Цитаты из книги «Малая Глуша», страница 2

Ее охватил сладкий ужас вседозволенности. Она словно неслась с головокружительной скоростью по тонкому льду, оставляя за спиной трещины, сквозь которые уже проступала темная вода.

Новую жизнь надо начинать в новой одежде. Под это дело Розка выцыганила себе пальто джерси, ярко- зеленого цвета. Оказалось, оно чуть маловато и топорщится на талии, но Розка не позволяла такой мелочи испортить себе удовольствие от новой вещи.

Вообще- то чаек принято любить. Они отблескивают серебром и сталью в воздухе и пляшут на волне, как поплавки. Чайки романтичны.

Но Розка в чайках разочаровалась.

Как раз этим летом одну отдыхающую на надувном матрасе унесло волнами, и, пока она болталась в море, чайки до костей расклевали ей руки. Они пытались добраться до глаз, но та заслоняла глаза руками. Розка эту историю запомнила, и в душе у нее навсегда осело горькое чувство. Как будто ее обманули.

Любовь, если есть, всегда настоящая. Как иначе?

— Методики, — презрительно сказал Вася, уже успокоившись, — если восемь математиков собрать, они вам теорему Ферма в восемь раз быстрее не докажут. Чтобы теорему Ферма доказать, и одного хватит. Только это должен быть сам Ферма, улавливаете? Нет у нас Ферма. И в Москве нет.

— Фу ты, — пробормотал Вася, — вот же неймётся дуракам!

Он отлепился от постамента и шагнул к собачнику.

Руку он при этом засунул в карман, и походка его приобрела какую-то особую лёгкость и небрежность.

— Эй, фраер, закурить не найдётся? — сказал он развязным голосом.

Собака тоненько тявкнула. Вася, полагая, что это собаки должны бояться его, сделал шаг вперёд.

— Не курю, — проблеял собачник, понимая, что последует дальше, и подтягивая собаку к себе на короткий поводок.

— Закуришь, — пообещал Вася, держа на уровне пояса согнутую правую руку с разболтанной кистью. Призрачный нож как бы возник в его руке, зловеще отблёскивая сталью.

Собачник издал какой-то неопределённый звук, отскочил и, волоча за собой собаку, которая коротко взвыла, ринулся, ломая кусты, к дырке в заборе…

В компоте плавали разваренные бурые сухофрукты, словно экспонаты в банке со спиртом...повара просто особо изощренным образом издеваются.

Дом – это личное. Дом – это дом…

сильные думают, что судьба на их стороне, но на самом деле есть особый бог, он покровительствует слабым, потому что слабые – основа жизни, ее сила.

– Что ты здесь, Белкина, делаешь? – спросила Петрищенко противным учительским голосом.– Жду одного человека, – холодно сказала Розка и надулась, став похожей в своем зелененьком пальто на маленькую и очень злую лягушку.