Читать книгу: «Истинная для проклятых»

– Не смей к ней подходить! – взвыв, отшвырнул меня Демьян от распростертого на полу тела. Тела, которое еще не успело остыть. Тела нашей истинной. Моей жены.

– Я ведь говорил тебе! Но нет! Ты ведь просто непрошибаем! Для тебя проклятие ничто!

– Ты не понимаешь… Я не мог… Она не хотела…

– Так заставил бы ее хотеть! Дело вовсе не в ней, а в твоем эгоизме! Ты хотел ее только для себя! Но теперь мы оба ее лишены! – не слушая моих попыток объясниться, продолжал кричать брат.

– Марта… – не обращая внимания на боль в сломанной братом ноге, подполз я к любимой, обхватывая ее холодное тело и прижимая его к себе.

– Ты всю жизнь будешь жить с этим… Жить с осознанием того, что убил ее…

Глава 1

Наши дни

Алекс

– Университет? Серьезно? – рассматривая документы, кинутые мной на обеденный стол, хмыкнул Демьян.

– В прошлый раз ты выбирал. Теперь моя очередь, и я точно не хочу провести ближайшие пять лет в качестве инструктора по йоге, – закатил я глаза.

Из-за того, что мы были обречены всю свою бесконечную жизнь пребывать в обличье тридцатилетних мужчин, нам с братом приходилось менять место жительства, как и работу. Кем мы только не были за свои недолгие сто сорок семь лет!

Конечно, имелся и другой выход, но миру магии мы предпочитали человеческий. Он был намного интереснее. В нем для нас было гораздо больше возможностей.

– Мы могли бы провести эти пять лет в праздности и безделье. Ограбить банк, например, – с хитринкой протянул он.

– Зачем? Разве в гробнице мало золота? – подколол его я.

– Очень смешно, – лишь закатил глаза брат.

– А если серьезно, мне кажется, будет забавным поработать преподавателем. Ты можешь быть физруком.

– Спасибо большое, но я на это не подписываюсь.

– А что тогда? Чем ты будешь заниматься? – спросил я, наливая в чашку убойную дозу кофеина.

– Тем, о чем ты предпочитаешь не думать, – встретился он со мной серьезным взглядом своих янтарных глаз.

– Брось, Дем, это просто…

– Просто что? Случайность? Или нам показалось? – взъярился брат, как всегда готовый зажечься словно спичка. В отличие от меня, он не славился спокойным нравом.

– Это была не она. Она не рискнула бы оказаться рядом с нами, и ты это знаешь.

– Тогда почему мы оба ощутили ее присутствие? – не сдавался Дем.

– Возможно, это было что-то другое…

– Убеждай себя в этом. В любом случае у меня найдутся дела поинтереснее, чем торчать в этом университете.

Демьян

– Знаешь, мы могли бы снять девочку, возможно, это сделало бы тебя более сговорчивым, – хмыкнул я, выходя из бара. – Неужели никто не зацепил?

– Нет настроения.

– Настроение всегда появляется в процессе. Давай найдем пышногрудую красотку и оторвемся.

– С каких это пор тебя привлекают большие сиськи? – ухмыльнулся Алекс. – Я всегда считал, что для тебя важнее зад.

– Обычно да, но надо же и разнообразить свою сексуальную жизнь. В данный момент мне хочется засунуть болт между больших белых грудей и смачно поездить туда-сюда, напрямик в глубокую глотку.

– Вижу, у кого-то фаза недотраха, – качнул брат головой. – И я бы…

– Что? – глядя с удивлением на застывшего Алекса, спросил я.

– Ты чувствуешь это? – всегда бывший более чувствительным к чужому присутствию, спросил он, вглядываясь в темноту улицы.

– Да нет, я… – Шерсть проступила из-под кожи и встала дыбом, сигнализируя об обращении. Еле сдержался, напрягая все силы. – Это не ведьма… – прохрипел я, веря собственным ощущениям и зову, охватившему меня.

– Или же она, решившая поиздеваться над нами! – зарычал Алекс, переставая контролировать себя. Оборотни давно взяли под контроль процесс обращения, но в порыве гнева или других сильных эмоций было трудно совладать со своей сущностью.

– Успокойся, Алекс! – вцепился я в его плечо. – Мы разберемся, но сейчас нельзя действовать сгоряча! – пытаясь контролировать собственную сущность, захрипел я, таща брата в сторону нашей машины.

– Эта сука заплатит! – рычал он, продолжая озираться. Я прекрасно понимал его чувства. Ведь ощущал то же самое. То, чего не могло быть. Зов своей истинной пары.

Настя

Закончив свою смену в ресторане, я добралась до дома, с содроганием думая о том, что завтра мне предстоит первый учебный день. Мне чудом удалось поступить на бюджет, и я понимала, что придется вложить все силы в учебу, что будет нелегко при моем графике работы. Добираться с работы в два часа ночи и бежать к восьми на занятия будет… Сложновато. Но когда моя жизнь была легкой? Казалось, судьба с самого моего рождения подбрасывала мне испытания. Сначала отказ родителей, потом детский дом…

Больно думать, что даже собственной матери я была не нужна, но я справилась с этим и смогла вырасти достойным человеком. Пусть едва сводила концы с концами и жила в общежитии, но зато не стала шлюхой, как многие из нашего детдома. Девочки, которые сделали панель своей профессией, и сейчас пытались убедить меня, что с моими данными я смогу найти себе папика и жить припеваючи, ни о чем не думая и не волнуясь о завтрашнем дне.

А Наташа так вообще предложила мне участвовать в каком-то аукционе для извращенцев и продать свою девственность. Не знаю, о чем только думали эти девушки, идущие на подобное. Я даже представить себе не могла, что могу переспать с кем-то за деньги. Да меня бросало в дрожь при одной мысли об этом! Уж лучше я буду упахиваться на двух работах, чем раздвину ноги перед каким-нибудь жирным боровом!

Алекс

– Давайте знакомиться. Меня зовут Александр Викторович, и я ваш… – Резко замолчав, я уставился на ворвавшуюся в аудиторию девушку. Чувства, что охватили меня прошлой ночью, были ничем по сравнению с тем, что я ощутил при виде нее сейчас.

Вторая сущность рьяно рвалась наружу, и я с трудом сдерживал ее. Всё во мне кричало: «Возьми!» Я прекрасно знал, каково это – почувствовать свою истинную, а также знал, что это не могло повториться. Исключено. Эта возможность навсегда для меня утеряна.

– Извините, пожалуйста, за опоздание, я могу войти? – смущенно прошептала девушка, смотря на меня огромными глазами цвета растопленного шоколада, обрамленными темными длиннющими ресницами. В ее взгляде таилось странное узнавание и смущение. Сдерживаясь изо всех сил, чтобы не наброситься на нее, я лишь кивнул, моля высшие силы дать мне вынести эту муку. В данный момент я был так подвержен своим чувствам и ощущениям, что совершенно забыл о том, что это был очередной трюк проклятой ведьмы.

Всё, о чем я мог думать, это идущая к свободному месту девушка. Взгляд скользнул к обтянутым джинсами ягодицам, и давно налившийся член нетерпеливо дернулся. Пытаясь взять себя в руки и скрыть свою реакцию, я сел за преподавательский стол и начал перекличку, с нетерпением ожидая, когда очередь дойдет до этого лакомого кусочка, что сидел, боясь поднять взгляд.

Неужели почувствовала излучаемые мной флюиды бешеной похоти и желания? В голове рисовались такие яркие и живые картины, что я вцепился в край стола, чувствуя, что еще немного и он разлетится в щепки. Когти удлинились и царапали гладкую поверхность стола.

Терять контроль было опасно, ведь за раскрытие своей второй сущности нам грозила расплата. Темные стражи внимательно следили за соблюдением закона нашего мира, скрытого от простых смертных. За раскрытие этой тайны полагалось только одно наказание – смерть.

Если убьют меня, убьют и Демьяна, а этого я допустить не мог. Именно эти мысли и придали мне сил. Лекция по зарубежной литературе пролетела в одно мгновение, и мой лакомый кусочек первой вылетела из аудитории, вызвав во мне охотничий инстинкт. Она словно специально дразнилась, заставляя меня хотеть последовать за ней. Поймать ее и отыметь так, чтобы она навсегда забыла о том, как связываться с ведьмами и строить козни против оборотня.

Демьян

– Дуй сюда. Сейчас же.

– Эй, мы же договорились: ты работаешь, я развлекаюсь. Так что никакого универа… Черт… Продолжай, крошка… – прохрипел я, запрокидывая голову и наслаждаясь тем, как светленькая головка девчонки, снятой мной в баре, уверенно работает между моих бедер. Проворный язычок оказался настолько искусным, что я был готов кончить от одних лишь его кружений вокруг головки напряженного ствола…

– Ты что там, трахаешься?! Всего одиннадцать утра! – возмутился братец.

– Ох… Тебе бы тоже не помешало, глядишь, перестал бы быть таким злым… Ух! Черт! – прошипел я, почувствовав зубки, которыми партнерша нарочито небрежно прошлась сверху вниз, посылая искры удовольствия по всему моему телу. До чего же хорошая соска мне сегодня досталась!

– Заканчивай и приезжай! Это важно! – сбросил наконец Алекс звонок, позволяя мне насладиться минетом в грязном туалете в полной мере. Было нечто дикое в том, чтобы трахаться в общественном месте, где тебя могли застать в любой момент.

– Какой у тебя талантливый ротик, детка! – подбодрил я блондинку, чьего имени не помнил. Или попросту не удосужился спросить? Я обладал удивительным даром забывать ненужную мне информацию. – Заглотни поглубже, – пробормотал я, фиксируя ее голову и с усилием входя до самого горла.

Партнерша явно имела хороший опыт, так как смогла расслабиться и принять меня без особого труда, впуская, пока мой немалый член полностью не скрылся в ее рту, а губки не сомкнулись у основания. – Какая хорошая девочка!

Из глаз потекли слезы, но девчонка даже не предприняла попытки соскользнуть с члена, из чего я сделал вывод, что ей нравится происходящее ничуть не меньше. Некоторым женщинам нравилось чувствовать себя использованными, они хотели доминирования и полной мужской власти над своим телом.

Крепко удерживая ее голову, я двинулся назад, чтобы дать ей вздохнуть, и сразу же толкнулся обратно, наслаждаясь узким горлом и не давая соскользнуть с крепкого члена, уже безостановочно таранящего ее рот…

***

– В чем дело? – нашел я братца спустя два часа в аудитории, где как раз закончилась очередная пара. Хорошо, что мы могли чувствовать друг друга и без труда находить. Куча экономии на телефонных звонках.

– Два часа, Демьян! Два гребаных часа с моего звонка! – психанул он, удивляя меня своей несдержанностью.

– Потише, бро! Ты чего так завелся? Я же говорил, что твой вечный недотрах до добра не доведет! Знал бы ты, какую сучку я нашел… Ммм… Просто мечта! – вспомнив всё то безумие, что творилось в мужском туалете в захудалом баре, прикрыл я глаза. Давно у меня не было такой безотказной партнерши. – Можем захватить ее вечером и оттянуться от души. Вот увидишь, твое плохое настроение…

– Я почувствовал зов! Снова! – зарычав, перебил меня брат, заставляя шокированно замереть.

– Где? – только и смог выдавить я из себя.

– Она учится у меня! Просто вошла в аудиторию как ни в чем не бывало. Сука явно затеяла игру! Ты бы видел, как она глазки прятала, строя из себя саму невинность!

– Думаешь, это чертова ведьма ее подослала?

– Не думаю. Уверен! Кто еще мог? Она не может быть настоящей истинной! Наша настоящая умерла… – с затаенной болью прохрипел он.

Вина всё еще не оставляла Алекса, заставляя мучиться от воспоминаний и страдать от осознания того, что только мы виноваты в произошедшем с Мартой. По своей глупости и неуступчивости мы лишились самого ценного дара, дарованного оборотню: нашей истинной.

– Как ты только сдержался? – подумал я вслух, отлично помня, каково это – чувствовать непреодолимый зов.

– С трудом. Третий час пытаюсь унять чертову эрекцию! – махнул он зло рукой на свой пах.

– Так снял бы какую-нибудь студенточку и решил проблему. Почему ты такой сложный?! И кстати, почему я ничего не чувствую? – насторожился я.

– Она ушла. Причем сразу же после моей пары. Удивительно, не правда ли?

– Зачем бы ей уходить? Черт! Не мог сказать мне всего по телефону?! Я бы не тратил два часа на глупую блядь!

– Она придет завтра, – уверенно заявил он. – Так что иди в деканат и договаривайся как хочешь, но завтра ты должен приступить к должности. Нам надо разобраться с этой девчонкой и выйти наконец на эту суку, испортившую нам существование.

Глава 2

Настя

– Мне так нравится, как ты краснеешь… – шепчет на ухо завораживающий голос с хриплыми нотками возбуждения. Мужская рука поднимает ткань футболки и скользит под чашечки лифчика, накрывая набухший и давно готовый к ласкам сосок. – Уверен, между ножек ты такая же розовенькая, как твои щечки… – продолжает он, вгоняя меня в еще большую краску своими бесстыдными словами и ласками.

Я давно мокрая и готовая. С трудом сдерживаю желание умолять взять меня прямо здесь, посреди аудитории, забыв о том, что всего через пару минут ее должны заполнить студенты. В данный момент меня волнует лишь собственное возбуждение, полностью наполнившее мое существо.

– И наверняка такая же вкусная… – раздается второй голос откуда-то снизу, заставляя меня в шоке распахнуть глаза. Второй мужчина расстегивает мои джинсы и с легкостью спускает их прямо с нижним бельем, откидывая в сторону. Он сидит на корточках, находясь напротив моей совершенно голенькой киски, и с жадностью смотрит на нее, облизывая пухлую нижнюю губу.

Шок полностью парализует тело, и вместо того, чтобы закричать и вырваться, я просто замираю, чувствуя за спиной стальное тело моего героя, который, казалось бы, раздвоился, ведь парень между моих ног – его идентичная копия. Копия, которая с легкостью закидывает мою ногу к себе на плечо и накрывает набухшие складки своим бесстыжим ртом!

– Тебе понравится, крошка! Он умеет работать языком… – толкаясь в мою попку своим напряженным пахом, бормочет первый, тем самым сдвигая мои бедра и сильнее прижимая мою беззащитную киску ко рту своего напарника-двойника.

– О, да! Ей уже нравится! Гляди, как течет! Прямо в мой рот! – пошло рычит он прямо между вылизыванием моего клитора.

– Нет, нет! – пытаюсь возразить я, накрывая руки, не перестающие щипать мои соски, и пытаясь предотвратить это безумие.

– Тшш… Тебе ведь нравится…

– Мы сделаем тебе очень хорошо… – шепчут они в унисон, увлекая меня в мир порока и похоти.

– Не-е-ет!

***

– Что, опять кошмар? – послышалось в темноте.

– Кошмар, – согласилась я, не понимая, как мой эротический кошмар стал явью. Глядела в потолок и вспоминала свой сон. Да еще какой пошлый сон! Откуда во мне эти фантазии? Разве я мечтала о подобном разврате? Да никогда! Даже с одним парнем, а тут целых два…

Лиц я не видела, но почему-то доверяла обоим, открывалась по полной, позволяя делать со мной всё, что им заблагорассудится. Как покорная жертва или послушная игрушка, ведомая чужой волей.

Мистика какая-то.

Щеки снова покраснели, между ног было склизко от выделившейся влаги, ведь я возбудилась, просто вспомнив картинки своего сна, кожа стала горячей, внутри всё просто дрожало, я была сама не своя и не отдавала отчета своим действиям.

Пошевелила бедрами и раздвинула ноги, отодвигая в сторону трусики. Потянулась рукой к своей промежности, кладя пальцы на клитор. Он был такой набухший, что от одного касания отозвался спазмом. Приподнялась и нажала пальцами на гладкую горошину. Боже, что я делаю? Ласкаю сама себя под одеялом, возбудившись от пошлого сна с двумя парнями.

Но остановиться я уже не могла, продолжая быстро двигать рукой, приближая свою разрядку. Старалась не стонать и делать всё бесшумно, ведь соседка по комнате наверняка не уснула, но я забыла о ней, когда мне в мозг снова ворвались картинки сна…

Их было двое, их горячие тела прижимались ко мне с двух сторон, сдавливали и сплющивали, проникая во все мои отверстия: пальцами, членами, языками… Мы стали единым целым, и от слепящего удовольствия я рассыпалась на тысячу осколков…

***

Наутро я с опозданием вбежала в аудиторию, всё еще не в состоянии сбросить ночной морок. Тело оставалось во власти пережитых эмоций и ощущений. Прошлая ночь не отпускала.

С опозданием заскочив в аудиторию, наткнулась глазами на нового преподавателя. От шока я едва не упала на месте, потому что это был именно он! Мужчина из сна. Один из двух одинаковых близнецов. Стройная поджарая фигура скрывалась под строгим темно-синим пиджаком. Он опирался о свой стол и сканировал меня взглядом.

– Извините, пожалуйста, за опоздание, я могу войти? – тихо спросила я, и он, дернув подбородком, указал на ряды сидений.

Быстро прошмыгнув на свое место на негнущихся ногах, я робко подняла взгляд. Лицо с четко вылепленными скулами украшали яркие глаза. Янтарные, с темными крапинками. Звериные, цепкие, словно принадлежащие не человеку, а хищнику. Именно так он и смотрел на меня. Словно обнаружил дичь.

Нет, это только так кажется. Откуда такие мысли? Он даже не знает меня, как и всех остальных студентов. Он ведь новый в этих стенах, сменивший старого преподавателя по зарубежной литературе.

– Итак, повторю для опоздавших, – выделил он это слово и посмотрел на меня, – меня зовут Александр Викторович, и я ваш новый преподаватель по зарубежной литературе.

Его голос полился по аудитории, и я забыла обо всем, слушая только интонации и переливы бархатного, глубокого баритона, который ласкал меня, словно живая рука. Сумасшествие какое-то! Как я буду ходить на лекции! Я же не вынесу этого. Видеть его и знать, что он и его двойник приходят в мои сны и делают такие вещи, которым я даже не могу подобрать названия!

– Останьтесь, – услышала я и замерла возле двери аудитории с вытянутой рукой. Все студенты уже покинули ее, а у меня упала ручка и закатилась под сиденья. Пришлось задержаться, пока не нашла ее, и вот теперь я была вынуждена оставаться наедине с преподавателем, который меня так пугал. В первый день я убежала, испугавшись саму себя, даже не оставшись на другие пары. Сегодня же в нашу вторую встречу я чувствовала себя не лучше.

Еле-еле выдержала лекцию, которая стала мукой. Хотелось побежать в туалет и там умыться холодной водой, чтобы унять жар, распространившийся по всему моему телу.

Пальцы замерли над ручкой двери, я дернула ее на себя и уже хотела юркнуть наружу, как вдруг дверь захлопнулась прямо перед моим носом. Сама по себе! «Сквозняк», – решила я, почувствовав на лице дуновение ветерка. Что еще это могло быть?

Быстро повернулась и почему-то вжалась в дверь в поисках любой защиты. Бежать здесь было некуда, в замкнутом пространстве остались только мы с Александром Викторовичем. От этой мысли сердце бабахало в груди как бешеное, готовое выпрыгнуть наружу.

– Чего ты так боишься? – спросил преподаватель, смотря на меня пронзительным взглядом. С чего он решил, что я боюсь? Неужели это так заметно?

– Я не боюсь, – сказала я как можно тверже, притискивая рюкзак к груди, опровергая его слова. Пальцы впились в кожу.

– Твое сердце колотится как у зайца, – озадачил меня мужчина. – Я слышу каждый удар.

– Как вы можете слышать? – не поверила я, в удивлении распахнув глаза.

– Я много чего могу, малышка, – проговорил он тягучим, ласкающим голосом, красивая улыбка преобразила его лицо, а в глазах заискрились смешинки. О господи! Во сне он выглядел и говорил точно так же!

Сглотнув ком в горле, я не знала, что сказать, потерялась в его темном взгляде, который затягивал в кромешную бездну. Мне казалось, что он читает каждую мысль и знает о моих снах, поэтому так развязно ведет себя, называя свою ученицу малышкой. Я должна была пресечь нарушение субординации, но почему-то не могла выдавить и слова об этом.

– Мне нужно идти.

– Куда ты так торопишься? Сначала ты опоздала, а теперь не хочешь выслушать собственного преподавателя. Так у тебя не получится быть хорошей ученицей.

Ну почему мне постоянно слышится пошлость в его словах?!

– Я всего лишь опоздала, со всеми бывает, – сказала я неуверенно в свое оправдание, но строгий преподаватель был неумолим, решив меня отчитать.

– Подойди ко мне ближе, я не кусаюсь, – сказал он так жестко, что я невольно подчинилась. Пока я шла, он не спускал с меня глаз, бесцеремонно шаря ими по всему моему телу. Там, где он меня ими касался, зажигалось пламя.

Когда я достигла стола, уже вся горела, особенно в сокровенном местечке, что отзывалось на этого мужчину так сильно, словно я была нимфоманкой. А его странная фраза про укусы заставила дрожать. Ведь во сне он делал именно это…

Покраснев, я остановилась возле него и потупила взгляд. Только так я могла скрыть свое состояние. Смотрела вниз и видела лишь его ноги. Длинные ноги в идеально выглаженных брюках и дорогих кожаных ботинках. Этот преподаватель явно не бедствовал. Костюм на нем сидел идеально, подчеркивая стройную фигуру без изъяна. Во сне я видела его голым и знала, что он совершенен.

Обоняния коснулся роскошный парфюм. Запах терпкий и дикий. Он действовал на меня так сильно, что я старалась не дышать, а вот мужчина дышал шумно, втягивал ноздрями запах. Он меня что, нюхал?..

– Как тебя зовут? – донесся до меня глухой, сдавленный голос.

Что это с ним?

– Настя…

– Настя… – повторил он за мной, проговаривая мое имя по буквам. Звучало очень странно. Он будто смаковал каждый звук, перекатывая его на языке, как лакомство.

– Посмотри на меня, Настя…

Не сумев сопротивляться, я подчинилась и снова увидела его глаза. Янтарные глаза, как у дикого зверя. От этого взгляда я цепенела и терялась.

– Я не потерплю опозданий. На мои лекции и семинары необходимо приходить вовремя. Я буду лично проверять присутствие каждого студента. Если кто-то пропустит, он будет отрабатывать в вечернее время. Если у тебя есть дополнительные вопросы, можешь всегда ко мне обращаться. Не откажу.

Тон его речи был таким деловым и серьезным, что я засомневалась, что он назвал меня малышкой. Мне точно это показалось. Это всё влияние сна.

– Хорошо. Я могу идти? – с трепетом в голосе спросила я, поглядывая на дверь. Она олицетворяла границу между привычным миром и тем мирком, который внезапно образовался в этой аудитории между мной и этим странным преподавателем, который нарушал мои границы, но не очевидно, а очень осторожно. Будто подкрадывался к жертве и приручал ее то лаской, то приказами.

– Снова торопишься? – насмешливо спросил Александр Викторович. Он как будто упивался моим страхом и стеснением. Ему нравилось видеть, что он не оставляет меня равнодушной. – Так спешишь отделаться от меня? Тебя кто-то ждет?

– Нет, но мне надо успеть на другую пару.

– Мы говорим пять минут, – бросил он взгляд на часы, а потом на меня. Ничего себе. Мне показалось, что я провела тут не меньше получаса, настолько время растянулось. Я полностью потеряла ему счет. – Считаешь, что мой предмет не так важен, как другие?

– Извините, я не хотела проявить неуважение.

В его глазах виделся упрек. Черт, это было невежливо. В своих попытках сбежать я вела себя без должного уважения. Не будь этих чертовых снов, я бы и не подумала держаться с ним так по-идиотски. Просто выслушала бы, что скажет, и пошла себе спокойно на другую пару.

– Если хочешь извиниться, есть такая возможность.

– Что вы имеете в виду? – напряглась я.

– Я новенький в этом городе. И не отказался бы от небольшой экскурсии.

– Экскурсии? – не поняла я.

– Да. Ты сможешь провести мне экскурсию? Скажем, в эти выходные.

«Держись от него подальше!» – вопило всё внутри меня, но вместо того, чтобы отказаться, я зачем-то согласилась. Это же не свидание, в конце концов. Да и мне было так неудобно за свою грубость, что я решила компенсировать ее этим маленьким одолжением.

Глава 3

Алекс

– Что ты сделал? – стоило мне войти в нашу квартиру, тут же набросился с вопросами Дем.

– Пригласил на «свидание» в выходные, – показал я пальцами кавычки.

– Серьезно?! И что? Согласилась?! – удивился он, как, впрочем, и я. Мы-то думали, малышка будет долго строить из себя недотрогу, отказываясь и заставляя нас «охотиться» на нее.

– Согласилась. Строила из себя испуганную лань, но согласилась. Ты бы только видел ее испуганное личико! Актриса что надо, даже я бы так не сыграл, – доставая из бара бутылки с виски, хмыкнул я.

Налил полный бокал и прикончил разом. Чтобы напиться, оборотню нужно было выпить в пять раз больше обычного человека, наша горячая, словно лава, кровь была слишком неподатливой к алкоголю.

– И что мы будем с ней делать? – нетерпеливо потирая руки, спросил брат. Ему, как и мне, не терпелось попробовать наш лакомый кусочек. Пусть зов истинной и не был настоящим, упускать удовольствие мы не собирались. Каждый оборотень знал, что секс с истинной ни с чем не сравним, те, кто не испытывали его, не понимали, но жаждали этого, а те, кто испытал и потерял, уже не могли наслаждаться обыденным сексом, как я.

Демьян не понимал, почему я стал таким безразличным к сексу, но не объяснишь же ему, что для меня это стало подобно замене мяса. Ты всегда сравниваешь и жаждешь настоящего, а не замену.

– Всё. Я собираюсь как следует повеселиться, перед тем как швырнуть ее в лицо этой твари, затеявшей с нами очередную игру. Но сначала мы немного поиграем. Пусть думают, что мы попались на крючок. Ты устроился на работу? – откидываясь в кресле и закидывая ноги на журнальный столик, спросил я. Мысли всё еще гуляли в аудитории, рядом с малышкой Настёной, которая пахла как настоящий грех. В мыслях я уже давно разложил ее на своем столе и отымел так, что даже окна задрожали. Эх, скоро-скоро, малыш…

– Да, всё отлично. Завтра выхожу.

– Послезавтра меня ждет прогулка с нашей малышкой, – протянул я с довольной ухмылкой. – Как думаешь, куда ее отвести?

– Пусть она тебя ведет. Интересно будет посмотреть, что она придумает.

***

– Извините, в этом городке ничего особенного нет. Только парк, стадион, несколько маленьких музеев и библиотека. Я подумала, что лучше начать с нее.

Девчонка так мило смущалась, что постоянно вызывала во мне плотоядную улыбку. Она трогала свои шелковистые каштановые волосы, убирая их за ухо, а я сжимал зубы, чувствуя возбуждение даже от этого мимолетного жеста. Я уже представлял, как прикусываю нежную мочку, вколачиваясь в девчонку сзади. Я буду брать ее жестко, вызывая протяжные стоны, громкие крики и мольбы, пока она не попросит пощады. Но даже тогда я не остановлюсь. Она получит по полной…

– Библиотека будет в самый раз, – сказал я, приходя в себя. С ней было сложно сосредоточиться. – Только называй меня на «ты». А то я чувствую себя стариком. У меня тоже был преподаватель по зарубежной литературе, когда я учился в университете, старый сморщенный профессор. Когда ты называешь меня на «вы», я сразу представляю его.

Мы шли по небольшой улочке по направлению к библиотеке. Я прекрасно знал, где она находится, весь этот маленький городишко я уже давно объехал на машине в поисках злачных мест, где можно подцепить знатных цыпочек, готовых на всё.

Мимо здания библиотеки я тоже проезжал, даже не подозревая тогда, что самая вкусная и соблазнительная цыпочка поведет меня туда. Интересно, ей понравится, если я нагну ее прямо посреди книжных полок?

– Хорошо, я постараюсь. Но, наверное, будет лучше сохранять дистанцию, чтобы не запутаться, когда мы будем общаться друг с другом в университете. Не хочу назвать вас там ненароком по имени при всех.

– Мне нравится твоя откровенность, Настя. Очень не люблю, когда мне лгут и пытаются обвести вокруг пальца, – намекнул я, пытаясь прощупать почву, но посланница ведьмы даже бровью не повела. Крепкий орешек. Продолжает держать марку и делать вид, что она обычная студентка, а не выполняет поручение ведьмы.

Промолчав на это замечание, девушка открыла дверь в библиотеку, и мы вместе вошли в царство книг. Аромат кожаных переплетов и ветхих страниц защекотал ноздри. Я втянул его глубоко в себя, посмаковал и выдохнул, но всё же свежий аромат стоящей рядом красавицы перебивал его и наполнял меня предвкушением.

Я знал, что он будет усиливаться по мере того, как я стану оказываться всё ближе и ближе, трогать ее как будто случайно в тесноте между книжными стеллажами. В полумраке библиотеки мы будем касаться друг друга. Она возбудится, ее киска станет влажной. Это неизбежно. Я уроню книги, а она наклонится, выставляя назад свою аппетитную попку, обтянутую тугими джинсами. Там я поймаю эту крошку и уже никуда не отпущу, пока не отведаю ее плоти. Она не могла выбрать лучшего места для первого свидания…

Настя

«Мне всё это кажется», – повторяла я себе как мантру, двигаясь между узкими проходами пустой библиотеки. Из-за чертовых снов мне всё время казалось, что Александр Викторович делает мне намеки и смотрит слишком плотоядно, прямо как в моем сегодняшнем сне.

– И часто ты тут бываешь? – как бы невзначай спросил он, пока сам тянулся к книге прямо около моего плеча, ненароком касаясь оголенной кожи. И зачем я только сняла кофту, оставшись в одном топике?! Кожу тут же покрыли мурашки возбуждения, и я смущенно отошла, пытаясь скрыть свое состояние. Просто нимфоманка какая-то, ей-богу!

– Не так часто, как хотелось бы… – проглотив ком в горле, проговорила я, не в силах отвести от него глаз. Сегодня мужчина из моих снов был одет в джинсы и черную рубашку с расстегнутыми верхними пуговицами, из-за чего я только и могла думать о том, как было бы сладко пройтись языком по этому оголенному кусочку кожи, а то, что я благодаря своим снам прекрасно знала, как он сложен, делало задачу не смотреть еще более невыполнимой.

– А что так?

– Времени нет, – вздохнула я. – Сложно совмещать работу и учебу.

– Так ты работаешь? – удивился он, кладя так и не раскрытую книгу обратно.

– Да, надо же на что-то жить, – пожала я плечами.

– А родители?

– Я росла в приюте. Понятия не имею, кто они, – привычная к этому вопросу, обыденно ответила я.

– Мои умерли много лет назад. Мы с братом любим путешествовать, вот и забрели в этот город, – вместо обычных слов сочувствия поделился он фактом о себе, чем немало меня удивил. Он вообще ставил в тупик. После спокойных размышлений я поняла, что его просьба провести ему экскурсию по городу просто абсурдна.

Какой преподаватель просит о подобном? Неужели я заинтересовала его? А быть может, дала какой-то сигнал своим странным поведением? Этого мне только не хватало! Эти навязчивые сны просто лишили меня способности соображать. Спасибо еще, что он только один, в отличие от реальности моего сна!

– Где ты работаешь?

Почему это прозвучало так двусмысленно?

– В ресторане, – тяжело вздохнула я, вспоминая, что мне через четыре часа на смену. – Официанткой. Ой! – пискнула я, почувствовав, как меня неожиданно прижали спиной к книжной полке. Твердые руки сомкнулись вокруг бедер, а манящие губы начали приближаться ко мне.

– Что вы делаете?! – в шоке выдохнула я, упираясь в его плечи кулачками.

– То, чего мы оба хотим… – бесстыдно прошептал преподаватель, совершенно не обращая внимания на мое сопротивление.

Горячие губы жадно прижались к моему рту первым в моей жизни поцелуем. От шока я невольно раскрыла рот, чем Александр Викторович тут же и воспользовался, запуская в него свой наглый язык и кружа им вокруг моего.

Тело тут же поддалось его действиям, откликаясь и размякая, и отталкивающие мужчину руки вцепились в плечи. Я словно оказалась в своем сне, такая же беспомощная и слабая, единственное отличие было в том, что сзади ко мне не прижимался двойник преподавателя, но мне и одного его хватало, чтобы полностью потерять контроль над собственным телом.

Крупные ладони сомкнулись на моей попе и прижали мои бедра к напряженному паху, давая почувствовать восставший член. Даже сквозь одежду он внушал опасения, ведь бугор явно был нехилого размера! Неужели даже тут реальность совпала с моим сном?! Язык всё скользил в глубине моего рта, не давая мне сосредоточиться, а бедра пришли в движение, имитируя то, что он явно желал проделать со мной без одежды.

– В следующий раз надень юбку, – прорычал он сквозь поцелуй, поднимаясь руками на мою грудь и ощупывая. Без лишних церемоний пальцы тут же пробрались под слои ткани и, отыскав соски, с силой сжали напряженные вершинки, заставляя меня подскочить от прострелившей тело боли, которая спустя несколько секунд отдалась прямо между моих ног. Киска давно сочилась влагой и требовала прикоснуться к ней, и, словно чувствуя это, Александр Викторович продолжал тереться своей эрекцией о шов моих джинсов.

Я попыталась всё же отпихнуть его, уперлась ладонями в твердую грудь, но только комкала тонкую ткань, наслаждаясь ощущением шелка и трепеща оттого, что между моими руками и горячей кожей преподавателя такая хлипкая преграда.

– Раздвинь ноги! – скомандовал он резко, и я безвольно подчинилась, широко расставив ноги.

– Послушная девочка, – рыкнул он довольно мне в рот. – Ты будешь делать то, что я скажу.

Одна его рука мяла мой зад через джинсы, а второй он продолжал агрессивно ласкать мои болезненно возбужденные соски, вертя их между пальцами.

Бедрами он ударялся мне в промежность, четко демонстрируя, что сделает со мной, когда мы окажемся без одежды. А что это случится, я уже не сомневалась. Вся эта ненужная экскурсия была лишь предлогом, а досужие разговоры – только прелюдией к тому, чего мы так оба хотели.

– Какая отзывчивая крошка, – прошептал он мне в губы, прикусывая нижнюю и втягивая в свой рот, а потом отпуская, оставляя болезненный след и одновременно острое наслаждение.

Он подул на горячую кожу губ, а потом лизнул их, нацеливаясь на то, чтобы я ощутила полный спектр контрастных ласк. Он то лизал губы, то кусал их, но кроме того первого жадного поцелуя не давал мне насладиться в полной мере его губами, изводя такой тактикой и заставляя меня жаждать большего.

То же самое издевательство он проделал с моими сосками, оставив их в покое и теребя уже через ткань. А внизу он просто вдавливался в меня членом, не останавливаясь ни на секунду. Толкался долго и размеренно, сам подобрав ритм и заставив меня следовать ему, подталкивая сзади за ягодицы, которые обхватил обеими руками так, чтобы я насаживалась бедрами на его бедра.

Нельзя было сказать, что мы занимались сексом, но если убрать покровы одежды, то именно это и происходило. Он полностью имитировал проникновение в меня, размашисто двигаясь бедрами между моих ног и толкаясь бугром через слои джинсов прямо в центр моего удовольствия.

– Давай, малышка, кончи для меня, ты уже близка, – настаивал он, отлично чувствуя мое состояние, которое при всем желании я не могла скрыть. Держась за его плечи, я двигалась с ним в унисон, раскрывшись ему целиком и позволяя нашим телам сталкиваться и отдаляться, чтобы снова врезаться друг в друга до высекания искр.

Лоно сочилось влагой, трусики были полностью мокрые, тело взмокло от пота, напряжение сковало члены, в горле пересохло, и я хрипло стонала под шумные выдохи мужчины, который бесстыдно доводил меня до оргазма прямо в общественном месте.

– Сейчас! – рвано выдохнул он мне в рот, а потом опустил голову, уткнувшись мне в шею и кусая кожу ощутимо и резко, а внизу меня прошибло сильным разрядом тока, заставив биться в экстазе и ловить судороги во всех мышцах. Слепящее наслаждение захватило меня и погрузило в темноту, куда я провалилась, повиснув на своем преподавателе.

– Скоро ты точно так же кончишь на моем члене, – пообещал он мне, лизнув мочку уха, и отпустил наконец, слабую и дрожащую, неспособную поднять на него глаза.

– Не надо стесняться, прелесть, – сказал он, – подняв мое лицо за подбородок, – в постели нет места стыду и скромности. Тебе понравятся все те грязные вещи, что я буду делать с тобой очень скоро. Мы идеально подойдем друг другу.

– Откуда вы знаете? – робко пискнула я, всё еще дрожа от охвативших меня чувств и жутко стесняясь этого мужчину. Теперь, когда морок возбуждения понемногу спадал, я начинала понимать, что наделала и в какую ситуацию попала.

Наглая усмешка расползлась на его красивом лице.

– Я всё о тебе знаю или узнаю. Ты ничего не скроешь от меня, крошка.

– Не говорите так! Вы же мой преподаватель! – попыталась я образумить его.

– Поздно изображать скромницу, – расхохотался он, проталкивая мне в рот палец и делая движение вперед и назад. – Скоро этот ротик хорошо поработает. Ты сама не сможешь дождаться этого и будешь просить… – начал пошло шептать он, не сводя взгляда со своего пальца, имитирующего движение члена!

Как только я поняла, какой подтекст имели его слова и действия, густо покраснев, оттолкнула его, не в силах поверить в то, что произошло.

Как я могла позволить случиться этому?! Я ведь не такая! Если бы одна из подруг рассказала мне о подобном, я бы первая осудила ее! Это всё проклятые сны!

– Ничего такого не будет! – оттолкнув его, твердо заявила я. – Не знаю, что на меня нашло, но это всё ошибка и повторения не будет!

Глава 4

Демьян

– Ну что? – нетерпеливо спросил я, стоило брату зайти в квартиру спустя несколько часов.

– Сбежала, строя из себя викторианскую девственницу, – хмыкнул он, явно пребывая в приподнятом настроении.

– Что ты сделал? Я знаю это выражение лица! – уличил его я.

– Небольшой петтинг в библиотеке. Даже без снятия одежды! Если честно, не ожидал, что она меня туда потащит. Наша малышка строит из себя скромную отличницу. Росла в приюте, работает официанткой и учится.

– Ого! Просто штамп на штампе, – расхохотался я. – Мильеретта постаралась на славу! Настоящая девица в беде.

– Я тоже так подумал, – кивнул Алекс. – Черт!

– Что? – наблюдая за его метаниями, спросил я.

– Голод.

– Еще две недели, – нахмурился я.

– Знаю. Но эта дрянь раздразнила меня и сбежала, а от возбуждения я всегда голоден, – доставая из холодильника остывший стейк, прорычал он.

– Брось это. Пойдем лучше поедим в каком-нибудь ресторанчике, – встал я, беря с полки ключи от машины. Алекс сегодня был на своих двоих, чтобы не нервировать девчонку, да и самому не сойти с ума от зова в тесном пространстве машины.

– Может, позвоним Амуну? – не сдвигаясь с места, спросил брат.

– Ты знаешь правила. Не чаще раза в три месяца, – качнул я головой. На самом деле я и сам чувствовал дикий голод.

– Иногда я жалею, что мы стали такими человечными, – запрокинул Алекс голову, издав протяжный стон.

– Наша человечность, как ты это называешь, не раз спасала наши шкуры. Темные стражи не дремлют, и рано или поздно те, кто нарушает законы нашего мира, получают по заслугам.

Оборотни, как и другие виды обитателей потустороннего мира, нуждались в подпитке. Для вампиров это была кровь, для нас же – человеческое сердце.

В древности мы просто охотились и убивали людей, разрывая их на части в стремлении добраться до самого вкусного, но с развитием цивилизации стало всё труднее скрывать свои преступления в мире людей.

Темные стражи начали наказывать, казня провинившегося так, чтобы остальные не рисковали нарушать новые законы. Хорошо, что нас с братом еще не было тогда на этом свете, не хотелось бы мне есть свиные сердца, как приходилось многим.

Много позже появился Амун со своей сверхсекретной корпорацией, который не только снабжал кровью свою расу, но и сумел сделать так, чтобы каждый житель нашего мира смог утолить свой голод. Правда, было одно условие – питаться мы могли не чаще раза в три месяца.

– Ты прав. Не знаю, что со мной. Эта девчонка меня взбесила своим побегом.

– Так давай найдем другую и оттянемся? Сколько можно жить монахом?

– Ты прав. Мне нужна разрядка, пусть и мимолетная.

***

– Смотри, какая рыжая цыпочка, – обратил я внимание брата на девку, которая битых полчаса крутила перед нами своей задницей и выворачивала наружу из выреза крупные коричневые соски.

Извелась вся, трогая себя и тут, и там, призывно гладя языком свои губы, не зная, что с ней происходит, а это действовали феромоны оборотней, которые для человеческих самок были похлеще любого афродизиака.

Они готовы были скинуть трусы по первому зову.

Правда, не всегда хотелось именно этого.

Скучно, если девка не сопротивляется.

– Она потасканная, – едва взглянул на нее Алекс, накачиваясь спиртным. – Спала с кучей мужиков.

– Зато готовая на всё! Раньше тебя не волновало, сколько девка перепробовала членов, а сейчас стал избирательным? Что у этой крошки такого между ног, что сделало моего брата ломакой?

– Отвали! – посмотрел он на меня зверем. – Я сказал же, мы даже не раздевались.

– Это-то тебя и гребет, да? Ничего, – успокоил я его, – этой малышке недолго ходить без наших членов в каждой тугой дырке…

От одних только мыслей об этом член встал как по команде, и я потрогал его через джинсы. Рыжая девка сразу отнесла это на свой счет и обхватила бутылку ртом, втянув в себя и пососав.

– Что она сделает в следующий раз? – заржал я, видя ее готовность стать нашей здесь и сейчас.

– Мне плевать, я ее не хочу, – продолжал угрюмо пялиться в стакан брат.

– Так, пошли, – потянул я его на выход. – Ты сказал, что наша малышка работает официанткой. Давай подкараулим ее, тут всё равно ничего у нас не срастется. Я хочу пялить девку и не видеть напротив твою кислую рожу.

– Иди и пяль ее один! Прямо вот обязательно со мной? Я тебя, что ли, держу?

– Э, нет, братец, не думай, что ты такой хитрый, – уличил я его, – пока я буду ее пялить, ты найдешь нашу малышку и первым распечатаешь ее. Хочешь забрать себе все сливки? Так не пойдет. Она будет с нами обоими сразу.

– Ладно, ты прав, она меня будто околдовала! – признался он в сердцах, когда мы уже вышли из бара на прохладный воздух. – Чувствую ее вкус на своих губах до сих пор. Вкуснее я ничего не пробовал.

– Не дразни, и так только о ней теперь думаю. Кем надо быть, чтобы свести с ума моего братца.

– Посланницей ведьмы, – напомнил он мне, на что я лишь рассмеялся.

– Какая разница, если мы получим удовольствие? С ведьмой мы разберемся потом, но сначала накажем эту сочную малышку, показав ей, что такое истинное наслаждение…

Крики из подворотни привлекли наше внимание, и мы оба навострили уши. Кричала какая-то девчонка, но никто кроме нас не спешил на помощь.

Брат метнулся туда первым, а я последовал за ним, обнаружив, как в темном переулке два крупных парня зажали между собой девчонку. Они уже порвали на ней футболку и грязно насмехались, обещая, что отымеют ее прямо тут. Сливочная грудь виднелась в темноте, и я почувствовал возбуждение, несмотря ни на что. Тугие сочные дыньки топорщились, так и напрашиваясь на язык.

Брат метнулся к амбалам, отшвыривая в стороны нечеловеческой силой и рыча, а я поторопился унять его, пока он не убил обоих. Не хватало нам тут стражей. Испортят всё удовольствие.

– Эй, эй, полегче, – оттащил я его от них, позаботившись, чтобы они просто убежали, да они и сами были рады свалить, перепугавшись не на шутку, а я вернулся к брату, которой стоял, набычившись и тяжело дыша. Девчонка прижимала руки к голой груди и дрожала.

– Настя? – «удивился» Алекс, шагая к ней. – Что ты тут делаешь?

– Я шла с работы… – захныкала она. – А они…

– Тише, тише, успокойся, – обнял он ее и стал утешать.

– Брат, ты знаешь эту девушку? – спросил я, строя из себя дурачка. На самом деле я просто не мог не почувствовать ее зов. Сладкий, благоуханный цветочек, который испортили бы, не окажись мы рядом.

Она же уставилась на меня.

– Это твой брат? – выдохнула она шокированно.

– Брат-близнец, – поправил я, ухмыляясь.

Алекс

Сладкая малышка прижималась ко мне, и я радовался, что спас ее, но только она не знала, что из лап одних чудовищ попала в лапы других.

Правда, мы постараемся быть нежными.

– Так вот ты какая, – ухмылялся брат, подбираясь к Насте, а она, поняв, какие у него намерения, испугалась и задрожала.

– Не надо! – попятилась она назад, пытаясь избежать моего прикосновения. Но было уже слишком поздно. Зверь учуял свою добычу и отпускать был не намерен.

– Надо-надо, малышка, – обошел ее Демьян, прижимаясь сзади. – Разве тебя не учили не гулять в лесу ночью одной? Серый волк может унести… – щелкнул он зубами, грубо прижимая ее за талию и рывком впечатывая в свое каменное тело. – И сделать с тобой много такого, о чем хорошие девочки не мечтают даже в самых откровенных фантазиях…

– Отпустите… – в полнейшей панике потребовала она и сделала шаг вперед, тем самым впечатываясь в меня. Упругие холмики вдавились в мою грудь.

– Я уже отпустил тебя днем, как видишь, ничего хорошего из этого не вышло, – выдохнул я ей в губы, накрывая их поцелуем. Язык нагло вторгся в ее рот, свободно гуляя и завоевывая территорию. Малышка даже ахнуть не успела, как я увлек ее в сладострастный танец языков.

Дем же, не теряя времени, потянул малышку на себя и накрыл ее руки, прикрывающие обнаженную грудь, своими, что я отчетливо видел благодаря тому, что брат пустил меня в свое сознание. Мы с легкостью могли передавать друг другу свои мысли, если позволяли это, опустив преграду, которая защищала наш разум от вмешательства. Делали мы это обычно как раз в таких случаях. Было намного интереснее участвовать в сексуальных играх со всех ракурсов и получать двойные ощущения.

– Какая вкусная малышка… – прохрипел Дем, впиваясь в ее шею поцелуем.

– Ммм… – запротестовала она в мой рот, пытаясь оттолкнуть меня, но это было ей не под силу, ведь меня даже десять человеческих мужчин не сдвинет, не то что слабая девчонка.

– Тебе будет очень хорошо, сладкая… Зачем же сопротивляться? – скользнул он рукой вниз по животу к кромке джинсов. Настёна задрожала, почувствовав, как близко он подобрался к ее девочке, и снова попыталась разорвать наш с ней животный поцелуй.

– Отпустите меня! Ммм… Не-е-ет… – успела она выдохнуть на последнем дыхании, когда уже Дем, развернув ее голову, заткнул ее рот своим.

Брату просто сорвало крышу от ее вкуса, и он думал о том, что всё, что было до нее, было пресным, невкусным, чем-то, на что он зря тратил свое время и силы.

– Вот та-а-ак… – накрыл я губами оставшуюся без внимания грудь, наконец вбирая в рот ее соблазнительный, напряженный от ласк Демьяна сосок. Девчонка продолжала вертеться, но теперь к этому примешались стоны наслаждения, которые она как могла пыталась сдержать.

– Да, малышка, тебе ведь нравится! – переключился я на второй сосок, оставшийся без внимания.

– Ммм… Не-е-т! – захныкала она, вновь пытаясь лягнуть меня… Или Демьяна, хрен разберешь среди сплетенных тел.

– То есть, если Дем всё же залезет тебе в трусики, там будет абсолютно сухо? – с громким чпоком выпуская изо рта ее сосок, дразняще спросил я, встречаясь с ее испуганным взглядом. Хорошо, что волки видели даже в кромешной темноте. Я знал, что она течет, мне даже не нужно было проверять это, ведь манящий запах ее соков давно забился в мой нос.

– Не надо, – заканючила она, стараясь хапнуть побольше воздуха. Бедняжка совершенно потеряла голову от нашего натиска и держалась на чистом упрямстве. Возбуждение настолько затопило ее, что она не могла больше с ним бороться. Чудо, что она всё еще пыталась отрицать очевидное.

– Мы сделаем тебе очень хорошо, очень-очень… – шептал Дем голосом змея-искусителя. – Тебе просто надо расслабиться, малышка. – Брат наконец расстегнул ей джинсы, пробираясь в трусики, я же молча наблюдал, получая извращенное удовольствие от всего происходящего. – О-о-о, какая ты мокренькая… И наверняка сладкая, не могу дождаться, когда попробую тебя на вкус…

– А-ах-х, – вскрикнула она, когда Дем начал круговыми движениями обводить ее клитор, трясь при этом о ее аппетитную попку своим пахом, я же, поняв, что просто не выдержу, расстегнул собственные джинсы, смыкая пальцы вокруг своего бедного каменного члена.

– Черт! Продолжай, Дем! – прорычал я, вновь возвращаясь к своему лакомству и вбирая в рот сосок.

– Ну не надо-о-о! – очередное хныканье, только вот то, как она подалась ко мне торсом, теснее прижимаясь к моему рту, ясно давало понять, что протестуют против происходящего только ее губы.

– Ты ведь сама хочешь, – выразил мои мысли брат, активнее тараня ее своими пальцами. – Наш невинный ангелочек сам желает быть пронзенным… Нанизанным на два члена…

– Не-ет, я не хочу, – стонала наша малышка, извиваясь и насаживаясь на пальцы Дема, которые двигались всё быстрее и быстрее, подводя ее к оргазму.

– Хватит ломаться, крошка, наслаждайся, – исторг хриплый смешок Дем, уже полностью взяв контроль над ее телом. Она не могла сопротивляться и просто вцепилась в его сильное предплечье, как за единственную опору. Поднималась на цыпочки, чтобы Дему было удобнее. Он двинул рукой еще глубже и резко поднял голову, передавая мне мысленное послание.

«Охренеть, она девственница. Так даже интереснее, брат, мы будем у нее первыми».

Предвкушение взорвалось внутри фейерверком, и я застонал.

«Привезем ее к нам, хочу взять ее на удобной постели, а не в грязной подворотне».

Он кивнул и провел длинную линию языком вдоль ее тонкой шейки, Настя тут же наклонила голову, предоставляя ему свободу лизать и целовать ее. Быстро сдалась, малышка. Я бы даже заревновал, если бы мог думать о чем-то, кроме того, как быстрее получить свое наслаждение.

Я видел воочию, как Дем ласкает ее, и синхронно двигал своей рукой по члену, представляя, как он окажется внутри нее. Как там будет тесно и жарко, ведь еще никто не оказывался там, мы первые распечатаем эту малышку. На двоих. Рука сжалась сильнее на стволе, головка стала влажной и налитой кровью. Я завелся до предела, хрипя и во все глаза смотря на сплетенные тела брата и его жертвы.

– А тебе не слишком много? – потянулся я к руке Насти, обращаясь к Дему. – Я тоже хочу.

– Что? – будто очнулась наша девочка, опомнившись, но оставаясь слабой и неспособной к сопротивлению. Она позволила мне положить ее пальцы на горячую кожу ствола и сжать его тугим кольцом. Кажется, она даже не совсем понимала, что мы делаем с ней, но беспрекословно подчинилась, словно опьяненная нашей близостью.

– Давай-давай, помоги мне, а то всё досталось моему брату, – скомандовал я, принуждая ее ездить рукой по стволу, брат же, сверкнув плотоядной улыбкой, расстегнул джинсы и достал свой член, потянув Настю за вторую руку.

– Нет, – снова начала биться она между нами, не желая такой пошлой игры, но Дем был неумолим.

– Сделай это, сожми его вот так, – руководил он ею, ни на минуту не выпуская свои пальцы из ее мокрой, громко хлюпающей киски. – Ты же не хочешь, чтобы мы взяли тебя прямо сейчас или заставили опуститься на колени и сосать наши члены попеременно? – пустил он в ход тяжелую артиллерию, на что Настя быстро принялась мотать головой, испуганно открыв глаза и, казалось, даже позабыв про то, что творил Дем между ее ног.

Но он не был бы собой, если бы не пустил в ход свое умение ублажать женщин. Его пальцы вонзились еще глубже, и я испугался, что он даже лишит ее девственности рукой, но брат, поняв мои мысли, остановился у самой грани, найдя меня взглядом.

«Не бойся, братец, мы порвем ее вместе членами, я тебе обещаю».

И я бы ответил ему, да Настя, захваченная невероятным наслаждением, которое вызвал Дем своей рукой, все-таки поддалась и стала водить рукой вдоль моего члена, наяривая его неумело, но старательно.

– О, да, – простонал я, отдаваясь в ее ласковые руки, а Дем просто накрыл ее киску ладонью и придерживал ее оргазм, сосредоточившись на том, как она ласкает его член пальчиками.

– Охренеть, – прохрипел он, завороженный, как и я, видом прекрасной девушки с голой грудью, которая двумя руками дрочила нам стволы и с широко раздвинутыми ногами отдавала себя под контроль Дема.

– Давай, малышка, ты делаешь всё правильно, сожми сильнее, – снова приказал он, двигая бедрами в такт движениям ее руки, я же, вне себя от бешеного желания, ускорялся и ускорялся. Мы двигались все вместе почти в синхронном ритме, оглашая подворотню сиплыми стонами и вскриками, давая и беря наслаждение, истекая соками и готовясь взорваться одновременным наслаждением.

– Наша малышка кончает, – предупредил Дем, который наконец привел Настю к неминуемому концу, и она, забившись в его руках, громко закричала, и это был не крик о помощи, а настоящий вопль удовлетворенной женщины, которая получила искрометное наслаждение.

– Да, девочка, сильнее, – двинул я членом вперед, чувствуя, как оргазм накрывает и меня, и толкая Настю на колени, семя короткими толчками выстреливало из члена и падало на ее белеющую в темноте грудь и марало маленькие соски, которых я коснулся головкой, придерживая член и возя им по тугим вершинкам.

– О боже, – едва дышал я от наслаждения, видя, как Дем уже сам наяривает рукой по члену, готовясь повторить мои действия. Настя, слегка опомнившись, попыталась встать с колен, но он надавил ей на плечи и не дал подняться, пока не выстрелил на ее грудь густым белым семенем, пошатываясь на вмиг ослабевших ногах.

– Мы совсем тебя заляпали, – рассмеялся он хрипло, подавая Насте ее футболку и помогая вытереться.

«Она чудо», – поделился он со мной очевидным выводом.

– Опустите меня, хватит, так нельзя, – снова заговорила наша малышка, которая вдруг вернула себе свою скромность.

– Куда же мы тебя отпустим? – расхохотался я, выбрасывая ее испачканную нашим семенем футболку и накидывая на нее сверху свой пиджак. – Ты теперь вся наша.