Читать книгу: «Морок»

Анечка

Это был обычный деревянный дом. С большими окнами, украшенными резными наличниками. Перед домом росли большие пушистые кусты сирени, подъездная дорожка местами поросла сорняком. Забор давно покосился, калитка была, как и положено ее возрасту, певуче-скрипучей. За калиткой скрывался небольшой виноградник да пара плодовых деревьев. Деревья эти давали пронзительно черную тень, от которой веяло прохладой. Среди всего этого благоденствия на небольшой лужайке играла девочка лет десяти. Непослушные волосы цвета пшеницы торчали в разные стороны, не желая находиться под алой косыночкой. Большие зелёные глаза делали внешность девочки кукольной.

— Аня.

Послышалось со стороны дома.

Девочка не пошевелилась.

— Аня.

И снова девочка не шелохнулась.

— Аня. Ну что за несносная девчонка.

На полянку к девочке шла женщина среднего возраста. Грязный фартук, заштопанная одежда, немного потрепанный вид говорили о бедном положении семьи.

— Сколько уже тебя можно звать! Вставай, пора ужинать.

— Не хочу, — тихо пролепетала девочка и отдернула руку.

В ответ мама Анечки схватила ее за запястье и потащила упирающуюся девочку в дом.

За небольшой деревянной дверью тянулся небольшой коридор, разделяющий дом на две части. В одной из них и жила Аня с матерью. Другая же пустовала и использовалась как подсобные помещения. Анечка очень не любила эту часть дома. Там пахло сыростью, несмотря на то что в незашторенные окна пробивался солнечный свет. В комнатах было прохладно и очень неуютно. Да и сами взрослые не особо охотно хотели заходить в эту часть дома. Как-то на очередном семейном ужине Анечка услышала разговор взрослых. Они с жаром спорили. Бабушка рассказывала, как там жила ведьма, их родственница, прабабка, и аккурат перед смертью, мечась в агониях, сыпала проклятиями. После этого бабушка перекрестилась. Дед отмахнулся. Старика, который видел войну, познал голод, байками про ведьм не напугаешь. Томара, мама Анечки, не воспринимала семейные байки всерьез и все же иногда проходила дом с ладаном, дабы отогнать. Бабушка, завидев Анечку, тут же притихла, и больше разговор при ней об этой странной родственнице, ведьме, не заводился.

Та часть дома, где обитала Анечка с мамой, была скромно обставлена мебелью, в небольшой кухоньке перед столом висела большая старинная икона с ликом старца, в самой большой комнате, которая служила семье спальней, также висела икона. Не такая старая, как на кухне, но время оставило на ней свой отпечаток. Взор этой иконы был обращен на кровать Анечки.

Затащив Анечку в дом, мать усадила ее за стол и пододвинула тарелку с супом.

— Закончишь трапезу, умываться и спать, — приказала мама.

Быстро выхлебав суп, оставив на дне небольшие кусочки лука, Анечка наспех умылась, забежав в комнату, перекрестилась перед иконой, тихо под нос прошептала молитву, схватила неказистую игрушку, сшитую из старого маминого платья, и нырнула в кровать, с головой укутавшись одеялом.

Через какое-то время мама зашла в комнату, тихо бормоча что-то под нос. Перед собой она несла чашку, источающую уже знакомый неприятный запах — ладан. Остановившись посредине комнаты, она еще какое-то время постояла, нашептывая непонятные слова. Подойдя к кроватке Анечки, мама аккуратно откинула уголок одеяла, поцеловала Анечку.

— Ну всё. Теперь спать.

В комнате погасла последняя лампа, и наступила тишина. Неприятная, звенящая тишина. Не было слышно ни ночных птиц, ни ветра. Только луна заполняла своим светом комнату.

И вот оно. Настал тот момент. Из дальней комнаты, которая пустовала, стали доноситься какие-то звуки. Они складывались в непонятную и пугающую мелодию, затем к этой мелодии подключились голоса. Сколько бы Анечка ни старалась, слов этой песни невозможно было разобрать. Сердце забилось всё сильнее и сильнее. Спать перехотелось. В этот раз страшная песня была громче обычного. Тук-тук-тук. Постучали в дверь. Непрошенный гость, не став ждать, когда ему откроют, стал дергать за дверную ручку. Крючок на двери не давал ее открыть и издавал неприятный лязгающий звук. Ночной гость опять постучал, теперь настойчивее. Тук-тук-тук. Поняв, что никто ему открывать не будет, ночной гость еще раз подергал за дверную ручку, потоптался у двери, и резко все затихло.

— Мама, — сквозь слезы прошептала Анечка.

— Что такое? — сердито откликнулась мама.

— Она опять приходила, — уже рыдая, ответила девочка.

Мама, тяжело вздохнув, тихо ответила:

— Тебе кажется. Закрывай глаза, а когда откроешь, уже будет утро.

Анечка попыталась успокоиться и немного задремала.

Проснулась она от тяжести на груди. Ее любимая кошка Моська, калачиком свернувшись, спокойно спала на девочке. Попытавшись ее убрать, Анечка разбудила кошку, и та недовольно спрыгнула с кровати.

— Ты куда пошла? Давай ко мне. Вдвоем не так страшно, — тихо прошептала Анечка, обращаясь к кошке.

Моська же, толи из-за того, что не понимала человеческого языка, или из-за своей кошачьей вредности, не стала слушать девочку и засеменила в сторону кухни. Остановившись на полпути, Моська вздыбилась, зашипела и уставилась куда-то в темноту.