Принявший веру добровольно всегда фанатичнее родившегося в этой вере.

Проводил с жертвой самый минимум времени ― тем более я был все-таки занятой человек. И наконец на две минуты пускал к себе для переговоров мужа. Говорил ему, что надо ждать летального исхода. И вот это слово ― «летальный» ― его просто не слышали. Понимали, что оно значит, но не слышали. Я поначалу думал, что невольно понижаю на нем голос, и нарочно заставлял себя произносить его громко. Все равно умудрялись не расслышать. Один кто-то даже сказал мне: «Как это ― ментальный исход, о чем это вы?» ― Джул отрывисто засмеялся. ― Ментальный, летальный, с ума сойти! Я перешел на аборты. Милое дело, раз-два ― и все довольны, вроде как перемоешь посуду и оставишь чистую раковину. Красота! Это было по мне, живи и радуйся, делай аборты. Я не разделяю мнения, что двухмесячный плод ― уже человек, так что с этим проблемы не было. Выручал из беды молоденьких девушек и замужних женщин, хорошо зарабатывал. Вдали от передовой, от линии огня. Когда меня застукали, я чувствовал себя как дезертир, которого изловили и притянули к ответу.

Суметь бы, думал он, умереть со словами: "Жизнь так прекрасна", и тогда все остальное неважно. Проникнуться бы верой в себя - тогда прочее не играет роли.

Красота молодых девушек, словно грибы, наполнивших город, сохраняется год-два. Некоторые из них так красивы, что способны остановить человеческое сердце, но погоня за славой и наживой смывает красоту, точно краску. Обыкновенные женщины не способны с ними состязаться. Ты можешь сколько угодно говорить о личном обаянии и уме — все решает естественная красота. Не будь этих красоток так много, появились бы шансы и у замечательных женщин с обыкновенным лицом и фигурой.

Sonna cosa nostra, — сказал дон Корлеоне. — Наше дело, наши заботы.

- Что они в такой день пристают к твоему отцу с делами? - спросила Кей.

Майкл фыркнул:

-Да потому что, по обычаю в день свадьбы дочери ни один сицилиец не может никому отказать в просьбе. И ни один сицилиец не упустит такого случая.

Давным-давно он усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая лишь на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков.

- Один законник с портфелем награбит больше, чем сто невежд - с автоматами.

Великими, как известно, не рождаются — великими становятся

Суметь бы умереть со словами: "Жизнь так прекрасна", - и тогда все остальное неважно