесь максимум к пятидневной вылазке. Лишнего не брать.

– А дворфы как-то оцениваются? – спросил наемник, обвешанный оружием с ног до головы. Наниматель отрицательно покачал головой.

– Нет. А кроме того, дворфийская сторона настоятельно просила уменьшить количество жертв до минимума.

– И что это значит? Нам их нельзя убивать? – недоуменно спросил кто-то из толпы.

– В теории, – пожал плечами дознаватель. – На деле – действуйте по ситуации.

После еще десятка вопросов обсуждение закончилось, контракты были подписаны, а народ стал расходиться. На подготовку наемники получили два дня, поэтому Альвира предпочла не терять времени. В столице она жила не первый месяц, так что позднее время не помешало ей закупить все необходимые вещи, накинув немного серебра знакомым торговцам в качестве компенсации за прерванный сон. Щедрый аванс не растаял даже после покупок, поэтому большую часть денег девушка положила на два счета в разных банках, филиалы которых работали круглосуточно. Вернувшись в гостиницу к утру, она отдала мешочек с серебром хозяину заведения, с которым была знакома достаточно давно. Амикост, предпочитавший сокращенное Мик, подкинул мешочек в руке, приблизительно прикидывая вес серебра.

– Многовато.

– Выбери получше и двоих, прибыльный контракт попался, – зевнув, ответила девушка, после чего завалилась спать.

Ближе к вечеру Альвиру разбудила пара слуг, принеся шикарный, по местным меркам, ужин. Чуть погодя зашел и сам Мик вместе с двумя девушками, опоясанными красной лентой. Вскоре они от нее избавились, как, впрочем, и от остальной одежды, после чего помогли сделать то же самое хозяину гостиницы и постоялице. Вся компания перешла в отдельную комнату, где и расположилась в подобии бассейна с заранее подогретой водой.

– Я смотрю, ты снова набрал лишнего, – ехидно заметила Альвира, глянув на своего знакомого.

Мик хохотнул и похлопал себя по бокам, обрызгав водой одну из девушек, намыливавшую ему спину.

– Твоя правда, что уж сказать. Еще пару годков такой спокойной жизни, и я не то что свой меч, себя поднять не смогу.

– Так что, на диету сядешь?

– Пха, похудеть я и в гробу успею. Лучше еще пару гостиниц открою, а на выручку буду закупаться свитками этой, как ее там…

– Левитации?

– Точно, ее. Ну, да мое пузо это дело десятое. Лучше скажи, за какую работенку взялась? Обычно ты деньгами не соришь, а тут сразу и жрачку получше, и девочек побольше.

Альвира слегка прищурилась, посмотрев на Мика.

– Я бы сказала, но не могу разглашать.

– Вона оно как, – понятливо протянул собеседник. – А куда хоть отправляешься?

– К твоему дедуле, куда же еще.

– Пхе-хе-хе, интересно, интересно. Ну ладно, тогда хватит о делах. Эй, девочки, тащите сюда вино, там два кувшина стоят!

Когда они остались ненадолго вдвоем, Мик придвинулся поближе к собеседнице и понизил голос.

– К дедуле, говоришь?

Девушка кивнула, периферийным зрением следя за дверью.

– Вона как… – озадачено протянул он. – Выходит, и среди коротышек пошел разлад. Ну, удачи тогда.

На этом обсуждение дел и закончилось. Вскоре вернулись девушки, и выпивка потекла рекой.

Сама Альвира на вино не слишком налегала, а вот остальным оно помогло дойти до нужной кондиции, поэтому смеха было все больше, дельных мыслей все меньше, а те, что были, касались только кровати. Девушки оказались весьма опытными и прекрасно знали, как доставить удовольствие не только мужчине, но и женщине, что, впрочем, было неудивительно – в проститутках Амикост разбирался, да и Альвиру знал давно, так что выбирал в соответствии с ее вкусами. Под утро несколько постояльцев решили пожаловаться на излишне громкий шум и стоны, но, заметив состояние владельца гостиницы, быстро поняли тщетность своих попыток.

Альвира вновь проснулась ближе к полудню, обнаружив голову одной из девушек на своей груди. Мик явно заплатил им за полный день, планируя успеть повеселиться еще раз после ее отъезда, но наемница только посмеялась про себя над его предприимчивостью, ничего не имея против. Она оделась и собрала свои вещи, после чего спустилась на первый этаж. Там, перекусив, пожелала Амикосту веселого вечера и отправилась на точку сбора. Уже знакомый ей стражник без вопросов пропустил ее вниз, где пришлось ждать еще час, прежде чем народ начал собираться. Часть этого времени она потратила на сортировку своих вещей, а потом просто чертила различные фигуры в воздухе небольшим огоньком. Это было первое, что она научилась осознанно делать магией в свои семь лет, и, к ее же удивлению, даже в двадцать семь ей все еще это казалось увлекательным и весьма медитативным.

Когда сбор был окончен, наемников провели в комнату, где королевские маги уже открывали портал. Местом высадки оказалась поляна, которая до войны использовалась в роли временного лагеря для шпионов. Оттуда было три-четыре дня пути до нужного города, однако прежде было решено разбить лагерь до утра. Этим занялись Огневолки – слаженный отряд наемников из десяти человек, получивший свое название благодаря любви к волчьей атрибутике… и дорогим кинжалам дворфийской работы, содержавшим заклинаниями огненных шара, столпа и плети – такие имелись у каждого члена отряда. С учетом качества, а соответственно, цены и мощи такого оружия боевая сила обычного отряда наемников выросла достаточно, чтобы их называли элитой. К тому же им отдельно доплатили за то, чтобы они занимались рутинными моментами в походе, логично решив, что слаженный отряд с этим явно сможет справиться без особых проблем, в то время как между одиночками могут возникнуть разногласия.

Если вычесть Огневолков, которые обращались к друг другу по номерам, и магов поддержки, которые формально в отряд не входили, оставалось еще девять личностей, с которыми Альвире предстояло выполнять задание. Опытный взломщик отзывался на имя Тёрнер, и был весьма дружелюбным на вид товарищем, начавшим травить байки, стоило всем собраться у костра. Громилу с секирой звали Браном. Двое долговязых близнецов-мечников имели похожие имена – Риг и Раг, а единственный арбалетчик из всего отряда представился как Стинг. Еще трое были магами. Темнокожий выходец из отдаленной страны назвался Катором. Тот, который представлял из себя ходячий арсенал и, очевидно, практиковал зачарования, просто буркнул: «Рондор». Третий же, представившийся Лордериком, отличался как относительной молодостью, так и откровенным недружелюбием к остальным, большую часть времени предпочитая проводить в стороне от всех. Последней в отряде была та самая зверодевушка – Мирия, которая заодно была единственной девушкой в отряде, за исключением Альвиры. Ужин прошел практически в полной тишине, если не учитывать похабные песни Тёрнера, после чего наемники расползлись по лагерю.

Ночное дежурство на себя взяли Огневолки, однако каждый из магов по привычке создал несколько простых сетей, которые предупредили бы их о появлении противника. Перед сном они же повесили на себя защитные коконы, спасающие не только от физических атак, но и от банальных насекомых. Альвира решила последовать примеру всех остальных и отошла на некоторое расстояние от центра лагеря. Стоило ей прилечь, как рядом послышался легкий шорох, и затем из кустов вышла Мирия. Прикинувшись спящей, Альвира из-под прикрытых век какое-то время следила за наемницей, попутно отмечая подкачанные бедра и икры, ничуть не портившие общую фигуру, магические татуировки на руках и колыхающийся хвост, в который были собраны ее густые темные волосы. Наблюдения пришлось прекратить, когда зверодевушка едва не споткнулась о ее барьер, ощутив давление воздуха в самый последний момент.

– Ты что-то хотела? – осторожно поинтересовалась Альвира, приподнимаясь на локтях.

– Ага. Спать. Как раз подбираю удобное место, – ответила зверодевушка, забавно пошевелив ушами.

– Лагерь не вариант?

Мирия хмыкнула, разглядывая дерево рядом с собой.

– Что ж ты сама не там? Мне лично проще на ветке поспать, чем полночи ловить на себе лишние взгляды, а зачастую и руки некоторых товарищей.

– Могу и для тебя кокон сделать, если хочешь.

– Знаешь, не откажусь. Будь так добра, – внезапно согласилась зверодевушка.

Ее ответ слегка удивил Альвиру, однако она быстро сконцентрировалась, и через минуту Мирия уже устраивалась на дереве, слегка сверкая только что созданной защитой. И даже так от своей кожаной брони она не избавилась, предпочитая спать с меньшим удобством, но во всеоружии.

– Спасибо, – донеслось сверху.

– Да пожалуйста. Для любого мага это пустяк. Предпочитаешь женскую компанию?

– А если скажу что да – испугаешься? – ехидно прищурилась зверодевушка, свесившись с ветки.

– Ты знаешь, что ты сейчас пытаешься купца золотом напугать? – фыркнула Альвира, принимая вызов. Какое-то время девушки мерялись взглядами, после чего дружно рассмеялись.

– А ты забавная! Будет хоть с кем поговорить в дороге…

– О, ну, раз в ход пошли комплименты, значит точно кусать не будешь! – посмеиваясь, улыбнулась Альвира.

– Кусать? Э-э-э, чего? – Мирия удивленно выгнула бровь, вновь свесившись с ветки.

– Ну, знаешь, говорят же, что если кого-то из вас разозлить – они будут кусаться, словно дикие звери…

– Нет, не знаю! – зверодевушка удивленно воззрилась на новую знакомую. – Ну и бред… А что еще про «нас» говорят?

– Ну, по слухам, вы сильнее троллей, в вас течет кровь северных демонов, а по ночам вы умеете превращаться в своего родового зверя… – начала вспоминать Альвира. Зверодевушка быстро не выдержала и громко фыркнула.

– Пф! Да уж, чего только люди не выдумают со скуки! Надеюсь, ты-то в это не веришь?

– Не особо. Думаю, большинство этих слухов они выдумали по пьяни. Хотя, может среди них и найдется парочка правдивых – как знать? – девушка невинно пожала плечами, издевательски прищурившись сразу после этого.

– Очень смешно! Ладно, если хочешь что узнать – спрашивай, пока у меня настроение хорошее.

Спустя полчаса Альвира узнала, что ни один известный ей слух о зверолюдях не имеет и десятой доли правды, а заодно знатно повеселила свою собеседницу особо глупыми из них.

– Ох, и чего только не выдумают, умора просто, – покачала головой Мирия, после чего, не удержавшись, зевнула. – Ладно, пожалуй, на сегодня краткий урок о зверолюдях окончен, пора спать. Спокойной ночи, Альвира.

– Жаль, я бы еще послушала… И тебе спокойной, Мирия.

***

Весь следующий день отряд продвигался в направлении города, лишь пару раз останавливаясь на короткие перерывы и один раз ввязавшись в бой против семьи земляных глиганов. Взрослые особи вырастают до двух метров в холке, а их клыки могут быть длиннее копья, но вот их детеныши в самом начале лишь чуть больше щенка. На одного из них и наступил идущий впереди Бран, не заметив звереныша, зарывшегося наполовину под землю. Под весом громилы тот благополучно издох, перед смертью успев провизжать так, что за километры должно было быть слышно. После чего отряд оказался окружен разъяренными родственниками бесславно погибшей жертвы, появившимися буквально из-под земли. Однако магам было приказано просто поставить пару барьеров и повисеть в воздухе минутку, прихватив с собой арбалетчика. Живностью же занялись оставшиеся на земле наемники, которые быстро превратили все семейство в кровавый фарш. Особенно успели выделиться Мирия и близнецы – первая просто двигалась настолько быстро и четко, что все залюбовались, а вторые удивили парным стилем боя, отлично координируя движения и завершая удары друг за друга, когда первый из двух оказывался обманным. Такая техника явно не нужна была для боя с глупыми зверями, но братья явно к ней настолько привыкли, что по-другому уже и не сражались. После окончания бойни был объявлен внеочередной привал, на котором тушки освежевали, мясо поджарили, а затем разделили между всеми. После столь сытного обеда группа шла медленнее, однако необходимое дневное расстояние было пройдено, пусть и с часовым опозданием. Во время марша Альвира на правах хорошей знакомой уже спокойно болтала с Мирией, так что и на ужине она села вместе с ней, ловя при этом на их паре голодные взгляды мужской части отряда. Впрочем, даже у Лордерика хватило ума не пытаться навязать свою компанию, так что вечер прошел спокойно. Таким же спокойным был и третий день, а к полудню четвертого отряд наконец смог увидеть вдали город.

– Итак, касательно плана операции, – начал Первый из Огневолков, который был походным командиром. – По полученной информации, цель ночует в гостинице, которая расположена прямо в центре города. Самое безлюдное время – с двадцати пяти до четырех, предлагаю нападать в два. По заверениям лояльных к нам дворфов, они готовы встретить нас над северной стеной и смогут сделать брешь в магической защите, так что мы сможем пробраться внутрь незамеченными. Стражу на стене нужно будет устранить быстро и тихо, для этого у нас есть Мирия и Стинг. После останется долететь до гостиницы. Если все пройдет тихо, Тёрнер взломает заднюю дверь и мы сможем зайти внутрь быстро. Если же нет – нужно будет максимально скоро устранить стражу, после чего ловить саму цель. В случае сопротивления успокаивать его будут маги – он же иномирянин, так что даже увидеть готовящиеся заклинания не сможет. После его захвата наши информаторы вместе с королевскими магами будут открывать портал, задачей всех остальных будет удержание позиций. Вопросы?

Тёрнер поднял руку и прокашлялся.

– А если все наши старания пойдут псу под хвост?

Несмотря на серьезность ситуации, мало кто удержался от смеха. Даже Первому из Огневолков пришлось проявить усилие, чтобы продолжить разговор.

– Конкретизируй?

– Ну, этого юнца не окажется в гостинице или нас засекут сразу?

– Придется решать по обстоятельствам, но приказ на крайний случай звучал как: «Вернуться, не оставляя следов». Еще вопросы?

После обсуждения мелких моментов и конкретных ролей план был окончательно одобрен.

– Как думаешь, все пройдет, как задумано? – спросила Альвира за последним ужином перед схваткой.

– Ставлю уши, что нет. Есть тысячи мелочей, которые могут пойти не по плану, – спокойно ответила зверодевушка, сидящая рядом.

– И ты предпочитаешь не переживать по этому поводу?

– А смысл? Я просто постараюсь выложиться на полную, и тебе советую, а там уже как карта ляжет, – Мирия по-дружески похлопала девушку по плечу и спокойно занялась едой. Хмыкнув, Альвира последовала примеру собеседницы, молча признав ее правоту. В конце концов, это был далеко не самый авантюрный план, в котором ей доводилось участвовать. Да и с чего бы ему провалиться?

Солнце медленно сходило с небосвода, заставляя внешний глаз, висевший над лагерем, переходить на ночное зрение.

ГЛАВА 4. РАСКРЫТЫЕ КАРТЫ И ОЧЕНЬ БОЕВАЯ ЗАЙЧИХА

12 Второго месяца тепла 3127, ранний вечер

– Прошу прощения за такую спешку, господин Мист, но дело не терпит отлагательств, – причитала Деррин. Шагающий за ней вампир только усмехнулся.

– Да ничего. Я все равно уже давно ждал чего-то подобного.

В тот момент они находились в здании Совета, куда Мист наконец-то получил приглашение. Он с интересом осматривал богатое внутреннее убранство, подчеркивающее статус этого здания. На стенах, кроме магических светильников, висело множество картин, на большинстве из которых были семеро дворфов. Иногда картина изображала какое-то событие – будь то открытие шахты или постройка нового здания, иногда просто показывала трудовые будни – сидящих за круглым столом советников прошлого. Семерка постоянно менялась – это было нечто вроде хронологии, показывающей разные поколения Совета.

Пройдя еще несколько поворотов и спустившись ниже уровня земли, они оказались перед крепкими дверьми, охраняемыми четырьмя элитными гвардейцами, оружие и броня которых выделялись немалым количеством инкрустированных камней. К тому же в отличие от своих менее привилегированных сослуживцев, никакого подобострастия перед начальством они не проявляли, поэтому перекрывали путь Деррин до тех пор, пока она не предъявила им свой амулет. Один из них показал рукой на клинки Миста, но тот просто прошел вперед, открывая на ходу двери и не обратив никакого внимание на недовольный возглас.

Осмотрев комнату, вампир задержал свое внимание только на одной детали и тихонько хмыкнул. Все знакомые ему дворфы сидели за тем же массивным деревянным столом, который был изображен на всех картинах. Вид у этой реликвии был не ахти – весь поцарапанный, а в некоторых местах прожженный, к тому же кое-где остались круглые потертости, явно указывавшие на слабость прошлых советников к выпивке. Впрочем, никто из дворфов не обращал на это внимания, и Мист решил оставить свой вопрос на потом. Вместо этого он вежливо поприветствовал своих знакомых и, услышав ответные приветствия, сел на предложенный ему стул между Горраном и Друммиром.

– Что ж, у нас не так много времени, поэтому давайте начнем, – объявила Деррин. – Первым делом я бы хотела обрисовать нашему гостю сложившуюся ситуацию. Никто не против?

Дворфы молча покивали головами.

– Гхм, итак. Несколько месяцев назад мы заметили, что один из высокопоставленных магов регулярно тайно уходит за черту города и связывается с неизвестными лицами, передавая им внутреннюю информацию. Несмотря на… – Деррин коротко покосилась на Бреннора, -… некоторые разногласия в совете относительно данного инцидента, я настояла на том, чтобы оставить его в живых, что на какое-то время позволило нам скармливать противникам ложные сведения. После вашего появления мы усилили наблюдение за предателем и решили арестовать его сразу, как только он окажется за стенами города, однако он понял, что находится под колпаком, поэтому нашел себе помощника. К сожалению, об этом мы узнали уже после того, как поняли, что на наших землях есть вражеский отряд. У нас есть все основания полагать, что они пришли сюда именно за вашей головой, поэтому мы бы хотели попросить вас остаться в этом здан…

– Нет, спасибо.

Взоры присутствующих обратились на вампира, который так резко оборвал дворфийку на полуслове.

– Что? Сами же сказали, что у нас не так много времени, – усмехнулся он.

Бреннор оперся локтями на стол, скрестил перед собой пальцы и положил на них подбородок. Прищурившись, он покосился на лекаршу, после чего перевел взгляд на вампира.

– Можно ли узнать причину столь быстрого отказа?

– Во-первых, это скучно.

Несколько дворфов неодобрительно покачали головой, в том числе и Деррин. Однако Бреннор и Браммира не сводили с вампира взглядов.

– А, во-вторых, задача их отряда – захватить меня, а не убивать.

– И почему вы так считаете? – поинтересовался архимаг.

– Во-первых – банальная логика. Я уже прекрасно понял, что здесь относят к иномирянам как к ходячему источнику потенциально полезных знаний и технологий, так что убивать меня не выгодно никому… А во-вторых – я умею читать по губам, а командир отряда как раз недавно напоминал остальным о необходимости захватить меня живьем.

Услышав это, дворфы недоуменно зашумели, перешептываясь между собой. Деррин шикнула на них, после чего вновь обернулась к вампиру.

– Командир отряда? Кто он? И, главное, где вы его видели? Хотите сказать, что в городе тоже есть предатели, которые прямо у нас под носом обсуждают свои планы?

– Не считая тех двоих дворфов-магов – нет. Кстати, почему вы все еще их не арестовали? А командира, как, впрочем, и остальных членов отряда я видел на поляне к юго-западу от города, где они разбили временный лагерь.

– Что?! Как вы могли их видеть?! Вы совершенно точно не покидали город! И даже наша магическая система защиты засекла их совсем недавно! – не сдержал удивления Стеллог.

Большинство дворфов также выражали недоумение, однако Браммира глядела прямо на Миста с ехидным прищуром. «И кто же ты такой?» – беззвучно прошептала она. Тот в ответ только улыбнулся, предлагая ей немного подождать.

– А я говорил, что что-то не так, – довольно заявил Бреннор, от переизбытка эмоций грохнувший ладонью по столу, за что заслужил от Деррин убийственный взгляд. С момента перехода их трехлетних отношения из постельной плоскости обратно к деловым, каждая сторона не упускала случая указать другой на промах, поэтому сейчас архимаг был рад возможности сравнять счет после того, как его личный помощник оказался предателем.

– Говорил он… я бы посмотрела, как ты свои догадки высказывал бы не мне, а королю, который вообще хотел сразу…

– Сразу забрать меня в столицу, сделать советником и засыпать золотом, чтобы взамен я раз в месяц выдавал ему идеи, которые помогли бы в намечающейся войне? – ехидно закончил фразу Мист, слегка приподняв бровь.

Деррин оставалось только развести руками. Она уставилась на вампира, который спокойно выдержал ее взгляд, после чего, покачав головой, глубоко вздохнула.

– Тц-ц… нет, я, конечно, знала, что ты скоро все поймешь, но не думала, что это произойдет так быстро.

– Ну, это было не сложно, поскольку вы слишком торопились, хотя, полагаю, это больше вина короля. И я рад, что мы наконец перешли на ты.

– Его Величество не просто так прозвали Нетерпеливым. Но, если уж на то пошел разговор… – Деррин мельком оглядела остальных, – мы здесь не единственные, кто что-то скрывал, не так ли? Так может, поговорим уже начистоту?

– Сдается мне, данный обмен будет несколько неравноценным, но я согласен. Вы, дворфы, мне нравитесь, так что я предпочту открытые партнерские отношения всем этим играм.

Лекарша оказалась слегка удивленной словами Миста, однако быстро сориентировалась.

– Нравимся?.. Хм… Да, пожалуй, могу сказать, что мы тоже считаем партнерство с тобой весьма привлекательным. Учитывая наше положение, предпочту поговорить без лишних рассусоливаний. Откуда знаешь про лагерь?

– Просто я очень наблюдательный, – с улыбкой ответил вампир, создав в воздухе над своей рукой внешний глаз, на котором сразу же сосредоточилось все внимание дворфов. Одни смотрели с легким отвращением, другие – с жгучим интересом, но абсолютно все – с удивлением.

– Что это? – недоуменно спросил Горран.

– Глаз.

– Мы понимаем, что глаз, но… что это за магия? Как ты создал его? Он может видеть? – сформулировал, наконец, интересующие всех вопросы Бреннор.

– Да, может. Более того, ему необязательно находиться рядом со мной. Сейчас два десятка таких висят над городом, поэтому я могу спокойно наблюдать за происходящим на улицах, не выходя из здания. Еще один присматривает за лагерем наемников.

– Так ты, выходит, все это время следил за нами… – протянула Деррин.

– Как и вы за мной, – парировал Мист. – Впрочем, глаза слушать не умеют, да и к зданиям я их не опускал, поэтому то, о чем вы говорили на ваших ежевечерних собраниях до моих ушей не дошло. Но догадаться о содержании разговоров было не слишком трудно, особенно глядя на то, как четко были распланированы наши прогулки и знакомства, – вампир посмотрел прямо на лекаршу, которой нечем было отвечать.

– Какая интересная магия… – произнес Бреннор, меньше всего сейчас заинтересованный в выяснении отношений. – У нее есть название?

– Я предпочитаю именовать ее магией крови. Если быть точным, это смесь из псионики и контроля тела, но проще все-таки обозвать это магией. Ну, или вампирскими способностями, как угодно.

– Вампирскими? Хм, твоя родина звалась Вампирией? – предположил Стеллог.

– Нет, это от названия расы. Я вампир, а не человек. Просто внешним видом мы не отличаемся от них.

– Последнее мог бы и не уточнять. Ты давай лучше рассказывай, чем отличаетесь. Могу сразу предположить, что, как минимум, силой да скоростью – на себе прочувствовала, – вставила Браммира.

– Магия крови дает много преимуществ, так что сила, скорость, выносливость и интеллект будут повыше, чем у людей или дворфов. Плюс регенерация и, собственно, практически полный контроль тела, в частности – контроль крови. Могу показать пару примеров.

– А может, мы не будем это делать прямо сейчас? – вмешался Стеллог. – Здесь собрано множество ценных вещей, и, если что-то пойдет не так, потери могут быть весьма неприятными. Да и стражники могут не так понять, нужно предупредить, а не то…

Вампир жестом остановил поток возражений торговца.

– Во-первых, моя магия не слишком разрушительна – она была заточена под иные цели. А во-вторых, после демонстрации вам будет проще понять, почему бояться за меня не стоит.

Смирившись с тем, что отговорить вампира не удастся, дворфы принялись внимательно следить за ним. Немного отойдя от стола, Мист показал зрителям пустую ладонь, после чего на ней сам по себе появился разрез, из которого вверх начала подниматься кровь, формируя небольшой шарик.

– Собственно, основой для моей базовой магии, как уже можно было догадаться, служит кровь. Я могу ею управлять по своему желанию, менять форму и даже удерживать в определенном состоянии.

Форма висящей в воздухе крови несколько раз изменилась, демонстрируя разнообразные фигуры. Затем вновь вернулась к форме шара и упала на стол, с гулом прокатившись до его конца, где расплескалась красной лужицей. Однако уже секунду спустя она поднялась над столом и сформировала платформу, на которую Мист сел и несколько раз пролетел по кругу. Спрыгнув с нее, он поднял руку, привлекая внимание дворфов, и, сменив форму крови на лезвие, отрезал себе кисть, чем вызвал небольшой шок у пристально наблюдавших зрителей.

– Базовое боевое применение, – произнес вампир, помахав и культей, и кистью, висевшей отдельно в воздухе. – Чувствительность к боли могу отключать по своему желанию. Могу управлять отделенными конечностями. И, конечно, могу регенерировать.

После этих слов за пару секунд отрубленная кисть приросла и Мист спокойно помахал ею.

– Ну, и для тех, кто только слышал, но не видел – сила, – вампир поднял тяжелый дубовый стул вместе с сидящим на нем Стеллогом одной рукой, – и скорость, – на секунд дворфам показалось, что они видят сразу семь вампиров, настолько быстро он перемещался вокруг стола. Потоки ветра подняли в воздух немало пыли, но на это никто не обратил внимания. Наконец вампир вернулся на свое место.

– Ну, как-то так. Понятное дело, что это лишь очень малая часть того, что я умею, но общее направление показывает, – закончил Мист свою мини-презентацию, втянув кровь обратно в руку. Ошеломленные дворфы с трудом оторвал взгляды от бесследно исчезнувшей раны и понемногу начали оживать.

– Это все немного отвратительно… но одновременно просто невероятно! – первым восторженно высказался Бреннор. – И для этой магии тебе даже не нужна мана своего мира, я правильно понимаю?

– Как я уже говорил, это не магия в привычном вашем понимании. Для меня управлять кровью так же естественно, как дышать или моргать – соответственно, на это расходуется не мана, а обычная энергия организма. Единственный момент, к которому вам придется привыкнуть – эту самую энергию я предпочитаю восполнять, поглощая кровь других существ, поскольку обычная еда дает относительно мало.

– То есть, если ты проголодаешься, ты захочешь нашей крови? – подозрительно спросила Деррин.

– Пфф, не такая уж и большая цена за союзника с такими-то способностями, особенно если сдавать ее по очереди, – тут же отозвался Бреннор с горящими глазами. Сейчас ему страстно хотелось узнать больше о новой магии, которая так сильно отличалась от привычной ему.

Стеллог, сидевший до этого молча, откашлялся.

– Грхм… Вам обоим стоит успокоиться. Если я правильно понял, кровь животных вполне подойдет, не так ли, господин… эм, Мист?

– Правильно, Стеллог. К тому же сейчас у меня есть запас, который я прихватил из своего мира, так что вам о моем пропитании в принципе не стоит волноваться. Я просто предупредил заранее, чтобы этот факт не вызывал у вас удивления в будущем.

Торговец удовлетворенно кивнул. Как дворф весьма прагматичный, он уже прикидывал, по какой цене закупать кровь у фермеров. Горран и Киррук, практически не участвовавшие в беседе, переглянулись и пожали плечами. Оба были весьма далеки от политических игр, которыми занималась Деррин, и магия им была не так интересна, как тому же Бреннору. Они привыкли полагаться на свою интуицию, а та еще при первой встрече подсказала им, что перед ними существо разумное и зла им не желающее. А кто он – дворф, человек или вампир, им было не особенно важно. Друммир, который тоже большую часть времени молчал, сейчас отбарабанил пальцами по столу незамысловатую мелодию и прокашлялся.

– Раз уж мы со всем разобрались, давайте лучше обсудим, что делать с нападающими. И под нападающими я подразумеваю также Хаттора с Волленом, ибо выступать они будут явно не на нашей стороне. По моему скромному мнению, именно их нужно изловить в первую очередь, но желательно так, чтобы магическая схватка проходила подальше от складов моей гильдии. Надеюсь, вы все понимаете, почему.

Дворфы и вампир кивнули. Деррин уселась обратно на свое место, а глаза Бреннора перестали маниакально сверкать.

– У кого-нибудь есть предположения, что они собираются предпринять? – снова взяла слово травница, покосившись на Миста. Ответ вампира ее не разочаровал.

– Я знаю весь их план. Не то чтобы он был особо мудреным. В два часа ночи весь их состав подлетит к барьеру над северной стеной. Дворфы-предатели пообещали, что смогут впустить их внутрь, не потревожив охранную систему, после чего они вместе полетят к гостинице, где попытаются захватить меня. Затем те же дворфы должны будут временно отключить защиту от телепортации, а маги наемников – открыть обратный портал.

– В два? Что ж ты сразу не сказал, это осталось всего… – Деррин взглянула на водяные часы у одной из стен, – пять часов! А мы даже не начали обсуждение плана контрмер!

– У меня уже есть план, – вампир слегка улыбнулся. – Просто атакуем первыми.

***

Обсуждение плана длиною более чем в одно предложение все же заняло целый час, а еще один ушел на сборы магов. Но вскоре Мист вместе с архимагом и восемнадцатью магами уровня мастера уже направлялись к дому первого предателя. Хаттор был одним из самых старых магов в городе, лишь на десяток лет не дотягивая до возраста Бреннора, которому в этом году исполнилось двести сорок три года. Маг, доживший до такого возраста, считаться слабым не мог по определению— поэтому группа захвата и включала в себя только высокоранговых дворфов. Совету предатель требовался живьем, так что план состоял в том, чтобы начать магическую схватку и, используя численное преимущество, истощить противника, после чего надеть на него специальное антимагическое устройство. У дворфов оно представляло собой тяжелое пластинчатое ожерелье, в которых металлические части чередовались с аметистами. Все ожерелье составляло цельную магическую структуру, содержащую заклинание для впитывания маны и пару защитных механизмов. Когда маг пытается сформировать заклинание, он должен собрать свободную ману из окружающего пространства и взять ее под контроль, однако данное ожерелье делает это в десятки раз эффективнее, и поэтому магу ничего не достается. При попытке снять его вручную оно раскаляется, а при переполнении вся лишняя мана будет превращаться в водные потоки. Открыть его можно, только влив ману извне в нужные элементы, что для мага без доступа к ней не представляется возможным.

– Я правильно понял, что, если надеть на него это ожерелье, использовать заклинания он уже не сможет? – уточнил вампир, разглядывая магический предмет.

– Именно так.

– Тогда, пожалуй, сберегу вам время и силы.

– В каком смысле?

Не став отвечать на вопрос мага, вампир развернулся и резко взвинтил скорость, за секунду исчезнув из вида Бреннора. Он побежал к дому предателя, который находился двумя улицами дальше. Попав внутрь, Мист просканировал помещение и взлетел на второй этаж, где в этот момент находилось единственное живое существо. Разнеся дверь комнаты в щепки, он секунду смотрел на пожилого дворфа, который только поворачивался к проему, а потом подошел и аккуратно надел на него ожерелье. Убедившись, что оно застегнуто, вампир сбросил скорость до нормы.

В этот же момент он ощутил давление на левое плечо – непонятно откуда взявшаяся острая сосулька размером с его голову упиралась в него. Секунду спустя она упала, подчиняясь гравитации.

– А-а-уч! – послышалось рядом шипение. Это Хаттор, схватившийся за ожерелье, обжег себе пальцы и шею. – Как?! Когда?! Откуда?! – бурно удивлялся дворф новой побрякушке. Потом он наконец соизволил перевести взгляд на незваного гостя. В его глазах отчетливо читались удивление и злость.

– Ты?! Как ты сюда попал?! Как ты это сделал?! – зарычал он. – Отвечай!

– Как попал, как попал… будто у вас здесь окна есть. И хватит орать. Пошли.

Дворф схватил лежавший на столе кинжал, но не успел даже поднять его, как небольшой кровавый поток стянул его руки. Мист даже не обратил на это особого внимания, в это время осматривая жилище предателя. Оно напоминало ему апартаменты Бреннора, только здесь порядка было гораздо меньше: какие-то карты на столе, свитки вперемешку с книгами по всему полу, несколько сумок. Картину дополняла сосулька, которая медленно таяла, при этом не оставляя лужи – вода буквально на глазах пропадала. Вампир поднял ее и покрутил в руках, после чего разрезал тонкой струйкой крови на несколько частей. Таять они стали быстрее, все так же не оставляя воды. Он с интересом хмыкнул, после чего отбросил бесполезные куски льда и повел матерящегося дворфа за собой. Выйдя на порог, он увидел бегущий к нему отряд магов.

– Господа, а куда вы так торопитесь? Все уже закончилось, – улыбнулся вампир, показывая им пленника.

– У… Увести его! – скомандовал подошедший Бреннор, запыхавшийся от неожиданной пробежки. – Впечатляет, конечно, – хмыкнул он чуть погодя, глядя вслед удаляющемуся предателю. Мист спокойно улыбнулся.

– Остался второй. Не одолжишь еще одно ожерелье? Обещаю вернуть с процентами.

Маг шутку оценил, но попросил собеседника немного подождать, после чего начал рыться в своей сумке. Вместе с ожерельем он вытянул широкий створчатый браслет с красивым орнаментом, который был инкрустирован несколькими камнями. Вампир взглянул на них и узнал три крупных шпинеля, три средних турмалина и один небольшой алмаз, при этом все камни светились цветами, отличными от их натурально: шпинель – желтым, турмалин – лавандовым, алмаз – ярко-голубым. Из объяснений Друммира он помнил, что камни меняют цвет и начинают светиться только в одном случае – если они заполнены маной под завязку. А еще он помнил, что все предоставленные образцы весьма редкие и дорогие. Благодарно кивнув, Мист закрепил подарок на руке, благо размер позволял сделать это прямо поверх ткани, скрывавшей собственные наручи вампира.

– Защитные заклинания?

– Они самые. Форма средних размеров сферы с центрированием в источнике маны. Специально для тебя настроил под касания. Против физических атак проведи по тем, что лавандовым светятся, против магических – тем, что желтым, а голубой – это мощный магический кокон малых размеров на крайний случай, если уж совсем туго придется. Заряжаются сами со временем, по цвету кристаллов можно определить. Лучшее, что могу предложить сейчас. Собирался сразу после первого ожерелья показать, но тебя уже и след простыл, – архимаг добродушно улыбнулся. – Как только разберемся со всей этой чехардой, надеюсь, найдешь время заглянуть ко мне. Столько всего обсудить хочется.

– Обязательно. Кстати, может, проверим защиту на примере? Запусти в меня чем-нибудь.

Бреннор не стал отказываться и отошел на несколько шагов. Вампир коснулся лиловых кристаллов и через пару секунд несколько ледяных кусков появились около дворфа и полетели в него. Не долетел приблизительно два метра до вытянутой руки, они ударились о невидимую преграду и упали на землю. Щит желтых кристаллов тоже благополучно остановил огненные шары, ну, а последний барьер трогать не стали ввиду его ценности. Мист еще раз поблагодарил дворфа за подарок, после чего отправился по адресу проживания второго предателя, захват которого также никаких трудностей не вызвал. Расправившись с внутренней угрозой, дворф и вампир направились к месту сбора остального отряда. Теперь предстояло избавиться от угрозы внешней.

***

– Внимание! Мы не одни! – внезапно сказала Мирия, навострив уши и сосредоточенно смотря в сторону деревьев.

Наемники как раз собрали лагерь и готовились к операции, когда это произошло. Побросав сумки, они немедленно достали оружие, а маги приготовили барьеры. Все внимание было обращено на зверодевушку, которая продолжала прислушиваться. Пока что ничего не происходило, но никто не опускал оружие, прекрасно понимая, что ее чувства гораздо острее человеческих.

– Где противник? – шепотом спросил Первый из Огневолков.

– Не могу понять, – с легким раздражением ответила она. – Такое ощущение, что везде, но еще…

Не успела она договорить, как в небе над ними появилось множество вспышек, а пару секунд спустя сотни небольших разрядов молнии ударили в магическую преграду, которую совместными усилиями успели поставить маги. С оглушительным треском молнии врезались в защиту, однако не смогли пробить ее и, пропадая, ярко вспыхнули, на секунду всех ослепив. Внезапно на поляне поднялся сильный ветер, а затем каждый из магов ощутил у себя на шее что-то тяжелое, после чего их общий щит развеялся. Однако новой атаки с воздуха не последовало.

Маги с удивлением рассматривали странные амулеты, оказавшиеся на них неизвестным им образом.

– Антимагический амулет дворфийской модели? – потрясенно прошептала Альвира. – Но откуда?..

Остальные только ругались, поскольку успели обжечь руки, попытавшись снять побрякушки.

– Ты кто таков?! Это твоих рук дело?! – завопил Лордерик, заметив незнакомца, спокойно стоящего посреди поляны. В этой суете, да еще и ночью, пусть и под светом луны, никто не замечал его присутствия до выкрика мага, но теперь все обратили на него внимание. Черная одежда, четыре клинка и сумка через плечо позволили им узнать незнакомца. Однако не успели они произнести его имя, как он сам представился.

– Мое имя Мист. И да, ваши амулеты – это подарок от меня и моих друзей дворфов, – с улыбкой заявил он. – Тех же, кому их не досталось, я просто попрошу сдаться.

Наемникам это предложение не особенно понравилось, но сейчас они в нерешительности оглядывались по сторонам.

– Не паниковать! Огневолки, окружаем цель! – скомандовал Первый из Огневолков, не услышав в лесу никаких посторонних звуков.

– Па-никовать! Дворфы, окружаем цель! – внезапно раздался из-за деревьев еще один командирский голос с нотками веселья, а секундой позже звуковой барьер спал, и вместо шелеста ветра со всех сторон послышался топот и металлическое лязганье брони. Отовсюду начали появляться стражники в полной экипировке, а вела их дворфийка со шрамами на лице и массивной алебардой в руках. Они сформировали вокруг наемников тесный круг, ощетинившись копьями.

– Ну, давай, повтори свой фокус, – обратилась она к Мисту, а затем отдала громкий приказ: – Цепи в воздух запу-скай!

Дюжина дворфов за ее спиной замахнулись, а затем бросили в сторону окружавших Миста противников кандалы. Очертания вампира, до этого спокойно стоявшего в окружении, внезапно размылись. Стороннему наблюдателю показалось бы, что тень пронеслась мимо наемников и внезапно все кандалы оказались на них, отметив это практически одновременной последовательностью из щелчков и резкими порывами ветра. Единственным, кого минула эта участь, оказался Бран, который с недоумением оглядывался, наблюдая, как стоявшие рядом с ним товарищи внезапно оказались в беспомощном состоянии. Что-то для себя решив, он покрепче перехватил свою секиру и развернулся к Мисту, который вернулся на то же место, с которого стартовал.

– Извини, но твоего размера не нашлось, здоровяк, – пожав плечами, произнес вампир. Однако его собеседник не стал поддерживать разговор, а перешел к активным действиям.

– АААРР! – прорычал он, бросившись на вампира и занося секиру над головой.

А секунду спустя со всех сторон раздался удивленный гомон дворфов, которые не могли поверить своим глазам. Даже лицо Браммиры выражало удивление, но оно быстро сменилось кривой ухмылкой. Вампир, который был раза в четыре меньше Брана, остановил его удар, в который тот вложил всю свою силу, всего одной рукой.

– Теперь сдаешься? – спокойно спросил Мист, продолжая удерживать секиру за лезвие.

– АГРХ! – снова зарычал громила, попытавшись рывком забрать свою секиру. Это у него не получилось – противник даже с места не сдвинулся. После еще нескольких дерганий, вампир рывком выхватил секиру из рук оппонента и запустил ее в одно из деревьев, где та и осталась висеть на высоте нескольких метров, уйдя в ствол почти на всю длину лезвия.

– А теперь?

После этого Бран наконец начал приходить в себя – с недоверием глядя на секиру, он медленно отошел на пару шагов и уже не оказывал сопротивления, когда дворфы начали связывать ему руки за спиной достаточно толстой цепью. Остальных наемников просто поднимали и уводили с поляны. Магов та же участь постигла еще раньше.

– А она думает нападать? Или надеется там отсидеться? – внезапно обратился Мист к Браммире, стоявшей рядом.

– Ты про кого? – удивилась она.

– В кроне того дерева сидит девушка с заячьими ушами.

– С заячьими ушами?.. Ледяные глыбы в крону того дерева, пли! – резко приказала дворфийка стоящему поодаль отряду магов, которые только недавно спустились с неба. Так же, как это было и с молниями – собрано и практически одновременно – они выстрелили. Три десятка ледяных снарядов изрешетили дерево, разлетевшись кучей дополнительных осколков, от которых вампир и дворфийка прикрыли глаза. Однако Мирия под обстрел не попала – за пару секунд до этого она практически взлетела с дерева, оттолкнувшись мощными ногами, и приземлилась прямо за спиной у вампира. Мощным пинком оттолкнув дворфийку, она тут же приставила кинжал к его шее.

– Дайте мне уйти, или я убью его! – громко заявила она.

– Отряд, окружить ее! Но близко не подходить! – скомандовала Браммира, поднимаясь с земли. Взглядом она оценивала противника, который сумел нанести ей такой мощный удар. Если бы не доспехи, она бы лишилась половины органов, но благодаря им останется лишь синяк. Следуя приказу, дворфы быстро образовали круг, остановив транспортировку пленников.

Мирия приказала заложнику двигаться, однако вместо этого он просто завел руку за голову, схватил ее за шиворот и перекинул через себя без видимых усилий, неслабо приложив о землю. Дворфы восторженно загудели и заулюлюкали. Зверодевушка, не смотря на сбитое дыхание, тут же попыталась откатиться, но Мист все еще удерживал ее.

– Кто ты? – внезапно спросил он, рывком поднимая ее на ноги.

– Ха… Что?

– Я впервые вижу твою расу. Так кто ты?

– Это зверочеловек, судя по ушам – из рода Заячьих, – подсказала Браммира, подошедшая поближе. – Они сильные воины, но их королевство далековато, так что у нас они практически не бывают. Хм, наш противник явно не скупился, раз нанял ее в отряд.

– Вот как… – вампир перевел взгляд с дворфийки на зверодевушку.

– Раз ты узнал ответ на свой вопрос, может, отпустишь меня? – Мирия попыталась вырваться, но безуспешно.

– Что? Конечно же, нет. Впрочем, и Деррин я тебя тоже не отдам. Предлагаю тебе стать моей гостьей.

– И что это значит? – с подозрением спросила зверодевушка.

– Это значит, что я очень рад с тобой познакомиться и хотел бы пообщаться подольше. И пока все остальные будут томиться в тюремных камерах, у тебя есть возможность уютно расположиться в моем доме.

– А когда это ты домом успел обзавестись? – удивленно влезла в разговор дворфийка.

– Ну, я решил, что жить все время в гостинице неудобно, так что попросил у Бреннора дом того мага-предателя, которого я ему поймал, – самодовольно ухмыльнулся Мист.

– Ты смотри, какой шустрый! Ну ладно, дело ваше, – присвистнула Браммира.

– Эм… я вам тут не мешаю? – раздраженно спросила Мирия, переводя взгляд с дворфийки на Миста и обратно.

– М-м-м? А, извини, отвлекся. Так ты согласна?

– Очень лестное предложение, но я, пожалуй, откажусь.

– Хм, такого варианта не предусмотрено. Пожалуйста, передумай.

– Нет!

– Ну, ладно. Тогда придется все-таки надеть на тебя кандалы. Браммира, там вроде остались…

Однако Мирия не стала дожидаться окончания фразы. Выхватив один из своих мечей, она нанесла удар и отпрыгнула назад. Пальцы вампира все еще сжимали ее воротник, но уже отдельно от остальной руки. Зверодевушка быстро оглянулась, выбирая в строю дворфов место для прорыва, но не смогла повернуть туловище, ощущая, как что-то все еще удерживает ее. Переведя взгляд ниже, она обнаружила, что из пальцев отросла целая кисть, которая тянет ее назад.

– Что за дрянь?! – она повернулась к Мисту, с удивлением отметив, что его пальцы правой руки на месте.

– Я не разрешал уходить. Но если ты хочешь сражения – я не против. Один на один, дворфы вмешиваться не будут, а если выиграешь – дадут уйти. Ты же не против, Браммира?

– Да пожалуйста. Отряд, круг пошире! Быстро, быстро! А ну, шевелите копытами, тут же такое представление намечается! – скомандовала дворфийка, улыбаясь и тоже отходя подальше.

Когда топот и бряцанье брони снова затихли, в центре поляны остались только двое. Рука, сжимавшая воротник девушки, растаяла кровавой дымкой, а над поляной появилось еще несколько глаз, которые, впрочем, никто не заметил. Противники уставились друг на друга. Зверодевушка стояла вполоборота, держа клинки наготове, вампир же пребывал в совершенно расслабленной позе, так и не вынув оружие из ножен.

Зверодевушка прищурилась и первой атаковала. Вампир, как ей показалось, только этого и ждал – с такой точностью он отразил ее удары. Теперь в его руках тоже появились клинки, которые притягивали взгляд своей необычностью и красотой. Однако, в отличие от дворфов, ей некогда было их рассматривать. Она резко ускорила движения и бросилась на противника, проводя серию последовательных ударов. Ее скорость все больше увеличивалась, заставляя противника шаг за шагом отступать. Звон металла был хорошо слышен в ночной тишине. Вампир, хоть и парировал ее удары, делал это как-то неуверенно, что только распаляло зверодевушку. В один момент ей показалось, что противник пытается провести контратаку, и она мгновенно разорвала дистанцию. Однако движение оказалось ложным, и они снова стояли друг напротив друга. Глаза вампира светились интересом, словно он наблюдал за боем со стороны, а не участвовал в нем. Но, главное, в них была абсолютная уверенность в результате, что совсем не порадовало его соперницу. Следующий рывок зверодевушки сопровождался комком грязи, отправившимся в лицо противнику, но он даже не попытался утереться, все так же продолжая отражать удары. Когда их клинки скрестились, а лица оказались на одном уровне, частичка грязи отвалилась – под ней оказалась кровавая пленка, защитившая глаза вампира. Зверодевушка замешкалась на долю секунды и удивленно моргнула. А в следующий миг она почувствовала, что ее клинки больше не имеют опоры, и начала клониться вперед, но затем сильный удар выбил у нее не только воздух из легких, но и почву из-под ног. Пролетев метров сорок и, вероятно, только чудом не задев ни одного дерева, она приземлилась в густой кустарник – благо тот несколько смягчил ее приземление, взамен оставив всего лишь сотни мелких царапин на неприкрытых частях тела. Клинков при ней уже не было – вампир, который в одно мгновение ускорился в три раза, успел не только выпустить из рук свое оружие и нанести мощный удар раскрытой ладонью, но также крепко ухватиться за лезвия мечей, не дав им отправится вслед за владелицей. Зашипев от боли, зверодевушка сделала несколько вдохов и крепко сжала зубы. Теперь она знала, на что способен противник – все, что было до этого, оказалось просто игрой хищника с добычей. Вот только добычей ей быть не хотелось, а потому оставался последний вариант. По телу зверодевушки начал распространятся жар, который она приняла с радостью.

В это время вампир рассматривал трофейное оружие, отметив его высокое для этой эпохи качество. Покрутив мечи в руках, он на секунду перевел взгляд на дворфийку, лицо которой выражало одновременно удивление и восхищение, но, реагируя на движение, обернулся, чтобы встретиться взглядом со зверодевушкой, лицо которой оказалось прямо перед ним. Теперь оно было другим. Растрепанные черные волосы застыли в воздухе, развеваясь от скорости и не успевая опасть на плечи. Глаза налились кровью, а зрачки расширились и заняли всю радужку. По белоснежной коже расползлись черные татуировки, до этого расположенные только на руках; рядом с ними алели царапины. Руки же, как и ноги, изменились сильнее всего: по форме став больше похожими на заячьи, они отрастили более заметные мышцы, а от кисти до локтя и от ступни до колена выросла черная шерсть. Последним штрихом были острые когти, которые выпирали на несколько сантиметров вперед на всех четырех конечностях. Именно они полоснули по шее вампира, оставив длинные, но, к удивлению и неудовольствию атакующей, неглубокие борозды, так и не проникнув дальше верхнего покрова кожи. Скорость и сила зверодевушки в этой форме заметно возросли, а стиль боя сменился – подобрать свои мечи она не пыталась, обходясь голыми руками. После нескольких неудачных атак когтями она начала атаковать прямыми ударами. Однако вампир копировал каждый из них, не уступая ей по скорости. Их кулаки соприкасались со странным гулким звуком, вызывая брызги крови. Они разрывали дистанцию и снова сходились, а со стороны уже стало невозможно заметить одиночные удары – оба бойца двигались так быстро, что у дворфийки, наблюдавшей за ними, пошли мурашки по коже.

Несмотря на все старания, зверодевушка не могла навредить вампиру. Раз за разом он не только читал ее движения, но еще и успевал в точности скопировать их – вечно это продолжаться не могло. Боль в руках давала ей понять, что она вряд ли сможет продержаться больше тридцати секунд в подобном темпе – если она доведет эти десятки ударов до сотни, даже ее кости наверняка не выдержат. Отпрыгнув обратно, зверодевушка рванулась к противнику, но сделала это в разы медленнее. Вампир, заметив это, не стал копировать ее движение, а только наблюдал. Не добежав до него пару метров, она упала на спину, проскользила по траве и остановилась прямо у его ног. Вампир с интересом опустил взгляд и заметил, как зверодевушка притянула ноги к груди. Ее зубы были сжаты, на лице проступили прожилки, а мышцы максимально напряглись. За этим последовал удар, перемоловший органы и ребра вампира в труху. Сама зверодевушка в этот момент скривилась от боли, а изо рта вампира хлынула кровь, забрызгавшая ей лицо, но когда она приоткрыла один глаз и их взгляды пересеклись, к ее чувствам вместе удовлетворения добавился страх. Лицо вампира не было напряженным, открытый рот все еще улыбался, а в глазах не было ни капли боли, лишь только странное одобрение. Оттолкнувшись здоровой ногой, она отползла назад и с трудом попыталась встать. Не удалось. Внезапно она почувствовала легкое тянущее ощущение на своем лице. Частицы крови, его крови, отлипали от ее кожи и возвращались к владельцу. Вампир снова стоял прямо, а одежда на его животе расправилась – от ранения, для нанесения которого зверодевушке пришлось приложить все усилия, не осталось и следа. Взглянув на соперницу, вампир несколько раз одобрительно покивал ей, после чего начал негромко аплодировать, растянув губы в добродушной улыбке. Зверодевушка же сидела на земле, не в состоянии подняться, и теряла звериную форму. Погнутые когти на руках кровоточили, орошая землю красными пятнами. Дыхание было сбито, и она никак не могла восстановить его. Попытка подняться была неудачной – и тут Мирия наконец потеряла сознание, а Мист, перестав хлопать, с привычной улыбкой обернулся к ликующим дворфам. Большинство из них толком ничего не видели, но были рады победе вампира, подсознательно понимая, что они сами бы не хотели встретиться в бою с таким противником. Лишь в эмоциях Браммиры промелькнула капля страха, но и она пропала – оценив увиденное, дворфийка пообещала себя не допустить того, чтобы этот иномирянин стал ей врагом. После нескольких команд дворфы вспомнили и о пленниках, которые сами были столь поглощены сражением, что даже не подумали сбежать, и о других своих обязанностях. Они вернулись к работе, не прекращая бурно обсуждать увиденное.

– Передай медикам, чтобы занялись ей немедленно, с нашей стороны все равно раненых нет. И пусть доставят ее потом в мой дом, – приглушенно сказал Мист, подойдя к Браммире.

Отдав нужные команды, она покосилась на него, задержав взгляд на животе, где на одежде виднелась грязь.

– Сам-то в порядке?

Вампир отследил ее взгляд и усмехнулся, после чего принялся отряхивать одежду.

– В полном.

– Кроме нее, тебе никто не нужен?

– Ну, я не стал бы их убивать, но прямо сейчас особого интереса они у меня не вызывают.

– Да никто и не собирался. Раз уж вышло так, что ты их живьем захватил, постараемся узнать, кто первый решил сюда удочку забросить, а потом на обмен выставим.

– Сильно сомневаюсь в идее с обменом. Ну да ладно. Больше никого в округе нет, там что можем возвращаться, – сказал он, не забыв вынуть из дерева топор Брана, который стал последним оружием, на лезвии которого лес видел отблеск луны в ту ночь.

ГЛАВА 5. СЮРПРИЗЫ ОТ БЫВШИХ И ЭКСКУРС В ИСТОРИЮ

13 Второго месяцa тепла 3127, раннее утро

– Что там со зверодевушкой? – это был первый вопрос, который Мист задал Деррин, столкнувшись с ней в коридоре здания Совета. Правда перед этим ему пришлось выслушать поздравления со «славной победой», но, к счастью, дворфийка быстро поняла, что вампир в них не нуждается.

– Спит. И вряд ли проснется в ближайшие часов двенадцать. Мы ее доставили в твой новый дом, – Деррин на секунду запнулась и коротко покосилась на собеседника. – И первое время я бы… хм… не рекомендовала подвергать ее физическим нагрузкам, поскольку это может быть весьма опасно с такими травмами. Стоит дать хотя бы пару дней на…

Вампир закатил глаза.

– Я не собирался ее трахать как только она проснется, заканчивай.

– Да и во время сна тоже не стоит… ладно, это я уже шучу. Так вот, по поводу травм. Ничего критического, но у нее была сломана левая нога и несколько пальцев на руках, а три ребра треснули. Также живот и грудь превратились в один сплошной синяк. В дополнение ко всему, у нее наблюдается общее истощение организма. Впрочем, последнее, насколько я поняла, является стандартным последствием смены формы. Мы ее подлечили эликсирами и ускоряющими заживление заклинаниями, но это наш максимум, так что ей все равно потребуется не меньше недели до полноценного восстановления. A лучше – две.

– И правда, не слишком впечатляюще, не в обиду тебе будет сказано, – на секунду задумавшись, покачал головой вампир. – А как ты поняла, что истощение из-за превращения?

Деррин порылась в своей сумке и протянула Мисту небольшую книгу, написанную от руки. Полистав ее, он нашел часть, посвященную зверолюдям, но много почерпнуть оттуда не удалось – автор большую часть текста восхвалял боевые качества отдельного индивида, с которым ему, видимо, довелось путешествовать. Про истощение Мист уже слышал от Деррин, так что единственной новой крохой информации оказалась строчка о том, что после боя с превращением зверочеловек может съесть порцию десятерых и быть сонным несколько дней подряд.

– Могу я ее себе оставить?

– Да бери, – махнула рукой дворфийка. – Кстати, я смотрю, твои занятия не прошли даром. Дворфийский читаешь как родной.

– Я быстро учусь, – усмехнулся вампир, произнося эту фразу во второй раз.

Первый был на пятый день его пребывания у дворфов, когда он попросил Бреннора научить его дворфийскому. Маг тогда тоже удивился скорости, с какой Мист освоил алфавит, не подозревая, что вампир просто решил «отмыть» свое знание языка, сворованное прямо из головы лекарши. За дюжину дней он научился «сносно» читать и «неумело» говорить короткими предложениями, что открыло ему доступ в библиотеку, где он уже «осилил» краткую версию местной Библии в десяти томах, имевшую сокращенное название «Правдивые хроники о Боге нашем, наиразумнейшем и наисветлейшем Люмехаре». В несокращенном варианте количество восхваляющих эпитетов устремлялось к бесконечности, как, впрочем, и количество томов в полном собрании.

– А вы с пленниками начали разбираться? – мимоходом поинтересовался Мист.

– Нет, пока что их только развели по камерам. Я думаю подождать день-два, пока они не проголодаются – тогда и поговорим.

– М-м-м, как негуманно.

– Что? Нехумано?

– Да не обращай внимания, делай как знаешь. Вообще, мне было бы интересно поприсутствовать на допросах. Позовешь меня, когда начнешь?

– Ладно.

Попрощавшись с Деррин, у которой после поимки наемников значительно прибавилось работы, Мист отправился в свой новый дом. Ему предстояло осмотреть пять этажей, три из которых, как это и заведено у дворфов, располагались под землей. На первом находились прихожая, гостиная и небольшая столовая, на втором – рабочий кабинет и несколько спален. В одной из последних в данный момент и пребывала зверодевушка с целительницами, которые за ней присматривали. Первый нижний этаж занимала кухня и местный погреб – небольшая комната с установленными по углам аметистами, которые охлаждали воздух, мешая лежащим на полочках продуктам портиться. «Подкинуть, что ли, им идею банального холодильника? Все равно о механике или фреоне им заботиться не нужно», – мелькнуло в голове у вампира, который мельком отметил количество лишнего пространства, после чего спустился на следующий этаж. Он оказался по большей части магическим полигоном. Толстые, защищенные магией стены были закопчены во многих местах и изрезаны трещинами. Повсюду валялись свитки и пустые, судя по цвету кристаллов, посохи. Вампир еще раз недовольно осмотрелся, подивившись неряшливости хозяина. По его мнению, хаоса в природе было в достатке, а в доме, будь то хижина бедняка или замок короля, стоило стремиться хотя бы к относительному порядку.

Он с интересом подобрал несколько свитков, но они оказались испорченными – написанное было перечеркнуто по нескольку раз, а часть была просто порвана. Следующим его заинтересовал один из посохов, в кристалле которого еще было немного энергии. Мист направил его в стену, держа на вытянутой руке, и напрягся, пытаясь почувствовать ману. И еще раз. Попробовал активировать его касанием, но тоже не преуспел. Недовольно цокнув, он отогнал подальше мысль, что ему придется учиться магии с нуля уже в третий раз, после чего поближе рассмотрел посох. Заметив ряд трещин, вампир пожал плечами и просто отбросил бесполезную деревяшку в сторону. Это оказалось ошибкой. Если кристалл привязан к предмету, неправильное обращение с последним также может вызвать неконтролируемый взрыв, в чем в следующую секунду и убедился Мист, оказавшись в незапланированном полете до ближайшей стены. Однако это было только начало. Вампир, привычно ускоривший восприятие, завис в воздухе и заметил, как все остальные посохи и свитки начинают подозрительно светиться. Оценив ситуацию, он быстро обволок все поверхности комнаты кровью, создав своеобразный барьер. Сделано это было вовремя – в следующую секунду весь полигон превратился в филиал ада: пламя практически целиком поглотило комнату, а череда взрывов не прекращалась по меньшей мере полминуты. Когда пламя угасло, в комнате не осталось ничего, кроме закопченных стен, остатков кровавого барьера – немало крови просто испарилось – и впечатанного в стену вампира, сверкавшего обнаженными деснами, а кое-где и голым черепом. Магическая защита на одежде сработала как надо, впитав даже огонь другого мира, а вот мясо, волосы и кожу на голове вампиру пришлось отращивать самостоятельно, что, впрочем, не заняло много времени. Гораздо больше его ушло на то, чтобы успокоить полумертвых от страха целительниц и прибежавший на шум отряд стражников. Последним Мист показал амулет, подаренный ему ранее Деррин, и вежливо приказал проваливать, пообещав самостоятельно доложить обо всем Совету.

– Тц, зараза! – недовольно цокнул вампир, вернувшись в закопченную комнату. Цепная реакция явно не была случайностью – просто перед побегом дворф-предатель оставил сюрприз тем, кто придет в его дом. Во множестве подобных случаев в прошлом вампир только спокойно затягивал раны и ухмылялся находчивости противника, однако сейчас все портил один момент – у него не было даже малейшего шанса избежать этой ловушки из-за банальной неспособности видеть здешнюю ману. Впрочем, уже секунду спустя он вернулся к своему спокойному состоянию и продолжил обход. Кроме полигона, на этом этаже оставалась только одна комната, дверь в которую была оплавлена и буквально рассыпалась на части, стоило к ней прикоснуться. Однако внутреннее убранство оказалось неповрежденным, поэтому ванная и уборная, разделенные каменной перегородкой, были в порядке. Вампир одобрительно хмыкнул, а затем спустился на самый нижний этаж.

Он оказался банальным подвалом немалых размеров, с лабиринтами хлама, большую часть которого составляла мебель и сломанные посохи – на этот раз без кристаллов. На первый взгляд, здесь царил полнейший хаос, однако с высоты лестничного проема вампир начал видеть некоторые повторяющиеся паттерны, и постепенно картина обретала смысл. Проигнорировав заботливо оставленные бывшим хозяином дорожки, которые водили бы любого кругами, Мист направился прямиком в дальний угол, загроможденный больше остальных. Отодвинув шкаф, он уставился на стену, которая явно скрывала за собой тайный проход. Как его открыть, вампир не знал, поскольку даже самые тщательные поиски не выявили никаких скрытых рычагов. Немного подумав, он достал из желудка хранившуюся там кровь и сформировал из нее четыре лезвия, которые сложились в форму дверного проема и отправились в стену. Поднявшаяся туча пыли уменьшила видимость практически до нуля, однако, подчиняясь своим рефлексам, вампир подпрыгнул и завис в воздухе головой вперед, пропустив мимо себя копию своей же атаки. Единственная разница состояла в том, что лезвия, которыми ответила стена, были водными. Мист с интересом наклонил голову, осознав, что перед ним какая-то продвинутая магическая защита. После нескольких повторных попыток, закончившихся с одинаковым результатом, он, хмыкнув, оставил стену в покое. На этом осмотр дома был окончен, а вампир предпочел остаток времени провести у кровати зверодевушки, отправив целительниц по домам.

***

14 Второго месяца тепла 3127, ночь

Очнулась Мирия немного за полночь, проспав почти целые сутки, и первые несколько минут оторопело пыталась сообразить, где же она оказалась. Тусклый свет кристалла освещал средних размеров комнату с двумя кроватями и разделявшей их тумбочкой. На полу был ковер, а на стенах картины, изображавшие одного и того же дворфа на фоне разных пейзажей. Мирия свесила одну руку с кровати и провела ладонью по мягкой ткани, после чего попыталась встать. Неосторожное движение заставило ее скривиться, напомнив о результате боя, но все же она смогла осторожно приподняться на кровати, только сейчас поняв, что в комнате, кроме нее, есть еще кто-то. Зверодевушка встретилась взглядом с вампиром, тихо сидевшим в метре от нее все это время, и со вздохом упала обратно на подушку, снова скорчив гримасу от резкого движения.

Десять минут прошло в молчании. Наконец, не выдержав, зверодевушка снова привстала, проигнорировав ноющие мышцы пресса, и уставилась на своего недавнего противника.

– Так… акх-кхе-кхе, – попыталась она задать вопрос, но резко закашлялась. Небольшой пузырек, стоявший до того на тумбочке, поднялся в воздух и полетел прямо ей в руки. Скосив глаза на вампира, она попыталась справиться с кашлем сама, но в итоге все же выпила пахнущий травами эликсир. Он помог ей прочистить горло, но в то же время напомнил о пустом желудке, который тут же отозвался спазмами и неприятным звуком.

– Так и будем молчать? – закончила она свое предложение, поставив пустой пузырек обратно и выжидающе уставившись на вампира.

– Я думал, ты собиралась еще поспать, – с ухмылкой ответил он.

– Уже выспалась.

– Ладно. Как твои раны?

– Бывало и похуже. А твои?

– Ммм? Ты о последнем свое ударе? Так я же его спустя пару секунд залечил.

– Серьезно? Дерьмо, я и забыла. Эх… – девушка разочаровано вздохнула. – А я то надеялась, что хоть от такой атаки останутся серьезные последствия…

– Если бы твоя атака действительно могла оставить хоть какие-то последствия, я бы не стал убирать ту защиту которая до этого мешала тебя прирезать меня когтями, – вампир улыбнулся, заметив недоверие в глазах девушки.

– Ты убрал ту защиту? Ты шутишь?

– Да. Нет.

– Что? В смысле, эм… но зачем?

– Если бы я ее оставил, с такой силой удара ты могла бы себе даже позвоночник сломать от противодействия. А мне этого не хотелось.

– Вот как… А обо что я тогда ногу сломала?

– Думаю, о мой хребет. А что, сильно болит? Если да – то лучше сразу скажи, я снова позову Деррин. Это лучшая местная лекарша.

– Нет, просто… не суть. Забудь. И хватит уже этой показной заботы, давай перейдем сразу к главному вопросу – что тебе вообще от меня нужно?

– Да, собственно, ты сама. И, если раны тебя и правда уже не беспокоят, сходи прими ванну для начала. Она четырьмя этажами ниже.

На лице Мирии мелькнуло презрительное выражение, после чего она молча кивнула и поднялась с кровати. Но, стоило ей наступить на левую ногу – боль заставила ее упасть на одно колено, однако, сжав зубы, она почти сразу же встала и вышла из комнаты, заметно прихрамывая. Мист проводил ее взглядом, после чего одобрительно хмыкнул.

Зверодевушка медленно спускалась по лестнице, придерживаясь рукой за стену, и попутно рассматривала обстановку. До этого в дворфийском королевстве ей бывать не приходилось, так что ее любознательная натура давала о себе знать, на время вытеснив негативные мысли. Добравшись до нужного этажа, она с немалым удивлением осмотрела пепелище, в которое превратился полигон, и наконец дошла до ванной. Некоторые пальцы отказывались сгибаться и сильно затрудняли процесс, но она все-таки стянула с себя ту немногую одежду, которую оставили на ней целительницы, и погрузилась в теплую воду. В попытках игнорировать противное сосущее чувство голода и боль от переломов Мирия постаралась расслабиться, но в памяти некстати вплыли сцены из ее жизни в военном лагере, которые она пыталась забыть уже много лет. Деревянная кадка с едва теплой водой, одна на десяток молодых зверодевушек. Порванное тряпье вместо одежды, не защищавшее ни от холода, ни от голодных взглядов. Грубый рык над ушами и постоянные царапины от когтей. Удары плетью, запомнившийся на всю жизнь и оставивший глубокие шрамы ниже лопаток. Она невольно оскалилась, а кулаки сами сжались, окатив новой волной боли из-за поломанных пальцев. Чтобы успокоиться, она начала вспоминать технику дыхания, которую некогда показал ей наставник. Несколько десятков глубоких вдохов вернули ей чистоту сознания, однако созерцание водной глади подействовало на нее как отличное снотворное, и зверодевушка сама не заметила, как вновь уснула.

Разбудил ее приятный запах жареного мяса и желудок, который на него отреагировал, напомнив, что она не ела больше суток. Не до конца проснувшись, Мирия попыталась привстать на кровати, однако вместо этого руки заскользили по гладкой стенке бассейна, и она окунулась с головой под воду.

– Пфыр, пфу, тьфу, что за… где я? Ох, – с шумом вынырнув, зверодевушка осмотрелась и увидела вампира, прислонившегося к стене. В этот момент память вернулась к ней.

– С добрым утром.

– Эм, ага, – неуверенно ответила она. Лицо вампира было спокойным и не выражало никаких эмоций, из-за чего понять, злится он на нее за задержку или нет зверодевушка не могла. В конце концов Мирия решила для начала вылезти из бассейна. С некоторым трудом ей это удалось, после чего она поймала взгляд вампира. Он спокойно рассматривал ее голое тело, задержав взгляд лишь на огромном синяке от его удара и на левой ноге, на которую она старалась не наступать.

– Ты не могла бы развернуться?

Зубы зверодевушки заскрипели, но она молча повиновалась, хотя для разворота ей пришлось почти прыгать на здоровой ноге.

На этот раз его заинтересовали многочисленные шрамы, которые покрывали верхнюю часть спины зверодевушки, и небольшой хвост, располагавшийся чуть выше копчика и обычно скрытый под одеждой.

– Спасибо. Можешь одеваться, если хочешь, – удовлетворив свое любопытство, вампир кивнул в сторону деревянной лавки, на которой была аккуратно сложена вся ее одежда. Зверодевушка развернулась, широко открыв глаза от удивления.

– Что?

– Что?

Их взгляды встретились, после чего она удивилась еще больше. В глазах вампира не было той звериной похоти, которую ей так часто приходилось видеть.

– Твои глаза… ты меня не желаешь!

– Это тебя оскорбляет?

– Нет! Но… я просто привыкла видеть иное…

– Да-да, право победителя, я уже понял, как здесь обстоят дела по отношению к пленникам, – вампир нетерпеливо помахал рукой. – Традиции традициями, но ты не против, если мы опустим часть с изнасилованием и перейдем к диалогу? К тому же там еда стынет.

– Не против, – после некоторой паузы сказала Мирия, посмотрев на вампира совсем другим взглядом. – Совсем не против.

Какое-то время зверодевушка еще оценивающе рассматривала вампира, после чего захромала к лавке. Проведя рукой по отдающей теплом одежде, она скривилась от боли в пальцах. Заметив это, вампир сделал небольшое движение рукой, и зверодевушка поднялась в воздух, ойкнув от неожиданности. Все элементы ее наряда повторили этот маневр и сами наделись на нее, после чего в воздухе появился небольшой красный диск, на который Мирия пересела, снова получив контроль над своим телом. Диск полетел вслед за вампиром.

–Эм, благодарю, – внезапно ей захотелось быть вежливой. – Но как ты это сделал? Я думала, что иномиряне не могут использовать здесь магию!

– Рад, что у тебя тоже появились вопросы. Я отвечу на них после того, как ты ответишь на мои. Но думаю, первым делом ты захочешь перекусить.

Стоило им добраться до гостиной, как желудок зверодевушки в очередной раз издал громкий звук, так что уговаривать ее не пришлось. Удерживая ложку левой рукой, Мирия принялась с энтузиазмом черпать наваристую похлебку, попутно откусывая прямо от буханки свежего хлеба. Закончив с этим, она тут же перешла к рагу с кусочками тушеного мяса и местными овощами, а после настал черед жаркого и салата. Запив все это несколькими кружками эля, зверодевушка наконец откинулась в кресле, неловко вытерев жирные руки о полотенце, и только тогда вспомнила о присутствии собеседника. Вампир, терпеливо ожидавший этого момента, понимающе улыбнулся.

– Благодарю. За пищу… и за отношение, – Мирия вежливо кивнула и, на секунду задумавшись, продолжила: – Ты вроде говорил, что я могу задавать вопросы?

– Да, после того как ответишь на мои.

– Хорошо. С чего желаешь начать?

Вампир тепло улыбнулся, вызвав у зверодевушки воспоминания о мастере. Его улыбка тоже всегда была теплой. Она удивленно моргнула.

– Со знакомства. Я все еще не знаю твоего имени. А после этого уже поговорим, как цивилизованные люди.

Зверодевушка не удержалась и забавно фыркнула.

– Ты же знаешь, что я не человек.

– Знаю. Как и я, – ответил вампир, создав из своей крови миниатюрную копию собеседницы. – Это просто фигура речи.

– Вау! – зверодевушка не сдержала удивления и уставилась на уменьшенную версию самой себя. – Никогда такого не видела! Гхм. Меня зовут Мирия. Мирия Зекколь из рода Заячьих.

Если бы кто-то попросил ее объяснить, почему она назвала свое отчество, которое не произносила уже много лет, она бы не смогла ответить. Просто в тот момент это показалось ей необходимым.

– Рад с тобой познакомиться, Мирия Зекколь из рода Заячьих, – вампир слегка склонил голову, в очередной раз удивив зверодевушку. – Мое полное имя Мисткольд, я из рода вампиров. Предпочитаю сокращенное Мист. А теперь я бы хотел узнать поподробнее о твоей расе…

Проходы в другие вселенные открывались в этом мире постоянно. Никто не знал, когда это началось или когда закончится – для местных жителей это было так же естественно, как приливы и отливы. Только, в отличие от них, порталы появлялись гораздо реже и, на взгляд недолговечных существ, пытавшихся их изучать, абсолютно беспорядочно. В основном они оставались открытыми от минуты до нескольких часов, но тысячу с лишним лет назад произошло исключение из правил. Тогда туннели, соединявшие миры, не только открылись во множестве своем одновременно, но и продержались десять дней кряду. Десятки новых рас прибыли на эту планету, среди них оказались и зверолюди. Они попали на плодородные равнины, окруженные лесом, речкой и скалами – идеальные условия для жизни, которую они и начали заново, когда портал, внезапно для них, закрылся. Прошла пара столетий, и из леса вышли люди в доспехах. Они заявили свои права на ту землю, но быстро были побеждены, ибо оказалось, что по сравнению со зверолюдьми они весьма слабы. Однако в скором времени из леса пришло намного больше людей, и некоторые из них могли летать, ставить едва заметные взгляду, но прочные стены, а заодно бросаться огнем и молниями. Правда, таких было слишком мало, и люди снова оказались отброшены назад, но на этот раз и среди зверолюдей было много потерь. Поэтому, когда стороны встретились в третий раз, никто не был против сесть за стол переговоров. Языковой барьер был преодолен, границы очерчены, соглашения подписаны, территории официально стали называться Королевством Зверолюдей, а королем был назначен лидер зверолюдских сил – тогдашний Альфа-самец из Волчьего рода.

Формально на карте появилось новое королевство со своими территориями, официальным названием и монархом. Фактически же это так и остались обособленные родовые селения, которые могли иметь между собой как дружественные, так и не очень отношения, и которые плевать хотели на факт провозглашения кого-то там среди них королем. В первую очередь это касалось рода Куньих, которые отделились от остальной массы и переселились на юго-запад, по пути уничтожив одно недоразвитое королевство и захватив его земли. Остальные расселились не слишком далеко, но и не слишком близко друг к другу. Однако время шло, и Волчий род, насмотревшись на людей, решил, что королю и его большой и дружной семье нужны подданные, поэтому принялся проводить свою «политику». Несмотря на то, что дети первых поселенцев рождались уже со способностью видеть магию, овладеть ею они так и не смогли, как и их потомки – а это означало, что до сих пор в построении отношений между зверолюдьми важным фактором была грубая сила. И хотя та же Мирия гораздо сильнее любого человека – если выставить ее против тренированного бойца из Волчьего рода, она снова проиграет даже после стольких лет тренировок и наемничества. То же самое произойдет с любым другим представителем Заячьего, а также Беличьего или Оленьего родов, над которыми Волки и провозгласили свое правление в прошлом. Вначале это было в форме «или ты с нами, или оборвем уши и сожжем дом», но два с половиной столетия назад такой подход перестал быть необходимым – со стороны северных гор пришли оборотни.

Оборотни – похожая на зверолюдей раса, которая также может менять свое тело. Вот только они превращались в очень сильных и крупных прямоходящих чудовищ, лишь немногим напоминавших волков, в отличие от частичного превращения зверолюдей, которое чаще всего распространялось только на конечности и лицо. Справиться с ними и так подконтрольные Волчьим роды никак не могли – сказывалось как отсутствие централизованной военной силы, так и громадная разница в физических возможностях. А вот Волчий род, основным занятием которого была война, а потому имевший множество военных лагерей с жаждущими боя солдатами – мог. В итоге формула поменялась на «мы вас защищаем – а за защиту нужно платить» и оставалась такой и по сей день, даже несмотря на то, что за последнюю сотню лет оборотней никто не видел. Платить приходилось как частью собранного урожая, так и несколькими десятками юных самок с каждого рода, нужных для «поддержания боевого духа доблестных защитников и ухода за ранеными бойцами». Пусть и звучало это как нечто среднее между бардом и целительницей, на деле все было куда прозаичнее, и отобранные девушки попадали в те самые военные лагеря, в которых и служила большая часть Волчьего рода. Это позволяло практически полностью решить проблему насилия относительно представительниц своего же рода, будь то сослуживицы или гражданки – наказанием за это была казнь – но никак не прибавляло любви в отношениях с теми родами, из которых этих девушек и набирали. Даже несмотря на запрет грубого физического насилия по отношению к «добровольным помощницам», ужасные условия содержания, «легкие» побои и наказания за попытки побега делали свое дело – домой после пяти лет «добровольной помощи» возвращалась едва ли седьмая часть, а проживших после этого больше десяти лет можно было пересчитать по пальцам. Во время этой части рассказа Мирия старательно отводила глаза, полные холодной ненависти, а ее руки сами собой сжимались в кулаки, даже несмотря на переломанные пальцы.

Впрочем, такие отношения у Волчьего рода сложились далеко не со всеми. Даже не считая рода Куньих, оставалось еще три селения, неподконтрольные «королевской» власти. При попытках привести к подданству Медвежий, Кошачий и Обезьяний рода, одно из Королевских Величеств, правившее в то время, несколько раз получило по зубам, а также лишилось половины хвоста и левой лапы, которые до сих пор хранятся как сувениры у Кошачьих и Медвежьих соответственно. После такого между этими родами и Волчьим установился очень натянутый нейтралитет – всерьез начинать полномасштабную революцию и свержение «тирана» ради других родов, потеряв при этом множество своих бойцов, не желал никто, однако насолить по мелочи шанса тоже никто не упускал. Именно поэтому в поселениях этих родов можно было встретить немало беженцев, которые, чудом пробравшись сквозь кордон, пытались начать новую жизнь. Когда преследователи Мирии осмелились появиться на пороге дома, в котором она скрывалась после побега, и заявили на нее свои права – приютивший ее старик из рода Кошачьих плюнул им в лицо, а затем кинул протяжный клич на всю улицу. После этого преследователей «вежливо» сопроводили за пределы поселения, предварительно отрезав хвосты и пожелав проваливать обратно к Его Величеству, когда смогут подняться на ноги. О том, как это могло повлиять на жизнь ее бывших товарок по несчастью, сама Мирия предпочитала не думать, первые пару лет вздрагивая от подобных мыслей.

– Вот как, – Мист несколько секунд обдумывал полученную информацию. – А чем продиктовано полное отсутствие «волчиц» в этих самых лагерях? Моралью? Религией?

– Без понятия, – пробормотала Мирия. Но чуть погодя, покривив губами, добавила: – Думаю, так для них просто удобнее – о пленницах из другого рода не нужно так заботиться, как пришлось бы о самках из своего. Да и о беременностях можно не беспокоиться.

– А это почему?

– Что почему? – не сразу сообразила зверодевушка, поглощенная воспоминаниями. – А-а. Разные роды же.

– Серьезно? – вампир заинтересованно поднял бровь. – Вы настолько различается?

– Ну… да. Никакого зайце-волко-человека родится не может. К счастью.

– Занятно, занятно… Впрочем, даже так вопрос насчет всяких болезней все еще остается открытым. Если солдаты предохраняются – тогда и беременностей боятся не должны, а если нет – как они еще не передохли от эпидемии?

– Они не предохраняются – это «лишние затраты» по мнению офицеров, ибо молодняк слишком… – зверодевушка на секунду стиснула зубы, -… продуктивный. А эпидемия не возникает ибо мы не люди, и у нас никаких болезней нет.

– Чего? – вампир, взгляд которого до этого задумчиво скользил по картинам на стенах, посмотрел на собеседницу. – Как это нет? Даже если вы невосприимчивы к людским болезням, вы должны были принести свои из другого мира.

– Да нет же, у нас в принципе никто и ничем не болеет. И не болел в другом мире. Это же один из подарков наших богов в белом.

– Подарок? Богов в белом? Кто это? – Мист сразу ухватился за интересную деталь.

– Как кто? Ну, боги… Откуда мне вообще знать, я тогда не жила. Могу пересказать то, что мне прабабка в детстве рассказывала, – пожала плечами Мирия.

– Давай.

– «Когда-то, давным-давно, мы были слабы, глупы, оторваны от природы и жили в прозрачных клетках, глядя на манящую свободу, но боясь выйти наружу. Но однажды к нам спустились они, Боги. Стать у них была одна, будь то женский бог али мужской. Одеты во все белое, но без лиц, на месте которых была только блестящая на солнце темнота. И даровали они нам вторую жизнь, звериную. Самые слабые и недостойные такого дара канули в небытие, но все остальные обрели те силы, что мы сейчас имеем. Откинув страх, мы вышли из своих клеток и воссоединились с природой. Боги ушли, но не бросили нас. С того момента так и повелось – коли наступали времена тяжкие, будь то голодные годы, али годы гнева земли, воды… небесного огня – они спускались с небес и помогали нам, божественную защиту даруя или чудо производя, насыщая любого одним маленьким камушком. Но и в спокойные времена они нас навещали, однажды преподнеся избавление от всех болезней. С такими богами не жизнь была, а сказка, но однажды зло нас взяло, и по глупости своей, да чрезмерного любопытства ради, мы отправились сюда, в край безбожный, а утратив путь назад, и надежду утратили. Не найдут нас теперь наши Боги, и вечно нам расплачиваться за свой грех своими же страданиями!» – занудным голосом поведала зверодевушка, явно пародируя старческий голос, после чего влила в себя еще одну кружку эля, решив промочить горло.

На этот раз вампиру понадобилось гораздо больше времени, чтобы обдумать услышанное. В конце концов, сопоставив все факты, он усмехнулся и негромко пробормотал: «Ну надо же…». Впрочем, Мирия этого уже не слышала – ее вновь сморил сон: откинувшись в удобном кресле, зверодевушка негромко посапывала, слегка приоткрыв рот. Пожав плечами, Мист слегка махнул рукой. Тонкий слой крови, вновь прилипший к зверодевушке, аккуратно поднял ее в воздух и донес до ближайшей кровати. Вампир же, оставив дома на всякий случай кровавого клона, отправился в гости к Бреннору. Обещал ведь.

ГЛАВА 6. НАВЯЗЧИВЫЙ КОНТРАКТ И КРОВАВЫЕ ТРАДИЦИИ

15 Второго месяцa тепла 3127, ночь

Тучи, закрывавшие небо последние пару дней, разошлись, и Луна осветила полторы дюжины всадников, пробирающихся сквозь лес. Пятнадцать мужчин и три девушки ехали в полном молчании, постоянно оглядываясь и крепко сжимая поводья. Лошади, копыта которых то и дело вязли в мокрой земле, шли практически шагом, еще больше нервируя своих наездников. Наконец впереди показался просвет, и группа выехала на равнину. Приободрившись, Вегерф, лидер отряда, ехавший первым, откинул капюшон и вытер испарину, после чего обернулся к остальным.

– Отлично, теперь сможем перейти на галоп и… – слова застряли у него в горле, когда он увидел на лицах своих спутников страх. Их взгляды были устремлены вперед, ему за спину. Он резко обернулся.

Человек вряд ли заметил бы хоть что-нибудь, но зрение оборотней было острее, поэтому он тоже увидел небольшую фигуру вдали. Она приближалась странными рывками, за секунду преодолевая сотни шагов. Чем ближе она подходила – тем меньше надежды оставалось в сердцах беглецов, которые теперь стучали гораздо быстрее. Средний рост, стройное тело с аккуратной грудью и идеальными изгибами, юное лицо с зелеными глазами, острые уши и рыжие волосы, ниспадающие до лопаток – все всадники прекрасно знали, кого они видят. Через минуту Нирохея, королева местных земель, уже оказалась рядом с конем Вегерфа и погладила его по морде.

– Тц-ц, ну хоть животину не успели загнать… – тихо пробормотала она, после чего обратилась к беглецам: – Дети мои, что вы здесь делаете?

Ответом ей была тишина.

– Не припомню, чтобы я посылала вас в эту сторону. Неужто вы заблудились? Ох, ну что с вами делать! Что ж, как королева, я всегда должна вести подданных за собой… иногда, видимо, и в прямом смысле. Следуйте за мной, я отведу вас домой, – сказала она, проходя мимо застывших фигур с чарующей улыбкой на лице.

– Н-н-нет! – справившись наконец с дрожью зубов, ответил Вегерф.

Королева обернулась и посмотрела на него. Улыбка сменилась легким недопониманием, которое идеально подходило ее юному лицу.

– Ты что-то сказал?

– Я… я сказал нет!

– Нет? Что значит «нет»? Никогда не слышала такого слова, – королева пожала плечами, отворачиваясь от собеседника. – Пойдемте, детишки, пока не стало слишком поздно.

– Нет! Нет – значит нет! Мы не… не вернемся! Не вернемся в твое королевство! Оставь нас в покое, дрянь! – вслед за своим лидером остальные всадники, словно очнувшись, повторяли одно и тоже. – Мы больше не хотим прислуживать твоим глупым прихотям! Не хотим умирать на войне! Ты их вообще устраиваешь, только чтобы потешить свою садистскую натуру! Или ты думаешь, никто не догадывается?! Да куча народу знает, что пока наши солдаты умирают в боях против Каинхильда днем, по ночам ты не отказываешь даже его псам…

Нирохея спокойно слушала оскорбительные речи, которые потоком лились из уст ее бывших подданных, и старательно удерживалась от зевка. Наконец они спешились и вытащили оружие. Их мышцы под одеждой пришли в движение, а лица безумно искривились. Хрупкая девушка оказалась окружена толпой волкодавов под три метра ростом, которые теряли последние признаки человечности вместе с лоскутами порванной одежды. Она закатила глаза и вздохнула.

– Какие же вы все-таки уродцы… – ее глаза сменили цвет на красный, а зрачки вытянулись в форму крестовины. Внезапно голова одного из оборотней разлетелась на кровавые ошметки, а затем эта же участь постигла и его собратьев. Один за другим они лишались жизненно важной части тела и падали в грязь, так и оставшись навечно в животном обличье. Десять секунд спустя восемнадцать обезглавленных тел окружали девушку, которая, спокойно перешагнув через трупы, подошла к лошадям, забеспокоившимся из-за сильного запаха крови. Металлическая пыль, которая и послужила ее оружием, превратилась обратно в непримечательную серьгу в виду клыка, а цвет глаз вернулся к норме.

Брюнет, наблюдавший все это время из леса, через секунду оказался рядом с девушкой. Успокоив лошадь, напуганную его скоростью, он хмыкнул.

– «Что значит нет? Никогда не слышала этого слова», – слегка поддразнил он сестру. – Хорошо сказано, даже я почти поверил.

– Если бы я сказала: «Не слышала так давно, что уже забыла» – было бы слишком зловеще, не думаешь?

Ее собеседник хмыкнул.

– Согласен. Но зачем ты вообще с ними говорила?

– Я пару месяцев назад все-таки немного перестаралась с репрессиями, – девушка пожала плечами. – Вот и попыталась быть «всепрощающей».

– Они не оценили.

– Да ужас, просто невероятные болваны. Я ведь давала им даже не один, а целых два шанса уцелеть и просто вернуться обратно. Но нет, давайте мы попытаемся ее убить, и плевать на то, что это не удалось никому из предыдущих четыреста восемнадцати отрядов идиотов, попытавшихся удрать. A вообще, кажется, опять нужно делать чистку среди дворцовой стражи и слуг – задолбали они трепаться. Но мне вот что интересно, какого черта они там несли про собак, если у тебя во всем королевстве не то что нормального кобеля, которого можно было бы приобщить к делу, но и паршивой дворняги не сыщешь?

– Тебя все еще удивляет то, насколько слухи могут быть далеки от реальности?

– Честно говоря – да, до сих пор. Человеческая фантазия то и дело превосходит мои ожидания.

– Они оборотни.

– Ай, не придирайся к словам. На выдумки они тоже горазды, жаль только, не там, где это бы их спасло. Перекусишь со мной? – девушка покосилась вначале на трупы, потом на короля соседнего государства. Тот пожал плечами и утвердительно кивнул.

– Почему бы и нет? Кстати, насчет следующей войны – если ты так переживаешь, я могу поменьше солдат послать. Или можем отложить года на два – твои как раз успеют созреть, а мои – заскучать. Или еще лучше – я захвачу несколько провинций, а потом они могут в партизанскую войну играть. В общем, вариантов масса, выбирай, какой по душе…

***

20 Второго месяца тепла 3127, полдень

Пять дней, прошедшие с момента их первого разговора с вампиром, для Мирии слились в один. Большую часть времени она спала, а в остальное ела или общалась с вампиром, которого интересовало все подряд – от ее воспоминаний детства до перечня выполненных заданий в роли наемницы. Такой режим вкупе с эликсирами Деррин, которые та регулярно приносила, помогли ей быстро встать на ноги, как в переносном, так и в прямом смысле – теперь зверодевушка могла пусть и медленно, но уверенно ходить, поскольку ее кости уже срослись, а волны боли перестали накатывать при любом неловком движении. Гематомы тоже рассосались, царапины зажили, а от истощения не осталось и следа – поэтому в тот день Мист решил взять ее с собой, тем более, что предстоящий разговор косвенно касался и ее. Неспешной походкой пара направилась к зданию Совета, где вампир безошибочно определил направление и нашел в одном из кабинетов Деррин.

– Ну, и как все прошло? – поинтересовался он, устраиваясь в предложенном кресле. Ответ его нисколько не удивил, зато слегка позабавил.

Четыре дня назад проводились допросы пленников, и, по словам Деррин, это были одни из самых легких допросов, в которых ей доводилось участвовать. Наемники не стали строить из себя героев и рассказали все, начиная с наличия среди них трех государственных магов и заканчивая пышностью усов их заказчика. В итоге раскрытых магов в кратчайшие сроки передали в руки столичных дознавателей, которые, поработав с ними, поняли, что знают они весьма немного, и связались с представителями королевства Дастериум, предложив им выкупить своих граждан. Те с готовностью согласились, быстро достав откуда-то из подземелий двоих дворфов, пылившихся там чуть ли не со времен войны, и добавили немало золота, а когда дворфы во время обмена увидели, в каком состоянии были их сородичи, без вопросов удвоили его количество. В общем, сделали все, чтобы дворфы не успели узнать родословную одного из этих магов – иначе пришлось бы платить раз в десять больше. И только после этого начался тот блядский цирк, который изначально и ожидался. Через два дня после обмена присланные дипломаты вместо продолжения конструктивного диалога начали резко благодарить дворфов и прославлять их доброту. Опешившие от такого обращения переговорщики с трудом успокоили гостей, выслушали их рассказ, а после быстро закончили встречу и заказали несколько бутылок крепкого напитка, под который и принялись переваривать полученную информацию.

По словам герцога Децевира, который и был главой людской делегации, картина вырисовывалась следующая. Он, узнав, что на территорию дворфийского королевства вторглись граждане его страны, был крайне опечален их поведением, но, как человек ответственный, тут же собрал выкуп и решил вернуть на родину этих окаянных. Доставив их на королевский суд – маги ведь были государственными – он с чистым сердцем отправился отдыхать, уверенный, что преступники будут наказаны по всей строгости закона. Однако, проснувшись на следующее утро, он был огорошен – ведь оказалось, что маги на самом деле были жертвами! Преступная группировка наемников хитростью и силой захватила их, заставила открыть портал в чужие земли и удерживала под своим контролем. Для чего это простым наемникам? Так ведь все очевидно – они охотились за дворфийскими сокровищами! Ведь все знают, что страна дворфов процветает, вот эти сорвиголовы и решились на такое безумство. Поэтому теперь то, что ранее было выкупом, называлось благодарностью, которую королевство Дастериум, признательное за спасение своих граждан, с радостью оставит дворфийской стороне. А вот наемников нужно вернуть – пострадавшая от их безумных действий честная страна желает отдать их под суд, ибо не дело это, если такие ротозеи останутся безнаказанными.

«Что, блядь?» – такими были первые слова, произнесенные Тюррейном, который занимал пост дипломата более сотни лет и славился хорошими манерами, стоило двери за людской делегацией захлопнуться. Коллеги, поддержавшие его более бурными высказываниями, слегка пришли в себя только после нескольких кружек «успокоительного», после чего принялись обмозговывать ситуацию, закончив с этим делом аж под утро. Не то чтобы кто-то всерьез задумывался о передаче наемников – против этого было слишком много факторов: абсолютная нерентабельность затеи, нежелание уступать противнику, остатки дворфийской чести, а также уваженная королем просьба иномирянина, согласно которой одна из наемниц уже была обещана ему в дар. Просто дворфы хотели выпить. Даже Тюррейн, имевший за плечами вековой опыт, впервые встретился с такой наглой изворотливостью, а потому поддержал желание своих коллег, профессиональная гордость которых также была уязвлена. Ибо теперь слова каких-то наемников противопоставляются словам самого герцога, который говорит от имени своей страны. Ну, а открыто настаивать на показаниях магов, произнесенных под влиянием различных сывороток и клещей, ненавязчиво лежащих поодаль, являлось бы затеей наиглупейшей. В конечном итоге, на этом переговоры и были завершены – потребовать с людей компенсацию за нападение дворфы уже не смогли, но и наемников отдавать не стали. Герцог Децевир абсолютно спокойно воспринял отказ, переданный ему страдающими головной болью дворфийскими дипломатами, краткая суть которого сводилась к фразе: «Где набедокурили, там пусть и сидят». Хорошо скрывая свое самодовольство, он мимоходом обронил, что счета преступников заморожены, заслужив еще больше ненависти от дворфов, которые втайне надеялись, что хоть за кого-то удастся получить выкуп через гильдию. После этого герцог пожелал дворфам благополучия и спокойной жизни, что в дипломатической среде воспринималось как ровно противоположное, и отправился восвояси, принеся своей стране победу хотя бы на этом фронте. Дворфы, мысленно пожелавшие ему сдохнуть в сточной канаве не менее сотни раз за десятиминутный разговор, вежливо попрощались, после чего передали всю информацию королю и Деррин, которая, в свою очередь, уже поведала ее вампиру и зверодевушке. Кроме болезненной – в прямом смысле, ибо она ударила кулаком о стол с такой силой, что едва не заработала еще один перелом – реакции на потерю значительной части своих накоплений, Мирия задала вопрос и насчет судьбы остальных наемников. Деррин неопределенно пожала плечами.

– Да хрен его знает. Я-то надеялась, что мы за них тоже выкуп стребуем, а теперь сиди и думай, что с ними делать. Особенно с магами.

При их упоминании зверодевушка лишний раз моргнула и едва заметно повела головой в сторону лекарши.

– Я бы сказал, проблема только с ними, – произнес Мист, отметив повышенный интерес Мирии к этой теме. Деррин просто вопросительно посмотрела на него, приподняв одну бровь.

– У тебя есть предложения насчет остальных?

– Есть. Просто честно расскажи им о том, что из них сделали козлов отпущения. И ограбили. А потом предложи свою цену.

Деррин недовольно скривилась.

– Да думала я об этом, но толку нам с них? Делать-то тут нечего. Мы и стражу выгоняем по лесу прогуляться в половине случаев только ради того, чтобы они от скуки в городе не бедокурили, а тут еще за наемниками следи. Их же куда ни направь – все равно придется разделять, чтобы не сбежали, продумывать смены, очередность и так далее, – она опять скривилась.

– Оно понятно, это лишняя работа и затраты, но они вполне могут окупиться.

– Каким образом?

– Помнишь, ты мне говорила, что зверолюди – очень дорогие наемники? Да ведь и маги – не дешевое удовольствие. Значит, остальные должны быть приблизительно на их уровне.

– Ну, помню. Допустим, и что с того?

– Так используй их для тренировок.

– Что ты имеешь ввиду? – пришла в недоумение Деррин.

Вампир принялся терпеливо разъяснять.

– Они, судя по виду, явно ветераны. Наверняка им довелось немало участвовать в различных заварушках, а судя по тому, что они до сих пор живы, их опыт может быть весьма полезным. Для начала выстави им штраф за незаконное вторжение, но адекватный – на полгода-год отработки. А потом предложи должность тренеров-советников под началом Браммиры. И пусть натаскивают стражу, взамен зарабатывая деньги для своего же выкупа. Пара лишних приемом в запасе и знание того, как сражаются люди наверняка не помешают местным, особенно если учесть, что часть из них в будущем пойдет солдатами на войну.

Деррин, до этого что-то просчитывавшая у себя в голове, недовольно цокнула и покосилась на Мирию. Мист заметил ее взгляд.

– Не нужно так переживать, я же говорил, что ручаюсь за нее, – спокойно парировал невысказанный упрек вампир, проигнорировав удивленный взгляд зверодевушки.

– Грхм, ладно. Что до твоей идеи… мне такое в голову даже не приходило, но звучит весьма привлекательно. Тут ведь и правда собрался один молодняк, который во время прошлой войны только пеленки марал, а так у них побольше шансов вернутся будет. Я переговорю сегодня с Браммирой, посмотрим, что из этого выйдет. Касательно твоей просьбы – думаю, послезавтра все и организуем. А вот что делать потом с оставшимися тремя – я все еще без понятия. Ну да хрен с ними, разберемся, – махнула рукой Деррин. Вампир спокойно кивнул, после чего попрощался с ней, и они с Мирией покинули здание Совета.

Следующие несколько часов, которые вампир провел, посещая своих знакомых, зверодевушка молча следовала за ним, в основном рассматривая город и его обитателей. Тем не менее, Мист прекрасно видел ее эмоции, среди которых явно доминировало беспокойство, лишь немного ослабевавшее от новых видов или вкусной еды, но окончательно не проходящее. Вернувшись домой, он сел в кресло, которое успело ему полюбиться, удобно устроился и прикрыл глаза.

Мирия же абсолютно не знала, куда себя деть. Поколебавшись пару минут, она подошла к вампиру.

– Ты еще не уснул?

– Нет. Впрочем, я и не собирался.

– Ну, обычно когда люди… и другие существа закрывают глаза – они планируют спать.

– Я сплю в среднем около двух раз в месяц, и то больше по настроению, в остальное время я закрываю глаза, когда сортирую или анализирую полученную ранее информацию. Но ты явно желала поговорить не об этом.

– Да, после визита к той дворфийке у меня появилось несколько вопросов…

Вампир, ожидая продолжения, приоткрыл один глаз и посмотрел на сомневающуюся зверодевушку.

– Диалог – это разговор как минимум между двумя сторонами, поэтому, хоть я и знаю твои вопросы, предпочту все же услышать их от тебя.

Мирия слегка нахмурилась и несколько раз качнула головой, решаясь, прежде чем заговорить.

– Что происходит? Ты не дал посадить меня в тюрьму, бесплатно вылечил, бесплатно кормишь и обеспечиваешь крышей над головой, не заставляешь трахаться с тобой или с кем-то еще, не заставляешь работать, но при этом и не отпускаешь! Так зачем я тебе нужна вообще? Какая моя роль? Я не рабыня, не наложница, не слуга, не… А может, я зверушка на убой? Их ведь тоже откармливают поначалу… Или трофей? А ведь и вправду подходит, я трофей, да? – выплеснула наконец свои переживания зверодевушка. Поведение вампира не вписывалось ни в одни из знакомых ей рамок, поэтому последние несколько дней неопределенность постепенно сводила ее с ума.

– Какой пессимистичный набор вариантов, – хмыкнул Мист. – Впрочем, учитывая твою биографию, он вполне понятен. Ну, если выбирать из предложенного, то, думаю, ты права, и прямо сейчас определение трофея подходит тебе больше всего.

Мирия слегка опешила, явно не ждав такого быстрого и честного ответа. Вздохнув, она уже была готова задать новую партию вопросов, однако усмехающийся вампир прервал ее жестом руки.

– Ладно, ладно, расслабься. Ты ведь наверняка уже собиралась задать кучу вопросов о том, что значит быть «трофеем», что тебе можно делать, что нельзя и все в таком ключе, не так ли? – он дождался кивка собеседницы. – Забудь об этом. Любая из перечисленных ранее ролей будет сопровождаться желанием сбежать у того, кто ее примерит. Поэтому, на самом деле, я хочу предложить тебе контракт.

– Контракт? То есть, ты хочешь нанять меня для чего-то? – Мирия недоуменно уставилась на вампира.

– Да.

– Допустим, – зверодевушка насторожено прищурилась. – И что будет входить в мои обязанности по условиям этого контракта?

– Постоянно находиться рядом со мной, выполнять мои поручения, – Мист начал загибать пальцы, – быть отличным собеседником и тешить мое самолюбие. Ладно, последние два пункта опциональны. И все это на протяжении… – вампир ненадолго задумался или, по крайней мере, сделал вид. – Трех лет.

– О, вот как… Дай угадаю, – Мирия прищурилась. – Если я попытаюсь отказаться, то вновь услышу: «Такого варианта не предусмотрено. Пожалуйста, передумай»?

– Я рад, что ты меня уже так хорошо знаешь, – вампир нагло ухмыльнулся.

– Пфф… А почему ты думаешь, что при таких условиях у меня не возникнет желания сбежать?

– Потому, что контракт обычно предполагает награду.

– Ладно, теперь мне интересно, что ты мне собирался предложить. Дворфы обеспечили тебя золотыми горами?

Вампир негромко рассмеялся.

– Нет, золото они мне на руки не дают. Предпочитают привязывать к себе подарками вроде этого дома или услугами в долг. Единственный раз, когда я держал в руках деньги этого мира, был, когда мне их показывал Стеллог, ты его видела пару раз, такой упитанный дворф-торговец. Так что меня можно назвать бедняком, при достаточном желании и глупости.

– Тогда что?

– Помощь в достижении твоей цели.

– Моей цели? – зверодевушка прищурилась.

– Да. Или хочешь сказать, что месть не являлась твоей целью?

Мирия слегка прикусила губу, однако затем неопределенно махнула головой.

– Ладно, допустим. В принципе, это было на поверхности. Но чем ты собрался мне помочь? Сам же сказал, что у тебя нет денег.

– Деньги – это слишком длинный путь. А поиск и наем такого количества магов, которого бы хватило для уничтожения Волчьего рода, явно был бы той еще головной болью. Нет, с одной стороны, мне было бы интересно за этим понаблюдать – думаю, через пару десятков лет ты бы действительно собрала нужную сумму, а там уже могло начаться что-то интересное… Но я все же предпочту ускорить процесс и помочь тебе с этим.

– Так… как? – зверодевушка все еще не понимала, к чему клонит вампир. Тот спокойно посмотрел на нее.

– Я убью их.

– Что?

– Что?

– Перестань это делать! – Мирия недовольно махнула руками. – Отвечать «что» на «что», ну очень смешно! Что значит «я убью их»?

– А что это еще может означать?

– То есть, ты хочешь сказать, что просто пойдешь туда и убьешь всех, на кого я укажу? – скептически проговорила зверодевушка. Вампир кивнул.

– Да, а что тебя смущает?

– Ну-у-у, даже не знаю, может, твое утверждение, что ты сможешь в одиночку победить армию в десяток тысяч тренированных воинов?

– Это не так много.

– Ой, ну да, всего-то десять тысяч, и плевать, что они все считаются едва ли не лучшими наемниками в мире. Что за вздор! – она недовольно закатила глаза, но, взглянув на Миста, осеклась. Он смотрел на нее абсолютно спокойно, в глазах не было и намека на насмешку. – Нет, погоди… ты серьезно?

– Да.

Она моргнула и снова посмотрела ему в глаза. Внезапно ее пробил озноб. С одной стороны, это было странно – она уже много лет не была той маленькой девочкой, которая удивлялась глупости и жестокости мальчишек, которые постоянно играли в воинов, а потом просили у нее обработать их царапины. Она достаточно убивала сама – на ее руках было не меньше сотни трупов, накопившихся за одиннадцать лет наемничества. Но с другой стороны – сейчас она смотрела на того, кто был на совершенно ином уровне. Облизнув внезапно пересохшие губы, она постаралась унять дрожь и спокойно задать возникнувшие у нее вопросы.

– То есть, ты утверждаешь, что у тебя достаточно сил, чтобы в одиночку убить десять тысяч первоклассных воинов?

– Да.

Ее сердце застучало быстрее, а страх заставил вспотеть. Она вновь приложила волевое усилие и постаралась успокоить тело, которое почему-то вело себя отвратительным образом, несмотря на все тренировки и реальные бои, в которых ей довелось поучаствовать.

– Допустим. Допустим. Ладно. Думаю, какой-нибудь опытный архимаг тоже был бы в состоянии это сделать. Ну или несколько. Грхм. Тогда еще вопрос – тебе уже случалось убивать кого-то в… подобных масштабах?

– Да.

Новая волна липкого страха почти сковала ее. Однако каким-то шестым чувством Мирия понимала, что это даже не ее страх. Точнее, это был инстинктивный страх ее тела, который накатывал странными волнами. Да, она боялась вампира и спокойно могла признаться себе в этом, но ее сознательный страх был гораздо слабее, чем тот, другой. Встряхнув головой, она гулко сглотнула и откинула прядь волос, упавшую на лицо.

– Лично?

– Иногда лично, иногда с союзниками. Может, все-таки присядешь? А то выглядишь уставшей.

На секунду задумавшись, Мирия все же уселась в кресло напротив вампира и внезапно почувствовала себя гораздо лучше. Мысленно пообещав себе теплую ванну и мягкую постель, она вернулась к диалогу.

– Так что, уже веришь? Или мне нужно перечислить всех поименно? – с легкой улыбкой спросил вампир. Здесь явно подразумевалась какая-то шутка, но зверодевушка не нашла ничего лучше, чем просто спросить:

– А ты помнишь их имена?

– Если бы знал, может, и помнил бы, но обычно времени узнать как-то не оставалось, знаешь ли. Так что?

Помедлив, Мирия кивнула.

– Верю. Не слишком хочу… но верю.

– Ну и отлично. Тогда мы договорились?

Однако зверодевушка не стала спешить с ответом. Прикрыв глаза, она постаралась быстро взвесить все «за» и «против». В этот момент память услужливо подкинула несколько картин, которые быстро перевесили любые «против». Картин, преследующих ее уже столько лет. Выдохнув, Мирия кивнула.

– Согласна. Будем подписывать контракт, или как это принято у вас?

Увидев, что ее собеседник встал, она сделала то же самое. У вампира в руке появился небольшой кинжал.

– У нас есть много различных обычаев, но в серьезных случаях я предпочитаю этот, – он протянул ей кинжал и после этого показал свою правую ладонь, на которой сам по себе возник порез. Не мешкая, Мирия молча полоснула свою ладонь, постаравшись сделать разрез таких же размеров. Вампир и зверодевушка крепко пожали руки.

– Не самый приятный вариант, – хмыкнула она, прикрывая рану. Потом задумалась и немного погодя продолжала: – Хотя наверняка действенный, когда речь идет о чем-то действительно важном. Как я понимаю, контракт начинается с этого момента?

– Да.

– Для меня есть какие-то поручения?

– Иди уже спать. Единственное мое поручение на сегодня. А вот завтра советую прогуляться по городу, можешь с кем-нибудь из местных познакомиться. Я планирую пожить здесь где-то год, прежде чем мы отправимся путешествовать.

– Как скажешь, – пожав плечами, Мирия отправилась добросовестно выполнять полученный приказ. Глядя ей в спину, вампир расплылся в довольной улыбке.

* * *

22 Второго месяца тепла 3127 года, утро

– Да чтоб тебя тролль проглотил… – раздосадовано пробормотал Хаттор.

Он, вместе с четырьмя магами-наемниками, стоял в окружении стражи посреди полигона в своем бывшем доме. Мист как раз закончил свой рассказ о попадании в ловушку. Слушавший его Бреннор уважительно кивнул, подивившись прочности его кровавого барьера и регенерации, после чего позвал всех спускаться дальше, проигнорировав комментарий предателя. Вся эта толпа собралась там по одной причине – Мист пожелал устроить кастинг. Претендентами стали наемные маги, задание которых состояло в том, чтобы отпереть магически защищенную дверь, найденную им ранее, а судьей был, собственно, ее бывший владелец, который в случае провала всех участников должен был самостоятельно открыть тайник, предварительно сказав, кто справился лучше всех.

Чтобы быстро убрать лишний хлам, вампир расформировал часть птиц и притянул кровь к себе. В считанные минуты все лишнее было перекинуто на этаж выше, а кровь растянулась под потолком – Мист решил оставить ее на случай, если кто-то из пленников попытается провернуть что-то опасное. Закончив с приготовлениями, он обратился к магам:

– Итак, надеюсь, вы все знаете, в чем состоит ваша задача?

Те молча кивнули.

– Отлично. Тогда для начала попрошу вас представиться.

Первым заговорил высокий темнокожий парень, оказавшийся обладателем приятного баритона. Его спокойствию позавидовали бы даже монахи, и это произвело приятное впечатление на вампира.

– Мое имя Катор, достиг ранга мастера, специалист по защите и лечению, основные стихии – вода и воздух.

Вампир спокойно кивнул. Несмотря на свою неспособность видеть магию и то, что большая часть его разговоров с Бреннором была об истории, основы он все же знал.

Огонь, вода, воздух и молния были четырьмя основными стихиями среди заклинаний на Новилуре. В то же время сами заклинания делились еще на подвижные и неподвижные, которые все по привычке именовали атакующими и защитными соответственно, не беря в расчет немногочисленные исключения, для которых эти определения не совпадали. Маги, проучившись один-два года, обычно овладевали всем понемногу, после чего уже делали выбор в пользу более углубленного изучения одной специализации и двух стихий – именно это было стандартом после выпуска из магических академий.

Следующим высказался рослый мужчина среднего возраста, имевший чересчур много шрамов для мага. Взглянув на него, Мист сразу заметил легкую враждебность, которую, вероятно, можно было объяснить его положением пленника.

– Рондор, ранг – мастер, специалист по зачарованию оружия.

– Стихии?

Мужчина приподнял одну бровь и раздраженно посмотрел на вампира. Однако, прежде чем он успел что-то сказать, Бреннор пояснил:

– При зачаровании оружия используются все стихии, но сами заклинания не достигают высокого уровня сложности, поэтому нет смысла их выделять.

– Вот как, этого я не знал. Спасибо. Кто дальше?

Третьей была девушка с каштановыми волосами и цепким оценивающим взглядом. Несмотря на внешнее спокойствие, вампир отметил легкое волнение среди ее эмоций, но не смог понять, чем оно было вызвано.

– Альвира, достигла ранга мастера, специалист по атакующей магии, основные стихии – огонь и молния.

– Лордерик, – коротко бросил последний маг, не дожидаясь приглашения и обдав вампира волной презрения. Впрочем, его отношение к происходящему было понятно и по высокомерному внешнему виду.

– Ранг, специальность, стихии?

– Мастер, атакующая, все, – последнее слово он выделил особой небрежностью тона.

Бреннор тихо и, как определил вампир по его эмоциям, слегка завистливо вздохнул. Владение всеми стихиями на высоком уровне было явлением крайне редким, а уж тем более, в возрасте меньше двух сотен лет. Лордерику же было всего двадцать пять, что уже говорило об исключительном таланте. Несмотря на откровенное проявление его вредного характера, именно его вместе с Катором – после того, как Мист отказался от варианта взять дворфа – рекомендовал вампиру архимаг, втайне надеясь, что тот либо найдет на него управу, либо просто прибьет. Подождав, пока спесивый маг вернется на место, вампир объяснил подробности проведения испытания.

– Итак, мы временно снимем с вас ожерелья, и тот, кто сможет открыть данный проход, не разнеся все вокруг, освободится от тюремных пут. Учитывая поведение некоторых здесь присутствующих, я на всякий случай озвучу, надеюсь, и так очевидный, факт – попытка сбежать будет крайне неразумным решением с учетом нынешнего баланса сил. Первым пойдет Лордерик.

После этих слов стражники и Бреннор напряглись и приготовились использовать свою магию в любую секунду. Двое дворфов подошли к пленнику и сняли с него ожерелье. Потерев шею, Лордерик насмешливо фыркнул и принялся внимательно осматривать стену, все-таки не став забирать себе лавры самоубийцы.

– Ты не мог бы комментировать свои действия? – попросил его Мист.

– Пока что я просто осматриваю всю эту запутанную структуру, а потом попробую аккуратно вызвать ее контролируемый коллапс, использовав несколько разностихийных точечных атак для перегрузки, – внезапно заумно ответил он. Впрочем, уже секунду спустя исправился: – Поэтому пусть твои ручные дворфы отодвинут свою тучу блоков и щитов подальше, или пусть не жалуются.

Вскоре Бреннор с магами немного ослабили свой заслон. Тут же от наемника в стену пошла цепь небольших молний. Одновременно с этим половина стены загорелась, а около другой появился небольшой водный бур, рядом с которым ударилось и воздушное лезвие. Внезапно все эти атаки отлетели от стены обратно в мага, однако он успел создать щиты и не получил повреждений. После этого он молча повторял свои действия, меняя вид атак и увеличивая их силу, однако после шестой итерации дворфы были вынуждены остановить его – от ударной волны одной из огненных атак посыпалась крошка с потолка.

– Зараза! – выругался маг, уставившись на стену, так и не получившую никаких повреждений.

– Спесивый щенок решил, что он со своими освоенными четырьмя стихиями такой уникальный, что против него ни одна защита не выстоит. Вот только у него не хватило мозгов подумать, что она изначально может быть рассчитана не против одиночек, а против целых отрядов, и разница стихий там учтена, – едко высказался Хаттор, смотревший на все это с ехидным оскалом.

– Ой, заткнись там, развалина, – огрызнулся Лордерик, осторожно ощупывая вернувшееся на место ожерелье. – Не моя специальность вообще-то. Мне проще весь этот домик разнести, но вы ж не позволяете.

Зачарователь оружия, пощупав стену пару минут, недовольно заявил о своем бессилии, получив очередную насмешку от дворфа, после чего настал черед Альвиры.

– Ты не могла бы прокомментировать свои действия? – попросил вампир, выждав уже привычные пару минут ощупываний и осматриваний стены.

– Я пытаюсь найти сигнальные и защитные нити, чтобы потом разъединить их. Если у меня все получится, то ответной реакции уже не будет, и я смогу просто выжечь проход в стене, – ответила Альвира, продолжая сосредоточенно осматривать стену. Следующие пятнадцать минут прошли в попытках воплотить этот план в реальность, однако Мист по понятным причинам видел только сосредоточенное лицо девушки и ее слегка шевелящиеся губы. В это время вниз спустилась Мирия, проснувшаяся от грохота, и, удивленно оглядевшись, направилась к вампиру, дожевывая что-то на ходу. Кратко объяснив ей, что происходит, Мист повернулся к стене как раз вовремя, чтобы заметить начало процесса вырезания двери. Вначале перед девушкой появился огненный диск, а затем она раскрутила его и поднесла к стене. И та наконец поддалась. В месте прикосновения диска в ней появился глубокий разрез с оплавленными краями. Однако, стоило кругу обрисовать меньше половины воображаемого проема, как что-то пошло не так, и огненный диск полетел обратно в девушку. На этом ее попытка закончилась, тем более, что разрез, который был на стене, вновь зарос камнем, и только оплавленные комья выдавали место, где он раньше был.

– Сейчас бы подумать, что в такой защите не будет дублирования линий сил, недоучка, – в очередной раз посмеялся создатель этой чудо-защиты.

Впрочем, девушка проигнорировала слова дворфа. Ее взгляд зацепился за Мирию, которой она тут же улыбнулась и дружелюбно кивнула. Зверодевушка ответила тем же.

– Знаешь ее? – поинтересовался Мист, ожидая, пока с последнего мага снимут блокиратор.

– Да, познакомились в отряде. Мне она показалась… славной. Далеко не худший вариант, если решишь взять ее в роли мага, – ответила зверодевушка, проводив взглядом подругу.

Тем временем пришел черед Катора испытать свои силы. Именно от него вампир ожидал положительного результата – у него было много времени на раздумья и итоги предыдущих попыток перед глазами.

– Посвятишь меня в детали?

– Согласно моим наблюдениям, здесь действует сложная комбинация блоков оценки, поглощения, копирования и атаки, а также блок восстановления в роли поддержки. Когда мои коллеги атаковали стену, ей требовалось от трех до пяти секунд на то, чтобы вначале оценить угрозу, затем подключить блок поглощения, а потом воссоздать идентичную по силе атакующую способность и направить ее обратно. Сейчас я постараюсь аккуратно отключить систему восстановления, и если мне это удастся, можно будет просто атаковать стену двумя стихиями, просчитав необходимые тайминги и разницу силы атак, – подробно объяснил он свой план. Хаттор, слышавший это, сменил улыбку на прищур.

Танцы у стены продолжались почти полчаса, по истечении которых Катор устало заявил о будущем бездействии блоков восстановления, которых там оказалось целых три. Выполняя следующий пункт, он создал легкую огненную волну, которую отправил в стену. Ровно в момент, когда волна развернулась, он ударил в то же место ледяными снарядами, оставившими немалых размеров пробоины. Подождав около минуты, он убедился, что они не собираются затягиваться, и повторял этот фокус снова и снова. Наконец-то стена поддавалась, разваливаясь после каждой итерации, и вскоре можно было увидеть общие очертания прохода. Однако после седьмого по счету удара за считанные секунды стеной были созданы полсотни ледяных снарядов, которые отправились прямо в мага и разлетелись на кучу осколков, ударившись о его щит. После того, как пыль немного осела, все смогли увидеть, что разлом в стене вновь затянулся.

– Неудача, – сдержанно высказался Катор, а затем обратился к дворфу в ожерелье: – Сколько там всего блоков восстановления? Я ведь и так три заметил и отключил.

– Ты и до половины не дошел, ха! Еще учиться и учиться, – самодовольный вид дворфа явно выдавал его гордость за свое творение.

– Попытаться стоило, – все так же спокойно отреагировал Катор, отвернувшись от крикливого дворфа.

– Однозначно стоило, – подтвердил вампир, стоявший рядом. – Этого было вполне достаточно, чтобы увидеть разницу в нужных мне навыках. Есть возражения против работы на меня?

– Нет.

– Тогда добро пожаловать в отряд. Ожерелье уже не нужно, – вампир кивнул стражникам. – Ну, а дверь нам пусть ее создатель и открывает.

– Будь добр открыть дверь. И без глупостей, —голосом, от которого в помещении стало на несколько градусов холоднее, произнес Бреннор.

– Да пожалуйста, а то бы вы сто лет копались, дилетанты, – демонстративно буркнул Хаттор, позволяя снять с себя блокиратор. Через минуту стена разошлась в стороны, открывая проход в небольшую комнатку. Ожерелье тут же надели обратно, на что дворф только презрительно усмехнулся.

– Если там осталась активной хоть одна ловушка, ты лишишься головы прямо здесь, – предупредил бывшего товарища Бреннор.

– Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, мне охота лишний раз своих губить? Чисто там, хочешь – первый могу зайти, – с явной обидой в голосе произнес Хаттор.

– Я тебя принимаю за того, кем ты себя явил – предателя, – сквозь зубы процедил Бреннор. – И не рассказывай мне сказок, одну ловушку этажом выше я уже видел.

– Видел… Что ты там видел? Она была рассчитана на то, чтобы разрушить дом и погрести под землей мою коллекцию, а не навредить кому-то – пфф, да от тех взрывов любой недоучка защититься смог бы, – покачал головой дворф. – Впрочем, ты всегда был слеп как крот… Не вижу смысла заводить очередной спор.

– Вот и молчи, – бросил Бреннор, после чего скомандовал нескольким магам: – Обыщите. Все магическое – на проверку, а потом в сокровищницу.

– Боишься, что там все еще осталось что-то опасное? – поинтересовался Мист, глядя на то, как из комнаты выносят множество посохов, жезлов, статуэток и прочих артефактов, которые предатель не мог взять с собой. Архимаг кивнул.

– Хрена с два я поверю этому предателю. Он ведь и специализировался как раз на защите и ловушках, так что ожидать можно всякого: резаков, дисков, снарядов, шаров, провалов…

– Провалов – в смысле порталов, которые могут перенести тебя куда-нибудь на дно океана или наоборот дно перенести к тебе? – поинтересовался вампир, на всякий случай погладив одно из колец на пальце. Бреннор повернулся к нему с ошарашенными глазами.

– Чтоб меня, неужели у вас и такая магия существует?! Наши порталы вообще так не работают! Нет конечно, провал – это просто провал, замаскированный иллюзией.

– А-а, ну ладно, – пожал плечами вампир, решив больше не бросаться вслух предположениями. А то вдруг дворфа удар хватит, услышь он об оживающих трупах или о твоей же тени, пытающейся тебя задушить. И это далеко не самые страшные вещи, с которым вампиру приходилось сталкиваться.

Вскоре столы и шкафы в тайнике наполовину опустели, после чего внутрь зашел Бреннор, проводя последнюю проверку. Убедившись, что в комнате не осталось ничего, источавшего ману, дворф махнул вампиру, а сам пошел разбираться с артефактами. В тайнике Мист в итоге оказался в гордом одиночестве – Катор, словно порядочный телохранитель, остался ждать у входа, как, впрочем, и Мирия, которая предпочла разговор с подошедшей подругой разглядыванию всякого хлама. А последнего все еще было предостаточно: повсюду лежали ржавые мечи, помятые доспехи, треснувшие кувшины и амфоры, выцветшие картины и прочие осколки истории.

– Скромный личный музей, значит, – усмехнулся вампир, услышав за спиной шаги. – Так ты у нас еще и археолог?

– Смешно тебе, да? Тьфу! Ты такой же идиот, как и остальные. Который не понимает значения и ценность этих находок, – сплюнул приблизившийся Хаттор и печально осмотрелся. – Сколько же добра пропадет, когда меня не станет… А ведь я потратил на сбор этой коллекции многие годы своей жизни. Это было прекрасное время, когда я вместе со своими дворфами путешествовал по миру, иногда в компании людей, зверолюдей и даже демонов, которых все так боятся! Мы переходили через горы и пустыни, находили такие места, которые другим и не снились: заброшенные города, древние дворцы, бесконечные катакомбы, прекрасные оазисы… и много чего еще. И все это пошло псу под хвост после прихода на трон этого сумасбродного бастарда!

Дворф в очередной раз сплюнул, а затем с ненавистью покосился на вампира.

– Но тебе-то какое дело до моих бед, да? Ты-то у нас молодец – приперся сюда, предателей захватил, дом захапал и сидишь теперь, радуешься, пока тебе жопу целуют… Поглядел бы я, как король в итоге тебя использует, а потом выкинет за ненадобностью, но есть у меня идея получше… – усмехнулся дворф и резко дернулся назад, врезавшись плечом в стоявший рядом шкаф. Грустно хрустнув, полки обвалились, и на Хаттора посыпался дождь из древне выглядящих ножей. Однако ни один из них не причинил тому вреда – над головой дворфа держался небольшой кровавый барьер.

– Это, пожалуй, одна из самых слабых попыток самоубийства, которую я только видел, – покачал головой вампир. – На что ты рассчитывал?

Дворф уставился на барьер над головой, затем на ножи, разлетевшиеся по всей комнате, после чего перевел взгляд на вампира. И внезапно усмехнулся.

– Ты идиот… – успел произнести дворф, прежде чем все утонуло в ослепительно-белом свете. Раздалось несколько громких хлопков, а затем наступила неестественная тишина. Проморгавшись, полуоглушенный Бреннор оторопело уставился на огромные выжженные воронки, оставшиеся на месте тайника. В комнате не хватало пятерых.

ГЛАВА 7. СТРАННЫЕ УБЕЖДЕНИЯ И КОМАНДА МЕЧТЫ

23 Второго месяца тепла 3127 года, утро

Половица неприятно скрипнула. Крадущийся в темноте парень замер и с опаской посмотрел в сторону спальни. Однако его мать достаточно устала за день, и столь тихий звук не смог ее разбудить. Аккуратно прошмыгнув дальше, он тихо приоткрыл дверь и наконец оказался на улице. Магические фонари, круглосуточно освещавшие это вечно темное место, заставили его слегка прижмуриться – за те два часа, которые ему пришлось притворяться спящим, его глаза привыкли к темноте и теперь слезились. Постояв еще минуту на пороге своего дома, он решительно двинулся в сторону склада, где хранилось оружие и магические принадлежности со всей деревни. Обычно он просто брал там свой посох и один из тренировочных мечей, а затем отправлялся на расположенный по соседству магический полигон, но в этот раз у него были другие планы.

Парень по имени Дифус быстро шагал по хорошо знакомой дороге – он проделывал этот путь бесчисленное количество раз после того, как Детанавир, хороший знакомый его отца и один из лучших магов в деревне, сделал его своим учеником в возрасте семи лет. Причиной тому стали поразительные способности самого парня и просьба Лабифара, его отца, который, являясь магом весьма посредственным и, главное, осознавая это, опасался, что не сможет в полной мере раскрыть талант сына. Дифус хорошо помнил, как тогда он похлопал его по плечу, ободряюще произнес: «Из тебя выйдет отличный маг, сынок, даже получше твоего папаши!» и заразительно рассмеялся. А через два года его не стало. В свой последний день он возвращался домой с очередного дежурства на поверхности, а его мысли наверняка были только о том, чтобы обнять жену и сына, принять ванну, съесть домашний ужин и лечь спать – по крайней мере, именно так и происходило обычно. Но в тот раз судьба распорядилась иначе. Наблюдавший за его кремацией девятилетний мальчишка слышал, как многие называли его смерть несчастным случаем, но даже в тот момент Дифус знал, что это не так, и знал, кто должен за это ответить. Это знание он сохранял на протяжении следующих восьми лет, предшествовавших этой ночной вылазке, в течение которых он каждый день выкладывался по полной, обучаясь магии и фехтованию.

На подходе к складу он услышал громкие голоса, обсуждавшие что-то, связанное с магией полета. Осторожно выглянув из-за угла, парень увидел двух знакомых, которые как раз закрывали двери хранилища на магический замок. Он был не слишком сложным, но, поскольку магов в деревне было совсем немного, только они и староста со своим помощником могли его открыть. Подождав несколько минут и убедившись, что знакомые отправились домой, Дифус быстро проскочил на склад, потратив на замок всего пару секунд. Внутри сама собой зажглась магическая лампа, но юноша тут же потушил ее, взамен создав небольшой огненный шарик, и поскорее направился к большому сундуку. Тяжелая деревянная крышка поддалась с трудом, но парень все же смог ее поднять, после чего его взгляду предстала пара превосходных клинков. Странная, но весьма мощная магия пропитывала их, и именно ее юноша собирался обрушить на своих противников. Клинки оказались гораздо тяжелее привычного ему тренировочного меча, но он все-таки смог прицепить их к поясу, после чего двинулся к выходу на поверхность. Его путь проходил через заброшенную часть города, которую юный маг преодолел пешком, сберегая силы на будущее. Это заняло больше времени, чем он планировал, но к полудню парень уже выбрался из пещеры и стоял на берегу, вдыхая свежий морской воздух. От врагов его отделяла только полоса водной глади, пересечь которую помогла левитация.

Зависнув в воздухе над соседним островом, Дифус оглядел поселение орков, которых ненавидел все эти годы. Не став ждать, пока его заметят, он сосредоточился и создал несколько десятков огненных шаров, которыми запустил в пришвартованные у берега лодки – те сразу вспыхнули, лишив противников единственной возможности побега. Следом в ход пошел огненный град, отнявший у юноши много сил, но определенно стоивший того – теперь пылала большая часть деревни. Убогие деревянные хибары орков загорались словно спички, а из-за близости построек друг к другу огонь распространялся очень быстро. В воздухе завоняло горелыми шкурами, повсюду стали раздаваться крики на чужом языке. Юноша продолжил методично обстреливать поселение, не щадя никого – и остановился, только когда в него полетел десяток огненных шаров и ледяных глыб. Вовремя выставив щиты, он наконец заметил шамана и собирающихся вокруг него солдат, примитивные амулеты которых позволяли им не бояться огня. С трудом вытащив оружие из ножен, парень пару раз взмахнул им, привыкая к весу. Внезапно оно будто стало продолжением его руки – клинок, только что тянувший руку к земле, теперь ощущался гораздо легче и отзывчивее. Это придало Дифусу еще больше уверенности в победе, и, решительно сжав рукоять, он полетел прямо к шаману и солдатам – именно с этого момента начался настоящий бой.

* * *

22 Второго месяца тепла 3127 года, утро

После яркого света глазам вампира потребовалась пара секунд, чтобы привыкнуть к полной темноте, и только тогда Мист смог осмотреться. Он попал в небольшое помещение, где не было абсолютно ничего, кроме стен и двери. И дворфа. Хаттор, зажмурившись и сжав кулаки, неподвижно стоял напротив него, явно смирившись со своей судьбой. Еще раз осмотревшись, Мист на всякий случай послал импульс во все стороны, но больше не обнаружил никого живого в радиусе сотни метров. Покачав головой, вампир коснулся одного из колец и убрал с себя черный барьер, который рефлекторно успел активировать. Затем собрал остатки крови, висевшие в воздухе и передвинул их под потолок. И только тогда вернулся к нормальной скорости восприятия. После чего вздохнул и негромко пробормотал:

– Ну ты же говорил, что они так не работают…

Бреннор, впрочем, его не услышал.

Зато услышал Хаттор.

– Чего? Кто здесь? Ни хрена не вижу, – дворф принялся старательно моргать. – Неужто загробный мир существует? Чтоб меня…

– Не знаю, обрадует тебя это или расстроит, но ты жив.

Дворф дернулся от внезапного звука.

– Кто сказал?! Этот голос… – он несколько раз моргнул, после чего принялся недоуменно оглядываться по сторонам, пока не наткнулся на силуэт вампира. – Ты…

Мист спокойно наблюдал, как дворф набирает побольше воздуха в легкие, догадываясь, что последует дальше.

– ТЫ! ТЫ ДОЛБАННЫЙ ПОЛУДУРОК, КОТОРЫЙ ДАЖЕ УМЕРЕТЬ СПОКОЙНО НЕ МОЖЕТ! ИСПОГАНИЛ МНЕ ВСЕ ПЛАНЫ! БЕЗБОРОДЫЙ ЩЕНОК! ВЫКИДЫШ СВИНЬИ! СЫН ШЛЮХИ ПОДЗАБОРНОЙ! ДА ЧТОБ ТВОЮ МАМАШУ ГОБЛИНЫ ЕБЛИ! ЧТОБ ТЕБЕ С ТРОЛЛЕМ ВСТРЕТИТЬСЯ! ЧТОБ ТЫ УДАВИЛСЯ!..

Ругался дворф долго и со вкусом, несколько раз беря короткие паузы, чтобы восполнить запас воздуха. С каждым ругательством он приближался к вампиру, под конец своего монолога уже практически крича ему в лицо – практически, потому что разница в росте играла не в его пользу. Под конец он даже начал молотить по собеседнику кулаками, но они ударялись о тонкий кровавый барьер. Устав, Хаттор отступил назад, часто дыша.

– Что молчишь, падла? Опять какой-то свой фокус провернул, как с той ловушкой в доме?! Когда успел только, ирод! Даже убиться самому не дал! А ну, давай, добивай теперь! Один хрен повесят! Добивай, скотина, лучше так, чем обратно в тюрьму! – дворф, судя по эмоциям, наконец выплеснул большую часть гнева и вновь смирился со своей судьбой, после чего гордо выпятил грудь и уставился на вампира. Тот лениво почесал подбородок.

– Ну, во-первых – мы и так в тюрьме.

– Чего? – дворф, уже готовившийся к смерти, оказался сбитым с толку.

– А во-вторых, нас перенесли сюда не мои фокусы, а твои ножи, – Мист подтолкнул к собеседнику один из, как оказалось, артефактов, носком ботинка.

– Чего-о-о? – Хаттор прекратил удивленно озираться и уставился на кусок металла.

– Ты что, даже не знал, как они работают? – ехидно выгнул бровь вампир.

Дворф раздраженно выпучился на него.

– Заткнись! Это древние артефакты, в которых не то что линии или блоки, ману не разглядишь!

Откуда мне было знать! – Хаттор перевел рассерженный взгляд на нож. Нож никаких признаков раскаяния за свое естество не проявил.

– То есть, ты действительно решил использовать артефакты, даже не зная, как они работают, – на сей раз утвердительно произнес вампир и усмехнулся. – Умно.

–Да закройся ты уже, умник! – гаркнул дворф, раздраженно топнув. – Вот посмотрел бы я на тебя на моем месте! В прошлый раз оно вообще по-другому сработало…

– А что было в прошлый раз? – вампир с интересом наклонил голову, проигнорировав очередной выпад дворфа с той же легкостью, с которой опытный родитель игнорирует истерику неразумного ребенка.

Хаттор уже хотел было вновь ответить какую-то колкостью, но внезапно передумал. Вместо этого он сделал глубокий вдох, сложил руки на груди и пристально уставился на вампира.

– А чего я вообще с тобой разговариваю? Не скажу!

– Сколько там тебе лет? – Мист приподнял одну бровь. – Я точно не с ребенком разговариваю?

– Пха. Да сколько б ни было, с чего бы мне врагу помогать?!

– А мы враги?

– Э-э-э… – дворф недоуменно уставился на собеседника. – Слушай, ты чего, совсем дурной? А кто мы, по-твоему?

– Не знаю. По-моему, у нас просто было не слишком удачное знакомство, но врагом я тебя точно не считаю.

Хаттор с удивлением посмотрел на вампира.

– Поясни.

Вампир сел прямо на пол, подняв небольшую тучу пыли, после чего кивком указал на место перед собой. Дворф, поколебавшись, повторил за ним.

– Как это мы не враги? Я ж тебя пять минут назад убить пытался!

– В попытке избежать тюрьмы, в которую усадил тебя я.

– Да, но началось все с того, что я попытался тебя людям продать.

– Ну, бывает, – вампир слегка улыбнулся.

– Так, стоп, – дворф на секунду задумался. – Это что, я сейчас себя же по итогу виноватым и оставил?

Его собеседник улыбнулся чуть шире.

– Ага.

– Чего ты лыбу сразу тянешь? Тогда в любом случае получается, что сейчас, вроде как, твой ход, а ты тут добряка из себя строишь.

– Я никого не строю – просто действую согласно своим убеждениям.

– Какие-то странные у тебя убеждения.

– Какие есть. И это для тебя они странные. Мне вот кажется странным твое желание поскорее умереть, особенно теперь, когда ты, хоть и случайно, но все-таки успешно сбежал.

– Ага, в другую тюрьму, – дворф скривился, вновь осмотревшись.

– Тюрьма – понятие относительное. Для тебя, насколько я понял, тюрьмой было все дворфийское королевство, а вот из него ты как раз сбежал. Мы сейчас далеко за его пределами.

– Откуда знаешь?

– Я могу приблизительно чувствовать расстояние до своей крови. Та ее часть, которая осталась в Сторудном, находится очень далеко от того места, где мы сейчас.

– Кровь… ты ею хлам раскидывал, да и барьер тот… Слушай, а ты кто вообще такой?

Мист кратко пересказал дворфу все, что в свое время рассказывал Совету, после чего продемонстрировал пару простых фокусов вроде отрубания кисти и ее регенерации. Хаттор выглядел впечатленным.

– Чего только в мире не встретишь… ну, или в мирах, во вселенной в целом, то бишь, – он почесал затылок. – А на чем мы вообще остановились?

– На моем предложении сотрудничества.

Дворф вновь скрестил руки на груди и надолго задумался. Вампир ему не мешал и сидел совершенно спокойно, лишь пару раз покосившись куда-то в сторону.

– Хм… Хм… Хм… Знаешь, что? – Хаттор сделал паузу. – Даже если забыть про наши разногласия, ты мне один хрен не нравишься. Жопой чую, что ты скотина вредная, хоть и прикидываешься добряком. Но коли есть шанс отсюда выбраться и зажить по-хорошему – я его терять не буду! Так что если ты на меня зла не держишь… – дворф протянул вампиру руку и представился по старой дворфийской традиции. – Хаттор мое имя, и да впредь знакомы будем!

– Мисткольд мое имя, и да сохраним же в памяти этот момент! – ответил вампир и они пожали руки. Дворф выглядел удивленным.

– А ты-то откуда это знаешь, Мисткольд?

– В книгах прочитал. И, кстати, Хаттор, я предпочитаю сокращенное Мист.

– Мист так Мист… Как выбираться-то будем, Мист? Есть идеи? А то я здесь даже без амулета этого был бы бесполезен – маны вообще нет. Видать, собиратели стоят.

– То есть, доступа к мане можно лишить не только одного мага, но и целую комнату, например? – поинтересовался вампир.

Дворф утвердительно кивнул.

– И не только комнату. Можно хоть всю тюрьму, если правильно спланировать и ресурсов хватает. Так что, идеи-то есть?

– Ну, для начала можно попробовать пойти по пути наименьшего сопротивления и взломать замок, – Мист решительно направился к массивной металлической двери. Дворф потопал за ним.

– А ты и это, значит, умеешь?

– Я много чего умею, – усмехнулся вампир, но внезапно остановился, не дойдя до двери пару шагов. – О-о? Занятно… А ну-ка глянь, тебе ничего не кажется странным?

Недоумевая, Хаттор вышел вперед и присмотрелся к двери. Затем обвел взглядом остальную комнату. Брови дворфа поползи вверх.

– Ты гляди… Стены все потрескались, а дверь как новенькая. Даже царапин нет. Замочной скважины, кстати, тоже. Я бы сказал, что тут точно замешана магия, да только ни капли оной не видно. Точно также, как…

–… С ножами, ага, – закончил фразу вампир. – Ладно, долго гадать нет смысла, давай проверим.

Оба «заключенных» отошли подальше от двери, после чего рядом с вампиром сформировалась еще одна рука. Приготовившись активировать защиту, он направил лишнюю конечность к двери… после чего с легким удивлением пронаблюдал за тем, как она превратилась в самый натуральный фарш, не долетев до поверхности металла где-то полтора сантиметра.

– Чтоб меня! – пораженно выдохнул дворф. – Вот так бы потянулся постучать – и без руки остался бы. Бр-р-р.

– Занятно… – Мист бросил в дверь еще несколько камешков, от которых осталась только пыль, после чего пожал плечами. – Ну, нет так нет. Значит, выйдем по другому.

Прикрыв себя и дворфа полупрозрачным кровавым барьером, вампир запустил четыре кровавых лезвия в две стены – в ту, где была дверь, и противоположную ей. Древние стены, в отличии от дверей, защищены почему-то не были, а потому развалились после первого же удара, подняв тучу пыли. За одной из них оказалась такая же темная пустота, а вот за другой была твердая порода.

– Походу, нас закинуло на самый край этой тюрьмы, – прокомментировал результат дворф. – И еще, мы, видимо, в середине какой-то горы.

Перебравшись через завал, Мист и Хаттор медленно пошли по неосвещенному длинному коридору, внимательно осматриваясь по сторонам. Впрочем, ничего особо интересного им не встретилось, а сам коридор при этом казался поистине бесконечным – с обеих сторон тянулись одинаковые ряды камер с идеальными на вид дверями, свойства которых им уже были известны. В один момент шагавший первым вампир резко остановился. Дворф, по инерции пройдя еще пару шагов, поспешил вернуться к напарнику.

– Что такое? Опасность?

– Нет, просто мы прошли полкруга, дальше нет смысла идти – вернемся к нашей же камере.

– Это ты как определил?

– Я оставил там метку, и сейчас, если повернуться к этой стене, она находится ровно напротив. Так что вся эта тюрьма в форме огромного круга.

– Вона как… И ни одна из дверей, которые мы видели, не отличалась от других, значит, скорее всего, если проход и есть, он замаскирован под камеру.

– Мне тоже так кажется, – кивнул вампир.

– Силенок на еще несколько стен хватит? – дворф вопросительно посмотрел на него. Мист хмыкнул.

– Хватит. Просто не хотелось сразу архитектуру портить. Но раз других вариантов нет… Стань сзади.

Дворф быстро зашел ему за спину, и вокруг обоих снова образовался кровавый кокон. После этого вампир разрушил стену. А затем еще одну. И еще. После пятнадцатой он остановился, снова оказавшись в темном коридоре.

– Что, уже выход? – дворф выглянул у него из-за спины.

– Нет, просто нужно остальных забрать.

– В смысле? Кого это – остальных? – Хаттор удивленно посмотрел на вампира.

– Вместе с нами переместились Мирия, Альвира и Катор – только на них сработали другие порталы, так что они оказались в других камерах.

– А это-то ты откуда знаешь? – вновь удивился дворф. – На них тоже были твои метки?

– Угу. Я всех знакомых ими обозначаю – чтобы всегда можно было найти. Капля крови и готово, чувствую практически на любом расстоянии, – пожав плечами, ответил Мист. Через несколько минут ходьбы они услышали приглушенный разговор впереди.

–…шаги. Только их почему-то слишком много для одного. У тебя кинжал при себе?

– Да, но маг с оружием в руках такое себе зрелище, так что лучше не рассчитывай…

– Мирия, Альвира, давно не виделись, – вампир повысил голос и обратился к ближайшей стене.

Девушки облегченно выдохнули. Вампир скомандовал им отойти на другой конец камеры и привычным способом проделал выход. Немного подождав, пока пыль усядется, обе девушки осторожно вышли в коридор. Мирия вела Альвиру за руку, подсказывая ей, где препятствия.

– Так что вообще произошло? – поинтересовалась зверодевушка, переводя взгляд с вампир на дворфа. После того, как Мист кратко изложил события, взгляд, адресованный Хаттору, стал явно враждебным.

– Тогда какого хрена он здесь делает? – Мирия раздраженно уставилась на дворфа. Тот прищурился в ответ и скрестил руки на груди. Вампир громко кашлянул, останавливая готовую разразиться перепалку.

–У нас с ним перемирие. Так что никаких драк. Постойте пока здесь, я за Катором схожу.

Дворф со зверодевушкой посмотрели вслед удаляющемуся вампиру, после чего встретились взглядами. Почти одновременно скривившись, оба молча отвернулись. Мирия описывала подруге коридор, а Хаттор просто прохаживался, скрестив руки на груди. Издали донесся гулкий звук разрушения очередной стены, который с интервалами повторялся несколько раз, а через некоторое время Мист вернулся вместе с Катором, которого он поддерживал за плечо и направлял словами. Сумка вампира заметно оттопыривалась.

– Чудесно, теперь мы все в сборе, – прокомментировал Мист, осмотрев свой отряд. – Просто команда мечты.

– Пфф. Я бы предпочла, чтобы нас было на одного меньше, – бросила в сторону Мирия.

– А я бы предпочел, чтобы при переносе с нами отправилась твоя лучшая половина – та, губы которой всегда молчат, – не остался в долгу дворф.

– Так, а ну, потише там, – Мист снова махнул рукой, привлекая к себе внимание. – Хаттор, о своих предпочтениях расскажешь как-нибудь в другой раз. Мирия, тебе вообще какая разница? Просто считай, что я захотел отправиться в путешествие пораньше.

– Путешествие обычно начинается с подготовки, а не с внезапной телепортации в заброшенную тюрьму…

– Согласен, путешествие вышло внеплановым, однако то, как оно пройдет, зависит только от нас, так что относись к этому попроще. К тому же что тебя с Альвирой, что Катора задело только по моей вине – не поставь я щит, ножи бы так не разлетелись, – вампир спокойно признался в этом, надеясь закончить спор, однако Мирия быстро нашла логичное возражение.

– Да, но если бы он их не сбросил…

–…то в скором времени отправился бы к праотцам, поскольку его бы казнили за предательство. Если бы не твои навыки и раса, ты бы тоже могла оказаться в тюрьме и быть в частично схожей ситуации.

На этот раз зверодевушка замолчала и призадумалась. По ее лицу было заметно, что ей не слишком хочется признавать правоту вампира, но отрицать сказанное им тоже не получалось.

– А она что, тоже была в том отряде? – внезапно влез Хаттор, удивив всех. Вампир приподнял одну бровь.

– В одиночке сидел?

Дворф утвердительно буркнул.

– Понятно. Да, была, но сейчас это уже не важно. Мирия, есть что сейчас ответить?

– Нет, – недовольно буркнула девушка. – Пока не сообразила, почему именно, но он все равно мудак.

– Сама не лучше, – фыркнул дворф.

– Закончили? – вампир вопросительно посмотрел на спорщиков. Оба молча кивнули. – Чудесно.

– А что у тебя в сумке? – Мирия предпочла сменить тему.

– Обломок жала пустынного марду.

– Кого?! – одновременно произнесли все те же дворф и зверодевушка. Только если вторая спросила это с праздным любопытством, первый явно удивился услышанному.

– «Пустынный марду – это такая зверюга, с которой вам лучше никогда не встречаться. Огромная тварь с двумя длинными хвостами с ядовитым жалом на конце каждого, восемью лапами, шестнадцатью глазами и почти непробиваемым панцирем. Скотина эта любит зарываться под песок и неожиданно нападать, ввиду своих размеров убивая пяток людей еще до того, как кто-то успеет сообразить магический щит. Место обитания – пустыня под названием «Кладбище Магов», так что ежели хотите остаться в живых – не суйтесь туда!» – достав из сумки небольшую книжечку, прочитал вслух Мист, после чего продемонстрировал полукилограммовый обломок, широкая часть которого была обожжена.

Посмотрев на него, дворф задумчиво погладил бороду.

– Вона оно как вышло… Не, ну, теперь-то, в принципе, логично все выходит… Сколько раз мне потом кошмары снились из-за этой зверюги, а теперь от нее остался только труп, а я-то все еще жив, ха!.. – бубнил себе под нос дворф, несколько забывшись. Вампир легонько похлопал его по плечу, после чего тот пришел в себя, но бороду гладить не перестал.

– Знакомая вещица? – Мист поднес к дворфу жало.

– Знакомая, знакомая… Виделся с ее владельцем, часть трупа которого ты и нашел, ха! Так, убери уже эту дрянь, – он нервно махнул рукой. – А то опять сниться будет. В общем, лет восемьдесят назад ходил я в экспедицию на юго-восток, как раз через «Кладбище магов» это треклятое. Туда, уж не знаю каким чудом, дошли спокойно, и даже нашли несколько заброшенных дозорных башен, что, прямо-таки сказать, было отличнейшим уловом. В одной из них, кстати, ножики я и подобрал. А вот на обратном пути удача развернулась на все сто восемьдесят, и явно решила показать нам свою жирную жопу – во время стоянки напал на нас этот гребаный марду. Четверых убил первой же атакой, выскочив из-под песка, а одно его жало пронеслось так близко к моей бороде, что я потом еще два года от кошмаров страдал. Ну, а в я тот момент как раз то ли чистил, то ли перебирал их, не помню – в общем, ножи под рукой оказались и я одним в зверюгу и запустил. Он у него в пасти пропал, а потом… секунда прошла, вспышка – и от марду только лапы и остались, тело как будто выжгло. Тогда-то я и подумал, что магия в них боевая, и только сегодня узнал, что это такой принудительный, мать его, телепорт.

Дворф сделал небольшую паузу, после чего посмотрел на обломок в руке у вампира.

– Ты поаккуратнее с ним, вдруг там яд еще остался.

– Животные яды обычно долго не хранятся.

– Так-то оно да, но всякое бывает…

– К тому же я проверил, – прервал дворфа Мист.

– Как?

– Поцарапал себя кончиком жала – ничего не произошло.

– Зачем? Это же глупо! Вы могли умереть, – удивилась Альвира.

– У него есть регенерация, – почти в унисон ответили ей Мирия, Хаттор и даже Катор, который сам об этом узнал всего пару минут назад.

– Э-э-э, ну ладно… – только и смогла ответить девушка.

– И, кстати, обойдемся без «вы» – можешь звать меня просто по имени, – добавил вампир.

– Как скажете… скажешь, Мист. А мы долго еще будем здесь стоять?

– Если больше нет желающих поспорить или поделиться историей – недолго.

Желающих не нашлось – всем хотелось поскорее выбраться хоть куда-нибудь, где есть свет. Даже дворфа и зверодевушку, обладавших ночным зрением, такая обстановка угнетала, что уж говорить про двух людей, которым приходилось полностью полагаться на товарищей.

Вампир вполне успешно справлялся с ролью тарана еще двадцать пять раз, а потом стены внезапно закончились. Тут же всем пришлось срочно зажимать носы, поскольку вонь стояла неимоверная. Пока остальные прикрывались рукавами и старались поменьше дышать, Мист уменьшил чувствительность своего обоняния и спокойно осмотрелся. Новой локацией оказался уже не темный коридор, а темное открытое пространство с огромной кучей мусора посередине, расползавшейся во все стороны. В ней копошилось множество насекомых, а также несколько десятков крупных серых крыс размером с таксу, которые тут же обратили на гостей свое внимание. С громким писком они бросились к ним, очевидно, надеясь поживиться чем-нибудь, кроме падали.

Мирия отпустила руки магов и схватилась за свои клинки, но, прежде чем она успела их достать, в голову каждой из крыс вонзилось по короткому дротику темно-красного цвета. Еще дюжина разлетелась по углам, и, в конечном итоге, осталось только три источника звука – последняя живая крыса, которой дротик попал в хвост, пригвоздив к полу, матерящийся дворф и Альвира, которая визгливым голосом бесконечно повторяла: «Убейте их! Убейте их! Убейте их!», зажимая уши.

– Уже убил, не бойся, – попытался успокоить ее вампир.

– Я все еще слышу писк, значит, часть осталась жива! Убейте их! – нервно произнесла девушка, заметно подрагивая. Мист создал над последней крысой купол из крови, заглушивший ее, и кивнул Мирии, которая, взяв испуганную подругу за руку, повела ее назад сквозь проход в стене. Воздух там тоже сложно было назвать свежим, скорее, он был затхлым, но, по крайней мере, рвотных рефлексов уже не вызывал и девушка могла нормально отдышаться. Зверодевушка поглаживала ее по плечу, не отпуская при этом руку.

Мист в это время подтянул к себе последнюю живую крысу и, подняв ее с помощью кровавого захвата в воздух, внимательно осмотрел.

– И что ты с этой дрянью возишься? – скривился в отвращении дворф.

– В моем мире они поменьше. К тому же вдруг эти тоже могут огнем плеваться или еще что, – вампир раскачивал крысу из стороны в сторону. Та только пыталась извиваться, но никаких интересных способностей не проявляла. Услышав шаги возвращающихся девушек, вампир быстро дал крысе укусить себя за ладонь, после чего свернул ей шею и вытянул из этого трупа кровь, как прежде сделал это со всеми остальными.

– Ты точно ненормальный, – прокомментировал увиденное дворф, рефлекторно вздрогнув, когда зубы крысы вонзились в плоть.

– Я просто проверял, что за дрянь можно получить за один укус такого вот экземпляра, – пожал плечами вампир. – Заодно записал информацию о ней в свою иммунологическую память.

– Имму… чего? Куда ты там ее записал? – дворф попытался повторить слово, прозвучавшее на чужом языке, но не слишком преуспел.

– Когда меня в следующий раз укусят, мой организм справится с последствиями еще быстрее, – решив не вдаваться сейчас в биологические подробности, ответил вампир.

– Вона как… – задумчиво почесал бороду дворф. Катор, стоявший рядом с ним, тоже постарался запомнить услышанное. В свое время он с огромным интересом изучал обрывочную информацию о порталах в другие миры и о тех, кого они приносят, заметив, какое колоссальное влияние они оказывают на историю. Оказавшись же волею судьбы так близко к чужаку, он с любопытством наблюдал за всеми его действиями.

В это время вернулись девушки, уже привычно закрывающие носы рукавами. Полностью успокоившаяся Альвира посчитала нужным извиниться за свое поведение, которое она сама назвала «отвратительно непрофессиональным».

– У каждого есть свои страхи, – ответил Катор и похлопал ее по плечу, на пару секунд опередив вампира, собиравшегося сказать те же слова. Мист просто согласился с ним, как и дворф, который, к удивлению Мирии, уже готовившейся его затыкать, даже не стал ехидничать.

– Оу, спасибо, – Альвира неловко переступила с ноги на ногу, явно не ожидав такой поддержки. – Обычно я бы просто спокойно сожгла их, но тут, без магии, сорвалась. С детства ненавижу этих тварей, и на вид отвратительные создания, и звучат так же. Давайте поскорее убираться отсюда.

С последним предложением были согласны все, и взоры обратились на немалых размеров дыру в потолке. Туннель уходил наверх на сотню метров, и именно через него сюда попадал весь мусор, что могло значить только одно – наверху отряд ждала встреча с живыми существами.

– Без полета не выбраться, – протянул дворф. Мирия сразу же обернулась к вампиру.

– Когда у меня была нога сломана, ты тогда платформу создавал. Можешь…

– Могу, – вампир не стал дожидаться конца фразы. Кровь рядом с ним образовала круг диаметром в три метра, на который первой зашла зверодевушка. За ней последовали маги и Хаттор, который, прежде чем зайти на платформу, немного попинал ее, убеждаясь в прочности. Мист ступил на нее последним, создав со всех сторон решетчатые поручни, за которые было удобно держаться.

– Советую задержать дыхание, нам пролетать прямо над эпицентром кучи, – предупредил вампир. Платформа медленно взлетела повыше, а затем резко набрала скорость и, достаточно быстро миновав смрадный участок, оказалась в туннеле. Когда до выхода осталось совсем немного, Мист слегка сбросил скорость и, сформировав впереди внешний глаз, быстро осмотрел окрестности. К счастью, снаружи их никто не поджидал, но посмотреть было на что.

Выход из туннеля ознаменовался всеобщим громким вдохом чистого воздуха – здесь запаха помойки уже практически не ощущалось. Вампир поднял платформу повыше, не долетев десятка метров до потолка.

Взорам путешественников предстала гигантская пещера, размеры которой в десяток раз превышали ту, что располагалась около Сторудного. Невдалеке виднелся подземный город, архитектура которого одним своим видом навевала уныние – перед отрядом оказалось древнее поселение дворфов. Большая его часть была абсолютно заброшена и покоилась в темноте. Многие здания были уничтожены, а огромные каменные глыбы, некогда бывшие частью потолка пещеры, не оставляли вопросов о причинах такой разрухи. И только один район кардинально отличался.

Юго-западная часть города была оккупирована людьми и ими же весьма облагорожена. Не было ни одного разрушенного здания. Система магических светильников круглосуточно защищала людей от наступающей со всех сторон темноты. На домах виднелись попытки их украшательства и банальная нумерация, а по улицам неспешно шагали прохожие. Прямо около выхода из города располагались засеянные поля, на которых был чистый чернозем, так резко бросавшийся в глаза в каменистой пещере, а от протекавшего вдалеке источника прямо по воздуху к ним шла простенькая оросительная система, значительно облегчавшая жизнь обычным фермерам. В стороне дети пасли несколько крупных ватаг пухлых четверолапых существ размером с крупную собаку, на поверку оказавшихся гигантскими кроликами с купированными ушами и тонкими длинными хвостами. Соседство им составляли более узнаваемые козы – которые, впрочем, тоже заметно отличались от привычных вампиру – и сарлаги, которых, однако, было всего одно стадо.

Увидев эту картину, каждый член отряда подумал о своем – в частности, дворф загорелся желанием рассмотреть руины, зверодевушка вспомнила, что с завтрака прошло уже достаточно много времени, а в мыслях вампира промелькнуло что-то про коэффициент развития. Внимание магов же было поглощено другим фактом.

– С радостью могу сообщить, что здесь есть доступ к мане, – озвучил этот факт Катор. Альвира кивком подтвердила его слова, как и Хаттор, который, наконец, оторвался от созерцания руин и теперь внимательно рассматривал потолок пещеры. Что там было такого интересного, вампир не понял, но спрашивать лишний раз не стал.

– Выходит, зона без магии была создана специально для той тюрьмы, куда нас телепортировало. Тюрьма специально для магов, значит… – Мист о чем-то задумался. – Впрочем, это сейчас не слишком важно. Катор, без команды не колдуй пока что.

– Понял. А мы пойдем с ними на контакт или будем скрываться? – поинтересовался маг в ответ.

– Может, мы сможем узнать у них, где мы, – предположила Альвира, с надеждой смотря на освещенные улицы.

– А может, даже и провизией закупиться, – плотоядно прищурившись, сказала Мирия, пытаясь получше рассмотреть животных на полях.

– Вы сначала убедите их, что нас не стоит убивать, – остудил их пыл дворф. – Гляньте на их быт – устаревшие технологии, сильный упор на магию и полное самообеспечение – налицо явное отсутствие контактов с внешним миром. Судя по сероватому цвету кожи, они давно не выходят на солнце – пару поколений минимум. Это какая-то резервация, может, пленники или беженцы, но в любом случае, гостям они не обрадуются. Так что тут как бы не получить на орехи от их магов. К тому же чем ты собралась с ними расплачиваться за продукты? Жопой? Сильно сомневаюсь, что у нас найдется хоть грамм золота, а даже если бы и нашлось, совсем не факт, что они бы его приняли. Я бы ставил на то, что у них в ходу вообще бартер.

Опыт явно давал о себе знать, и Хаттор наглядно продемонстрировал, о чем прежде всего стоит думать путешественнику, когда он видит чужое поселение в неизвестных землях. Мист в своих заключения был полностью солидарен с дворфом, но подозревал, что тот планирует как-то обернуть ситуацию в свою пользу. Решив не участвовать в быстро разгоревшемся высокоинтеллектуальном споре о том, чем, кому и в каких позах лучше всего расплачиваться, вампир отделился от группы, подлетел чуть ближе к городу и прислушался. К его счастью – он не хотел залезать кому-то в голову на виду у остальных – местные болтали на общем, пусть и изрядно устаревшем.

Вернувшись к своим спутникам, вампир коротко обсудил правила поведения, после чего опустил всех прямо на дорогу, ведущую к городу. Не обращая внимания на обеспокоенных фермеров, провожавших их взглядами, отряд прогулочным шагом направлялся ко входу в город, где их уже поджидала собравшаяся толпа.

ГЛАВА 8. ВОЛБЕРЫ, ОРКИ И МОДА НА «ШЛЯПЫ»

22 Второго месяцa тепла 3127 года, полдень

– Люди… Гляди, и правда люди!

– Благость-то какая! Хоть не орки…

– Но как они сюда попали…

– Брат, брат, а тот, что в черном, аж четыре меча нацепил…

– A девиц видели? С оружием ходють…

– Чет худые, видать, голодают…

– Уши, ты смотри, уши!

– Та шо тебе уши, ты смотри, один вообще словно смоль…

– А другой, ты глянь – ростом с дитя, а мордой со старца…

– Да он просто мелкий, карлик, небось…

– И что им тут надобно?..

– Пущай староста узнает…

Жители подземного города шумели на все лады, обсуждая чужаков, которые сейчас молча стояли напротив них. Спустя несколько минут из ворот появился пожилой седовласый мужчина в сопровождении десятка человек с посохами в одной руке и мечами в другой. При виде этой процессии толпа сразу же расступилась, и деревенский староста вместе с магами вышел вперед. Что-то сказав своему помощнику, он медленно пошел в сторону незнакомцев. В свою очередь Мист вышел ему навстречу, демонстрируя спокойную улыбку.

– Здравия вам желаю, путники. Мое имя Геронт, я есмь избранный староста сего поселения, – первым заговорил старик, внимательно разглядывая собеседника. При звуках его голоса толпа притихла. – Узнать хотелось бы нам, как попали вы в сии края и какие цели преследуете?

– Здравствуйте, господин Геронт. Мое имя Мист, я – лидер этого небольшого отряда, – вампир четко произносил слова и спокойно смотрел в глаза собеседнику. – Мы оказались здесь по чистой случайности – нас перенесло сюда с помощью заклинания телепортации. Собственно, мы даже не знаем, где это «здесь» находится, а также не имеем запаса провизии и места для сна. Увидев город, мы подумали, что сможем найти здесь помощь в решении всех этих проблем.

– Прежде не доводилось мне слыхивать о заклинаниях, людей неведомо куда переносящих, но я и не особо осведомлен в магии. Так что оставлю слова ваши на вашей совести и подвергать их сомненью не стану. Что же до ваших бед – думаю, о них нам с вами надобно обстоятельно потолковать. Посему приглашаю вас и ваших товарищей быть моими гостями. Только прошенье имею – оружие при входе надобно сдать, негоже чужака с ним по улицам ходить.

Геронт выжидающе уставился на вампира. Тот пожал плечами.

– Если не хочешь ссориться с хозяином – традиции его дома нужно уважать. Я не против расстаться с оружием, если вы сможете гарантировать его сохранность, – Мист вернул вопросительный взгляд старосте.

– Разумеется. Ворья средь нас не имеется, так что скарб ваш вы получите обратно, когда прощаться будем, – поспешил заверить тот.

– Тогда не вижу в этот никаких проблем.

Подозвав остальных, вампир снял с себя обе пары клинков и перевязь с метательными ножами, после чего передал их одному из магов. Следом настал черед клинков Мирии, кинжала Альвиры и нескольких ножей Катора, который честно достал последний из голенища сапога. Хаттор, заметив на себе взгляд вампира, только слегка скривился и пожал плечами – в отличие от остальных пленных магов, у которых дворфы забирали только магические артефакты, его обыскивали невероятно тщательно, в итоге оставив только одежду.

Когда оружие унесли, Геронт быстро разогнал толпу, и отряд, сопровождаемый уже меньшим количеством магов, спокойно дошел до дома старосты. На пороге его встретила жена, из-за спины которой выглядывало двое детей лет десяти. Коротко объяснив ситуацию, староста отправил домочадцев прогуляться и провел путников в самую большую комнату в доме – гостиную. Выглядела она пустовато – несмотря на все попытки хозяев, не так-то просто было заполнить все пространство, свойственное домам дворфов. Охрана уселась на небольшие деревянные табуретки, предварительно перетащив их к двери, а гости – на длинные лавки, разделенные столом. По легким дефектам можно было понять, что вся мебель была изготовлена вручную. Староста налил всем по чашке какого-то травяного напитка и только после этого завязал разговор.

– Ну, теперь можно и потолковать, – Геронт немного пригубил напиток, предварительно подув на него. – Так вот, насчет прошений ваших. Место для сна я вам выделю, свободных домов у нас хватает. Снедью тоже обеспечу, но ее придется отработать, ибо злата, серебра иль других побрякушек нам не надобно. А вот по поводу того, где мы сейчас есть… ну, деревенька наша, когда она еще на поверхности находилась, звалась так же, как и весь остров – Берленд. А остров сей был частью империи Вальд, и это, в общем-то, все, что я знаю, – он беспомощно развел руками.

– Вальд? Хм, к сожалению, я не слышал о такой империи, но, возможно, кто-то из моих спутников знает, где это? – вампир переадресовал вопрос, про себя жалея, что так и не удосужился выпросить у дворфов хорошую карту. Впрочем, из остальной четверки призадумался один только Хаттор, по привычке начавший бубнить себе под нос – остальные также слышали это название первый раз.

– Вальд, Вальд, когда-то что-то я слышал… Если память мне не изменяет, лет этак сто восемьдесят назад был резкий приток вальдских монет в обороте у нескольких людских государств. Я тогда еще у отца помощником работал, а он как раз торговал чуть ли не с половиной континента. И случилось это в связи с… в связи… с наплывом беженцев, точно! Все, вспомнил наконец! – дворф несильно хлопнул по столу, когда ему удалось собрать воедино отрывистые воспоминания. – Вальдская империя была разрушена почти двести лет назад, после того, как они проворонили свою столицу в войне с дикарями, пришедшими откуда-то с востока. Сейчас большая часть их территорий должна быть заселена орками, троллями и еще черт знает какой поганью, которая могла набежать за это время, – уверенно закончил Хаттор, словно лекцию прочитал. Внезапно до него дошло.

– Вот же дерьмище!.. – дворф даже выдохнул от накативших чувств. – Так это ж мы, выходит, на дикие земли попали! Едрить твоих сарлагов… Отсюда к знакомым местам даже напрямик были бы месяцы пути, но прямого пути нет, а обходной и годы занять может…

– Интересно, из-за кого же мы оказались в этой ситуации… – прищурившись, ядовито прошипела Мирия. Ее антипатия к дворфу увеличилась еще на пару пунктов.

– Тихо! Мы можем обсудить это позже, – вампиру вновь пришлось шикнуть на зверодевушку, после чего он перевел взгляд на старосту. – Вы, я так понимаю, о развале империи не знали?

– Знать не знал, – пожав плечами, ответил он. – Но догадывался. Хоть это и не так важно.

– А как вообще так получилось, что вы оказались в руинах дворфского города без каких-либо связей с внешним миром? – прямо поинтересовался Мист, уже догадываясь об ответе.

Триста сорок лет назад южное побережье представляло собой россыпь карликовых королевств, едва ли не третья часть которые фактически выросла из рыбацких деревушек. Существовало лишь три королевства, размеры которых действительно позволяли им так называться – Геленкайт на западе, Дритфинд на востоке, и Вальд, располагавшееся в самом центре региона. С приходом на Вальдийский трон Эрбера Третьего центральное королевство первым начало процесс подчинения соседних территорий, значительно опередив в этом конкурентов. К тому моменту, когда они в открытую выступили против такой политики, разросшемуся захватчику хватило сил на усмирение, а позже и захват обоих инициаторов войны. После этого уже больше восьмидесяти процентов региона принадлежало одному государству, и вскоре оно стало называться империей.

Двести десять лет назад на трон взошел внук Эрбера Третьего – Аскензар Второй, который за тридцать лет своего правления завершил начатое его дедом объединение. По итогу, сто восемьдесят лет назад империя Вальд представляла собой огромное государство, простиравшееся на тысячи километров и занимавшее все южное побережье. В ее владении были горы, леса, степи и обширные морские просторы с россыпью островов на них.

В 2948 году от появления Богов-Драконов империя успела отпраздновать годовщину с момента полного объединения и готовилась к двухлетию этой даты. Но планы были нарушены – совершенно внезапно откуда-то с востока на лодках прибыли десятки, а то и сотни тысяч орков – точного количества не знал никто. Великая Оркская Орда, а именно так себя называли захватчики, мгновенно оккупировала всю восточную часть региона, разом откусив от империи немалый кусок. Началась одна из самых масштабных и кровопролитных войн того столетия, продлившаяся в итоге без малого три года. Что способствовало тому больше всего – размеры армии нападающих, повышенная выносливость их воинов и магов, внезапность нападения или внутренние раздоры, в числе которых было предательство совсем недавно вошедших в состав империи западных королевств – историки спорят до сих пор, но, в конечном итоге, император Аскензар Второй был убит во время штурма столицы, а империя Вальд была разрушена.

На самом западном из островов теперь уже бывшей империи в то время располагалась мирная деревушка под названием Берленд, которая практически ничем не отличалась от таких же неприметных поселений, расположенных на других островах. Ее жители знали о идущей войне, но не знали о поражении в ней, поэтому, когда на соседних островах появились незваные зеленокожие гости с оружием в руках – это вызвало у них шок. Две деревни на Песочном острове оказались вырезаны почти полностью и лишь редкие беженцы смогли доплыть до других островов. После прибытия нескольких из них в Берленд его жителей охватила паника – приблизительное количество напавших на соседнюю деревню даже по самым скромным подсчетам было втрое больше, чем количество деревенских, включая стариков, женщин и детей. Мысль о борьбе была отброшена сразу, как и мысль о бегстве, поэтому оставался только один вариант – спрятаться и переждать. Именно в этот момент один из местных охотников вспомнил про почти незаметную пещеру, которую ему когда-то показал отец. Отправившиеся вместе с ним на разведку трое магов вернулись назад с горящими глазами и обрадовали всех потрясающей новостью – в пещере они обнаружили скрытый магией тайный проход, который вывел их в подземный город. Пока орки пировали на соседних островах, местные, не покладая рук и не смыкая глаз по ночам, переносили свою деревню на новое место буквально по дощечкам. Трое магов, заливаясь невероятным количеством эликсиров, которые лишь убирали симптомы и боль, но не тяжелые раны от перенапряжения, смогли в рекордные сроки переместить не только древесину и припасы, но даже плодородную землю и часть местного озера под гору, обеспечив своих соотечественников пахотными угодьями и питьевой водой на несколько лет, которых, по их мнению, хватило бы империи, чтобы разобраться с захватчиками. Однако эти герои, скромный памятник которым сейчас стоит на одной из улиц подземного города, не знали, что в это время империя уже пала, а значит, врагов прогонять будет некому. Годы растянулись на десятилетия, а те – на столетия. Благодаря усилиям все тех же магов, а затем и их потомков, в свое время были обустроены дома, восстановлено освещение, найден источник и созданы оросительные и водопроводные системы, а жители, пусть с трудом да ограничениями, но сумели наладить быт, поэтому все эти годы они просто жили под землей, совершенно не торопясь возвращаться на поверхность и прекрасно зная о поджидающей там угрозе.

– То есть, за сто восемьдесят лет вы ни разу не были на поверхности? – удивленно спросил Катор, выслушав рассказ старосты. – Ни разу не видели солнца?

– Да нет, что вы! Видели, конечно, хоть и не часто. На поверхность наши добытчики выходят регулярно, да только вот ночью, а не днем. И даже в такое время дозорные не раз замечали лодки с орками, плавающие между берегом и другими островами. Приходится все делать тихо. Благо, на этом острове орки селиться не стали, а то совсем бы тяжко было. За всю мою бытность старостой лишь три оказии случалось, когда они нас замечали, но, благодаря магам, нам удавалось отряды супостата перебить и замести все следы.

– То есть, из всех островов именно на этот они селиться не стали? Как-то подозрительно – ну, не светило же им в гузно напекло, должна быть причина, – заинтересованно пробурчал Хаттор.

– Причина была, есть и, надеюсь, будет жива и дальше —волберами она именуется. Оркам с ними подружиться не удалось, так что и путь на этот остров им заказан, – с усмешкой ответил староста, а затем пояснил, уловив на себе заинтересованные взгляды: – Это такой местный вид, четверолапый гигант, весом под двадцать пудов, с мощными когтями, но при этом шустрый, ловкий и, главное, бесстрашный. Да еще и со шкурой, которая отлично защищает как от жара, так и от холода. Мой прадед как-то рассказывал, что, когда орки высадились здесь в первый раз, они побеспокоили самку с детенышами, после чего из всего отряда в живых осталось только трое, которые больше сюда никогда не возвращались. А самка потом еще много лет прожила.

– А вы-то как уживались с таким зверьем? – подняв бровь, поинтересовался дворф.

– Так они первые просто так никогда не нападают, токмо ежели уж очень голодны. Ну, или ежели их разозлить. Наша деревня все время с ними дружила, да что там, мы и сейчас их прикармливаем во время вылазок. Они практически всеядные, хотя больше всего, конечно, любят соты с медом.

– Вона оно как, – дворф задумчиво почесал голову. – О таких животных мне еще слышать не приходилось… Интересно.

Вампир мысленно с ним согласился, но разговор завел о другом.

– Благодарю вас за столь познавательный рассказ, господин Геронт. Мы со спутниками обдумаем полученную информацию и постараемся поскорее проложить путь домой, чтобы перестать обременять вас нашим присутствием. Но до того нам понадобится жилье и еда, так что я бы вновь хотел вернуться к этому вопросу. Вы говорили, еду нужно будет отработать?

– Да, именно, – староста кивнул. – Уж простите, но злато нас особо не интересует…

– А жизни односельчан вас интересуют? – внезапно влез в разговор дворф, заставив старосту напрячься. И не его одного – охрана у двери быстро переглянулась и покрепче сжала посохи.

– Хотелось бы знать, что вы имели в виду под вопросом сим, – осторожно ответил староста, переводя взгляд с одного гостя на другого. Вампир слегка прокашлялся.

– Прошу прощения за моего спутника, иногда он не слишком хорошо подбирает слова. Могу вас заверить, что он не имел в виду ничего дурного и совершенно точно не пытался вам угрожать. Поэтому буду рад, если вы все же выслушаете его.

Спокойный голос вампира несколько разрядил обстановку, но маги все еще поглядывали на дворфа с недоверием. Впрочем, тот не обращал на них никакого внимания.

– Тут разговор не шибко поможет, наглядно показывать надо, – Хаттор встал из-за стола и поманил всех на улицу. Староста внял просьбе вампира и кивнул охранникам, после чего все спокойно вышли из дома. Дворф встал прямо посреди улицы, мешая редким прохожим, и задрал голову вверх.

– Вот это вас рано или поздно и убьет, – громко заявил он, заставив прохожих испуганно остановиться и тоже задрать головы.

– О чем вы говорите? – недоуменно поинтересовался староста, который и сам попытался высмотреть опасность, о которой заявлял Хаттор, но так ничего и не увидел.

– Ха, так вы в жизни ничего не увидите. Нам нужно подняться повыше, – дворф с намеком посмотрел на вампира, однако тот перевел взгляд на охранников старосты.

– Кажется, вы маги. Не могли бы вы помочь нам с этим? – передал он им просьбу дворфа.

– А ну, ребята, поднимайте нас, – староста не мог пропустить мимо ушей заявление об опасности, которая могла угрожать всей деревне.

Группа поднялась практически под самый потолок пещеры, где Хаттор, оглядываясь по сторонам, указал на семь точек, которые нужно было проверить. Первые три ему чем-то не понравились, а вот на четвертой он подозвал к себе Катора и что-то зашептал ему на ухо. После этого оба мага о чем-то кратко переговорили с охраной, и все четверо уставились на потолок. Минуту ничего не происходило, а затем по воздуху пошла видимая волна тонкого света, и вскоре все смогли увидеть плоский барьер, висящий над городом и подпирающий потолок. Несмотря на подсветку, выглядел он практически прозрачным, но этого хватило, чтобы староста перестал сомневаться в словах дворфа.

– Что это? – потрясенно спросил Геронт.

– А это, господа, шляпа, – Хаттор оскалился, заметив на себе удивленные взгляды. – И я даже не шучу! «Шляпа горняка» – именно так это заклинание и называется в народе. По научному, там что-то вроде… «Заклинание автоматической защиты от резкого вертикального силового воздействия» и еще пара предложений, но хрена с два вы где-то его целиком услышите, кроме как на первом курсе обучения в дворфийской гильдии магов. И то один раз от пьяного лектора, которому прошлой ночью жена не дала. Оно даже в книгах сокращается. Так вот, малой версией этого заклинания обычно обеспечивают любого дворфа, идущего в шахту. Оно способно защищать как от падения мелких камней, так и от полноценного обвала вплоть до двадцати пяти часов. А крупная версия используется для защиты городов, построенных в пещере или под землей. Таких, как этот. А теперь – кто мне может сказать, почему одна часть города оказалась под завалами, а вторая нет?

– Ибо шляпа дырявая… – протянул староста, посмотрев в сторону темной части города. Присмотревшись, в располагавшейся над ней части дворфийского барьера можно было заметить огромных размеров дыры, которые сводили на нет всю суть этой защиты.

– И это правильный ответ! Если за чем угодно сотни лет не ухаживать – оно рано или поздно просто развалится. И местная «шляпа» сейчас очень к этому близка, а пропадет она – и вам на голову вскоре полетят огромные такие глыбы, которые если «шмяк», то уже все, некому будет об орках волноваться, – дворф громко хлопнул, заставив старосту невольно вздрогнуть. В голове у вампира сами собой всплыли два слова – «агрессивный» и «маркетинг», после чего он тихо хмыкнул.

– И как же наши маги сами ее не заметили? – Геронт оглянулся на своих сопровождающих – те только неопределенно пожали плечами.

– Вы на своих магов не пеняйте – защиту делали дворфы и скрывали тоже дворфы, так что и заметить ее мог только дворф, – Хаттор уже не повышал голос, спокойно объясняя это старосте.

– А вы, значится, из этих самых дворфов, и можете это исправить? – с надеждой спросил тот.

– Можем. Я устанавливал практически такую же защиту в нескольких городах Дворфийского королевства, так что и с этой древностью разберусь, может, даже улучшу. Думаю, дней за пять управлюсь, а заодно могу подучить парочку ваших магов, чтобы они хотя бы за общим состоянием следили и в случае чего могли вам сообщить о проблеме.

– Мы были бы крайне вам за это благодарны! – Геронт облегченно выдохнул.

– Благодарность – это хорошо, но ею не наешься и от дождя не укроешься. Ну, вряд ли тут бывает дождь, но вы меня поняли, да? И, думается мне, одной еды и хаты за подобную работенку будет маловато, – Хаттор умело свернул на тему вознаграждения. – Хотя от припасов на дорожку мы, конечно же, не откажемся. Вы мне лучше скажите, монеты, которые остались с наземных времен, у вас как-то используются?

– Да нет, пылятся где-то на складе… Желаете получить их в награду? – староста быстро сообразил, к чему клонит дворф. Тот кивнул.

– Именно. Раз не пользуетесь, то для вас и цена их невелика, а нам полезно будет.

– Значится, жилье, еда, старые монеты и потом припасы на дорогу, – староста быстро перечислил все, что запросил дворф. – Я сегодня же велю начать приготовленья. Только и вы, пожалуйста, поскорее за работу беритесь.

– Ну вот и заметано! – Хаттор протянул Геронту руку, которую тот быстро пожал. – Починкой я думал сегодня же и заняться, только чутка попозже, после небольшого отдыха. Часа через три пусть маги ждут нас у барьера, тогда и начнем.

– Я же говорил, что стоит его выслушать, – вампир слегка улыбнулся, поймав взгляд старосты. – Так, что там насчет дома?..

* * *

22 Второго месяца тепла 3127 года, полдень

Деррин, склонившись над листом, быстро накидала новую версию. В ней иномирянин погибал, закрыв собой ее саму, пока она старательно пыталась залечить раны, полученные Бреннором во время схватки с четырьмя магами-наемниками, которые, под руководством предателя, пытались сбежать. Но перед смертью от разрывного огненного заклинания, он успел произнести «Я вернусь…», и только тогда, со своей привычной улыбкой на лице, разлетелся на куски. Теперь нужно всего лишь подождать годик, пока он регенерирует из той крови, которая все еще висела в подвале. Критично перечитав этот вариант, дворфийка аккуратно отложила его к пятерке лучших, которые располагались слева. Справа же громоздилась целая куча изорванных, скомканных или залитых чернилами листов. Обычно она была против такого пустого использования ресурсов – ведь нужно семь раз обдумать и лишь один записать, но сейчас сам процесс письма помогал ей справиться с нервной дрожью и спазмами желудка, которые возникали каждый раз, когда она отвлекалась и представляла, как должна будет отчитываться перед королем.

Внезапно раздался громкий стук в дверь. Резко дернувшись, Деррин схватилась за сердце. Сделав несколько глубоких вдохов, она разрешила войти. В комнату ввалился запыхавшийся стражник.

– Госпожа Деррин, госпожа Деррин, там – это того…

– Что это? Где там? Чего того? Болван! Вынь язык из жопы и доложи как положено! – обычно она старалась терпеливо переносить недалекость некоторых стражников, но сейчас могла только раздраженно шипеть, заставляя бедного дворфа дополнительно потеть.

– Есть! Там, то бишь, в подвале, эта, то бишь, кровь, того, то бишь, шевелится… сама, мы не трогали! И стены царапает!

– Веди!

Деррин вскочила с места с такой скоростью, что ее черновики разлетелись по всей комнате. Но ей было не до них. Поднапрягшись, она взлетела вместе со стражником и на полной скорости направилась к дому предателя. В подвал она спускалась бегом, оттолкнув попытавшегося отдать ей честь второго охранника. Ее уши тут же уловили противный скребущий звук, но сейчас он звучал для нее словно ангельское пение.

Кровь, до этого просто висевшая в воздухе, теперь тонким слоем обволакивала всю западную стену. Из ровной поверхности торчал острый гибкий отросток, который то и дело скреб поверхность стены, медленно двигаясь слева направо. Деррин, взвизгнув от радости, бросилась к дальней ее части, где и начиналось послание.

«Жив. Портал. Далеко. Руины. Вальд. Вернусь. Не. Скоро. Даю. Подарок. Совету. Король. Не. Зло».

«Я жив, это было заклинание телепортации. Сейчас я далеко, в руинах места под названием Вальд. Вернусь не скоро. Поэтому дарю Совету подарок, чтобы король не слишком злился», – перевела у себя в голове Деррин. Наплевав на мнение стражников, она просто уселась на пол, облегченно выдохнула и расплылась в искренней улыбке заключенного, которому только что отменили смертельный приговор, вместо этого погрозив пальцем. Да, ей все равно достанется от короля, но теперь, по крайней мере, ей не придется убеждать его в том, что у нее нет лишних частей тела. Отдохнув пару минут, она резко встала и поправила свою одежду, вернув лицу обычное сосредоточенное выражение.

– Так, вы двое! Немедленно привести сюда весь совет! Марш!

– Есть! – оба стражника выбежали на максимально возможной в их облачении скорости. Дворфийка вновь обернулась к стене, желая узнать, что же там за подарок. Ее глаза наткнулись на еще одно послание, за которым шло множество слов, написанных мелким шрифтом, а также какие-то схемы, полоски и странные обозначения.

«Стройка. Схемы. Зови. Всех. Холод-склад-еда. Вечное-перо. Воз-крепко. Проба-Воз-без-зверя».

* * *

22 Второго месяца тепла 3127 года, полдень

Кровавая сфера развеялась, и Мист встал на ноги. За время его одностороннего сеанса связи с дворфами, в пустом доме, куда их направил староста, успели появиться подобия кроватей и стол, а совсем недавно принесли и еду: несколько видов грибов, мясо кроликов-переростков, два кувшина молока, капусту, свеклу и еще кучу зелени, которую не удалось опознать, в виде салата. Вампир слегка скривился от приступа тупой боли, на секунду вспыхнувшей в голове, после чего присоединился к своим спутникам, которые с удовольствием наполняли желудки.

– У бя олоа боит? – привычка Мирии говорить с набитым ртом, замеченная им еще в первые дни их знакомства, никуда не делась. Впрочем, понять ее было не слишком сложно, так что вампир особо не заострял на этом внимание. А вот Хаттор, даже пребывая в отличном настроении после избавления от антимагического ожерелья, не удержался.

– Сначала прожуй, потом говори, бескультурщина.

– Завались, – зверодевушка обернулась к нему. – У тебя вообще мат через слово, тоже мне, культурный дворф выискался. Тем более, что он меня отлично понимает.

Прежде чем Хаттор нашелся, что ответить, Мист решил вмешаться.

– Понимаю. Нет, голова не болит, это была просто секундная усталость. Не знаю, какое тут расстояние в километрах, но явно больше нескольких тысяч – даже простое управление кровью дается с трудом. Но это мелочи.

– И что ты этим клоунам передал? – дворфа явно интересовало, было ли в послании что-то о нем.

– Просто сказал, что я жив и планирую вернуться, хоть и не скоро. А заодно дал схемы для простенького холодильника, перьевой ручки, укрепленной повозки и парового двигателя, чтобы в момент возвращения мне не пришлось знакомиться с новым составом Совета. Ибо, судя по всему тому, что я слышал о вашем короле, такой вариант был вполне возможен.

– Тьфу, я бы этого короля, да в бочку с… Ну да ладно, не за едой будет сказано. А что это за предметы такие – «холодник», или как он там, и остальные?

– Кажется, оно называлось «холодильник», – Катор тоже заинтересовался, и даже сумел правильно запомнить одно название.

– Да так, несколько изобретений из моего мира. В основном по мелочи, и только двигатель может стать революционным, если его КПД будет соотносимым с магическими затратами, конечно. Но это уже Бреннор пусть просчитывает, я пока что в вашей магии не настолько хорошо разбираюсь.

– Революционным, говоришь? Что ж ты им тогда так разбрасываешься? Могли бы двигатель этот самый построить в каком-нибудь людском городе, когда добрались бы до него. И срубили бы на нем золотые горы. А так тебе только спасибо скажут, ну и, может, еще один домик выделят, только уже в столице.

– Во-первых, деньги не проблема – у меня хватает способов их раздобыть.

– Так че ж ты ими не пользуешься? Мы, так-то, могли и дальше без гроша в кармане сидеть, если бы я не догадался со старосты золотишко стребовать, – Хаттор явно собой гордился. Вампир хмыкнул.

– Да уж, ты был бесподобен – так мастерски бедному старосте свои услуги продать.

– А че не так? Барьер-то и правда нужно было срочно чинить.

– Да? И насколько срочно? Когда разрушение дошло бы до той части, что над городом? Лет через сто?

– Через сто двадцать где-то, – дворф оскалился. – Но нас-то к тому времени тут бы не было! А так, я им все в лучшем виде сделаю, еще на две тысячи лет хватит.

– Ого, – Мист сделал вид, что удивился. – И никаких плановых поломок каждые пятьдесят лет, чтобы приходилось снова платить, если не за установку нового, то за ремонт?

Дворф скривился.

– Тьфу. То только люди такой дрянью маются, а у нас бы любому мастеру за такое руки бы быстро поотрывали. Коли уж что делать – то на века, а лучше – тысячелетия, чтобы и правнуки пользовались.

– Такое возможно, только пока рынки сбыта не переполнятся, – вампир пожал плечами. – Но в целом я с тобой согласен в этом вопросе.

– А что во-вторых? – поинтересовалась Мирия, в то же время подозрительно принюхиваясь ко второму кувшину с молоком.

– Дай сюда, – вампир протянул за ним руку. Из крови сформировалась небольшая трубка, с помощью которой он и попробовал жидкость. – Кроличье. Оно хоть и полезное, но более жирное, так что не советую много пить. А, во-вторых, схему двигателя я дал именно дворфам, потому что уже оценил их уровень развития и уверен, что они с ним справятся. У людей я еще не был, но догадываюсь, что там все хуже.

– Если ты этот, уровень развития, определял судя только по Сторудному, то могу тебя заверить, что он – та еще жопа мира, – Хаттор презрительно фыркнул. – Вот увидел бы ты столицу…

– Я не только по нему определял – мы с Бреннором много чего обсуждали. И столицу в том числе.

– А что вы…

– «Ты», – вампир перебил Катора, который попытался что-то спросить.

– Да, точно. А что ты вообще подразумеваешь под уровнем развития? Технологии? Магию? Философию жизни народа? И, раз уж ты способен его оценить, значит ли это, что ваш был намного выше?

– Значит. В плане технологий – мы впереди лет на пятьсот-шестьсот, и ваша магия, как ни странно, вас только замедляет в этом плане. Точнее, вы просто идете по другому пути. А вот насчет философии социума сложно сказать – к примеру, у дворфов она, несмотря на некоторые недостатки, уже лучше, чем во многих государствах моего мира. Думаю, за это можно сказать спасибо Люмехару. О людях ничего не скажу – как я и говорил, я их еще толком не видел.

– Ого, а я уж подумал, что ты нас дикарями назовешь! – Хаттор удивленно погладил бороду.

– Если бы вы были дикарями – я бы даже не стал с вами разговаривать, – Мист слегка улыбнулся.

– Вона как!.. Ну, ладно, поговорили и хватит, пора за работу браться. Катор, э-э-э, точно, Альвира, готовы?

– Эм, мне тоже нужно идти? Барьеры – это немного не по моей специальности, – девушка удивленно подняла брови.

– Чинить я его сам буду, там кроме дворфа никто и не разберется, а вот заливать в блоки энергию могут все. Так что пошли, лишними твои руки точно не будут.

– Ну, ладно.

– А мы что будем делать? – Мирия вопросительно посмотрела на вампира.

– Прогуляемся обратно к Геронту. Хочу узнать, где здесь выход на поверхность.

Выйдя из дома, троица магов попрощалась с вампиром и зверодевушкой, а затем взлетела к потолку пещеры. Там их уже поджидало полтора десятка местных, совместно с которыми они и начали ремонтные работы. Мист в этот раз предпочел пешую прогулку.

По пути к старосте Мирия большую часть времени провела с задранной головой, как, впрочем, и многие прохожие. Вампир, который видел лишь полупрозрачную подсвеченную линию, быстро догадался, что зрение вновь подводит его.

– Не могла бы ты описать то, что видишь? – он повернулся к зверодевушке.

– Что? А, точно, – она вновь посмотрела вверх, прежде чем начать. – Сейчас, насколько я понимаю, все маги наполняют ячейки этого барьера маной. Начали с границ. Из-за масштабов это выглядит просто завораживающе – над городом сейчас будто висит огромный обруч, края которого постоянно меняют цвет с фиолетового на синий и обратно.

– Звучит красиво, – несмотря на спокойное выражение лица, зверодевушка уловила в словах вампира каплю зависти.

– Ага. Знаешь, некоторые из первого поколения, насколько я слышала, успевали обрести способность видеть магию до того, как умирали. Вдруг тебе тоже повезет.

– Какая ты чуткая, однако, – усмехнулся вампир, но внезапно остановился. – Стоп, что?

– Что такое? – Мирия тоже остановилась. Какой-то прохожий, засмотревшись на представление под потолком, едва не столкнулся с ними. Пара быстро отошла в сторону.

– Ты только что сказала, что некоторые из первого поколения ваших переселенцев научились видеть магию?

– Ну, я не знаю точно, но несколько раз об этом слышала, а что?

– То, что до этого мне все твердили о том, что никто из иномирян не может видеть магию! Поэтому я считал, что это связано с некими законами реальности, как это было в случае с Альтеей или монахами, но раз кто-то смог научиться видеть магию – это значит, что это приобретаемый навык! Или скорее, адаптация организма… – вампир задумался. Мирия, заметившая маниакальный блеск в его глазах во время этих рассуждений, старалась даже дышать потише. Внезапно он перевел взгляд на нее, и что-то в этом взгляде заставило ее напрячься. Однако спустя несколько секунд он вернулся к своему спокойному состоянию.

– Что-то придумал? – осторожно поинтересовалась зверодевушка.

– Да, есть пара мыслей. Но для начала кое-что попробую.

Мист запрокинул голову и уставился в то место, где виднелась граница барьера.

– У тебя левый глаз… меняется? – с удивлением отметила Мирия. – И снова!

– Да, я в курсе. Я проверяю, не завалялся ли у меня нужный вариант.

Зверодевушка удивленно наблюдала за этими метаморфозами. Она привыкла к тому, что у магов при использовании заклинаний глаза светятся легким голубоватым светом, или к тому, что глаза зверолюдей меняются при смене формы – но такое зрелище ей доводилось видеть впервые. И иногда оно было не слишком приятным – например, когда глазница вампира растянулась, чтобы вместить лошадиный глаз, или уменьшилась, чтобы не выронить змеиный.

– Ты закончил? – через десять минут Мирия заметила, что оба глаза вампира вернулись к норме.

– Да.

– И как результаты?

– Не особо, хотя несколько раз мне удалось заметить фиолетовый туман там, где, вероятно, использовалась магия.

– Ну, это ведь уже прогресс. Может, если ты будешь использовать те глаза и усердно тренироваться, ты сможешь увеличить четкость изображения.

Мист с улыбкой повернулся к ней.

– Спасибо. За заботу. И за важную информацию. Что же касается тренировок – возможно, ты и права, но у меня уже есть другое, более быстрое решение…

ГЛАВА 9. РАДОСТЬ ПРОЗРЕВШЕГО, МОЛЧАЛИВЫЙ ПРИГОВОР И ПРИСТУПЫ НОСТАЛЬГИИ

22 Второго месяцa тепла 3127 года, ранний вечер

– Я так понимаю, древесина является одним из тех ресурсов, за которыми вы и ходите на поверхность? – Мист рассматривал склад, треть которого занимали аккуратно сложенные бревна. Они были очищены от коры по всей длине, за исключением концов – там кору специально оставили, чтобы предотвратить растрескивание. Под бревнами, не давая им касаться земли, были уложены брусья, а по углам склада установлены амулеты, помогавшие регулировать температуру и влажность.

Староста, явно не ожидавший вновь увидеть гостей так скоро, недоуменно обернулся, однако затем прервал свой разговор с одним из рабочих и подошел поздороваться.

– И вновь здравствуйте, господин Мист, госпожа Мирия. Так оно и есть – еще в первые годы выяснилось, что под землей деревья не растут, приходится изгаляться и тащить аж с поверхности. Кстати, это Конрад, мой помощник, – староста представил мужчину лет сорока, который только что подошел. – Он токмо что предлагал позволить вам выбрать продукты в дорогу своими руками, так что вы очень вовремя здесь объявились.

Разбираться с припасами вампир отправил Мирию, а сам остался со старостой.

– Чую, вас какой-то интерес снедает? – Геронт вопросительно посмотрел на собеседника.

– Да. Я бы хотел выйти на поверхность, так что не могли бы вы предоставить проводника или хотя бы указать дорогу к выходу?

– Вы хотите отправиться прямо сейчас? Разве ж ваши спутники не заняты починкой «шляпы»? – удивился староста.

– Они-то заняты, а я – нет. Поэтому я бы с удовольствием осмотрелся. Что-то не так? – Мист уловил беспокойство Геронта.

– Да вот опасенья у меня имеются – как бы вас не супостат не обнаружил. A ежели они островом заинтересуются всерьез, то нам несдобровать.

– Можете не переживать на этот счет, я умею быть незаметным, – попытался успокоить его вампир.

– Я-то вам верю. Но мало ли, какая оказия может приключится! Так что прошенье имею – ночи дождитесь, а там я вам соколов подберу, – в вопросах, касающихся безопасности деревни, староста был непреклонен. Заметив его решимость, вампир передумал демонстрировать свои способности и просто согласился. Геронт пообещал, что к вечеру проводники будут ждать у дома вампира.

– Есть еще один вопрос – а вы не пытались с орками договориться? После войны прошло почти двести лет, может, они были бы уже не против мирно сосуществовать?

– Не было такого ранее, – Геронт отрицательно покачал головой, – да и не бывать у будущем. Орки – то есть создания враждебные, как видят, так сразу нападают. Да и язык у них, опять же, чужеродный, мы его знать не знаем.

– А если бы вам все-таки удалось договориться, вернулись бы вы на поверхность?

– Непростой сие вопрос, господин Мист, – староста задумался. – Думается мне, что все одно остались бы здесь, внизу. Жизнь такая для нас уже привычна, да и полезностей в ней не мало: хозяйство сейчас уже развито, давно не голодаем; вдоволь имеется свободных крепких домов, на улице никто не живет, а когда ваши спутники «шляпу» эту починят – нам вообще весь город откроется; да и здесь мы под защитой, что от супостатов, что от природных лих. А даже если бы с орками мы породнились – мало ли, какая беда еще может явиться?

– Хм, звучит, конечно, логично, – вампир задумчиво погладил подбородок. – Но мне все равно не верится, что у вас не нашлось бы сорвиголов, желающих подняться на поверхность.

– Такие, конечно, и сейчас имеются. Соколами да добытчиками именно они и работают, – староста слегка усмехнулся. – Да что там, я и сам по молодости часто пещеру покидал. Когда дитем был – ягоды собирать вызывался, затем древесину носил, пасекой занимался… на луну любил смотреть, – Геронт вовсю пустился в воспоминания: – Помню, как под первый свой дождь попал, жутко тогда грома испугался. Солнце тоже видел. А потом лично с орками встретился: вырвался вперед группы и притопал прям в их лагерь – океан разбушевался, поэтому им пришлось на этом острове пережидать. А они меня как заметили – сразу вой подняли, за оружие схватились. Пока я свои пожитки ронял, да пытался меч достать, один из них уже ко мне подбежал и дубиной замахнулся – подумал я тогда, что конец мне пришел. Но благо маги из сопровождения вовремя подоспели, перебили супостатов и следы извратили, заманив на то место волбера, чтоб он по трупам потоптался. И ведь сколько лет прошло, а те желтые злющие зенки в памяти так и остались. Тогда-то я и усек, почему лучше быть здесь, внизу, чем на поверхности, – поведал Геронт.

– Вот, значит, как… Ну, ваша реакция вполне понятна. Пожалуй, больше не буду вам надоедать со своими вопросами.

– Да что вы, толковать с вами одно удовольствие. Ежели скука вас доймет, буду рад вас видеть в своем доме.

– Обязательно зайду, – кивнул Мист. – Кстати, у меня есть еще одна небольшая просьба…

* * *

– И с чего это ты сам захотел их приготовить? – Мирия покосилась на кролика-переростка и козла-мутанта, которые сейчас видели в воздухе, поддерживаемые кровью. Ради них зверодевушка с вампиром сделали немалый крюк до фермы, прежде чем вернуться в дом.

– Во-первых, готовить их мы будем вдвоем. А во-вторых, это была просто отговорка для старосты и тех фермеров – на самом деле мне нужны были только их глаза, – в этот момент головы обоих животных пронзили кровавые иглы, мгновенно убив их. После этого вампир осторожно выдернул нужные ему органы, который теперь плавали в небольшом кровавом пузыре.

– Я когда-то слышала, что некоторые народы едят вообще все, даже глаза или мозги, но пробовать ни то, ни другое мне как-то не приходилось, – зверодевушка смотрела на эту картину со смесью легкого отвращения, настороженности и интереса. – Это вкусно?

– Не особо – они слишком водянистые. Но если хочешь, можешь попробовать – после того, как я с ними закончу.

– Закончишь что?

– Эксперимент. Есть я их не собирался.

Вампир вновь расширил свою глазницу и отрастил дополнительные зрительные нервы, которые затем подсоединил к обрывкам подобных нервов у глаз животных. Выйдя на улицу, он вновь уставился всеми шестью глазами на барьер.

– Ты смог нормально увидеть ману? – Мирия догадалась об успехе эксперимента, глядя на расплывающуюся по лицу вампира искреннюю улыбку.

– Ну, нормально – это громко сказано, острота зрения у этих животных для меня отвратительно низкая, но разница весьма заметна, – довольно сказал Мист. – По крайней мере, теперь я смогу видеть, когда в меня собираются швырнуть заклинанием, а не только полагаться на интуицию.

– Поздравляю. А ты так и будешь с ними ходить? – Мирия слегка наклонила голову, оценивая вид шестиглазого собеседника.

– Нет, конечно, они мне больше не нужны. Теперь я могу просто воссоздать их копию, когда мне это будет нужно. А эти можешь забрать, – вампир разорвал связь с дополнительными глазами и вытолкнул их из облака крови прямо в подставленную ладонь зверодевушки. – Пошли готовить, надо успеть до прихода проводника, которого нам пообещал староста.

Мирия некоторое время смотрела на глаза в своей ладони, но так и не решилась их попробовать, под конец просто выкинув к остальным отходам, которые остались после разделки туш. Сам же процесс разделки был весьма облегчен тем, что всю кровь вампир откачал буквально за десяток секунд, после чего воспользовался кровавыми лезвиями, чтобы снять шкуры. По итогу зверодевушке оставалось только разделать свою половину мяса и распределить, что пойдет на суп, а что – на жаркое. Пока она этим занималась, вампир измельчил оставшиеся кости на небольшие части и спокойно их съел. Зверодевушка только с удивлением наблюдала за этим процессом, удивляясь, как в вампира столько влезает.

– Не советую повторять. У меня они быстро переварятся полностью, у тебя – нет, – вампир ответил на еще невысказанный вопрос, заметив ее взгляд.

– Ладно. Я, в общем-то, и не думала, – Мирия только развела руками. – Просто удивляюсь возможностям твоего тела. Все это управление кровью, регенерация, выращивание глаз за секунды и прочее – так странно. Никогда не думала, что увижу подобное.

– Хотела бы уметь так же? – внезапно для нее поинтересовался Мист.

– Ага, от регенерации я бы точно не отказалась. Не поделишься? – полушутя ответила зверодевушка, не особо задумываясь над вопросом. Для нее в этом не было смысла – ведь все равно нельзя просто так взять и получить какие-то способности. Вампир скромно промолчал.

– А вообще, я даже толком и не знаю, какие у тебя способности. И какие у них недостатки. Многие люди думают, что зверолюди могут целыми днями бегать в форме животного, и даже не догадываются о последствиях. У тебя бывает что-то вроде истощения?

– В принципе, оно возможно – если я попытаюсь использовать слишком много своих способностей, а рядом не окажется источника крови. Но на практике такое бывало крайне редко – если уж я использую свои способности, значит, источников крови будет предостаточно.

– А если ты сражаешься не с живыми, а, допустим, с големами?

– Ну, я постараюсь поскорее найти их хозяина. А если не получится – для таких случаев я и ношу с собой запасы.

– А тебе не сложно держать всю эту кровь в воздухе?

– Нет, я делаю это почти неосознанно. Ты же не задумываешься, держит ли твоя шея голову или нет, вот и у меня с кровью так же…

В разговорах о способностях и особенностях вампиров время пролетело быстро, а вскоре домой вернулись маги, с вожделением вдыхая запах приготовленных мясных блюд. За ужином Мист рассказал им о запланированной прогулке, так что никто не был удивлен, когда в дверь несколько раз постучали. На улице ждало двое рослых мужчин лет тридцати на вид, которые держали в руках деревянные посохи. Благодаря новоприобретенной возможности видеть магию вампир заметил, что их набалдашники светятся ровным голубоватым светом, выдавая источник маны внутри них. То же самое было с кольцами, амулетами и даже глазами проводников – оба явно были магами. Они представились как Леонис и Микос и уточнили, готовы ли гости выдвигаться, а после утвердительного ответа повели их в сторону полуразрушенной части города. К одному из выходов вела широкая дорога, начинавшаяся около северных ворот, но чтобы добраться до нее, нужно было пройти практически через весь город.

– Не то чтобы я был против пеших прогулок, но не проще ли было долететь? – поинтересовался Мист, когда ему надоело шагать по развалинам и рассматривать однообразные руины.

– Мы обычно сохраняем силы перед выходом на поверхность – мало ли, какая оказия может приключиться, – ответил Леонис.

– Так я и сам могу обеспечить полет, если вы не против.

Маги переглянулись.

– Не против, но разве вы владеете магией?

– Да, просто она отличается от вашей, – вампир притянул откуда-то сверху кровь и создал подобие кресел прямо над землей. Мирия уселась в одно из них сразу вслед за Мистом, уже привыкнув к такому способу передвижения. Их сопровождающие с осторожностью сделали то же самое, недоверчиво ощупывая материал.

– Это… твердая кровь? – недоуменно спросил Микос.

– Это просто кровь. Твердой ее делает моя воля. И да, я использую кровь как основной инструмент в моей магии. В основном животную. С этим есть какие-то проблемы?

– Да нет, просто для нас сие есть невидаль… – задумчиво пробормотали маги, но возражать не стали.

В итоге до нужных ворот группа добралась раза в два быстрее, хотя в конце все равно пришлось немного пройтись пешком. Прошагав несколько минут, они уперлись в тупик. Впрочем, ни Мист, ни Мирия не стали задавать лишних вопросов, а просто подождали, пока один из магов поднимет камень с полостью внутри, под которым скрывался невысокий пьедестал с выемкой. Микос приложил к ней руку, от которой пошел слабый магический свет, после чего послышался негромкий шорох, и то, что было тупиком, начало расходиться в стороны. Это были скрытые каменные двери, которых к тому же было несколько подряд. Пройдя через них, вампир почуял свежий воздух и заметил, что на камни впереди падает лунный свет. За спиной снова послышался шорох, и огромные двери закрылись, не оставив даже видимой щели между своими половинами. Пещера-предбанник была достаточно широкой, но не слишком длинной, так что уже через минуту отряд оказался на поверхности.

Наружный вход в пещеру располагался в овраге, часть которого была прикрыта завалившимися деревьями. Стоило отряду пройти чуть дальше, как из тени раздалось негромкое рычание – скорее приветственное, чем агрессивное. Леонис привычным движением достал из сумки несколько кусков мяса и бросил их под ноги зверю, который вышел посмотреть на гостей. По описанию вампир узнал одного из волберов, о которых днем рассказывал староста, и теперь с интересом рассматривал мощные лапы и острые когти зверя. Пока тот поедал мясо, второй маг достал из сумки запечатанные простым заклинанием соты, сочившиеся медом, и положил их на плоский камень. Учуяв запах нового лакомства, волбер тут же переключился на него, а отряд спокойно продолжил свой путь.

– Вы его специально прикормили около входа? – мимоходом поинтересовалась зверодевушка, пораженная вначале размерами зверя, а после – тем, как спокойно к нему отнеслись проводники.

– Это самка. И, на деле, не совсем – она сама лежбище в этом овраге устроила около восьми лет назад, так что мы, считай, вынуждены ее одаривать каждый раз, как пользуемся этим выходом. Взамен она никого не трогает и даже защищает эту территорию от самцов большую часть года, кроме периода течки. Тогда подношений уходит вдвое больше, – с усмешкой ответил Леонис.

– Да, и потом еще года полтора приходится и детеныша подкармливать, чтобы тоже привыкал с нами дружить, – добавил Микос.

– Как интересно, – только и смогла ответить Мирия.

– Староста сказал, что вы хотели осмотреть местность, так что поднимемся повыше. Заодно покажем второй вход. Только обойдемся без полета – слишком светло, с других островов могут заметить движение, – заранее предупредил Леонис, показывая гостям едва заметную тропинку, которая закручивалась и поднималась вверх. Пройдя по ней, отряд относительно быстро достиг скрытой от чужих глаз небольшой долины. Кроме деревьев, здесь нашлось место красивой поляне, усеянной цветами, и небольшой пещере, вход в которую располагался между большими камнями.

– Что это за жужжание? – Мирия пошевелила ушами.

– У вас весьма хороший слух, – удивился Леонис, не удержавшись от взгляда на уши зверодевушки. – Это наша пасека.

– А где ульи? – поинтересовалась она, осмотревшись.

– У них бортевое пчеловодство, – вместо проводников ответил вампир, а затем, заметив недоумение спутницы, пояснил: – Пчелы живут не в ульях, а прямо в дуплах, которые специально выпиливаются. Практически идеально в плане скрытности и качества меда, но его меньше и труднее собирать.

– Все так, – подтвердил его слова Микос. – Разве что собирать его не так уж и сложно, дежурный маг просто накидывает на всех работников коконы – пчелы не могут пробиться сквозь них.

– Ты еще и в пчеловодстве разбираешься? – в свою очередь удивилась Мирия. Ее можно было понять – за то недолгое время, что она провела с вампиром, она уже видела, как он буквально на ходу учил новые языки, на равных разговаривал с дворфийским кузнецом о способах обработки металлов, предугадывал, какие травы профессиональная лекарша изберет для очередного эликсира, вникал в особенности политики и экономики чужого государства, а также мастерски владел многими видами оружия – во время одного из спаррингов против дворфийки со шрамами он спокойно менял оружие на то, которое она ему предлагала, и все равно выигрывал. Глядя на все это, Мирия вспоминала период своего обучения, когда каждое новое слово она писала с десятью ошибками, а каждый новый прием поддавался ей только после десятка различных травм.

– Я много чем в жизни занимался, расскажу как-нибудь потом, – вампир не стал развивать сейчас эту тему, вместо этого взглянув на небо, где луна скрылась за тучами. Попросив магов подождать, он создал небольшую платформу для двоих, и они вместе со зверодевушкой начали подыматься все выше и выше, остановившись, только когда вампир мысленно досчитал до километра. Мист увеличил зоркость своего зрения до соколиного уровня, после чего создал еще несколько глаз, отправив их в сторону берега и островов.

Мирия, не обращая внимания на заметное похолодание, осматривала открывшееся ей зрелище со слегка приоткрытым ртом. Она видела океан впервые в жизни и была поражена его величием – острова и даже линия берега казались такими крошечными и незначительными по сравнению с бесконечной гладью водного пространства. В тот момент зверодевушка вновь ощутила такое же чувство, как тогда, когда наставник впервые взял ее с собой на задание и перед ней открылся вид на огромный город с тысячами людей на улицах. Она еще раз осознала, насколько же гигантским и разнообразным является тот мир, в котором она живет.

Засмотревшаяся на пейзаж зверодевушка даже не заметила, как у ее спутника пропала привычная улыбка. В то время, как она просто наслаждалась видом, его соколиный взгляд пристально рассматривал поселения орков, замечая все: криво построенные хибары, разрисованные тотемы, арены для кулачных боев и громадные кучи отходов. Именно тогда на его лице появилась гримаса презрительного раздражения, из-за чего стали гораздо более отчетливо видны острые клыки, до того почти незаметные.

– Брр. Все-таки начинаю замерзать. А тебе не холодно? – Мирия немного подвигала руками, пытаясь согреться, и повернулась к Мисту, отметив выражение его лица – спокойное, как всегда.

– Нет. Еще одно преимущество моего тела, – вампир слегка ухмыльнулся. – Если замерзла, мы можем спуститься – я уже увидел все, что хотел.

– Замерзла, но хочу еще немного посмотреть. Никогда до этого не видела океан вживую. Очень красиво, мощно и… немного пугающе. Тебе доводилось видеть что-то подобное раньше?

– Да, океаны у себя дома. И я согласен с твоим описанием.

Мирия продержалась еще несколько минут, стараясь получше запомнить картину перед глазами, после чего согласилась спуститься. Маги, спросив, довольны ли гости прогулкой, повели их обратно, на этот раз другим путем. Он начинался на той же поляне – достаточно было зайти в пещеру и найти еще один пьедестал, откликавшийся на ману. Извилистые и не слишком широкие туннели этого прохода явно были рассчитаны на компактные группы. В какой-то момент отряд оказался в небольших размеров пещере, где одиноко стояла древняя дворфийская постройка, выполнявшая в свое время назначение сторожевой башни. Из нее вышли несколько людей, которые перекинулись парой слов с магами, с интересом поглядев на чужаков. На вопрос вампира Микос поведал, что большую часть года здесь никто не живет, но на теплый сезон сюда заселяются несколько работников, которые и занимаются пасекой. Маги же доставляют им провиант и новые смены. Почему именно маги, стало понятно, стоило Мисту пройти десяток шагов и упереться в небольшое заграждение – за ним в полу зияла немалых размеров дыра, которая, как оказалось, располагалась немногим восточнее города и на той же высоте, что и защитный барьер. Так что умение летать было фактически обязательным условием для спуска или подъема – делать полный круг по поверхности было куда более неразумно.

Часам к пяти утра Мист вместе с Мирией уже вернулись во временный дом, застав остальную часть группы еще спящими. Зверодевушка решила подкрепиться, а вампир дождался, пока маги проснутся, и попросил Хаттора по памяти набросать карту местного региона, откопав у себя в сумке тетрадь и чернила, оставшиеся после занятий дворфийской письменностью с Бреннором.

Процесс немного затянулся, поскольку, по словам дворфа, память у него была «уже не та», и особой четкостью карта похвастаться не могла, но в конечном итоге вампир сопоставил знания дворфа со своими наблюдениями и приблизительно представлял, в каком направлении будут населенные не орками земли. Вскоре маги отправились продолжать ремонт барьера, а Мирия, зевая, спросила, какие у вампира планы и есть ли в них место для нее.

– Я собирался спуститься обратно в тюрьму и кое-что проверить. А ты можешь отдохнуть пару часов и затем сходить к старосте. Поинтересуйся у него, есть ли у орков какие-то природные враги, вроде тех же волберов. Заодно пусть расскажет какие-нибудь местные легенды и предания – это всегда интересно. И еще, попроси обратно мое оружие. Следующей ночью я планирую слетать на дальнюю разведку.

– Как скажешь. На разведку полетишь в одиночку? – зверодевушка обратила внимание на то, что вампир упомянул только свое оружие.

– Да.

– Ну, ладно, – она пожала плечами. – Слушай, я все забывала тебя спросить – а зачем тебе аж четыре меча? Вторая пара запасная? Или ты себе дополнительные руки можешь отрастить, если сражаешься с большим количеством противников?

– Пару раз я проворачивал такой трюк, но в данном случае все проще – вторая пара нужна на крайний случай, в них запечатана весьма мощная магия из моего мира.

– То есть, они больше артефакты, чем мечи? Или они сделаны по такой же технологии, как и у дворфов – с кучей вплавленных драгоценных камней? – Мирию явно заинтересовала тема оружия.

– Нет, они сделаны из платины и черного золота – эти материалы хорошо подходят для артефактов моего мира.

– А что такое платина? И почему золото черное?

– Металл такой, тоже весьма редкий, дорогой и тяжелый. Черное – потому что оно смешано с кобальтом и хромом… – Мист, заметив еще больше недоумения на лице девушки, пояснил: – В общем, сплав такой. Если что, те мечи весят около пяти килограммов каждый, так что не урони.

– Ого! Это же больше, чем весит средний двуручник. Да еще и частично из золота сделаны, – девушка задумалась, пытаясь что-то просчитать.

– Две тысячи пятьсот. Приблизительно, конечно, – вампиру не составило труда догадаться, куда повернулись мысли собеседницы.

– Две с половиной тысячи дворфийских серебряных? Солидно, – зверодевушка присвистнула. – Даже для артефактов это немало, про мечи и говорить нечего. Мои клинки, сделанные у лучшего мастера в столице одной людской страны, обошлись мне в семь раз дешевле. Хм, не знаешь, какой там обменный курс серебра к золоту у дворфов?

– Знаю – сорок к одному. Только зачем он тебе? Я цену назвал в золотых, и это за один клинок.

– А, ну да, тогда переводить не нужно… Чего?! – Мирия вытаращила глаза от изумления. – Две с половиной тысячи золотых?! За каждый?!

– Приблизительно, – Мист спокойно пожал плечами.

– Ты серьезно?! Да это же сравнимо с национальными сокровищами или легендарными реликвиями Богов-Драконов! И это ведь только цена материалов, а само заклинание может стоить еще больше! А ты просто так отдал их на хранение совершенно незнакомым людям?! – зверодевушка закрыла ладонями лицо и что-то промычала.

– О, а что за реликвии Богов-Драконов? – заинтересовался вампир.

– Ты… ты из всего, что я сказала, только это услышал?! – Мирия всплеснула руками, глядя на вампира, как на ненормального.

– Да чего ты так переживаешь? Даже если представить, что мечи здесь кто-то украдет, куда он, по-твоему, их денет? Кому продаст? На кроликов у фермеров обменяет? – вампир усмехнулся и беспечно махнул рукой. – Да и вообще, здесь живет от силы тысяча человек, все друг друга знают, и стоило бы мне вырубить их магов и припугнуть остальных – украденное сразу бы нашлось. Так что перестань так напрягаться.

– Ты сказал «вырубить магов», будто это так просто, – зверодевушка хмыкнула. – Какая же огромная это сумма… я столько даже не видела никогда… Нет, я теперь явно не усну. Сейчас, должно быть, около семи, в деревнях обычно просыпаются рано, так что пойду-ка я к старосте прямо сейчас.

– Ну, ладно. В принципе, ты поспать и потом сможешь. Только не забудь про животных и легенды. Могу тебя подбросить к старосте, мне все равно лететь в ту сторону.

– Тогда пошли, – Мирия решительно встала и направилась к двери. Прежде чем последовать за ней, вампир прошелся по зверодевушке оценивающим взглядом, сопровождавшимся ехидной ухмылкой.

***

22 Второго месяца тепла 3127 года, ранний вечер

– Отец! – молодой человек в богато выглядевшей походной одежде быстро вошел в тронный зал, взволнованно глядя на старческую фигуру на престоле. Несколько советников учтиво поклонились ему, немного отойдя от короля.

– Рейдел, сын мой, ты вернулся раньше запланированного. Что-то пошло не так? – правитель этих земель спокойно посмотрел на прибывшего.

– Нет, просто я гнал коней от самого Маскравина, едва услышал, что тебе вновь стало плохо.

– Не беспокойся, со мной уже все в порядке. Раз уж ты здесь, поведай нам, как прошли переговоры.

– Как скажешь, отец.

Королевство Фальриет образовалось около ста восьмидесяти лет назад, после того, как беженцы из Вальдийской империи сплотились в западной части региона и в рекордные сроки построили монументальную стену, которая вот уже несколько поколений защищала их от не слишком организованных нападений орков. Главенство в новоявленном государстве тогда взяли на себя представители бывшего королевского рода, которым удалось выжить после резни, устроенной империей в Геленкайте. Нынешний король, Домархальд Мудрый, являлся их прямым потомком и восседал на троне уже три десятилетия, унаследовав титул от своего отца в возрасте двадцати пяти лет. Сейчас у него самого уже было трое детей – принц Рейдел, который старательно готовился стать достойным преемником, принц Надошир, родившийся со способностями к магии и полностью в нее ушедший, и принцесса Валькалия, отличавшаяся весьма боевым нравом, несмотря на свой относительно юный возраст.

Как будущий король, Рейдел уже несколько лет участвовал во многих дипломатических миссиях, обрастая связями и набираясь практического опыта в заключении договоров. Впрочем, сложностей в этом деле почти не возникало – только изредка стороны могли начать спор о каких-то десятых долях процента в торговых договорах, военные же подписывались практически мгновенно. Королевство Дарантал и королевство Мальтрис, имевшие общие границы с королевством Фальриет, прекрасно понимали: если вдруг что-то случится с их соседом, то уже через несколько недель орки окажутся на их территориях, которые, в отличии от соседних, не защищены огромной стеной.

Отчитавшись о положительных – впрочем, как и почти всегда – результатах переговоров, принц подождал, пока советники покинут тронный зал, и только после этого позволил себе глубокий выдох.

– Я рад, что ты в порядке, отец. Что сказал лекарь?

– Да что он может сказать, все как обычно: «Вам нужен постельным режим, хорошее питание и меньше волнений», – король недовольно махнул рукой. – Будто бы я не слышал этого уже сотни раз.

– Ну, может, если бы ты соблюдал эти предписания, болезнь бы отступила. Я еще не готов принять на себя бразды правления, знаешь ли.

– Эта болезнь называется старостью, сынок. Мой отец умер в сорок восемь, я и так пережил его почти на декаду. По моему мнению – ты уже вполне готов. И не спорь со своим королем.

Принц усмехнулся.

– «В споре рождается истина». Если не я, то кто вообще решится с тобой спорить?

Король усмехнулся в ответ и встал с трона, после чего подошел к огромному витражу.

– Как кто? Есть тут некоторые личности, которые не только спорят, а еще и прямого приказа могут ослушаться.

Рейделу достаточно было знать, куда выходит это окно, чтобы догадаться, о ком говорит король. В закрытом от посторонних взглядов саду семнадцатилетняя принцесса, собрав длинные каштановые волосы в хвост и натянув элементы защиты, по очереди фехтовала с несколькими стражниками, выигрывая бой за боем.

– Что-то никогда не меняется, – хмыкнул принц. При виде этой картины он вспомнил другую, из детства. Тогда, несмотря на разницу в возрасте, какое-то время они обучались фехтованию все вместе, причем, в отличие от братьев, Валькалие пришлось это право себе выбивать наглым шантажом – она пообещала отцу, что если ей не дадут в руки меч, она отрежет себе волосы и затем уже никогда не выйдет замуж. Бедному королю пришлось согласиться – лысую принцессу, тем более, третью по очереди наследования, никто из высшего сословия в жены бы не взял. Теперь же Рейдел с родными виделся совсем не часто – он пропадал в разъездах, Валькалия могла отбыть на охоту, даже никого не предупредив, а Надошир практически не выходил из своей библиотеки, ради которой в свое время пришлось делать пристройку ко дворцу. Рейдел тихонько вздохнул, поддавшись приступу ностальгии.

– Мне поговорить с ней? – он посмотрел на отца, который только махнул рукой – оба прекрасно знали, что это не возымеет действия.

– Лучше скажи, видел ли ты за время поездок кого-то, кто смог бы с ней ужиться, – король покосился на своего наследника. Подумав, тот вынужден был признать, что такого не помнит.

– Досадно. Я все еще надеюсь, что успею увидеть ее свадьбу. Очень уж хочется посмотреть на того, кто ей всерьез приглянется, – он погладил свою аккуратную бороду. – А то ведь даже Надошир себе нашел откуда-то магичку, а она все еще без ожерелья ходит. Ну да ладно, ты, должно быть, устал с дороги. Отдохни. Встретимся за ужином.

Кивнув, принц удалился, оставив короля любоваться закатом. Зайдя в свою комнату, он прошелся по ней, проверяя, все ли на своих местах, и присел на кровать. На стенах висело множество картин, которые были очень ценны для принца – они изображали разные моменты из его детства. На многих он был вместе с братом и сестрой, на нескольких была запечатлена и мать, умершая, когда ему было десять. На глаза ему попалась сцена, нарисованная талантливым художником давным-давно – ужин, на котором присутствовали все пятеро членов королевской семьи. Передохнув, Рейдел встал с кровати с четким намерением воссоздать эту сцену в реальности и отправился за братом и сестрой.

ГЛАВА 10. УДИВИТЕЛЬНОЕ СОВПАДЕНИЕ, НЕПРОСТОЕ РЕШЕНИЕ И НАИГРАННОЕ УДИВЛЕНИЕ

23 Второго месяцa тепла 3127 года, утро

– Что значит пропали?! Куда они могли пропасть?! Вы же обещали их сохранность! – Мирия нависала над старостой и его помощником. До этой минуты все шло прекрасно – услышав про разведку, староста без проблем согласился выдать оружие, после чего угостил зверодевушку своим травяным чаем и поделился множеством интересных историй и легенд. А потом вернулся Конрад, который принес обратно только одну пару клинков. И, конечно же, не ту, ради которой зверодевушка отложила свой отдых и поспешила сюда. Нет, в обычной ситуации она могла бы даже посчитать это забавным – мол, только-только обсуждали такой вариант – да и вообще, был бы вампиру урок, однако все портил один момент – цена пропавших клинков.

– Сия оказия есть стыд для нас! Ворья и прочих лихих личностей мы здесь не терпим! Клятвенно обещаю, что лиходеи будут найдены и понесут строгое наказание! – заверил зверодевушку староста. Ее это, впрочем, не особо успокоило.

– Где они были? Где хранилось его оружие и кто имел к нему доступ?

– На оружейном складе, под замком. Отпереть его могли лишь маги, господин Геронт и я, – ответил Конрад.

– Значит, нужно собрать всех магов и опросить их. Сейчас же! – Мирия с трудом удержалась от того, чтобы стукнуть по столу. Не то чтобы она пыталась сохранить лицо – просто знала, что стол после этого развалится.

Пока шел сбор магов, зверодевушка напряженно думала, как найти вора побыстрее, желательно до того, как Мист вообще узнает о краже – доводить до крайности и устраивать с местными драку ей совершенно не хотелось.

– Привет, ты не знаешь, что случилось? – рядом с ней приземлилась Альвира. Катор и Хаттор опустились на землю несколькими секундами позже. – Почему объявили общий сбор?

Мирия коротко объяснила им, в чем дело, под конец упомянув приблизительную цену пропажи.

– СКОЛЬКО?! – у дворфа полезли на лоб глаза. На крик обернулось несколько местных, но никто не обратил на них внимания.

– Это и правда большая сумма, может, даже сравнимая с бюджетом нескольких баронств или целого герцогства, – Альвира не секунду задумалась, будто пытаясь что-то вспомнить. Ее глаза слегка затуманились, и она резко мотнула головой. – Не знаю даже, почему мне пришло в голову это сравнение.

– Думаю, оно может быть верным – сумма и правда огромная, – Катор слегка покосился на девушку, но увидев, что ее взгляд прояснился, не стал ничего говорить.

– Большая, огромная… да она не просто большая или огромная, она гигантская! Как этот болван вообще с ними расстался? Я бы с ними и спал, и срал. Нужно трясти местных, пока не признаются – ну некуда же им из этой пещеры деться!

– Думаю, расследование лучше вести Мирии, – покосившись на дворфа, произнесла Альвира.

Катор с ней согласился.

Через час у дома старосты собралось тридцать три местных мага. Леонис и Микос, знакомые зверодевушке по экскурсии, были последними, кто видел оружие. Они утверждали, что в пять утра оно все еще было на месте, а значит, искать стоит того, у кого была возможность пробраться на склад позднее. Мирия, которой нужно было начинать хоть с чего-нибудь, решила поверить им, после чего быстро отсеялось двадцать семь человек, у которых было то или иное алиби. Среди подозреваемых остались сами Леонис и Микос, а также еще четыре мага, слова которых некому было подтвердить. На этом моменте расследование застопорилось.

– Давайте я еще раз объясню, – зверодевушка потерла виски. – Это дорогие клинки. Это очень дорогие клинки. Мист так просто с ними не расстанется и перевернет вверх дном весь город. Вам это не нужно. Поэтому если клинки совершенно случайно найдутся у кого-нибудь из вас и вы скажете, что просто переложили их в другое место и забыли об этом – мы не будем иметь к вам никаких претензий.

В последней части своей речи зверодевушка сама была не слишком уверена, но надеялась, что если клинки найдутся вовремя, вампир не станет мстить.

– Да ты за кого нас принимаешь, девка? Кому они тут надобны-то, а? «Дорогие, очень дорогие»… Куда бы я их приспособил, по-твоему, кроликов резать? Орешь тут битый час, допекла уже, – высказался один из магов, поддерживаемый одобрительным гулом товарищей, которым не слишком нравилось быть обвиняемыми.

– Тогда куда они, мать твою, пропали, умник?! В воздухе растворились?! Или ты думаешь, мне тут с вами в дознавателя играть нравится? Не было бы пропажи – я бы, как ты выразился, не орала! Вы единственные, у кого был туда доступ и время их забрать! – Мирия постепенно начинала выходить из себя.

– Извините, а…

– А я тебе говорю, что мне ваши ножики и даром бы не сдались, да еще и в пять утра! Я маг, мы все тут маги, мы эти железки в гробу видали! Я ими махал последний раз на тренировках, десяток лет назад!

– Извините, я…

– В гробу вы себя потом увидите, если мы их не найдем! Не виноваты, значит, думайте – кто может быть виноват!

– Извините, но я…

– Да что?! – зверодевушка наконец развернулась на негромкий голос, который уже несколько раз пытался влезть в разговор. Слева оказалась женщина среднего возраста, нервно мнущая одежду. – Что – «ты»? Говори уже, что хотела?

– Извините, но я, возможно, знаю, кто их украл… – тихо сказала та, опустив глаза в пол. Тем не менее, ее услышали все, и наконец наступила тишина.

– Знаешь? Отлично. Просто скажи, кто это. Твой знакомый? Могу заверить, что я не стану его трогать, мне нужны только клинки обратно, – зверодевушка постаралась успокоиться и сделать свой тон менее агрессивным.

– Нет, не знакомый… Это мой… сын. Он пропал сегодня ночью, и до сих пор нигде не появлялся, кого бы я ни спросила. Хотела вот просить старосту помочь с поисками, а тут вы… и он… Он был магом, он и правда мог их взять, но я не знаю, зачем, он ничего мне не сказал и… и… – женщина не смогла сдержать слез, и староста принялся ее успокаивать.

– Если он был магом, почему на его отсутствие никто не указал? – понизив голос, недовольно поинтересовалась Мирия у Конрада.

– Потому что он не был полноценным магом, только помощником. Ему вроде семнадцать недавно исполнилось, еще год до официального звания, – вместо него ответил один из магов, стоявший рядом. – И потому, что он не должен был уметь открывать тот замок. Но об этом лучше спросить у его наставника.

– Где он?

– Я здесь, – поближе подошел далеко не молодой маг. – Меня зовут Детанавир, я есмь наставник Дифуса. И, возможно, нам стоит поспешить.

* * *

Час спустя поисковый отряд уже подходил к выходу на поверхность. В него вошли Мирия, Альвира, Детанавир и еще семнадцать магов, включая Микоса и Леониса. Все остальные, в том числе и Катор с дворфом, остались в городе – староста наотрез отказался оставлять его без защиты.

– У Дифуса в детстве отца убило, несчастный случай. Он возвращался домой с дежурства, а в тот момент как раз кусок пещеры обвалился. Почему он вовремя не защитился, сказать не могу – может, устал, а может, сил не хватило, магом он был, чего уж там греха таить, посредственным… хотя человеком отличным. Но в итоге нашли мы его только через пару дней, и останки оставалось только сжечь. Я с их семьей давнюю дружбу водил, магии начал мальца учить чуть ли не с младенчества, и помню, в тот момент его как перемкнуло, постоянно под нос себе бубнил: «А ежели бы мы под солнцем жили, папку бы не убило». Дитю лет девять тогда было, мы пытались ему втолковать, что нельзя нам на поверхность, ибо там орки, а он заявлял: «Пусть лучше орки здесь живут, и их убивает, а мы на поверхности». Боялись за него всей деревней, но как подрос – вроде попустило немного, он весь в магию ушел. Ученик из него был отменный: все на лету схватывал, а если что не получалось – тренировался до упаду. А еще, наверное, единственный из магов, кто не пропускал занятия по фехтованию и на меч не плевался, – рассказывал по пути Детанавир.

– На кой ляд вы вообще магов фехтованию учите? – Мирия не сдержала своего раздражения, про себя добавив: «Научили они, блядь, на свою голову».

– Да, и правда, зачем? Даже в лучших академиях фехтование идет как совсем необязательный курс, – поддержала подругу Альвира, которая шла рядом и тоже слышала всю историю.

– Так все ради скрытности. Ежели сюда все-таки заплывет какая лодка с орками – ночью их можно по-тихому порубить, а потом волбера туда приманить, который останки подъест. И ежели орки новый отряд пошлют, то их такое не удивит – про зверей они давно знают. С магией так тихо не всегда получается, иной раз у этих дикарей амулеты окажутся, шаманом дарованные, да и с других островов ее могут заметить, – объяснил он, а затем продолжил свой рассказ. – В общем, парень быстро стал лучшим учеником, за всю жизнь способнее не видел. Однако пунктик на орках у него, видимо, остался, задавал он иногда не самые приятные вопросы, орочьей магией интересовался… Но я и помыслить не мог, что он на кражу решится и сбежит! И уж тем более не ведаю, почему он именно чужое оружие схватил – рядом же и нашенское было!

Секунду подумав, Мирия решила промолчать. Тем более, что она и сама толком не знала, какой магией наделены те клинки.

– Однако парень он умный, так что наверняка днем атаковать не станет, а значит, до сумерек он будет прятаться на этом острове. Ежели хорошо поищем, уверен, что успеем его найти, – на такой оптимистичной ноте Детанавир закончил свой рассказ. А полчаса спустя весь его оптимизм исчез – стоило им выбраться из пещеры, как на соседнем острове вспыхнуло яркое зарево.

– До сумерек будет прятаться, ага, – раздраженно процедила зверодевушка, оценивая ситуацию. – Предложения?

– Нам нужно его спасать! – первым отозвался побледневший Детанавир.

– И выдавать себя? Малец наверняка уже кончился там! – возразил ему кто-то.

В этот момент на острове вознесся новый столп огня.

– Это он! Он еще жив и сражается! Мы должны помочь! – вновь среагировал наставник парня.

– А кто нам потом поможет? Не дури, нас здесь всего двадцать голов!

– Гляньте, там две лодки идут от другого острова! – заметил Леонис.

– Тем более, не стоит лезть! Рисковать усей деревней из-за одного!

– Но ежели его в плен захватят, он же и так им все выложит!

– Не станет он им ничего выкладывать!

– Ежели ноги оторвут, то станет! И уж точно сообразят острова еще раз обыскать!

– Ну так спрячемся и переждем!

– А ежели обнаружат?

– Но стоять и смотреть – не дело, я согласен с Детанавиром, нужно помочь!

– А ну, заткнулись все! – Мирия прервала бесполезный спор и напряженно думала. – Нам в любом случае придется вмешаться, ибо если его захватят, это действительно может раскрыть селение. Основная задача сейчас – это вытянуть его и убить преследователей, а потом уже будем разбираться с последствиями!

– Тебе-то легко говорить, вы, чужаки, через пару дней утопаете отсюда, а нам тут жить! – возмутился один из магов.

– Если они будут вокруг рыскать, то и мы никуда не «утопаем», – Мирия сразу же оборвала начало очередного спора.

– Думаешь, успеем? – Альвира вопросительно посмотрела на зверодевушку. – Я за спасение парня, но уже может быть слишком поздно.

– Может, успеем. А если нет – то хоть труп заберем, – ответила ей Мирия, затем одними губами прошептала: «И клинки», прежде чем обернуться к остальным магам. – Так что хватит трепаться, времени уже нет. Нужно лететь. Только не напрямую! Сначала взлетим повыше, чтобы они не знали, с какой стороны мы прилетели, – на секунду зверодевушка задумалась, после чего вдохновлено добавила: – И вот еще что – когда будем опускаться, закройтесь огненными сферами, пусть они не видят в нас людей.

– А кого они, по-твоему, увидят?

– Элементалей, светлячков, духов – на что фантазии хватит, – зверодевушка очень вовремя вспомнила услышанные от старосты легенды. – Пусть сами догадываются, что на них обрушилось. Как минимум мы выиграем запас времени, особенно, если сможем убить всех свидетелей, которые уже видели вашего парня.

– Хм, а ведь, в принципе, это может сработать, – задумчиво протянул Микос. – Они же совсем дикари, всяким тотемам поклоняются. Может, подумают, что мы – это гнев их богов или во что они там верят.

Недолго посовещавшись, с планом согласились все, хоть и без особого энтузиазма. Альвира обеспечила подруге полет, и вместе с остальными они поднялись выше уровня облаков. По команде вокруг всех появились огненные сферы, после чего маги спикировали на противника. Первой целью стали лодки с подкреплением, которые, видимо, не имели в экипаже шаманов, поскольку загорелись буквально после первых же огненных шаров. Разобравшись с подмогой, маги направились к острову, где хаотично бегали орки, пытаясь найти укрытие от огня.

– Там еще лодки, с другой стороны! – внезапно крикнул кто-то.

– Тогда бери с собой шестерых и займитесь ими! – скомандовала в ответ Мирия, которая сама не заметила, что в какой-то момент маги перестали с ней спорить и признали ее лидером на время этой миссии. – Остальные – на поиски парня, быстро!

Огненные сферы, скрывающие в себе людей, разлетелись в разные стороны, увеличивая площадь пожаров и количество орочьих трупов на своем пути. Альвира опустила зверодевушку пониже и позволила спрыгнуть, оставшись прикрывать сверху. Мирия огляделась, пытаясь сообразить, где может быть парень. Однако разобрать что-то в происходящем хаосе было крайне трудно, а еще труднее стало, когда орки обратили на нее внимание. Вынув свои клинки, она вступила в схватку сразу с тремя, парируя и уклоняясь от ударов, которые сыпались не так уж и часто. Подправив траекторию копья одного из орков, она избавилась от его соседа – острие прошло сквозь глотку. Рубящий удар снес полголовы ближнему к зверодевушке противнику, после чего она смогла добить последнего, просто воспользовавшись преимуществом второго клинка, который оппоненту было нечем блокировать. Продвигаясь вперед, она старалась убить как можно больше, тем более, что практически всегда замечала орков первой, поэтому сопротивление успевали оказать только два-три последних противника. Спустя несколько боев ей начало не хватать воздуха из-за дыма вокруг, так что она прильнула к земле, делая глубокие вдохи. Орка, внезапно появившегося из дыма, пронзило молнией – Альвира все это время следовала за ней. Она помахала руками, подзывая зверодевушку – как оказалось, кто-то нашел Дифуса, объявив об этом с помощью огненного цветка, как и было условлено. Вновь подняв Мирию в воздух, Альвира вместе с ней полетела в сторону сигнала.

Там вскоре обнаружился Детанавир, сосредоточенно обменивающийся атаками с оркским шаманом. Зеленомордый здоровяк пока что успешно защищал от молний мага не только себя, но и два десятка союзников, которые пытались пройти куда-то на запад. Посмотрев в ту сторону, Мирия увидела раненого юношу с черным клинком в руке, на которого надвигалось сразу восемь орков. Он устало махнул перед собой оружием, а секунду спустя орк, находившийся от него на расстоянии пяти метров, распался на две части. Зверодевушка недоуменно моргнула, и за это время противников стало пятеро – невидимое лезвие все с той же легкостью разрубило сразу двоих. Спустя еще несколько взмахов противников рядом с парнем не осталось, а сам он, опираясь спиной на какую-то крашеную деревяшку, пытался отдышаться и не потерять сознание.

Спрыгнув на землю, зверодевушка метнулась в сторону, после чего по-тихому зашла за спины тем воинам, что толпились рядом с шаманом. Возможности выйти из-под магической защиты у них не было, та и так едва отражала атаки уже двоих магов – Альвира присоединилась к Детанавиру и активно заливала площадь щита огнем. Сделав несколько вдохов, зверодевушка ускорилась и начала вырезать полуодетую толпу, которая не могла оказать воину ее уровня практически никакого сопротивления. Через полминуты уже половина орков отправилась к праотцам, а остальные хаотично пытались достать ее, и при этом не покинуть пределов магической защиты.

Внезапно сверху послышался предупреждающий крик, и Мирия была вынуждена отпрыгнуть назад. Совместные усилия магов превзошли наконец старания шамана, и его сразила молния, а секунду спустя остальные орки превратились в кровавый блин, при этом окатив зверодевушку кровью с ног до головы. Ледяная глыба, которая их раздавила, оказалась заслугой Микоса, недавно присоединившегося к этой схватке. Пока Альвира поливала подругу водой, помогая смыть кровь, Детанавир поспешил к своему ученику. Тот уже был без сознания, но дыхание было в порядке, а раны оказались неглубокими – видимо, его задевало по касательной, так что его жизни ничто не угрожало. Облегченно вздохнув, маг полил раны своего ученика каким-то эликсиром, что прекратило кровотечение, после чего осторожно взял Дифуса на руки и взлетел вместе с ним.

Мирия подобрала тяжелый клинок с черным лезвием, который обронил парень, и вложила его в ножны, снятые с его пояса. В голове у нее при этом мелькнула какая-то мысль, но сверху раздалось предупреждение о подкреплениях противника, так что пытаться ухватить ее зверодевушке было некогда.

– Отступаем! – скомандовала Мирия, и двадцать огненных сфер вознеслись в небо, чтобы затем в нем раствориться. А спустя десяток минут весь отряд приземлился на поляну с пасекой и оттуда уже отправился в город.

* * *

Мист развеял большую часть глаз, наблюдавших за событиями на острове, и оставил только один, подняв его повыше, после чего рефлекторно потер глаза. Все время наблюдения ему сильно мешал дым – из-за него ему постоянно приходилось менять расположение глаз во время боя, стараясь уследить за парнем и вовремя скорректировать движения клинков. В пылу боя юноша не замечал ни легкую влажность ручки оружия, ни его самостоятельное поведение, превратившее его в непобедимого воина, когда дело дошло до ближнего боя. И только под конец вампиру пришлось действовать более явно – из-за все того же дыма он слишком поздно заметил подобравшихся к Дифусу орков, из-за чего, спасая парня от смертельного удара, один из клинков настолько резко рванулся за его спину, что вывихнул при этом ему левую кисть. Впрочем, парень на тот момент и так был едва в сознании, поэтому Мист не беспокоился – знал, что позже он спокойно сможет убедить юношу в том, что это была всего лишь одна из функций «чудо-клинков». Также его не волновал и сам факт их использования – затраты маны, потребовавшиеся для активации «невидимого» воздушного лезвия во время боя, не превысили даже десятую долю процента от общего ее количества в резерве артефакта. Зато итог выходки мальца полностью устраивал вампира, который с интересом наблюдал за поведением в реальном бою не только орков, но также местных магов и своих спутников – ту же Альвиру в действии он видел первый раз, не считая ее потуг на «кастинге» магов. И увиденное ему понравилось – ее заклинания разили противников быстро и точно, к тому же она умело прикрывала Мирию, а позже присоединилась к другому магу, быстро подстроившись под его стиль, что показывало ее способность к командной работе. Что касается орков – те пока были на уровне «я иметь мышцы и дубина, я зваться воина». Кроме шамана, конечно же – вампир отметил его лидерские и магические способности, поэтому в будущем решил убивать шаманов первыми. Прикинув, сколько по времени займет тушение пожара и поиски выживших, которых, о чем он лично позаботился, не осталось, Мист спокойно вернулся к своей работе. Лезвия в форме прямоугольника очередной раз ударились в очередную стену, чтобы вампир мог, аккуратно удерживая ее за боковые части, извлечь очередную дверь, чьи свойства ему уж очень приглянулись. Собственно, именно за таким занятием он и провел большую часть этого дня, не считая вынужденного перерыва из-за событий на острове и экспериментов с теми самыми ножами, которые перенесли их сюда. Как оказалось, сработать из них успели только три, а остальные просто переместились вместе с ними, и вампир спокойно подобрал их с пола тюремных камер. Теперь, когда он знал, как работают эти ловушки-телепорты и куда они ведут, ножи вполне могли пригодится.

Заметив, что поисково-спасательный отряд вернулся в подземную пещеру, вампир выждал около получаса, а затем как ни в чем не бывало полетел к старосте, около дома которого в тот момент и находилась толпа разной степени потрепанности. Больше всех досталось Дифусу, что, впрочем, было и не удивительно. Меньше всех – Альвире и Мирии, для которых вылазка оказалась не слишком утомительной, а местные маги болтались где-то посередине, явно демонстрируя корреляцию между магической выносливостью и состоянием сразу после боя. Сборище магов привлекало все больше внимания местных жителей, которые хотели узнать, в чем дело, однако староста быстро взял ситуацию под контроль, отправив самых побитых и уставших в местный госпиталь, самых любопытных – обратно на работу или по домам, а самых адекватных пригласив к себе, желая узнать все подробности. Вампир, скромно наблюдавший за проявлением организаторских способностей Геронта с высоты, спустился ровно вовремя, чтобы присоединиться к третьей группе. По итогу, в не такую уж и большую комнату напихалось девять персон: сам староста, Конрад, Мист, Мирия, Альвира, Микос, Леонис, Детанавир и Андрат, который был тем самым магом, что громче всех ратовал против спасения юноши, не желая подвергать дополнительному риску всю деревню.

Изображая искренний интерес, вампир выслушал историю целиком из уст зверодевушки, за которой последовало множество дополнений от остальных участников события. В момент небольшого затишья Мирия вспомнила про клинок, лежащий у нее на коленях, и протянула его вампиру. Вежливо поблагодарив ее, он спокойным тоном задал всего один вопрос: «Кстати, а где второй?».

ГЛАВА 11. УБИЙСТВЕННАЯ НАХОДКА И КРАТКИЙ УРОК ПО АНАТОМИИ ВАМПИРОВ

23 Второго месяца тепла 3127 года, полдень

Глаза зверодевушки широко открылись от удивления.

– А… – она попыталась что-то сказать, но так и осталась сидеть с приоткрытым ртом, прокручивая у себя в голове события недавнего боя и недоумевая, как она умудрилась забыть о том, что клинки были парными.

– А их два было? – поинтересовался Микос. Вампир кивнул.

– Но у Дифуса при себе был только один! – наконец пришла в себя Мирия. – Даже если бы я не забыла об этом – не могла же я весь остров обыскивать!

– Не могла, конечно, иначе вам бы пришлось сражаться с прибывающим подкреплением врага, – спокойно согласился вампир. Настроения зверодевушке это, впрочем, не прибавило. – Я тебя и не виню. Ведь все прекрасно понимают, что виновник этого происшествия только один, и в этой комнате его нет.

– Я вновь приношу свои искренние извинения за такое поведение нашего собрата. Да никогда бы не подумал, что малец что-то эдакое учудит! Завсегда такой тихий, спокойный был… Эх, а ведь мне его еще судить, – вздохнул староста. – У нас ведь вся жизнь здесь построена на доверии и взаимопомощи друг другу – поддержки-то ждать неоткуда – поэтому любое лиходейство карается очень строго. А чтобы кто-то столько всего сразу натворил – у нас впервые за все сто восемьдесят лет приключилось.

– Как бы плохо это не выглядело, но прошенье имею – не судите его сгоряча. Могу вас заверить, что Дифус ни за что бы не хотел навредить ни вам, господин Мист, ни деревне, господин Геронт. Дайте юнцу шанс объясниться, – высказал просьбу Детанавир.

– Да и толк с его объяснений? Сколько бы ты ни оправдывал его, старик, все прекрасно знают – он болен. Разумом повредился после смерти отца, – резко бросил Андрат. – И как бы это ни было печально – он опасен для деревни!

– Оступиться может каждый! – негодующей воскликнул пожилой маг.

– Вот только одно дело мелкие проступки, а другое – воровство, побег и навлечение опасности на всю деревню! А ну как завтра на пороге супостаты появиться – кого спасут его слова?

– Господа, – вампир вовремя вклинился, – если повезет, орки ни о чем не догадаются, однако если нет – вы можете рассчитывать на мою поддержку. А я, уж поверьте, видел противников гораздо сильнее. И если бой таки случится – я постараюсь сделать так, чтобы о вашей деревне у них времени думать не было.

– Благодарствую, господин Мист. Но все ж лелею я надежду, что лихо нас минует, – вздохнул староста.

– Надеяться, конечно, надо на лучшее, но готовится уж точно к худшему! Предлагаю отложить все вылазки и выставить больше дозорных!

На этот раз слова Андрата всеми были приняты благосклонно.

– Ну, вот и хорошо. Думаю, этого будет достаточно, – покивал вампир. – А я же в это время хотел бы поговорить с тем пареньком… Дифусом, так ведь его зовут?

– Мы вновь вернулись к этому, и я вновь прошу его для начала выслушать! – Детанавир переводил взгляд со старосты на вампира и обратно.

Мист слегка улыбнулся.

– Вы меня не поняли – я действительно хочу просто поговорить. А насчет наказания – на вашем месте я бы все-таки с ним повременил, – уловив удивленные взгляды присутствующих, он продолжил: – Несмотря на магическую силу моих клинков, они не делают носителя бессмертным, знаете ли. А этот парень, судя по рассказу, сумел в одиночку выкосить множество противников и продержаться до прибытия подмоги, не свалившись от истощения в середине боя. Накладывать на него какие-то ограничения при возможном нападении орков в ближайшем будущем мне кажется весьма расточительным. Что касается разговора – я хочу уточнить у него несколько мелочей, а заодно узнать, насколько сильно он ненавидит орков, и оценить этим степень его будущей угрозы для деревни.

– Добро. Сейчас он у лекарей, но я не знаю, очнулся уже иль еще нет. Пусть Детанавир вас проведет, – немного подумав, согласился староста. Наставник Дифуса кивнул, явно не желая подпускать вампира к своему ученику одного.

– Отлично. Не люблю терять время, поэтому отправлюсь к нему прямо сейчас. Альвира, Мирия, Детанавир, пойдемте. До встречи, господа, – Мист кивнул на прощание старосте и магам, после чего вышел на улицу.

До местного госпиталя они добрались достаточно быстро – он располагался всего в нескольких улицах от дома старосты. По пути вампир похвалил Мирию за ее идею с огненными сферами, что заставило зверодевушку воспрянуть духом. У кровати Дифуса отряд встретила его мать и тут же принялась извиняться. Шепнув им пару слов, вампир послал девушек успокаивать ее, а сам присел на табурет и уставился на парня с перевязанной рукой, который уже был в сознании и сидел в кровати, опираясь на изголовье. Детанавир остался у двери – вампир попросил его не вмешиваться.

– Мастер, я… должен извиниться. Перед вами… и перед вами тоже, – он обернулся к вампиру. Тот нетерпеливо помахал рукой.

– Я слышал сегодня уже достаточно извинений и пришел не за ними. Просто хочу задать тебе несколько вопросов и буду благодарен за правдивые ответы, – на лице вампира появилась умиротворяющая улыбка. Дифус слегка недоуменно кивнул.

– Почему день, а не ночь?

– Что, простите? – парень удивленно посмотрел на вампира, не поняв вопрос.

– Не «что». И я уже сказал, что слышал достаточно извинений. Почему ты атаковал днем, а не ночью, что, по предположению твоего наставника, было бы гораздо логичнее?

– А, вы про это. Понимаете, я надеялся, что так смогу выиграть себе больше времени, чтобы скрыться.

– Поясни.

– У орков постоянно случаются пожары в сезон тепла – чаще всего загорается лес, за которым никто не следит. Отец несколько раз брал меня на поверхность, и я лично видел столбы дыма и пламени несколько раз. А оттого я и подумал, что, даже заметив огонь, не все орки с соседних остров поймут, что это была именно магия. А я за это время успею перебить всех на первом острове и сбежать. Ну, а потом повторить то же самое, только уже с другой деревней. И так, пока на островах не станет пусто. А уже потом, возможно, наоборот – на ночные атаки перейти, чтобы было неожиданно.

– Вот как. Неплохо. Потом? То есть, ты планировал в одиночку воевать с целым орочьим государством? Стать таким себе «легендарным» призраком-поджигателем, который держал бы в страхе все их земли? Ах-ха-ха, – вампир добродушно рассмеялся. Детанавир, в свою очередь, не видел в этом признании ничего смешного, но решил промолчать. – Мне нравятся твои амбиции, парень, – Мист быстро успокоился и вернулся к прежней улыбке, после чего слегка похлопал юношу по плечу. – Но ты себя уж очень переоценил.

– Да, тут правда ваша… Пожалуй, я выжил только благодаря вашим мечам! Они будто бы двигались сами, а разили врагов так легко! Да еще и разрезали все подряд, даже крепкие дубины или вообще другие мечи! – Дифус слегка взбодрился, но потом посмотрел на свою руку. – Хотя, в какой-то момент один из них вывихнул мне кисть и куда-то улетел.

– Ну, это уже только твоя вина. Они зачарованы защищать своего владельца, но твое тело оказалось слишком медленным и не смогло за ними угнаться, – вампир соврал, не моргнув глазом, прекрасно зная, что раскусить его ложь никто из присутствующих не сможет. Нет, в его мире и правда существовали мечи с функцией авто-боя, но они были лишь средней по качеству попыткой магов обучиться фехтованию без, собственно, процесса обучения, и в итоге просто пополнили арсенал боевых големов, поскольку с хорошим мечником они сравнения не выдерживали, а с плохим – не были нужны. Клинки же вампира, которыми недолго пользовался Дифус, имели на вооружении только изменяемое по форме невидимое лезвие со свойствами стихии ветра и молнии, которое, однако являлось гораздо более мощным артефактом, тем более с таким количеством маны в резервуаре – ее хватило бы на уничтожение целой армии. Впрочем, другие артефакты в его сумке им не уступали – с того момента, как у него появилось желание совершить переход, у вампира была возможность подготовиться серьезно.

– Вот как? Тогда вновь правда ваша. Мне стоило больше тренироваться, – юноша серьезно кивнул. Вампир хмыкнул.

– У человеческого тела, знаешь ли, есть свой предел. Тебе до него, конечно, еще далеко, однако даже самый натренированный человек вряд ли сможет справиться с этими клинками – они ковались специально для меня. Хотя лично я считаю, что ты проявил себя отлично, – на этих словах парень удивленно взглянул на своего собеседника. – Нет, конечно, сбегать вот так было откровенной дуростью, и ты подставил под удар всю деревню, за что тебе, несомненно, придется выслушать много интересного от своего наставника и других магов, но я имею в виду бой – тебе всего, сколько там, семнадцать вроде? А ты уже продержался гораздо дольше, чем продержались бы многие из ваших магов. Кстати говоря, тебе понравилось?

– Что именно? Вести бой? – закрученная речь вампира иногда сбивала Дифуса с толку.

– Убивать. Понравилось ли тебе убивать орков? Не обращай внимания на эти громкие вздохи своего наставника – я хочу узнать, какой из тебя воин, а для этого мне нужен честный ответ.

– Я… Мне… – Дифус всерьез задумался над этим вопросом. Вампир ему не мешал, вместо этого предпочитая «подъедать» злость стоящего рядом мага, не давая ему дойти до точки кипения. Обычно он использовал подобный навык, чтобы усилить яркость своих эмоций за счет толпы, а на одиночках применял реже – в основном тогда, когда словами успокаивать было бесполезно.

– Я не знаю, делает ли это меня плохим воином, но я не могу сказать, что мне это понравилось, – наконец ответил юноша. – Вначале меня вообще тошнило от запаха жженых шкур и вида внутренностей, но в какой-то момент я понял… понял, что нахожусь именно там, где должен, и занимаюсь тем, чем должен. После этого мне стало легче, и я просто… ну, продолжал убивать орков, – парень пожал плечами. – Они должны умереть, чтобы люди смогли вернуться под солнце.

– Так это и есть твоя мечта?

– Да, – Дифус ответил твердо. Вампир ненадолго задумался, но потом все же задал следующий вопрос.

– А ты думал о том, что, возможно, местные не захотят покидать пещеру, даже если в живых не останется ни одного орка?

– Вы говорили со старостой, – юноша утвердительно кивнул самому себе. – Да, я знаю это. Я знаю, что так и будет – сейчас они слишком напуганы. Но пройдет пять, десять, двадцать лет – и страх пройдет. Пусть даже не они, но их дети точно захотят выйти на поверхность и начать нормальную жизнь! А я же хочу дать им эту возможность!

– Это… гораздо более разумный ответ, чем тот, который многие бы ожидали от тебя, – вампир слегка ухмыльнулся. – Знаешь, некоторые считают тебя просто больным на голову ребенком, который свихнулся после смерти отца – я слышал подобное мнение всего-то полчаса назад. А вот я вижу перед собой человека с огромным потенциалом. Человека, который решился бросить вызов целой нации, дабы проложить дорогу для других. Человека, готового совершить достойный поступок даже в ущерб себе. Вот только ты ведь уже понял, что в одиночку долго не протянешь, не так ли?

Парень, удивленно слушавший вампира, нехотя кивнул, даже не замечая, что лицо его наставника скоро станет пунцовым.

– Так вот, я сильно сомневаюсь, что ты сможешь найти себе союзников в этой деревне. Как ты правильно подметил – они слишком напуганы. Однако мир не ограничивается этой пещерой – там, на поверхности, живет множество людей, для которых орки тоже являются врагами. Ведь многих эти глупые и агрессивные животные когда-то выгнали из их домов также, как они заставили вас прятаться здесь. Но чтобы найти этих людей – вначале нужно выбраться из деревни. Поэтому я предлагаю тебе присоединиться к моему отряду, – вампир протянул парню руку. Тот, подумав несколько секунд, крепко пожал ее.

* * *

– Мне не стоило пускать тебя к нему! Зачем ты задурил бедному мальчишке голову?! Почто ты желаешь ему смерти?! Почто пригласил в свой отряд?! – Детанавир, толком не понимавший, что удерживало его от вмешательства раньше, начал свою тираду, стоило им покинуть госпиталь.

– Ты пригласил парнишку в отряд? Зачем? – Мирия и Альвира тоже стояли рядом с вампиром. Тот мотнул головой и бросил им взгляд, в котором читалось: «Потом», а затем убрал улыбку с лица.

– Заткнись, болван, – резко сказал он магу. Тот послушался, хотя больше от удивления резкой смене тона вампира. Девушки тоже недоуменно переглянулись.

– Я делаю огромное одолжение как деревне, так и самому Дифусу. Не перебивай! – вампир заметил, что Детанавир хотел что-то сказать. – У тебя была возможность переубедить парня, пока он был еще ребенком, но ты ее упустил. Сейчас уже поздно. Что бы ты ни сказал ему или ни сделал – он уже не изменит свое мнение. Он четко решил, что хочет воевать с орками. Эта идея появилась у него после смерти отца и жила с ним все это время, крепко вплетаясь в его личность. Еще раз говорю, убрать ее у тебя не получится – ему просто не интересно ничто другое. Оставить его здесь – значит обречь его на верную смерть, а деревню – на риск раскрытия. Сколько бы вы его ни пытались удержать – он все равно сбежит. Он умен, поэтому сделает все, чтобы освободиться – изобразит раскаяние, прикинется паинькой на год, два, три, пять – столько, сколько посчитает нужным для тренировок, а потом, учтя свои предыдущие ошибки, сбежит так, что его отсутствие даже не заметят, и в итоге умрет. Со мной у него гораздо больше шансов выжить. Именно это я скажу старосте, и я уверен, что он меня поддержит. Спорить я не намерен, поэтому – прочь с дороги!

Секунду казалось, что багровый от гнева маг все-таки запустит в вампира каким-нибудь заклинанием, но в итоге он просто отошел в сторону, буравя взглядом спину Миста, который, увлекая за собой девушек, начал удаляться от госпиталя.

– Кажется, он серьезно тебя разозлил, – Мирия оглянулась на мага, который упрямо пошагал обратно в госпиталь.

– С чего ты так решила? – вампир обернулся, удивив девушек спокойным выражением лица. – Я просто выбрал ту манеру речи, которая лучше подходила для передачи данной информации. К тому же мне было неохота с ним спорить, а если бы я не выглядел достаточно серьезным – он бы не дал мне так быстро уйти.

– То есть, ты просто сыграл роль? Вау, это было убедительно, – Альвира тоже оказалась впечатлена.

– Так зачем ты пригласил парня в отряд? Разве ты не должен был на него злиться за кражу клинков? – зверодевушка вернулась к основной теме спора.

– С чего бы это?

– Ну, я бы злилась, если бы кто-то украл мое оружие, а уж тем более, если бы оно стоило таких бешеных денег.

– Но ведь я не ты, а ты не я, – ухмыльнулся вампир. – Слушая, я гарантирую, что ты точно поймешь, когда я злюсь на кого-то всерьез.

– Как? – Мирия недоуменно склонила голову.

– От его трупа не останется даже костей.

Альвира не удержалась от смешка, а вот зверодевушка только цокнула.

– А у тебя не бывает такой… «промежуточной» злости? Когда уже хочется дать по морде, но еще не хочется убивать? А то, знаешь ли, меня не привлекает идея, что если я тебя случайно разозлю, то потом даже не буду иметь возможности извиниться, ибо от моего трупа «не останется даже костей».

– Бывает, конечно, просто я предпочитаю сдерживаться – если я ударю, это, в принципе, все равно в большинстве случаев закончится смертью. Но ты можешь не переживать – если что, я выскажу свои претензии заранее. Мы же одна команда.

– О, как мило с твоей стороны. Премного благодарна. Но ты на вопрос так и не ответил, – Мирия хмыкнула, и вновь вернулась к теме пополнения отряда.

– Вообще-то ответил. Вы стояли рядом и прекрасно все слышали.

– То есть, ты это делаешь только ради него и деревни? Ничего не получая взамен? – уточнила Альвира.

– Взамен я получаю еще одного боевого мага в отряд, а также благодарность старосты и самого Дифуса – уже немало. М-м-м… еще можно потребовать со старосты дополнительные припасы на юношу, а потом забрать большую часть из них себе, в счет оплаты проезда, но это уж если совсем по мелочи, – вампир с ухмылкой покосился на резко фыркнувшую зверодевушку.

– Дурацкая шутка, – Мирия скривилась своим воспоминаниям и слегка мотнула головой. – А куда мы вообще идем?

– Вообще – мы уже пришли, – Мист указал на виднеющийся впереди дом старосты. – Мне нужно сказать ему о Дифусе. А вы, по факту, можете быть свободны и отдыхать после боя. Например, сходить в местную купальню, – вампир покосился на пятна крови, впитавшиеся в одежду зверодевушки.

– А ты долго планируешь со старостой общаться? – поинтересовалась Мирия.

– Нет, думаю, он не будет так реагировать, как Детанавир, так что все пройдет гладко.

– Тогда, может, мы подождем тут, а ты потом подбросишь нас к купальне?

– Ладно. Хотя, кажется, такими темпами кто-то скоро разучится ходить, – вампир с легким намеком покосился на зверодевушку.

– Ты всегда можешь мне отказать, – Мирия пожала плечами. – А пока ты этого не сделал – я предпочитаю не упускать возможность полетать с таким комфортом, а тем более, бесплатно.

– Комфортом? Ты про тот раз, когда я сделал кресла?

– Думаю, она имеет в виду общую плавность полета, – вмешалась Альвира, завистливо вздохнув. – Даже у меня не получается настолько легко держаться в воздухе, а уж когда внимание рассеивается на нескольких человек – начинаются колебания, будто на волнах. И это при том, что я – атакующий маг, и движения – это моя стихия. Попробуй полетать с Катором или Хаттором, сразу заметишь разницу. Так что, если тебе вдруг срочно нужны будут деньги в каком-нибудь городе – ты можешь просто предложить услуги полета, и после первых отзывов к тебе соберется огромная очередь.

– Вот как? – вампир хмыкнул. – Ладно, запомню. Может, когда-нибудь пригодится.

Разговор со старостой и правда не отнял много времени – Геронт с радостью согласился на предложенный вампиром вариант, который к тому же избавлял его от необходимости судить парня за его проступки. Поэтому уже через полчаса троица оказалась у входа в местные купальни. Они представляли собой просторное каменное здание, с одним крупным бассейном и несколькими отдельными, вода в которых постоянно обновлялась за счет специально отведенной части источника. Перед входом в любой из них нужно было пройти сквозь водные врата, которые являлись отдельно стоящей конструкцией с постоянным умеренным потоком воды, необходимым для того, чтобы смыть большую часть грязи или постирать одежду. После этого можно было расслабляться в большом бассейне, который не разделялся на мужской и женский, или отправиться небольшой компанией в один из более мелких, рассчитанных в среднем на восемь человек. Последний вариант и выбрал вампир с девушками, поскольку основной бассейн оказался заполнен – там уже находились пять десятков человек, большинство из которых пришли отдохнуть после трудового дня. Кроме того, купальни являлись местом для обмена новостями и сплетнями наравне с центральными рынками в городах, а никому из компании не хотелось отвечать на вопросы или слушать невероятные выдумки о том, что же произошло с магами днем – кажется, староста все еще не удосужился дать официальное пояснение.

Однако перед купанием стоило постирать одежду, поэтому, увидев несколько нагих человек, которые занимались этим около водных врат, компания направилась туда.

– Дай угадаю, вампирам и мыться не нужно? – поинтересовалась Мирия, снимая с себя одежду.

Чуть поколебавшись, Альвира последовала ее примеру, по привычке подвесив вещи в воздухе, что сразу же выдало в ней мага и привлекло еще больше внимания.

– От внешних загрязнителей нужно, но не обязательно делать это водой, – вампир пожал плечами, чуть отойдя назад, чтобы не попасть под брызги, когда девушки проходили сквозь водные врата.

– Пфр. А как тогда? – отряхнувшись, с интересом спросила зверодевушка, не обращая внимания на людей, которые начали обсуждать ее слегка повисшие от воды уши, и которых она этими же ушами прекрасно слышала. Альвира тоже заинтересовалась.

– Могу показать, – предложил Мист и потянулся за ее оружием зверодевушки. Окутав клинки кровью, он заставил жидкость двигаться в быстром темпе, счищая всю грязь. Убрав кровь, вампир протянул чистое оружие Мирии, а затем собрал грязь в одном месте и выбросил ее в сток, потеряв при этом совсем небольшую часть крови. – С телом и одеждой примерно так же.

– Впечатляет, – хмыкнула зверодевушка, выжимая свои штаны.

Пока девушки сушили одежду, используя лежащие в свободном доступе камешки с огненным заклинанием, к ним подошел Микос – он тоже решил освежиться. Маг поинтересовался самочувствием девушек и восхитился их навыками, особенно расхвалив скорость и мощь заклинаний Альвиры, после чего, чуть дольше приличного задержав на них взгляд, прошел в общий бассейн, дружелюбно кивнув напоследок. Закончив с одеждой, вампир с девушками свернули в сторону и попали в одну из комнат с малым бассейном. Мирия первой погрузилась в теплую воду, Альвира же несколько раз махнула рукой, и вампир, воспользовавшись другими глазами, заметил, как по стенам пошла паутина из магии, которая переплелась у выхода.

– Какое-то охранное заклинание? – уточнил он у девушки, которая теперь тоже спустилась в бассейн.

– Ага, «Паутина Филака» – простенький барьер, который оповестит, если кто-то подойдет слишком близко. Не уверена, что он здесь вообще нужен – особенно если староста говорил серьезно по поводу наказаний за воровство – но привычка сильнее, – Альвира пожала плечами.

– Да пусть будет, – Мист махнул рукой, после чего снял с себя сумку и расставил руки в стороны. Кровь быстро помогла ему избавиться от одежды, которая присоединилась к сумке и осталась висеть в воздухе. Заметив это, Альвира немного хмыкнула, про себя подумав, что даже маги разных миров бывают очень схожи в своих привычках.

– Ого, а я думала, ты так и будешь там стоять. Уже хотела спросить, нет ли у тебя боязни воды, – Мирия хмыкнула, нагло осмотрев тело вампира.

– Увидела что-то интересное? – Мист спокойно погрузился в воду и облокотился на бортик.

– Для начала убедилась, что у тебя нет пары скрытых щупалец или еще чего-нибудь такого… Волос, как я погляжу, тоже нет.

– Внешне у меня тело обычного человека, ничего особенно интересного, – вампир ухмыльнулся. – А волосы я просто решил не отращивать, от них большого толку нигде нет, кроме головы – там они хоть для декора нужны.

– Почему только внешне? О, то есть, ты можешь сам решать, расти им или нет? Удобно. Я бы не отказалась от возможности отрастить свою шерсть на сезон холодов, но получаю ее только на время боевой формы, что не очень полезно. А при выходе из нее – она тут же осыпается.

– А я-то думал, куда она делась. Только внешне, потому что я менял расположение некоторых органов и отращивал дополнительные мышцы и кости, – Мист прикрыл глаза, что девушки приняли за удовольствие от теплой воды. Альвира, воспользовавшись моментом, осмотрела тело вампира повнимательнее, после чего негромко вздохнула.

– Нет, ну надо же – да у тебя даже кожа лучше, чем у меня, – слегка обиженно буркнула она, разглядывая старые шрамы от ожогов на руках. – Как так-то?

– Я ее просто гораздо чаще обновляю, поэтому она выглядит здоровой и вечно молодой, а у тебя такая возможность вряд ли имеется, – пожал плечами вампир, не открывая глаз.

– Да уж, все эти способности твои способности – просто нечто… – Альвира слегка задумалась. – Слушай, а как долго ты учился всему тому, что умеешь? Или это врожденные навыки, как у каких-нибудь зверей?

– Ну, считай всю жизнь, да и до сих пор учусь новому, – вампир чему-то довольно ухмыльнулся и открыл глаза. – Ну да чего мы все обо мне – Мирия, что там тебе староста успел рассказать? По-моему идеальное время для хороших историй и легенд…

***

23 Второго месяца тепла 3127 года, вечер

– Килаш, зырь сюды! – внезапно радостно воскликнул орк, подхватив что-то с земли.

Его товарищ, вместе с которым они и осматривали пожарище, недовольно обернулся и увидел, что Грфог держит в руках меч в красивых ножнах, который, казалось, ничуть не пострадал от огня.

– Зырь какая добыча, на земле валялся! Мой будет!

– Идиот, он же наверняка кого-то из сгоревших! Положь на место, иначе прогневаешь их духов!

– Да не бзди, не было ни у кого из наших такого! Может его, это, огоньки эти уронили! Может, он, это, тоже огненный!

– Болван, зачем огонькам меч, даже огненный? Они же сами из огня, да и рук у них нет! – Килаш попытался объяснить собеседнику очевидные для него вещи, про себя немного завидуя, что такому дураку досталась такая вещь – все-таки с духами можно и договориться, а кто первый добычу нашел – тот ее и забирает. Если, конечно, она шаману не приглянется. Грфог только отмахнулся от его слов, продолжая рассматривать ножны со всех сторон.

Плюнув, Килаш в раздражении отвернулся от везучего собрата и снова принялся разбирать завалы. За что именно огненные духи прогневались на жителей Первого Рыбного острова, он не знал, но в итоге пятерым шаманам, прибывшим из его деревни и двух соседних, пришлось гасить огонь до самого вечера. После этого обычные воины начали обыскивать пепелище, стараясь найти уцелевшее оружие или амулеты, а также собирая остатки трупов, если такие находились. По поверьям орков, каждое тело имело свой дух. После смерти тела дух все еще был привязан к нему и ждал, пока бренные останки не предадут пламени. Но не всякому, а правильному пламени. Поэтому шаманы уже готовили погребальное кострище, куда и было приказано стаскивать трупы – позже они собирались зачаровать огонь, чтобы помочь духам погибших найти дорогу к предкам. Тем же, кого пожар поглотил без остатка, придется искать путь самостоятельно.

Закончив с осмотром этой части бывшего поселения, оба орка вернулись к поляне с тотемом, каким-то чудом уцелевшим в огне. Там же сидели их товарищи, которым Грфог тут же похвастался своей находкой.

– От же ты везучая скотина!

– Видать, это ему духи благодать послали, как возмещение за такую уродливую морду, гы!

– Так что ты им машешь как дубиной, лучше чехол сними! – крикнул наконец кто-то.

– Ой, да ща сниму, – Грфогу явно нравилось быть в центре внимания. – О, морды, зырьте, какое лезвие – черное и блестит, вот это да! Вот это находка, даже шаману не отда-а-а-ркх-хо-о-о-р…

Килаш обернулся на странный звук и увидел, что из горла Грфога торчит найденный им же клинок. Резко дернувшись в сторону, кусок металла почти отделил голову орка от тела, после чего завис в воздухе. Несколько секунд спустя кровь с лезвия дотекла до ручки и окрасила в красный цвет невидимую до этого руку, которая крепко сжимала рукоять оружия.

– Невидимка! Враг! Тревога! – орки резко вскочили со своих мест и схватились за дубины.

– A ну, зови шамана, быстро! – крикнул один из них Килашу, стоявшему дальше всех. Тот кивнул, развернулся и побежал в сторону берега, успев заметить, что его собратья медленно окружают невидимого противника. Добежав до лодки шамана, на которой тот отдыхал, он заорал во всю глотку:

– Кротаг! Кротаг! Там, того, враг-невидимка, верно, маг какой! Он уже Грфога убил!

– Веди! – шаман быстро спрыгнул на берег и они вдвоем побежали обратно, по пути оповещая о вторжении всех попадавшихся собратьев, которые тут же присоединялись к ним. Прибыв на поляну, Кротаг обнаружил перед собой семь свежих трупов и только одного живого орка, который двумя дубинами отбивался от нападавшего на него противника. К тому моменту вместо невидимки уже можно было увидеть слегка искривленную полупрозрачную фигуру из крови, которая явно принадлежала к человеческому виду. Не успел Кротаг сделать и пары шагов, как кровь восьмой жертвы оросила землю, а враг развернулся к прибывшим.

Стукнув посохом, шаман отправил в него несколько огненных шаров, но загадочная фигура смогла от них уклониться, после чего тут же показала спину. Орки под предводительством Кротага пустились в погоню, которая, однако, не увенчалась успехом – быстро добравшись до берега, фигура спокойно продолжила движение на высоте метра над водной гладью. Собравшаяся толпа разочарованно загудела, глядя вслед удаляющемуся противнику, и только шаман о чем-то думал. Внезапно его лицо искривилось в злобе, и он резко взлетел, привлекая к себе внимание собратьев.

– Братья! Нас обманули! – громко прорычал он, потрясая посохом. – Проклятые людские маги посмели задурить нам голову своими грязными трюками! Но теперь я знаю, где они скрываются! И мы отомстим за павших братьев! Смерть людскому отребью!

– Смерть людскому отребью! Смерть людскому отребью! Смерть людскому отребью! – с готовностью начала скандировать толпа орков, глядя в ту сторону, куда указывал шаман. Там, вдалеке, виднелся единственный незаселенный орками остров, в свое время названный ими Звериным.

ГЛАВА 12. ОГНЕННЫЙ РЕВ И ЗАЯЧЬЯ ЛОВКОСТЬ

24 Второго месяцa тепла 3127 года, ночь

Проснулись все в отряде одновременно – после первого же удара в дверь.

– Кого там нелегкая принесла? – недовольно буркнул дворф, приподнявшись на лежанке. Катор с Альвирой также смотрели в сторону двери, а вот зверодевушка уже надевала портупею – она прекрасно слышала, что человек за дверью тяжело дышал, а значит, дело было срочным. Мист, который спать и не ложился, уже вышел в коридор и открывал дверь.

– Орки! Целая флотилия идет к острову! Староста объявил общий сбор! – выпалил Конрад, оказавшийся за дверью.

– Е-е-едрить твою ж налево… – раздался из комнаты голос дворфа, который спешно начал одеваться. Остальные от него не отставали. Вампир быстро создал кровавую платформу, однако остановил зверодевушку, которая оделась первой и попыталась на нее взойти.

– Отправляйся за Дифусом. А потом скажи ему поднять вас к той сторожевой башне у верхнего выхода, – приказал он.

Мирия удивленно уставилась на вампира.

– Ты серьезно? Еще даже дня не прошло с его прошлого боя! Ты думаешь, он сможет сражаться?

– Сможет. У него всего лишь вывихнута кисть и пара царапин – использовать заклинания это не помешает. Некогда терять время, вперед, – Мист кивнул головой в сторону госпиталя.

– Ладно, – поняв, что спорить бесполезно, Мирия побежала по пустым улицам подземного города. Даже дважды свернув не туда, она добралась до госпиталя в рекордные сроки – уж что-то, а бегать быстро она умела. Стараясь не разбудить остальных пациентов, она тихо пробралась в нужную комнату. Взглянув на спящего парнишку, Мирия недовольно покачала головой, но все же осторожно потрясла его за плечо.

– М-м-м, что… кто… Вы? – он наконец-то проснулся и узнал ее. – Вы приходили вчера вместе с Мистом, и, кажется, я видел вас где-то еще… Почему вы здесь?

Зверодевушка приложила палец к губам, после чего быстро объяснила ему, что произошло. Глаза юноши загорелись яростной решимостью. Наскоро одевшись, он вместе с Мирией вышел из госпиталя и поднял их обоих в воздух.

– Точно, кажется, я вспомнил, где вас видел – вы ведь тоже были на острове, – внезапно вспомнил Дифус, когда они уже летели к сторожевой башне. – Спасибо вам!

– Пожалуйста, – хмыкнула Мирия. – Только больше не делай ничего такого же безумного. И я была на том острове не одна.

– Да… да, я знаю.

Добравшись до точки сбора, они увидели толпу магов, которая внимательно слушала зависшего в воздухе вампира. Перед ним была какая-то странная фигурка из крови, на которую он постоянно указывал, а над ним – целый бассейн из крови, появившийся непонятно откуда.

–…поскольку она будет поддерживать основные движущиеся элементы, вам останется стабильная часть, что не должно быть слишком сложным. Остальные будут атакующими единицами, все, что от вас будет требоваться – это кастовать огонь по команде. Все ясно? – зверодевушка услышала конец его речи. Толпа магов одобрительно загудела, после чего отправилась в узковатый туннель, ведущий на поверхность.

– Как самочувствие? Готов поучаствовать в исправлении ошибок? – поинтересовался вампир, оказавшись рядом с Дифусом. Тот быстро закивал.

– Все отлично. Я готов сражаться.

– Рад слышать. Пошли, – Мист махнул рукой, призывая зверодевушку и парня догонять остальных.

Не выдержав спокойного темпа вампира, Дифус вырвался вперед. Зверодевушка воспользовалась этой возможностью, чтобы задать вертевшиеся у нее на языке вопросы:

– Как думаешь, почему они так быстро обо всем догадались? Не поверили в огненных элементалей? Или, может, нашли меч?

– Не знаю, – спокойно соврал вампир и безразлично пожал плечами. – Оба варианта возможны. Но, в общем-то, не суть – как я и говорил: не догадаются – повезет, догадаются – не повезет. Им, конечно же.

– И какой план? Ты просто перестреляешь орков, как когда-то крыс? – девушка оглянулась на кровавую массу, которая следовала за ними по узкому туннелю. – Откуда ты вообще столько крови взял?

– Поговорил со старостой, а потом устроил геноцид на ферме кроликов. А насчет плана… – вампир усмехнулся, – можно сказать, я развил твою идею. Тебе должно понравиться.

Выйдя на поверхность, Мист взлетел в воздух и распределил магов по группам. Получилось семь групп по пять магов, а восьмая состояла из самого вампира, Мирии, Альвиры и Дифуса. Поодаль стояли староста с помощником, которые решили лично понаблюдать за битвой.

Вампир махнул рукой, и рядом с каждой группой появились кровавые платформы, которые, приняв экипаж, затем выстроились в несколько этажей: первая оказалась в самом низу, потом шли три этажа из двух параллельных платформ, и еще одна на самом верху. Перед вампиром вновь сформировалась небольшая фигурка из крови с уродливой рогатой головой и с шестью руками, туловище которой заканчивалось ровным срезом.

– Приготовиться! – скомандовал он достаточно громко, чтобы его услышали даже на нижней платформе.

После этого кровь, закручиваясь, начала подниматься и формировать тонкую стену вокруг всех платформ, а затем стала трансформироваться, приобретая форму огромного тела. Часть снизу закупорилась, боковые стены сузились и отрастили руки, а те, что были по бокам от верхней платформы, приобрели рога. Постепенно проявилась вытянутая морда чудовища, острые уши и даже отдельные пальцы на руках. Теперь над поляной высилась полупрозрачная кровавая верхняя половина гигантского тридцатиметрового шестирукого великана с ужасающей зубастой мордой и закрученными рогами, что в точности повторяло фигурку перед вампиром, платформа с которым расположилась именно в голове созданного монстра.

– Восьмая платформа, зажигай! – крикнул Мист, глянув вниз. – За ней все остальные, как только огонь дойдет до уровня ваших голов. Альвира, готовься подхватывать.

Вся конструкция взлетела еще на десяток метров над деревьями, после чего маги создали огненный круг прямо около нижней части гиганта. В быстром темпе круговыми движениями огонь охватил вначале все туловище и руки, а затем и голову чудища. С земли это выглядело так, будто древнее огненное создание пробудилось от многовековой спячки. Вдобавок ко всему, перед вампиром появилась огромная труба, которая соединяла платформу с ртом монстра. Предварительно вдохнув, вампир громко зарычал в нее, одновременно двигая кровь так, что со стороны казалось, будто чудище задрало голову и раскрыло пасть. Ужасающий рев разнесся на километры, заставив вздрогнуть любого, кто его услышал.

– Что это такое?! – громкий звук помог Мирии вновь обрести речь. – Почему мы внезапно оказались внутри огненного чудовища?!

– Я знал, что тебе понравится, – вампир только посмеялся над удивлением зверодевушки. – Ну, как почему? Ты же сама это придумала – маг внутри огненной конструкции. А я просто развил идею со сферой до вот этого красавца.

Посмеиваясь и понемногу смакуя смешанные эмоции как зверодевушки, так и других магов, Мист вновь принялся командовать:

– Внимание! Начинаю движение. Поддерживайте огонь на нужном расстоянии от стен и ориентируйтесь на них, не отвлекайтесь ни на что другое. Альвира, на тебе руки и голова, как самые сложные элементы – поэтому я буду показывать вначале на модели, а затем повторять.

Девушка, глаза которой сейчас ярко светились голубоватым светом, как, впрочем, и глаза всех остальных магов, кивнула, явно не желая сбивать концентрацию болтовней. Модель чудища начала движение вперед, угрожающе расставив руки, а затем большая конструкция повторила то же самое, только медленнее. Лицо Альвиры во время этого трюка было на редкость напряженным, поскольку поддерживать огненное прикрытие в движении было далеко не простой задачей. Дифус, осознав, каким количеством огня управляет девушка, уставился на нее с нескрываемым изумлением.

– А теперь идем в атаку! Боевые маги на платформах со второй по седьмую, приготовьтесь создавать огненные шары!

Великан, который появился над горой, теперь постепенно спускался до уровня воды, готовясь встречать ночных гостей. Ими, конечно же, были орки, лодки которых заполонили всю акваторию – здесь собрались не только жители островов, но еще и нескольких прибрежных деревень, поэтому количество посудин переваливало за две сотни. Впрочем, крупных было всего восемь – по одной бригантине с поселения. Они располагались по центру и везли на себе основную магическую силу всей флотилии – шестнадцать шаманов и столько же их учеников. Которые сейчас, выпучив глаза, стояли на палубе и наблюдали, как огромное огненное чудище постепенно приближается к ним. В отличие от шаманов, обычные воины предпочли действовать сразу, а потому вскоре начали происходить массовые столкновения – поддавшись панике, рулевые пытались развернуться, совершенно не учитывая маневры соседей. И в этот момент огненный великан атаковал. Издав еще один громкий рык, он направил все шесть рук в сторону кораблей, а затем обрушил на противника сотни огненных шаров. Шаманы вместе с учениками успели выставить огромные магические щиты, однако периферия уже успела пострадать – десятки лодок загорелись, а их команды решили попробовать свои силы в плавании.

Внутри чудовища Мист дал магам минуту на отдых перед следующим залпом и затянул отверстия, которые появились в ладонях гиганта во время атаки.

– Мирия, плавать будешь в одежде или разденешься? – вампир перевел взгляд на зверодевушку. Та с удивлением уставилась на него. – Что? Я же не просто так тебя сюда взял, а не с Геронтом оставил, у меня есть для тебя особое задание.

– Что делать? – зверодевушка покосилась на сосредоточенную подругу, и решительно повернулась к вампиру.

– Убрать шаманов. Их выносливости может хватить, чтобы нас тут задержать надолго, а нам еще до их деревень топать. Поэтому я заброшу тебя на их корабли, а там уже с ними разберешься.

– Ты предлагаешь мне в одиночку сражаться против отряда магов? – Мирия вопросительно выгнула бровь. – Я, конечно, польщена, но ты меня явно переоцениваешь. У меня, может, найдется при себе несколько амулетов, чтобы продержаться пару минут, но что толку? Я же к ним даже подойти не смогу из-за щитов. А потом от меня останется только пепел.

– А тебе и не нужно будет подходить, – Мист достал из своей сумки восемь ножей. – Узнаешь?

– Это те, которые нас сюда перенесли? Они что, многозарядные?

– Нет, эти еще не срабатывали – они просто переместились сюда вместе с нами. А заодно надень это, – вампир снял с себя браслет, подаренный не так давно Бреннором, и коротко объяснил, как им пользоваться. – Когда ножи закончатся, сразу отступай и желательно отплыви подальше, чтобы не попасть под наши атаки. А потом мы тебя выловим.

Как только Мирия сообщила о готовности, вампир создал для нее кровавую сферу, которую вначале опустился до уровня воды, а затем и погрузился в нее на глубину пары метров, после чего направил в сторону кораблей шаманов. Сквозь полупрозрачные кровавые стенки зверодевушка замечала обломки пылающих лодок и орков, пытающихся удержаться на воде. Когда она понемногу начала ощущать, что воздуха в сфере становится все меньше, та остановилась, а затем начала подниматься. Едва заметив это, Мирия сосредоточилась, и по ее телу начало распространяться то самое ощущение жара. Глаза зверодевушки налились кровью, а зрачки расширились. Мышцы заметно увеличились, руки и ноги частично покрылись шерстью, а лицо и тело – черными татуировками. Когти выросли последними, завершив превращение. Как только сфера достигла уровня палубы бригантины и раскрылась, на орков, совершенно не ожидавших нападения со стороны, обрушилась зверодевушка в полной боевой форме. Растолкав – или, вернее, отправив в полет – воинов, которые оказались слишком близко, Мирия прицелилась и метнула нож в стоявших поодаль орков с посохами, которые сосредоточенно смотрели на огненного великана. Профессионально не став дожидаться результата, наемница бросилась к мачте и, используя скорость и когти, забралась на ее верхушку, только тогда заметив вспышку периферийным зрением. Оценив расстояние, она сильно оттолкнулась и перепрыгнула на мачту соседнего судна, умело самортизировав мощными ногами и применив когти, чтобы не упасть. Следующий нож направился к цели, а наемница продолжала пользоваться тем, что все бригантины орков находились рядом друг с другом, и быстро перепрыгивала с одной мачты на другую, не задерживаясь надолго на одном корабле и не обращая никакого внимания на обычных воинов – она четко выполняла основную задачу. Проблемы начались только после того, как пять ножей было отправлено в полет – ее, наконец, заметили и теперь магический щит с выданного браслета оказался как нельзя кстати. Он спокойно поглощал атаки шаманов, а вот от различного метательного и не очень оружия, которое в нее бросали обычные воины, зверодевушка просто уклонялась. Трезво оценив ситуацию, она поняла, что времени пробиваться сквозь щиты шаманов уже нет, поэтому предпочла сигануть в воду и постаралась отплыть подальше.

После потери большей половины шаманов магический щит «поплыл», открыв для удара значительную часть флота. Огненный гигант тут же этим воспользовался – сотни огненных шаров посыпались на орков, превращая их корабли в факелы, освещавшие творившийся вокруг хаос.

Теперь, когда Мирия находилась снаружи чудовища, она по-настоящему смогла оценить впечатление, которое оно производило – от одного взгляда на огненного великана у нее перехватывало дыхание и шли мурашки по коже, даже несмотря на знание о том, что он всего лишь управляемая кукла, созданная вампиром и магами. Засмотревшись на столь впечатляющую картину, зверодевушка даже не заметила, как рядом с ней появилась очередная кровавая платформа. Подтянувшись, Мирия забралась на нее, и только тогда позволила себе вернуться к человеческой форме. Вскоре платформа вернула ее «внутрь» великана, где почти ничего не поменялось за те несколько минут, которые она отсутствовала – Альвира все так же сосредоточенно управляла огненным прикрытием, Мист все так же спокойно двигал кровавую основу и командовал магами, а Дифус все так же неприкаянно оглядывался по сторонам, временами задерживая взгляд на фигуре девушки, которая с каждой минутой все более наглядно демонстрировала ему разницу в силе между талантливым учеником и профессиональным магом. Мирия решила хоть ненадолго занять юношу делом, поэтому следующие пару минут он, слегка покраснев, сушил одежду зверодевушки небольшой огненной сферой, стараясь не поворачивать голову в ее сторону слишком часто. Наемница в это время просто наблюдала за боем через огромные глазницы, затянутые полупрозрачной кровавой пленкой, но не имевшие огненного покрытия. Через пару минут Дифус закончил с ее одеждой, а огненный гигант – с флотом орков. Не теряя времени, Мист развернул громадину и направил ее в сторону островов, опустив при этом все шесть рук и перестав крутить огромной головой, чтобы дать возможность Альвире немного передохнуть – огненное покрытие все так же нужно было поддерживать, но чем меньше движения – тем легче было девушке. Вампир прокричал несколько команд и открыл в боках гиганта по три отверстия, через которые часть магов, предварительно создав вокруг себя огненные сферы, смогли вылететь наружу – они отправились добивать оркских пловцов, используя вместо привычных огненных шаров стандартные разряды молнии, которые при контакте с водой превращались в удары по площади. Оставшаяся часть магов, среди которых также были и Катор с Хаттором, продолжали поддерживать огненное прикрытие. Впрочем, дворфа, который до этого отвечал за маскировку «дна» великана, вампир поднял на верхнюю платформу.

– Итак, великана я поочередно буду направлять на острова, из особых движений будет только небольшой наклон и открытие пасти. Вот именно тогда ты, Дифус, и должен будешь повторить свой любимый трюк – сожжение оркской деревни, – Мист слегка ухмыльнулся, после чего повернулся к дворфу. – Хаттор, ты, как и договаривались, должен будешь защитить от огня крупные тотемы. При желании можешь помочь парню огнем, но я думаю, что он справится, тем более, что с жителями я разберусь сам, на вас останутся только их хибары.

– Справлюсь! – юноша всеми силами показывал свою готовность.

Дворф просто кивнул и пожелал вампиру удачи. Тот поблагодарил в ответ, после чего создал вокруг себя кровавую сферу и, выйдя через «рот» великана, быстро полетел в направлении островов. Теперь, когда на них не осталось шаманов, способных создавать барьеры против физических атак, вампира некому было останавливать. Убив первый попавшийся ему десяток орков обычным клинком, Мист получил достаточно крови, чтобы сформировать еще дюжину глаз в дополнение к тем, которые наблюдали за подземным городом, остатками флота и движением огненного великана. После этого любая попытка орков спрятаться была обречена на провал. Ускорившись, вампир перемещался от одной хибары к другой, посылая кровавые лезвия и дротики во всех, кто попадался ему на пути, совершенно не обращая внимание на пол, возраст или наличие оружия в руках. За пару минут, которые потребовались гиганту, чтобы добраться до первого острова, вампир успел вырезать всю деревню, а крови с их трупов хватило на создание еще одного кровавого бассейна, практически незаметного на фоне пока еще ночного неба – до рассвета оставалось около часа.

Убедившись в отсутствии выживших, вампир взлетел и полюбовался тем, как приблизившийся великан наклоняется и «выдыхает» огонь, поджигая пустую деревню, после чего полетел к следующему острову. На нем, как и на двух других, ситуация в точности повторялась – вампир умерщвлял всех живых, после чего прилетал огненный гигант и заливал все огнем. Покончив с последней деревней, великан развернулся обратно и, подобрав по пути огненные сферы, добрался до верхушки горы. Издав победоносный рык, он распался на множество огоньков, которые вскоре потухли. Результатом «пробуждения» огненного гиганта были четыре полностью уничтоженных деревни, в которых все еще бушевал пожар, полностью разгромленный флот, обломки лодок и трупы матросов которого постепенно прибивало к берегу, а также глубокий шок у любого, наблюдавшего сие явление, будь то жители прибрежных деревень или случайные свидетели.

* * *

– Это… это было невероятно! Столь чудная идея! Столь невероятное исполнение! Да не ведай я, что вы внутри – и мысли бы не возникло о том, что чудище не настоящее! Просто диво дивное!.. – староста не мог подобрать слов, чтобы описать свои чувства. Он и Конрад радостно приветствовали магов, которые приземлились на поляну. Впрочем, тем явно было не до этого – большинство из них вели себя вяло и единственным их желанием было поскорее лечь спать. В положительную сторону от общей массы отличались только Дифус, Катор и Хаттор, на долю которых выпало не так уж и много работы. В отрицательную – Альвира, на чьи хрупкие плечи пришлось больше всего труда, и которая потеряла сознание сразу, как только великан вернулся на гору. Ее одежду и волосы можно было выжимать от пота, а кожа на руках оказалась обожжена и слезала. Заметив это, Катор создал два водных нарукавника, после чего немного подогрел их и надел на руки девушки. Мирия, все это время державшая подругу на руках, одобрительно на него посмотрела – ей уже приходилось видеть магическое истощение, поэтому она знала, что маг старается помочь. Вампир, наблюдавший за всем происходящим, убедил Геронта оставить поздравления на потом и, погрузив магов на более компактные платформы, развез их по домам, спокойно дожидаясь, пока староста проведет каждого буквально до кровати. Договорившись с ним об общем сборе вечером этого же дня, Мист доставил своих спутников домой. Мирия тут же аккуратно уложила подругу на одну из лежанок, а Катор убрал водные нарукавники, оторвав при этом немало и так слезавшей кожи, после чего сразу же полил раны девушки эликсиром, взятым у одного из магов. Раздалось шипение, после которого они практически на глазах начали затягиваться и зарастать новой кожей, под конец пусть и не исчезнув полностью, но значительно уменьшившись в размерах.

– Это все, чем я могу помочь, – прокомментировал он, заметив взгляд вампира. – Теперь ей просто нужен отдых, желательно не меньше дня.

– О, не переживай, я больше не планировал ничего столь же грандиозного, так что у вас будет время отдохнуть.

– Ты-то, может, и не планировал, а вот орки… Хотя, думаю, твоя идея сработает, так что им будет чем заняться, – хмыкнул Хаттор, усаживаясь на свою кровать.

– Какая идея? О чем идет речь? – Мирия недоуменно перевела взгляд с дворфа на вампира.

– Это он про тотемы, – вампир усмехнулся.

– А что с ними? Кстати, да, зачем ты сказал оставить их?

– Затем, чтобы дать этим дикарям ответ на самый важный вопрос и заодно заставить маяться ерундой, а не раздумывать, откуда здесь взялось огненное чудовище, – заметив недоумение зверодевушки, вампир пояснил: – Те, кто живут на побережье, видели страшного огненного великана, который сжигал все на своем пути. Что это было, откуда взялось, и как защититься – это три основных вопроса, которые у них возникнут. Несколько дней они будут бояться даже приближаться к тем островам, но затем все равно приплывут, надеясь найти хоть что-то, уцелевшее в огне. И что они увидят первым? Что все тотемы в полном порядке. А значит, огненный великан не может разрушить тотемы. По какой причине – не важно, они сами найдут этому объяснение, но это и так готовый ответ на вопрос «как защититься?» В итоге, следующую пару недель все прибрежные селения будут заняты изготовкой таких же тотемов, а потом всем уже будет плевать, чем был этот гигант и откуда вообще взялся – они-то, мол, теперь защищены.

– Да так поступил бы кто угодно, от крестьян до рыцарей, а не только орки, – подумав, высказалась Мирия. – Ну и хрен с ними. Не знаю, как вы, а я, пожалуй, пойду перекушу… Что?

Последний вопрос зверодевушка задала, увидев, что вампир протянул к ней руку и чего-то ждет.

– Ножи, – спокойно напомнил Мист.

– Ох, точно, держи, – зверодевушка протянула ему три оставшихся артефакта. – А ты куда-то собираешься?

– Ага, – вампир слегка улыбнулся. – Пойду проведаю тех шаманов, которых тебе удалось переместить. Не хочу, чтобы они заскучали.

– Ну, хана шаманам, – хмыкнув, прокомментировал его уход дворф. Оспаривать это утверждение не пожелал никто.

ГЛАВА 13. ТУМАННОСТЬ РАЗУМА, НЕОЖИДАННЫЕ ОТВЕТЫ И «КОРОЛЕВСКИЙ СПОР»

24 Второго месяца тепла 3127 года, раннее утро

– Что ты с ним делаешь? Эй, людское отродье! Отвечай мне! – Кротаг беспомощно наблюдал, как незнакомец с четырьмя клинками пристально смотрел в глаза его ученику, Тукаю. Самого орка опутывали кровавые щупальца, полностью лишив возможности двигаться, а магия в этом темном месте, куда он попал, была недоступна. Поэтому он, как и остальные одиннадцать шаманов вперемешку с иx учениками, не смогли даже толком сопротивляться, когда незнакомец прошелся по камерам и собрал их, как какой-то урожай. Выставив их в ряд, он начал с Тукая, которому просто не повезло оказаться первым, и который сейчас полностью застыл под взглядом человека. Прошло несколько минут, и незнакомец очнулся. Он тряхнул головой, а затем из кровавой массы, следовавшей за ним повсюду, вылетел шип и тут же пронзил голову ученика шамана, который тоже зашевелился.

– Ублюдок! Человеческое отродье! – шаман сплюнул.

Внезапно незнакомец посмотрел прямо на него.

– О, а вот теперь понимаю, – произнес он на оркском с небольшим акцентом. – Твоя очередь.

Незнакомец подошел к орку и посмотрел ему в глаза. Внезапно Кротаг провалился в темноту. Повинуясь своей интуиции, он попытался сосредоточиться и внезапно оказался в невероятно странном месте. Повсюду был туман, который не давал возможности увидеть что-либо дальше пары метров. Со всех сторон плавали жидкие облака с быстро мелькающими картинками, которые почему-то казались Кротагу очень знакомыми. Попытавшись дотронуться до одного из них, шаман увидел, что его рука тоже состоит из тумана и немного расплывается при движении. Неожиданно рядом появился все тот же незнакомец. В отличие от орка, он выглядел столь же материальным, как и раньше, и совершенно не собирался расплываться. При виде шамана он слегка удивился.

– Ты умеешь защищаться от вторжений в разум? – спросил он, приподняв бровь.

– Чего? Какое еще вторжение? – шаман не чувствовал своих губ и точно не знал, произнес ли он это, но, кажется, собеседник его услышал.

– A, понятно, это интуитивная защита, – незнакомец тут же потерял к нему интерес и растворился в тумане. Тем не менее, орк все еще чувствовал его присутствие и несколько раз видел его тень. А еще до него постоянно доносились отдельные слова и отрывки фраз, как-то: «Бардак», «Бесполезный хлам», «Тц-ц, дикари». Когда незнакомец вновь мелькнул где-то рядом, шаман попытался схватить его, но внезапно его рука разлетелась на тысячу мелких капель. К его удивлению, боли он совершенно не почувствовал, но страх все равно заставил его резко дернуться назад, причем ему это удалось. «Не мешай», – раздалось как будто отовсюду. Кротаг не знал, сколько времени он провел в таком странном состоянии, но в какой-то момент поднялся сильный вихрь, и он почувствовал, что его раздирают на две части. Оглядевшись, он увидел рядом с собой свою копию, которую, впрочем, тут же унес вихрь. «Хм, вроде все», – в очередной раз донесся до шамана голос – или мысли – чужака. А затем он вновь обрел свои чувства и увидел перед собой лицо незнакомца, глаза которого сейчас были красными и имели странные крестообразные зрачки. Когда чужак отошел в сторону, Кротаг успел заметить движение крови, а секунду спустя его голову пробил кровавый дротик, навсегда отправив его в объятия вечной тьмы.

* * *

24 Второго месяца тепла 3127 года, вечер

В тишине комнаты раздался громкий плюх, за которым последовало раздраженное шипение девушки – вначале от боли, а затем от досады, что часть похлебки, ложку с которой она так и не донесла до рта, пролилась на стол. Альвира глубоко вздохнула и в очередной раз поблагодарила Катора, который спокойно прервал свой ужин и вытер разлитую жидкость.

– Не за что. В моей Академии студенты, углубленно изучавшие магическую медицину, часто дежурили в лазарете. Ну, а после любых состязаний или экзаменов он всегда был переполнен, сама понимаешь. Так что я привык ухаживать за истощенными магами. И могу сказать, что ты держишься гораздо лучше многих из тех, кто мне попадался.

– Ну, я просто сомневаюсь, что настойка Санатета появится из воздуха, даже если я разревусь, – хмыкнула девушка. – Поэтому остается только терпеть. Мне и так повезло, что ты вовремя нашел здесь эликсир заживления и обработал ожоги – иначе пришлось бы любоваться новыми шрамами.

– Было бы проще, если бы при мне была моя сумка с зельями и амулеты – но, к сожалению, она остались у дворфов.

– А еще проще было бы, если бы никакого истощения вообще не было.

– Думаю, это мечта любого, кто хоть раз его испытывал, – хмыкнул Катор.

Он был совершенно прав – во всем мире не нашлось бы мага, который хоть единожды не задумывался о том, сколь могущественными могли бы быть его заклинания, если бы использование магии не несло никаких последствий. Но реальность была сурова – стоило магу пропустить сквозь свое тело чересчур большое количество маны и превысить свой лимит, как магическое истощение было тут как тут. Вначале оно подкрадывалось незаметно – ну кто обратит внимание на легкую тяжесть в теле и поднявшуюся температуру, особенно посреди боя? А затем резко начинало проявляться, заставляя мышцы судорожно сокращаться, а кожу – плавиться. Чаще всего страдали именно руки, особенно запястья и кисти – большинство магов интуитивно использовали их как точки выхода маны. Впрочем, остальному телу тоже доставалось, и после каждого случая истощения стоило отдыхать минимум пару дней. Понятное дело, что именно в этот момент маги были очень уязвимы, поэтому в любой уважающей себя Академии старались не допускать подобных случаев, а лазарет был еще и крепостью, в которую просто так не мог зайти ни один ученик. А вот в бою все было ровно наоборот – именно истощением магов одной из сторон заканчивались любые сражения, и только после этого в дело вступали обычные воины.

– Кстати, а где все? – Альвира проснулась всего минут пятнадцать назад и первым делом решила утолить голод. Сейчас же, когда она кое-как справилась с похлебкой, к ней пришло осознание, что в доме они с Катором одни.

– Мист и Мирия еще пару часов назад ушли к старосте – у него должно проходить обсуждение ночного боя. А Хаттор отправился проверять состояние барьера, чтобы распланировать его починку с учетом того, что местные маги тоже выдохлись.

– Ох… Надеюсь, за пару дней, пока я буду восстанавливаться, вы успеете закончить ремонт этой штуковины. Я как-то не очень себя ощущаю, когда не могу понять даже половины структуры, и приходится работать всего лишь проводником маны. А вот тебе, кажется, даже нравится с ним возиться. Да и с дворфом ты быстро сошелся, – отметила Альвира. Внезапно она поняла, что это первый раз, когда они с Катором говорят один на один, поэтому решила воспользоваться возможностью и побольше узнать о маге.

– Несмотря на его не самый простой характер, он невероятно опытный маг защиты. И я очень рад возможности поработать с кем-то такого уровня, тем более, бесплатно, – Катор пожал плечами.

– Не думал попроситься к нему в ученики?

– Думал. Но он вряд ли согласится, по крайней мере, сейчас. К тому же он планировал уйти из отряда, как только мы окажемся в каком-нибудь людском государстве, а я вот не против остаться, да и не уверен, что Мист меня отпустит в случае чего.

– Отпустит? А, точно, он же тебя тогда вроде как «нанял», – девушка ненадолго задумалась. – Но при этом вы ведь не успели обсудить ни сроки, ни обязанности, ни оплату, да и сам «контракт» был только на словах. Сейчас-то понятно, тебе просто некуда уйти, разве что остаться в этом городе. А вот когда мы прибудем в какое-нибудь государство, думаю, тебе стоит уточнить детали.

– Да, именно так я и собирался сделать. А ты тоже с ним заключала «контракт»?

– Кстати, да… в смысле, нет. То есть, в том-то и дело, что нет. Тогда, незадолго до перемещения, мы болтали с Мирией и она меня утешала: обещала убедить вампира нанять еще одного мага. А потом случилось это перемещение, и Мист такой: «Добро пожаловать в команду». И все. Я с ним даже толком не говорила и, по факту, ничего ему не обещала. Так что, в теории, по прибытии в какой-нибудь город я могу помахать ручкой и уйти. С другой стороны – этот самый город все еще будет стоять хрен знает где, за тысячи километров от знакомых мест, и мне в любом случае придется к кому-нибудь наниматься. К тому же Мирия точно останется с ним, – Альвира слегка вздохнула.

– Кажется, не мне одному предстоит с ним разговор в будущем, – слегка приподнял уголки губ Катор. Девушка только задумчиво кивнула.

Впрочем, вскоре она отвлеклась – скрипнула входная дверь, и в комнате появились вампир и зверодевушка, которая зевала на ходу.

– О, ты уже очнулась. Как себя чувствуешь? – Мирия присела рядом с Альвирой, мельком глянув на не до конца затянувшиеся ожоги на ее руках.

– Просто замечательно, – улыбнулась подруге Альвира. – Но пару дней предпочту отдохнуть.

– Ты и правда ночью отлично поработала, так что отдых будет заслуженным, – похвалил девушку вампир, а затем обратился к магу: – Хаттор не говорил, когда вернется?

– Нет, – Катор отрицательно покачал головой, а потом повернулся к зверодевушке, заметив, что она опять зевает. – У старосты было настолько скучно?

В ответ она забавно фыркнула.

– Ну, поначалу все было нормально – все обсуждали бой, староста хвалил магов, маги хвалили друг друга и тебя, – Мирия кивнула подруге. – Они были очень впечатлены твоими навыками, прямо очень-очень. Так что не удивляйся, если кто-то даже попросится к тебе в ученики. А вот потом началось – во-первых, полчаса этот, как его, Детанавир, спорил по поводу судьбы Дифуса и не хотел его с нами отпускать. Мол, раз теперь орков на островах нет, то и парень больше никуда не сорвется, мол, отпускать его с незнакомцами – безумие, и так далее… В общем, еле удалось его успокоить, а то он в какой-то момент вообще с нами захотел лететь.

– Его можно понять, – пожал плечами Катор.

– Можно, – согласилась зверодевушка. – Но, тем не менее, слушать их спор было крайне «интересно».

– А что было «во-вторых»? – подключилась к беседе Альвира.

– А во-вторых, вот этот вот, – Мирия обвинительным жестом указала на ухмыляющегося вампира, – начал обсуждать со старостой все подряд: как сделать из костей удобрения, как построить на поверхности какие-то теплицы, как лучше их замаскировать, как улучшить ульи, как незаметно ловить рыбу, и еще целую кучу подобных бытовых моментов… а-а-а… Нет, поначалу слушать было еще интересно, но когда дело дошло до пропорций, расчетов и всего прочего – я просто вырубилась.

Зверодевушка ненадолго остановилась, чтобы перевести дух.

– А у тебя, видимо, очень обширный круг интересов, – заинтересованно сказал Катор, повернувшись к вампиру.

– Он у него не просто обширный, у меня такое ощущение, что он разбирается вообще во всем, – высказалась зверодевушка. – Откуда у тебя все эти знания?

– Да все просто – в разные периоды своей жизни я занимался множеством различных дел, начиная с фермерства и заканчивая политикой, – пожал плечами вампир.

– В разные периоды жизни? Секундочку, – зверодевушка прищурилась. – Из-за того, что ты выглядишь как обычный человек, я забыла задать тебе один вопрос – а сколько лет живут вампиры?

– Столько, сколько не позволяют себя убить, – Мист улыбнулся.

– Что? В смысле? Сколько конкретно тебе лет?

– Точно? Не знаю. Приблизительно? Сорок тысяч, плюс минус пару сотен, – вампир спокойно посмотрел на ошарашенные лица собеседников.

– Сколько? – переспросила Мирия, тряхнув головой.

– Ты услышала правильно.

– Этого… не может быть!

– Почему?

– Потому… да потому, что не может и все! Все когда-то стареют и умирают!

– Благодаря регенерации, мы – нет.

– Вообще? То есть, вы – бессмертные?

– Вообще. В теории – да. Фактически – нас можно убить, просто это не под силу времени или болезням.

– Вот так новость… – протянула зверодевушка, которой явно нужно было немного времени, чтобы переварить полученную информацию. Маги тоже молчали, хотя, в отличие от Альвиры, которая смотрела на вампира широко раскрытыми глазами, Катор просто выглядел чуть более удивленным и задумчивым. Следующая минута прошла в тишине, однако вампир никого не торопил – он давно привык к подобным реакциям. К любым реакциям: кто-то просто воспринимал сказанное как шутку; кто-то не мог вымолвить и слова; кто-то бесконечно отрицал, не понимая, что уже поверил; кто-то завидовал; а кто-то – принимал как факт и забывал об этом через минуту. Последний вариант вампиру нравился больше всего, но он же был и самым редким. Ну не привыкли люди встречать существ, которые старше их в тысячи раз и не подвержены страху умереть от старости.

– Нет, но ты точно не шутишь? – подала голос Альвира, которая все еще пыталась вписать бессмертное существо в свою картину мира.

Вампир просто кивнул.

– Но ты же даже не похож на такое древнее существо…

– А ты видела много древних существ?

– Нет, но… в общем, когда слышишь такую цифру, представляешь себе нечто, хм, нечеловеческое, а ты пусть и ведешь себя странно, но все равно как человек!

– Возможно, это потому, что вампиры произошли от людей. А возможно, потому, что я сам решил так себя вести, – Мист вновь спокойно улыбнулся.

– То есть, вампиры когда-то были людьми? – заинтересовалась Мирия. Кажется, она быстрее подруги приняла сам факт бессмертия ее спутника, и теперь в ней взыграло банальное любопытство.

– Да.

– А как человек смог превратиться в вампира?

***

B тот давний зимний день мужчины, одежда которыx состояла из одних звериных шкур, упрямо шагали по глубокому снегу. Запасы еды, заготовленные их племенем, закончились слишком рано, а потому они были вынуждены выйти на охоту, даже несмотря на предупреждения шамана, предрекавшего скорый приход сильного хлада. K их несчастью, шаман был прав – всего через пару часов жуткая буря застала всю группу в дороге, обрушившись на них со всей своей силой и заставив пятерых охотников отбиться от остальных. Снег на глазах заметал любые следы, и в конечном итоге их попытки найти товарищей привели лишь к тому, что они внезапно встретились с опаснейшими хищниками – саблезубыми кошками, коих было сразу три, и каждая в бою стоила двух-трех человек. Секундное замешательство обеих сторон – и, поняв, что шансы не в их пользу, люди бросились бежать, не разбирая пути. Однако хищники тоже были голодны и не собирались упускать добычу.

Долго такая гонка продолжаться не могла, а потому, когда охотники, так резко превратившиеся в жертв, увидели впереди небольшую пещеру – они тут же бросились к ней в надежде на укрытие. Но добраться до нее смогли не все – один из людей был растерзан прямо перед входом, а другой получил глубокие раны на спине, не сулившие ему ничего хорошего. Однако, пока хищники лакомились первой добычей, люди успели развести огонь, и попытка одного из хищников пробраться в пещеру по узкому проходу закончилась для него ожогами на зубастой морде. Поняв, что сейчас они в пещеру войти не смогут, хищники улеглись около входа и принялись терпеливо ждать. Люди же осознали, что теперь они в ловушке.

Прошло два дня. Звери, чуявшие кровь, не спешили уходить. Те же, кто сидел в пещере, понемногу слабели от голода и жажды, при этом прекрасно понимая, что еще немного – и хищников будет некому останавливать. На третий день раненый скончался, а спустя пару часов один из живых не выдержал и отпил крови мертвого соплеменника. Утолив жажду, он предложил сделать то же самое остальным двоим – это был их единственный шанс на выживание. Нехотя оба послушались, но прежде чем приступить к трапезе, шаман вознес молитвы всем силам и духам, которых знал, и лишь после этого все трое вкусили плоти и крови соплеменника. Почти сразу же ими овладел дикий голод, и насытились они, лишь когда от трупа их бывшего товарища остались только жалкие остатки. Все трое вскоре почувствовали сильный жар и провалились в беспамятство.

Очнувшись же, никто из них не знал, сколько прошло времени, но костер уже погас, а снаружи противно скреблись хищники – почуяв, что больше из пещеры не идет дым, они догадались, что их добыча лишилась защиты огня, и готовились атаковать. Лишенные других вариантов, три человека отважно вышли из пещеры, при этом чувствуя себя сильнее, чем когда-либо в жизни. Злые и уже порядком проголодавшиеся, саблезубые кошки радостно зарычали и тут же атаковали своих жертв. Однако, к удивлению животных, люди смогли оказать достойное сопротивление. Завязалась жестокая схватка, в которой погибло два охотника и два хищника – теперь же все решал третий бой. Человек против зверя. Самый молодой и самый ловкий против самого старого и самого опытного. Множество раз юноша уклонялся от прыжков саблезубой кошки и ее когтей. Множество раз кошка уклонялась от копья и ножа. Но всему приходит конец. Каждый сделал свой финальный рывок – человек закричал от боли, когда зубы зверя прошили его плечо, а кошка захрипела, когда копье юноши пробило ее глотку. Оба упали. Оба умирали. Однако человек, повинуясь внезапно вернувшемуся голоду, из последних сил подполз и вкусил крови агонизирующего противника перед тем, как потерять сознание.

Жизнь полна случайностей. Случайно один из охотников того племени поскользнулся на льду и сломал шею, из-за чего шаману пришлось занять его место, когда настало время охоты. Случайно беглецы, встретившись с хищниками, выбрали в качестве укрытия пещеру в том месте, где бушевала неведомая им тогда сила. Случайно шаман, в своих неистовых молитвах несуществующим богам, смог дотронуться до этой силы и, сам того не ведая, насытить ею их пищу. Случайно эта же сила, смешанная с кровью, не убила ее вкусивших. Случайно она сделала их сильнее. Случайно выжил лишь один из трех. И благодаря еще миллионам случайностей через сорок тысяч лет он стал считаться сильнейшим существом на своей планете.

***

– По чистой случайности, когда смешалась магия того мира и кровь, – вампир решил не углубляться в детали.

– И много вас таких? Ну, у тебя дома?

– Таких – это вампиров или сорокатысячелетних вампиров? Первых – около семи тысяч, вторых – всего один.

– То есть, ты единственный такой «древний»? – зверодевушка слегка восхищенно, будто на какую-то реликвию, посмотрела на Миста. – А что случилось с остальными?

– Они были убиты.

– Кем?

– Оборотнями. Ведьмами. Мной.

– Оу, ну, ладно… Видимо, у вас тоже в порядке вещей убивать представителей своего же вида, – Мирия ненадолго задумалась. – А как к вам относятся люди? Завидуют? Боятся? И как вообще живут вампиры? Ну, в смысле, чем занимаются? У вас ведь бесконечно много времени…

Постепенно у зверодевушки возникало все больше вопросов. Мысленно вампир только порадовался этому и старался отвечать на большинство из них, тем более, что в основном они касались обычной жизни и способностей вампиров. Хотя иногда он все же оставлял любопытство собеседницы неудовлетворенным – например, когда она спросила, как можно убить вампира. Попутно Мист замечал, как Альвира успокаивается, просто слушая их с Мирией диалог, а заодно ожидал вопросов от Катора, который все это время молчал. К тому моменту, когда у Мирии уже устал язык и она взяла перерыв, домой вернулся Хаттор. Оглядевшись по сторонам, дворф подозрительно прищурился и уставился на вампира.

– И чего это все молчат? Или вы обо мне судачили только что, а я помешал?

Мист собрался было просветить дворфа, но зверодевушка его опередила.

– Сколько?! Тебе четыреста веков?! Да как пить дать, брешешь ведь! – дворф обвинительно уставился на вампира.

Тот пожал плечами.

– Верить или нет – дело твое.

– Ха, смотри, как быстро сдался! А доказать?

– Как? – Мист слегка ухмыльнулся. – Прожить еще сорок тысяч лет? Или же пересказать тебе мое видение истории?

– Э-э-э… – Хаттор явно не был готов дать ответ на свой вопрос.

– Жителей моего мира мог бы убедить второй способ, но с тобой же он не сработает. Однако гораздо более интересен вопрос – а зачем мне врать по поводу моего возраста? Мне же за это не платят.

– Ну, ладно, допустим, ты не соврал, – медленно произнес дворф, поглаживая бороду. – Но тогда возникает вопрос – а на кой-ляд ты вообще нам это сказал?

– Честно говоря, меня интересует тот же вопрос, – наконец заговорил Катор. – Я вот обдумывал это… к тому же вы… ты сам сказал, что в вашем мире вампиры скрывались от людей, чтобы избежать многих проблем. Так почему сейчас ты так спокойно рассказываешь об этом?

– О, все просто – с новым миром я решил попробовать другой подход, – вампир улыбнулся. – В том мире я скрывался, а здесь будет ровно наоборот. Думаю, это позволит мне развеять скуку.

– То есть, ты приперся в наш мир только для того, чтобы развлечься?! – раздраженно спросил Хаттор, подняв брови. – И при этом собрался каждому встречному своими годами хвастать?

– Ага, что-то вроде того. Ну, знаешь, новый мир, новые приключения, новые знакомства, – вампир умолчал о второй цели своего перехода и заодно состроил невинную мину, чем вызвал у дворфа только недовольство. – Как будто в отпуск выбрался. А если не понравится – махну обратно через пятьсот лет. А что не так-то?

– Ты смотри, еще и издевается, зараза! Да ты и представить не можешь, что будет, если о твоем возрасте узнают короли! Иномирянин, да еще и со знаниями всяких полезных технологий за сорок тысяч лет! Мало того, что за твоей головой начнется такая охота, что весь континент вверх дном перевернется, так еще ведь «охотники» и между собой передраться могут! И, кстати, никакая регенерация тебе не поможет, если за тобой отправят пару сотен магов! Как ты можешь быть настолько бестолковым? Где же мудрость, которая должна была накопиться за такое время? Ты что, все эти сорок тысяч лет в какой-то жопе мира прожил?..

Мист слушал разбушевавшегося Хаттора с легким интересом в глазах и слегка наклоненной головой.

– Во-первых, пока что знаете только вы четверо…

– И пусть так и остается! Не вздумай еще кому сболтнуть!

– Все сказал? – поинтересовался вампир у дворфа.

– Все!

– А зачем?

– Что зачем?

– Ну, зачем ты это сказал? Я же не просил советов.

Дворф закатил глаза и всплеснул руками.

– Да я ж тебе только что объяснил, почему об этом не стоит трепаться!

– А тебе не приходило в голову, что меня вполне устроит описанный тобой расклад?

– Чего? Тебя устроит то, что твою голову будут хотеть заполучить все короли этого континента, а может, и соседних?

– Да, вполне. Тогда мне будет проще с ними познакомиться. Впрочем, чем больше они от меня будут хотеть – тем меньше получат. Я просто сам выберу, с кем буду сотрудничать.

Дворф тупо уставился на собеседника, осмысливая его слова.

– А-а-а… Нет, я, конечно, знал, что ты со странностями, но чтобы ты оказался таким болваном! Королей он будет выбирать! Так и вижу, как они перед тобой в ряд выстроятся, как шлюхи в борделе, ага! Тьфу!

– Поспорим? – вампир протянул дворфу руку.

Тот недоуменно на него уставился.

– В смысле?

– Ну, ты готов побиться об заклад, что такого никогда не произойдет?

– Да ты что, серьезно?

– А почему нет? Ты же уверен, что это невозможно.

– Ну ты посмотри на него! – Хаттор развел руками. – Пфф, да я-то легко, только вот – что ж у тебя такого ненужного завалялось, что ты готов с этим расстаться?

– Как насчет этого? – вампир вытянул из ножен один из своих магических мечей. Черный металл тут же привлек внимание не только дворфа, но и всех остальных в комнате.

– О, ты вернул себе второй? Вчера его вроде не было, – удивилась Альвира.

– Да, он был у одного из шаманов, – соврал Мист, после чего развернулся обратно к дворфу. – Так что, хотел бы получить его?

Тот пристально вглядывался в клинок – кроме черного золота, о котором он уже слышал от зверодевушки, его очень заинтересовало и легкое зеленое свечение, исходившее от меча. Хаттор никогда в жизни не видел, чтобы магия светилась этим цветом. И сейчас он думал о том, что вряд ли ему еще когда-либо представится возможность заполучить столь ценный артефакт из другого мира.

– Ну, хотел бы, что уж там. А ты мне его готов отдать?

– Готов – при условии моего проигрыша, конечно же, – вампир лучезарно улыбнулся.

– И что ж это за условие?

– Если через год с этого момента минимум пять правителей государств не выстроятся передо мной в ряд – меч твой. В противном же случае… хм, я подумаю над этим, но обещаю, что ничего особо сложного. Только вот, чтобы убедиться в том, что мне так и не удалось выполнить твое условие – тебе придется годик со мной попутешествовать. Идет? – вампир снова протянул руку дворфу, который задумался.

С одной стороны, особо желания путешествовать с этим полоумным у него не было, а вот с другой… иногда даже самые далекие экспедиции, на которые уходило по несколько лет, могли закончиться ничем, а здесь же на кону стоит такая редкость. Даже одно владение подобным артефактом позволит ему вступить в любой клуб коллекционеров, а уже если он решит его продать – то обеспечит себя на долгие годы, и ему не придется заново начинать карьеру на побегушках у какого-нибудь дворянина или пользоваться милостью давних знакомых, до которых еще нужно добраться. В то, что этот бестолковый вампир действительно сможет закорешиться с королями, дворф не верил ни капли, а потому сейчас он просто решал, стоит ли такой меч года путешествий в такой компании.

– Тьфу! А, была не была, как-нибудь годик тебя потерплю, – наконец произнес дворф и пожал протянутую руку, про себя подумав, что найдет способ справится с излишней болтливостью вампира.

– Ну, вот и славно, – Мист спокойно улыбнулся и глянул на остальных. – На этом давайте пока что закончим разговор о моем возрасте.

– Но у меня еще были вопросы… – попыталась возразить зверодевушка, но Мист прервал ее жестом руки.

– Ты сможешь задать их потом. А сейчас я собираюсь улететь на разведку, приблизительно на неделю. Но перед этим… – вампир достал из сумки один из ножей и протянул его дворфу, – я хочу, чтобы ты взглянул на это. Мне интересно, можно ли его снова зарядить и, к примеру, изменить точку выхода из телепорта.

– Я же говорил, что вообще не вижу их магию… О-о-о, так ты его распилил? А внутри что? АЛМАЗ?! Здесь внутри гребаный алмаз! – дворф ошарашенно взглянул на Миста, но заметив, что он абсолютно спокоен, недовольно цокнул. – Ты хоть знаешь, сколько такой стоит?

– Сколько «такой» стоит, я не знаю, ведь «цена сильно зависит не только от размеров, но и от чистоты, которая влияет на способность камня к поглощению, хранению и возвращению магической энергии», – вампир почти дословно процитировал Друммира, который когда-то рассказывал ему об этом. – Но то, что они дорогие и редкие, я знаю. В общем, разбирайся. На всякий случай, я внизу оставил кровавого клона, так что, если случайно переместишься – я тебя смогу поднять.

– Ладно, понял, мне и самому жуть как интересно… правда, мне ж еще «шляпу» нужно залатать, да и руины хотелось бы осмотреть…

– Насчет руин не знаю, а вот с ножом и барьером, думаю, Катор с радостью тебе поможет, не так ли? – Мист перевел взгляд на мага, который спокойно кивнул. – Вот и отлично. Теперь к тебе, Альвира.

– Да? – судя по взгляду, девушка все же надеялась, что ей не достанется лишней работы.

– Не волнуйся, я не стану тебя перенапрягать, – хмыкнул вампир, прочитав ее эмоции. – Дня через три, когда полностью восстановишься, сходи к Дифусу – я хочу узнать, насколько он сейчас хорош как маг. А там уже смотри по ситуации, если он не будет знать чего-то жизненно необходимого – постарайся научить, он все же проведет с нами какое-то время в путешествиях.

– А, хорошо, я проверю его, – девушка расслаблено выдохнула, явно оставшись довольной своим заданием.

– А мне что делать? – поинтересовалась Мирия, не дожидаясь, пока вампир произнесет ее имя.

– Следить, – Мист слегка ухмыльнулся.

– За чем? – зверодевушка недоуменно посмотрела на него.

– За всем. Оставляю тебя за главную. Следи, чтобы в отряде не было конфликтов. Навещай старосту, в частности, напомни ему, чтобы увеличил количество продовольствия – нас же будет уже шестеро. Ну, и в крайнем случае – мало ли, что может произойти – командование на тебе. Я оставлю одного кровавого клона прямо здесь, так что, если будет что-то срочное – вы сможете со мной связаться.

– Ладно, как скажешь.

– Тогда на этом все.

Попрощавшись со спутниками, вампир прихватил с собой кровавый бассейн и вылетел на поверхность. Его целью стала маленькая деревушка орков на западе, расположение которой ему подсказала память одного из убитых ранее шаманов.

ГЛАВА 14. КРОВАВЫЕ АССЕТЫ, КУКОЛЬНЫЙ ТЕАТР И РОМАНТИКА НАЕМНИЧЕСКОГО ТИМБИЛДИНГА

25 Второго месяца тепла 3127 года, вечер

Нужная деревня располагалась между двумя лесными массивами, на берегу небольшого озера. Согласно памяти одного из шаманов, который успел в свое время попутешествовать по оркским землям, это было самое крайнее западное поселение, расположенное ближе всего к королевству людей и громадной стене, которой те отгородились от соседей. На то, чтобы сюда добраться, у вампира ушло около суток. Можно было и быстрее, но Мист особо не торопился – мог остановится и поглядеть на окрестности, понаблюдать за жизнью орков. Теперь же он спокойно парил над нужной деревней, выжидая, пока шаман с учениками не соберутся у тотема ради очередного молебна – за время полета он успел заметить, что «духовенство» любого поселения обязательно проводит его раз в несколько часов. Солнце как раз опускалось за горизонт, когда вампир увидел, как трое орков преклоняют колени перед тотемом. Прищурившись, он слегка повел рукой, и широкий поток крови устремился вниз.

Оба ученика тут же отпрыгнули за спину шаману, который за секунду окутал защитным куполом всех троих. Однако кровь им не угрожала – она остановилась ровно над тотемом и практически один в один скопировала его форму. После этого верхушка кровавой копии тотема раскрылась подобно бутону цветка, и оттуда вылетел дохлый кабан – по пути к деревне вампир захватило целое семейство этих животных в одном из лесов – который упал недалеко от шамана. A через минуту еще один. И еще. Если до этого орки смотрели на кровавую пристройку с недоверием, то уже после второй тушки шаман снял защиту и, недолго думая, выстрелил вверх огненным шаром. Жители деревни, заметив в воздухе огонь, тут же поспешили на площадь – нечасто шаман объявлял общий сбор таким способом. В ответ на расспросы тот показал на кровавый тотем и кабаньи туши, которые продолжали вылетать из него, после чего вознес руки к небу и призвал всех к молитве.

– Духи предков решили отблагодарить нас за наши молитвы, ниспослав нам источник еды драгоценной! Так преклоните же колени в благодарность, принимая сей дар! – такими были последние слова шамана. В тот момент, когда он и все собравшиеся на площади встали на колени и склонили головы в почтении, вампир, незаметно подлетевший ближе, атаковал. Все девяносто два орка были убиты в мгновение ока – их головы пронзили кровавые дротики, пригвоздив трупы к земле.

Приземлившись, вампир прикрыл на секунду глаза и просканировал окружающее пространство, после чего отметил для себя три дома и спокойно направился в сторону ближайшего из них. Там, закутанный в грязное тряпье, лежал старый орк, который так и не проснулся, даже несмотря на весь шум на площади. Добив его, вампир перетащил тело старика к остальным, а затем пошел к следующему дому. Внутри оказалось сразу два молодых орка, которые, однако, тоже лежали на кроватях без сознания, что, впрочем, было совершенно неудивительно – их лица имели множество синяков и ссадин, как и их кулаки. Презрительно скривившись, вампир избавил их от возможности очнуться и отправился в последний дом. Там его встретил недоуменный взгляд орчонка, которому на вид было лет семь. Его нога была перебинтована грязными тряпками, а сам он несколько раз зевнул, прежде чем заговорить.

– Ты кто? И как попал в нашу деревню? Здесь людей не любят! Родители придут и убьют тебя! Хых!

– Я друг твоих родителей. И я принес в деревню много мяса. Очень много, целых семнадцать кабаньих туш, поэтому меня не будут убивать. А еще я маг. И если ты согласишься со мной поиграть, то я покажу тебе много фокусов, – вампир присел на корточки, поравнявшись с ребенком.

Тот недоуменно смотрел на него, осмысливая сказанное.

– А разве люди говорят на нашем языке? И как будем играть? У меня же во, – он показал на свою ногу, которая явно была сломана.

– Иногда говорят. Играть очень просто. Например, смотри, – вампир притянул немного крови и создал небольшую модель огневолка, который затем «ожил» и полетел к юному орку. Тот завороженно смотрел на фигурку и попытался поймать ее, когда она подлетела поближе, но фигурка быстро увернулась и вновь оказалась в руке вампира.

– Ух ты! Даже наш шаман так не умеет! Дай! Дай!

– У меня есть предложение получше – я могу создать такую фигурку в полном размере, и если ты притворишься, что она тебя испугала, я дам на ней поездить.

– Что, правда? Притвориться, что страшно? А зачем? А? А?

– Ну, это просто игра такая, я создаю зверя, а ты должен притвориться, будто он реальный.

– Но я бы не испугался огневолка! Папа вообще говорит, что он любого зверя одной левой зашибет!

– Ах да, он часто такое говорит. Но ты же хочешь прокатиться?

– Хочу!

– Тогда просто притворись, что испугался.

– Ну, ладно, я попробую, – орчонок скорчил странную рожу. – Так пойдет?

– Не пойдет. Попробуй еще раз. Представь, к примеру, что ты разозлил своего папу. Или даже самого шамана.

– Ой, это и правда страшно… и больно. Ладно, я попробую.

Несколько следующих попыток вампир отмел, явно видя, что ребенок все еще кривляется. Дело пошло только тогда, когда Мист заявил, что пойдет к другим детям, и они первые смогут поездить на большом огневолке. Это помогло, и мальчишка со смехом прокатился на воссозданном в две трети размера звере – вампир все же уменьшил модель, поскольку в хибаре было не так уж много места. После этого дело пошло гораздо быстрее, и маленький орк старательно изображал все эмоции, которые называл ему вампир, получая за это возможность поездить на самых разных животных, большую часть из которых он видел впервые.

– А почему ты всегда так странно пялишься? А? А? – через какое-то время спросил орк, только что прокатившись на льве.

– Собираю ассеты, с ними гораздо проще работать. И, пожалуй, мне этого хватит, – слегка задумавшись, ответил Мист, разворачиваясь к двери.

– Что собираешь? Ой, ты что, уже уходишь? А может…

Раздался характерный звук, и труп последнего орка этой деревни также отправился на площадь к остальным. Вампир безразлично обвел взглядом картину побоища, в то же время думая о другой проблеме – он не знал, как именно выглядят солдаты в армии людского королевства. «Обойдемся минимумом», – мысленно хмыкнул он, после чего подтянул к себе два десятка трупов, включая трупы шамана и его учеников. Последние он предварительно осмотрел, забрав несколько подозрительных камешков и амулетов, и только затем применил к ним свой навык, который его друзья как-то назвали «Длань Кукловода». Часть крови, подконтрольная вампиру, проникла в тела мертвых орков, смешиваясь с их собственной и давая Мисту возможность управлять ими, словно марионетками.

Дальнейшее и правда весьма напоминало театр, где вампир играл основную роль, а трупы орков были массовкой. Он создавал из крови подобие брони, оружия и даже лошадей, а затем резал, колол и топтал трупы орков. Несколько раз взлетал и атаковал их кровавым огненным шаром, кровавой молнией и другими подобными копиями заклинаний, которые он видел ранее у местных магов. Трупы же, в свою очередь, пытались убежать, дергались от ранений и артистично взмахивали руками. Кровь плескала во все стороны, иногда страдали и здания. Однако спустя час вампир был доволен проделанной работой. Удовлетворенно цокнув, Мист избавился от всех тел на площади – их кровь присоединилась к общему бассейну, а кости и органы вампир измельчил и подвесил получившуюся массу отдельно, планируя спокойно употребить ее попозже. Затем, недолго порывшись в сумке, он достал один из рунических свитков, который дожидался своего часа с того момента, как вампир свернул свой лагерь и отправился к дворфам – впервые после прибытия в этот мир вампиру понадобилось использовать именно магию, а не свои способности.

Руны были лишь одной из форм заклинаний на Земле, далеко не самой мощной, но определенно самой удобной для постоянного использования – как благодаря их вариативности, позволявшей при должном умении создать необходимую комбинацию практически для чего угодно, так и по причине их способности долго хранить ману. Конечно же, в теле вампира сейчас и так было достаточно маны своего мира – ведь он никуда не тратил ее после перехода, однако в столь спокойной ситуации он предпочел использовать запас свитка, а не свой собственный. Прикоснувшись одной рукой к печати, второй он начертил в воздухе сложный, но небольшой по размеру знак. Внимательно всмотревшись в него, вампир подправил несколько неточностей, и только тогда наполнил его маной, вследствие чего тот засветился ярко-красным цветом. Плавно поведя рукой в сторону, вампир сделал множество копий созданного знака, после чего разместил их по всему поселению. В воздухе над деревней он также оставил глаз и небольшую стаю кровавых птиц, которые могли быстро превратиться в клона – это было сделано на случай, если кто-то из соседей захочет наведаться в это место слишком рано. Окинув внимательным взглядом вымерший поселок в последний раз, вампир отвернулся и, создав вокруг себя удобную сферу, начал набирать скорость. По плану его ждали еще две деревни. Ну, а уже после них можно было отправляться и к бывшей столице Вальдийской империи – сейчас там, согласно памяти шаманов, располагалась резиденция Великого Вождя.

* * *

1 Третьего месяца тепла 3127 года, вечер

– А разве это вообще возможно? – удивленно поинтересовался Дифус.

В ответ Альвира создала простой огненный шар, который затем сделал несколько десятков кругов и петель, прежде чем ударить в мишень. Парень удивленно выдохнул.

– Тренируйся, – девушка отошла назад и стала наблюдать за неуклюжими попытками юного мага.

С момента отбытия Миста прошло уже два дня, и сегодня Альвира, почувствовав, что она полностью оправилась от последствий магического истощения, решила наконец заняться делом и выполнить просьбу-приказ вампира. Поэтому к полудню она уже была на тренировочной площадке, где, по заверениям Мирии, которая последние пару дней успела побегать по городу, и проводил все свободное время Дифус. Узнав, что ему предстоит проверка и, возможно, дополнительное обучение, юноша только обрадовался.

Обучать кого-то Альвире раньше не приходилось, поэтому для начала она просто решила проверить те навыки мага, которые в ее академии входили в программу практических экзаменов при переходе на второй курс – для поступления на первый достаточно было толстого кошелька. Весь следующий час юноша демонстрировал, сколько маны он может контролировать, как быстро формируется заклинание, как далеко распространяется его действие, а также сколько одинаковых и разных заклинаний он может поддерживать одновременно. Единственное, что, по понятным причинам, девушка не стала тестировать сейчас – это его выносливость. И по всем показателям у парня были отличные результаты, тем более, для его возраста. Однако, стоило девушке перейти к проверке конкретно атакующих навыков, как практически сразу начались проблемы – оказалось, что юноша почти не может управлять движением своих заклинаний. А ведь возможность менять направление полета и скорость своей атаки – это главная особенность боевых заклинаний, которая и дает им большую часть силы. Так же, как главной особенностью защитных заклинаний является их привязка к определенному месту или предмету.

Задумавшись, как такой важный момент мог быть упущен из его обучения, Альвира припомнила ночной бой и бой на острове – еще тогда она заметила, что огненные шары других магов почти всегда летят прямо, лишь изредка отклоняясь в сторону, но в тот момент списала это на экономию сил. Теперь же она подозревала, что никто из них попросту не умел по-другому. Задав пару вопросов Дифусу, девушка уже была уверена в этом на сто процентов. Виной же этому могло быть только одно – изоляция этого поселения. На магах этой деревни всегда лежала огромная ответственность, ибо без них люди здесь попросту не выжили бы. Магия использовалась в оросительных системах, при стройке или ремонте, для освещения, для перемещения, для защиты – да буквально для всего. Поэтому местные, за редким исключением, были в основном универсалами, которые разбирались во всем понемногу, не имея возможности посвятить себя чему-то одному. В таких условиях даже Дифус, который страстно желал овладеть боевой магией как можно лучше, был бессилен – он, как прилежный ученик, мог днями напролет оттачивать то, чему учил его Детанавир, однако при этом он не мог даже подумать, что его наставник и сам может всего не знать.

Впрочем, несмотря на понимание ситуации, Альвиру она категорически не устраивала – теперь, когда Дифус стал частью их команды, пусть даже и временно, девушка не могла закрывать глаза на пробелы в его знаниях. Если им придется сражаться в одной команде, она хотела бы видеть рядом полноценного боевого мага, а не недоучку. Тем более, что с его огненной стихией защитный маг из него явно не выйдет, да и переделывать было бы слишком долго. Именно поэтому девушка не только объяснила в теории, что должен уметь боевой маг, но и показала на практике. Юноша явно проникся, и следующие несколько часов старательно пытался повторить фокус Альвиры и сделать своим огненным шаром полноценный круг. Получилось у него это только тогда, когда девушка посоветовала уменьшить размер заклинания – постоянная поддержка контроля было гораздо сложнее, чем простой бросок вперед. Под конец тренировки максимальный рекорд парня составил два полных круга на средней скорости, что было вполне нормально – человек не может отточить новый навык на отлично за столь короткое время.

Попрощавшись с задумчивым и явно уставшим юношей, Альвира подумала про себя, что давать уроки не так уж и сложно, после чего вернулась домой. Там ей встретился Катор, который спокойно ужинал. Подогрев себе еду, девушка присоединилась к нему. Немного насытившись, она поинтересовалась их с дворфом успехами.

– Ну, с барьером мы сегодня закончили, – ответил маг. – А вот за нож еще не брались. Я предлагал Хаттору начать завтра, но он, кажется, уже запланировал поход в развалины. Кстати, как себя проявил тот парень? Дифус, кажется?

– В целом, навыки оперирования маной у него очень неплохие, но проблема пришла, откуда я ее совсем не ждала, – девушка поведала Катору о своих наблюдениях и выводах.

Немного подумав, он согласился, припомнив, что и сам пару раз удивлялся тому, что местные «специалисты» в защите не видят уже после нескольких рядов блоков, зато разбираются во многих других направлениях.

– Думаю, еще немалую роль сыграло то, что у них здесь все конфликты решаются через старосту, – добавила под конец девушка. – Я не помню ни одной недели в академии, когда кто-то кого-то не вызвал бы на дуэль. А когда тебе потом припоминают по десять раз в день, как забавно ты проехался носом по земле, словив простой водный кулак, это весьма мотивирует к обучению.

– Да, пожалуй, я могу с этим только согласиться. Поражение всегда отрезвляет, – вспомнив что-то, Катор слегка приподнял уголки губ.

Альвира заметила это движение и заинтересованно прищурилась.

– А где ты учился?

– В Денморской Академии. А ты?

– Ого, по слухам, туда трудно было попасть. В Илленгардской, – ответила девушка, втайне надеясь, что собеседник о ней и не слышал.

– Мне помог в этом наставник, его знакомый был одним из преподавателей. Илленгард, хм, что-то знакомое… Это там, где двое студентов уничтожили местное кладбище и начали войну между несколькими преступными группировками? Которая позже вообще переросла в гражданскую? – поинтересовался Катор.

– Да, она, – девушка слегка скривилась и решила не углубляться в подробности. – А у вашей академии были подобные истории?

– Такого масштаба – нет, но за время моего обучения одно из любимых мест студентов перестраивали шестнадцать раз, причем ремонт всегда оплачивался из казны академии. Чудом было то, что при этом ни разу не было погибших.

– Похоже, в каждой академии найдется пара таких историй, – со смешком заметила девушка, слегка обрадовавшись, что не у нее одной обучение было весьма безумным периодом жизни.

– Соглашусь с этим. Чем больше магов – тем выше шанс, что кто-нибудь окажется слишком горячим, а с такими силами, как у нас, это может закончиться плохо для обычных людей.

– Но этим «кем-то» явно будешь не ты, – Альвира с легким прищуром посмотрела на мага. – Почему ты всегда настолько спокойный?

– А зачем метаться? Если ты можешь что-то изменить – меняй это, а если нет – прими это. Я научился этому у своего наставника – он вообще никогда не повышал голос, что бы я ни натворил. После общения с ним мне, наоборот, казалось, что все остальные люди слишком шумные и беспокойные. Конечно, вскоре я понял, что именно он был исключением, но не нашел причин, которые смогли бы убедить меня не следовать его примеру, – поделился своей историей Катор.

– Звучит так, будто вы очень долго путешествовали вместе, – заинтересовалась девушка. – Он был знакомым твоей семьи?

– Скорее, он заменил мне семью. Я не помню своих родителей, но, полагаю, они погибли.

– Оу, извини, я не знала.

– Все в порядке. Как я и сказал, наставник заменил мне отца, а его жена – мать, хоть мы и виделись с ней не так часто, поскольку много путешествовали. Позже у него и сын родился. Хм, – Катор ненадолго задумался. – Если так подумать, он единственный маг среди всех, кого я знаю, который имеет полноценную семью.

– Да, это, кажется, редкость среди магов, – согласилась с ним девушка. – Большинство магов, которых я знаю, тоже одиночки. Все же магия занимает в жизни так много времени, что мало кто готов с этим мириться.

– О чем разговор? – внезапно раздался голос Мирии.

– Мы делились историями из жизни, можешь присоединиться, если хочешь, – спокойно ответил Катор, который, в отличие от Альвиры, не дернулся при звуке голоса зверодевушки.

– Думаю, у меня найдется несколько историй из наемнической карьеры. Но перед этим, может, пройдемся до купален? А то я за сегодня столько кругов по городу намотала, уф… Хочу отдохнуть. И помыться.

– Староста, видимо, решил не дать тебе заскучать, пока нашего бессмертного командира нет, – Альвира поднялась из-за стола и встала рядом со зверодевушкой. – Я, в принципе, только за. Хотя странно, что ты первым делом захотела в купальни, а не поесть.

– Эй, это был легкий упрек, или мне послышалось? – Мирия легонько пихнула подругу локтем. – На самом деле я уже поела у старосты. Кстати, его жена отлично готовит. И не то чтобы он хотел меня напрягать – просто то одно, то другое, а я все равно рядом была. Ты идешь?

– Не стану отказываться, – Катор тоже закончил с ужином и встал из-за стола.

Все трое направились к купальням.

По пути им встретился Хаттор, который возвращался из местной забегаловки, и услышав, куда они идут, недолго думая, присоединился к ним. У входа оказалась небольшая очередь, но, увидев «почетных гостей деревни», жители разошлись и пропустили всю четверку вперед. Внутри вся компания быстро сполоснула себя и вещи около водных врат, а затем направилась в одну из комнат с малым бассейном, где все четверо с удовольствием погрузились в воду. Мирия без особого стеснения оглядела дворфа и Катора, которые, несмотря на всю разницу, имели две общих черты: неплохой рельеф и шрамы на руках. Катор вдобавок имел шрамы еще и на животе.

– Что, голозадого дворфа никогда не видывала? – заметив взгляд зверодевушки, спросил Хаттор.

– Да сдался мне твой зад, – она махнула рукой. – Просто забавно, что среди нас нет никого без шрамов.

– А, это, – дворф оглядел свои руки. – Это ж профессиональное. Если видишь мага без шрамов, можешь смело звать его сосунком, который и в переделках-то не бывал. А у тебя шрамы-то откуда?

– Получила в свое время пару раз кнутом, – Мирия не стала вдаваться в подробности. – Теперь у меня на них аллергия – если вижу кого-то с кнутом на поясе, сразу хочется прибить владельца при первой же возможности. А ты в какой же передряге побывал?

– Да всех-то и не упомнишь… Но, пожалуй, самая неприятная среди них имеется, и что забавно – произошла она не где-то в чужих краях, а на родных землях. В общем, строился как-то шахтерский городок в скале, и кто-то намудрил с расчетами. Барьер был не закончен, а подрывники уже долбанули. У подрывников паника, у жителей паника, а мне вместе с еще парой ребят пришлось почти два часа удерживать тонны камней, пока жители сматывались. Но, кстати, обошлось тогда, пострадавших, кроме нас, и не было, и даже городу не сильно досталось. Помнится, я тогда же в палате госпиталя познакомился с одним прохиндеем, так потом еще лет пятнадцать с ним в экспедиции ходил, но то уже другая история, – Хаттор погрузился в воспоминания, а затем покосился на Альвиру. – А с тобой что было?

– Полезла в драку, когда не надо было, – пожала плечами она. – Какой еще ответ может быть у боевого мага?

– И то верно, – хмыкнул дворф.

– Ну, я хоть и не боевой маг, но могу ответить так же, – чуть улыбнулся Катор, заметив взгляды на своем животе.

– Ого. Так ты, оказывается, был любителем дуэлей? – спросила у него зверодевушка.

– Да как сказать – я их не начинал, но и не отказывался. А выиграть во всех я не мог, – спокойно ответил маг.

– А за что ж тебя так невзлюбили в академиях ваших? – поинтересовался дворф.

– За манеры и сдержанность. Я им был непонятен, как и они мне, – ответил Катор, еще раз коротко пересказав историю о своем наставнике.

– Вона оно как, – хмыкнул дворф.– А я, честно говоря, думал, что ты в молодости горяч был, а сейчас слегка остепенился. А сколько тебе вообще лет-то?

– Двадцать семь. А тебе?

– Двести тридцать три, еще полжизни впереди.

– У-у-у-у, развалина, – ехидно прокомментировала Мирия.

– А тебе самой-то сколько? Чай, тоже не молодуха! Вы ж и сами живете немало.

– Всего-то тридцать шесть, до тебя еще стареть и стареть, – заявила она.

– Да ладно? – Альвира удивленно вытаращилась на подругу. – Чтоб меня, я-то думала, что старше тебя!

– Ахах! Ну, сочту за комплимент, – Мирия рассмеялась и подмигнула подруге. – Я так еще лет семьдесят выглядеть буду, а потом уже начну превращаться в старую кошелку. А ты сама-то?..

– Ровесница Катора, – хмыкнула девушка. – Но если уж разговор зашел про возраст, как тут не вспомнить нашего лидера!..

Повторное обсуждение вампира затянулось – то, что с ними путешествует такое существо, все еще будоражило умы всех четверых – но, в конце концов, сменилось на пересказ историй из наемнической и экспедиторской жизни, за которыми и прошел остаток вечера. Домой вся компания пришла уже после полуночи, и каждый отправился на боковую с приятным послевкусием на душе.

ГЛАВА 15. ДЕВИЗ СКРОМНОГО ДРАКОНА, БУЙСТВО ЖИВОЙ ВОЛНЫ И ПОСЛАНИЕ С ТОГО СВЕТА

2 Третьего месяцa тепла 3127 года, полдень

– В сторону!

Зверодевушка среагировала мгновенно и резко дернулась вправо. Мимо пролетело несколько острых льдин, целью которых была крупная крыса, в тот момент широко открывавшая пасть, чтобы плюнуть желудочным соком. В цель попал только один снаряд из трех, но и этого хватило – зверька практически прошило насквозь. Взглянув на труп крысы, Мирия вытерла свои клинки и вернула их в ножны – это была последняя особь, проживавшая в данном логове.

– C меткостью, я смотрю, у тебя совсем не ахти, – прокомментировала она боевые способности дворфа. – Мне чаще приходилось уклоняться от твоих снарядов, чем от их плевков.

– Я тебе что, боевой маг что ли? – тот отмахнулся. – Лучше скажи, ты уверена, что это последняя?

– Да. Больше ни одной не слышу рядом, – зверодевушка еще раз пошевелила ушами на всякий случай, но вокруг стояла тишина.

Хаттор сжег гнездо огненным шаром, и они продолжили движение. Дворф в который раз покосился на зверодевушку, вертевшую головой по сторонам словно дитя малое, но вновь промолчал. Пару часов назад, когда за поздним завтраком он сказал остальным, что сегодня идет исследовать руины, желание Мирии отправиться вместе с ним стало для него полной неожиданностью. Все ж таки их отношения дружественными назвать было никак нельзя – после череды перепалок в самом начале наступил нейтралитет, в основном продиктованный волей вампира и банально тем, что они друг друга днями не видели. Впрочем, отказывать ей Хаттор не стал, и потому уже спустя час они вышли за границы освещенной части города и принялись пробираться сквозь развалины, где в одном из домов и натолкнулись на крыс. Староста еще вчера предупреждал о них дворфа, сетуя на то, что многие жители избавляются от мусора просто бросив его в темноте незанятых улиц, а именно это и позволяет паразитам продолжать свое существование.

– Это оно? – мысли дворфа прервал голос зверодевушки, указавшей на здание, которое, даже наполовину развалившись, все равно было крупнее других.

– Нет, это здание какой-то из гильдий. Но уже недалеко.

Основной целью дворфа было местное здание Совета, до которого оставалось около квартала. Однако не пройдя и полпути, они вновь были атакованы крысами, которые на этот раз были особо агрессивными. Впрочем, при этом они оставались всего лишь крысами, так что Мирии не составило труда разобраться с ними самостоятельно, лишив Хаттора нужды использовать атакующую магию. Закончив с вредными грызунами, зверодевушка заинтересовалась их гнездом, которое нашлось в ближайшем доме – во-первых, оно было в несколько раз больше предыдущего, а, во-вторых, в середине она заметила какой-то странный предмет. Порывшись, Мирия выудила оттуда почерневший грязный камень, который был весьма теплым на ощупь. Создав водные потоки, Хаттор помог девушке помыть руки и почистить находку, с которой сошло несколько слоев грязи, прежде чем в ней стало возможным узнать обработанный кусочек циркона. Судя по зеленому цвету и тусклому свечению, он был заполнен маной где-то наполовину, что, как и ощущение теплоты, несколько удивило дворфа. И только присмотревшись к заклинанию, вложенному в камень, он понял в чем была проблема – магическая схема простейшего самовосстанавливающегося фонаря была нарушена, и теперь, вместо света, заклинание вырабатывало тепло, которое наверняка и привлекло крыс. Пообещав исправить бракованный амулет позже, дворф отдал камень зверодевушке, и они продолжили путь.

Здание Совета оказалось полуразрушенным, но вход, к удивлению Мирии, сохранился отлично, и через пару минут она вместе с дворфом уже шагала по пустым коридорам, слушая гулкое эхо своих шагов – никаких картин, ковров, доспехов и прочих украшений древние дворфы здесь, понятное дело, не оставили. Судя по тому, что несколько раз они натыкались на тупики, а Хаттор недовольно чертыхался – планировка в прошлом все же была иная, однако вскоре нужный дворфу проход был найден, и они оказались в зале совета. Хаттор радостно взглянул на пыльный деревянный стол, хранивший отпечатки правления Советов прошлого, и в предвкушении потер руки. Зверодевушку же гораздо больше заинтересовала великолепная статуя. В Сторудном она уже видела подобную, когда посещала вместе с вампиром гильдию кузнецов, но там она выглядела похуже. Здесь же Бог-Дракон Люмехар, державший в одной руке кузнечный молот, а в другой – расписанную скрижаль, выглядел настолько реалистично, что зверодевушке казалось, что он вот-вот сойдет с постамента и разомнет каменные крылья.

– Дарованный огонь и знания мы используем ради созидания, – негромко произнес Хаттор, подойдя к дракону и уважительно поклонившись. После чего взлетел и начал неспешно вливать ману в статую.

– Это было ритуальное приветствие? – поинтересовалась зверодевушка, подходя ближе к дракону. На глаза ей попался хвост, который до этого она не замечала.

– Изначально, судя по хроникам, это был личный девиз Люмехара и всех его учеников, который и вправду служил между ними приветствием, но звучал чуть по другому – «Наш огонь и знания мы используем ради созидания». Смысл очевиден – благородный Бог-Дракон совершенно не хотел, чтобы всякие полудурки, вроде нашего нынешнего короля, использовали знания ради войн. Ну, а после его ухода кто-то немного подправил фразу и теперь она больше похожа на молитву, которая произносится, когда нужно принять важное решение или взяться за сложную работу, – пояснил дворф.

– А разве при молитве не нужны какие-нибудь подношения, еда там или золото? – поинтересовалась зверодевушка. – И, кстати, к нему можно прикасаться или канонами запрещено?

– Что? Да, можно, конечно. Это же просто камень, которому форму придали, хоть на… голову ему запрыгивай, если хочется. Каноны у нас есть, но защищают они сам облик Люмехара, то бишь память о нем, поэтому нельзя, к примеру, форму общих статуй без дозволения менять, или говорить о нем неуважительно. Насчет подношений – не знаю, у каких дикарей ты это увидела, но наш Люмехар и при жизни скромным был, а уж статую золотом одаривать только дурак бы додумался, – услышав подобную ересь, дворф только недовольно покачал головой.

– Занятно… – протянула зверодевушка, а затем продолжила, увидев вопросительный взгляд спутника: – Я просто разными религиями интересовалась, вот и удивляюсь отличиям. Люди ведь тоже драконам поклоняются, но обычаи совсем другие.

– А вы сами-то в кого верите? В каких-то, как там, потерянных богов?

– Это не они потерянные, а мы, – зверодевушка пересказала дворфу ту же прабабушкину байку, что и вампиру.

Не желая напрягать старую систему переизбытком маны, Хаттор не торопился, так что с интересом выслушал ее объяснения. Сама Мирия в это время крутилась возле статуи, ощупывая невероятно реалистичные на вид крылья, а также хвост и нос. «А с ним-то что не так, он же обычный, человеческий. Странная» – промелькнуло в голове у дворфа, но сработавшее заклинание тут же отвлекло его.

Раздался каменный скрежет и статуя медленно повернула голову, после чего «дыхнула» огнем на скрижаль. Огонь быстро рассеялся, но часть надписей так и продолжила светиться, что, собственно, и требовалось дворфу, которого не смутило даже обилие лишних букв – переводить древние тексты ему приходилось не впервые.

– Что это было? – поинтересовалась удивленная зверодевушка, которая отпрыгнула подальше при первых же движениях статуи.

– Мне просто нужно было получить ключи к управлению магией здания, они были здесь зашифрованы как раз на случай, если рядом не окажется советников, – просветил ее дворф, вчитываясь в текст. Спустя несколько минут он начал заливать ману уже в стол, наблюдая, как затем она расходится по нитям и достигает даже внешних стен здания.

– И что это тебе даст?

– Ща, еще чутка, и увидишь.

После того, как мана разнеслась по всему зданию, Хаттор, следуя подсказкам, активировал проход на нижние уровни, который скрывался под той самой статуей.

– И что там? – Мирия с некоторой опаской смотрела на ступени, ведущие в темноту.

– Хранилище, где обычно лежат самые ценные артефакты города и другие сокровища.

– Ты серьезно? Те, кто отсюда уходил, забрали с собой даже ковры и мебель, думаешь, сокровища они решили оставить именно тебе? – Мирия скептически приподняла бровь.

– Ну, ты уж совсем за идиота меня не держи, – Хаттор усмехнулся. – Золота или артефактов, понятное дело, там нет, а вот вся защита осталась – никто бы не стал ее специально выдирать, просто отключили.

– Так мы что, пришли в сокровищницу не за сокровищами, а за ловушками, их охраняющими? – зверодевушка с легким удивлением посмотрела на дворфа.

– Ага! Здорово, правда? – Хаттор ухмыльнулся и первым ступил на лестницу, приглашающе махнув рукой. Зверодевушка юмор оценила и, хмыкнув, последовала за ним. Однако внезапно она остановилась и, прищурившись, оглянулась – из коридора послышался какой-то странный звук. Секунду спустя она заметила небольшие красные глаза в темноте, и, недовольно цокнув, громко топнула ногой – крыса тут же скрылась из вида. Пробурчав что-то про надоедливых грызунов, зверодевушка поспешила догонять дворфа. Через несколько минут она была уже достаточно далеко, чтобы не слышать топота множества лап. Теперь в темноте светились уже сотни красных глаз, одна пара которых были заметно больше всех остальных. Раздался тихий шипящий звук – и волна серых тел потекла в хранилище.

***

Подземелье оказалось многоярусным – так что дворфу было где разгуляться. Он с радостью прилипал к каждой второй стене, всматриваясь в структуру ловушек древности и запоминая ее. В большинстве случаев он, благодаря обширному багажу знаний, спокойно мог провести параллели между теми вариантами заклинаний, которые он знал, и теми, которые видел в стенах, но некоторые смогли удивить даже его своим неожиданным строением. Все это время у него на губах была улыбка, что казалось весьма забавным зверодевушке, которая наблюдала за ним, прислонившись к стене. Сама Мирия уже успела осмотреть все ярусы, и ждала, пока Хаттор спустится на третий – там, в дополнение к пьедесталам и гравюрам, было несколько огромных каменных скрижалей, и зверодевушке было интересно, сможет ли он их прочитать.

– Это весьма и весьма необычно… – пробормотал себе под нос Хаттор, после чего добавил уже громче: – Кажется, здесь я закончил. Можем спускаться дальше.

– Ага, пошли, – зверодевушка уже ждала его у лестницы, однако смотрела не на дворфа, а на потолок.

– Что там? Я пропустил ловушку?

– Нет, просто я опять слышу крыс… нужно будет разобраться с ними на обратном пути.

Спустившись на третий ярус, Мирия показала дворфу заинтересовавшие ее скрижали, но как только он начал их переводить, зверодевушка достала свои клинки. Она повернулась к Хаттору, но то и сам уже услышал этот звук – топот множества лап, который не сулил ничего хорошего. Переглянувшись, они отошли подальше от лестницы и выжидающе уставились на нее.

Вначале на ступеньках появилось всего с десяток крыс, однако спустя пару секунд оттуда потянулась настоящая живая волна. Мирия, в мгновение ока убившая шестерых грызунов, оказавшихся слишком близко, быстро поняла, что с таким количеством ей не справиться, и отпрыгнула назад к дворфу. Тот сразу же накинул на нее барьер, попутно отстреливая первую линию грызунов – против такого скопления он уже не промахивался. Однако обезумевших тварей совершенно не заботила смерть своих товарищей, и вскоре они набросились на дворфа и зверодевушку. Крысы лезли друг на друга, стараясь забраться повыше, царапали и кусали барьер, пытаясь его пробить, и при этом постоянно пищали, не закрывая свои пасти ни на секунду. Зверодевушке, которая просто застыла посреди этого хаоса, очень хотелось закрыть уши руками – этот писк доводил ее до безумия, как, впрочем, и тот факт, что сейчас она не могла толком ничего сделать – физический барьер работал в обе стороны. Поэтому ей приходилось только смотреть, как в радиусе метра от нее со всех сторон поднимается живая стена – теперь она доходила ей до груди, а особо прыткие твари бегали прямо над ее головой. Спустя пару секунд она с удовольствием проследила, как ледяные иглы прошили их тушки, отшвырнув на другой конец комнаты, но на их место тут же запрыгнули новые грызуны.

– Ты можешь уже долбануть по ним чем-то массовым?! – Мирия оглянулась на дворфа, стоявшего чуть позади нее.

– Не могу! Иначе или нам достанется, или здание рухнет! А может и то, и другое! – огрызнулся он, увеличивая количество ледяных стрел. – Лучше уж так, помаленьку!

– Пока ты их перестреляешь, нас тут съедят заживо!

– Да хера с два! Я барьеры могу хоть целый день держать, они их в жизни не пробьют! А это что за… – дворф уставился на лестницу.

Поток крыс, прибывающих с верхних этажей поредел, но за ним показался предводитель местных крыс – если обычная особь размерами едва достигала таксы, то лидер был ближе к овчарке. Очень крупной такой овчарке. Выраженный гигантизм относительно собратьев дополнялся двумя лишними хвостами и возможностью плеваться средних размеров огненными шарами – о чем тварь тут же уведомила дворфа и зверодевушку, плюнув в обоих по несколько раз. Маг среагировал рефлекторно и тут же поставил два внешних магических щита, однако после этого зашелся в кашле – отраженный огонь перекинулся на обычных крыс и в воздухе разнесся отвратительный смрад.

– С-сука! Так же и задохнуться недалеко, – он, как и зверодевушка, теперь прикрывал рукой нос.

Крысиный предводитель вновь начал плеваться огнем, но на этот раз дворф ответил водными кулаками, после чего запустил в главного противника ледяными стрелами, от которых тот на удивление быстро увернулся.

– Ты смотри какая дрянь быстрая! – Хаттор потушил очередные огненные плевки. – Ладно, есть у меня идейка!

Дворф прищурился, а пару секунд спустя в сторону предводителя полетела целая ледяная глыба. Зверь увернулся от нее без особого труда, однако целью дворфа был не он – кусок льда практически идеально запечатал лестницу, идущую наверх. Еще один такой же дворф уронил на лестницу вниз, после чего помещение стремительно начало заполняться водой, возникавшей, казалось, прямо из воздуха. Несмотря на немалый размер комнаты, через пару минут нижний ряд крыс оказался под водой, что в свою очередь порушило живые стены – наконец-то дворф и зверодевушка перестали видеть перед своими лицами оскаленные морды, пытающиеся прокусить барьер.

– А мы сами-то не потонем? – зверодевушка с опаской смотрела на увеличивающийся уровень воды, поднявшийся уже до ее пояса, от которого ее защищала только тонкая на вид стенка барьера.

– Не потонем, расслабься! А вот тварям этим должно быть сейчас очень весело! – дворф посмотрел на серую массу тел на поверхности воды, которая находилась в постоянном движении. Несмотря на то, что крысы плавать умели, из-за их количества, места для всех на поверхности воды банально не хватало, по итогу – каждая крыса боролась за свою жизнь, царапая и топя при этом соседей. Исключение составлял их предводитель, который оперативно запрыгнул на один из пьедесталов, и теперь бешено крутился, пытаясь найти место еще выше. Впрочем, вскоре и он присоединился к своим подданным – дворф обстрелял пьедестал льдинами, заставив тварь спрыгнуть в воду.

– Попался! – Хаттор оскалился и поднял руку. Начиная с того места, где бултыхалась мутировавшая тварь, поверхность воды стала быстро покрываться ледяной коркой, и спустя пару десятков секунд все крысы оказались вмурованы в лед. Первой же ледяной стрелой довольный дворф пробил череп крысиного предводителя, а затем начал отстрел всех остальных грызунов – тех, кого еще не раздавило льдом. Глядя на это, Мирия наконец расслабленно выдохнула, прикинув, что такими темпами с противником будет покончено за пару минут. А секунду спустя раздался громкий треск и у нее из-под ног пропала опора – перекрытие между третьим и четвертым ярусами не выдержало веса внезапно появившегося бассейна и обвалилось, став началом целой цепочки разрушений. Рухнувшие колоны перестали поддерживать верхние ярусы, а нижние уже были под критическим давлением, и вскоре все пять этажей подземного хранилища сложились, как карточный домик.

***

2 Третьего месяца тепла 3127 года, ночь

«Бесполезные паразиты. У вас же было почти двести лет и готовый пример под носом» – пронеслось в голове у вампира. Он парил на высоте сотни метров, оглядывая то, что ранее наверняка считалось жемчужиной империи, а сейчас по большей части представляло собой полуразрушенные руины. За то время, пока он добирался до столицы, Мист видел и другие города бывшей империи, но именно здесь разница бросалась в глаза сильнее всего.

С одной стороны была смерть: разрушенные остатки некогда великолепных зданий, для строительства которых в свое время нанимали лучших архитекторов страны; мощенные широкие улицы, на которых могли разъехаться сразу четыре кареты аристократов; узкие улочки, сохранившие свой шарм; высохшие фонтаны; статуи, великолепие которых было заметно даже несмотря на отсутствие половины конструкции; и пустота, оставшаяся после ухода жителей этого места.

С другой же – жизнь: криво сколоченные деревянные конструкции, которые держались на фундаменте руин и матерном лексиконе строителей; горы мусора на черной от грязи дороге, подчас не дающие разойтись даже двум тележкам с вонючей рыбой; безвкусные вырвиглазные тотемы, чей убогий вид вызывал только отвращение; и теснота, присущая тем местам, где количество отпрысков в семьях исчислялось вечерами, когда двум или более существам было просто скучно.

Вампир в который раз убедился, что такую жизнь он видеть не желает. А это значит только одно – вскоре она перестанет существовать.

Прищурившись, Мист начал искать здание, которое в воспоминаниях орков было переплетено с их восхищением, однако на взгляд вампира являлось просто кривой хибарой экстра крупного размера. Для этого ему пришлось несколько раз пролететь над полосой обитания орков – они заняли три, идущих подряд, района, которые соприкасались с протекающей возле города речкой, оставив при этом центр и окраины необитаемыми. Наконец нужное здание отыскалось, и вампир, подлетев чуть поближе, принялся изучать маршруты немногочисленной охраны, лениво прогуливающейся по резиденции Великого Вождя. Запомнив три с половиной тропинки, по которым полусонные орки наматывали круги, Мист дождался, пока стражник уйдет с крыши, и тут же бесшумно опустился на нее. На секунду прикрыв глаза, он просканировал все здание, отметив для себя три комнаты, в которых орки спали на кроватях, а не на постах, после чего быстро просчитал, куда должны выходить окна этих апартаментов и двинулся к ним. Первую комнату он отбросил – находившиеся там существа явно были еще детьми, а потому сразу начал со второй. В ней обнаружился молодой орк в компании трех орчанок, нагота которых была наготой даже по оркским, полураздетым, меркам. Цель же нашлась в третьей комнате – там спал сам Великий Вождь, в титуле которого не приходилось сомневаться благодаря валявшимся рядом атрибутам власти – размалеванном посохе с драгоценным камнем в набалдашнике и костяном шлеме с претензией на бытие короной.

Выбрав момент, Мист проник в приоткрытое окно, и встал над кроватью местного правителя, которую он делил с еще двумя орчанками – одной помоложе и одной постарше. Вампир создал над их головами кровавые копья, которые пробили бы их черепа, если бы они проснулись, а сам завис в воздухе параллельно над телом вождя. Две тонкие кровавые струйки протянулись к глазам орка и приподняли веки, позволив вампиру проникнуть в его разум.

Секунду спустя Мист оказался посреди тумана воспоминаний, сквозь дебри которого ему предстояло пробиться. На всякий случай замаскировавшись под самого вождя, вампир принялся осторожно исследовать случайные отрывки памяти орка. Наконец ему попался момент с рождением очередного сына, от которого, по тонкой ниточке, вампир смог добраться до воспоминаний об отце орка. Просмотрев около десятка сцен, Мист перевоплотился в отца вождя, и принялся искать его самого. Усилием воли разогнав туман, вампир обнаружил его сонно бродящего между различными отрывками из секции с кратковременной памятью, после чего подтянул свое замаскированное тело поближе и стал на пути орка. Спустя минуту тот сам натолкнулся на него, и недоуменно уставился мутными глазами. Вампир сделал свой голос грубее, и положил руку на плечо орка, стараясь сделать это максимально аккуратно и без агрессии для чужого сознания.

– Сын мой! Настало твое время… всему нашему роду грозит опасность!

– Отец? О чем ты? – глаза орка немного прояснились, но вампир не стал отвечать – вместо этого он повернул вождя в сторону и ткнул лицом прямо в небольшое облако с мелькающими картинками, которое сам же только что туда и поместил.

Некоторое время орк стоял неподвижно, но потом вынырнул обратно и ошарашено уставился на вампира с приоткрытым ртом.

– Не мог я просто так на это смотреть! А потому решил тебя предупредить. Но на этом власть мертвых заканчивается – теперь дело за живыми… дело за тобой! – Мист хлопнул орка по плечу еще раз, а затем резко отлетел обратно в туман. Перед тем, как покинуть сознание орка, он запустил в туман еще два созданных им клочка, после чего тут же вернулся в реальность.

Взвинтив скорость, вампир вылетел обратно в окно за считанные секунды до того, как вождь очнулся с яростными криком.

Поднявшись достаточно высоко, Мист завис над столицей еще на пару минут, наблюдая, как в резиденции вождя поднимается шумиха, а стражники, протирая глаза, стекаются внутрь дома.

Вампир ухмыльнулся. После такого яркого видения даже самый заядлый скептик послал бы подчиненных проверить ту самую деревню, а уж безмозглый орк, верящий в духов предков, попадется на его крючок и подавно. А если вдруг он все-таки не поверит первому видению, завтра-послезавтра его будут ждать еще два – для закрепления. Усмехнувшись, вампир развернулся и полетел обратно. Пора было забирать свой отряд и двигаться дальше.

ГЛАВА 16. ПЕРЕПАЛКА ДВУХ БЕГЛЕЦОВ, ДАВНИЕ СЧЕТЫ И ПРЕЛЕСТИ ПУТЕШЕСТВИЯ С ВАМПИРОМ

2 Третьегo месяцa тепла 3127 года, ночь

B очередной раз закашлявшись от висевшей в воздухе пыли, Мирия попыталась осмотреться, но словила приступ головокружения, дополнивший неприятный звон в ушах – шум от разрушения немного оглушил ее. Сам же факт того, что она вообще осталась жива, хоть и удивлял ее, но в объяснении не нуждался – барьер, наложенный на нее Хаттором, не только был цел, но еще и удерживал на себе огромный кусок плиты. Впрочем, именно из-за последнего обстоятельства она сейчас толком не могла сдвинуться с места – полная защитная сфера с привязкой к центру тела защищаемого, хоть и была невероятно полезна, оберегая своего «носителя» со всех направлений, имела одну особенность – щит был полноценной физической конструкцией. А это в свою очередь значило то, что если щит оказывался заблокирован – его владелец также не мог передвигаться, поэтому все, на что сейчас способна была зверодевушка- это стоять на одном месте и вертеться в поисках дворфа. Вскоре того выдал очередной приступ кашля.

– Ты там живой вообще? – Мирия обернулась в сторону звука, но увидела только стену из мелких обломков, за которой просвечивал щит дворфа.

– Живой, кхе-кхе… иначе б ты сейчас не спрашивала, – раздался из-за преграды приглушенный и явно недовольный голос Хаттора. – Это ж надо было так вляпаться…

Прокашлявшись, он разнес ту небольшую перегородку из мусора, которая их разделяла и направился к зверодевушке, лишь слегка цепляясь барьером за стены. В отличии от нее, дворфу повезло оказаться прямо под местом столкновения двух массивных плит, которые не давали друг другу упасть и заодно образовывали небольшой «карман».

– Так-с, понятно, – он оглядел «ловушку», в которую попала зверодевушка. – Готовься прыгать, я барьер ща сниму.

– А может, не стоит? – Мирии не хотелось оказаться случайно расплющенной, но дворф напомнил, что запас выносливости у него не бесконечный.

Вняв его доводам, зверодевушка сгруппировалась и по команде резко прыгнула вперед, едва не налетев на дворфа, стоило тому снять защиту. Плита, давившая на ее барьер, с грохотом опустилась еще на полметра, обдав волной пыли их обоих.

– Уф, так уже попроще будет, -дворф облегченно вздохнул, когда необходимость поддерживать барьер пропала.

– Спасибо, – зверодевушка сочла нужным поблагодарить его.

– Да не за что, – отмахнулся Хаттор, после чего задумчиво осмотрел то небольшое пространство, которое было им доступно.

– Ты можешь нас отсюда вытянуть? – Мирия с опаской посмотрела наверх, откуда все еще иногда сыпалась пыль.

– Ага, ща вот пальцами щелкну и все эти тонны камня ветром сдует, – съязвил дворф.

– Я серьезно!

– Да конечно же нет, ни один маг столько в одиночку ни подымет!

– И что делать?

– Думать, – отрезал дворф. – А теперь не мешай!

За время своих экспедиций Хаттор множество раз оказывался в ситуациях, которые на первый взгляд казались безнадежными, но неизменно выход все же находился. Именно поэтому сейчас он старался держать свои эмоции в узде, прокручивая в голове различные варианты. Однако с течением времени его губы сжимались сильнее, а лицо становилось все более угрюмым, что не осталось незамеченным Мирией. У нее, в отличие от дворфа, подобного опыта вообще не было, и ситуация, в которой ее клинки ничем не могли ей помочь, очень уж ее нервировала. Время для нее тянулось невероятно медленно, а угрюмое молчание дворфа только усугубляло ситуацию. Терпения зверодевушке хватило почти на три часа, после чего она первой нарушила тишину.

– Ну как, надумал что?

– Еще нет, – коротко ответил дворф, явно не имея ни малейшего желания к болтовне.

Однако Мирию такой вариант не устраивал, поэтому она принялась предлагать свои варианты, не замечая общего настроения Хаттора.

– Хм, а что, если попытаться огнем прорезать проход?

– Не пойдет – тут воздуха не так много, быстрее задохнемся.

– А если рубить водными или воздушными лезвиями?

– Нет места для их разгона, будут слишком слабыми.

– Тогда может…

– Да хватит уже! – не выдержал дворф. – Ты серьезно думаешь, что я сам не подумал о таких простых вариантах, которые приходят в голову даже не магу?

– Оу, ну извини, что задела твою профессиональную гордость! – зверодевушка вспылила и резко встала на ноги, едва не ударившись головой. – Просто, ну, знаешь, мне почему-то не очень хочется здесь умирать, и поэтому я пытаюсь предлагать хоть какие-то варианты, а не сижу с угрюмой рожей!

– И че ж она у меня, по-твоему, угрюмая? – дворф также подорвался с места и уставился на собеседницу. – Может потому, что сколько я не думаю, а решения не вижу? И я тоже от этого не в восторге? А тут ты еще бесполезно зудишь над ухом!

– А что мне, по-твоему, делать?!

– Сядь себе и сиди молча, меньше проблем будет!

– Проблем бы не было вообще, если бы один болван не стал устраивать тут бассейн! – резко бросила зверодевушка.

– Ну, конечно, задним умом все крепки! А кто меня тогда просил: «Да бахни по ним чем-нибудь массивным!», а?! И раз я болван, че ж ты вообще сюда со мной поперлась?

– С тобой? Пфф, да сдался ты мне! Я просто захотела на древние руины поглазеть, раз уж мы оказались в этой жопе мира! – фыркнула Мирия.

– О-о-о, да ты посмотри на нее, опять завелась! «Раз уж оказалась в этой жопе мира», – дворф всплеснул руками и перекривил зверодевушку. – Все уже все забыли и всех все устраивает, одна ты прицепилась, как репей к жопе! Была б у меня красивая морда, да щель в нужном месте, может, и меня бы кто от тюрьмы отмазал, тогда и не было бы всего этого!

– Слушая… – Мирия, уже собиравшаяся ответить в тон дворфу, внезапно задумалась. – А телепорт не вариант? Тут же совсем недалеко, может получиться?

Хаттор уставился на нее, потом устало выдохнул и уселся обратно на обломки, раздумав плеваться или продолжать спор. В конце концов, он прекрасно понимал чувства зверодевушки.

– Не получится. Как, по-твоему, их создают?

– Ну, я точно знаю, что вначале маг должен побывать на том месте, куда он хочет открыть телепорт, думаю, чтобы четко представлять его. А потом, наверное, нужно просто использовать заклинание… – заметив, что дворф скривился, зверодевушка быстро добавила: – Нет, конечно же, я слышала, что для этого используется уйма маны, но еще слышала, что чем ближе цель – тем меньше ее надо. А отсюда до поверхности всего метров двадцать или тридцать…

– Не так оно работает. Во-первых, маг должен побывать на месте не для того, чтобы его запомнить, а для того, чтобы оставить там магический маяк и обгородить будущую зону. Во-вторых, для создания любого портала, что на соседнюю поляну, что на другой континент необходимо одно и то же количество маны, и количество это, прямо тебе скажу, охренеть какое немаленькое – ни пять, ни двадцать пять магов без должной подготовки не справятся. Потому и используются тучи накопителей и вспомогательных конструкций, потому же и все порталы стационарные. А уже после того, как связь между двумя местами создана, можно будет телепортироваться. И вот тогда да – чем меньше расстояние, тем меньше маны потребуется. Теперь понятно, почему это не вариант?

– Понятно… – зверодевушка вздохнула и присела рядом с дворфом, но потом встрепенулась. – Погоди, а как тогда нас перемещали прямо в лес? И как работают ножи?

– В том лесу когда-то крупная база людских шпионов была. Как на них облавы пошли – базу разобрали, шпионов отозвали, но связь то с порталом осталась. А вот как работают ножи я и сам бы хотел знать, – дворф порылся в сумке и вытянул оттуда кусок металла с драгоценным камнем внутри. – Точнее, ножи – то просто оболочка для удобства, и, видать, скрытности, а вот заклинание, вложенное в алмаз – это нечто удивительное…

– Слушай, а нельзя его еще раз использовать? Помнишь, Мист говорил, что даже оставил в тюрьме клона на случай, если ты случайно туда улетишь?

– Помню. Только вот нож разряжен.

– А зарядить… – Мирия, наученная опытом последних часов, заранее приготовилась к плохим новостям.

– В теории – можно. На практике – мы помрем быстрее, чем мне это удастся, – Хаттор покачал головой.

– И никак нельзя ускорить? Ну там, заклинанием каким или еще чем? Сколько же там маны надо – мы ведь близко к тюрьме!

– Там и так уже самовосстановление заряда стоит, только оно все равно медленное. С ножами, насколько я успел понять, разница в расстоянии не важна – там фиксированное количество взимает, видимо, с запасом делали. Были бы у нас при себе камни такого же объема, можно было бы попробовать мост перекинуть, но где ты их тут найдешь…

Услышав это, зверодевушка тут же сняла с себя и показала дворфу все защитные амулеты, которые у нее были. Мельком глянув на них, дворф просто сказал: «Слишком мелкие». Вернув их на места, Мирия внезапно вспомнила, что холодит ей руку – она так и не отдала обратно вампиру тот браслет, который он дал ей на время вылазки против шаманов. Быстро закатив рукав, она ткнула его под нос дворфу.

– А что насчет этого?

Тот вначале было дернулся назад, не ожидав резкого движения, однако затем вперился взглядом в последний маленький камушек. Светившийся ярко-голубым светом алмаз.

– Ты смотри, а на него явно не скупились… Но все равно мельче нужного, хотя… ежели добавить все остальные… да еще и самому вливать… может ведь и получиться! А ну, доставай все свое добро обратно! – Хаттор явно взбодрился. – Уж коли есть даже малый шанс, надо пробовать!

Бурно начавшаяся работа стадию кипения прошла за пару минут, пока дворф раскладывал все амулеты вокруг браслета, на который и положил наполовину разобранный нож. А потом, когда даже зверодевушка явственно увидела, как потоки маны начали стекаться в артефакт древних, опять наступило затишье. Не желая более тревожить мага, который и лично вносил посильную лепту в зарядку их шанса на спасение, Мирия плюнула и улеглась невдалеке, после чего, проделав несколько дыхательных упражнений, погрузилась в сон.

То ли от избытка переживаний, то ли просто был не ее день, но сны зверодевушки оказались не из приятных. Раззадоренный адреналином мозг решил показать ей особо памятные моменты: вот она падает после хлесткого удара кнута, связанными руками пытаясь достать до раны, секунду спустя получая ботинком по ребрам; чуть погодя – вновь захлебывается мутной речной водой, холод которой позже подарит ей немало ночей наедине с лихорадкой; а следующий эпизод, вместо того, чтобы дать отдохнуть на тренировках с наставником, сразу переносит на поле боя, когда во время путешествий ей случайно встретился один из надсмотрщиков из того самого лагеря. Лишь под конец череды кошмаров, ей привиделись совместные прогулки с наставником, показавшем бывшей пленнице и беглянке масштаб окружающего мира. Проснулась Мирия со смешанными чувствами, услышав одновременно бурчание своего живота и приветствие дворфа, который глаз еще не смыкал. Попросив его отвернуться, зверодевушка с трудом – в таком-то ограниченном пространстве – справила нужду, после чего поинтересовалась у спутника успехами.

– На половину, вродь как, заполнило, но маны в мелочи уже не осталось, а их самовосстановление тут как капля в море, так что темпы замедлятся, – Хаттор отмахнулся. – А тебе что, не очень спалось? Бурчала себе под нос что-то.

– Что именно? – зверодевушка слегка напряглась, но дворф только плечами пожал.

– «Обещаю», «убью», большего и не разобрать было. Давние счеты?

– Ага.

Неловкое молчание продлилось недолго, ибо вопрос дворфа натолкнул зверодевушку на ответный.

– А за что ты своего короля так не любишь? Тоже давние счеты?

Хаттор удивленно глянул на нее исподлобья и немного помолчал.

– А за что этого мудака любить-то? За сорок лет, или сколько там этот молокосос на троне сидит, он похерил все, что его родитель, слава его памяти, пытался построить. Ты-то тогда еще не жила, да и зверолюди в принципе далековато обитают, но еще полвека назад у нас гостил народ со всего света, да и сами мы чужих земель не чурались, – дворф хмыкнул и пригладил бороду, пустившись в воспоминания. – Дворфы, конечно, домоседы, но когда я команду набирал в очередную экспедицию, у меня отбоя от добровольцев не было, а когда возвращался, сам тогдашний король, Конгорр Мудрый, мне трижды руку жал. Мы и города иногда людские строить помогали, и торговали со всеми, да в общем дружно жили. Нет, ну были, конечно, стычки разные и поползновения на наши земли, куда ж без дерьма, только вот таких агрессоров и сами люди не любят, а потому на троне они долго не сидят. А нам то что, ну десять, ну двадцать лет отряды на нужном кордоне увеличенными подержать, а потом опять можно общаться, отношения строить. Но так при старом короле было.

– А новый уже не хотел в таких случаях ждать? – предположила зверодевушка. Дворф сплюнул.

– А новому, говорят, даже в пузе матери не сиделось, так он торопился кличку свою заработать. Фалварр Нетерпеливый, – с наигранным пафосом продекламировал Хаттор. – Король, который покажет всему миру величие дворфийской нации! Тьфу… Молокосос драный! На первую же заварушку четыре пятых всего войска согнал, да еще и на чужую землю полез, мститель обделанный! Границы закрыл, всех не-дворфов за них вытурил, а всех дворфов наоборот, внутрь загнал, а ежели кто загоняться не хотел – сразу в предатели записывал. Советы городов, которые раньше свободно дышали, поделил на тех, что под ним, и на тех, что под дворцом, в казематах, гниют. Новобранцев навербовал, чуть ли не с пеленок в армию затаскивая: «Шестнадцать есть? Ну так бери топор в руки, будешь теперь вместо дров манекены рубить», а все чтобы «умения имели, если придется родину защищать». Защищать, как же! Гильдиям-то он вообще прямо сказал: «Готовьтесь к войне» – а если гильдия на поддержку армии ни товара, ни золота не подкидывает – то и главу сменить в ней недолго. Экспедиции, да еще и в края чужие? А вот хером тебе по морде, предатель будущий, вали вон, куда подальше, в горный городок. Достижения, похвалы? Не было у тебя таких. Титул архимага? Не заслужил. Семья за границей осталась? Так, все порядочные дворфы уже давно вернулись на родину, а остальные явно ж предатели, пусть только сунутся, на эшафот пойдут, – дворф стукнул по обломкам, подняв облачко пыли. – И какая уж тут любовь? Лично бы мразоту утопил, да только не достать же. А оттого и выбор у меня был небольшой. Оно, конечно, предательство мне в жизни никто не простит, да только что в нем страшного, коли тебя уже и так предателем окрестили?

Хаттор тяжко вздохнул, но, недолго поглядев в потолок, махнул рукой и вернулся к наблюдению за процессом переливания маны.

– Ну да, то уже в прошлом. За границей, я, пусть и очень уж окольными путями, однако, оказался. И за родиной скучать не буду – от людей меня не воротит, а города так вообще – в сто раз красивее. Да еще и магов уважают, так что осталось только до цивилизации добраться.

Мирия, глядя на фигуру дворфа, корпящую над амулетами, внезапно вспомнила их перепалки и мысленно скривилась. Почему-то только теперь до нее дошло, что перед ней был такой же беглец, как и она сама – тот, кто не мог вернуться на родину потому, что влиятельная особо сделала это невозможным.

– А я почему-то думала, что ты просто какой-то болван, которому на месте не сиделось, – чуть погодя промолвила зверодевушка. – Была неправа.

– Да брось, – дворф удивленно глянул на нее, после чего хмыкнул, что-то вспомнив. – Похоже, у нас просто было не слишком удачное знакомство. К тому же я и правда болван, которому на месте не сидится – это мне еще мой папаша сказал, славься память этого весельчака и скупердяя. Да и с тобой все понятно. Не знаю, о чем вы там с вампиром договорились, но тебя, кажись, могла ждать относительно спокойная жизнь, да еще и с подружкой под рукой. А тут какой-то портал, и бац – ты уже в темной камере посреди какой-то дыры.

– Какой понятливый, – Мирия фыркнула, после чего присела поближе к разложенным артефактам, и уставилась на потоки маны.

– Ежели собралась каждые полчаса спрашивать, скоро ли будет готово – лучше иди обратно спать, – заранее предупредил ее дворф. В ответ зверодевушка пообещала, что будет делать это только раз в час.

Время, тянувшееся очень уж медленно, двое коротали за нечастыми, но познавательными беседами. Зверодевушка узнала, что у дворфа есть два взрослых сына, оставшихся от связи с человеческой женщиной, а дворф, пусть и без подробностей, получил список причин, по которым наемница не может вернуться домой. Иногда разговор сворачивал на другие темы, и лишь одна была табу – упоминать еду единогласно было запрещено после того, как зверодевушка случайно слишком детально вспомнила первый ужин, которым ее накормил вампир. Животы обоих не унимались потом еще минут пять, а слюни пришлось вытирать рукавами. Иногда Мирия пыталась уснуть, но чаще не очень удачно – ее организм не привык спать больше восьми часов в день. Хаттор, в свою очередь, поспать был не против, но те три часа, на которые он прикорнул, на один поток маны, идущий в копилку ножа, было меньше, а выбраться отсюда им хотелось поскорее. Сколько прошло часов никто из них не знал, но в один прекрасный момент радостным голосом дворф наконец-то сообщил, что заклинание в ноже готово к активации. На всякий случай прижавшись друг к другу спинами, зверодевушка и дворф сделали по глубокому вдоху, после чего последний уронил нож, дав ему активироваться. Яркая вспышка подхватила их, а через секунду оба упали на пол темной камеры, которому они теперь были только рады. Двери, как, впрочем, и части стены, в камере не оказалось, так что парочка беспрепятственно покинула ее, с удивлением обнаружив аккуратно сложенные штабеля дверей на пути. Изломанная фигура из крови попалась им спустя пару минут поисков.

– И как его активировать? – Мирия с некоторой опаской посматривала на кровавое нечто, не реагирующее на них, мельком подумав, что называть «это» клоном было явным преувеличением.

– А мне почем знать? – дворф пожал плечами. – Ну, попробуй его позвать там, или камнем кинь.

На крики фигура никак не ответила, а потому зверодевушка попробовала второй вариант. Камень пролетел сквозь клона с небольшим плеском, после чего тот наконец обернулся в сторону гостей. Он вытянул вперед руку, ладонь которой постепенно начала расширяться и вскоре образовала плоскую поверхность, на которой появилась надпись.

«Кто там? Что надо?»

Переглянувшись с дворфом, зверодевушка подошла поближе и пальцем написала ответ.

«Мирия и Хаттор. Ты можешь нас поднять?»

Ответа не последовало, однако фигура клона внезапно располнела, образовав в итоге сферу, которая затем раскрылась, как цветок, позволив дворфу и зверодевушке зайти внутрь. Несколько минут быстрого полета – и наконец они высадились около дома, внутри которого их ждали расспросы спутников, настоящие кровати и еда. Последнее было сейчас для них самым желанным, так что переглянувшись, они открыли дверь и вошли внутрь, тем самым завершив свою небольшую прогулку, занявшую вместо нескольких часов полтора дня.

Больше желания искать себе лишних приключений ни у кого не возникало, а потому все оставшееся время до прибытия вампира прошло тихо и мирно: Альвира пропадала на тренировочной площадке, обучая Дифуса; Катор вместе Хаттором пытались разгадать структуру заклинания в ноже; Мирия же часть времени помогала старосте, а вечером предпочитала вместе с подругой отмокать в полюбившихся ей купальнях. Мист явился в подгорное на третий день после их возвращения из экспедиции. Первым делом он выслушал рассказы своих спутников, которые, хоть и были порою чересчур приукрашены, в целом передавали общую картину, а затем, дождавшись вопроса Мирии «И что дальше будем делать?», со своей привычной улыбкой небрежно бросил: «Воевать».

***

6 Третьего месяца тепла, утро

– Так, выходит, нам в очередной раз «повезло»? – покачав головой, поинтересовался дворф после того, как вампир скормил спутникам заранее заготовленную легенду. – Нет, ну это ж надо было так словить момент, чтобы оказаться в центре заварушки…

– Ну, до начала заварушки времени еще полно. За время полета я успел оценить быт этих дикарей. Собираться их армия будет долго и мучительно – да у них даже лошадей практически нет, минимум месяца два пройдет, прежде чем они окажутся у стены. А к тому времени мы уже сто раз успеем предупредить короля того человеческого королевства, а он, в свою очередь, успеет собрать армию. Тогда-то и повеселимся, – усмехнулся Мист.

– Весело ему… – Хаттор покосился на вампира. – Не факт, что король тебя вообще станет слушать, а если и выслушает – не факт, что поверит.

– Можешь не переживать на этот счет. И выслушает, и поверит. Я умею убеждать людей.

– Ну-ну, – недоверчиво покачал головой Хаттор. – Хм, я-то ладно, сам же подписался тягаться с тобой целый год… А остальные тоже ничего не имеют против того, чтобы ввязываться в войну?

– Год, – весело фыркнула зверодевушка. – Я подписалась на три. Да и видела я этих орков, абсолютно ничего впечатляющего. Дикари – они и есть дикари.

У Альвиры и Катора возражений тоже не возникло, так что на этом обсуждение и закончилось.

После этого началась подготовка к отлету, затянувшаяся до самого вечера. Пока Альвира, Катор и Хаттор прощались со знакомыми магами, а Дифус еще и с матерью и наставником, Мист с Мирией успели навестить здание дворфийского совета, в подземном хранилище которого дворф и зверодевушка не так давно были пленниками – вампир изъявил желание посетить столь памятное место после рассказа об их злоключениях. Впрочем, гораздо больше разрушенного хранилища его заинтересовала статуя Люмехара, у которой особое внимание он уделил крыльям и хвосту. После тщательного осмотра он удовлетворенно хмыкнул, а затем вместе со спутницей отправился к складу, где рабочие под наблюдением Геронта грузили на созданную им ранее платформу провиант. Чуть погодя староста выдал вампиру и обещанную денежную награду – средних размеров сумку, заполненную бронзовыми и серебряными монетами – золота в деревне ожидаемо не оказалось. Попрощавшись со старостой и магами, пришедшими их проводить, отряд покинул гостеприимное поселение под покровом ночи и погрузился на кровавую платформу. Впрочем, просто платформой она была только вначале. Для комфортного путешествия вампир сделал ее размером с палубу немаленького корабля, добавил стены и потолок, после чего слегка заострил носовую часть. А затем еще и расставил личные шатры из крови, внутри которых оказалась даже простенькая мебель все из того же материала. Тех, кто хоть раз летал на частном самолете, подобное вряд ли бы смогло удивить, однако на членов отряда это произвело неизгладимое впечатление, особенно когда вся конструкция спокойно поднялась до уровня облаков и полетела столь плавно, что о начале движении они узнали лишь после взгляда наружу через полупрозрачные части стен.

– Что б меня и так, и эдак!.. – дворф пораженно разглядывал проплывающие мимо облака. – Не трясет, не качает, зад не морозит, невероятно!

– Ну, сочту за комплимент, – хмыкнул Мист, который больше внимания уделял остаткам крови, все еще поднимающимся из пещеры и несущих на себе основную часть груза в виде припасов.

– Скажите, а что держит всю эту кровь, да еще и в таком состоянии? – осторожно поинтересовался Дифус, который, как и остальные, залипал на облака и мелькающие под ними пейзажи. – Это какая-то особая магия? Которая отличается даже от той, которая была на ваших клинках? А то я никак не могу разглядеть ее.

– Конечно, в каком-то роде это можно назвать и магией, но по факту я удерживаю кровь просто усилием воли.

– Всю?

– Всю, – вампир пожал плечами. – Ее не так уж и много. Пока что.

– Ну, раз вы так говорите… – сам Дифус явно так не считал, но, и так пораженный ответом, предпочел согласиться. Альвира утешительно похлопала его по плечу, негромко посоветовав не слишком задумываться о силе их спутника. Еще какое-то время поглядев на облака и пообсуждав такой способ путешествий, члены отряда отправились проверять свои кровавые кровати на пригодность ко сну. Кровавый же корабль тем временем уверенно направлялся в сторону человеческого королевства. На запад.

ГЛАВА 17. БРАКОВАННЫЕ ЛИЧНОСТИ, ПРИНУДИТЕЛЬНОЕ ПАРТНЕРСТВО И ОТЧАЯНИЕ ДОЛЖНИКА

8 Третьего месяца тепла 3127 года, вечер

– Это она? – Мирия повернулась к вампиру. Проследив за ее взглядом, Мист спокойно кивнул. Внизу показалась массивная стена, высота которой достигала двенадцати метров, а ширина – шести. Она тянулась от начала гор и до самого побережья, отделяя королевство Фальриет от Диких земель. Зверодевушка с удивлением выдохнула – вид стены означал, что перелет почти подошел к концу. Покачав головой, она покосилась на абсолютного спокойного вампира и затем вновь перевела взгляд на стену. Мирию поразила скорость и легкость, с которыми они преодолели такое огромное расстояние. Притом по словам самого вампира летели они не слишком-то быстро – всего около тридцати километров в час. Нет, в принципе он был прав – хорошая лошадь может какое-то время передвигаться вдвое быстрее, а хороший боевой маг – втрое, если полету ничего не мешает. Вот только ключевое здесь «какое-то время». Вампиру же отдых не требовался, а потому летели они почти круглые сутки. Лишь дважды вампир останавливался для привалов, и то только потому, что его просили об этом остальные. И если поначалу зверодевушка думала, что за время полета она обязательно заскучает, то в тот момент поняла, что этого так и не случилось. Она просто не успела – часть времени ушла на сон, часть – на банальную болтовню с той же Альвирой, тренировавшей Дифуса, или наблюдение за Хаттором и Катором, которые пытались разгадать структуру ножа-телепорта, а незадолго до прибытия ее внимание захватили рассказы вампира, который припомнил несколько интересных историй из своего мира.

– А когда мы будем спускаться? И где? – Мирия пыталась разглядеть получше город, который можно было заметить рядом со стеной.

– Во втором по счету городе, этот мы пропустим, – спокойно ответил вампир, даже не взглянув вниз.

– Можно узнать, почему? – вклинился в разговор Дифус, у которого сейчас не было занятий.

– В первом стража будет задавать слишком много вопросов. Во втором – нет.

– Оу, понятно, – кажется, Дифуса слегка удивил такой ответ, но больше ничего спрашивать он не стал.

– А мы, так-то, всем скопом туда переться собрались? – дворф тоже подошел поближе. – Если лишнее внимание привлекать не хотите, то лучше меня и ушастую здесь оставить. Да и парнишка выглядит бледновато, еще подумают, что больной какой.

– Эй, я не хочу здесь все время торчать! – сразу же возмутилась Мирия, пока Дифус смотрел на свою сероватую кожу и сравнивал ее с цветом кожи остальных.

– Достаточно будет обычных капюшонов, и большинство людей ничего не заметит, – прекратил спор вампир.

Несколько часов спустя внизу показался другой город, и вампир, недолго поискав подходящее место, опустился прямо на дорогу, пролегавшую меж двух лесных массивов. Накрапывал мелкий дождик, так что все поспешно набросили плащи и капюшоны, оглядываясь по сторонам.

– А поближе не мог? – дворф недовольно посмотрел в сторону города, шагать до которого было не меньше пяти километров.

– Да ладно, хоть прогуляемся! – возразила ему Мирия, с удовольствием вдыхая свежий воздух.

Отряд двинулся по дороге, однако уже спустя десяток минут зверодевушка подозрительно прислушалась, подвигав ушами, после чего вопросительно уставилась на вампира, одними губами спросив: «Серьезно? Ты ради этого посадил нас именно здесь?»

Ответом ей стала фирменная ехидная улыбка и столь же беззвучное: «Развлекайся».

Через минуту в дорогу перед отрядом воткнулись две кривоватые стрелы, а из-за деревьев показалось две дюжины крепко сложенных мужчин, державших в руках оружие. Еще раз покосившись на вампира, зверодевушка негромко хмыкнула, покачала головой и пошла вперед, разминая на ходу кулаки…

***

Расположенный на перекрестке двух весьма оживленных дорог, Лаутград входил в десятку крупнейших городов королевства Фальриет. Несмотря на несколько хаотичную застройку, менявшуюся под влиянием происходивших войн, в «Перекрестке», как его часто называли местные, можно было заметить все необходимые атрибуты средневекового города. На небольшом холме в западной части города располагалась крепость, откуда, собственно, когда-то и начинался город, и где теперь проживал герцог – владелец местных земель, получавший с города ежегодную ренту. Чуть ниже располагались вельможи и именитые горожане, вперемешку с которыми жили состоятельные купцы. На севере расположилось аббатство, главным украшением которого был величественный собор, украшенный статуей Бога-Дракона, покровительствовавшего людям – Златокрылого Шаандритта. Южный квартал прочно закрепился за ремесленниками, поделенными на цеха, и фермерами, имевшими наделы земли за городскими стенами. На востоке, словно уравнивая богатство западного квартала, расположились трущобы, дававшие какой-никакой приют беднякам, беглым крестьянам, дикарям из горных деревушек и всевозможному сброду, на территории которых даже стража отваживалась передвигаться только в отряде количеством больше двадцати голов. Соединяла же столь разные миры рыночная площадь, до которой от северных и южных ворот шла центральная улица. Именно по южной ее части сейчас и продвигались шестеро путешественников, старательно скрывающих лица под капюшонами – впрочем, так здесь ходили многие.

– Это, по-твоему, называется «не привлекая внимание»? – раздраженно прошипел дворф, ловя на их компании взгляды как зевак, так и тех подозрительных личностей, что появляются на улицах, стоит солнцу скрыться с небосвода.

– Я был против излишнего внимания к вашим расам, а не внимания в принципе, – усмехнулся вампир и демонстративно встряхнул небольшим мешочком. B основном в нем была бронза, но по звуку определить это было нельзя, так что сразу несколько прохожих хищно оглянулись на столь приятный уху звон.

– Так ты ради этого устроил скандал у ворот? – негромко поинтересовалась Мирия, одним глазом присматривая за Дифусом, который шел рядом и восторженно крутил головой.

– Скандал? Я всего лишь потребовал законную награду – мы-то им доставили целую шайку разбойников, причем живых, лишь слегка побитых, а эти скряги платить не хотели. То, что при этом пришлось с ними спорить и ждать вызванного командира – только их вина.

– Что-то ты до этого не проявлял никакой страсти к деньгам, а тут за десяток серебряных, или сколько там дали, уцепился, – зверодевушка скептически покосилась на собеседника. Тот слегка улыбнулся в ответ.

– Во-первых, раньше мне деньги не особенно были нужны – дворфы меня готовы были обеспечивать, а у подгорных они в принципе не в ходу. Во-вторых, наемники, которыми я и представил наш отряд, никогда бы не отказались от лишних денег, да и нам не пришлось платить входную пошлину. Тебя-то, понятное дело, нанять могли только те, кто подчас платит золотом так же легко, как и бронзой, но обычным солдатам удачи такое только сниться может. И не свети особо лицом, сейчас мне лишняя потасовка не нужна, – вампир подождал, пока Мирия поправит капюшон, после чего продолжил еще тише: – В-третьих – это поможет нам расплатиться в таверне не светя чужеземными монетами. Ну и в-четвертых, эти монеты помогут мне завести разговор с теми болванами, что преследуют нас от самых ворот. Они же, в свою очередь, познакомят меня с тем, кому отдают долю с добычи.

– Слушай, а ты хоть иногда делаешь что-нибудь просто так, без просчитанной на десять шагов вперед выгоды? – покачав головой, поинтересовалась Мирия, которая только сейчас поняла, что вампир сумел извлечь выгоду даже из простой потасовки с шайкой бандитов.

– Иногда, – коротко ответил он.

– А зачем тебе местный «король» воров? Хочешь получить с него информацию? – поинтересовалась Альвира, лицо которой тоже скрывал натянутый капюшон.

–Угадала. А то как-то неохота мне спрашивать каждого встречного, как добраться до столицы или каковы здесь местные порядки. О, пожалуй, вон там и остановимся, – вампир указал в сторону вывески с кроватью и кружкой, показавшейся впереди.

Срывать дверь с петель Мист не стал, но и излишней скромностью не отличался, а потому хозяин трактира сразу обратил внимание на их компанию, как, впрочем, и еще десяток постояльцев. Кивнув своим спутникам на столик в дальнем конце зала, вампир уверенным шагом подошел к стойке.

– Чего уважаемые желают? – немолодой трактирщик уже успел оценить посетителя, пока тот шел к нему. От его взгляда не ускользнули ни качественные сапоги и перчатки из неизвестных ему материалов, ни оружие, едва различимое через два плаща.

– Две комнаты на две ночи и еды посытнее, посвежее, да побольше, так, будто нас не полдюжины, а целая, – вампир мельком оглядел зал, дожидаясь, пока трактирщик все подсчитает.

– Так, ночь плюс ужин на дюжину лиц, итого с вас три… два с половиной зилара то бишь, – хозяин трактира на секунду запнулся, встретившись взглядом с вампиром, и решил не испытывать свою удачу – интуиция вкупе с опытом настойчиво посоветовали ему воздержаться от чрезмерной наглости. Мист слегка улыбнулся и протянул ему недавно полученный мешочек.

– Можешь взять три, а пока будешь считать, просвети, куда здесь стоит сходить, а куда лучше не соваться.

– Как скажете, – трактирщик послушно зазвенел монетами, набирая бронзовых ронт на три серебряных зилара. – По части прогулок – это смотря что вас интересует. Коли готовый товар нужен – тогда вам путь прямиком на площадь. Ежели надобно что на заказ смастерить, так эти самые, мастеровые, тут же в округе и живут, пройдитесь по улочкам, поглядите на вывески. Ну, а если девиц желаете, то тут по финансам надобно смотреть – дороже всего в западном квартале выйдет, там цены под стать посетителям вроде самого герцога. У нас тут, по соседству, есть пара вариантов за умеренную плату, ну, а совсем дешевых найти можно в трущобах, – старик махнул рукой куда-то на восток, – но как раз туда честной люд и носа не сунет.

– Благодарю, я запомню. Где наши комнаты?

– Вона по лестнице на третий этаж, две последние справа.

– Хорошо, – Мист кивком попрощался с хозяином заведения и подошел к столику, занятому его спутниками. Садиться он не стал, вместо этого зашептав что-то на ухо зверодевушке. Поначалу та слегка скривилась, однако, дослушав вампира до конца, довольно хмыкнула и проводила его взглядом до двери.

Оказавшись на улице, Мист небрежной походкой направился на центральную площадь, но позже свернул в какой-то неосвещенный переулок. Вскоре туда же завернули и трое невыразительных мужчин в плащах, следовавших за ним по пятам от самых ворот. Коротко что-то сказав своим спутникам, один из них отделился и свернул направо, двое других же продолжили преследование. Ускорившись, они поспешили вслед за удаляющимися шагами, однако за следующим же углом наткнулись на ожидавшего их вампира.

– Господа, у вас ко мне дело? – Мист четко уловил замешательство у своих преследователей.

– Дело. И на него требуются все ваши средства, да поживее! – первым в себя пришел коренастый мужчина со шрамом на левой щеке, у которого будто бы из ниоткуда в руке появился кинжал. Его спутник тоже схватился за оружие.

– В просьбе отказано. А теперь отведите-ка меня к вашему главарю. Тогда оставлю в живых, – вампир совершенно не обращал внимания на приближающегося сзади третьего грабителя. Стоящий перед ним мужчина со шрамом даже глазом не повел в сторону своего подельника – такую схему они проворачивали далеко не первый раз. Обычно, пока двое тем или иным способом забалтывали жертву, третий спокойно нападал исподтишка, однако на этот раз план дал сбой. Нож, который должен был войти вампиру в шею, не смог ее даже поцарапать, а у напавшего в следующий момент бородача внезапно отвалились обе руки. Он открыл рот в беззвучном крике и застыл, парализованный, как и оба его товарища.

– А могли бы пожить еще как минимум пару часов, – хмыкнул вампир, после чего заглянул в глаза безрукому. Пара минут понадобилась вампиру, чтобы скопировать нужную информацию, после чего он проделал то же самое с двумя другими грабителями. В итоге через десять минут его копилка псевдо-личностей пополнилась тремя откровенно бракованными экземплярами, которые он мысленно отметил как подлежащие забвению после использования. Еще через столько же от трупов осталась только куча из перемешанной одежды и кожи, а вампир, убедившись, что на улице достаточно темно, отправил на паривший в небесах склад еще пару кинжалов и кости. Прикрыв глаза, Мист немного порылся в памяти, после чего зашагал по теперь уже знакомому пути в сторону района богачей – благодаря излишнему любопытству одного из грабителей он теперь знал, как выглядит особняк настоящего хозяина местной преступной сети.

* * *

– Прошу прощения, господин Рейлих, но там у ворот объявился проситель, который желает увидеться с вами.

Дородный мужчина в цветастом дублете и кальсонах оторвался от своих записей и подозрительно покосился на дверь.

– От кого он, Тенер? – дом зажиточного купца располагался практически в самом центре западного района, и набрести на него случайно было крайне сложно. А значит, проситель точно знал, как к нему дойти.

– Просил передать, что у вас есть общий щербатый друг, господин.

– Щербатый… от Фонгласа, что ли? – пробормотал себе под нос Рейлих, помянув знакомого бранным словом, после чего ответил уже громче: – Прогони его от парадного, а потом проведи через черный вход.

– Будет сделано, господин, – за дверью послышались удаляющиеся шаги дворецкого.

– Ух, какие сложности. А все из-за слишком любопытных соседей, да? – пару секунд спустя послышался насмешливый голос, зазвучавший одновременно с сигналом охранного амулета и деревянным стуком закрывающейся оконной рамы. Выпучив глаза, Рейлих дернулся за кинжалом, всегда лежащим под стопкой бумаг, однако того не оказалось на обычном месте, а воздушный поток разметал документы по всему столу. Кинжал обнаружился в руках у юноши, с которым контрабандист встретился взглядом, как только обернулся. Увидев его красные глаза с крестообразными зрачками, он нервно сглотнул. Незнакомец покрутил оружие, а затем перевел взгляд на купца и молча покачал головой, после чего вопросительно приподнял бровь. Рейлих так же молча кивнул, прекрасно поняв посыл. Улыбнувшись, чужак за полсекунды преодолел несколько метров, отделявших его от купца, и протянул кинжал обратно. Следующие пару минут ошарашенный Рейлих молча наблюдал за тем, как незваный гость с нечеловеческой скоростью передвигался по его жилищу. Вот он только что стоял у стола, совсем рядом с купцом, и вчитывался в накладные, затем смазанное движение и порыв ветра – и теперь он уже около шифоньера, спокойно достает из тайника бухгалтерские книги, а закончив их пролистывать, так же незаметно оказывается у книжных полок.

– Да отложи ты уже кинжал, еще порежешься, – не поворачивая головы, бросил незнакомец. Только опустив взгляд, Рейлих понял, что сжимал оружие до синевы в пальцах. Сделав глубокий выдох, он отложил его, после чего решился впервые открыть рот.

– Кто ты?

– На выбор, – вампир вернул книгу, которую держал в руках, на полку, и посмотрел прямо на купца, – или твой будущий партнер, покровитель и шанс на не только роскошную, но еще и интересную жизнь, – справа от вампира из крови сформировались горы монет, – или твоя смерть, – слева появилась сотня острых кровавых игл, которые нетерпеливо подрагивали и были направлены на купца. – А обращаться ко мне можешь просто – Мист.

Долго ответа ждать не пришлось.

– Грхм, кхе-кхе, первый вариант мне как-то больше по душе… – глаза Рейлиха сами собой косились на дрожащие иглы. Вампир понимающе улыбнулся и отодвинул их подальше.

– Тогда я тебя поздравляю.

– С чем? – купец подозрительно посмотрел на собеседника.

– С тем, что ты сегодня выиграл лотерею. Причем сразу несколько раз: твоя личность показалась мне достаточно интересной и подходящей к моим планам, поэтому я не стал убивать тебя сразу, – вампир начал загибать пальцы, – твои инстинкты верно подсказали тебе не рыпаться, ну и у тебя хватило мозгов сделать правильный выбор. Советую запомнить этот день и отмечать его как второй день рождения, – вампир улыбнулся уже без лишнего оскала, после чего оказался рядом с контрабандистом и протянул ему руку, – партнер.

Рейлих с трудом натянул улыбку и с опаской протянул подрагивающую руку в ответ. Вампир спокойно пожал ее, после чего убрал свою ауру страха и развеял иглы вместе с монетами, дав купцу возможность вдохнуть полной грудью. Махнув рукой, он подтянул из угла стоявшее там кресло и сел напротив Рейлиха.

– Ах, эта чудесная способность людей воспринимать информацию в десятки раз быстрее под страхом смерти, – Мист сменил улыбку на более приятную. – Но, раз уж мы пожали руки, думаю, больше в устрашении нет необходимости, не так ли?

– Полностью согласен, теперь это лишнее, – Рейлих расстегнул верхние пуговицы дублета и оттянул воротник, после чего вытер рукавом вспотевший лоб. – Так чем я могу быть полезен своему… новоявленному партнеру?

– Мы, как и положено партнерам, будем полезны друг другу. С твоей стороны мне нужны расторопность, цепкая хватка, связи и вложения, благодаря которым у тебя сейчас, судя по записям, в кармане едва ли не весь город и власти больше, чем у местного герцога, – вампир похлопал по бухгалтерским книгам, прилетевшим к нему прямо в руки. – С меня же – информация и защита. Прибыль на время первого предприятия пополам. Вопросы?

– Про защиту у меня вопросов нет, про прибыль… кхм, кхм, тоже, в общем, нет, а вот какая информация у тебя имеется мне уже страх как интересно узнать, – Рейлих постарался настроиться на деловой лад, не обращая внимания на липкую от пота одежду.

– Такая, о которой пока что не знает даже король, – к собеседникам подлетело две кружки и кувшин с вином. После негромкого деревянного стука и пары глотков вампир продолжил: – Итак, повестка первая – война.

– С кем?

– С орками.

– Правда, что ль? – купец удивленно выгнул бровь, а затем поспешил добавить: – Я ничуть не сомневаюсь в твоих словах, просто они уже, считай, лет тридцать не нападали после прошлого поражения, не считая мелких отрядов…

– Все правильно, они накапливали силы. Я совсем недавно пролетал над их территориями, и подготовка идет вовсю. Так что вот такие красавцы, – из облака крови медленно выплыла голова орка, при виде которой Рейлих скривился, – скоро появятся у той громадной стены. Голову могу оставить, кстати, как сувенир. Подойдет к твоей охотничьей коллекции, – вампир оглядел стены, обвешанные головами животных.

– Спасибо за предложение, но я, пожалуй, обойдусь. Кхм. И когда они, того, планируют нападать?

– Орки-то? – вампир пренебрежительно махнул рукой. – С их скоростью да отсутствием достаточно количества лошадей – ну, может, через месяца полтора-два соберутся. Однако нам важны не они, а король, который узнает о надвигающейся войне через, скажем, десять дней – надо же и ему дать время на сбор армии.

– А значит, у меня будет целых десять дней, чтобы заключить самые выгодные контракты по старым ценам, – глаза купца понимающе прищурились. В них вновь появился тот самый хищный блеск, позволивший ему забраться столь высоко. Вампир, заметив это, слегка усмехнулся.

– Именно. Причем в открытую лучше всего пойдет продовольствие, тягловая животина и дерево, а вот для остального тебе и пригодятся твои «связи». Сколько там у тебя прибыль с контрабанды? Под двести тридцать процентов выходит? Удвоишь. Но это будет только началом. А вот после войны… хм, думаю, это лучше сразу записать, – вампир подтащил к себе чернила и пустую книгу, после чего принялся ее заполнять вместе с Рейлихом. Следующие несколько часов партнеры обсуждали основные детали предстоящей кампании, которая постепенно приводила купца все в больший восторг.

– Займы бы взять еще, да слишком подозрительно будет… а подставным лицам много не выдадут, – Рейлих задумчиво погрыз перо, после чего сплюнул. – Надо будет должников тряхнуть.

– Хороший вариант, я видел тот длинный список. Ты пытался на роль банка замахнуться? – вампир покосился на собеседника и еще раз отхлебнул из кувшина, вино в котором приятно отличалось от той бурды, что он унюхал в трактире.

– Ага. Неофициального, – купец слегка оскалился. – А то с регистрацией волокиты сильно много.

– Тогда, пожалуй, я помогу ускорить процесс возврата, – Мист поднялся с кресла. – Все же чем больше будет стартового капитала, тем лучше.

– Возьми тогда и записи с адресами… – Рейлих потянулся за одной из своих бухгалтерских книг, но вампир отмахнулся.

– Не нужно, я их запомнил.

– Все? – купец удивленно посмотрел на собеседника.

– Я запомнил их вместе со всей книгой.

– А-а-а, не, ну тогда ладно, да… – озадаченно протянул Рейлих. – Слушай, а можно узнать-то, кто ты вообще такой будешь, партнер?

– Вампир. Иномирянин.

– Погоди-погоди, за вампира не знаю, но иномирянин – это один из тех, за которыми короли гоняются?

– Ага. Я же говорил, что ты выиграл в лотерею, – вампир усмехнулся, взглянув на ошеломленное лицо купца, и вышел также, как и входил – через окно.

* * *

9 Третьего месяца тепла 3127 года, день

– Ты чего творишь, дрянь такая?!

– Куда прешь?! Стража! Стража!

– Моя капуста! Сучий пес, кто ж мне теперь за нее заплатит-то?!

Торговцы и простые прохожие громко ругались, звали стражу и сыпали ей вслед проклятиями, однако девушка не сбавляла скорости. Ее одежда давно уже не представляла для нее никакой ценности, поэтому девушка даже не обратила внимания на несколько новых пятен и дыр на мужской рубашке. Все, о чем она сейчас думала – это как оторваться от назойливого преследователя, встреча с которым могла закончиться для нее или плохо, или еще хуже. Отпихнув с пути одинокого стражника, прибежавшего на шум и явно не ожидавшего такой прыти от беглянки, она заметила конец площади и ускорилась. Однако внезапно из какого-то прохода вышла весело переговаривающаяся группа, увернуться от столкновения с которой беглянка уже не успевала. Но, к ее удивлению, девушка, шедшая первой, успела резво отпрыгнуть, придерживая при этом капюшон и дав ей возможность наконец добраться до одного из переулков.

* * *

– Интересно, куда это она так спешила? – Мирия присвистнула, подивившись скорости едва не врезавшейся в нее девушки.

– Так неслась, будто от смерти убегала, – прокомментировал дворф, недовольно поглядев по сторонам.

– Ну, почти угадал. Она от меня убегала, – раздался знакомый голос, и к группе спокойным шагом подошел вампир.

– О, а ты откуда здесь? Разве ты не должен быть занят «денежными вопросами»? – удивленно повернулась к нему зверодевушка, припомнив слова Миста, которыми он ночью объяснил свою занятость на ближайшие пару дней.

– Как раз этим и занимаюсь. Та особа, которая едва в тебя не врезалась, одна из должников моего нового партнера, и, как видишь, самолично деньги она возвращать не планирует.

– Судя по тому, что она носит дырявую мужскую рубашку, а не что-то более подходящее для дамы, денег у нее явно нет, – к разговору присоединилась Альвира, руки которой были заняты покупками. Впрочем, по сравнению с Дифусом, она еще была налегке.

– Я заметил, – хмыкнул вампир. – Оттого и позволяю ей бегать тут кругами, жду, когда она наконец в свое логово вернется, а там уже и поговорить можно будет. Должна же она была на что-то эти деньги потратить, там далеко не пара золотых и даже не десяток.

– Ну, удачи тогда. А нам еще к сапожнику надо зайти, – Альвира кивнула куда-то в сторону квартала ремесленников.

– Когда закончите, свалите покупки во вторую комнату, которая, – вампир покосился на зверодевушку, – как я надеюсь, будет пустой – я потом подниму все лишнее наверх.

– А что сразу я, сам же сказал… – Мирия забавно фыркнула. Вчера перед уходом вампир предупредил ее, что всех желающих пригласить ее или Альвиру в укромное место и не принимающих отказ она может по-тихому складывать во второй комнате. И то ли желающих было так много, то ли зверодевушка упустила часть про «в крайнем случае», но в итоге, когда он вернулся, то обнаружил там сразу семерых страдальцев с аккуратными синяками и без сознания, которых ему пришлось выпроваживать обратно в общий зал.

Попрощавшись с товарищами, Мист посмотрел по сторонам и выбрал нужное направление – небольшая кровавая метка, оставленная на беглянке, наконец-то начала замедляться.

* * *

Убедившись, что больше не чувствует за собой погони, девушка потратила пару минут на то, чтобы отдышаться и хоть немного поправить одежду. Проверив, не потеряла ли она свой охотничий нож, девушка зашагала по привычной дороге, стараясь не обращать внимания на вонь трущоб, так легко впитывающуюся в одежду и волосы. Несколько встреченных пьяниц уступили ей дорогу – в свое время она вытрясла из них лишнюю дурь, отвоевывая себе спокойный проход по этой дыре. Полчаса у нее ушло на то, чтобы добраться до северо-западной окраины – здесь располагался госпиталь для малоимущих, который спонсировался церковью и был одним из немногих мест, где она могла чувствовать себя в безопасности. Знакомая привратница со вздохом осмотрела лохмотья на девушке и пропустила ее внутрь. Путь до небольшой, но отдельной палаты, на оплату которой ушло немало денег в виде «пожертвований», занял всего минуту. За это время она успела завязать длинные темные волосы в бойкий хвост и натянуть улыбку, но стоило ей приоткрыть дверь – и улыбка тут же сползла с ее лица. Она увидела тень. Тень кого-то, кто никак не должен был быть в этой комнате. Вцепившись в охотничий нож, она на цыпочках зашла внутрь, осторожно прикрыв за собой дверь. Тихо, как дикая кошка, сделала шаг. Затем еще один. В поле ее зрения появилась кровать. Еще шаг – и девушка застыла, в ужасе расширив глаза. Над кроватью, где лежала ее сестра – пусть и не по крови – застыл клинок. Рядом с ним в воздухе, скрестив ноги, восседал ее преследователь. Клинок медленно начал опускаться.

ГЛАВА 18. ИСТОРИЯ ДВУХ СИРОТ, КЛЯТВА ЖИЗНИ И СТАРЫЕ ЭКСПЕРИМЕНТЫ НА НОВЫЙ ЛАД

9 Третьего месяца тепла 3127 года, день

Человек человеку волк даже тогда, когда вокруг хватает настоящих хищников. A потому даже в Люмирских горах, где ледяные ветры могут сдуть незадачливого путника в пропасть, где вой слышен гораздо чаще людской речи, и где иногда можно встретить настоящего тролля – даже там люди умудряются воевать с себе подобными. Началось ли все с негромко брошенного слова или с прямого удара – не помнил уже никто, но в один момент два горных клана схлестнулись, да так, что один из них был уничтожен подчистую. И никому, в общем-то, до этого не было дела – да что уж, мало кто вообще знал о существовании уже несуществующего клана. Никому, крове двух двенадцатилетних девочек и старого охотника, в тот день обучавшего их расстановке ловушек. Оглядев издалека сожженные дома и трупы односельчан, которые уже начали привлекать внимание голодных хищников, охотник, взяв за руки осиротевших детей, повел их обратно в чащу.

Переждав холода в одной из охотничьих хижин, втроем они продолжили свой путь – старик хотел вывести их к низинным поселениям, но когда до них оставалось всего пара дней пути, годы взяли свое. Похоронив наставника под широколистным дубом, девушки попытались влиться в сельскую жизнь в одном из низинных поселений – однако ни фермерский труд, ни дурное обращение местных не пришлись им по вкусу, и вскоре они вернулись обратно в чащу. Дичи в низинных лесах оказалось много, хищников – мало, а потому юные охотницы так и остались жить дикарками. Назвав тогда друг друга сестрами, они поклялись никогда не разлучаться и успешно держали эту клятву все десять лет, прошедшие с того дня. Вместе они охотились, строили свой дом, ходили торговать и переживали любые ненастья.

Сейчас же одна из охотниц с ужасом смотрела на холодный металл клинка, приближающегося к горлу ее сестры. Охотничий нож выскользнул из ее руки и со стуком упал на деревянный пол палаты.

– Нет! Умоляю, не трогай ее! Пожалуйста, не нужно! – девушка застыла на месте, словно парализованная, тяжело дыша и боясь даже пошевелиться. Клинок остановился в нескольких сантиметрах от шеи жертвы, а затем легким движением разрезал тонкую ночную рубашку и вернулся в руку вампира.

– Насчет «не нужно» ты права, – Мист отодвинул лезвием часть разрезанной одежды и указал на небольшую царапину на боку у второй охотницы, от которой тянулись темно-фиолетовое прожилки, – это убьет ее и без моей помощи. Однако надо же мне было убедиться, что ты не захочешь вновь убежать.

– Не захочу! Я не буду убегать! Только не трогай ее, прошу!

– Ладно, успокойся. Сядь, – вампир поменялся с девушкой местами, позволив ей подойти к кровати, а сам стал около выхода, прислонившись к стене. Охотница осторожно наклонилась к сестре и соприкоснулась с ней лбами, беззвучно что-то прошептав, после чего повернулась к вампиру. Он с интересом смотрел на эту картину, попутно пристально изучая обеих девушек.

– Обе, значит, не местные, и обе охотницы, – Мист задумчиво наклонил голову. – Ну да ладно, начнем сначала. Как зовут тебя, «Марианна»? – вампир выделил имя ехидным тоном, после чего слегка оскалился и сменил один глаз. – Только не стоит лгать.

Зрелище заставило девушку отшатнуться, однако отступать ей было некуда, а привычное движение руки не обнаружило кинжала, который так и остался лежать на полу – вампир взглянул на него лишь мельком и явно не заинтересовался. Поэтому, сглотнув, она попыталась успокоиться и просто не встречаться с ним взглядом.

– Мое имя Вайотта. Я расскажу все, что нужно. Только…

– Да-да, я уже понял, что ты заботишься о своей – кто она тебе, кстати? Родственной связи между вами нет, значит, не сестра. Тогда подруга или любовница? – Мист перебил ее, не дослушав просьбу.

– Она… сестра. Просто не по крови. Мы поклялись…

– Магически?

– Что? – девушка недоуменно подняла голову, хотя и решила этого не делать. Мурашки вновь побежали у нее по спине, стоило ей увидеть нечеловеческий глаз.

– Я спрашиваю: клятва была магической?

– Нет, мы не маги… просто поклялись.

– Ладно, я понял. Сестра так сестра. Так вот, объясни мне такой момент – почему в записях моего партнера ты числишься как «нахальная и грубая дворянка среднего пошиба Марианна Бетраг из столицы»? – из-за этого несоответствия вампиру пришлось искать должницу фактически по запаху, когда у одного из скупщиков обнаружилось не так давно проданное платье – благо постирать его он и не подумал, решив поберечь дорогую ткань.

– Я… я встретила девушку с этим именем во время дороги сюда. Когда я сказала ей, что хочу попросить помощи у мага, она сказала, что за это нужно будет заплатить очень много монет. Я подумала, и решила, что найду у кого одолжить, но она только посмеялась – мол, мне никто столько не даст, потому что я не дворянских кровей. Ну, и… – Вайотта запнулась и отвела глаза, – тогда я и своровала у нее одно платье, а когда пришла просить денег – надела его и постаралась говорить как она.

– Умно, – неожиданно похвалил ее вампир, слегка усмехнувшись. – Ты замаскировалась, и в итоге те полудурки, которые выдавали кредиты, поглядев на платье и услышав знакомую фамилию, отвесили тебе три сотни золотых аур. Которые затем пошли на?..

– Я сделала пожертвование в этом госпитале, чтобы нам выделили отдельную палату, и наняла лекаря-мага, – охотница повернулась к сестре и показала на небольшой амулет у нее на шее. – Но он очень медленно работает.

– Сомневаюсь, что работает вообще. Как звали мага? – Мист мельком взглянул на амулет и слегка скривился. – И сколько ты отдала за эту липу?

– Он представился как Озуст Целитель. Двести восемьдесят золотых монет. Что значит «липу»? – девушка недоуменно взглянула на собеседника, который теперь почему-то внушал ей гораздо меньше страха. Но на глаз она все же старалась не смотреть.

– Липа – подделка. Этот амулет стоит ровно столько, сколько стоил металл, стекляшка, которая здесь вместо камня, и пять минут времени этого Озуста. К тому же даже я знаю, что магия в этом мире очень слабо влияет на лечение, и уж тем более, она не сможет помочь, когда отказывают почки. Так что маг тебя обманул.

– Что? Нет! Нет, зачем ему это? – Вайотта отказывалась верить словам вампира. – Ты ведь не лекарь, откуда тебе вообще знать, лечит он или нет, ты же в этом не разбираешься!

– Все началось с укуса какой-то ядовитой твари. Но яд ты успела частично высосать, или просто попало немного – иначе бы она сюда не добралась. Однако та доля яда, что все же осталась, ударила прежде всего по почкам – вряд ли только по ним, но основной удар приняли именно они. Вначале ничего не было, максимум повышенная утомляемость и слабость. Затем – диарея, тошнота, снижение аппетита, еще большая утомляемость, и вскоре твоя сестра даже не могла держать в руках обычный нож. Впрочем, ты еще раньше поняла, что ей нужна помощь, а потому в это время была уже в городе. Я прав? – охотница кивнула со страхом в глазах, а вампир продолжал: – А не так давно у нее, несмотря на уже надетый амулет, стало часть меняться настроение, вплоть до неадекватности. Тогда же ее кожа стала такого – серо-желтого – цвета, и проявилась еще куча других признаков, которых у здоровых людей нет. Ну как, все еще думаешь, что я в этом не разбираюсь? – в голосе вампира не было даже насмешки.

– Но… – Вайотта побледнела и в панике обернулась к сестре. – То есть, он не лечил ее все это время? Но почему? Я ведь отдала ему все золото, что у меня оставалось! Зачем нужно было обманывать, почему не помочь?

– Потому что не мог, а вот деньги хотелось получить. Дай угадаю – он ведь к тебе подошел сам и, скорее всего, тогда, когда все другие маги тебе отказали?

– Д-да, но… но он ведь… я же… – девушка стала запинаться и не смогла остановить слезы. – Мне в-все маги сказали, что ее не спасти… А он один… И я надеялась… Ты, ты же знаешь, что это за болезнь, с-скажи, можно ли ей помочь? – она уставилась на вампира, уже не обращая внимания на его второй глаз.

Мист неопределенно помахал рукой.

– Пятьдесят на пятьдесят. То есть, может получится, а может и нет. В принципе, я могу провести достаточно сложную операцию и пересадить ей новый орган вместо старого, отказывающего. Обычно я даже могу дать гарантию на то, что новый орган приживется – я отращиваю практически точную его копию, а потому он чаще всего даже не воспринимается организмом, как чужой. Но не в твоем случае. Для такой операции нужно, чтобы человек был здоров в остальном – а про твою сестру такого не скажешь. Это основная проблема. Хотя есть и еще одна, – вампир прошелся взглядом по комнате и по самой охотнице. – Тебе нечем мне заплатить.

– Я… я отработаю! Найду деньги! Я сделаю все, что угодно! Только спасите ее, умоляю! – даже понимая свое положение, девушка ухватилась за последнюю надежду. К ее удивлению, вампир не стал смеяться или отвергать ее предложение. Вместо этого он взял ее за подбородок и посмотрел в глаза – теперь оба его зрачка перестали быть человеческими.

– А разве ты меня уже не боишься? Вначале смотрела как на монстра какого-то, – вкрадчивым голосом поинтересовался он, показав заодно и заметно удлинившиеся клыки.

– Д-да, то есть, нет… То есть да, боюсь, очень боюсь, у вас глаза похожи… но если вы сможете спасти сестру, мне все равно… Только спасите ее, пожалуйста, – голос охотницы подрагивал, но взгляд она старалась не отводить.

Внезапно вампир отпустил девушку и вернулся туда, где стоял до этого. Однако сейчас он еще и с интересом наклонил голову.

– Забавно. Обычно я слышал что-то вроде: «Мне так нужна помощь, что не важно, от кого». Хотя и твой вариант не уникальный – просто более редкий. Но меня заинтересовало другое – на кого это я глазами похож? – спросил он уже спокойным голосом.

– На… на чудище, – девушка так и не смогла подобрать другое описание, а потому вначале с опаской посмотрела на вампира, – которое мы несколько лет назад видели. Его маги поймали и по деревне вели, когда мы там лишние шкуры продавали. У него тоже были красные глаза, только зрачок был скорее, как у кошки, а не такой, как у вас.

– Местный вид, что ли? – пробормотал себе под нос Мист, но больше расспросов устраивать не стал.

– Так вы… Вы поможете ей? – Вайотта, затаив дыхание, ждала ответа.

– Да, конечно. Всегда рад, когда люди сами меня уговаривают клятву жизни принять, – вампир ухмыльнулся, однако, даже уловив недоумение девушки, объяснять ничего не стал. Вместо этого он подобрал нож и протянул его охотнице, а затем показал свою ладонь, где появился порез. – Скрепим наш договор. Сделай у себя такой же – и пожмем руки.

Задумавшись лишь на секунду, девушка полоснула себя по ладони и, скривившись от боли, протянула руку в ответ.

– Ну вот и отлично, – Мист усмехнулся, затянув свой порез. – Но в этой каморке операцию проводить невозможно. Иди, пообщайся со своими знакомыми, пусть выделят нормальное помещение, чтобы раза в три больше было. Да и моих помощников нужно дождаться, но это не долго.

Стоило настоятельнице впустить вампира в молельный зал, как он тут же его и узурпировал, совершенно не обращая внимание на ее недовольство. Подтянувшееся облако крови перекрыло все входы и выходы, пропустив перед этим только троих магов, прибывших по просьбе-приказу вампира, переданной через кровавого клона. Впрочем, потребовалось от них немного – всего лишь хорошенько пройтись паром по всей комнате и тем инструментам, что вампир вырастил из костей – а после этого они тоже были выставлены за дверь.

Первые полтора часа занял неспешный обмен крови, и только затем началась операция. Дополнительные руки вампиру не требовались, впрочем, как и те, что уже имелись – тонкие потоки крови отлично справлялись со всей работой, цепко удерживая разнообразные скальпели, пинцеты, зажимы, ножницы, крючки и иглы. Следующие несколько часов ушли на аккуратное извлечение поврежденного органа и его замену на выращенный прямо на месте, но в какой-то момент сердце пациентки не выдержало – даже вампир с первого взгляда никак не мог определить еще и сердечную недостаточность. Впрочем, прямо сейчас жизни девушки ничто не угрожало – после обмена кровь пациентки и так принадлежала вампиру, а потому ему просто пришлось самому отвечать за ее движение, заменив собой аппарат искусственного кровообращения. Но, понятное дело, это был временный вариант.

Из сумки к Мисту подлетело кольцо, внешне мало чем отличимое от других, но заклинание в нем, в отличие от заклинаний во всех остальных, было рассчитано именно на восстановление, а не на разрушение. При полной разрядке его сила могла излечить даже смертельные раны нескольких человек, однако именно поэтому вампиру и не хотелось его тратить. Нацепив кольцо на палец, вампир решил использовать его только в крайнем случае. Вместо этого в воздухе рядом с ним постепенно образовался безголовый клон охотницы, который и использовался в качестве донора для пересадки как сердца, так и еще десятков других органов. Практически единственной нетронутой частью тела пациентки осталась голова, а вот остальное ее тело вампир решительно пересобрал, используя выращенного клона. Под конец операции, занявшей вместо обещанных пяти целых двадцать девять часов, в новое тело девушки отправились разнообразные руны заживления и укрепления. По сравнению с кольцом, их сила была ничтожно мала, но зато и расходовали они на несколько порядков меньше маны, при этом исправно выполняя свою работу и давая девушке возможность выжить после такого вмешательства.

Вампир отложил инструменты и с удовлетворением творца оглядел свое детище. В свое время у него был период подобных экспериментов, но тогда, из-за недостаточных знаний, он пытался вылепить человека практически из чего попало, да и сшивал чуть ли не обычными нитками, а потому и результат получился так себе – тогда таким страшилищем можно было только людей от замка отпугивать. Сейчас же все было гораздо лучше – несмотря на то, что швы на теле девушки было весьма заметны, они были достаточно мелкими и аккуратными, так что скорее добавляли некой пикантности вместо того, чтобы вызывать отвращение. Внутри все и подавно работало как часы – никаких следов от яда и интоксикации организма не осталось. К тому же такая особь должна была получить некоторые улучшения как в плане физических характеристик, так и в плане продолжительности жизни. Не слишком сильные, но все равно полезные. Впрочем, в первую неделю ощущения у девушки явно будут не из приятных – а потому вампир заранее создал десяток похожих на зубы осколков костей. Туда он залил свой яд, справедливо при этом рассудив, что пусть лучше охотница неделю побудет в царстве Морфея, порой кайфуя от приходов, чем будит своим криком соседей.

* * *

10 Третьего месяца тепла 3127 года, вечер

– Что вы себе позволяете?! Я любезно предоставила вам нашу молельню ради какой-то экспериментальной операции, а вы мало того, что не разрешили присутствовать, так еще и заняли ее на два дня! А это что за… – настоятельница встретила Миста тысячей претензий, но внезапно осеклась, увидев позади него плывущую в воздухе девушку, которая явно была в сознании.

– Джеттар! Джеттар, ты очнулась! Я так рада! Я… – вампир успел остановить заливающуюся слезами девушку, прежде чем та кинулась к своей сестре.

– Вайо… та… ты… я р-ра… э-э-э… – Джеттар тоже была рада увидеться, но заплетающийся язык и бессмысленная улыбка мешали ей говорить связно.

– Она под действием обезболивающего яда, и к тому же ей еще пару недель до окончательного выздоровления, так что не лезь, – Мист без особых усилий отодвинул Вайотту назад, но она и сама перестала сопротивляться, только размазывала слезы по лицу и повторяла слова благодарности. Затем вампир повернулся к настоятельнице и нескольких монахам, или, скорее, стражникам в цветастых рясах, которые стояли рядом с ней: – Что вы там мне хотели предъявить? Что я помешал вам молиться? Я только что провел сложнейшую операцию и спас человека, которого никто другой не смог бы спасти. И если вы хотите мне сказать, что ваши неудобства не стоили этой жизни – то советую лучше промолчать!

«Хм, а мне казалось, что я слегка переиграл», – промелькнуло в голове у вампира, когда настоятельница, пусть и была недовольна столь резкой отповедью, но предложила для начала поговорить у нее в кабинете, предварительно отослав стражников обратно. Джеттар на время разговора вернулась в свою палату, как и Вайотта, которую вампиру пришлось еще раз предупредить, чтобы она не причиняла больной лишнего беспокойства.

Госпожа Книш была дамой почтенного возраста и пышных форма, а потому шла неспешно, даже не оглядываясь на вампира. Хотя причиной тому могло быть и достоинство настоятельницы, ронять которое быстрым шагом можно было только в исключительных ситуациях. В любом случае, путь до кабинета занял гораздо больше времени, чем ожидал Мист. Зато он вдоволь смог насмотреться на внутреннюю отделку здания – даже при том, что госпиталь строился отдельно от церкви, на стенах мелькали разнообразные картины, основным мотивом которых были люди с драконьими крыльями. Сам кабинет оказался достаточно тесным – нет, поначалу он был вполне приличных размеров, но книжные полки и дубовый стол захватили большую часть пространства. С легким скепсисом поглядев, как настоятельница пытается поместиться в кресле, поджимаемом сзади полкой, Мист просто перелетел через стол и завис в воздухе напротив.

– Да присядьте уже, господин маг, отдохните! Каюсь, поняла я теперь, что дело не с сопляком каким или прохиндеем имею, хоть до того и подозревала вас. Великий вы лекарь, раз сумели девицу ту из лап смерти вырвать, – госпожа Книш махнула рукой, наконец откинувшись в удобном кресле. Вампир решил не спорить.

– И о чем же вы хотели поговорить, госпожа настоятельница? – Мист скрестил руки на груди и слегка наклонил голову.

– Да понятно о чем, о знаниях ваших.

– Даже если я и передам вам их, большую часть вы не сможете применить – технологии вашего мира слишком отсталые, а магия совсем другая.

– Нашего мира? Так вы что же, получается, из этих самых, иномирян? – на лице настоятельницы проступило одновременно удивление и понимание.

– Именно. И я уже еду к вашему королю, Домархальду, так что ни уговаривать, ни помогать мне в этом деле не нужно, – вампир предпочел заранее избежать лишних задержек, упомянув имя местного короля, которое он узнал из памяти разбойников.

– Вот оно значит как, – было заметно, что множество вопросов у госпожи Книш отпали сами собой. – Ну, ежели к королю, то и на деле задерживать вас я не вправе. А там, вероятно, и столичные врачеватели вами заинтересуются.

– Скорее всего. Но я в любом случае собирался брать учеников, только не сейчас, а через пару месяцев. А потому, если вы хотели навязать мне кого – попридержите чуток, потом и пошлете.

– Ты погляди, читаете вы меня, как раскрытую книгу. Правда ваша, подумывала я уже ученицу готовить – но коли все так, как вы сказали, толку в этом нет. Буду тогда ждать новости о вашей личной академии, авось не забудете про наш разговор, – настоятельница со вздохом приняла слова вампира.

– Я редко о чем забываю. Хотя, знаете, я бы не отказался от напоминания – хочу почитать постулаты вашей церкви. Найдется у вас лишний экземпляр? – удивил собеседницу вампир. Но отказывать, понятное дело, она ему не стала, а потому из кабинета Мист вышел уже в обнимку с книгой немалых размеров, после чего отправился в знакомую палату.

Кроме Вайотты, державшей за руку спящую сестру, там оказались еще и несколько монашек, удивленно разглядывавших швы, но вампиру хватило одного взгляда, чтобы они покинули комнату.

– Как видишь, твоя сестра жива и идет на поправку. А затем будет даже здоровее, чем раньше. Догадываешься, к чему я это?

– Да… да, я понимаю, – девушка с явной неохотой отпустила руку сестры и повернулась к вампиру. – Я даже не знаю, сколько за такое чудо нужно заплатить… но я буду работать, сколько нужно! Я умею охотиться, не боюсь тяжелой работы… и вообще, сделаю, что прикажете… только… только не разлучайте нас с сестрой, прошу! Мне ведь нужно заботиться о ней, а затем она сможет помогать! – большую часть времени Вайотта явно провела за продумыванием аргументов именно для этого разговора.

Вампир только хмыкнул.

– Да я и не собирался. Точнее, это вообще не мое дело – пусть сама выбирает, захочет ли она остаться с тобой или уйти. Кажется, ты не совсем понимаешь, как работает наш договор – а стоило бы и спросить. По факту, ты уже заплатила в момент рукопожатия – своей жизнью за ее. Теперь ты привязана ко мне и понятно, что ты будешь работать – не за просто так же я ее лечил, – спокойно пояснил вампир, наблюдая за растущим беспокойством девушки.

– То есть, я теперь рабыня?

– Нет, получше. Скорее, вечная должница. Но, в принципе, сейчас еще можешь и отказаться, – взгляд вампира ушел за спину девушки.

– Нет, не нужно. Я догадывалась, что как-то так и будет. Только ее не прогоняйте, пожалуйста! – Вайотта прекрасно поняла, что будет в случае ее отказа. – И что мне делать?

– Я же уже сказал, что не буду – чем ты слушала? На самом деле, тебе весьма повезло – я не сторонник того, чтобы заставлять рыбу лезть на дерево. Раньше жили в каком-то лесу – ну и ладно, значит, теперь будет жить в моем лесу, сделаю из вас лесничих. Правда, сначала пару месяцев придется подождать здесь, в городе, у моего знакомого купца. Ну, или в местных лесах – это мне не принципиально, главное, чтобы вы с ним связь держали – мне неохота вас потом еще раз искать.

– То есть, мы сможем жить в лесу, как и раньше? – Вайотта с удивлением посмотрела на вампира, боясь спугнуть свою удачу.

– Ну, у вас будут новые обязанности, но в целом – да, как раньше.

Услышав это, девушка выдохнула с огромным облегчением. Посмотрев на слегка насмешливую улыбку вампира, она осмелилась спросить:

– То есть, сейчас мы пока что свободны?

– Кто сказал тебе такую глупость? – Мист приподнял бровь. – Сейчас мы с тобой пойдем знакомиться с купцом. А после – ты, часом, не забыла, что один маг тебя нагрел почти на три сотни золотых? – губы вампира исказились в неприятной ухмылке. – Надо бы нанести ему визит вежливости.

ГЛАВА 19. ИДЕАЛЬНЫЙ МАНЕКЕН, ОСОБЕННОСТИ МАГИЧЕСКОЙ МАТЕРИАЛИЗАЦИИ И ТИПИЧНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ГОЛУБОКРОВНЫХ

11 Третьего месяца тепла 3127 года, полдень

Дверь в помещение отворилась с неприятным, но уже привычным скрипом. Капля свежего воздуха, проникшая в бараки, практически не повлияла на давно устоявшийся аромат, сочетавший в себе запахи пота, курева, а также дешевого пойла и жратвы. В проеме показался карлик, одними матерными выражениями сумевший не только почествовать родню всех присутствующих, но и пояснить, до каких размеров увеличится дыра в жопе каждого из грузчиков, если они сейчас же не окажутся около нужных складов. Осыпав гонца матами в ответ, те с неохотой поплелись на выход, и только трое остались сидеть у самодельного стола, с остервенением бросаясь игральными картами. Подошедший карлик проявил чудеса понимания и дал трудягам возможность доиграть партию, которая, впрочем, закончилась не в их пользу, а потому, уходя, они ругали весь белый свет, который был к ним так несправедлив. Победителем же оказался маг, сейчас с довольным видом тасовавший колоду.

– Эй, Вергель, – маг наконец вспомнил, как зовут карлика. – Не хочешь пару партиек сыгрануть?

– Не, я, пожалуй, откажусь – не хочу сейчас в долги вгоняться, мастер Зуст, – карлик замахал руками, отговаривая от игры скорее себя, чем собеседника. – Женка у меня недавно опять разродилась, так что нельзя мне сейчас, никак нельзя.

– Да хер с тобой, давай хоть на интерес, – маг зевнул и начал раздавать карты на двоих. Поглядев в сторону двери и почесав плешивую бородку, карлик с великой охотой запрыгнул на скамью.

– На интерес оно не интересно, мастер Зуст. Давайте тогда уж хоть на бутылку. Я поставлю свою наливочку, а вы – да хоть винцо из таверны, – Вергель потер руки и схватился за свои карты.

– Ох и хитрая ты зараза, Вергель. Знаешь же, что маги почти не пьют. Ладно, начали, – и Зуст походил первым.

Весь следующий час грубо сколоченный деревянный стол слушал то отборнейшие ругательства, то хрипловатые смешки – в зависимости от того, везло ли карлику. Маг же предпочитал лишь изредка посмеиваться, но чаще всего просто молчал. Если бы кто поинтересовался, нравится ли ему эта игра, то в ответ получил бы ленивое «Сойдет». Для него она была лишь способом убить время, дожидаясь нужного момента. «Моментом» был выезд из города одного из многочисленных караванов, запланированный на вечер следующего дня. Давний знакомый Зуста, владелец каравана, согласился тайком провезти его в своей кибитке, за списание долга предоставив место, в ином случае занятое бы контрабандой. По расчетам мага, хватиться его должны будут не меньше, чем через три дня, а три дня форы – это уже немало. Да и не верил он в слишком активные поиски – сейчас у всех и так было забот выше крыши. Зуст уже несколько раз слышал от самого Фонгласа, что начальство будто взбеленилось, потребовав активизировать едва ли не всю сеть. Собственно, именно это и стало вторым стимулом попрощаться с подпольной жизнью именно сейчас. Первым же были те двести восемьдесят золотых, которые он стребовал с какой-то деревенской дурехи за фальшивый амулет. Этой схемой он, в некотором роде, гордился – вначале промолчал, сделав вид, что, как и те болваны на выдаче, поверил в дворянство этой девки, затем дождался, пока она наберет достаточно отказов, и сам предложил услуги. «Деревенщина, магию, кажись, даже толком не видела, что с нее взять» – подумалось ему в тот момент, когда она радовалась бесполезной побрякушке, купленной за баснословную для этих мест сумму, и слезно его благодарила.

– Эт ты какая ж дрянь! Вот невезуха! – карлик раздраженно хлопнул картами по столу, проиграв в очередной раз. Вздохнув, он посмотрел сквозь небольшое окошечко, скорее напоминающее бойницу, на полуденное солнце, после чего решил прощаться: – Ладно, пора мне уже и честь знать. Тогда, значится, вечерком и занесу вам наливочки, мастер Зуст. А там, авось захотите горло промочить, так мы ее с вами и откроем…

– Сожалею, но у господина Зуста сегодня на вечер иные планы. Так что наливку вы и сами можете оприходовать, господин… Вергель, насколько я помню, – внезапно раздался холодный голос со стороны дверей.

Карлик и маг одновременно взглянули на незваного гостя. Им оказался молодой человек в потрепанном походном плаще, под которым, впрочем, скрывалось дорогое на вид оружие в количестве аж четырех единиц. Незнакомец продолжил:

– Впрочем, думаю, вначале вам стоит заняться своими прямыми обязанностями, а после – отчитаться перед господином Фонгласом, дабы у него не возникло вопросов касательно вашего трудолюбия.

– Прямо сейчас этим, то бишь, обязанностями, я и займусь, – услышав волшебное слово – имя своего начальника – карлик мигом выскочил из барака, чудом не задев никого по пути.

– В ваших способностях, господин Зуст, мы тоже сейчас нуждаемся, а потому прошу проследовать со мной, – незнакомец придержал двери, подождав, пока маг быстро соберет карты и поправит одежду.

Настоящее имя щербатого громилы, бывшего в юности наемником, а сейчас являющегося фактически герцогом подпольного мира, знали не слишком многие, поэтому Зуст предпочел лишних вопросов не задавать. Надо значит надо, принять задание он-то примет, а вот выполнять-то не обязательно – достаточно дождаться следующего вечера. Именно в таком ключе размышлял маг, выходя на улицу, но только до того момента, как на его горле защелкнулось какое-то странное ожерелье. После этого его мысли стали хаотичны и носились в голове, словно раздраженные пчелы, ведь произошло ужасное – он лишился способности колдовать.

– Он? – голос незнакомца перестал быть ледяным, но только лишь потому, что он обращался не к магу, а к девушке, стоявшей около стены.

– Он, – она скривилась и сплюнула, обдав мага волной презрения. Ее лицо было ему очень знакомо, хотя недешевый наряд весьма смущал – давно ему не приходилось общаться с достойными дамами. Внезапно Зуст понял, кто перед ним – та самая деревенщина, которая купила у него амулет. Но прежде чем он успел что-либо сказать, незнакомец, державший его сзади, произнес: «Можешь», после чего девушка с явным удовлетворением заехала магу в морду. Удар у нее оказался на удивление хорош, так что не привычный к такого рода дракам, маг практически сразу потерял сознание, услышав напоследок только слово «Мразь!».

Очнулся Зуст уже в лесу, причем стоя. С учетом того, что обычно человек без сознания удерживать себя в вертикальном положении не может, данный факт его порядком удивил, однако секундой позже этому нашлось объяснение – ноги мага почти до половины бедер были обвиты красной субстанцией, которая крепко держала их и не давала двигаться. Спину также что-то поддерживало, а когда маг попытался наклониться и чуть не упал – это что-то скользнуло вперед и помогло ему восстановить баланс. Не заставив себя ждать, из тени дерева вышел и недавний незнакомец.

– Вижу, очнулся наконец. То ли ты такой хлипкий, то ли удар Вайотты был настолько хорош, но я уже думал сам тебя будить.

– Кто вы? Что вам нужно? – Зуст машинально потер место удара и поморщился. Синяк обещал быть размером с хорошую сливу.

– Ну, девушку, думаю, ты уже узнал – ей нужна была месть, поэтому ты по морде и получил. Заслуженно, если интересно мое мнение, – незнакомец зачем-то начал копаться в своей сумке. – Лично же мне нужны деньги и твои магические умения. Начнем с первого. Где те монеты, что ты у нее взял за свою фальшивку?

– Большую часть потратил, чем угодно поклянусь! Мне пришлось их отдать за долги! – тут же соврал маг.

– Забыл предупредить – я знаю, когда мне врут, – даже не оглянувшись на него, бросил незнакомец. Внезапно перед лицом мага появилась тонкая и гибкая линия красного цвета. Ее конец стал острым и с силой прошелся по лбу пленника, заставив его завизжать – как от боли, так и от страха – маг заметил, что после первого пореза линия опустилась уже до уровня бровей.

– И-и-и-и-и! Я все скажу, я все скажу! В доме у меня тайник, с магическим замком! Отведите меня домой, и я все открою! Все отдам!

– Где твой дом? – спокойный голос незнакомца не изменился, казалось, он в принципе не обратил внимания на визг мага.

– В трех улицах от центрального рынка, в небольшом переулке между кварталом бедняков и ремесленников! Сложно объяснить словами, но я покажу, обещаю!

– Отлично, с деньгами решили, – вампир решил не уточнять, что теперь, зная район, он и сам сможет найти нужный дом по запаху. – Теперь ко второму вопросу – какой у тебя ранг?

– Эксперт, хорош в защите, основные стихии – вода и воздух! – бодро воскликнул маг, предпочитая не затягивать с ответами. – Только я же сейчас колдовать не могу из-за этого странного ожерелья!

– Ничего в нем странного нет, просто дворфийская модель. Эксперт-защитник, говоришь… идеально, – Мист усмехнулся, закончив рыться в сумке. Теперь на его руках появилось множество колец – по пять на каждом пальце. Черное золото поблескивало в лучах заходящего солнца, сразу приковав к себе внимание мага.

– Что это за странные амулеты? От них веет какой-то непонятной силой, и цвет у них невозможный… А это что?! – последний вопрос мага касался уже полупрозрачного красного купола, накрывшего всю поляну.

– Ты давай, не отвлекайся. Итак, сейчас мы с тобой немного поиграем – ты же у нас любишь азартные игры, не так ли? Ставка – твоя жизнь, а правила весьма простые: я магией атакую, ты – магией защищаешься. Выиграешь, если сможешь прожить достаточно, чтобы я проверил действие всех артефактов – не бойся, я буду атаковать не в полную мощь, конечно же. Не потому, что мне тебя жалко – заряд не хочу тратить.

– Так я вам что, кукла для битья?!

– Да. А теперь готовься, – вампир направил небольшой амулет, сделанный по его просьбе Хаттором, на шею мага, и секунду спустя антимагическое ожерелье спало с шеи пленника. Первым же делом тот попытался улететь и заодно избавиться от вампира, для чего запустил в него парой ледяных глыб. Однако не преуспел, ни в первом – кровавые корни помешали, ни во втором – вампир просто скользнул в сторону.

– Не трать зря силы. Начнем, – в мага тут же полетело весьма слабое водное лезвие.

Поняв, что сбежать у него не получится и играть придется по чужим правилам, Зуст быстро сформировал физический барьер, о который и разбилась атака. Хоть маг и видел чужеродную ману, это, как и последующий десяток заклинаний оказались ему вполне понятны – он и сам мог с легкостью повторить их. Удивление пришло в тот момент, когда в щит ударилась небольшая каменная глыба, появившаяся в воздухе из ниоткуда.

– Невозможно! – Зуст с удивлением глядел на камень рядом с собой, который совершенно не собирался пропадать. – Магией невозможно создать настолько твердую материю!

– Вашей магией, – поправил его вампир, для которого удивление пленника не стало неожиданностью – он уже давно знал, что стихии земли здесь попросту нет. – Теперь перейдем к огню.

Маленький, не больше кулака, огненный шар появился около вытянутой руки Миста и полетел к магу. Тот привычно поставил магический заслон, засиявший блекло-голубым цветом, однако в следующую секунду завопил и сорвал с себя остатки сгоревшей рубахи.

– Ауч! Что за бред?! Я выставил защиту, а оно просто прошло сквозь нее! – Зуст обвиняющим взглядом уставился на вампира, который о чем-то задумался.

– Хм, поначалу это, пожалуй, даже будет преимуществом, но вот потом может стать проблемой… – Мист задумчиво оглядел свои кольца. – Попробуем еще раз. И хватит там ныть, иначе увеличу силу заклинаний!

Зуст оперативно заткнулся и в следующий щит вложил гораздо больше силы, однако это не помогло – огненный шарик вновь не заметил преграды и спокойно долетел до мага, на этот раз ударившись около его ног. То же самое произошло и с воздушным лезвием, и с небольшой молнией – все три стихии, которые обычно парировались магическим барьером, спокойно пролетали сквозь него, вводя мага в ступор, а вампира заставляя хмуриться.

– Какого хрена происходит?! Что это за заклинания, что он них невозможно защититься?! Кто ты такой?! – магу явно не слишком нравилось выступать в роли боксерской груши, особенно теперь, когда он не смог отразить уже множество заклинаний.

– Тцц, болван. Понятно, почему ты до мастера не дошел – головой вообще не пользуешься, – вампир недовольно покосился на столь болтливый манекен. – А теперь поставь физическую защиту.

Как и предполагал вампир, она спокойно отразила все три вида атак. Пока к Зусту возвращалась вера в свои силы, Мист, прищурившись, устроил защите настоящий стресс-тест. За следующие пять минут поверхность барьера подверглась: синему, зеленому и черному пламени; ядовито выглядящим разводам; изморози; атаке появившихся из ниоткуда острых лоз; серебристой паутине, вызвавшей громкий скрежет; сотне мелких рун и множеству других, доселе невиданных магом-недоучкой, заклинаний. К его величайшей радости, ни одно из них не смогло пройти сквозь простейший физический барьер, что негативно повлияло на настроение вампира.

– Kur-r-rwa! – выругался он, смакуя при этом само слово, после чего повернулся к ничего не понимающему магу. – Как видишь, защита от моих заклинаний есть, и она весьма простая. Оказалось, что заклинания моего мира гораздо более материальны, чем большая часть ваших, а потому, при определенных условиях, надолго задержать меня может даже такой недоучка, как ты. Ну да ладно, это мои проблемы, а тебе, вероятно, хочется поскорее освободиться. Не переживай, остался всего один эксперимент. Ставь физический барьер, да покрепче. Не жалей сил.

– Как скажете! – вокруг мага, явно предвкушающего момент свободы, вновь образовался полупрозрачно-фиолетовый кокон. Вампир слегка махнул рукой, и часть кровавого купола превратилась в крупные острые лезвия, напоминающие осколки разбитого стекла. Все лезвия одновременно ударились в защиту мага, однако, встретившись с препятствием, они, в отличие от того же стекла, не стали разлетаться на части, а продолжали упорно давить в точки удара. Первые пять минут маг лишь лениво поглядывал по сторонам, слишком уверенный в своих способностях после прошлых экспериментов. Спустя десять минут он уже с некоторым недовольством косился на вампира, бурча себе под нос, что выносливость у него не бесконечная. С пятнадцатой до двадцатой минуты он уже настойчиво упрашивал его прекратить атаку, постепенно переходя от адекватных просьб к истерическим выкрикам. Еще три минуты он сопротивлялся уже молча, с выпученными глазами поддерживая защиту. И только на двадцать четвертой минуте его барьер разлетелся со странным звоном, после чего бессознательное тело мага повисло, придерживаемое кровавыми путами. Лезвия вампир успел остановить в самый последний момент, когда от их острия до тела мага оставалось буквально десяток миллиметров. Последовавшее за этим копирование памяти не сопровождалось никакими эксцессами – не было даже бессознательных попыток защиты, так что с этим делом вампир закончил быстро. Впрочем, общего настроения Миста это не улучшило.

– Отвратительно! – недовольно качал он головой. – Двадцать четыре минуты с учетом такого точечного давления и изначальной слабости экземпляра. И сколько мне тогда придется архимага давить? Лет десять? – продолжал бурчать вампир, лишая тело мага-недоучки последних остатков крови и костей. Затем пришел черед примерки глаз, во время которой вампир с легким удовлетворением обнаружил, что теперь видит потоки маны немного четче. Благодаря новым знаниям, он даже смог опознать несколько линий и блоков в простейших амулетах, доставшихся еще от оркских шаманов, однако этим все и ограничилось. Без практики здешнюю магию понять было не так просто, даже имея в голове базовую теорию – что совершенно не удивило вампира – совсем не прилежного ученика. Оставив размышления о здешней магии на потом, Мист направился обратно в сторону города – теперь стоило наведаться к тайнику Зуста. Компанию ему составил череп неудачливого мага, который вампир лениво подбрасывал левой рукой.

* * *

– И где наш чудо-доктор сейчас? Я его дня два уже не видел, – поинтересовался Хаттор, наблюдая через окно за тем, как под лучами заходящего солнца торговцы на центральной площади постепенно собирают нераспроданный за день товар.

Благодаря новым знакомствам у вампира быстро появились и деньги, и связи, а потому весь отряд дружно переселился в лучшую гостиницу города.

– Он забегал пару раз вчера вечером, да и сегодня днем тоже появлялся. Просто кто-то здесь бывает гораздо реже, чем в борделе, что через три улицы отсюда, – ехидно прокомментировала Мирия, с удовольствием поглощая ужин, услужливо принесенный одним из слуг прямо в номер.

– Пхе, а то там хоть кто-то из нашей честной компании не был, – ничуть не смутился дворф.

– Не спорю, но если остальные заглянули по разу и больше в дань наемническим традициям, ты там, считай, поселился, – парировала зверодевушка, хрустя салатом. Прожевав, она повернулась к их новой знакомой: – Он не сказал, когда вернется?

– Нет, но завтра утром он обещал навестить вместе со мной сестру, так что, думаю, к тому времени он точно освободится, – сразу же откликнулась Вайотта. С ней зверодевушка, как, собственно, и большая часть отряда, полноценно познакомились только вчера, когда вампир привел ее, коротко представил и попросил нормально приодеть. Деньги он раздал им еще два дня назад, а потому торговцу одеждой, решившему задержаться в тот вечер допоздна, весьма повезло – Мирия и Альвира подобрали сразу несколько приличных и недешевых одеяний для отнекивающейся Вайотты.

– Ну, значит, если завтра утром не проспишь, сможешь с ним встретится, – зверодевушка вновь обернулась к дворфу. – А что тебе вообще от него надо-то?

– Да вот хотел узнать, почему мы жопы просиживаем здесь, коли он, вроде как, срочно хотел сообщить королю о том, что мы на землях орков увидели, – пояснил Хаттор, хлебнув разбавленного вина. – Или он думает, что король армию за полдня собрать сумеет?

– Не знаю, что он по этому поводу думает, но то, что он поумнее нас с тобой будет – это факт. Так что раз мы тут сидим, значит, есть причина. Да и вообще, тебе тут плохо, что ли? – Мирия обвела взглядом роскошные апартаменты и вопросительно приподняла бровь.

– Не плохо, конечно же, но хотелось бы знать наши планы наперед, – привычно буркнул дворф. – А вы и сегодня куда-то собрались?

– Ага. Я днем договорились с тем лавочником, что мы у него еще пару нарядов купим, чтобы… прости, я забыла, как ее зовут? – зверодевушка повернулась к Вайотте.

– Да все в порядке, ее зовут Джеттар.

– Так вот, чтобы Джеттар после выздоровления было во что приодеться.

– Но я ведь и так с ней могу своей одеждой поделиться, зачем еще что-то покупать…

– Затем. Пусть будет с запасом, всяко лучше, чем бегать в мужской рубашке. А насчет денег не переживай, уж кто-кто, а Мист точно нам не последние отдает, – Мирия быстро отмахнулась от возражений охотницы.

Минут через двадцать вернулись трое магов – Альвира, Катор и Дифус. Юноша, как и всегда после подобных прогулок, буквально светился от переизбытка эмоций, Катор, как обычно, был невозмутим, а Альвира радостно показала небольшую брошку, которая урвала где-то по дороге. Оказавшись в городе, да еще и при деньгах, она теперь пыталась понемногу восстановить свой запас амулетов, взамен тому, что так и остался в Сторудном. Мужская часть, за исключением разве что дворфа, вновь намылившегося в бордель, осталась в гостинице, а вот женская быстро собралась и вышла за покупками – благо идти было совсем недалеко. Торговец, обслуживающий постоянных клиентов, был таким же любезным, как и голодный кот, выпрашивающий что-то из рук хозяина, а потому из лавки девушки вышли с хорошим настроением. Испортить его не преминул какой-то мутный хмырь, лишь чудом не врезавшийся в их компанию. Впрочем, послав ему вслед пару матерных слов, девушки быстро поняли, что он тут был не единственным, кто спешил покинуть площадь, а все остальные склонялись перед неспешно едущей по центру улицы группой всадников.

– Эй, вы, сучьи дочки, вам что, повылазило?! Не видите, кто едет?! А ну, живо склонитесь перед герцогом Дамрианским, правителем сих земель! – проорал один из рыцарей, заметив их, единственных стоящих прямо.

– Я вашего герцога на херу вертела, коли б он у меня имелся… – раздраженно пробормотала себе под нос Мирия, но послушно склонилась, прижимаемая рукой Альвиры.

– Просим прощения, уважаемые, – достаточно громко произнесла девушка, пытаясь скопировать местный деревенский акцент. Заказчиками магов очень часто были именно господа голубых кровей, а потому Альвира прекрасно знала, что с ними лучше не связываться.

– То-то же! – довольно фыркнул рыцарь, порадовавшись, что выслужился перед сюзереном, и вернулся в строй.

Простояв в поклоне еще немного, девушки заметили, что все остальные уже распрямляют спины, и сделали то же самое. Недовольно переглянувшись, они решили дойти до гостиницы молча, но внезапно один из всадников, до этого пристально их рассматривавший, резко развернул коня в их сторону.

– А ну стой, дрянь! Стоять, кому говорю! – всадник вытащил меч и указал им на Альвиру, после чего заголосил громче прежнего: – Так и знал, это же наша семейная брошь! Воровка! Руки лично отрублю! Стража! Арестовать!

– Что? Я ничего не крала, я купила ее… – попыталась оправдаться девушка, но голос наездника был гораздо громче.

Замолчать он соизволил лишь тогда, когда начало колонны вновь вернулось на площадь и конные наездники обступили трех девушек.

– В чем дело, граф Молкиз? – заговорил тот из них, чья одежда выглядела богаче всех.

– Прошу прощения за такую задержку, ваше превосходительство, но я обнаружил здесь разбойницу и воровку! – поубавив громкость, пояснил граф, продолжая указывать мечом на Альвиру. – Давеча мою племянницу на тракте ограбили какие-то негодяи! Все имущество украли, охрану перебили, а девчонку попортили, пришлось в монастырь посылать! А всего за год до этого, на ее пятнадцатилетие, значит, я ей лично сию брошь дарил от нашей родовой ветки! А теперь вот она на ком оказалась! Выдала себя с головой, разбойница поганая! Требую… то есть, прошу у вашего превосходительства честного суда над этим криминальным элементом! Да и другие девицы тоже наверняка ее сподручные, в казематы их, да плетками, чтобы рассказали, где остальная банда прячется!

Услышав слово «плетка», зверодевушка невольно сжала кулаки, что не осталось незамеченным внимательными стражниками, потянувшимися за оружием. Покосившись на подругу, Альвира скинула капюшон, поклонилась еще раз и зажгла небольшой светлячок рядом со свои лицом.

– Уважаемые господа, я никакая не разбойница. Я честный маг, а эту брошь я купила всего пару часов назад у одного из местных торговцев. Если вы говорите, что вещь эта краденая, а я не смею сомневаться в ваших словах, то я немедленно вам ее верну, а также укажу на того нечестного на руку торговца, что мне ее продал. Мои спутницы также никакие не бандитки, а честные наемницы. Ежели будет ваша воля, они с радостью присоединятся к поискам настоящих преступников, благо у них уже был опыт расследований, – последняя фраза взялась из воспоминания девушки о том, как ее подруга разыскивала мечи в подгорном городе.

Пока всадники переглядывались меж собой, Альвира внезапно заметила взгляд герцога. Смотрел он с прищуром, но достаточно характерно, так что любой девушке было бы ясно, что значит такой взгляд. Мысленно ругнувшись, она поняла, что, кажется, зря сняла капюшон.

ГЛАВА 20. ДАВНИЙ ЗНАК ДРУЖБЫ, ИСТИННОЕ ТРУДОЛЮБИЕ И ОГНЕННЫЙ ПЕРФОРМАНС С КРОВАВОЙ ИНСТАЛЛЯЦИЕЙ

11 Третьего месяца тепла 3127 года, вечер

– Влипли таки, – буркнул дворф, глядя, как девушки с явной неохотой забираются на лошадей позади всадников. Зверодевушке и охотнице достались обычные рыцари, а вот Альвиру пригласил к себе самый напыщенный из всего отряда.

– Не знаю, в чем их обвиняли, но, по крайней мере, увезли не в цепях, – отметил Катор, также наблюдавший за развернувшейся сценой.

– В цепях, не в цепях – то погоды не делает. Раз уж местный герцог, как его там, Ройвел вроде… раз уж он их заприметил, то попадут они знамо куда – в гарем. Как его старуха откинулась, так парень, видать, и решил отыграться за те пять лет, пока титула ожидал. За два месяца пятерых фавориток уже нашел, причем последнюю, не далее как две недели назад прямо из борделя забрал. Что? – дворф хмыкнул, заметив слегка приподнятую бровь Катора. – Любой бордель – это такой кладезь информации… Надо будет только с нашего иномирянина еще денег стребовать.

– Так ты, выходит, все это время занимался именно сбором информации, а не чем-то иным, – легкая улыбка тронула губы мага.

– А то. Я тебе, к примеру, могу еще рассказать про резкий рост цен на провиант, про купеческие войны, могу распорядок гарнизона продиктовать, и даже количество солдат в нем, – Хаттор ухмыльнулся, но затем нахмурился. – Но какое же все-таки паскудство – токмо в первый город приехали, как уже проблем поимели…

– И что нам делать? – поинтересовался Дифус, также наблюдавший всю сцену, но до этого только слушавший старших товарищей.

– Что, что… ждать вампира, понятное дело. Самим туда лезть точно не стоит – охрана у герцога достойная, даже сейчас при нем шесть магов было, а уж в замке наверняка побольше – не пробьемся.

– И что, мы просто будем тут сидеть? – юнцу явно не нравился такой расклад. Дворф строго глянул на него и пояснил:

– Именно. Ежели они не дуры – а они не дуры, раз пошли добровольно – то и отношение к ним будет нормальное. Посидят пару часиков в герцогских покоях – а даже если и в тюремных камерах, не растают, не сахарные – и спокойно к нам вернутся вместе с вампиром. Уж ему-то герцогский статус явно будет до одного места, – дворф ненадолго задумался, после чего добавил: – А мы, пожалуй, давайте-ка заранее вещи соберем, на всякий пожарный…

* * *

За грубым толчком последовала ругань и неприятно ударивший по ушам скрип железной решетки.

– Да уж, так меня еще нигде не встречали, – пробормотала Мирия, осматривая грязную и темную камеру, в которой оказалась.

А ведь начиналось-то все неплохо – герцог не только выслушал оправдания Альвиры, но и пообещал устроить полноценное следствие, на время которого обязался поселить девушек в приличных покоях. Затем была недолгая поездка до замка и даже приглашение на ужин. Но тут один из рыцарей – как раз тот, что отчитывал их еще на площади – вновь решил продемонстрировать свое желание выслужиться перед хозяином, а потому, сославшись на этикет, сдернул со зверодевушки и охотницы капюшоны. И если для второй это обернулось дополнительными сальными взглядами, то для первой…

Мирия уже давно привыкла к взглядам похоти – от мужчин, и ненависти – от женщин. К взглядам, полным страха – от наслушавшихся сказок молодых, и профессионально-оценивающим – от более опытных наемников. Да даже ко взглядам пренебрежительным, какие имелись у самых прибыльных заказчиков, она привыкла. Но герцог ее удивил. Его взгляд выражал неподдельное отвращение.

– Это еще что такое?! Что ты за дрянь?! Мутант! – завизжал тогда герцог, не заметив, что отвечает на свой же вопрос. – Очередное отродье! Стража! В темницу ее, сейчас же!

С учетом как численного и магического преимущества, так и того, что ее подруги у герцога такой реакции не вызвали, зверодевушка сопротивляться не стала. Неприятно было лишиться оружия, да и «покои» не радовали, но это в любом случае лучше, чем попытка ввязаться в проигрышный бой.

Со вздохом отвернувшись от решетки, зверодевушка сразу же посмотрела на своего соседа по клетке – тот сидел в углу с закрытыми глазами, закутанный в какие-то тряпки и больше похожий на мертвеца, однако дыхание выдавало в нем жизнь. Почувствовав на себе пристальный взгляд, он все же открыл глаза и осмотрел Мирию с ног до головы, сразу же задержав взгляд на ее ушах.

– Что, у тебя они тоже вызывают отвращение? – зверодевушка недовольно приподняла бровь, скрестив руки на груди.

– Нет, вовсе нет. Я же не человек, чтобы ненавидеть другие расы только за их отличия. Просто твой вид я вижу впервые, – отозвался пленник на удивление мелодичным голосом.

Стоило ему подойти поближе, и зверодевушка с удивлением поняла, что это не пленник, а пленница. Перед ней стояла молоденькая миниатюрная девушка с коротко остриженными волосами, цвет которых было практически невозможно угадать из-за налипшей грязи – но, вероятно, когда-то они были светлыми. Тонкие черты лица сочетались с большими, «вечно детскими», глазами зеленого цвета, рядом с которыми проходили едва заметные, практически выцветшие, линии татуировок. Завершали картину заостренные уши, которые и избавили зверодевушку от последних сомнений – перед ней стояла эльфийка. Припомнив, чему однажды научил ее наставник, Мирия постаралась изящно поклониться, приложив одну руку к сердцу, а вторую отведя в сторону, при этом держа ладонь раскрытой в сторону собеседницы. Глаза эльфийки расширились от удивления, но секундой позже она вернула поклон, причем даже подранные тряпки, заменявшие ей одежду, не смогли лишить его элегантности – у самой Мирии движения получилось гораздо более неуклюжими.

– Я очень рада видеть здесь того, кого однажды мои братья или сестры признали другом, – эльфийка тепло улыбнулась, а в ее голосе стало еще больше красок и мелодий.

– Я… на самом деле, этот жест доверили моему наставнику, а он уже поделился им со мной. Впрочем, я эльфов никогда не обижала, поскольку до этого момента с ними… вами, то есть, не встречалась, – почему-то искренняя радость эльфийки заставила зверодевушку засмущаться и почувствовать себя обманщицей. Однако ее собеседница ничуть не расстроилась.

– Ты не только знаешь этот поклон, но и сознательно решила уважить меня им, хотя не была обязана. А это дорогого стоит в том месте, где даже обычное сострадание – великая редкость, а порой даже преступление.

– Вот как… хм, ладно. То есть, я просто хотела уточнить. Меня зовут Мирия, я из рода Заячьих. Моего наставника зовут Атрокит, он из рода Кошачьих. Мы оба принадлежим к расе зверолюдей, которая обитает… – зверодевушка быстро попыталась скомпоновать все отрывки географических знаний, – далеко на северо-западе отсюда.

– Рада познакомиться с тобой, Мирия. Мое имя звучит как Эфириэль. Я принадлежу лесам, что располагаются к северу от этих земель – к сожалению, тоже весьма далеко.

Внезапно эльфийка закашлялась и зябко передернула плечами, после чего вернулась на свое место и вновь закуталась в грязные тряпки.

– Тебе холодно? – Мирия, хоть и была легко одета, чувствовала только легкую прохладу.

– Не совсем… это сложно объяснить не эльфу. Я сижу тут уже больше месяца, не имея доступа ни к мане, ни к деревьям. А для эльфа это невыносимо… грустно, холодно, страшно – все вместе. Кхе-кхе, – Эфириэль вновь закашлялась, показав заодно свой ошейник – блокиратор магии.

– И за что ты сюда попала? – зверодевушка присела рядом с новой знакомой. На секунду ей показалось, что эльфийка собирается ее обнять, но вместо этого та прикоснулась к ее правому бедру.

– Тепло, – прошептала эльфийка.

Порывшись, Мирия выудила оттуда один мелкий и практически разряженный амулет – собственно, по этим двум причинам охранники и не отобрали его. Протянув амулет эльфийке, зверодевушка увидела, как та судорожно прижимает его к своей груди.

– Прости, это было грубо, – заметив ее взгляд, Эфириэль слегка смутилась и протянула амулет хозяйке. – Я не смогла удержаться, прости.

– Да все в порядке, можешь держать у себя, сколько нужно, – отмахнулась Мирия, заметив вновь появившуюся на лице эльфийки улыбку. – Лучше расскажи, как ты сюда попала, если твой лес так далеко?

– Был бой… Один из множества, какие постоянно происходят у нас с людьми, которые все пытаются уничтожить наш лес. Мой отряд попал в засаду, и хоть большинству удалось отступить, я попала в плен. Дальше был невольничий рынок, несколько хозяев… Последним оказался какой-то проезжий граф, который и отправил меня в виде подарка своей дальней родственнице. Так я и оказалась тут, – Эфириэль говорила слегка отстраненно, просто пересказывая события, и не выдавала эмоций, но Мирия прекрасно понимала, что она чувствует.

– Странно… Подарки, если они, конечно, нравятся, обычно берегут, а не оставляют в подобных местах, – зверодевушка задорно хмыкнула – эльфийке не нужно было сочувствие, по крайней мере, сейчас. – Хотя кому вообще придет в голову дарить живого чело… эльфа? Тот герцог часом не помутился рассудком?

– Не думаю. Он точно знал, что бывшую хозяйку этого замка такой подарок заинтересует. Просто она умерла спустя день после того, как я прибыла – вроде даже от старости. А нынешний герцог сразу приказал запереть меня здесь. Впрочем, я могу его понять.

– Серьезно? – Мирия с удивлением покосилась на эльфийку, размышляя, было ли сказанное признаком излишней доброты или недостаточной самооценки. – Я вот не могу. Что ты, что я весьма похожи на людей. Извини, если вдруг для тебя такое сравнение оскорбительно. А он, только увидев меня, начал визжать, как свинья, и мутантом обзываться.

– Я ничуть не оправдываю его, а просто догадываюсь о причинах такой ненависти. Тут дело в принципе – он не желает видеть никого, кто хоть немного отличается от людей, и в мести – тех, кого видит, сразу хочет убить. Другие заключенные поведали мне, что у герцогини, возможно, в силу почтенного для людей возраста, возникли странные предпочтения, а участвовать в их осуществлении приходилось не только пленникам, но и самому герцогу. Поэтому-то он теперь, как я слышала, выбирает только человеческих женщин…

– Вот как… хм… – зверодевушка ненадолго задумалась. – Впрочем, это все равно не повод держать нас здесь. Не нравимся – так вышвырнул бы из замка. Но он, кажется, еще и убить нас хочет, хотя виновата-то только его женушка… Кстати, ты говорила, что здесь еще есть пленники? Странно, но я пока никого не слышала.

Заметив, как Мирия шевелила ушами, эльфийка заинтересованно покосилась на них, но предпочла ответить на вопрос.

– Они в дальних камерах, за углом. Раньше мы могли переговариваться цепочкой – теперь же из восьми осталось только трое: я, тифлинг и химера. Скимрюку казнили практически сразу – при виде нее герцог аж дрожал, и был полон страха, злости и отвращения. Хотя ее вины-то ни в чем не было… Орчанку казнили второй – за попытку побега, за ней была неяда, которая как-то смогла наколдовать потоп. А затем о нас, кажется, просто забыли… В итоге заболела вначале безликая, а после ушла и дворфийка – но последняя и так продержалась дольше всех, больше двух лет, по ее словам, – Эфириэль закончила объяснение тихим вздохом по ушедшим, а вот Мирия злобно оскалилась.

Пусть она и не знала большую часть рас, но самого факта такого поведения герцога ей уже хватало – приговор был вынесен. Что же до исполнения – зверодевушка почему-то не сомневалась, что вампир только поддержит ее решение.

– Ты надеешься сбежать? – эльфийка быстро заметила ее гримасу. – Это не так просто, как кажется.

– Бежать? Вот еще, – зверодевушка надменно фыркнула. – Я намерена нанести визит герцогу, если его, конечно, не прихлопнут до этого!.. А если серьезно – то герцогу очень не повезло нарваться на нашу компанию. У меня есть спутники, и для одного из них ни титулы, ни охрана не имеют значения. Поэтому могу ставить на то, что еще до рассвета мы будем на свободе. И под «мы» я подразумеваю тебя тоже. Да и тех двоих, кем бы они ни были. Никто не должен сидеть в тюрьме только потому, что этого желает какая-то мразь, обладающая властью.

В глазах эльфийки засветилась надежда, но она предпочла выдохнуть и взять свои эмоции под контроль.

– Я буду рада, если так произойдет. И очень благодарна, – тихо сказала Эфириэль, опустив голову. Не удержавшись, Мирия приобняла ее и не отпускала до тех пор, пока не услышала вначале крики, а затем и размеренный звук шагов на лестнице.

«Чтоб меня, а ведь это приятно! Приятно знать, что тебе есть кому помочь, что ты не одна против всех! Приятно иметь… да пусть даже не друга, а временного покровителя, но приятно же!» – внезапно пронеслось у нее в голове, когда в зоне видимости появились знакомые потоки крови…

* * *

«…Позволю все же себе заметить, что операция является крайне рискованной – лично я вообще не вижу абсолютно никакого смысла в том, чтобы закупать зерно по нынешним ценам, к тому же в таких количествах, когда стоило бы подождать до начала жатвы. Однако, ежели вы, уважаемый Рейлих Трегаторский, желаете распорядиться вашими деньгами именно так – я воспротивиться желания не имею, долг есть долг. А потому сообщаю вам, что мои гонцы отправятся к ближайшим поставщикам через день от даты отправки сего послания. Желаю вам доброго здравия и тройной прибыли, а все остальное чтобы было по самым выгодным ценам. Ваш верный товарищ, Пирклиф Зенградский.

P.S. В какую сторону собираетесь, уважаемый? Ежели на северо-запад, то мои фрегаты могут оказать вам услугу сопровождения по разумным ценам».

Дочитав послание, Рейлих только хмыкнул – очередной «сообразительный товарищ», уже третий за сегодня, попался на заранее заброшенную удочку. Письмо улетело в стопку ему подобных, а в глазах купца вампир, как личность, вырос еще на несколько пунктов. Именно он предложил такой одновременно простой и гениальный план с тройным дном. Впрочем, простым план сейчас казался по большей части из-за того, что купец обладал нужной информацией – а вот будь он по другую сторону, то и сам вряд ли смог бы такой разглядеть. Вампир, иномирянин… Даже несмотря на отсутствие свободного времени, Рейлиха часто посещали мысли о его неожиданном компаньоне – еще бы, завалился незнамо кто незнамо откуда и начал приказы диктовать. Большая часть людей, без сомнения, попыталась бы оказать сопротивление – хотя бы для того, чтобы проверить границы, в которые их пытаются запереть – но купец этого не сделал. Причиной же тому стало шестое чувство, или же интуиция, которая выработалась за годы охоты на диких зверей и переговоров с лишь чуть менее дикими, но гораздо более опасными торговыми партнерами. Не раз и не два убеждавшийся в ее верности торговец всегда старался прислушиваться к ней, даже если порой это казалось невыгодным или глупым. Когда же при виде вампира интуиция дурным голосом заорала «Подчинись!» – Рейлих именно так и сделал, что, судя по информации, собранной им за это время, спасло ему жизнь. Новый игрок, как про себя называл он вампира, оказался хищником высшего ранга. Невероятная сила, острый ум, осведомленность едва ли не о каждом событии в городе – все вкупе произвело, да, впрочем, и продолжало производить на купца неизгладимое впечатление. А потому глупым попыткам сбежать или как-либо еще разорвать их отношения он предпочел другой вариант. Усмехнувшись, купец мысленно похвалил себя за сообразительность и вернулся к работе.

– Насколько сильно может помешать нашим планам процесс выбора нового герцога? И кто наиболее вероятный кандидат? – вампир, как, впрочем, и обычно, появился в комнате совершенно внезапно и без приглашения. Купец уже привычным движением вернул кинжал на место и убрал руку с сердца.

– Хоть бы раз воспользовался дверью, хоть бы раз… Кхм, кхм. А этот тебе чем помешал, если не секрет? – уже громче поинтересовался он, повернувшись к Мисту.

– Во-первых, он взял под стражу нескольких членов моего отряда, выдвинув какое-то наспех сфабрикованное обвинение, чем и привлек мое внимание.

«Не жилец», – тут же промелькнуло в голове у купца, продолжавшего внимательно слушать.

– А, во-вторых, насколько я понял – он всего лишь мальчишка без опыта самостоятельного управления землями, да еще и с поломанной психикой вкупе с излишне явными фетишами и фобиями. Бестолковый и бесполезный. Думаю, среди других кандидатов найдется и кто-то поприличнее. Так что?

– Кхм, дай подумать немного… Когда герцог умрет? – Рейлих покосился на вампира, уже привычно перечитывающего его, купца, письма.

– Сегодня ночью.

– Кхм. Ну, собственно говоря, нашим краткосрочным целям точно ничего не угрожает – пока новости дойдут до короля и наследников, пока они съедутся в столицу… тут минимум дюжина дней пройдет. Потом, как водится, пойдут препирательства и закулисные интриги – однако, если вскоре король узнает о войне, то он наверняка объявит герцогство наградой тому из наследников, кто лучше проявит себя в бою. Ну, а коли, по твоим словам, война начнется через полтора-два месяца, то мешать нам будет некому. Все это время кресло герцога будет занимать временный регент, а он особо высовываться не станет, скорее, попытается быстро и незаметно набить себе карманы, – Рейлих вытер платком вспотевший лоб. Здоровая реакция организма на появление вампира. По крайней мере, Рейлих надеялся, что здоровая.

– Чудесно. В таком случае я разберусь с герцогом и сегодня же покину город. Оставляю тебе кровавого клона, через него сможем общаться, письменно. Перед отбытием еще завезу Вайотту – ну, с ней ты уже знаком. В остальном же – все в силе. Будем связываться по необходимости, но я думаю, что ты прекрасно со всем справишься. Вопросы?

– Не имею. Хотя… точнее, я просто хотел уточнить – ты же знаешь, что у герцога, кроме счета в банке, и своя казна в замке имеется?

Довольный смешок оповестил купца о том, что вампир об этом знает.

– О казне я позабочусь. Часть денег оставлю тебе, остальное пойдет на походные расходы. Но мне нравится столь быстрый ход твоих мыслей! – Мист покровительственно похлопал купца по плечу. – Ну, не будем терять время. Удачи, партнер!

Поглядев на то место, где еще секунду назад стоял вампир, купец позволил себе нервный смешок и вернулся к документам, которые немного разметало потоками воздуха. Мысленно прокручивая их разговор, он припомнил, как звучало описание герцога из уст вампира. «Бестолковый и бесполезный». Теперь Рейлих был точно уверен в выбранном пути. Он будет работать столько, сколько потребуется, чтобы никогда не услышать эти два слова в качестве своей характеристики.

* * *

Зависнув высоко в воздухе, вампир с легкой задумчивостью смотрел на замок, машинально подмечая мелкие детали. Потемневший камень донжона и внутренних стен сразу же выдавал их старость. А чуть дальше расположилось нагромождение деревянных построек, явно демонстрирующее скорость и небрежность их возведения – поначалу они принадлежали приезжим купцам и крестьянам, и только позже перешли в полноценное владение к правителю этих земель и достались слугам. На стенах были заметны черные отметки копоти, трещины, а подчас и другой тип кладки, который обозначал места обвалов – в давние времена крепость пережила не одну и не две осады. Впрочем, подобное прошлое было у любого замка, расположенного в мало-мальски населенном месте, а потому вампира не слишком заинтересовало. Гораздо больше внимания он уделял времени нынешнему – а сейчас крепость была далеко не в самом боеспособном состоянии. И все же препятствия имелись.

Во-первых, стражники – в планы вампира не входило их массовое убийство, а значит, на них придется потратить намного больше времени, чем в обратном случае. Во-вторых, магическая сигнализация, в наличии которой вампир не сомневался, и которая делала необходимым «в-третьих» – магов. Их вампиру и нужно было вывести из боя первыми.

Приземлившись на крышу замка, он просканировал большую его часть. Девять человек находились в донжоне – фаворитки, Альвира с Вайоттой и два стражника. По коридорам прогуливалось еще около тридцати меток, но определить, есть ли среди них маги, вампир не мог, хотя и подозревал, что большая часть – слуги. Причиной же их быстрого перемещения туда-сюда был пир, который шел в большом зале и привлек больше полусотни человек – туда-то Мист и направился. Из бассейна, расположившегося среди облаков, к нему притянулось несколько потоков крови, которые и стали основным оружием. Просканировав местность еще раз, вампир активировал ускорение и атаковал.

Люди, которые тогда спокойно наслаждались пищей и россказнями соседей, позже будут вспоминать этот момент как самое невероятное и страшное событие в их жизни. Одновременно с обеих сторон зала окна разлетелись мириадами осколков, а внутрь хлынули литры крови. Практически не задерживаясь, они разделились и, словно юркие змеи, набросились на всех присутствовавших, создав у них на головах подобие коконов. Вскочившие со своим мест рыцари хаотично носились по залу, сбивая друг друга и слуг, в попытках снять с головы барьер, в котором постепенно становилось все меньше и меньше воздуха. В свою очередь, маги вносили еще больше хаоса, посылая заклинания направо и налево – благо они быстро были изолированы от остальных коконами больших размеров. Через три минуты в зале наступила тишина, и только вампир спокойно шагал по столу, лениво осматривая бессознательные тела. Найдя наконец нужное, он задержался, несколько минут пристально вглядываясь ему в глаза, после чего тело отправилось в полет. Завершился он на высоте трех метров у противоположной стены, однако упасть телу не дали семь мечей, брошенных с такой силой, что они буквально пригвоздили труп к каменной кладке. Достав из-за пояса кинжал, подаренный Браммирой, вампир пробормотал слова благодарности и направил его на свою инсталляцию. Дикий огненный поток превратил тело герцога в горящий факел, заодно захватив и громадный гобелен на стене – на этом вампирская интервенция подошла к концу.

Разобравшись с герцогом, Мист первым делом вернулся обратно на крышу. К замку со всех сторон спешили стражники, но вампиру было не до них – в нижней части донжона его ждала казна, а в верхней – две спутницы. С казной, как, впрочем, и с девушками, никаких сложностей не возникло – пробив пару стен в обоих случаях, он получил желаемое, которое затем просто поднял до уровня облаков. Оставалась только Мирия, но вампир рассчитал все правильно, так что тюрьму, которая находилась на другом конце замка, уже никто не охранял. Под звуки криков и рев набирающего силу огня, он спокойным шагом миновал несколько пустых коридоров и спустился в подземелье.

* * *

– Наконец-то! – не удержалась Мирия, заметив вампира.

– Что, неужели так сильно соскучилась? – он наигранно поднял бровь.

– До жути! – ехидно ответила зверодевушка, быстро добавив уже нормальным тоном: – Я и правда рада тебя видеть.

– Приятно слышать, – Мист тоже вернулся к своей спокойной улыбке. – Хотя, смотрю, ты времени зря не теряла и уже нашла себе новую подругу – познакомишь нас?

– Конечно! Это – Эфириэль, – зверодевушка слегка выдвинула знакомую вперед. – Она эль…

– … фийка, – закончил за нее вампир. – А дальше тифлинг… или правильнее сказать – тифлингесса? Хотя не уверен насчет грамматики… А вот кто последняя?

– Эфириэль назвала ее химерой. Слушай, мы же можем их всех взять с собой?

– Можем, – усмехнулся вампир, решив оставить знакомство на потом.

– Отлично! – засияла зверодевушка. – Кстати, насчет владельца этого замка…

– А что насчет трупа владельца этого замка? – изобразил искренний интерес вампир. Мирия качнула головой и не удержалась от улыбки.

– Да нет, уже ничего. Пора отсюда сваливать?

– Давно пора.

Одновременно со словами вампира, кровавое лезвие срезало замок, после чего дверь клетки медленно отворилась. На этот раз противный скрип металла прозвучал для Мирии донельзя празднично и приятно.

ГЛАВА 21. ЛУЧШИЙ СПОСОБ ПОЗНАКОМИТЬСЯ И ИСТОРИЯ О ГЛУПОЙ ЭЛЬФИЙКЕ

12 Третьего месяца тепла 3127 года, ночь

Покинуть владения герцога оказалось несложной задачей – пожар занимал стражников гораздо больше, чем трое практически бесшумно передвигавшихся существ на другом конце замка. Ну, а оказавшись под открытым небом, вампир просто создал кровавую платформу и поднял всех в воздух. Пока эльфийка удивлялась контролю крови и полету на такой высоте, а зверодевушка разбиралась с вернувшимся к ней снаряжением, вампир с интересом рассматривал двух других пленниц, которые пока что так и не пришли в сознание.

Первой была тифлинг – синеватая кожа, два крепких рога длинною в ладонь и мощный полутораметровый хвост не оставляли сомнений в ее расовой принадлежности. Сорвав с нее те лохмотья, что в подземельях замка считались за одежду, вампир с интересом осмотрел тело девушки. Несмотря на минимум отличий в строении от человеческого, взгляду вампира нашлось за что зацепиться. Первыми привлекли внимание татуировки, расходившиеся от сердца в разные стороны, а вторым – тот факт, что, несмотря на рацион, состоявший в основном из воды и объедков стражников, тифлинг не выглядела похожей на скелет. Как и эльфийка, на теле которой тоже были выцветшие линии тату. Отметив эту закономерность, вампир сделал на ее руке небольшой надрез и слизал выступившую кровь.

– Простите, но что вы делаете? – сразу же раздался взволнованный голос эльфийки.

Машинально отметив ее бесшумную походку, вампир спокойно повернулся к ней.

– Провожу внешний осмотр тела и заодно проверяю состав крови – иными словами, я не делаю ничего, что могло бы ей навредить. А тебя что-то смущает, Эфириэль? – Мист посмотрел на нее невинными глазами. От неожиданности эльфийка даже не нашлась, что ответить, но на помощь ей пришла Мирия.

– Конечно же, смущает – она-то твои фокусы в первый раз видит! Лучше бы заранее предупредил, – Мирия повернулась к эльфийке. – Не беспокойся, он и правда не вредит ей. Просто у него вся магия завязана на крови, даже лечебная, вот это и выглядит так… неприятно, – дождавшись неуверенного кивка новой знакомой, зверодевушка вновь взглянула на вампира, задумчиво прищурившись. – А меня ты тоже резал, пока я без сознания валялась?

– Да нет, не было нужды – после боя на мне и так было достаточно твоей крови. А вообще, ты мне испортила забаву. Видела ее глаза? Я думал, она не сможет открыть их еще шире, а она смогла, – Мист ехидно покосился на недоумевающую Эфириэль. Зверодевушка фыркнула и поспешила рассказать эльфийке о странном чувстве юмора у ее спасителя. Вампир тем времен занялся второй неизвестной.

Химера название своей расы оправдывала полностью – тело девушки представляло собой дикую смесь различных животных, идея соединить которых могла прийти в голову только самому безумному ученому… или же эволюции. Тело девушки полностью покрывал короткий шерстяной покров, вероятно, доставшийся от льва. Однако многие уязвимые места, как-то: виски, шею, бока, низ живота, солнечное сплетение, область сердца, локти и колени прикрывала плотно сложенная змеиная чешуя. На спине имелись костяные наросты, защищающие позвоночник. Руки до запястий и ноги до лодыжек были покрыты черной шерстью, напоминая лисьи лапы, а все пальцы заканчивались невероятно острыми когтями, которым позавидовал бы и медоед – даже банальная пощечина от химеры закончилась бы снятым скальпом. Копна темно-рыжих волос не до конца скрывала типично кошачьи уши, из-за спины выглядывал гибкий пушистый хвост, а заглянув девушке в рот, вампир обнаружил там по четыре крупных клыка с каждой стороны, которые наверняка обеспечивали немалую силу хвата.

Впрочем, сейчас химера выглядела далеко не лучшим образом – на ней голодовка оставила весьма заметные следы. Шерсть потускнела и местами выпала, то же самое произошло и с частью чешуек. Большую часть ребер было видно невооруженным взглядом, а впалые щеки и глаза четко обозначали контуры черепа. Там, где раньше бугрились мышцы, можно было почти нащупать кости, а после снятия кандалов обнаружились болезненного вида проплешины. Собственно, сам факт их наличия, а заодно ширина и крепость цепей уже выдавали вампиру страх, который химера внушала в своем нормальном состоянии, что сильно контрастировало с ее нынешним видом.

– Она не говорила, сколько провела в том подземелье? – Мист повернулся к эльфийке. Та ненадолго задумалась.

– Кажется, где-то два с половиной… теперь уже три месяца. Но и до этого ей пришлось жить практически столько же в клетке у работорговцев, – ответив, Эфириэль обеспокоенно посмотрела на химеру. – Как думаете, она поправится? Я постараюсь помочь магией, если вы снимете с меня ошейник и у меня будет немного времени на отдых.

– Почти полгода… неплохо, – вампир призадумался, а затем покосился на Мирию. – Думаю, здоровая особь такой расы по силе будет близка к твоей звериной форме. Впрочем, не суть. Этой особи до здоровой еще далеко.

– Если ты прав, о воинах такой силы давно уже слагали бы легенды. А я ни одной такой не слышала, – с удивлением глянув на бывшую пленницу, отметила зверодевушка.

– Кажется, она говорила, что попала в наш мир всего год назад, – пояснила эльфийка.

– О, вот как, – вампир усмехнулся. – My fellow dimensional traveler, hah…

Эльфийка вопросительно покосилась на зверодевушку, но та только пожала плечами и скорчила забавную рожицу.

– Спелись, – Мист уловил пантомиму. – А всего-то пару часов в одной камере посидели. Ну да ладно. Эфириэль, – вампир вытянул вперед руку, будто приглашая эльфийку на танец. Несколько секунд недоумения – и она наконец подала ему свою миниатюрную ладонь. Появившийся порез не вызвал у нее особой реакции, а вот прикосновение губ и языка вампира заставили ее измениться в лице – вид существа, что смакует твою кровь, оказался эльфийке не слишком приятен. Впрочем, она удержалась от того, чтобы отдернуть руку, а он – чтобы взять больше, чем было бы прилично.

– Ты уверен, что это было необходимо? – Мирия и сама немного скривилась, заметив реакцию эльфийки.

– Конечно. Даже пара капель крови дают мне массу информации, так что для меня это лучший способ познакомиться с представителем неизвестной расы… – вампир облизал губы и насмешливо покосился на эльфийку. – Впрочем, только для меня. А вот тебе, кажется, не понравились мои манеры. Ох, как скривилась. Что, мне стоит извиниться?

– Нет, что вы. На деле извиниться стоит мне – я не только не поблагодарила вас за свое спасение, но еще и посмела выразить недовольство вашими традициями знакомства, – Эфириэль прикрыла глаза и уважительно склонилась. – Прошу простить мне мою грубость. Я не хотела вас оскорбить – просто немного устала. И я от всего сердца благодарю вас за свое спасение и буду рада отплатить в меру своих возможностей.

– Вот как? И чем же ты сможешь мне отплатить? – Мист снисходительно осмотрел эльфийку с головы до ног. Сейчас все ее имущество представляло собой антимагический ошейник, рабский браслет и тряпки, едва прикрывавшие тело. Заметив его взгляд, Эфириэль смутилась, но быстро взяла себя в руки.

– Вы правы, сейчас я могу предложить только свое слово и свое тело… – эльфийка зацепилась взглядом за выцветшие линии тату, грязь и царапины, – …но не думаю, что этого будет достаточно. Однако, если вы сопроводите меня до моего леса, то я смогу расплатиться достойно – драгоценными металлами, камнями, амулетами… – Эфириэль осеклась, заметив на лице вампира тень скуки. «Неужели он настолько богат, что его такое совсем не привлекает? Я же не справлюсь без помощи!» – молнией пронеслось в голове у эльфийки. Прикусив губу, после небольшой паузы она добавила: – А еще я могу попросить для вас позволение посетить наш источник.

– О, источник? – теперь лицо вампира выражало легкий, почти вежливый, интерес. – И что же он мне даст?

– Вы… ну, вы, верно, слышали различные легенды… источник сможет усилить вашу магию, точнее, я не знаю точно, как это сработает конкретно на вас – до этого я никогда не слышала о магах, что используют кровь… но, вероятно, вы сможете контролировать больший объем или еще что-то – это индивидуально для каждого мага, результат сложно предсказать, но он всегда в пользу мага…

– По рукам.

– Что? – эльфийка недоуменно посмотрела на вампира, на вытянутой ладони которого уже красовался свежий порез. Теперь она отчетливо чувствовала жадность, скрытую, но именно такую, что проявилась бы у любого мага, услышь он ее предложение.

– Я обязуюсь в двухмесячный срок вернуть тебя в лес целой и невредимой. Ты обязуешься провести меня к вашему источнику. Договор такого уровня традиционно принято скреплять кровью, – вампир протянул ей кинжал. Эльфийка колебалась не долго – и вскоре они пожали друг другу руки.

– Отлично. Эй, Мирия, хочешь услышать интересную историю? – стоило вампиру произнести эти слова, как Эфириэль приоткрыла рот от удивления. Жадность, которой несло от него секунду назад, исчезла, будто ее и не было вовсе. Не обращая внимания на эльфийку, Мист обернулся к зверодевушке, не успевшей даже ответить, и начал свой рассказ, неожиданно заговорив хорошо поставленным голосом.

– Это будет история о глупой-преглупой эльфийке. Жила-была одна такая в том эльфийском лесу, что стоит через два королевства на север отсюда. Родилась она в семье среднего достатка – достаточно благородной, чтобы вырастить ее воспитанной и начитанной – но недостаточно, чтобы защитить от вступления в армию. Или партизанский отряд. Или нечто среднее, что может быть только у эльфов. В общем – в боевое подразделение. Ибо на тот момент у эльфов и людей шла очередная, уже и неважно, какая по счету, война, – от такого пренебрежительного отношения к событиям, в которых гибли ее собратья, Эфириэль нахмурилась, но продолжала слушать.

– Сколько боев глупая эльфийка смогла продержаться, история умалчивает, но попала она по итогу в плен. Эльфы – для людей того королевства – товар уже привычный, рабские рынки имеются, и вот, эта глупая эльфийка оказалась в подземелье у одного нехорошего герцога, далеко-далеко от своего дома. Просидела она там долго, уже и не надеясь выбраться, но тут к ней в камеру закинули одну незнакомку. Ты, Мирия, возможно, с ней знакома. Так вот, оказалось, что герцог махнул лишнего, был убит, а за незнакомкой пришел незнакомец. И глупая эльфийка внезапно оказалась на свободе – вот только свобода эта была… весьма эфемерна. Ибо чтобы вернуться домой – глупой эльфийке нужно было в одиночку пересечь два вражеских королевства. И она поняла, что без помощи незнакомца ей не вернуться домой. Вот тут-то и начинается самое интересное, – обе девушки непонимающе переглянулись, но не стали перебивать вампира.

– Рабская жизнь уже давно позволила ей узнать цену даже собственного тела, которое она теперь считала крайне дешевым, а потому, кроме него, она предлагала и золото, и драгоценности, и амулеты – но все никак не могла уговорить незнакомца. Если ты не знала, то эльфы – эмпаты, существа, которые могут видеть чужие эмоции напрямую. Вот и эта глупая эльфийка видела, что незнакомцу ее предложения совсем не интересны. Расстроилась глупая эльфийка. И тут бы ей впору начать торговаться, обещать несметные богатства и уверять, что все эльфийские амулеты невероятно сильны – но нет. Ибо глупая эльфийка, несмотря на всю свою силу воли, не могла побороть жуткую тоску по родине. Предположив же, что незнакомец собирается с ней распрощаться, она до смерти перепугалась. А потому глупая эльфийка решилась на последнее средство, – последовала небольшая пауза. Эфириэль застыла и уставилась на вампира, словно кролик, загипнотизированный змеей. Вампир тем временем продолжал:

– Подумав, что перед ней стоит пусть и странный, но все же маг, она предложила ему доступ к магическому источнику, что скрыт в эльфийском лесу, и тут же согласилась скрепить договор кровью. Ты, Мирия, можешь спросить меня, что же это за источник такой – и я могу тебе ответить! Это настолько редкая штука, что даже среди магов – самой образованной касты в любом государстве, если что – о нем и его свойствах ходят только легенды. Ибо эльфы пускают к нему чужаков только в самых исключительных случаях. Даже среди самих эльфов доступ к источнику имеют далеко не все. По заверениям же этой глупой эльфийки, источник способен усилить мага, так что оно и понятно – или источника на всех не хватит, или хватит – но кто же тогда будет на побегушках, а? Поэтому среди эльфов есть некий совет, который и решает, кому можно предоставить доступ к источнику, а кому нет. Состоит он, понятное дело, из представителей знати, то бишь самых старых и сильных магов. Ну да рассказ не о них, а потому вернемся к эльфийке. Ты, Мирия, верно, хочешь уже знать, почему же я все время называю ее глупой? – обе девушки кивнули рефлекторно, хотя на эльфийку вампир даже не смотрел.

– Ну, вот послушай и посуди сама. Во-первых, эта глупая эльфийка поддалась своему страху и неверно оценила ситуацию – ведь незнакомец вообще не говорил, что собирается ее прогнать. А про доброту незнакомки, которая точно была бы против такого решения, глупая эльфийка вообще напрочь забыла, – зверодевушка покосилась на Эфириэль, которая пристыжено опустила голову. А вампир перечислял дальше:

– Но затем она сделала еще большую глупость – рассказала об источнике. А ведь это, по сути, была тайна эльфов, которой они делились лишь с избранными. Лично я даже подозреваю, что именно источник был основной причиной начала войны между людьми и эльфами. Просто по опыту знаю, что маг, дорвавшийся до источника силы, становится хуже самого жадного купца. Мысль о том, что там можно взять еще, не будет давать ему покоя всю жизнь. Поэтому весьма вероятно, что именно один из некогда «избранных» магов скормил королям и купцам полуправду о том, что сухопутная дорога на север будет экономически выгодна. Этим, по сути, он и начал первую войну, ну, а дальше пошло по накатанной – воевать люди всегда любили. Вряд ли с начала войны в лес пускали много чужаков, а глупая эльфийка просто взяла и выдала эту тайну какому-то незнакомцу. Просто представь, что было бы, если бы незнакомец взял и заявил бы об этой тайне во всеуслышание? Могу подсказать – жадные маги вместе с королевскими армиями вмиг перетерли бы в пыль что сам лес, что эльфов, – голос вампир внезапно стал ледяным. На эльфийку же было больно смотреть – бледная, словно смерть, она стояла с открытым ртом, неожиданно осознав правоту вампира. На этот раз он удостоил ее вниманием, и, ухмыльнувшись, продолжал:

– Ты, моя дорогая Мирия, верно, думаешь, что и этих двух причин уже достаточно, но я могу назвать тебе и третью. Тот, кто считает других глупцами, зачастую является глупцом еще большим. Видишь ли, на деле глупая эльфийка и сама ни разу не была в источнике. Все ее знания были почерпнуты из книг и рассказов. А значит, «попросить» для незнакомца доступ к источнику она, конечно же, могла – как, впрочем, наверняка и любой другой эльф – но получила бы гарантированный отказ. То бишь, она предложила награду, которую не сможет заплатить, в надежде лишь на то, что незнакомец окажется глупее ее. Увы, не оказался. Ах да, ну и последнее – хотя по сравнению с остальным это уже мелочь, но все же – глупая эльфийка заключила договор на крови, даже не поинтересовавшись его значением. В итоге, сейчас эта глупая эльфийка стоит перед тем незнакомцем и не может даже сдержать слезы, потому что ей не только показали уровень ее глупости, которая потенциально могла угробить всю ее рощу, но еще и поймали на банальной лжи.

На последних словах вампира эльфийка уже не выдержала и громко зарыдала, закрыв руками лицо. Вздохнув, зверодевушка подошла к Эфириэль и обняла ее, успокаивая.

– П-п-про… сти-и-те, – с трудом выдавила из себя эльфийка, и зарыдала еще громче, уткнувшись ей в плечо. – Я п-про-с-то… х-о-те-ел-а… д-о-ом-ой, п-п-про… сти-и-те… е-е-еня…

Так они и провели следующие пять минут: рыдающая эльфийка, крепко вцепившаяся в зверодевушку; зверодевушка, гладившая эльфийку по голове и бросавшая на вампира недовольные взгляды; и вампир, терпеливо ждущий, пока обе успокоятся.

– И чем же закончилась эта история? – хмуро поинтересовалась Мирия, когда эльфийка у нее на плече перестала всхлипывать. – А, и еще, незнакомка из этого рассказа с интересом бы послушала, что там за условия у кровавого договора. Ибо она в свое время тоже заключила один такой с тем незнакомцем, даже не поинтересовавшись толком его значением.

– Концовку еще предстоит подождать, но не думаю, что она будет плохой, – вампир спокойно улыбнулся. – Насчет клятвы, ну, если коротко – тому, кто не выполнит условие, я могу остановить сердце одним щелчком пальцев.

– А, всего-то, – Мирию ответ ничуть не удивил. – Дай угадаю, у меня, к примеру, возможности остановить твое сердце нет? Хотя, даже если бы и была, вряд ли это убило бы тебя…

– Угадала дважды – у тебя такой возможности нет, и остановка сердца меня бы не убила. По факту, клятва мне нужна, просто чтобы запугивать ею, а не мечом – никакой особой магии там нет. Я бы даже сказал, что она в принципе не может быть полностью рабочей – друг другу остановить сердца смогут только вампиры, но им же на это будет плевать. Смотрю, кстати, ты не особо испугалась, – вампир хмыкнул и, присмотревшись к эльфийке, снял с себя походную накидку.

– А чего тут пугаться? Я еще после первого нашего боя поняла, что ты можешь убить меня «по щелчку». И какая разница, будет это клинок или остановка сердца – не дрожать же мне рядом с тобой все время. К тому же я уже достаточно тебя знаю, чтобы кое-что понимать, – Мирия понизила голос, обнаружив, что эльфийка уснула у нее на плече.

– Переложи ее подальше, выбрось тряпки и укрой этим, – вампир протянул походную накидку, оставшись в своем черном плаще. – И что же ты обо мне поняла?

Зверодевушка последовала совету вампира и аккуратно уложила хрупкую эльфийку на появившееся кровавое ложе. Укрыв Эфириэль накидкой, она задумчиво провела по линиям ее тату, прежде чем ответить Мисту.

– Поняла, что ты не любишь одиночества. Ошиблась?

– Немного – я не люблю скуку, которую в моем положении вызывает именно одиночество.

– А, вот значит, как… – зверодевушка понятливо кивнула. – Ну да ладно. Ты лучше скажи, зачем девчонку напугал? Явно же не из-за того, что она соврала.

– Поверишь, если скажу, что для ее же блага? – вампир с интересом покосился на зверодевушку. Чуть помедлив, та кивнула.

– Поверю. Но буду рада, если объяснишь.

– Легко. Во-первых, ей будет полезно сбросить напряжение вместе со слезами. Похвально, конечно, что она держалась, но сейчас в этом смысла уже нет. А во-вторых, она действительно сделала глупость, проговорившись про этот источник. Мне-то усиливать нечего – и то я уже хочу там побывать, просто из интереса, а любой маг мог бы наворотить вполне реальных дел. Да и в целом за весь разговор она кучу всего выболтала – до нашей встречи я об эльфах практически ничего не знал, а сейчас могу диссертацию защищать. И ей крупно повезло, что она нарвалась на нас. Поэтому я и описал ей такую мрачную картину, чтобы в памяти отпечаталась. В будущем будет думать наперед, а лет, может, через сто полностью осознает, насколько большую услугу я ей оказал, и начнет считать меня лучшим другом. Напомнило мне про один случай – я когда-то принца заставил перед трупами его стражников прощение вымаливать, предварительно надавав пощечин. А через десять лет после того, как он взошел на престол, люди в его стране жили лучше, чем в любой из соседних. Знаешь, что он потом сделал при встрече?

– Что?

– Поблагодарил. За один из самых важных уроков в его жизни… Правда, когда он умер от старости, его наследнички передрались между собой и разорвали страну на части, но это уже другая история, – вампир ехидно оскалился и пожал плечами. Мирия недовольно фыркнула.

– Обязательно было все испортить под конец? Оставил бы меня в счастливом неведении. Эх. Кстати, а ты правда всю ту информацию получил только из разговора с ней? Про благородную семью и источник-то понятно, но как ты, к примеру, узнал, где находится ее лес?

– Посмотрел на карте, которую стребовал с купца, – ухмыльнулся вампир. – От него же узнал про длительность жизни и войну. А все остальное – да, из разговора.

– Ого. Впечатляет. Слушай, а карта у тебя при себе? Я бы глянула, чтобы хоть приблизительно понимать, где мы находимся, – явно заинтересовалась Мирия.

– Карта этого региона, там не обозначены ни вы, ни даже дворфы.

– А, ну ладно, – разочарованно протянула зверодевушка. – Кстати, мне кажется, или мы как-то уж слишком медленно летим?

– Не кажется. Просто вместе с нами я передвигаю и все части кровавого бассейна, а когда они так разбросаны, на скорость рассчитывать на приходится. Вайотту и часть казны герцога, которую я реквизировал в счет, так сказать, моральной компенсации, я доставил купцу, а остальные уже ждут нас на удобной поляне в паре десятков километров от города.

– И куда потом? В столицу? К королю?

– Именно. Все по плану.

– Не сомневаюсь, что ты к нему пойдешь… но мне просто интересно, как ты убедишь его тебе поверить? – зверодевушка с интересом покосилась на вампира.

– О, у меня уже есть интересный вариант. Но пусть он будет сюрпризом, – ехидно оскалился вампир.

ГЛАВА 22. ОЧЕНЬ ПЛОХОЙ МАЛЬЧИК, ДОМАШНЯЯ ДЕВОЧКА И ЛЮБОВЬ К КОШКАМ

10 Третьего месяца тепла 3127 года, день

«Мне снова не видно его лица. Очередной трус. A я никогда своего лица не прячу. Я же не трус. Не понимаю иx. Ведь это так приятно, когда в последние мгновения жизни кто-то смотрит прямо тебе в глаза. Не на иллюзию или бесформенную маску, а именно на тебя. Признает твое существование и, главное, превосходство!..»

– Локус! Ты все запомнил? – жесткий женский голос вернул его в реальность. Она всегда знала, когда он отвлекается. Она же его Мамочка.

– Конечно, Мамочка. Граф Эраэльский – это моя цель. Основная. Его брат – второстепенная. Будет тридцать рыцарей охраны. Конный отряд. Удобнее всего подловить в Яром лесу. Я всегда слушаю тебя внимательно, Мамочка.

– Хорошо, Локус. Я знала, что ты плохой. Очень плохой. Самый худший. Можешь идти готовиться, – голос потеплел, да и к тому же сделал ему несколько комплиментов – Локус расплылся в улыбке.

– Послушайте, а он точно надежен? За такие деньги мне нужны стопроцентные гарантии, – недовольно пробормотал заказчик. Локус обжег взглядом перегородку. Если бы не она – ему хватило бы и секунды, чтобы переубедить этого урода, который посмел сомневаться в нем. Но женщина улыбнулась и кивнула на дверь – а значит, Локусу не нужно задерживаться.

– Для вашего заказа он подходит лучше всего… – услышал Локус, прежде чем закрыть дверь и улыбнулся – Мамочка всегда его защищала.

Стоило ему пройти по темному коридору и выйти в общий зал, как на него тут же уставились восемь пар глаз. Но ненастоящих – иллюзорных. А иллюзорные глаза всегда жутко бесили его.

Это была одна из причин, почему он так и не подружился ни с кем из Старой Гвардии. Все сидевшие за столами были мужчинами – что и неудивительно, поскольку их в первом наборе было большинство. Все они кутались в различные тряпки темных цветов, большинство даже в помещении сидело в походных плащах. Все они были старше него, все они работали за баснословные, как любила выражаться Мамочка, деньги, и все они являлись профессионалами – такими, что даже Локус не смог бы одолеть больше двух сразу.

Сам же Локус от них сильно отличался. На вид ему иногда давали тринадцать, иногда четырнадцать, хотя шестнадцать зим уже было у него за спиной. Обезличиванию себя черными тряпками он предпочитал легкую зеленую рубаху, кожаные штаны и два пояса. На первом красовались именные кинжалы – «Пырво» и «Зрак», давно уже ставшие продолжением его рук – на втором же просто метательные ножи, которые было не жалко потратить. Лицо Локус не закрывал никогда. За это не раз видел листовки с наградой за свою голову, да вот беда – ничего примечательного в нем не было: поставь его в ряд с обычными деревенскими пацанами – и у каждого второго будет такой же нос, а у каждого первого – скулы. Про растрепанные волосы цвета грязи можно было даже не упоминать, а неумехи художники – умелые-то зарабатывали своими картинами, а не работой на стражу – портили образ еще сильнее. Так что, даже когда он пару раз подходил с листовкой к стражникам и спрашивал: «А кто это такой, господин стражник?» – ни один из служивых не дал правильным ответом повода себя прирезать, а потому такое занятие Локусу быстро наскучило. Что же касается денег – Мамочка всегда давала ему нужную сумму на расходы для снаряжения, а ни для чего другого они ему были не нужны. Самым же большим различием между Старой Гвардией и Локусом было именно отношение к убийствам. Для них это была лишь работа, а для него – жизнь.

Не став задерживаться в зале, он прошествовал до своей комнаты. Около нее уже ждала девчонка лет десяти, детскую красоту которой портили два незаживающих пореза на щеках – она обновляла их еженедельно.

– Привет, большой братец! Как там Мамочка? – радостно заулыбалась она при виде Локуса.

– Мамочка занята, – юноша, наученный однажды болезненным опытом, замедлил шаг и внимательно посмотрел под ноги. – Ты опять вредительствуешь?

– Нет, что ты! Просто хотела с тобой повидаться! Ты что, не веришь мне, большой братец? – девчонка попыталась надуться – получилось не очень. А после четкого «нет» от Локуса она не удержалась от жизнерадостного смеха. – И правильно, Мамочка сказала, что мне нельзя верить даже себе, только ей. Ну, бывай, большой братец, рада была повидаться!

Посмотрев вслед беззаботно упрыгавшей девчонке, Локус зашел в свою комнату и не успокоился, пока не нашел кусок битого стекла у себя на кровати.

«Когда она додумается, что прятать можно не один, а больше, старуха-лекарша точно ее прибьет», – немного рассеяно подумал юноша, пытаясь дотянуться до перевязей с дополнительными ножами, оставленных им под кроватью. Рука нащупала какой-то камушек, попытавшись сдавить который, юноша почувствовал укол в палец. «Додумалась-таки! Такая мелкая, а хочет забрать у меня статус худшего! Не позволю! Пожалуюсь Мамочке, и та ее утихомирит на недельку. Я, и только я имею право быть здесь худшим из худших!» – раздраженно пронеслось в голове у парня, после чего он достал-таки ножи и занялся подготовкой к миссии. Нельзя же ему подвести Мамочку.

* * *

12 Третьего месяца тепла 3127 года, день

Прошел всего час с того момента, как вампир выбрал удобную полянку для привала, а небо затянулось тучами и начал моросить противный дождь. С легким неудовольствием посмотрев на эту картину – час назад же дуло совсем в другом направлении, какого лешего ветер так резко переменился? – вампир предпочел не создавать массивный купол, который мог привлечь лишнее внимание, а потому просто поставил несколько банальных шатров из крови. Те, кто не желал промокнуть – а это все, кроме Мирии – с удобством в них разместились. Зверодевушка же разделась донага и, отойдя немного дальше в лес, радостно подставляла каплям тело. Больше всего этот жест понравился Альвире, с завидным постоянством выглядывавшей из палатки, но даже она этого не поняла – при наличии такого количества магов душ можно было принять в любой момент. Вампир же вспомнил кое-что из давних рассказов зверодевушки. Уважительно хмыкнув, он пробормотал: «Лучше так, чем аутоагрессия» и что-то про тешащееся дитя, после чего скрылся в своем шатре.

Впрочем, вскоре его одиночество было нарушено – внутрь вошла слегка промокнувшая эльфийка, понуро опустив голову.

– Эм… Альвира сказала, что вы хотели поговорить со мной, как только я проснусь. Ну… я проснулась, – Эфириэль переминалась с ноги на ногу и не решалась подойти ближе к вампиру, сидевшему за столом.

– Уверена? А может, ты просто гуляешь во сне? – Мист прищурился и задумчиво взглянул на эльфийку. Пока та лихорадочно думала, как ей ответить, он уже лениво махнул рукой. – Ладно, расслабься. Я не думал, что все настолько запущено. Дай угадаю, ты ведь, даже побывав на войне, еще никого не убивала? И, вероятнее всего, именно из-за этого и попала в плен?

– Ну… я была магом поддержки – накладывала щиты во время боя, лечила после. Как-то не приходилось…

– Не оправдывайся – в общем-то, не иметь за собой трупов гораздо более нормально, чем иметь… Просто не для этого времени. Ты опережаешь график веков этак на пять, при лучшем раскладе. В общем-то, меня теперь интересует другое – как ты пережила рабство и тюрьму, не получив толком ни физических, ни, что еще более удивительно, психологических травм. Ведь сейчас ты, по сути, все такая же домашняя девочка, какой и была в своем лесу. Это как-то связано с эмпатией или тату на твоем теле?

– Ну… да. В общем, я могу не только читать чужие эмоции, но и лучше контролировать свои… как, впрочем, и все эльфы. А потому большую часть времени я их и приглушала… а без эмоций воспоминания выходят нечеткими и быстро забываются. Вы ведь тоже эмпат, понимаете, о чем я?

– Во-первых, не вы, а ты. Во-вторых – понимаю, хотя и не сказал бы, что такой навык обычно входил в базовый набор эмпата в моем мире. Ну да ладно. А что с тату?

– Базовый набор, э… Гхм, тату – в них накапливается мана на крайний случай. Обычно она нужна для сильного заклинания, но в тюрьме она поддерживала во мне жизнь, даже когда приходилось голодать. У Бишты тоже такие есть, но у нее маны было меньше. Если бы не запас, мы обе выглядели бы как Джумира, – эльфийка поежилась от такой мысли. Вампир же запомнил имена тифлинга и химеры. Кстати насчет последней – глаза Миста чуть скосились в сторону палатки, где уложили бывших пленниц.

– Понятно. Значит, я правильно сделал, попросив своих спутников избавить тебя от амулета и браслета сразу же по прибытии. Как я погляжу, твои тату уже начали накапливать новый запас.

– Да… да, – эльфийка резко погрустнела, неверно интерпретировав слова вампира. – Я… я бы хотела извиниться за свою наглую ложь… Я понимаю, что вы… что ты вряд ли согласишься… Но я… я бы хотела попросить…

– Я не отказывался от своего обещания. А ты не сможешь отказаться от своего. Поэтому, как я и сказал, я доставлю тебя в лес. Ну, а тебе нужно всего лишь привести меня к источнику – в тексте клятвы ничего не было сказано про разрешение от совета. Хоть посмотрим, как он выглядит.

– То есть… то есть, вы мне поможете? – в глазах эльфийки, светящихся надеждой, стояли слезы.

– Ты еще спроси: «Даже не смотря на мою ложь?» Нет, стоп, на самом деле не нужно спрашивать, – вампир жестом остановил эльфийку. – Да уж, с чувством юмора у тебя совсем беда. Хотя, полагаю, прочитай ты подобный диалог в книге, смогла бы уловить шутку. Не суть. В общем, теперь ты пусть и временный, но полноценный член отряда. Впрочем, за ложь тебе будет наказание.

– Наказание? – только что радостная эльфийка вновь потупилась, пытаясь скрыть мелькнувший в глазах страх. – Да, конечно, я понимаю…

– Отныне буду тебя называть глупой эльфийкой, пока не докажешь обратного, – ехидно оскалился вампир.

***

– Серьезно? И в чем суть такого «наказания»? – поинтересовалась у него зверодевушка, когда он поделился с ней этой идеей прошлой ночью.

– Небольшой психологический трюк. Поначалу она будет только рада такому наказанию – по сравнению с рабством и тем, что она себе успеет нафантазировать, это ей покажется несусветной мелочью. Потом, когда она придет в себя, ей понемногу начнет надоедать – всех называют по имени, а ее – глупой. Затем еще и станет стыдно – особенно когда я буду к ней так обращаться в ее же лесу. Через какое-то время она попытается мне неудачно доказать, что она, на самом деле, умная. Позже мысль о таком обращении не будет выходить у нее из головы, даже когда меня не будет рядом, а это сделает ее внимательнее. Наконец, в какой-то момент она сделает что-то полезное, и я назову ее по имени… а еще лет через триста она будет вспоминать всю эту игру с такой ностальгией, что засветится от радости, когда я вновь назову ее глупой, прибыв ненадолго в гости.

– А… Э… Оу, – только и смогла ответить тогда зверодевушка. – Я как-то позабыла, что ты можешь вот так запросто спланировать даже подобные забавы на столетия вперед…

***

Эльфийка перед ним и впрямь светилась от радости – уже в который раз за один разговор. Если бы она знала, что такое «американские горки» – то согласилась бы, что это сравнение идеально подходит для описания цикла перемены ее эмоций. Но она этого не знала, а потому сейчас просто щебетала слова благодарности, радуя слух вампира весьма мелодичным голосом.

– Итак, с тобой мы, наконец, все решили, так что если нет вопросов, пора заняться другими бывшими пленницами.

Переместившись в шатер, используемый как лазарет, вампир и эльфийка наткнулись там на Дифуса, с интересом рассматривавшего девушек. Причина его пребывания здесь вампиру была ясна – Эфириэль он тоже уделил много внимания поначалу.

– Ну как, ощутил, что мир гораздо больше, чем подгорный город и острова? Что он не ограничивается людьми и орками? – вместо приветствия поинтересовался вампир. Дифус задумчиво кивнул.

– Да… нет, я и раньше, конечно же, знал… читал… понимал… но увидеть вживую рядом с собой настолько отличающиеся формы жизни – это нечто совсем другое.

– Формы жизни, надо же. Ты только больше так не говори – вслух, по крайней мере, – хмыкнул вампир.

– Ой, точно, это явно было грубо, – спохватился парень, после чего поинтересовался: – А вы пришли их вылечить?

– Лечить их будет время, а мы просто постараемся помочь, настолько возможно. Ну что, глупая эльфийка, с кого начнешь?

– Что? – Эфириэль недоуменно посмотрела на вампира, но секунду спустя вспомнила: – Ой, извините, я просто… в общем, думаю, мне проще будет начать с Бишты. Если я волью достаточно маны, то, думаю, смогу запустить ее процессы восстановления.

– Когда-нибудь я вытравлю из тебя эту манеру постоянно извиняться, но это будет позже… Бишту так Бишту, только для начала позови себе в помощь Катора. Вперед, глупая эльфийка, вперед!

Стоило Эфириэль убежать, как вампир повернулся к Дифусу.

– Смотрю, химера тебя явно заинтересовала?

– Я… это, наверное, прозвучит очень глупо, – парень заколебался. – Просто… я всегда любил кошек. А она выглядит так… похоже на кошку. Вот мне и стало интересно, какая у нее на ощупь шерсть.

– А, всего-то. Так попробуй, – вампир подбодрил его улыбкой.

– Правда? Думаю, это грубо…

– Да ладно, кошкам же нравятся, когда их гладят. Вот и ей, должно быть, понравится.

Долго уговаривать парня не пришлось, и вскоре он осторожно потянулся к химере. «Чистый интерес, ни грамма пошлости. Вот только она этого не знает», – отметил про себя вампир и заранее поднял руку. В следующий момент когтистая ладонь остановилась в двадцати сантиметрах от лица Дифуса, ударившись о кровавый барьер. Попытавшись было вскочить, химера вновь рухнула на землю, но постаралась отползти к краю шатра. Упершись в него и поняв, что ей некуда бежать, она с трудом выставила вперед когтистые руки и зашипела.

– Убери лапы! Не трогай! Без спроса! Уйди! – говорила она короткими, простыми и отрывочными предложениями. Явно не успела выучить язык хорошо – способностей вампира у нее не имелось.

Заметив, что никто не думает на нее нападать, химера с недоверием наклонила голову, пытаясь вновь оценить обстановку. Извинившийся несколько раз парнишка ее уже не интересовал – она прекрасно слышала, что подначивал его именно вампир. Тот же спокойно наблюдал, не пытаясь пока приблизиться.

– Дифус, сходи за едой – может, если ты ее покормишь, тогда она даст себя погладить, – все еще насмешливо бросил вампир. Когда парень удалился, он подошел поближе и присел недалеко от химеры.

– Смеешься? – уже тише прорычала Джумира, приняв во внимание общую атмосферу.

– Ты, наверное, хотела сказать «издеваешься»? Ага, есть такое, – вампир ухмыльнулся. – А нечего было так долго притворяться. И вообще, ты прекрасно знала, что парень сидел тут уже битый час, хотел бы облапать – давно бы это сделал. А ты его чуть скальпа не лишила. Какая злюка.

– Я бы ударила слабо. Кулаком, не когтями, – буркнула химера, внимательно рассматривая собеседника. – Ты не очередной… кха-кха… торговец рабами. Кто ты?

– Твой случайный спаситель. Путешественник. Иномирянин, как и ты. Тот, кто снял с тебя кандалы и желает тебя вылечить. Тот, кто не сделал тебе ничего плохого, хотя имел массу возможностей. В общем, у тебя есть масса причин мне доверять, и гораздо меньше – этого не делать. Так может, перестанешь скалиться?

– Тоже из мира другого? Как я? Пусть. Но не бывает. Добра без причины. В чем твоя? – при упоминании кандалов она скользнула взглядом по тем местам, где они были. Вид проплешин заставил ее поморщиться.

– Хочу заполучить тебя в свой отряд. В смысле, добровольно, как хорошего воина, а не рабыню в кандалах. Доброта как предоплата, – не стал скрывать вампир.

Пока Джумира обдумывала услышанное, в шатер уже вернулась Эфириэль вместе с Катором. Поначалу химера шарахнулась и от них, но стоило эльфийке заговорить, как она успокоилась – узнала в ней бывшую пленницу. Поддавшись на уговоры, она позволила им обоим себя осмотреть, хотя и следила за действиями мага с огромным недоверием.

– Ну и как, ваша магия может ей чем-нибудь помочь? – поинтересовался вампир, заметив, что Катор отошел от химеры.

– Ее – может, – маг кивнул на сосредоточенную эльфийку. – Даже не представлял, что наши понятия о магической медицине могут так отличаться, – по горящим глазам было понятно, что теперь у эльфийки будет с кем поговорить. – Впрочем, по большей части все равно восстановление будет идти за счет природных особенностей организма, а не магии. Ей придется пару месяцев побыть на усиленном питании, да и заняться тренировками – она сильно потеряла в объеме мышц, даже ходить будет трудно какое-то время.

Прекрасно слышавшая это химера только в очередной раз скривилась, но внезапно дернулась и несколько раз втянула носом воздух. Вертикальные зрачки девушки расширились, глаза – левый зеленый, правый голубой – заблестели, а из приоткрытого рта потекла слюна. Оценив ее обоняние, вампир хмыкнул – Дифус вернулся в шатер с едой только через полминуты.

– Мирия подсказала? – вампир оценил ассортимент, состоящий в основном из фруктов и овощей.

– А, да… она, – лицо парня было излишне румяным. – Я хотел взять мяса, но она заметила и сказала, что его нельзя давать сразу после голодания…

– Все правильно – мне и самому стоило уточнить для тебя этот момент, – по мановению руки вампира часть принесенных фруктов слетелась в одну кучу. Вокруг них появилась кровавая сфера, постепенно уменьшавшаяся в размерах. Подхватив одну из принесенных мисок, вампир подставил ее и наполнил получившимся соком. Повторив так несколько раз, он кивнул пареньку и эльфийке.

– Назначаю вас следить за ней. Сегодня ничего, кроме яблочного сока – одну миску раз в два часа. Завтра можете попробовать давать яблоки целиком, послезавтра – остальные овощи. Мясо не приносить дня до пятого, иначе ей станет только хуже. Катор, ты тоже проследи за этим, – раздав указания, вампир сам взял миску и подошел к химере, которая все это время так и не отвела взгляда от корзины с продуктами, не обращая внимания на уже немалое количество слюны, что натекло ей на грудь. Увидев перед собой миску, она попыталась вцепиться в нее зубами, но вампир вовремя поймал ее и не дал сжать челюсти. Только после того, как он осторожно влил в ее рот сок, химера немного пришла в себя, ее взгляд снова стал осмысленным. Убедившись, что его приказы услышаны, вампир попрощался и вернулся к себе в шатер.

* * *

Привал неожиданно затянулся аж до следующего утра. Причиной тому стала непогода – легкий дождик, которым поначалу наслаждалась Мирия, постепенно перерос в полноценную бурю, не затихавшую целую ночь. Небо озарялось яркими всполохами молнии с завидной регулярностью, а гром порой заставлял всех вздрагивать чисто рефлекторно. Вампир, посмотрев на это дело, отогнал кровавый бассейн подальше и решил просто переночевать на земле – смысла лететь в такую погоду, тратя при этом кучу сил на дополнительную защиту, не было. Утром же небо наконец просветлело, так что после недолгой охоты – охотился сам вампир – и сытного завтрака отряд начал готовиться к отлету. Однако, когда все вещи уже были на платформе, вампир слегка потянул носом воздух и повернулся куда-то в сторону.

– Что там? – зверодевушка отвлеклась от созерцания довольной химеры, которая щурилась на солнце словно настоящая кошка, и повернулась к вампиру. Тот пожал плечами и спокойно ответил:

– Кровь. Человеческая.

– В той стороне вроде была видна дорога… Думаешь, опять разбойники? – Мирия задумчиво посмотрела туда, куда указал вампир.

– Вряд ли. Во время охоты я видел конный отряд, который направлялся в ту сторону – а на него никакие разбойники не решились бы напасть. Пожалуй, пойду проверю. Ты за главную.

Взлетев, вампир резво понесся над кронами деревьев, корректируя курс согласно запаху. Его источник обнаружился быстро – посреди дороги была свалка из трупов всадников и их лошадей. Причину смерти определить было нетрудно – из каждого тела вампир достал по несколько метательных ножей, поразивших цели в уязвимые точки. Впереди валялись несколько разрезанных веревок, концы которых так и остались привязаны к деревьям. Оглядевшись, он прикинул приблизительную картину событий: вот продвигаются всадники, вовремя замечают веревки, останавливаются; пока их быстро перерубают, из леса начинают лететь ножи, поражая тех, кто не успел надеть шлем; командир приказывает отступить, наплевав на потери.

«Значит, явно кого-то или что-то защищают. И, наверняка, даже ожидали засаду, – сделал вывод вампир. – Но погоня, судя по запаху от еще нескольких трупов впереди, продолжилась. И только затем отряд оторвался».

Пока вампир размышлял, насколько велика вероятность того, что за трупами кто-то вернется, из леса вышел одинокий подросток.

– Эй, уважаемый господин, это мои ножики. Отдайте, или я вас убью, – вместо приветствия произнес он.

ГЛАВА 23. АССАСИН-БЕРСЕРКЕР, ПТИЦА В ЗОЛОТОЙ КЛЕТКЕ И РЫЦАРЬ-ВЕЛИКАН

13 Третьего месяца тепла, 3127 года, утро

Мист с интересом оглядел появившегося собеседника. На вид ему было лет четырнадцать, и, если переодеть его в одежду попроще, получился бы совершенно обычный деревенский мальчишка. Однако его выдавали глаза. Немного подумав, вампир бросил все собранные ножи под ноги убийце.

– Ну, раз они твои – забирай, – пожал плечами вампир, подметив, что сумел удивить незнакомца. Тот задумчиво переводил взгляд с него на упавшие ножи и обратно. Наконец выдал:

– Ты испачкал их! A за это можно и убить! – широкая улыбка на его лице не отвлекла вампира от внезапно размывшейся руки, и он вовремя отступил на шаг назад. Нож, который, судя по траектории и силе броска, должен был добраться до сухожилия вампира, воткнулся в землю.

– Увернулся? Ладно! – юноша с интересом смотрел на вампира, наклонив голову. – C тобой, должно быть, весело играть!

– Любишь играть, поэтому и целился в ногу? Странно, для профессиональных убийц подобное обычно не характерно, – вампир одним движением выдернул нож из земли и послал в полет. Раздался металлический звон, и оба ножа упали на землю. – Или ты уже расправился с остальными всадниками, и теперь у тебя появилось свободное время?