Читать книгу: «Сказки Муркоморья»

Мурчандр Котушкин. Сказки Муркоморья

Перевод с кошачьего: Китти Бургунди

От автора

Звать меня Мурчандр Котушкин.

Я, конечно, вам не Пушкин,

Но на благо всех котов

Я стихи плести готов!

Я - мохнатый рифмоплёт,

Кошкам от меня почёт.

Загляните в Муркоморье,

Тут веселья - просто море!

Вот вам сказки меховые,

Увлекательно-смешные,

Для веселья и утехи -

Почитайте без помехи!

О котице¹ мурлистанской,

О пирушках котофанских,

О мурчальных чудесах

Вам поведаю в стихах.

Тут и рыбка меховая

Мимоходом проплывает,

Киса в хрустале храпит,

Котушок златой кричит.

Про котатырей² чудесных,

Про девиц-мохниц прелестных,

Про котовые дела

Речь в стихах у нас зашла.

Лучше нет котов на свете,

Знают взрослые и дети.

Вы любите нас, котов,

От усов и до хвостов,

И чешите нас за ушком!

Вечно ваш,

Мурчандр Котушкин

Сказка о котэ-рыбаке и меховой рыбке

Жил котэ со своею кошурой

У самого синего моря.

Они жили в ветхой лежанке

Ровно десять лет и три года.

Котэ ловил лапою рыбу,

Кошура мышей ловила.

Раз он в море закинул лапу -

Пришла лапа с одною тиной.

Он в другой раз закинул лапу -

Пришла лапа с травой морскою.

В третий раз закинул он лапу -

Пришла лапа с одною рыбкой,

С непростою рыбкой - меховою.

Как взмолится меховая рыбка,

Как мяукнет на чистом кошачьем:

«Отпусти ты, котэ, меня в море!

Дорогой за себя дам откуп:

Откуплюсь чем только пожелаешь».

Удивился котэ, испугался:

Он рыбачил десять лет и три года

И не слыхивал, чтоб рыба говорила.

Да к тому ж была она костлявой,

Не хотел котэ костьми давиться.

Отпустил он рыбку меховую

И сказал ей ласковое слово:

«Иди нафиг, меховая рыбка!

Твоего мне откупа не надо.

Ступай себе в синее море,

Гуляй там себе на просторе.

Да запомни, меховая рыбка,

Как котэ был добр и любезен!»

Воротился котэ к кошуре,

Рассказал ей великое чудо:

«Я сегодня поймал было рыбку,

Меховую рыбку, непростую.

По-нашему мяукала рыбка,

Домой в море синее просилась,

Дорогою ценою откупалась:

Откупалась чем только пожелаю.

Не посмел я взять с неё выкуп -

Так пустил её в синее море.

Да и то сказать, одни в ней кости,

Только б мы с тобою подавились».

Тут котэ кошура забранила:

«Дурачина ты, простофиля!

Не умел ты взять выкупа с рыбки!

Хоть бы взял с неё какую миску -

Наша-то совсем раскололась».

Вот пошёл он к синему морю.

Видит - море слегка разыгралось.

Стал он кликать меховую рыбку,

Приплыла к нему рыбка и спросила:

«Чего тебе надобно, котыч?»

Ей с поклоном котэ отвечает:

«Смилуйся, государыня рыбка,

Разбранила меня моя кошура,

Не даёт мне, котэ, покою:

Надобна ей новая миска -

Наша-то совсем раскололась».

Отвечает меховая рыбка:

«Не печалься, ступай себе с богом.

Будет вам новая миска».

Воротился котэ к кошуре -

У кошуры новая миска.

Еще пуще кошура бранится:

«Дурачина ты, простофиля!

Выпросил, дурачина, миску!

А в миске много ль харчей-то?

И лежанку сменить бы не худо,

Да и крыша над лежанкой нужна нам.

Воротись, дурачина, ты к рыбке,

Поклонись, проси харчей и жилище!»

Вот пошёл он к синему морю

(Помутилося синее море).

Стал он кликать меховую рыбку,

Приплыла к нему рыбка, спросила:

«Чего тебе надобно, котыч?»

Ей котэ с поклоном отвечает:

«Смилуйся, государыня рыбка!

Еще пуще кошура бранится,

Не даёт мне, котэ, покою:

Дом желает да харчей повкуснее».

Отвечает меховая рыбка:

«Не печалься, ступай себе с богом.

Так и быть: дом с харчами вам будет».

Пошёл он к своей лежанке -

А лежанки нет уж и следа:

Перед ним избушка с диваном,

С шикарной новой когтеточкой,

Да и в миске харчей уж навалом.

Кошура сидит под окошком,

На чём свет стоит мужа ругает.

«Дурачина ты, прямой простофиля!

Выпросил, гляди-ка, дом с харчами!

Воротись, поклонися рыбке:

Не хочу быть помойною кошкой,

Хочу быть дворянкой с родословной».

Пошёл котэ к синему морю

(Неспокойно синее море).

Стал он кликать меховую рыбку.

Приплыла к нему рыбка, спросила:

«Чего тебе надобно, котыч?»

Ей с поклоном котэ отвечает:

«Смилуйся, государыня рыбка!

Пуще прежнего кошура вздурилась,

Не даёт мне, котэ, покою:

Уж не хочет быть она помойной,

Хочет быть дворянкой с родословной».

Отвечает меховая рыбка:

«Не печалься, ступай себе с богом.

Хоть на морду она не дворянка,

Ну да морду нетрудно поправить».

Воротился котэ к кошуре.

Что ж он видит? Выставочный терем!

На подушечке сидит его кошура,

Шерсть её блестит, как соболья,

Гламурный на маковке кокошник,

Ошейник на ней в ярких стразах,

Хвост роскошный бантом украшен,

А на лапках - модные сапожки.

Перед нею усердные слуги

С феном и расческой суетятся.

Она бьёт их, когтит беспощадно.

Говорит котэ своей кошуре:

«Здравствуй, барыня сударыня дворянка!

Чай, теперь твоя душенька довольна?»

На него прикрикнула кошура,

Мыть лоток золотой его послала.

Вот неделя, другая проходит...

Еще пуще кошура вздурилась,

Опять к рыбке котэ посылает.

«Воротись, поклонися рыбке:

Не хочу быть дворянкой с родословной, -

Тех дворянок развелось слишком много, -

А хочу быть котицей-царицей».

Испугался котэ, взмолился:

«Что ты, кошка, нанюхалась мяты?

Ни ступить, ни молвить не умеешь,

Насмешишь ты целое царство!»

Осердилася пуще кошура,

По щеке заехала мужу.

«Как ты смеешь, котэ ты помойный,

Пререкаться и спорить со мною,

Со мною - дворянкой меховою?

Ступай к рыбке, говорят тебе честью.

Не пойдёшь - потащат за шкирку!»

Что ж, котэ отправился к морю

(Почернело синее море).

Стал он кликать меховую рыбку.

Приплыла к нему рыбка, спросила:

«Чего тебе надобно, котыч?»

Ей с поклоном котэ отвечает:

«Смилуйся, государыня рыбка!

Вновь кошура моя бунтует:

Уж не хочет быть она дворянкой,

Хочет быть котицей-царицей».

Отвечает меховая рыбка:

«Не печалься, ступай себе с богом!

Ладно, будет она котицей».

Вот котэ к кошуре воротился,

Что ж? Пред ним царские палаты!

В палатах видит он свою кошуру:

За столом сидит она котицей,

Служат ей британцы да шотландцы,

Персы с тайцами кланяются низко.

Наливают ей заморские сливки,

Фуа-гра подают на подносе,

Заедает она жареным лососем,

Запивает бульоном нежнейшим.

Вкруг неё стоит мейнкуновая стража,

Наготове когтища держит.

Как увидел котэ - испугался!

В ноги он кошуре поклонился,

Молвил: «Здравствуй, грозная котица!

Ну, теперь твоя душенька довольна?»

На него кошура не взглянула,

Лишь с очей прогнать его велела.

Набежали сиамцы да бурманцы

И котэ взашеи затолкали.

А в дверях мейнкуны подбежали,

Чуть в клочки его не изорвали.

А народ-то над ним насмеялся:

«Поделом тебе, котэ-невежа!

Впредь тебе, невежа, наука:

Не садися не в свои сани!

Тут дворян роскошных не пускают,

Не тебе, помойному, соваться!»

Вот неделя, другая проходит,

Еще пуще кошура вздурилась,

Котов-сфинксов за мужем посылает.

Отыскали котэ, привели к ней.

Заявляет ему кошура:

«Воротись, поклонися рыбке.

Не хочу быть котицей-царицей,

Хочу быть владычицей морскою,

Чтобы жить мне в Окияне-море,

Плавники да жабры отрастивши,

Чтоб купаться в жемчугах и злате,

Чтоб флотилии корма мне возили,

Чтоб служила мне рыбка меховая

И была б у меня на посылках».

Ей котэ не осмелился перечить,

Не дерзнул поперек слова молвить.

Вот идёт он к синему морю,

Видит, на море чёрная буря:

Так и вздулись сердитые волны,

Так и ходят, так воем и воют.

Стал он кликать меховую рыбку,

Приплыла к нему рыбка, спросила:

«Чего тебе надобно, котыч?»

Ей котэ с поклоном отвечает:

«Смилуйся, государыня рыбка!

Что мне делать с проклятой кошурой?

Уж не хочет быть она котицей,

Хочет быть владычицей морскою -

Чтобы жить ей в Окияне-море,

Плавники да жабры отрастивши,

Чтоб купаться в жемчугах и злате,

Чтоб флотилии корма ей возили,

Да чтоб ты сама ей служила

И была бы у ней на посылках».

Ничего не сказала рыбка -

Только не по-котовьи ругнулась,

Да хвостом по воде плеснула

И ушла в глубокое море.

Долго у моря ждал котэ ответа,

Не дождался, к кошуре воротился.

Глядь: опять их ветхая лежанка,

В ней сидит и бурчит его кошура,

А пред нею - треснутая миска.

Сказка о жадном псе и работнике его Мурде

Жил-был пёс,

Встопорщенный хвост.

Жадный он был прежадный:

«Всё хочу, да чтоб не накладно!

Как бы так исхитриться,

Чтобы всем закупиться,

Притом не потратив лишку?»

И всегда он имел мыслишку

Обхитрить, обжулить, объегорить,

Всех вокруг обмануть, переспорить.

И вот пошёл пёс по базару

Посмотреть кой-какого товару.

А навстречу ему – Мурда:

Идёт, сам не зная куда.

Лапы у Мурды полосаты,

Штаны на Мурде мохнаты.

А уж умён был Мурда -

Куда там другим котам!

- Что, пёсик, так рано поднялся?

Чего ты взыскался?

Пёс в ответ:

- Нужен мне работник:

Повар, конюх и плотник,

Пахарь, столяр, кузнец,

Жнец, швец, на дуде игрец,

И ещё с десяток умений

Должен он иметь, без сомненья...

Но притом без особых запросов,

Чтоб пахал на меня без вопросов!

А где найти мне такого

Служителя не слишком дорогого?

Мурда говорит:

- Не спорю,

Нелегко помочь такому горю:

Но сегодня удачный твой день.

Вот он я! Мне работать не лень.

Буду служить тебе славно,

Усердно и очень исправно.

А платить мне и вовсе не надо!

Лишь одна нужна мне награда:

Трижды в год в твой хвост вцеплюсь шибко.

Ем же я варёную рыбку.

Уж дешевле слуги не найдёшь.

Ну так что, хозяин, берёшь?

Призадумался пёс,

Потрогал свой хвост...

Цап цапу ведь розь!

Да понадеялся на пёсий авось.

Пёс говорит Мурде:

- Ладно,

Не будет нам обоим накладно.

Поживи-ка на моём подворье,

Окажи своё усердье и проворье.

Живёт Мурда в пёсьм доме,

Сладко спит себе на соломе.

Ест Мурда, увы, за четверых,

Зато работает за семерых!

До светла всё у него пляшет:

Дом хвостом подметёт, окна нараспашку,

Посуду языком помоет,

Мышей изведёт, когтями лучины наколет,

Печь затопит, всё заготовит, закупит,

Нажарит котлет... да сам к ним и приступит.

(Да и то, при таком начальстве,

Чтобы выжить, нужна толика нахальства).

Пёсья жена Мурдой не нахвалится,

Пёсья дочь о Мурде лишь и печалится,

Щеночек зовёт его тятей:

Котэ поест - и ну мурчать дитяте.

Только пёс один Мурду не любит,

Никогда его не приголубит,

О расплате думает частенько:

Время идёт, и срок уж близенько.

Пёс не ест, не пьёт, ночи не спит:

Хвост у него заране трещит.

Вот он жене-собаке признаётся:

- Так и так: что делать остаётся?

Ум собачий догадлив,

На всякие хитрости повадлив.

Жена говорит:

- Знаю средство,

Как удалить от нас такое бедство:

Закажи Мурде службу, чтоб стало ему невмочь,

А требуй, чтоб он её исполнил точь-в-точь.

Ты и хвост от расправы избавишь,

И Мурду без расплаты оставишь.

Стало на сердце у пса веселее,

Начал он глядеть на Мурду посмелее.

Вот он кричит:

- Поди-ка сюда,

Верный мой работник Мурда.

Слушай: платить обязались черти

Мне оброк по самой моей смерти.

Лучшего б не надобно дохода,

Да есть на них недоимки за три года.

Отправляйся-ка к морю проворно,

Собери с чертей оброк мне полный.

Мурда, с псом понапрасну не споря,

Пошёл, сел у берега моря.

По воде стал он лапой водить

Да конец её в море мочить.

Вот из моря вылез старый Бес:

- Зачем ты, Мурда, к нам залез?

- Да вот лапой хочу море морщить

Да вас, проклятое племя, корчить».

Беса старого взяла тут унылость:

- Скажи, за что такая немилость?

- Как за что? Вы не платите оброка,

Не помните положенного срока.

Вот ужо будет мне потеха,

Вам, рогатым, великая помеха!

- Мурдушка, погоди ты морщить море!

Оброк сполна ты получишь вскоре.

Погоди, вышлю к тебе внука.

Мурда мыслит: «Этого провести не штука!»

Вынырнул подосланный бесёнок,

Замяукал он, как голодный котёнок:

- Здравствуй, Мурда-кошачок!

Какой тебе надобен оброк?

Об оброке век мы не слыхали,

Не было чертям такой печали.

Так и быть - возьми, да с уговору,

С общего нашего приговору,

Чтобы впредь не было никому горя:

Кто скорее из нас обежит около моря,

Тот и бери себе полный оброк,

Наши меж тем приготовят мешок.

Засмеялся Мурда лукаво:

- Что ты это выдумал, право?

Где тебе тягаться со мною,

Со мною, с самим Мурдою?

Экого послали супостата!

Подожди-ка моего меньшего брата.

Пошёл Мурда на ближайшую помойку,

Нашёл двух котят, помяукал им на ухо бойко.

К морю опять он приходит,

У моря бесёнка находит.

Держит Мурда за шкирку одного котяйку:

- Попляши-тка ты под нашу балалайку!

Ты, бесёнок, еще молоденек,

Со мною тягаться слабенек,

Это было б лишь времени трата.

Обгони-ка сперва моего брата.

Раз, два, три! Догоняй-ка!

Пустились бес и котяйка:

Бесёнок по берегу морскому,

А котяйка - к помойному дому.

Вот, море кругом обежавши,

Высунув язык, мордку поднявши,

Прибежал бесёнок, задыхаясь,