Цитаты из книги «Мария Башкирцева. Дневник», страница 8

Женщины никогда не будут ничем иным, как женщинами? Но все-таки, если бы их воспитывали по-мужски, то неравенство, о котором я сожалею, не существовало бы, осталось бы только то, которое присуще самой природе.

А перед Сенатом, недалеко от Зимнего дворца, который, скажу мимоходом, сильно напоминает собою казармы - конная статуя Петра Великого, одной рукой указываюшего на Сенат, а другой - на Неву. Народ своеобразно толкует это указание. Царь, говорит он, указывает одной рукой на Сенат, а другою - на реку, как бы желая этим выразить, что лучше утопиться в Неве, чем судиться в Сенате.

Ах, если только подумать, как жалок человек! Каждое животное может иметь, смотря по желанию, какую ему угодно физиономию; оно не обязано улыбаться, когда ему хочется плакать. Когда оно не хочет видеть себе подобных, оно их не видит, а человек - раб всего и всех.

Вещи, которые я люблю, не утомляют меня.

Я нахожу все прекрасным и приятным, даже слезы, даже страдание. Я люблю плакать, люблю приходить в отчаяние, люблю быть огорченной и печальной. Я смотрю на все это, как на развлечение, и люблю жизнь, несмотря ни на что.

Боюсь, что такое неуемное желание жить на всех парах - признак недолговечности.

Я нахожу всякие утешения банальными и глупыми.

Мне тринадцать лет; если я буду терять время зря, что же из меня выйдет!

Я не понимаю, как можно относиться к мужу, как к какому-то домашнему животному.

Я была бы счастлива с моим мужем, потому, что я не стала бы распускаться, я заботилась бы о том, чтобы ему нравиться так же, как я заботилась об этом, когда хотела понравиться ему в первый раз.