Читать книгу: «Печать архидемона»

Пролог

Комната на мгновение погрузилась в темноту.

— У меня есть вопросы, Лилит, и лучше бы тебе на них ответить, — раздался ледяной голос, отразившись эхом от каменных стен.

Демоница вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Винсерес стоял в метре от неё, его глаза пылали недобрым огнём. Он догадался. Конечно… не мог не догадаться.

Лилит развернулась к нему, но ближе подходить не стала.

— Ты знала, что произойдёт. Ты знала, что Кьяра — потомок жнецов, — это был не вопрос, но обвинение. — Слишком много совпадений, так не бывает. Из всех детей Кьяру случайно приметила именно чернокнижница. И, конечно же, так совпало, что она поняла, кто попал к ней в руки. Они забыты уже многие столетия, но наставница знала. Откуда? А потом в момент опасности столь молодая магичка умудрилась открыть мощный портал, ведь в ней копились осколки душ. И всё это вело к тому, что к ней должен был прийти именно я.

Демоница отвернулась и поджала губы.

— Не знала. Но я надеялась, что из всех возможных вариантов выпадет именно этот. Я пыталась уже множество раз с другими потомками, но ничего так и не вышло. Будущее... слишком изменчиво. Но в этот раз я сделала всё, чтобы спасти нас. Тебе не в чем меня упрекнуть.

— О чём ты?

— Возможно... много лет назад, когда Кьяре было пять, некий демон шепнул её матери отдать девочку в Орден, ведь там с магическим даром ей самое место, — Лилит уставилась в окно на чернильное небо и некоторое время молчала. — А потом, спустя несколько лет, когда появилась новая возможность, другой демон подсказал сильному магу Ордена, чернокнижнице, известной тебе как Беатрикс, присмотреться к девочке, что оживляет бабочек в саду. И она увидела. Она поняла, кто попал к ней в руки, а может, ей подсказал тот самый демон. Девочку начали учить, пока в один прекрасный момент будущее не сложилось так, что ей понадобилась помощь, — демоница обернулась и взглянула на Винсереса. — И ты пришёл к ней.

— И ты всё это время молчала, — оскалился он, — плела свои интриги и молчала.

Демон еле сдерживался, чтобы не разорвать её в клочья. Это было бы полнейшим безумием, но злость вытеснила любую логику, словно яд, разливаясь по венам и отравляя разум.

— Да, — спокойно ответила Лилит, выдерживая его пылающий гневом взгляд, — иначе ты не пошёл бы. Или нашёл способ убить её до того, как проникнешься к ней симпатией. Я видела все эти варианты. Все они в итоге привели бы к нашему забвению.

— Они и так привели, — недовольно процедил он и направился на балкон, а облокотившись на перила, со скрежетом вонзил в них когти. — Смерть и так на пороге. Это конец.

Он окинул обречённым взглядом окрестности: везде клубилась Пустота. Ещё немного, и кроме неё ничего не останется. Их не останется. Тысячелетиями жить в заключении, чтобы тут же и умереть? За поступок двоих платили все. Лилит встала рядом и закрыла глаза. Она каждый день наблюдала эту картинку. Видела смерти и ощущала близость своей. Но всё же… всё же это был не конец.

— Шанс ещё есть, — тихо сказала она, — крошечный, но он есть. Она влюблена и сломлена, а люди принесли ей слишком много гнева и боли... Жнецы мстительны. Если этого хватит, она откроет врата.

— Если не умрёт раньше, — хмыкнул демон, припоминая, сколько раз Кьяра лишь чудом не погибла. Но теперь его нет рядом, чтобы уберечь её.

— Она станет сильнее. Должна стать. Это наша единственная надежда.

Винсерес не ответил и просто молча смотрел вдаль. Кончики губ Лилит же слегка приподнялись в еле заметной улыбке. Кьяра станет сильнее и откроет врата, но ритуал будет стоить ей жизни.

Глава 1

Ледяной порыв ветра растрепал волосы и принёс озноб. От сидения на мёрзлой земле ноги уже не чувствовались, но так я хоть как-то могла сохранить остатки тепла. Выпустив облачко пара на озябшие пальцы, я покрепче обхватила себя руками и уткнулась подбородком в колени.

— Мне так холодно… — прошептала я в ледяную пустоту и закрыла глаза.

По телу прошла волна дрожи, и я всхлипнула.

— Хочешь, я тебя погрею? — раздался знакомый голос, и я резко подняла голову.

Винсерес стоял напротив меня, еле видимый в ночном буране, его волосы и плащ неистово трепали порывы ветра, но он их, казалось, не замечал.

Я слабо улыбнулась и кивнула, не в силах даже встать. Демон уселся рядом и обнял меня, крепко прижав к себе. Я уткнулась ему в грудь и засунула озябшие руки ему под рубашку. Они дрожали, а от прикосновения к его тёплой коже и вовсе стало больно.

— Я думала, что больше не увижу тебя, — тихо сказала я и вздрогнула от очередного порыва ветра, прижимаясь к демону сильнее.

Ощущая его тепло, я будто грелась слабым лучиком надежды, отголосками прошлого, что ещё не успели остыть и забыться, но на самом деле буран был и у меня внутри.

— Ты звала меня, как я мог не прийти?

Он крепче сжал меня и погладил по голове. Постепенно я перестала дрожать, и даже пальцы немного согрелись. Я нашарила его руку, и мы переплели пальцы. Ветер неистово трепал волосы, и нас, сидящих посреди ледяной пустоты, начало заносить снегом.

— Скажи... — неуверенно проговорила я, — ты дал бы мне шанс? Или заставил открыть врата и умереть?

Я подняла голову, чтобы видеть его взгляд. Ви ровно смотрел на меня мерцающими в темноте глазами и молчал. Тогда он не ответил, не успел, но мне нужно было узнать хотя бы сейчас…

— Нет, — твёрдо произнёс он, — я бы нашёл иной вариант.

— Но Азраил…

— Азраил не стал бы оспаривать, не в этот раз.

— Почему?

Тишина. Я опустила голову и уставилась на ледяной снег, но потом покачала головой. Какая разница...

— Всё было зря, — я шумно выдохнула, пытаясь справиться с комком в горле. — Я не знаю, как открыть врата, я ничего не знаю…

По щеке прокатилась слеза, обжигая ледяную обветренную кожу.

— Время ещё есть, но его мало. Пустота рядом, она уже слишком близко. Ты должна найти способ открыть врата, Кьяра.

— Но я не знаю как, — я подняла голову и посмотрела в его мерцающие фиолетовым глаза и заметила в них какую-то обречённость. — Меня отправили на Северную заставу, а тут… Ты не представляешь, тут везде эта Пустота, и она разрастается. Люди называют её скверной. Нет на севере никакой войны, и никогда и не было, всегда одна лишь скверна.

— Правда? — Ви немного отстранился, и в этот раз он был встревожен. — Но как…

Он хотел ещё что-то сказать, но от резкого визга я подскочила на месте.

— Ты чего? — испуганно спросила Айви.

Помотав головой, я обнаружила себя всё в том же холодном бараке, в который нас привели пару часов назад. Мы с ифлиссой сидели в обнимку в углу на узкой соломенной подстилке, и её пушистый хвост покоился у нас на коленях, закрывая руки в попытках их хоть как-то согреть. Она легонько дрожала и жалась ко мне. Наши руки… они были сплетены пальцами точно так же, как мы держались с Ви во сне…

В груди плескалось море острых льдинок и царапало надломленное сердце. Я потёрла лоб рукой. Всего лишь сон… Грудь сдавило от воспоминаний о демоне. Он говорил со мной во сне, но, возможно, я уже опоздала, и его больше нет. А даже если ещё жив, как я открою врата? А если открою их поздно... Кроме редких ускользающих снов у меня ничего больше и не останется.

Глаза защипало, но я не позволила себе плакать. Враг не должен видеть меня такой.

— А кто-то кричал? — справившись с комком в горле, спросила я у Айви. — Или мне приснилось?

— Из барака напротив забрали несколько человек, — тихо сказала она и прижала уши. — Я слышала, стражники говорили, сегодня заберут ещё.

Решив получше осмотреться, я выбралась из-под её хвоста и направилась к решётке. Наш барак был самый маленький, примерно десять шагов в длину, и представлял из себя просто прямоугольную комнату с ведром в углу, да тонкими соломенными матрасами на мёрзлой земле. Тут содержались только женщины, и когда нас пятерых привели, тут уже сидело четверо. Одну из женщин, совсем старую, забрали почти сразу. Больше она не возвращалась. Трое остальных были чуть старше меня и выглядели необычно. Тёмный оттенок кожи так непривычно смотрелся, что иной раз мне приходилось заставлять себя отводить глаза, чтобы не рассматривать их уж совсем внаглую.

Как оказалось, — это рабыни, привезённые с южных островов. Они сообщили, что на корабле привезли примерно сотню рабов, но в основном мужчин. Сокамерницам же капитан сделал такое же прекрасное «щедрое» предложение, что и нам, но они после демонстрации скверны сразу согласились. Собственно, они уже были рабынями-наложницами у себя на родине, и теперь их просто перепродали очередному «хозяину». Согласились на предложение командира и две другие женщины пропитого вида, что приехали уже с нами, Лори и Карла. Из отказавшихся остались только я и Айви, но точный ответ мы должны были дать завтра. Умирать я тут не собиралась, но и быть подстилкой для солдат тоже, так что нужно соображать, как бы побыстрее отсюда свалить.

Дверь барака представляла из себя прочную решётку, прямо за которой горел костёр, и хоть как-то согреться можно было, только стоя около него. Я подошла к решётке и потянулась к пламени, поворачивая озябшие руки разными сторонами и одновременно с этим рассматривая пламя. Костры защищала магическая структура купола, исключающая поджог, но я ещё не до конца в ней разобралась и не решила, можно ли её как-то использовать для побега. Хотя видеть я её не должна была, но когда кандалы сменили на блокирующий магию ошейник, воровские способности Айви оказались очень кстати, как и умело припрятанные отмычки, которые при обыске обычные солдаты заставы обнаружить не смогли. Ифлисса аккуратно вскрыла замок, не привлекая внимания остальных сокамерниц, и магия больше не блокировалась, но сам ошейник для вида я решила-таки оставить.

Сами бараки стояли вдоль прохода с кострами, по которому периодически ходили часовые. В эти костры дрова не подкладывали, но пламя не исчезало, поэтому я сделала единственно верный вывод, что поддерживали их маги. И это было проблемой, ведь открыто использовать хоть сколько-нибудь активную магию я не могла, её могли засечь даже не маги, и пойду я на корм скверне быстрее, чем Виас придумает, как меня отсюда вытащить. Так что просматривать структуру пламени следовало очень осторожно, никто не должен был узнать, что ошейник не действует. Там, где каждый сам за себя, первыми сдадут свои же. Хотя Айви почему-то очень активно начала общаться именно со мной и взломать ошейник предложила тоже она. Это выглядело странно. И я бы подумала, что её подослали инквизиторы, если бы она не была ифлиссой, к которым отношение часто было не лучше, чем к чернокнижникам. Стоило к ней присмотреться и понять, на чьей она стороне.

Я чуть высунулась сквозь прутья, делая вид, что тянусь к костру, но сама посмотрела по сторонам. Слева, насколько можно было видеть, стояли лишь бараки, сквозь решётки которых люди также тянулись к пламени в попытках согреться. А вот справа был основной лагерь, и военные приходили именно оттуда, но как я ни старалась, за снегом и метелью толком ничего увидеть не смогла.

— Руки убрала! — рявкнул стражник и ударил ногой по решётке так, что от неожиданности я охнула и отскочила.

Смерив его убийственным взглядом, я насупилась. Хотелось высказать ему, что я думала, но архимаг велел молчать в тряпочку и не привлекать к себе внимания, так что своё недовольство пришлось засунуть в место пониже копчика. Айви неслышно подошла и встала рядом, её уши чуть заметно дёргались.

— Что ты…

— Тс-с-с, — ифлисса приложила палец к губам и сделала вид, что греет руки, пихать за решётку, она их, впрочем, не стала. — Идёт толпа стражников.

Ещё один стражник прошёл около бараков напротив, и кому-то досталось за вытянутые руки прямо по ним. Послышались крики и ругательства. А вскоре и я различила, что по проходу шло несколько человек, а потом они появились уже в нашем поле зрения.

Четверо вооружённых солдат в доспехах и зимних накидках морщились от метели, но явно охраняли пятого, держа руки на рукоятях мечей. У одного в руках был заряженный арбалет. Пятый, видимо, был выше их по званию. Он шёл с кипой бумаг в руках, изо всех сил стараясь закрыть их от ветра, и внимательно в них что-то читал. Его форма отличалась от остальных. Я в ней совершенно не разбиралась, но у неё отличался крой, а ещё сверху была накинута пушистая накидка из бурого меха, а часть лица закрывали шарф и меховой капюшон, оставив видимыми только глаза. За меч он не держался, но оружие висело в ножнах на поясе. Один из воинов рангом ниже что-то ему периодически говорил, после чего они останавливались около барака, и главный заглядывал внутрь.

— Капитан явился, — шепнула Айви, — смотрит, кого привезли. Ещё он недоволен. Несколько человек из новеньких пытались бежать, их скормили скверне, но те успели ранить двух стражников.

Как удобно было бы такой же слух иметь, а! Ифлиссы, поди, и звон монет за километр слышат и на звук идут воровать.

Процессия проверяющих тем временем дошла до мужского барака напротив, и когда капитан подошёл ближе, его видимая часть лица показалась мне смутно знакомой. Неужели кто-то из Инквизиции? Я надеялась, что нет, иначе это могло слишком сильно осложнить побег, на который я так надеялась, а то и вовсе по приказу Эдгара он просто кинет меня скверне как можно быстрее, чтобы уж точно я никого больше не вызвала.

— В этот раз слишком мало пьяниц и бродяг, — донёсся сквозь шарф голос капитана, но даже так было слышно, что он недоволен.

— Так, зима, сами от холода дохнут, — развёл руками помощник.

Капитан на некоторое время остановился, вчитываясь в списки. Ветер то и дело трепал бумагу, и ему постоянно приходилось прижимать её рукой, но затем он посмотрел на решётку противоположного барака и спросил:

— Кто тут Джоа Ойзек? Подойди сюда.

Нехотя толпа греющихся расступилась, и вперёд вышел низкий щуплый мужичок лет шестидесяти с абсолютно лысой головой и смуглой кожей. Он дрожал и идти не хотел, но та же толпа толкнула его к решётке, практически впечатав в неё.

— Тут написано, что ты маг, какой именно?

Джоа испуганно смотрел на воинов, но так ничего и не сказал.

— Отвечай капитану! — рявкнул стражник, всё тот же, что чуть не ударил меня по рукам, и врезал древком топора по решётке, мужичок вздрогнул.

— Я целитель... Правда, самоучка, — еле выдавил из себя старик.

— В кандалы и отвести его к магам, — приказал капитан. — Может, сгодится чем, пока не сдох от холода.

Целителю приказали вытянуть руки через решётку, надели кандалы и только потом под прицелом арбалета вывели из клетки и куда-то увели. Проверяющая процессия двинулась дальше по противоположному ряду, а я уже задумалась, не отведут ли и меня следом к тем же магам? Я, правда, не целитель, а чернокнижница, но вдруг…

Когда процессия дошла до соседней клетушки, к нам присоединились ещё две женщины с островов, пытаясь погреться.

— Отойти! — снова рявкнул этот мерзкий стражник и ударил по решётке.

Я изо всех сил сжала челюсти, только бы смолчать. А он тем временем остановился и сложил руки на груди. Этот тип был особенно грузным и высоким. Лицо справа в глубоких шрамах, будто его граблями драли, глазки мелкие, да ещё и нос был явно сломан и косил направо. Такую внешность не забудешь. И когда я буду сбегать, ну, если буду, конечно, я этого придурка убью самолично.

Ещё пару секунд уничижительно смотря на этого ублюдка, я скосила глаза и только сейчас заметила, что капитан смотрел на меня в упор, и в его глазах явно читалось изумление. Он резко начал листать бумаги, потом провёл пальцем по строкам и, когда остановился на одной из них, снова поднял на меня сосредоточенные глаза. Я сощурилась и нервно сглотнула. Что-то было не так. Он меня узнал? Из-за капюшона и шарфа, закрывающих пол лица, я не могла понять, кто это мог быть.

— Кто из вас Кьяра Айсвен? — спросил он, не сводя с меня глаз.

Женщины шустро расступились, оставив около двери только нас с Айви. Пару секунд мы смотрели друг на друга и оба хмурились. Напряжение внутри нарастало. Что, если он сейчас решил меня убить или отвести скверне? Рискнуть и выдать свою магию? Но тут столько стражи...

Капитан опасно сощурил глаза, а потом перевёл взгляд на стражника рядом:

— Сковать и ко мне её.

Что? К нему, не в скверну? Уж не пытки ли продолжать, в надежде, что я расскажу что-то о Ложе?

Руку снова начало жечь, и я инстинктивно сделала от решётки шаг назад, а Айви напряглась. Её зрачки резко расширились.

— Капитан, она ж чернокнижница, пометка по ней, что особо опасна.

— Я что, неясно сказал?

Стражник молча развернулся и приказал мне вытянуть руки, но я ещё на шаг отступила и мотнула головой. Ещё немного, и от нервов на руках сами собой вспыхнут молнии и выдадут меня с головой.

Шумно выдохнув, тюремщик пробормотал какое-то ругательство и отпер решётку, тут же схватив меня за руку. Я вскрикнула, и буквально в мгновение Айви умудрилась вынуть его меч, но вот напасть не успела, потому что капитан перехватил её за запястье, видимо, довольно больно вывернув его, потому что она вскрикнула и разжала руку, а меч с грохотом упал на землю. Он столь резко прижал её к стене, что я в ужасе замерла и перестала сопротивляться.

— А кто это тут у нас, а? — нагнулся он к Айви, я не видела его глаз, но голос сочился ядом. — Поганое ворьё, что посмело тронуть оружие и напасть на стража. Может, сразу скормить тебя скверне, не дожидаясь ответа командиру?

На лице ифлиссы мелькнул ужас, она задёргалась, но капитан был сильно больше неё и прижал её так сильно, что она не могла двигаться и от страха прижала уши. Тут уже у меня внутри всё сжалось. А что, если её уведут убивать? Рискнуть и выдать себя? Да что делать-то?!

— С радостью так и сделал бы, — процедил он, — и даже отвёл тебя сам, но мы уже покормили сегодня скверну, да и капитан велел подождать ещё один день. Но завтра...

Он многозначительно посмотрел на неё, и, к моему огромному облегчению, выпустил, резко развернулся и ушёл, а я настолько опешила, что не сразу услышала приказ вытянуть руки.

— Ты оглохла, что ли? — снова орал тот мудак. — Руки протяни, иначе я тебе их отрублю.

Пришлось подчиниться, и через минуту меня уже вывели из барака и велели следовать за стражником. Сзади меня, правда, шли ещё двое с мечами в руках, так что вряд ли я бы смогла далеко убежать, зато был хороший шанс осмотреться, хоть метель и мешала это сделать.

Все бараки располагались в отдельной закрытой части лагеря. С одной стороны от них была внешняя северная стена и скверна, а с другой — скальные выступы, по которым тоже убежать было нельзя. Все жилые воинские бараки и прочие домики неясного мне назначения располагались во второй части лагеря и отделялись высоким деревянным забором на манер городской стены, сверху периодически прохаживались караульные с арбалетами. Меня завели в дверь, которую открыл стражник с другой стороны, и повели вглубь сектора. Дома тут стояли в два этажа максимум. Хотя некоторые своим видом, скорее, походили на длинные сараи для скота. Вокруг Саинберга в таких держали коров и лошадей, но следов копыт, навоза или какого-либо сена я тут не заметила, как и широких ворот, только узкая дверь снизу и рядом лестница на второй этаж к точно такой же дверке. Судя по всему, это были казармы обычных солдат, да и костров вокруг них горело довольно много. Но были тут и другие домишки, уже больше похожие на обычные городские, хотя и деревянные, из труб которых валил густой дым.

Именно в один из таких домишек меня и привели. Он стоял немного особняком от других и был окружён забором, за которым виднелись костры. Также я заметила подвесной проход от второго этажа, который уводил куда-то в метель. Но тут вообще имелось довольно много навесных дорожек, что вели на контур стены около скверны, видимо, чтобы капитаны могли быстро друг до друга добраться. А ещё с таких удобно было бы находить пленников и отстреливать их с высоты. Интересно, а где жили маги?

Хотя мне стоило бы побеспокоиться не о магах, а о собственном ближайшем будущем, в котором мне могло грозить изнасилование, пытки или убийство. Охрененный выбор, ничего не сказать. При плохом исходе придётся пустить в ход магию и далее уже импровизировать.

Стражник схватил меня за кандалы и потащил в калитку, и я ощутила неприятную волну дрожи. На периметр был наложен магический контур охраны. Плохо. Пусть тут маги умирали и всё время требовались новые, защитные контуры и костры они тем не менее поддерживали. Если я попробую обезвредить защиту, они тут же ощутят постороннее вмешательство.

Дом, к которому меня привели, ничем не отличался от остальных. Обычный деревянный, слегка косой, на нижнем этаже окна отсутствовали, сверху виднелся небольшой балкончик. Мы остановились около дома и стали ждать. Метель завывала, кандалы заледенели, и коже рук под ними стало совсем больно. Я попыталась поддеть под них хотя бы уголки рукавов шубы, но охранник дёрнул цепь и приказал стоять ровно, иначе он ударит меня.

Мне стало совсем уж неспокойно. При такой охране даже будь я боевым магом, как я сбегу вообще? Что может придумать Виас, он же, скорее всего, понятия не имеет, что на самом деле тут творится. Он же действительно считал, что здесь идёт война. Что-то сомнительно, что он сможет мне хоть как-то помочь, а если и сможет, то к тому моменту меня вполне уже могут скормить скверне. Сама я точно не сбегу, даже вдвоём с Айви. Ну откроет она замки, а я обезврежу пару контуров, а с многочисленной охраной-то что делать? Нас банально числом задавят. Ещё и капитан этот странный… Если сейчас выяснится, что это какой-нибудь сподручный Эдгара, которого тот подослал от меня из мести избавиться, моя жизнь закончится уже сегодня.

Только лишь я о нём подумала, как руку снова обожгло от боли, и я поморщилась и еле сдержала стон, а на спине выступил холодный пот. Ледяной порыв ветра тут же заставил задрожать и заклацать зубами.

Капитан явился минут через пять. Мне не нравился его меч и скорость реакции, но он не был магом, да и у меня было преимущество во внезапности.

— Дальше я сам, — взял он цепь кандалов из рук воина и вынул из ножен длинный меч, на клинке которого тут же засияли отблески огня костров. — А ты без глупостей, чернокнижница, иначе останешься без головы.

Я сглотнула и молча кивнула. Но нужно быть готовой действовать, если он решит меня пытать или ещё чего хуже. Я не могу выдать себя и заранее подготовить что-то мощное, но можно попытаться убить его молнией, забраться на подвесной мост, а дальше по обстоятельствам.

Он открыл добротную входную дверь с навесным замком и засовом и завёл меня внутрь. Тусклая лампа практически не давала света, освещая только узкую деревянную лестницу, но, судя по всему, первый этаж был чем-то вроде склада, потому что я заметила тут мешки, ящики, какие-то тюки сена, а также дрова. На второй этаж я поднималась первая, прямо спиной ощущая, что мне в сердце направлено остриё меча.

На втором этаже имелась мелкая прихожая с одиноким диваном и столиком, из которой вела ещё одна дверь. И когда мы зашли в комнату, мужчина закрыл на ключ неприметную дверь прихожей, которая отделяла нас от лестницы.

Скверно. Я попыталась найти глазами что-то, чем можно было бы его ударить, но никаких палок и уж тем более ножей или кочерги не обнаружилось. Капитан молча кивнул на вторую дверь. Мой пульс уже зашкаливал. Владение магией было моим тайным преимуществом, и нельзя было показывать, что ошейник не работает, но нервы уже начали брать верх, и я еле сдерживалась, чтобы на него не напасть. На кончиках пальцев уже практически искрили молнии, и если я поддамся раньше времени, то обратного пути уже не будет.

Сглотнув, я шагнула в неизвестную комнату, и в ней тут же загорелся тусклый фонарь. Внутри было бедненько. Одно окно с тёмными шторами, кровать, узкий шкаф, да столик с двумя стульями около печки, от которой шло тепло, и слышался треск дров. На пыточную не особо похоже, убить меня можно было и снизу, не пачкая кровью свою спальню. Значит, изнасилование?

Я остановилась около печи, и от напряжения уже начала дрожать, тем не менее наблюдая за каждым движением незнакомца. Только бы не прогадать момент удара. Мужчина также запер дверь на ключ и убрал связку в карман, обошёл меня по дуге и встал с другой стороны от печки напротив. Нас разделял лишь столик и стулья. На некоторое время повисло напряжённое молчание. Я сжала челюсти и изо всех сил старалась скрыть дрожь, а незнакомец хмурился и оценивающе меня рассматривал, но потом убрал меч в ножны.

— Сейчас я подойду и сниму с тебя кандалы, — осторожно сказал он, — а потом мы поговорим. Но без глупостей, договорились?

Я нехотя кивнула. Капитан медленно приблизился и, не спуская с меня глаз, расстегнул кандалы, они с грохотом упали на пол, заставив и так напряжённую меня вздрогнуть от грохота. Я тут же сделала шаг назад, не сдержалась и потёрла запястья. Обмороженная кожа тут же ответила резкой болью, и я поморщилась. Незнакомец медленно отошёл обратно, не поворачиваясь ко мне спиной, снял с себя меховую накидку и развесил её на стуле около печки.

— Кьяра… Не могу поверить, что это ты, — он покачал головой и в упор уставился на меня.

— Мы знакомы? — я в сомнениях сощурилась на скрытое шарфом лицо и невольно перебрала пальцами в воздухе. Для молний хватит и нескольких секунд.

— Когда-то были, — ответил он и стянул, наконец, шарф.

Длинные тёмно-русые волосы после капюшона сильно растрепались и небрежно падали на лоб и плечи, закрывая мерцающие от пламени зелёные глаза. Левая бровь была рассечена, лицо покрывала недельная щетина, и на подбородке сильно выделялся крестообразный шрам. И этот шрам я узнала.

Не может быть!

Я охнула и закрыла рот ладонями, не в силах поверить в происходящее.

— Со́рен? — еле слышно прошептала я, а он кивнул и улыбнулся. — Сорен! — крикнула я и бросилась к нему на шею, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями.

Брат обнял меня и сильно прижал, и мне казалось, что я всё ещё сплю. Ну откуда ему вообще тут взяться, кроме как не во сне? Но ощущения от объятий и боль на запястьях от кандалов была вполне реальна. Казалось, что стояли мы целую вечность, прежде чем я разжала руки и вытерла мокрые щёки. Он сделал шаг назад, всё ещё держа меня за плечи, и внимательно меня осмотрел.

— Я не сразу тебя узнал, да и глазам своим не поверил, пришлось списки перепроверить. Откуда голубые волосы?

— Зелье выпила, пока тестировали его свойства, — я шмыгнула носом и улыбнулась.

— Садись пока около печки, погрейся, а я чай налью и принесу поесть.

Сорен зашторил поплотнее окно, подошёл к неприметному шкафчику и загремел посудой, а я сняла шубу и села на грубо сколоченный стул и придвинулась поближе к пламени. Как и в случае с демонами, мне снова показалось, что всё это просто не могло быть реальностью. Брат пропал пять лет назад, написал, что с Южной заставы его переводят в другой гарнизон, и больше не объявлялся. Выходит, его перевели сюда? И вот сейчас я пленница в заснеженных просторах около скверны, а пропавший брат наливал мне чай. Как это вообще в мыслях уложить?

— Ты из-за перевода перестал писать? — догадалась я. Теперь это стало очевидно. Но мне никогда не приходила в голову такая мысль ранее.

Сорен как раз шёл ко мне с подносом и двумя чашками. Поставив его на небольшой так же грубо сколоченный стол, он взял с печки чайник и наполнил чашки. На тарелке лежало нарезанное неровными кусками вяленое мясо, сыр, чуть чёрствые хлебные лепёшки. От голода у меня аж живот скрутило, и я принялась жевать, запивая почти обжигающим напитком, но остановиться не могла. Брат придвинул табурет и сел напротив, некоторое время он разглядывал меня, а потом устало вздохнул и потёр шрам на подбородке.

Мы не виделись пять долгих лет. Последний раз мы виделись за пару месяцев до его перевода на север. Я как раз летела по заданию Ордена в один городок в южной части континента, и мы договорились там встретиться. Всего на день, дольше командование ему не позволило, но все эти годы я хранила память о том дне как о последнем в его жизни. Когда он исчез, сначала я ждала и надеялась, что он объявится, но годы шли, вестей не было никаких, и надежда угасла совсем. Мне всегда хотелось думать, что он жив, но где-то глубоко в душе я его уже похоронила. Но нет, я оказалась неправа. Не чудо ли?

Я старалась получше рассмотреть его, останавливаясь глазами на каждой детали, будто хотела запечатлеть его в памяти на случай, если он вдруг исчезнет опять. Брат стал старше, крепче, отрастил волосы. Щетину он вообще никогда не носил, всегда гладко брился. Да и шрама на брови не было. Но больше всего изменились его глаза. Уставшие, измученные и уже совершенно не такие яркие и весёлые, как было много лет назад. Наверное, после всего перенесённого, и я изменилась не в лучшую сторону.

— По шраму узнала, да? — усмехнулся он, и я кивнула. — Я так и подумал. Когда увидел тебя в бараке, решил не снимать шарф, чтобы по твоей реакции никто не догадался, что мы знакомы. И сразу говорю, никто знать этого не должен.

Я кивнула, а он тут же продолжил:

— Объясни, как ты сюда попала? Ты правда чернокнижница?

— Так почему ты исчез молча? — нахмурилась я, пропустив его вопрос мимо ушей. — Неужели не сказали, куда тебя отправят?

— Нет, нам этого действительно не сказали, просто спустили приказ и всё, — он устало вздохнул и взял свою чашку чая, размешивая в ней сахар. — Пришёл командир со списками, назвал фамилии, сказал через час быть готовыми. Человек пятьдесят нас забрали с Южной заставы. Разные слухи ходили, но было лето, не сразу мы поняли, что на север плывём, а тут… В первый же день мы даём клятву молчания на крайне хитром артефакте и не можем никому сообщать о том, что происходит. Домой писать запретили, даже говорить о том, где мы. Для всех мы должны быть забыты, потому что пути обратно отсюда нет. Если ты попал на Северную заставу, то выход только один — смерть.

В голове пронеслись сотни вопросов о том, как он сюда попал и жить все эти годы, но сначала требовалось выяснить самое важное и тревожное.

— Сорен, эта скверна… Что здесь происходит? — я внимательно посмотрела ему в глаза, и у него на лице залегли тени, а плечи опустились.

— Война, которую нам никогда не выиграть, — он шумно вздохнул и отпил из чашки. — И не то чтобы мы много понимали, просто тыкаемся в надежде, что что-то поможет, а на деле... Маги пытались изучать скверну, делать защиту. У особо сильных даже щит получался, который её сдерживал некоторое время, но в итоге через пару секунд их сжирали вместе с щитом. Мы разве что вычислили, что на разных людей она реагирует по-разному. После магов ползёт медленнее, будто наелась, а после худого умирающего старика практически сразу расползается дальше.

— Для этого рабов и закупают? — догадалась я.

Брат кивнул.

— Со всей страны привозят бродяг, да выпивох, тех, кого не будут искать. Но, как я уже сказал, надолго их не хватает. Да и сами они кончаются даже в крупных городах, это же не белки в лесу. Поэтому император и совет решили закупать рабов.

— Император всё знает?

— Конечно. И совет. Знает ли кто ещё? Понятия не имею, если честно.

— Архимаг не знает, — задумалась я и откинулась с чашкой чая на спинку стула. Кружка была горячая и согревала руки, а вот внутри от новой информации всё похолодело. — Мне кажется, он предупредил бы после суда, вряд ли он приносил ваш обет молчания.

Интересно, знал ли Эдгар?

— Думаю, правду знают единицы, — брат задумчиво пожевал губу, прямо как это делала я. — Эту тайну столетиями хранят. Что-то случилось при объединении империи. Насколько я слышал, скверна зародилась в шахтах, пожрала весь подгорный народ и выползла на поверхность. И с тех пор все думают, что тут идёт война за особые кристаллы жемчужного тиазалита, что они пытаются все наши шахты отвоевать и нас прогнать, а на деле… сама видишь. Любого беглеца ловят и казнят, отсюда не выбраться. Любой солдат знает, что будет служить на Северной заставе до конца своих дней. И этот конец порой наступает крайне быстро.

— Кстати, о белках, сдерживают ли скверну животные?

— Практически никак, даже огромные. Только люди. Маги предположили, что скверну останавливают только человеческие души.

И не только человеческие, Ви говорил, что оно пожирает и демонов.

— Неужели ты занимаешься вот этим изо дня в день? — уставилась я на него. — Пускаешь на смерть столько людей… Как? Как вообще можно с этим смириться? — я покачала головой, представляя, сколько жизней погасло в этой скверне.

— А какой выход? — он поднял глаза, и в них отразилась обречённость. — Я уже давно понял, что моей душе никогда не будет искупления, и я ничем не лучше самой этой скверны, но если прекратить приносить людей в жертву, она расползётся и в итоге достигнет городов и поубивает ещё больше людей. Тут нет хороших вариантов, Кьяра, просто нет.

— Неужели маги не могут ничего придумать? Император запрашивает их всё больше и больше. Или они только защиту на периметр ставят и костры поддерживают?

— Увы. Они пытаются, но успехов нет, а чаще просто гибнут в попытках её замедлить. А ещё с пару месяцев назад что-то случилось. Доходили слухи, будто убили демона, скверна резко поползла вперёд и сожрала пол-лагеря. За пару секунд просто похоронила под собой человек пятьсот. И узников, и воинов, и прошлого капитана. Просто без разбора. Я выжил лишь потому, что находился в это время на охоте. С каждым даже не годом, а месяцем всё хуже и хуже. За последний год она продвинулась сильнее, чем за десять предыдущих. Скоро она снесёт и заставу, и всё остальное и заполонит континент. Не знаю, кто мог бы нам помочь. Да никто, мы все обречены…

Он взял полоску мяса, уставился в огонь и принялся жевать. Я последовала его примеру.

Могла ли я доверять брату, которого не видела много лет? Наверное, нет, пока он не докажет, что на него можно положиться. Но раз он так удобно оказался на этой заставе, то нужно использовать эту возможность, чтобы сбежать, и его можно в этом использовать, нужно лишь подобрать правильные слова.

— Возможно, я знаю, кто может нам помочь.

Он вопросительно посмотрел на меня и сощурился в недоверии.

— И именно из-за этого я тут в плену и нахожусь.

Глава 2

Рассказывала я очень осторожно, в основном придерживаясь той же версии, что мы с Виасом утвердили для Инквизиции. Сорен мой брат, и я безумно рада его увидеть, но доверять я ему пока не могла. Уж точно не в вопросах демонов. В конце концов, кровное родство ещё ничего не значило, для собственной матери я оказалась лишней. Брат за годы, что мы не виделись, мог стать каким угодно человеком и с лёгкостью сдать меня с потрохами.

Про договорённость с архимагом я упоминать тоже не стала, зато в красках описала, как меня пытались убить инквизиторы, как они меня два раза пытали и убили Розалин, и как выпущенные против воли императора стражи поубивали множество людей. Но сколько бы я ни пыталась сместить акцент, когда я касалась темы демонов, Сорен всё сильнее хмурился и качал головой.

— Я не очень понимаю, что именно ты предлагаешь, снова вызвать демонов? — он упёрся локтями в колени и внимательно уставился на меня.

— При всём желании у меня не хватит сил. Да и по памяти я тот ритуал не смогу провести, он очень сложный. Но демоны что-то знают, и они ещё остались среди нас. Нужно отыскать чернокнижников с привязкой и расспросить.

— Думаешь, они станут помогать?

— Не знаю, — честно сказала я, — всё-таки, если кто и остался, то со мной он контрактом не связан. Но это единственный вариант, что я могу предложить. Наши маги всё слабее, тем более сам говоришь, они пробуют уже две сотни лет, и ничего не помогает. А демоны… В конце концов, мы живём в одном и том же мире, если эта дрянь расползётся, то погибнут вообще все.

Сорен долго молчал и практически не моргая изучал моё лицо. Я даже неуверенно заёрзала под его насупленным взглядом.

— Признаться, я сначала не поверил в приписку, что ты очень опасная чернокнижница, и тебя следует остерегаться, а лучше просто прикончить, — наконец заговорил он и вернулся к чаю. — Я помню тебя ещё такой молодой и наивной, только закончила учёбу, с парнем сбежать хотела, а сейчас… демоны?

— Я тоже помню доброго молодого мужчину с принципами, готового защищать людей, а в итоге ты охраняешь пленников и решаешь, кто из них пойдёт умирать сегодня, а кто поживёт немножечко подольше.

Он оторвался от чашки и внимательно посмотрел на меня. Некоторое время мы молча рассматривали друг друга, но потом он шумно выдохнул и поднялся с табуретки.

— Тяжёлые времена делают из людей монстров, сестрёнка, но вряд ли у нас теперь будет шанс стать обратно людьми. Ещё чаю?

— Да пожалуйста.

Пока Сорен наливал мне новую чашку, шарф сполз с его шеи, и я заметила длинный шрам почти поперёк шеи, судя по рубцу, порезали глубоко.

— Кто это тебя так? — охнула я. — От скверны отбивался?

— Почти, — брат тронул шею и слегка потёр шрам рукой, а потом подошёл к печке и закинул несколько поленьев. — Люди постоянно пытаются бежать. Случился мятеж. Один из беглецов напал сзади и почти перерезал мне горло, к счастью, целитель был недалеко и залечил, иначе я бы тут не стоял.

— Кому-нибудь удавалось бежать? — как бы невзначай спросила я и сделала глоток.

— Нет, — он развернулся ко мне и закусил губу, а между его бровями залегла глубокая морщина, — но тебя отсюда нужно как-то вытаскивать.

От удивления я чуть не подавилась.

— Ты серьёзно? Это же измена, тебя за такие слова могут и казнить, — я внимательно на него посмотрела и недоверчиво сощурилась. — Или это ты меня так проверяешь? Я ведь самая опасная преступница в мире.

Брат усмехнулся, качнул головой и сложил руки на груди.

— Не могу же я дать погибнуть своей сестре, пусть даже та навызывала демонов. В свете того, что столетиями происходит на Северной заставе, и тому, что я делаю сам… — он поджал губы, но потом снова посмотрел на меня, и выражение его лица стало чересчур болезненным. — В общем, так… Я знаю, что вам предложил Роберт, и ты на это предложение согласишься.

— Что? — вскочила я и чуть не облилась горячим чаем. — Ты охренел?

— Сядь, — приказал он, — и дослушай.

Я нехотя опустилась на стул, сверля его крайне злобным недоверчивым взглядом. Если он мне предложит спать с этой солдатнёй, не посмотрю, что брат, и шарахну заклинанием.

— Я скажу командиру, что ты — только для меня, но никто не должен знать, что мы родня. Никто вообще. Иначе сразу всё поймут. Буду периодически приводить тебя сюда на ночь. И за это время, надеюсь, придумаю, как тебя отсюда вытащить.

И снова я задумалась, а не проверял ли он меня? Спасибо всем тем, кто предавал меня из раза в раз, теперь мне сложно довериться хоть кому-то. С другой стороны, ничто не помешает Сорену отдать меня скверне без всяких проверок, просто по личному желанию, так что и ни к чему, по идее, подобные проверки.

— Думаешь, получится? Тут столько солдат…

Я, конечно, очень надеялась, что архимаг меня отсюда как-то вытащит, но если у брата получится сделать это раньше, возражать я не стану.

— Не уверен, всё непросто. Ты же артефактор? — он вопросительно посмотрел на меня и после моего кивка принялся ходить туда-сюда по комнате, явно что-то обдумывая. — Мне нужно кое-что проверить и забрать ключ от твоего ошейника, а ты пока вернёшься в камеру. Командиру я сам всё скажу.

— Ладно, только у меня есть условие: не трогай Айви и другим прикажи её тоже не убивать. Возможно, она мне будет нужна.

— Что за Айви? — поднял он бровь.

— Ифлисса, которая сегодня за меня заступилась, а ты пригрозил её завтра скормить скверне.

Брат резко помрачнел и с недовольством на меня посмотрел, но потом нехотя кивнул. Он снова отошёл к шкафчику, а потом вручил мне мешочек с мясной и сырной нарезкой. Не хотелось уходить от печки и возвращаться в ледяной барак, но задерживаться тут дольше нельзя, иначе будет выглядеть совсем уж подозрительно.

На обратном пути я изо всех сил старалась запомнить особенности лагеря, но дурацкий снег настолько усилился, что я с трудом могла вообще идти, а около калитки в часть с бараками и совсем пришлось ждать, пока часовые откопают дверь. Я даже успела здорово замёрзнуть. А ещё это говорило о том, что магов тут или очень мало, или их силы берегут, потому что чистят снег обычными лопатами вместо того, чтобы за пару секунд растопить его магией. Нужно будет спросить у брата, сколько их тут вообще. А раз император запрашивал новую партию, то старая, по идее, уже кончается?

Брат… Не думала, что снова его увижу хоть когда-либо. Просто поверить не могу, хотя провела с ним весь вечер. И вот мы встретились в самом безумном месте, которое только можно придумать. Не уверена, что могла ему хоть сколько-нибудь доверять. Мэтт научил меня не быть такой наивной дурой, но мне хотелось дать Сорену шанс. И если он действительно поможет мне сбежать, сам, а не по указке, допустим, Инквизиции, и если у меня получится, то потом нужно будет вытащить его из этого про́клятого места. Тем более, если он говорил правду, и скверна всё активнее расползается, то места этого вскоре и вовсе не будет.

В барак я вернулась неохотно. На улице стало так холодно, что я опасалась просто замёрзнуть насмерть ночью, разве что мы будем дружно спать возле решётки в надежде на крохи тепла от костра.

— О, явилась наша магичка, — ядовито протянула Одри из тёмного ледяного угла. — На капитана-то решила согласиться, а? Ну уж поприятнее, чем отсасывать грязной солдатне.

Она зашлась в лающем смехе, а я с трудом подавила желание нахамить и просто встала у решётки, не желая уходить от пламени. Я просто прошла из одной части лагеря в другую, и уже зуб на зуб не попадает. Как я, интересно, в такой колотун собралась бежать? Я же насмерть замёрзну через пару часов, а обогреваться магией и топить снег до ближайшего поселения никаких сил не хватит. Да и знать бы вообще, где это поселение.

Рядом со мной материализовалась Айви. Я заметила, что её рыжий мех начал будто бледнеть. Она обернула вокруг себя пушистый хвост и втянула носом морозный воздух.

— Тот целитель обратно так и не вернулся, видимо, переселили, — поведала она и посмотрела на меня большими оранжевыми глазами. — А ты вернулась. Живая.

— Не думала же ты, что меня допустят к магам, я же опасная преступница, помнишь? — хмыкнула я.

— Я думала, тебя убьют, — еле слышно сказала она. — Или ещё что похуже сделает этот ублюдок. Думала, он и меня прикажет скормить скверне, хвала Сэйху, нет. Но ты вроде бы цела. Что ты тогда делала у этого капитана?

Она вопросительно уставилась на меня. Благо брат уже придумал версию нашего прикрытия.

— Я… я согласилась на предложение командира. Не хочу в скверну, знаешь ли. Но спать я буду только с одним этим капитаном.

Айви удивлённо подняла брови, но тут же сощурилась.

— Ты же собиралась отказаться.

— Да, но он меня заставил... передумать, — я кашлянула и посильнее запахнула шубу, делая вид, будто не хочу об этом говорить.

Она шагнула и встала совсем вплотную, понизив голос почти до шёпота:

— Я так понимаю, заставлял он тебя мясом и сыром? Я чую еду у тебя во внутреннем кармане. А ещё от тебя не пахнет сексом, у вас ничего не было. Зачем этому мерзкому капитану кормить себя вкусностями, а?

От удивления у меня отвисла челюсть. Я не сразу спохватилась и не успела скрыть свой ошарашенный взгляд. Пять минут как вернулась, а моё враньё уже раскрыли! Ну и вот что ей ответить?

Ифлисса хмыкнула и не смогла сдержать улыбку. Она обернулась через плечо и осмотрела остальных, но кроме Одри, другие пленницы дремали, лёжа в обнимку на сдвинутых куцых матрасах.

— Скажи, Кьяра, ты хочешь отсюда свалить? — заговорщицки спросила Айви. Её уши дёрнулись назад, и некоторое время она будто вслушивалась, но потом снова вернулись на место.

— А кто бы не хотел?

— Верно. Но я спрашиваю не из праздного любопытства. Уверена, мои ребята уже думают, как меня отсюда вытащить. Я очень ценный вор, знаешь ли. И если ты тоже хочешь сбежать, то мы должны работать на это вместе, так что никаких тайн.

Как-то ну совсем это не подозрительно прозвучало, ага. Покуда мне знать, какие интересы у этой воровки? Или, точнее, чьи интересы? Она сразу прибилась именно ко мне. Ну да, ехали мы вместе, не с Одри же дружить, остальные тут и вовсе странные. Две пропитые дамы, три рабыни с островов. И ни одного мага, кроме меня. Я логичный кандидат в помощники, но всё же слишком это подозрительно. Нет уж, нужно понаблюдать, что она из себя представляет.

— Я могу поделиться мясом и сыром, — поджала я губы, — но не тайнами. Я тебя знаю-то всего один день.

Её кончик хвоста дёрнулся, и девушка снова втянула носом воздух. Её голодные глаза слегка засветились.

— Справедливо, давай начнём хотя бы с мяса, а то у меня от запаха уже желудок сводит.

Я вынула несколько кусочков и незаметно отдала ей, и пока она жевала, я пересказывала всё, что заметила в лагере за свою недолгую прогулку. И не так чтобы я много-то и заметила, плотный снежный вихрь обзору не способствовал, но на моменте про застрявшую дверь она неожиданно оживилась и перестала жевать.

— Значит, магов у них мало, — она подошла вплотную к решётке и положила на неё руки. — Ты говорила, что на кострах защитный контур, ты можешь его снять?

— Могу, но только по одному. Но какой в этом смысл, я и огнём могу ударить.

— Охотно верю, но нам нужно этот огонь потушить.

— Зачем? — я удивлённо на неё покосилась.

— Нас двоих схватят, как только мы выйдем из камеры, сдадут свои же, — она кивнула на мужчин потрёпанного вида в противоположном бараке, которые тоже стояли и грелись у пламени. — Тут каждый сам за себя. Так что нужно открыть все камеры. Хаос отвлечёт охрану, и тогда мы сможем проскользнуть.

— Сверху по мостикам ходят часовые, тебя пристрелят из арбалета, как только ты попытаешься открыть дверь.

— И именно в этом нам и помогут погасшие разом костры. В темноте в метель не видно, в кого стрелять.

Ну надо же, и план-то она уже придумала. Тоже ни разу не подозрительно. Ладно. Я задумчиво уставилась на пламя и закусила губу. Сосредоточившись, я потянулась тонким, еле заметным импульсом к костру и взглянула на плетение. Оно было несложное, структура защищала костёр и не давала ему потухнуть, но точка сосредоточения находилась под пламенем прямо в его основании, поэтому разрушать структуру нужно прицельным ударом именно туда. Что-то массовое создать не удастся. О своих наблюдениях я тут же рассказала Айви.

— Скверно, — она надула щёки и недовольно выдохнула. — В этой части бараков примерно десять костров, сколько тебе времени понадобится, чтобы их все потушить?

— Минут пять. А как мы вообще поймём, что за тобой пришли?

— О, не волнуйся, мы такое не пропустим. Но я не знаю, когда это произойдёт, и ровно к этому моменту у нас должны быть план и… — её уши резко развернулись назад, и Айви замолчала.

— Что-то замышляете, девочки? — раздалось секунд через десять.

Мы резко обернулись. Одри состроила страшенную гримасу, отдалённо напоминающую улыбку, и перевела взгляд с Айви на меня, а потом лениво почесала подбородок.

— Мы греемся, — сказала ей ифлисса, — но уже идём спать. Огонь в твоём распоряжении.

С этими словами Айви потянула меня за руку к нашим тонюсеньким матрасам. Мы сложили их друг на друга, чтобы быть подальше от мёрзлой земли, и улеглись в обнимку. Места было мало, но кое-как боком уместиться мы смогли. Она снова накрыла нас хвостом, пусть это не сильно помогло, но стало хоть чуточку теплее. Никаких одеял нам тут не выдавали, да и зачем заботиться о пленниках, если им всё равно умирать, но сдавалось мне, что до утра доживут явно не все.

Согреться получалось плохо даже в обнимку, и мы обе дрожали и то и дело стучали зубами. Минут через двадцать непрекращающегося озноба я не выдержала и накрыла нас согревающим куполом. Я сильно рисковала. Если обнаружат, что ошейник не работает, и я могу колдовать, то не факт, что даже Сорен поможет. С другой стороны, если к утру мы насмерть замёрзнем, то всё остальное будет уже бессмысленно.

— Не доверяй Одри, — тихо сказала ифлисса, когда её зубы перестали стучать.

— Почему? Думаешь, она сразу нас сдаст?

Уши Айви чуть развернулись назад, и девушка понизила голос до еле различимого шёпота:

— Она что-то вынюхивает. Сегодня несколько раз заводила разговоры про побег, потом её увели, якобы развлекать солдат. Но когда она вернулась, от неё не пахло сексом. Я специально невзначай спросила, для этого ли её водили, и она подтвердила. Это ложь.

— Как ты вообще определяешь этот запах? — в очередной раз поразилась я, как-то в принципе было неприятно, что кто-то знал о тебе больше, чем ты хотел сказать.

— Он очень специфический, а у нашего народа отличный нюх. Я сразу поняла, что ты тоже ничем таким не занималась и соврала, хотя капитан забрал тебя надолго.

Наверное, жуть как удобно иметь настолько хороший слух и нюх, правда, неудобно, когда это используют против тебя. Раньше ей подобных я не встречала, чтобы знать такие особенности, но теперь это стало сюрпризом. И очень неприятным, если окажется, что она затевает что-то против меня. Мою ложь про брата она вычислила просто по запаху. Ну как так-то?

— А почему я вообще должна тебе доверять, а? — решила напрямую спросить я. Может, у неё и хороший нюх, но посмотрим, как она сумеет меня убедить словами. — Я тебя точно так же вижу первый раз, кто знает, может, тебя послали меня убить? Ну или шпионить. Как-то странно ты начала активно обсуждать со мной побег, прямо с первого дня.

— Я, между прочим, расстегнула твой ошейник, — недовольно заметила она, будто бы даже с нотками обиды.

— Я бы тоже так сделала, чтобы побыстрее втереться в доверие.

Айви протяжно вздохнула, её кончик хвоста дёрнулся.

— Ладно, — фыркнула она, — мы с ребятами попались на краже специально, чтобы нас отправили сюда. Босс сказал, что есть дело, и нужно освободить человечка с Северной заставы. Магичку с голубыми волосами. Я сразу поняла, что речь про тебя, собственно, тут не ошибиться.

Я несколько опешила от такого заявления. Это Виас приказал? Хотя с чего бы он попросил воров освобождать пленника? Я ожидала армию магов. Ну или просто какую-то армию, не знаю. Но воровку нанять?

— Кто вы вообще такие, и кто вас нанял?

— В основном контрабандисты, специализируемся на тиазалите и редких артефактах, последние часто воруем на заказ, но бывают и другие задачи. Кто нанял — не знаю, босс не сообщил. Знаю только, что всё решалось очень быстро и впопыхах. А ещё никто не знал, что нас тут ждёт, так что… Придётся изнутри нам самим тоже действовать.

Некоторое время я молча обдумывала её слова. Это мог быть архимаг, у него много разных связей, но с тем же успехом подослать её мог и инквизитор, чтобы подговорить на мятеж и без подозрений убить меня чужими руками. Что мешает ей прикончить меня условно прямо сейчас? Не знаю. Может, и не Инквизиция, ладно. Чернокнижники тоже не все вымерли, вдруг они надеются моими руками навызывать ещё демонов? Нет, она меня пока не убедила.

— Мне нужно подумать, — заключила я.

— Думай активнее, времени у нас слишком мало. И это, спасибо за обогрев, а то я уже руки чувствовать переставала. Пусть Сэйху пошлёт нам хороших снов.

— Кто эта Сэйху? Ваша богиня?

— Наш дух-хранитель, она оберегает ифлисс, где бы они ни были. Спи.

Но от нервов и событий дня сон никак не приходил, я пыталась выкинуть их из головы, но ничего не получалось. Ещё и Одри начала храпеть на весь барак. Тогда Айви вздохнула и начала тихо напевать какой-то убаюкивающий мотив.

— Это колыбельная, — пояснила она на мой вопросительный взгляд, — мама пела мне её в детстве, а потом уже я своим мелким братьям и сёстрам.

Она продолжила тихонько напевать, и, к моему удивлению, я действительно вскоре заснула.

К утру я обнаружила, что заклинания хватило на всю ночь, правда, проснулась я довольно уставшая. В условиях стресса, голода и холода силы набирались очень медленно, так что стоило их экономить. Вдруг правда придётся резко бежать, а мне нужно быть готовой действовать. Немного размявшись, я, к неудовольствию, обнаружила, что довольно неприятно отлежала плечо на и так больной руке. Повращав им, я охнула от боли и решила лучше не трогать, а то ещё не хватало хуже сделать.

В проходе между бараками слышался какой-то шум, но я не спешила идти смотреть. Оказалось, это разносили еду. Нам на всех выдали ведро с водой и буханку хлеба, на этом всё. Из соседнего барака послышались возмущённые возгласы, потом удары по решётке, снова какие-то крики, копошение, а потом скрип металла.

— Забирай его, — послышался голос того мерзкого охранника.

— Нет, прошу! —пленник сорвался на крик. — Не надо! Я не хочу туда…

Звук удара, и мимо нашей двери провели щупленького мужичка с заломленными за спиной руками, он отплёвывался кровью и еле перебирал ногами. Во всех камерах вокруг царила тишина.

— Будете возмущаться, — громогласно произнёс этот урод, — отправитесь следом. А ну отошла, тварь! — рявкнул он и ударил ногой по нашей решётке, заставив Айви отскочить назад.

— Ублюдок мерзкий, — сказала Шеола, одна из пленниц с островов, и сплюнула на пол.

И только сейчас я заметила у неё на лице здоровенный фиолетовый синяк. Когда я вернулась, она уже спала, видимо, появился он раньше.

— Откуда это у тебя?

Женщина вздохнула и зло уставилась на костёр, жуя свой кусок чёрствого хлеба.

— От него и есть. Вчера вызвал меня, взял силой и избил.

Шеола всхлипнула и снова аккуратно коснулась лица и поморщилась, а я в ужасе на неё таращилась. Гнева к этому уроду многократно прибавилось.

— Кто он вообще такой? — подошла Айви.

— Главный по пленникам, — ответила за неё подруга, села рядом с Шеолой и обняла её. — Это он решает, кого бросить в скверну. Лично любит ходить и выбирать.

— Тогда твоей подружке надо было получше стараться, — хохотнула Одри и взглянула на нас как на мусор. — Иначе зачем на тебя хлеб тратить?

Я повернулась и в упор на неё посмотрела, но у той на лице не отразилось ни грамма сочувствия. Ещё одна тварь. Я не знала, можно было ей доверять или нет, но в любом из случаев я не хотела иметь с ней никаких дел вообще. И если её скормят скверне, то вообще ни разу не расстроюсь.

В ближайшие несколько часов увели ещё несколько пленников и вынесли трупы не переживших морозную ночь. Холод будто усилился, а может, так казалось из-за нервов. Магией я себя больше не грела, чтобы сохранить силы. Около костра то и дело ошивалась Одри, а потому я просто села на матрас и завернулась вторым, чтобы хоть как-то сохранить тепло. Айви ходила туда-сюда по камере, то и дело хмурясь и о чём-то явно раздумывая. Выданная братом еда давно кончилась, и стало как-то совсем беспокойно.

Время текло невероятно медленно, заняться было нечем, и в голову, как назло, лезли самые отвратительные мысли, которые было крайне сложно прогнать из головы. А ещё ужасно хотелось принять ванную. По сути, последний раз я купалась в том озере в пещере, с того времени прошло уже поди недели две, и даже от мыслей об этом я начинала чесаться. Про состояние волос на голове даже думать не хотелось.

Темнело на севере довольно рано, и когда я уже достаточно намёрзлась и оголодала, меня вызвали и снова отвели к брату. В лагере происходила какая-то суета, а некоторые стражники были будто напуганы. Неужели скверна снова резко продвинулась? Я силилась рассмотреть внешний контур забора, но снова в метели ничего не разобрала. В этот раз возле калитки на другую часть лагеря оказалось расчищено, но по бокам высились такие сугробы от раскиданного снега, что я без труда смогла бы по ним перелезть через забор.

— Куда?

— Капитан вызвал, — ответил мой сопровождающий и пожал плечами.

— Только быстро, — сказал часовой моему конвоиру, — неизвестно, какие теперь придут приказы.

Что происходит?

На военной части заставы все бегали туда-сюда с потерянными лицами. Что могло перепугать людей, что годами наблюдали, как чёрное нечто расползалось и поедало людей? Как-то меня это тоже начало здорово пугать, скорее бы уже к брату, может, он пояснит.

Но Сорен тоже пришёл не сразу, и нам с охранником пришлось минут двадцать просто ждать на морозе. Хорошо, что тут были костры, я просто встала максимально близко к пламени и поворачивалась разными сторонами, как поросёнок на вертеле. Впрочем, мой конвоир выглядел не менее замёрзшим, а потому спустя несколько минут он присоединился к моему костру и проделывал примерно то же самое, стараясь не сильно выпускать меня из виду, но и хорошо прогреть свою не менее замёрзшую задницу.

Сорен пришёл по верхнему мостику, открыл дверь и молча махнул заходить. Он тоже выглядел крайне встревоженным. Сняв кандалы, брат велел налить чая, а сам закопался в принесённые бумаги, после чего бросил их в печку и только потом снял верхнюю одежду и устало сел на край кровати, судорожно потирая лоб.

— Да что произошло? — не выдержала я и протянула ему чай.

— Переворот. Император и часть Совета убиты.

— Что?! — воскликнула я и чуть не выронила чашку. Неужели Виас всё-таки добился своей цели? — Но как? Что произошло?

— Не знаю, — тяжко вздохнул он и забрал у меня из всё ещё дрожащих рук напиток. — Был убит на празднике Основания империи. Вроде его убили какие-то заговорщики, но потом вмешался кто-то ещё и убил заговорщиков, в столице хаос, мы толком и не знаем, кто теперь главный, и что произошло.

А что, если и Виас мёртв? Гадство. Я его хоть и терпеть не могла, но в моём положении любая помощь пригодится, а уж помощь верховного мага империи тем более. Но если он убит…

Я не смогла скрыть ужас на лице, но брат этого даже не заметил, на его лице тревога сменялась паникой, а взгляд становился всё более пустым. Судя по всему, про ванную можно было и не спрашивать.

— А почему ты в такой панике? Понятно, что в Исвальде настанет хаос, но судя по тому, что я вижу, есть что-то ещё.

Он неохотно повернул ко мне голову и поморщился.

— Конечно, есть. Кто бы ни был следующим императором, он знать не знает, что творится на Северной заставе, про всю эту скверну и рабов. И никто не знает, как он себя поведёт и что прикажет. Скверна и так нестабильна, она уже уничтожила два контура костров и подбирается ближе. Сегодня вроде как должна прийти последняя партия людей, а до следующей, боюсь, заставы уже не останется.

— Слушай, ты хотел, чтобы я сбежала, — внимательно взглянула я на него, — так побежали со мной!

— Не могу, Кьяра, даже если бы и хотел, — Сорен сложил руки за головой и откинулся на них, уставившись в потолок. — Нужно как-то исправить всё это дерьмо.

— Ты сам сказал, что, возможно, через неделю от заставы ничего не останется.

— Ты не понимаешь, дело не только в этом.

— А в чём тогда?

Брат оценивающе на меня посмотрел, а его губы сжались в тонкую полосу, потом он протяжно выдохнул и неохотно сказал:

— В артефакте, на котором мы даём клятву и из-за которого не можем никому сообщить, что тут происходит. Мы в принципе не можем покинуть это место, только выйти недалеко на охоту и на пристань за новыми заключёнными.

— А что произойдёт, если вы уйдёте дальше? — осторожно уточнила я.

— Мы умираем.

Я долго служила Ордену, но мы ни разу не делали подобных артефактов. Можно было в теории изготовить индивидуально, но он не смог бы сдерживать такое количество людей, ещё и с опасностью их убить. У меня неприятно зародилось нехорошее предчувствие. Очень нехорошее.

Я подошла к брату, села рядом с ним на кровать и взяла его за руку. Она оказалась мозолистой и вся обветренная. Я мягко сжала её ладонями и подняла глаза.

— Сорен, я же артефактор, я могу попробовать снять привязки или уничтожить его.

Он устало усмехнулся и покачал головой.

— Архимаг сейчас всё тот же, да? — неожиданно спросил он, на что я кивнула, даже не скрывая недоумения от такого вопроса. — Так вот, его сыновья были очень способные маги, они пытались, но артефакт их убил.

Я охнула и задумалась. Они были одними из сильнейших, и если они не смогли… Стоп, но они же боевые маги, а я всё-таки артефактор. Они могли чего-то не заметить, какую-то мелочь, которую могу обнаружить я. Тонкие плетения, мелкие связки. Там же множество нюансов.

— Покажи мне его, — я сжала руку брата и не моргая уставилась на него, — обещаю, просто посмотреть. В конце концов, его можно украсть и посмотреть его позже в спокойной обстановке.

Сорен сжал губы и как-то скептически на меня уставился.

— Ну что ж, сейчас наложу тебе с собой еды и пойдём посмотрим, воровка ты наша. На, — он вынул из кармана какой-то ключ и кинул мне, — сними этот дурацкий ошейник уже, ты должна в любой момент быть готова колдовать.

Хорошая новость тоже имелась. Во всей этой суматохе никто особо не задавал своему капитану вопросов, почему он вёл меня в закрытую для пленников часть лагеря. Помещение находилось под землёй. Как пояснил брат, там были склады. В конце концов, капитану виднее, куда с кем идти. Плохая новость: украсть артефакт у меня не получится при всём желании. Он оказался выше меня минимум на голову и шире раза в три. Это был какой-то странный красный камень, похожий на тиазалит, но очень плотный. Он был прозрачный и красиво мерцал изнутри какими-то искрами. Они словно плавали, как в воде, но воды внутри точно не было. Камень стоял на подставке из металла, и она же оплетала нижнюю его половину, как тонкая паутинка. Никогда подобного не видела и могла поклясться, что Орден такое никогда не создавал.

И как только я посмотрела плетение, то сразу поняла, что мне всё это напоминало. Амулет, что позволял видеть истинное демонское обличье. Я расстегнула шубу и достала его из-под свитера, проверив структуру плетения. Да, сомнений быть не могло, этот кристалл был создан демонами, и плавающие сияющие штуки внутри — осколки душ.

Брат всё это время молча наблюдал и явно сделал какие-то выводы по моему выражению лица.

— Всё хреново?

— Максимально, насколько ты можешь себе представить, — выдохнула я и обошла камень вокруг. — Что именно пытались сделать с ним сыновья Виаса? Как они умерли?

— Ну ты спросила. Я же не маг, откуда я знаю? Я видел только тела, точнее, то, что от них осталось. Их сильно обожгло.

В коридоре послышались торопливые шаги. Сорен схватил меня за руку, и мы быстро устремились по земляному коридору и свернули в какую-то крошечную каморку, которую просто даже не успели выкопать до конца, поэтому и двери тут не имелось, только куча мёрзлой земли под ногами, да какие-то булыжники. Мимо нас вскоре прошло пятеро воинов, и как только они завернули за угол, то мы устремились вверх на выход и почти лоб в лоб столкнулись с командиром гарнизона Робертом. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать Сорену, но тут заметил меня и нахмурился, уперев руки в толстые бока.

— Что это вы там делали? — его недоверчивый тон не предвещал ничего хорошего. — Я тебя, между прочим, на совещание ждал.

— Хотел сводить её в баню, — брат потряс цепь кандалов. — Несёт от неё, как от свиньи, поди недели две не мылась.

Я подавила острое желание ударить его локтем за такое милое сравнение, но лишь насупилась, а он продолжил:

— Такую и в постель тащить противно, сам понимаешь, — Сорен протяжно вздохнул, а Роберт скосился на меня и сочувственно кивнул. — Да баню не затопили, наверное, забыли из-за хаоса.

— Сегодня вряд ли затопят, — насупился Роберт и посильнее попытался запахнуть пальто, которое просто не в силах было объять его выпирающий живот. — Отведи её обратно и мигом ко мне. Потом наиграешься.

До бараков он довёл меня лично.

— Совсем забыл, — тихо сказал он и сунул мне что-то в карман, — амулет подпитки, забрал его у наших магов, вдруг понадобится.

Он молча расстегнул мои кандалы, грубо толкнул в барак и ушёл. Я растёрла запястья и огляделась. Женщин с островов не было, как и Одри. Молча кивнув двоим оставшимся пленницам, я проследовала к Айви, и в её глазах горело нетерпение. Я сразу поняла, что она учуяла мясную нарезку, и уже чуть не подпрыгивала на месте. Усевшись на матрас рядом, я протянула ей несколько кусков, достала демонский амулет и погрузилась в тяжёлые раздумья.

Я уже много раз рассматривала это плетение, но так и не поняла его структуры, а с Ви так всё завертелось, что я забыла спросить, а теперь уже, может, и не спрошу. Даже само это плетение было совсем другое, в нити не вкладывались свойства, как это было с обычным зачарованием. Когда мне надо было сделать лечебный амулет, я делала рисунок определённого типа, в который как раз помещалось заклинание лечения, и эти нити окрашивались в нужный цвет. Их можно было смешивать с другими структурами, добавлять наслоения и свойства, но всегда это были особые по форме структуры, в которые вкладывались соответствующие заклинания. А тут… Это просто была энергия, которая связывалась с осколками душ. Я даже предположить не могла, как оно работало. Убрав амулет обратно, я поудобнее устроилась и завернулась в матрас. Айви снова что-то напевала себе под нос и поглаживала какой-то браслет на запястье, а я постепенно погружалась в дрёму.

Я стояла на балконе незнакомой башни, а вокруг меня царила тьма. Лишь спустя несколько долгих минут я смогла различить горизонт и очертания полуразрушенного города.

— Унылый вид, правда? — знакомый голос заставил резко обернуться.

Винсерес подошёл ко мне и встал рядом, оперевшись локтем на перила, и посмотрел на меня тускло мерцающими фиолетовыми глазами. Глазами, которые я, возможно, больше никогда не увижу. Я молча уставилась на него, пытаясь сохранять спокойствие. Как обычно, не вышло. Сделав неуверенный шаг, я всхлипнула и крепко прижалась к нему, стараясь хотя бы не рыдать, но снова всхлипнула.

— Ну чего ты, — обнял он меня и погладил по голове, как он часто делал, когда меня успокаивал. — Рано раскисать, тебе ещё слишком многое предстоит сделать.

— Я не справлюсь, — прошептала я, крепче сжав его слабыми руками. — Я даже из лагеря сбежать не могу, император мёртв, а вместе с ним и заговорщики, а если с ними и Виас… Мне некому помочь, я одна…

— У тебя есть брат.

— Откуда ты… — я отстранилась и задрала голову, а демон усмехнулся.

— Ты же сама открываешь мне разум, — он погладил меня по щеке и чуть нагнулся к губам, будто хотел поцеловать, но остановился в паре сантиметров.

Но меня такое не устроило. Я привстала на цыпочках и потянула его на себя, сократив это расстояние совсем. Демон тут же прижал меня к перилам, залез руками под кофту и провёл ими по коже, вызывая мурашки. Вкус его губ почти забылся, и я очень хотела его вспомнить. Но поцелуй был на вкус как отчаяние, будто бы в последний раз, после которого мне останется только память, а потому я не хотела его прерывать вообще. Обняв демона за шею, я настолько растворилась в ощущениях рук на коже и его губах на моих, что обнаружила себя уже с расстёгнутыми штанами и задранной кофтой. Но Винсерес внезапно отстранился.

— Ещё успеем, — нехотя вынул он руки из-под моей кофты и отстранился, хотя взгляд его был лихорадочным. — Или не успеем, если ты умрёшь на этой заставе. Тебе нужно выбраться, и ты кое-что можешь сделать с артефактом.

— Что? Я уже осматривала его, я даже не понимаю, как это работает, мои знания тут не помогут.

— Знания и не нужны, нужна твоя сущность. Ты потомок жнеца, поглоти осколки душ, и артефакт перестанет работать.

На пару мгновений я застыла.

— Но он же твёрдый, а они внутри, — возразила я, — его не получится разбить.

— Это и не требуется, кристалл — это просто безжизненная оболочка для удержания энергии, для жнеца она не помеха.

Почему мы вообще обсуждали какой-то кристалл? Пусть это всего лишь сон, но, возможно, больше я его никогда не увижу, и это единственная возможность почувствовать прикосновения его рук, пока я ещё их помнила. Я снова потянулась к нему, но тут осознала, что если бы я не прогнала их, но всё сейчас было бы по-другому. А что, если время кончилось, и он уже мёртв? И эти сны действительно единственное, что от него осталось... В глазах защипало.

— Прости меня, — в горле образовался комок колючек, с которым было непросто совладать, но я хотела, чтобы он знал, как сильно я корю себя за прошлое. — Я… я испугалась, что стражи вас убьют, и… Я видела, как ты лежал в снегу, а они подходили, у меня не было выбора…

— Тс-с-с… — Ви приложил палец к губам и придвинул меня за талию ближе к себе. — Ты ещё можешь всё исправить, пока не слишком поздно. И первым делом ты должна оттуда выбраться.

Он склонился и снова коснулся губами моих, я обхватила его шею руками и встала на носочки, притягивая мужчину ближе к себе, как вдруг меня затрясло.

— Кьяра, — шептал женский голос, — проснись. Нам пора.

— Что? Куда пора?

Я разлепила глаза, пытаясь сообразить, что происходит. Все спали, Айви напряжённо на меня смотрела, прикладывая палец к губам. По полу будто прошла какая-то вибрация.

Не поняла?

Потом ещё раз. А потом грянул взрыв.

Глава 3

Практически сразу в лагере послышалась отдалённая суматоха и крики, люди в бараках тоже заметно оживились и выглядывали из решётчатых дверей с испуганными лицами. Земля задрожала, и где-то в отдалении снова прогремел взрыв, а потом послышался отдалённый рёв… дракона? Я помотала головой и потёрла сонные глаза, но Айви не дала мне времени на попытки проснуться.

— Что за хрень? — Одри тоже встала с лежанки и неуверенно направилась к решётке.

Остальные пленницы испуганно переглядывались, но вставать не спешили.

— За нами пришли, — шептала ифлисса. — Потуши ближайший к нам костёр, а потом оба соседних, — сказала она и потянула меня к решётке, её уши то и дело дёргались, реагируя на разные звуки.

Я подавила зевок и попробовала сосредоточиться, спросонья получалось плохо, структуру плетения я увидела только со второй попытки, к счастью, уничтожить его получилось с первой, а потом я потушила костёр простейшим заклинанием. Как только свет погас, Айви припала к двери, вынула из кармана отмычки и принялась взламывать замок.

— Вы что творите? — послышались крики из барака напротив. — Слышь, ушастая, с тобой говорю!

Я сосредоточилась на соседнем костре.

— Куда-то собрались? — в голосе Одри сквозила едкая усмешка. — Я так не думаю.

Не успела я обернуться, как получила удар по голове и упала на землю. Одри навалилась сверху и ударила меня в висок, из глаз посыпались звёзды. Я попыталась её оттолкнуть, но не вышло, тварь схватила меня за шею одной рукой, а во второй сверкнул кинжал. Я в ужасе застыла. Женщины вокруг с криками вскочили с коек.

— Эдгар просил передать, что падаль в лице тебя должна была давно сдохнуть, — расхохоталась она и замахнулась, но тут же получила ведром по голове и разжала моё горло.

Айви откинула погнутое ведро и попыталась ударить её кулаком, однако та увернулась, но этого хватило, чтобы Одри отвлеклась, а я пришла в себя. На пальцах заискрились заряды, и я шарахнула её молнией. Наёмница отлетела к стене и упала, выронив кинжал. Часть её одежды обуглилась, на коже виднелись кошмарные ожоги, но она была жива и всё ещё дышала. И, судя по сказанному, Айви оказалась права, она не случайная пленница, инквизитор послал её, чтобы точно от меня убить, а потому нужно было от неё избавиться.

— Прикончи её, — велела Айви, — я почти открыла замок!

Она вернулась к замку, а я приподняла руки, и на них засверкали молнии. Разряды искрились, озаряя барак, но я медлила. Медлила, как в тот раз, когда я приставила нож к горлу Винсереса. Пульс подскочил, отбивая в висках противный ритм, руки задрожали, но ударить её смертельным зарядом я так и не смогла.

Тем временем Одри приподняла голову, поморщилась и сплюнула кровь. Пол её лица было обуглено и почернело, правый глаз не открывался, веко будто провалилось внутрь. Она ощерила свой острозубый рот и приподнялась на локте, пытаясь дотянуться до кинжала.

— Чего ты ждёшь? — воскликнула ифлисса, замерев у двери. — Шарахни ещё молнией!

Но я просто застыла. На коже выступил холодный пот, и тут же прошёлся мурашками по хребту. Я смотрела, как наёмница, пошатываясь, поднимается, но так ничего и не делала. Я не могла убить человека…

Мелькнул пушистый хвост, и в следующую секунду Айви вонзила кинжал Одри в оставшийся глаз, та замертво рухнула на мёрзлый пол, Шеола вскрикнула и упала в обморок.

— Очнись, Кьяра! Костры! — рявкнула Айви, и я вздрогнула, выходя из оцепенения.

С остальными двумя кострами я разобралась как раз в тот момент, когда ифлисса вскрыла замок. С барака напротив послышались возмущённые крики. Со стороны лагеря доносились звуки битвы, и мне снова показалось, что я слышала рёв дракона.

— Я открою барак, а ты туши костры, — велела Айви, а потом повернулась к остальным пленницам: — Если не хотите тут сдохнуть, то это ваш единственный шанс.

Они повскакивали с лежанок, Шеола уже тоже пришла в себя, но выходить они не спешили и жались в углу. Я вышла из камеры и огляделась, прикидывая, сколько у меня работы. Наш пятачок был погружен во тьму, но недостаточно, чтобы метель могла скрыть нас от арбалетчиков. Я принялась за следующий в сторону выхода костёр, а ифлисса уже ковыряла замок барака, и буквально секунд через сорок он вскрылся. Из него повалили пленные мужчины, и одновременно с этим в проходе появились стражники. Я было понадеялась, что от стражи сейчас ничего не останется из-за численного перевеса, но в этой камере сидели явно какие-то нищие доходяги, которые не то что драться вряд ли умели, так ещё и часть из них, завидев угрозу, рванули в другую сторону. Вот дерьмо.

— Нужно побыстрее открыть все клетки, — нервно сглотнула воровка, видя всю эту картинку, — иначе нам тут точно конец.

Я молча кивнула и бросилась к следующему костру. Стражники прибывали, завязалась драка, ифлисса принялась за очередной барак, в котором тоже оказались какие-то пьяницы. Ладно, пусть хотя бы телами задержат стражу.

Мимо меня промчался очередной смельчак, убегая в сторону тупика к остальным таким же, как буквально в пяти шагах упал замертво, а из его головы торчал арбалетный болт. Твою мать…

Следующий просвистел уже в сантиметре от моего носа. Я подняла голову и заметила на подвесной дороге двух арбалетчиков, и один из них уже натягивал плечи для следующего выстрела. Хрен вам. Я притянула энергию, и огромным потоком воздуха просто смела их вместе с куском моста.

Пока я разбиралась с ещё тремя кострами, Айви открыла несколько бараков, в одном из которых оказались рабы, и среди них немало довольно крепких ребят, что очень вовремя, потому что стража начала прибывать, а нищие доходяги уже почти все кончились. В одном из бараков обнаружились и ребята из команды ифлиссы. Один из них выглядел как высоченная гора мышц, даже скудное питание в виде куска хлеба в день на нём будто не отразилось.

— Помогите вскрыть остальные бараки, а нам надо на крышу, — сказала она им, а сама буквально за пару секунд забралась по решётке камеры вверх и посмотрела на меня: — Давай залезай.

Я опешила и неуверенно посмотрела вверх. По решётке-то я, допустим, заберусь, но там же ещё полтора метра до крыши. Я повернулась и посмотрела на кипящую в проходе битву. Сквозь метель мало что можно было разглядеть, но снег уже впитал достаточно крови, а под ногами валялось множество тел. Пусть воинов было меньше, всё-таки у них имелось оружие, и звуки схватки становились всё ближе.

Сжав губы, я полезла по двери вверх. Металл оказался ледяным, и коже мгновенно стало больно. Несколько раз соскользнув ногой, я всё же долезла наверх, но с крышей оказалось сложнее. Её покрывала толстая скользкая корка льда со снегом, и не за что было подтянуться. Айви дала мне руку и попыталась втащить, но была слишком мелкая, чтобы сдержать даже хрупкую меня. Оступившись, я чуть не грохнулась обратно. Ифлисса снова протянула мне руку.

Вскарабкаться на крышу получилось раза с девятого. К этому моменту я уже взмокла от натуги, а Айви несколько раз чуть не упала сама, пытаясь меня втащить. Когда я поднялась, взору предстала жуткая картина: такой проход с бараками и кострами оказался не один, как минимум я заметила ещё две линии огней, а значит, там тоже были люди.

— Какой ужас, сколько пленных, — охнула я. — Будем пытаться их выпустить?

— Не, — ифлисса покачала головой, — моя задача вытащить тебя отсюда живой, некогда возиться. Пока я буду пытаться отпереть это отмычками, нас с тобой порубят на куски. Пойдём, нужно понять, куда бежать.

В ночной метели сделать это оказалось не так уж просто. Сквозь буран виднелись островки костров, но помимо них что-либо разглядеть было невозможно. Хорошо, что у Айви был отличный слух, и она примерно предположила, куда нам бежать. Что-то происходило на южной стене, что отгораживала заставу от империи, но путь туда пролегал по другой части лагеря, и я лишь понадеялась, что сегодняшние сугробы никуда не делись, и мы сможем перелезть через высоченный забор по ним, потому что иначе нам вряд ли кто-то откроет с той стороны.

Мы направились по крышам, стараясь идти как можно быстрее, насколько позволяли ветер и обледенелая поверхность. С этой стороны подвесной дорожки не имелось, а потому продвижение оказалось не таким быстрым, как хотелось бы. Использовать магию я не стала, ещё неизвестно, с чем нам придётся столкнуться впереди.

В проходе всё ещё шли бои, видимо, подельники Айви сумели освободить остальных, но это привлекло слишком много стражи. На последнем бараке мы опустились на колени и осторожно подползли к краю оценить обстановку. До разделяющего нас забора было каких-то метров десять, но тут сновали стражники, направляющиеся на шум битвы, а вдоль забора горели костры. Незаметно не проскочить.

— Что будем делать? — поинтересовалась я в надежде, что у девушки был план, потому что у меня в голове не было ни единой мысли.

— Не знаю, — нервно вздохнула она и насупилась, — насколько я вижу, тут везде сплошная стена, и эта дверь единственная. Ты можешь этот забор где-нибудь взорвать?

— Не-а, на нём защитный контур. У меня не было возможности его даже мельком глянуть, да и вряд ли я вообще смогу его снять, это слишком долго.

— Долго нельзя, тут очень много стражников. Массовое заклинание?

— Я артефактор, а не боевой маг, проклятия по площади я не изучала. Могу врагов разве что ветром сдуть, но они тут же встанут и направятся к нам.

Айви прижала уши, её глаза забегали, осматривая обстановку.

— А снег сдуть можешь?

Я вопросительно на неё уставилась.

— Нам опасно приближаться к этой двери, мы не знаем, сколько за ней врагов, но у неё высокие сугробы, по которым можно было бы забраться и перелезть на ту сторону. Ты сможешь надуть такую же кучу снега в месте побезопаснее?

А ведь это мысль!

Мы отползли в соседний проход между бараками, где не было солдат, но сначала пришлось надуть сугроб, чтобы спуститься с крыши. За решётками толпились люди, звали нас и тянули руки.

— Эй вы! Помогите! Выпустите нас!

— У нас нет времени! — многозначительно посмотрела на меня ифлисса и беспокойно выглянула за угол.

— Открой хотя бы два, пусть они отвлекут стражу, там везде костры, нас же заметят с этим грёбаным забором!

В Айви шла ожесточённая борьба, но в итоге она сдалась.

— Ладно, а ты потуши ближайшие костры.

Спустя десять минут она смогла открыть три барака, но дольше мы оставаться тут не могли. И пока стражникам было на кого отвлечься, мы направились в противоположный конец. От волнения руки дрожали, и я не сразу смогла сосредоточиться так, чтобы потоками ветра надуть снег в одну кучу. Но когда мы долезли по этой куче на вершину, то обнаружили, что защитный контур уходит вверх метра на четыре.

— Да что за грёбаное невезение! — в отчаянии воскликнула я и проявила плетение контура, и тут же поняла, что мне с ним не справиться. — Без вариантов, я его не сниму.

Мы огляделись вокруг в надежде найти выход, но забор упирался в высокий горный утёс, преодолеть который мы точно не в силах.

— Тогда возвращаемся к двери и надеемся на чудо, — выдохнула Айви, даже не пытаясь скрыть панику.

Когда мы приблизились к двери, та открылась, но не успели мы порадоваться, как в неё повалила стража. И часть из воинов нас заметила. Медлить было некогда. Вскинув руки, я сбила их с ног мощным потоком воздуха и впечатала в забор. Битва между бараками всё ещё кипела, но от неё отделилось несколько фигур и направилось в нашу сторону. Мы рванули к ещё открытой двери. Айви забежала первая, послышался крик, а потом передо мной вырос тот высоченный стражник-мудак и ударил ногой в живот. Я отлетела, как подкошенная, ловя ртом воздух. От резкой боли в глазах поплыло, резко затошнило, и я свернулась калачиком, пытаясь хоть как-то ослабить боль.

— Вы, твари, никуда не сбежите, — пробасил он и пнул меня в бедро, вырвав из моей глотки сдавленный крик, — ни одному ещё не удалось.

Он поднял окровавленный топор, и его лицо перекосило от мерзкой улыбки, а глаза горели в предвкушении. У меня внутри всё похолодело. Я попыталась ударить его магией, но только я подняла руку, как он вновь пнул меня ногой, и, кажется, сломал несколько рёбер. Я попыталась ползти, но от боли закричала и упала лицом в снег. Ещё шаг, снова замах. На лице стражника отразилось болезненное нетерпение, но мерзкая улыбка резко сошла с лица, сменившись гримасой ужаса. Его глаза расширились, он опустил голову и уставился на кровавый меч, торчащий у него из груди. Меч со скрежетом исчез, и ублюдок повалился набок и больше не шевелился.

— Сорен… — прошептала я, заметив брата.

Он засунул меч в ножны и кинулся ко мне.

— Ты ранена? — его руки скользили по моему телу, аккуратно сжимая, когда он тронул бедро, я всхлипнула. — Встать можешь?

— Не знаю, — простонала я, — по-моему, рёбра сломаны.

Брат помог мне подняться, и я скривилась от боли. В дверях показалась Айви. Заметив Сорена, она мгновенно прыгнула к мёртвому стражнику и выхватила топор.

— Стой! — я резко вскинула руку, упреждая её замах. — Он мой брат.

Ифлисса с недоверием посмотрела на него и в нерешительности остановилась.

— Этот урод хотел меня убить! — озлобленно прошипела она, крепче сжимая топор. — Не верь ему!

— Нет, Айви, он хотел помочь мне сбежать, опусти оружие!

— Молчать! — гаркнул он командным голосом. — На это нет времени. Кьяра, тебе нужно выбираться отсюда. На лагерь напали, южный контур прорван, там сейчас бои. Это хороший шанс выбраться, я тебя туда проведу. Но кто напал — неясно, держись от них подальше.

Глаза Айви округлились, она заметалась между нами взглядом, будто никак не могла решиться, но потом топнула ногой и опустила топор.

— Это мои люди, они пришли освободить Кьяру, — выдала она Сорену, на несколько мгновений выбив того из колеи. — Ты сможешь безопасно вывести нас за забор?

Не успел он ответить, как к нам подошли подельники Айви. Их осталось всего двое, и тот огромный мужик был порядком изранен. Он держал в руке меч, но она дрожала, и я заметила глубокий порез плечевой мышцы, из которого сочилась кровь. Увидев брата, он вскинул оружие, но Айви его остановила и покачала головой. Стражников в этой половине лагеря больше не осталось.

— Пойдёмте, — сказал Сорен, придерживая меня. — Проведу вас по хозяйственной части, там нет костров, сможем затеряться в темноте.

— Бежим с нами, — тихо сказала я Сорену. — Половина заставы разрушена, тут ты уже никому не поможешь.

— Даже если бы и хотел, клятва не даст мне уйти, я же говорил. Моя задача — помочь сбежать тебе.

Я закусила губу, но спорить не стала, ноющая боль слишком сильно мешала даже ясно соображать.

До построек было недалеко, и мы довольно быстро добрались до спасительной тени. Мне было больно идти и дышать, но я затолкала боль как можно дальше на задворки сознания, стараясь думать только о спасении. Как назло, начало жечь руку, заставив меня стиснуть зубы.

Стража нам не встретилась вообще, видимо, она вся была занята в боях. Мы молча петляли в тени деревянных домишек, иной раз преодолевая высоченные сугробы, но тут я заметила проход вниз, по которому мы спускались сегодня днём. Я резко остановилась.

— Дай мне попытаться его разрушить, — посмотрела я на брата.

— Что? — спросил он, но, видимо, тут же сообразил, что я хотела, и резко замотал головой. — Даже не думай, он убьёт тебя при попытке.

— Не убьёт! — возразила я и выскользнула из его объятий. — Я знаю, что делать, просто доверься мне.

— О чём спор? — уставилась на нас Айви, она выглядела очень встревоженно, то и дело поворачивая ушами во все стороны.

Сзади нас в проходе возникло пятеро стражников.

— Капитан? — удивился один из них, заметив Сорена.

Брат вынул из ножен меч, двое подельников ифлиссы последовали его примеру.

— Долбаный предатель, — сплюнул в снег стражник.

— Бегите, — бросил через плечо брат, направляясь к стражникам, — я их задержу.

И тут же резко налетел на них, завязались звуки битвы. Я же вместо побега устремилась вниз к кристаллу, стараясь не думать о переломах и боли. Айви побежала следом, пытаясь меня вразумить, но я твёрдо решила попробовать. Брат мне помог, он точно не предатель, и я совершенно не хотела оставить его умирать на этой дурацкой, забытой всеми богами заставе.

Кристалл встретил меня зловещим мерцанием, будто знал, что я собралась сделать. Пусть эта идея мне всего лишь приснилась, но никто не мешал мне попробовать. Сделав неуверенный шаг, я положила руки на алый камень. К моему удивлению, он оказался тёплым. Я попыталась сосредоточиться, плетение снова вспыхнуло в голове, я потянулась к осколкам, но ничего не произошло, я их словно вообще не видела.

Так. Это артефакт демонов, Ви говорил, что нужно сосредоточиться по-другому, как я делала в том особняке, может, получится?

Я отпустила свой разум и рассеяла энергию, напитывая ей пространство. Спустя некоторое время я скорее ощутила структуру, чем её увидела. Несколько сжимающихся к центру энергетических спиралей проходили сквозь осколки и держали всю структуру, но одновременно с этим осколки мерцали и будто плавали, а не были закреплены намертво, как любое плетение обычного артефакта. Я устремила к ним импульсы энергии, и они откликнулись теплом, протягивая к местам, где я держалась за кристалл, тончайшие серебряные невесомые нити. Я усилила энергетический поток, и нити укрепились, и тут я ощутила её… Энергия душ потекла в меня, сначала мелким ручейком, а потом всё более быстрым и бурлящим потоком. Руки задрожали, место соприкосновения с кристаллом стало огнянным и крайне мучительно обжигало кожу, но я стиснула зубы и продолжала держаться, изо всех сил абстрагируясь от боли. В голове мелькали картинки чужих смертей, но они так быстро сменяли друг друга, что я даже не могла их разобрать. Поток энергии уже походил на водопад. Он разливался во мне и плескался, грозясь сбить с ног. От натуги задрожали колени. Мне начало казаться, что меня сейчас просто разорвёт. Кожа рук потрескалась, и по кристаллу потекли струи крови. Айви что-то кричала мне, но я не могла разобрать её слова. Ещё немного… Раздался громкий треск, резкий выброс энергии, и нас отбросило к стене волной алых осколков.

По мне будто табун лошадей проскакал. Ифлисса меня трясла, но я даже глаза смогла открыть не сразу. Рядом показалось ещё одно крайне злое лицо.

— Я же сказал бежать! Так и знал, что не послушаешь, — проворчал Сорен, осматривая меня. Когда он увидел руки, но не смог скрыть вздох ужаса.

— Получилось… — прошептала я и попыталась встать, но не смогла.

Сорен взял меня на руки и пошёл на выход. Я лишь успела заметить, что пол комнаты был полностью усеян красными осколками, но они больше не мерцали. Все души были во мне.

Пока брат меня нёс, то коротко рассказал, что со стражей они справились, но в северной части заставы что-то начало происходить, стража бежит оттуда со всех ног. Пока он это рассказывал, чуть несколько раз не приложил меня головой об углы коридора. На улице он поставил меня на ноги, я пошатнулась и чуть не упала, но на свежем воздухе стало получше. Во мне бурлила энергия, но только та самая, к которой я не могла дотянуться. Моя родная же еле теплилась, а физических сил и того было меньше. Ещё и холод этот поганый...

Шли мы быстро, насколько позволяли мои сломанные рёбра и шишка на голове. Руки от ран болели просто чудовищно, с них капала кровь, оставляя за мной дорожку из бордовых точек на снегу. Мы дошли до угла какой-то длинной постройки, и отсюда через метель виднелась огромная дыра в заборе, и всё ещё шли бои. Видно было стражников, каких-то людей в масках, а также вполне себе немало беглых заключённых. Какие-то из них также вступали в бои со стражей, остальные же просто улепётывали в дыру как можно скорее. Кто побеждал, я не понимала, но нам без вариантов нужно было выйти на открытую местность, чтобы добраться к забору.

— Сюда кто-то бежит, — сказала Айви с тревогой в голосе, — толпа.

Не успели мы среагировать, как послышался топот. Мы резко обернулись, и брат с двумя спутниками снова вынули мечи, но бегущих стражников оказалось не менее трёх десятков, и на их лицах отражался откровенный ужас. А потом мы заметили, что всё пространство за ними стремительно темнеет и становится чёрным, и эта тьма клубится и резво приближается к нам. Несколько стражников бежали не слишком резво, и скверна поглотила их за считанные секунды. От такого зрелища мы на секунду остолбенели. Первый опомнился брат и скомандовал бежать.

Мы резко сорвались с места. Уже через десяток метров мои рёбра решили, что бежать я больше никуда не буду. Я начала задыхаться, а от боли хотелось орать. Айви это заметила, и высокий бугай схватил меня на руки и устремился вперёд. Стража, занятая в боях у забора, нас сразу заметила, но следом она заметила скверну, и в итоге все воюющие бросились из лагеря вон.

Айви на бегу засунула два пальца в рот и издала длинный пронзительный свист, а потом два коротких. Спустя несколько мгновений ей ответили, и нам навстречу устремилась дюжина фигур в масках. Пугаться сил у меня уже не осталось, сейчас в принципе не было ничего страшнее, чем преследующая нас скверна, так что незнакомые наёмники меня сейчас волновали меньше всего.

Я повернула голову и как раз заметила, как скверна поглотила ещё с десяток людей. От ужаса внутренности сжались, и не получалось нормально дышать. Как раз в этот момент к нам добежали люди в масках.

— Быстро уходим! — крикнула Айви высокому, крепкому мужчине, что подошёл последним. — Вон та чёрная хрень нас всех за пару секунд убьёт!

— Понял, — сказал он и перевёл взгляд на форму Сорена и тут же вытащил кинжал.

— Это мой брат, и он идёт со мной, — тут же безапелляционно заявила я незнакомцу.

Пусть только попробует его тут оставить, в этот раз я точно жахну молнией насмерть.

Наёмник несколько секунд смотрел на меня, а потом молча кивнул на выход. Снова послышался рёв, и буквально метров через двести нас ожидало пять виверн. Они оказались довольно большими, но никаких кресел на спинах не было, только длинная грузовая площадка с ремнями. Меня пристегнули на два ремня, рядом сели Сорен и Айви. Все пять виверн быстро заполнились людьми в масках, и мы взлетели. Я обернулась и посмотрела вниз: на белом снегу разливалось огромное чёрное пятно. Заставы больше не было.

Глава 4

Летели мы очень долго, будто на другой конец империи. К нашим пяти вскоре присоединилось ещё три крупных виверны, в каждой из которых сидело не менее дюжины человек. На нашей помимо меня, брата и Айви находилось восемь незнакомцев. Все в тёплых одеждах и масках. Они сидели к нам спиной, и я не могла толком никого рассмотреть, а потому вскоре прекратила попытки. Разговаривать с нами они тоже не спешили, лишь сказали, что с нами будет говорить босс, поэтому летели мы в полной тишине.

Сломанные рёбра нещадно ныли, и иной раз я не могла вздохнуть, не стиснув зубы от боли. Руки до сих пор сильно кровили, да ещё и замёрзли. Никаких одеял на виверне, конечно, не оказалось, и если бы не Сорен со своей меховой накидкой, который обнял меня и грел всю дорогу, пожалуй, я давно бы окочурилась. Ремень с рёбер мы перестегнули на бёдра, и я смогла подвинуться в его объятия, не рискуя при этом вывалиться с виверны и продолжить полёт уже в одиночестве строго вниз. И хотя у меня ещё остались магические силы на обогрев, из-за болей я просто не могла сосредоточиться.

Случившееся на заставе приводило меня в откровенный ужас. То есть, не напади сегодня на лагерь наёмники, до утра мы просто бы не дожили, потому что ночью скверна просто бы всех сожрала? А вдруг такое количество убийств её как-то спровоцировало? Или разбитый кристалл? Кто знает, какие функции у него были ещё помимо сдерживания солдатами клятвы, вдруг он скверну тоже как-то сдерживал? А я его раздолбала, и её уже не сдерживало ничего. Нет, эта мысль мне вот вообще не нравилась, иначе во всех этих смертях буду виновата я. Мы столько камер не открыли, люди погибли там, даже не имея возможности спастись. Но забавно, как во сне сознание подсказало мне, как попытаться высосать энергию, почему-то я до этого не додумалась, я, по сути, даже и не пробовала никогда. И если бы эта мысль не пришла мне в голову хотя бы во сне, брат со мной сейчас не сидел бы.

Не покидали меня и нехорошие мысли, что летели мы прямиком в очередную западню. Не от Инквизиции, конечно. Эдгар послал Одри за мной следить, Айви точно не была с ней заодно, так что этот вариант можно отмести. Но вдруг это чернокнижники хотели до меня добраться? Сорен тоже тихо высказывал беспокойство, но мы решили, что корректировать планы будем потом, с виверны всё равно деться некуда. Айви вздохнула и покачала головой, и только лишь потом я сообразила, что она явно слышала все наши перешёптывания, с её-то слухом.

Несколько раз я проваливалась в тревожный сон и просыпалась такая же разбитая, как и засыпала, и с каждым разом ощущала, что зима уже вроде не такая и суровая. Солнца не было, всё небо покрывали снежные тучи, и сыпал снежок, но без ветра ощущалось значительно теплее, хотя бы зубы не стучали, и по телу не пробегал озноб, заставляя снова скулить от боли в рёбрах.

В какой-то момент Сорен разбудил меня и сообщил, что снижаемся. Я кое-как села и выглянула за край платформы. Впереди виднелась длинная горная гряда, но не такая высокая и снежная, как была около Биргена и Северной заставы, а внизу, насколько я могла разглядеть, виднелся хвойный лес. Он был местами покрыт снегом, но явно не таким глубоким, как на севере. Также я заметила не покрытую льдом речку и в отдалении огромное озеро, чёрным пятном зияющее на фоне снежных окраин.

Мне сначала показалось, что садиться мы будем прямо на деревья, но потом я заметила небольшую поляну, укрытую шапками высоких сосен. Недалеко виднелась какая-то деревенька. Мы приземлились первыми. От жёсткой посадки ремень так вдавился в бёдра, что будь он у меня на животе, сломал бы очередную пару и так пострадавших рёбер.

Мы с братом слезали последними. Сорен помог отстегнуться, взял меня на руки и спустился по крылу с виверны. Айви молча шла рядом, то и дело бросая на брата воинственные взгляды. Я огляделась и заметила загон для виверн с тушками коз, в которые погонщикам даже не надо было насильно заводить рептилий. Видимо, они настолько оголодали за полёт, что побежали в загон сами. Сверху нас закрывали столь пушистые кроны, что даже и не догадаешься, что снизу площадка для посадки. Относительно расчищенная дорожка вела только в одну сторону, по ней мы и направились.

— Куда мы прилетели? — спросила я ифлиссу, пытаясь мысленно воспроизвести карту империи. Это явно была какая-то восточная провинция у гор. Там как раз находились сплошные густые леса.

— В провинцию Ортисс, тут рядом небольшая деревня Крисвен, наша база.

— Наша — это чья? — уточнил у неё Сорен и ощутимо напрягся.

— Чёрных лис, — неохотно ответила она.

— Контрабандисты? — с сомнением посмотрел он на неё. — Зачем вам Кьяра?

— Нам — незачем, — дёрнула Айви плечами. — Мы лишь выполняли заказ. Нужно было вытащить её с Северной заставы.

— Хорош болтать, — раздался низкий голос, и его обладатель как раз поравнялся с нами и снял маску. — Босс ей всё объяснит.

Мужчине было на вид лет сорок. Лысый, с суровым взглядом и густой смоляной бородой аж до груди. Верхняя часть лица, что не была закрыта маской, оказалась здорово обветрена и сильно покраснела. Он несколько раз тронул кожу и скривился.

— Отвали, Крейвен, — махнула на него рукой Айви. — Я Кьяре это ещё в бараке рассказала.

— Уговор был только на девчонку, а вы притащили ещё и стражника империи, — контрабандист кивнул на Сорена, на что тот сузил глаза. Уверена, если бы брат не нёс меня на руках, то схватился бы за меч.

Мы не обязаны были с ними никуда лететь, если уж на то пошло, так что плевать мне, на что там у кого был уговор.

— Вообще-то, это мой родной брат, — огрызнулась я и обняла его покрепче за шею. — Так что, если я так сильно понадобилась вашему заказчику, то не переломится и от моего спутника. Тем более, если бы не Сорен, меня давно убили бы.

Мужчина насупился, его чёрные брови почти сомкнулись на переносице, но он ничего не сказал и ускорил шаг, оторвавшись от нас.

— Не нравится мне всё это, — сквозь зубы проговорил Сорен, но Айви это, конечно же, услышала.

— Крейвен прав, тебя вообще никто не звал, — почти выплюнула девушка, недовольно сверкнув глазами.

— Айви! — возмутилась я. — Он вывел нас из лагеря и убил того мудака и спас нам жизни.

— А ранее он хотел скормить меня скверне!

— Хотел бы — скормил, — резко ответил он ей. — Как видишь, ты жива. Или ты думаешь, что нападение на стражника просто так спустили бы тебе с рук, будь вместо меня кто другой?

Ифлисса надулась. Её хвост дёргался из стороны в сторону, но почему-то она не уходила. Не иначе как за нами присматривала? Мне всё это не нравилось, тем более с моим состоянием и сбежать-то крайне сложно.

— Так ты правда не знаешь, кто меня заказал оттуда вытащить? — как можно более спокойным тоном спросила я.

Некоторое время она ещё дулась и недобрым взглядом косилась на брата, но тот отвечал ей не менее колким и агрессивным, поэтому вопрос пришлось повторить.

— Понятия не имею, — дёргано пожала она плечами. — Расслабьтесь, параноики. Мне, конечно, тоже интересно, кто заказал твоё вызволение, но если б тебя просто хотели убить, для этого не обязательно было вытаскивать тебя из той глубокой снежной жопы, в которой мы побывали.

Логично. И в душе у меня теплилась надежда, что это дело рук Виаса, а не чернокнижников, а то мало ли последние решат, что я способна ещё демонов навызывать. Или, что было бы хуже, решат как-то скверно отомстить за хранителей Ложи и разваленное поместье одного из них.

Дорожка вывела нас к небольшому селу, хотя, скорее, к огороженной забором деревеньке. Она располагалась прямо на берегу реки, и край забора немного заходил в воду. На воротах стояли два охранника довольно крепкого телосложения с мечами на поясе. На деревенских жителей похожи они точно не были. Стражники скосились на нас, Айви кивнула, и нас молча пропустили в ворота.

Внутри на таком небольшом пространстве ютилось довольно много деревянных домиков. В основном одноэтажных, но я заметила парочку и в два этажа. Иногда они так плотно примыкали друг к другу, что протиснуться в проход смог бы разве что худой ребёнок. От ворот вела просто утоптанная дорога, от которой отходило ещё несколько на манер улиц между домишек. Огороженных дворов вокруг домов практически нигде не было. Максимум я заметила около некоторых заборы по пояс, а внутри крытая поленница или будка собаки. Зато много деревьев и кустарников росло где попало прямо в деревеньке. Иной раз так размашисто, что протоптанная дорожка просто петляла между ними. Главная дорога выводила к пристани. Я разглядела несколько лодок, натянутые сети, какие-то рыболовные снасти. Как раз около одной из сетей двое мужчин выпутывали улов и складывали в плетёную корзину.

Снега тут оказалось значительно меньше, чем в Биргене, максимум сугробы достигали пояса и были скорее исключением. Мне даже в шубе стало слегка жарковато. Жителей я заметила не так уж и много, возможно потому, что было раннее утро, а вот наёмников довольно много. По сути, все, кто летели с нами, пришли в Крисвен. Местные жители на большой отряд контрабандистов внимания не обращали, а некоторые приветливо кивали или махали руками. Ясненько, они тут все свои, значит, местным жителям также доверять нельзя.

Откуда-то из-за заснеженных кустов с лаем выбежала белая собака и бросилась к нам. Я вздрогнула, но животное пробежало мимо и направилось к нашей ушастой надзирательнице.

— Снежинка! — улыбнулась Айви и потрепала собачку по холке. Та радостно завиляла хвостом и облизала ифлиссе руки, а потом радостно тявкнула и далее бежала рядом с ней.

По пути следования наша компания становилась всё меньше, пока мы не остались втроём с Айви, не считая четырёх охранников. Ифлисса подвела нас к очередному абсолютно неприметному деревянному дому, внутри которого уже оказалось прилично натоплено. К нашему удобству было две крохотные комнатки, небольшая кухня с печкой и ещё более крошечная ванная, в которой красовалась дырка в полу и стояла большая кадка горячей воды, и рядом висело несколько пушистых полотенец. Убранство не отличалось какой-либо красотой, всё деревянное, совсем простенькое, но чистое и уютное.

Айви сообщила, что пришлёт мне целителя, а потом принесёт еды и какой-нибудь одежды, а мы пока можем располагаться. Я выглянула в окно и заметила, что ифлисса лёгкой походкой скрылась за углом, а охранники так и остались стоять около двери. Ну и ладно.

Брат помог мне снять шубу и разуться, потому что сама я из-за травм сделать этого не смогла. Прохромав в комнату, я обнаружила у стены небольшую кровать со стёганным меховым покрывалом, рядом с ней располагался простой деревянный шкаф и стол. Из стены прямо около кровати выпирал угол печки. На окнах красовались ажурные занавески. Никаких тиазалитовых ламп я тут не заметила, только обычные толстые свечи.

На столе стоял кувшин с водой и стаканы. Так как руки ещё кровили, пришлось попросить Сорена налить мне воды, которую я с жадностью выпила. В животе тут же заунывно заурчало. Жрать хотелось просто чудовищно, но оставалось только ждать.

Вторая комната была немногим больше первой, однако кровать тут была явно шире. Придётся эту комнату отдать Сорену, он всё-таки сильно крупнее, мне и кровати поменьше хватит. Вернувшись к ней, я легла и попыталась принять позу, в которой не настолько сильно болело всё тело. От усталости хотелось спать, но из-за рёбер каждый вздох вызывал вспышки боли, так что даже подремать не удалось.

Целитель не заставил себя долго ждать. Им оказался совсем седой старик с длинной белой бородой, который, однако же, выглядел довольно бодро, значительно бодрее, чем я сама. Он приказал мне не дёргаться и деловито ощупал рёбра и конечности, оглядел окровавленные руки и начал работу. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не завывать, но буквально за полчаса магических манипуляций кости заросли. С руками он провозился и того меньше, и когда целитель покинул дом, Айви как раз вернулась с огромной сумкой еды.

Там оказалась солёная и жареная рыба, козий сыр, только испечённый горячий хлеб, соленья, и даже сладкие булочки с повидлом. Ну и, конечно же, кувшин горячего чая. Айви хотела уйти, но я уговорила её посидеть с нами. Она демонстративно села подальше от брата около печки, мне досталось место посередине. Сорен же на её недовольство и мрачные взгляды внимания не обращал. Впрочем, при ней он меч снимать не стал.

Ели все трое молча. Я уже и забыла, когда последний раз вообще нормально ела. Сначала хрен знает сколько лазила по пещерам под храмом, потом сидела в темнице Инквизиции, потом плыла на корабле, где вообще нас, по ходу, кормили просто грязью. В лагере выдавали чёрствый хлеб. Я пробыла там всего пару дней, меня подкармливал брат, и то от голода выть хотелось, по итогу недели две прошло с тех пор, как я нормально питалась, а потому хотелось сжевать всё, до чего я могла дотянуться. И только лишь когда я начала всерьёз опасаться, что вот-вот лопну, я откинулась на спинку стула и умиротворённо улыбнулась. Вот теперь мне точно хотелось спать. Но сначала помыться, потому что купалась я последний раз в том озере с кляксами. Хорошо ещё, если после бараков Северной заставы у меня вши какие не завелись.

Как только я об этом подумала, сразу жуть, как зачесалась голова, а потом и всё тело.

— В общем так, — сказала Айви, — босс сказал, что заказчик прибудет вечером, так что у тебя есть пару часов, чтоб отдохнуть. Не знаю, как ты, Кьяра, а я сейчас пойду отмокать в воде, я вся чешусь. Ах да, чуть не забыла.

Она принесла вторую сумку, которую оставила ранее у двери, и извлекла оттуда простые шерстяные штаны и тёплый свитер.

— Новое пальто на вешалке, — добавила она. — У нас тут всё простенькое, но уж что есть. А то твоя шуба явно повидала некоторое дерьмо, собаке в будку потом запихаешь. А тебе... — она посмотрела на Сорена и шумно выдохнула, — тебе позже что-то подберём, к твоему приезду никто не готовился.

Сорен демонстративно лениво сложил руки на груди, но ничего ей не сказал.

— Ты за нами зайдёшь? — уточнила я, на что Айви кивнула.

— Тебе бы тоже, кстати, помыться не помешало, несёт ужасно, будто неделю в бараке на полу спала.

Мы посмотрели друг другу в глаза, а потом рассмеялись, а затем она махнула рукой и оставила нас вдвоём.

— Чур, я первая купаться, — сказала я, и, не дожидаясь ответа, юркнула в ванную. Брат подождёт, он там хоть в баню ходил.

После горячего обеда, отдыха и ванной мне показалось, что жизнь не так уж и плоха. Я блаженно развалилась на кровати и завернулась в меховое одеяло, а брат отправился купаться. Спустя некоторое время он вышел в одних штанах, всё ещё вытирая волосы полотенцем. В мокром, нерастрёпанном виде они доставали ему до лопаток. Я с пару секунд порассматривала его довольно поджарый крепкий торс и очень удивилась, как он там вообще мог сохранить какую-то физическую форму в такой холодине. Явно сами они не одним хлебом питались. Но, надеюсь, не заключёнными. Эту мысль я тут же выкинула из головы, о таком даже думать не хотелось.

— О, ты побрился, — я зевнула и улыбнулась, — а я уже даже привыкла к недельной щетине.

— Да, это ты ещё в особо плохие месяцы меня с бородой не видела, — усмехнулся он.

— Надеюсь и не увижу. Тебе посушить волосы?

Он кивнул и уселся рядом со мной. Помимо шрама на шее я заметила и множество шрамов на теле и один особо крупный на плече, будто его проткнули клинком.

— Ты будто на войне побывал, — указала я на шрам, а сама запустила руки в его мокрую шевелюру и направила поток тёплого воздуха. — Тоже мятеж?

— Не, это ещё с Южной заставы. В одном из дозоров на нас напало два огромных паука.

— Фу, — меня аж от одной мысли передёрнуло, — я думала, что они не вылезают из леса.

— В основном нет, но иногда бывают особо голодные времена, и они выползают, чтобы полакомиться людишками. Не зря же там застава стоит. А ты же так и жила всё это время в Саинберге? — спросил он, а после моего кивка добавил: — А с семьёй виделась?

Волосы я досушивала молча, соображая, что ему ответить. Расчёски, правда, у нас не нашлось, и брат просто завязал их в небрежный хвостик, а потом повернулся ко мне в ожидании ответа.

Я тяжко вздохнула и легла обратно, завернувшись в одеяло. Сорен поднял бровь и выжидательно на меня посмотрел. Видимо, никуда мне не деться. Пришлось рассказать про всё своё общение с семьёй, а точнее, практически нулевое за всю мою жизнь, и очень милое и приятное на том званом вечере. Чем больше я рассказывала, приправляя речь ругательствами в сторону Леоноры, тем сильнее мрачнело лицо брата, пока не приняло мученический вид.

— Ну ты и хамло, — заключил он, после чего встал с кровати и накинул свитер.

— Сорен, раз уж мы некоторое время будем путешествовать вместе, давай договоримся, что ты не будешь читать мне нотации на тему родителей. Я не хочу это слушать, имей уважение к моему мнению.

Он опёрся спиной на стену напротив и в задумчивости почесал подбородок, видимо, размышляя, прорвёт его на тему семьи или он сможет смолчать, а потом сложил руки на груди и нехотя кивнул.

— Ладно, Кьяра, но кое-что я сейчас всё же скажу. Про родителей да, ты имеешь право на ненависть, понимаю. Я помню, сколько боли это принесло в твою жизнь и испоганило всё детство. Но сёстры не виноваты. Они такие же жертвы Леоноры, как и ты. Ладно, не как ты, даже близко нет, но всё же. — Он снова подошёл, уселся рядом и внимательно посмотрел в глаза. — Когда тебя отдали, Леонора запретила даже упоминать твоё имя. Мы все должны были продолжать жить так, будто тебя не существовало вовсе. И когда родилась Иветт, она много лет даже не знала о том, что у неё есть ещё одна сестра.

— Но Ханна-то знала! — возразила я, недовольно поджав губы. — Помню, мы на улице как-то встретились, так она сделала вид, что меня не узнаёт.

Плечи Сорена устало опустились, и он взял меня за руку, крепко её сжав тёплыми ладонями.

— Ханна всегда была ведомой, ей и осталась. Она никогда не перечила матери, она вышла замуж по её указке, и, судя по тому, что ты рассказала, ничего не изменилось. Да и вряд ли изменится, честно говоря, — брат вздохнул, и в его глазах отразилась печаль. — Кьяра, я понимаю, насколько тебе было больно и обидно, ты не заслужила всего того, что с тобой случилось, но это уже никак не изменить. Я вижу, что прошлое до сих пор тебя гнетёт, но этой обидой ты отравляешь только саму себя.

— И что ты предлагаешь? Всех простить? — я вынула свою руку из его. — Забыть о том, что было?

Брат мягко улыбнулся и качнул головой.

— Конечно, нет. Просто принять прошлое, как оно есть, и перестать себя им мучить. Родители да, виноваты, но у тебя всё ещё остались сёстры, которые могут стать твоей семьёй, ты не одна.

Он некоторое время оценивающе смотрел на меня, а потом крепко обнял, и я обвила его руками в ответ, ощущая, что у меня глаза на мокром месте. Всего две недели назад я даже и подумать не могла, что брат вообще жив, и я его когда-либо увижу. Потом я не знала, могу ли ему доверять, но он спас меня и помог сбежать, а теперь он сидит меня утешает, как это было много лет назад, до того как его забрали на Южную заставу. И только сейчас я поняла, насколько мне на самом деле его не хватало, и ещё крепче сжала в объятьях. Наше родственное воссоединение прервала Айви, возвестив, что пора идти на встречу.

На улице уже начало темнеть, и в деревне зажглось несколько тусклых светильников. Шли мы недалеко, буквально через несколько домов мы оказались на пороге широкого двухэтажного дома, снаружи которого также стояла охрана, а на пороге сидел и вылизывался пушистый полосатый кот, который тут же направился к ифлиссе, и та взяла его на руки. Мы прошли внутрь в большую комнату, в ней стоял длинный стол с угощениями и выпивкой, а также в дальнем конце беседовало несколько мужчин. Тот, что стоял спиной, одетый во всё чёрное, обернулся, и я узнала в нём Виаса. Казалось, что он поседел ещё сильнее, если это вообще возможно.

Я чуть ли не подпрыгнула от облегчения. Всё-таки не тайные враги, а архимаг сдержал своё слово и вытащил меня с заставы. Я направилась к нему, желая подробнее расспросить про переворот, но тут мой взгляд скользнул по его собеседнику, и я остановилась как вкопанная.

Высокий, крепкий мужчина с выбритыми висками и зачёсанными набок тёмными, с ладонь длиной, волосами опирался плечом на стену и стоял со сложенными на груди руками. Несколько прядей упали на лицо, и он ленивым жестом отбросил их рукой обратно. Его кожаная куртка была наполовину расстёгнута, и, казалось, что она была надета на голое тело. Верхняя часть лица также была чуть обветрена, значит, он тоже был на Северной заставе?

Мужчина перевёл на меня заинтересованный взгляд, и уголок его губ слегка приподнялся.

— Привет, детка, — усмехнулся он, — давно не виделись.

— Привет, Кайл.

Мне на глаза будто багровая пелена опустилась. За несколько мгновений я преодолела разделяющее нас расстояние и от всей души врезала ему по роже кулаком. Врезала бы и второй раз, но меня схватили чьи-то руки и оттащили.

Я брыкалась, но Сорен крепко меня держал. Айви застыла с котом в руках и испуганно переводила глаза от меня к Кайлу, Виас взялся за лоб и качал головой, а к бывшему мудаку уже подбежала охрана, вынимая мечи и сплетая заклинания. Сам же он потирал скулу и уже не так весело на меня смотрел.

— Нам бросить её в камеру, босс? — спросил один из них, тот, что походил на огромный валун с руками.

Босс? Ах, это он тут главный? Пелена на глазах усилилась, единственное, что мне хотелось, это самолично его придушить. Прямо сейчас. Брат меня держал, но забыл, что я маг. Молнии сплелись быстрее, чем я осознала, что делаю, но Кайл это заметил, и его тут же окружил мощнейший щит. От злости я всё равно в него ударила, пусть даже и без толку.

На этот раз брат меня за руки схватил, а Виас так высоко закатил глаза, что казалось, только белки одни остались в глазницах. А вот эта скотина мерзкая просто стояла потирала скулу и делала вид, что ему всё равно!

— Не надо, — качнул Кайл головой, снова небрежно откинул волосы назад и убрал руку от лица, и я заметила на щеке кровоподтёк. — Это мне, пожалуй, за дело. Оставьте нас.

Я уже не вырывалась, но тяжело дышала, пытаясь сжечь его нахрен взглядом. Единственное, что меня останавливало от того, чтоб долбануть его заклятием ещё раз, это понимание, что он довольно способный боевой маг, и его щит я пробить не способна.

Когда охрана нехотя ушла, остались мы с Сореном, Айви с котом, Виас, сам Кайл и трое мужчин, полагаю, его помощников. Один оказался тем лысым суровым мужчиной с бородой, с которым мы шли от виверн, остальных же я видела впервые.

— Могла бы и спасибо сказать, — надменно усмехнулся Кайл и нарочито расслабленно уселся во главе стола.

— Спасибо? — тут же вспыхнула я. — Ты мудак, так что иди-ка ты на хрен. И спасибо запихай себе поглубже в глотку.

Кайл насмешливо посмотрел мне в глаза, и на его губах заиграла язвительная улыбка. Я аж побагровела.

— Так! — гаркнул Виас. — Потом будете выяснять личные отношения и избивать друг друга за обиды, а сейчас у нас дела. Сели все.

Мы все прошли за стол, и я демонстративно плюхнулась в самый дальний угол подальше от этого морального урода. Сорен уселся рядом и пододвинул стул ещё ближе, Айви расположилась напротив и посадила кота на соседний стул. Полосатый пушистик тут же заинтересовался едой на столе и пытался издали унюхать содержимое тарелок. Я хотела смотреть куда угодно, кроме Кайла, но взглядом то и дело возвращалась к нему. Нет, ну а вдруг во мне внезапно проснётся тайная сила жнецов, и я таки начну убивать взглядом? Было бы страсть как полезно. Бывший также не сводил с меня глаз и то и дело в задумчивости щурился.

Больше всего на свете мне хотелось вцепиться ему в лицо. После всего, что он сделал, как он посмел вообще ко мне обращаться? Спасибо ещё сказать? Хрена с два!

— Кьяра, возьми себя в руки, — архимаг с раздражением посмотрел на меня, и я только сейчас заметила, что вокруг меня сами собой бьют маленькие молнии.

Успокоиться получилось не с первого раза. Ну ничего, пусть Кайл с опаской ходит по своей тайной деревне и постоянно оборачивается.

— Я спокойна, — пробубнила я и схватила бокал вина.

— Для начала давайте представимся, — сказал Кайл и небрежно откинулся на спинку стула. — Я глава Чёрных Лис, и эта деревня — наше тайное убежище. Все местные в курсе, мы им помогаем деньгами и продуктами, так что ничего лишнего никто болтать не станет. Однако бывают и заезжие, в основном грузовые баржи с севера, да купцы. Иногда они просто проплывают мимо, а иногда останавливаются на пристани, чтобы выпить или перекусить в нашей местной таверне. Так что ведите себя осторожно при посторонних, а ты, Кьяра, — снисходительно посмотрел он мне в глаза, — со своими голубыми волосами вообще лучше дома сиди.

— Тебя забыла спросить, — тут же огрызнулась я.

— Ты у меня в гостях, — даже не дрогнул он, хотя в глазах полыхнуло недовольство. — Так что да, именно меня ты и будешь спрашивать.

— А не пошёл бы ты...

Я даже договорить не успела, как Виас ударил ладонью по столу.

— Хватит! Я не видел тебя две недели, — прошипел старый маг, теряя терпение, — но, клянусь всеми богами, это были самые лучшие недели в моей жизни!

Он смерил меня зловещим взглядом и снова повернулся к Кайлу, а тот невозмутимо продолжил:

— Это Айви, — кивнул он на ифлиссу, — моя лучшая воровка, а также глаза и уши. Рядом с ней пытается своровать кусок мяса кот Шмель. Это Крейвен, — показал он на того самого крепкого лысого мужчину с бородой и грозным взглядом, — моя правая рука и по совместительству отличный воин и главный погонщик виверн. А это Тигг, — указал он на сидящего рядом худого мужчину с синюшными мешками под глазами, — наш лучший маг-поисковик. Очень хорошо выслеживает сбежавших, — взгляд Кайла как бы невзначай снова вернулся ко мне, и я не преминула показать ему грубый жест, на что тот лишь усмехнулся. — Архимага вы все уже знаете, а ты, — Кайл сощурился и посмотрел на Сорена, — я тебя помню, ты старший брат Кьяры.

— Да, я тоже тебя прекрасно помню, — холодно процедил Сорен. — Брат Кьяры и по совместительству капитан Северной заставы. Бывший, раз уж заставы больше нет.

Они обменялись неприязненными взглядами, после чего Кайл отвёл глаза и всех оглядел.

— Ну раз мы познакомились, то всё же хотелось бы узнать, зачем тебе, Виас, понадобилось срочно доставать Кьяру из этой ледяной жопы мира. Мы сильно рисковали, знаешь ли, я потерял людей. Много людей. Да ещё вместо одной неё откуда-то взялся брат. А уж что мы там встретили… — Кайл сжал губы в тонкую полоску, и в его глазах на мгновение скользнула тревога.

— Я много тебе заплатил за риски, — в голосе Виаса сквозило неприкрытое недовольство. — И я уже говорил, что это наше с Кьярой дело. Но тем не менее что именно вы там встретили, затмило всё остальное. Хотя об остальном... Не буду ходить вокруг да около, — вздохнул Виас, всё ещё поглядывая на меня, — но дело дрянь. Как вы уже все слышали, случился переворот, но нашего кандидата на престол в процессе тоже убили, считайте, был двойной переворот, и на трон взошёл лорд Грейсон, да, тот самый мятежник. И сначала я хочу послушать твой рассказ, Сорен. Про всё, что происходило на Северной заставе все эти годы, и о чём мы все не имели ни малейшего понятия. Потому что судя по описаниям, что до меня дошли, мятеж и новый император станут наименьшими из наших проблем.

Брат рассказывал долго, и на лицах присутствующих всё сильнее отображался ужас. Виас явно не знал про скверну, это было видно по его ошарашенному взгляду. А на моменте рассказа про артефакт и то, как погибли его сыновья, старый маг даже не пытался скрыть боль, которая отобразилась у него на лице. Надежда, что теплилась в нём все эти годы, окончательно умерла. Я часто ощущала себя одинокой, но даже знать не хотелось, как ощущает себя человек, что только что осознал, что потерял всю свою семью.

Однако когда Сорен упомянул, что я этот артефакт таки уничтожила, глаза архимага сузились в две узкие тёмные щёлочки, но он промолчал. Не к добру это. С окончанием рассказа про скверну в комнате воцарилась мёртвая тишина.

— Теперь всё встало на свои места, — Виас нервно потёр подбородок. — Видимо, Грейсону доложили, что на самом деле происходит на севере, и не этого он ожидал. Хотя кто бы вообще такое ожидал… Ладно. Мне нужно возвращаться в столицу и понять, что теперь будет. У меня есть крайне плохие предчувствия, что всё происходящее на заставе спишут на магов.

— Почему? — удивилась я. — Ведь скрывал всё император и совет, при чём тут маги?

— Грейсон всегда считал, что магия — это чистое зло. Я попытаюсь с ним поговорить, но уверен, это бесполезно. А пока я буду отсутствовать, — архимаг перевёл колкий взгляд на меня, — чтоб сидела в этой деревне и не смела шагу из неё ступить. Пусть все думают, что ты на этой заставе умерла. Это ясно?

Я тяжко вздохнула и нехотя кивнула.

— Это всё, конечно, шикарно, — облокотился на спинку стула Кайл и побарабанил пальцами по подлокотникам. — Но перспектива быть пожранным какой-то неясной чёрной гадостью волнует меня значительно больше, чем какой-то там император-магоненавистник. Буквально вчера я не знал, что у нас намечается конец света. У кого-нибудь вообще есть идеи, что это за грёбаная жуть, и что с ней вообще делать?

— Что пытались маги? — спросил Виас у брата.

— Всё, — мрачно ответил тот, — скверна лишь на время останавливается, но потом ползёт дальше. Все эти десятилетия маги испробовали вообще всё, бесполезно. Никто даже понять не смог, что это такое. Оно отличается от всего, что мы когда-либо встречали.

Сорен скосил на меня глаза, а я закусила губу. Не уверена, что стоило рассказывать этим непонятным контрабандистам с поганым говнюком во главе о планах про демонов. Я им не доверяла, так что просто покачала головой и продолжила цедить вино и наблюдать, как кот Шмель стянул с тарелки уже второй кусок мяса.

— Хуже просто некуда, — заключил Виас и встал, — попробую что-то разузнать. Кьяра, на пару слов.

Мы вышли из дома и отошли на некоторое расстояние, после чего вокруг нас образовался защитный купол.

— Как ты уничтожила кристалл, с которым никакие маги, в том числе и мои сыновья, не смогли справиться?

Я ожидала этот вопрос, было бы странно, если б он не попытался допытаться, но говорить правду я ему всё равно не собиралась и просто пожала плечами.

— Я же артефактор, тем более артефактор-чернокнижница. При всём уважении к умениям ваших сыновей, они были боевыми магами.

Виас ещё сильнее сощурился и шумно выдохнул облачко пара.

— Опять какие-то демонские штучки? — прошипел он. — У нас конец света намечается, а ты снова врёшь и что-то явно скрываешь!

Я упрямо вскинула подбородок и посмотрела ему в глаза.

— Я не обязана говорить вам или кому бы то ни было больше, чем считаю нужным. У вас свои цели, у меня — свои. Я вам не доверяю, вы спасли меня только потому, что ваша жизнь зависит от моей, так что мой ответ останется прежним.

От злости Виас аж побагровел, но объективно никак повлиять на меня не мог.

— Ладно, — сквозь зубы сказал он. — Молчи дальше. Только подумай о том, что на кону слишком много жизней.

— Не пытайтесь переложить на меня все те ужасы, что учинил император с церковниками, которые веками всё знали и ничего не делали, — недовольно процедила я.

— Ты, как обычно, не видишь дальше собственного носа.

— Зато я не сую свой нос в чужие тайны! Если это всё, что вы хотели спросить, то мне хотелось бы пойти уже поспать, я страшно вымоталась.

Было отчётливо видно, как Виас желал меня придушить, но я не отступала и с вызовом на него смотрела.

— Нет, ещё кое-что. Кому в столице ты можешь полностью доверять?

Вопрос поставил меня в тупик. Кому? Да я никому во всём мире не доверяю.

— А вам зачем? — с подозрением сощурилась я.

Архимаг вынул что-то мелкое из кармана и сунул в мой.

— Не доставай на чужих глазах, — велел он мне, — это артефакт короткой связи, очень редкий. Он парный, и мне нужен кто-то, кто может с тобой периодически связываться и передавать новости, потому что за мной будут следить.

Теперь я точно была в тупике. У меня кроме семейки в столице и не осталось-то никого, хотя…

— Мелисса, цветочница, — осенило меня, и я пересказала архимагу, кто она и где живёт. Оказалось, что он смутно её помнил, так как её мать до сих пор работает на кухне и периодически подруга захаживает к ней в здание Ордена.

— Она точно надёжная?

— Да, — кивнула я, — ну, если её, конечно, пытать не начнут.

— Ладно, я передам ей вторую часть и объясню, как пользоваться. И повторяю: чтоб сидела тут тихо и не высовывалась, поняла?

— Я не буду сидеть тут всю жизнь, у меня свои дела.

Виас скрипнул зубами, но явно спорить со мной уже устал, а потом развернулся и направился к воротам.

Я повернула голову и заметила, что с порога дома за нами наблюдал Кайл. Он шагнул ко мне, но это был последний человек на свете, с которым мне хотелось сейчас разговаривать, поэтому я как можно быстрее сбежала в выделенный нам дом, а вскоре пришёл и брат.

— Почему ты не сказала им, что у демонов происходит то же самое, и ты хотела поговорить с одним из них?

Он налил горячий чай и протянул мне чашку. Обхватив её холодными руками, я уставилась в окно, но за морозными узорами виднелся только тусклый фонарь да кусок сугроба.

— А зачем? Если ты не помнишь, за демонов меня и упекли на твою заставу в качестве отложенной казни. Я не доверяю этим контрабандистам и понятия не имею, о чём они в принципе договорились. Могу поспорить, реши я отсюда уйти, никто меня не отпустит. И тебя, кстати, тоже.

Сорен облокотился на спинку стула и почесал голову, взъерошив и так растрепавшийся хвостик.

— Деревня обнесена стеной, но со стороны воды можно выбраться, там неглубоко. Периметр охраняют, но, судя по экипировке, внешнему виду людей и оружию, скорее, от диких животных, тут лес вокруг. Ворота под охраной, двое часовых, вооружённых мечами и арбалетами, полагаю, не маги. Однако повторюсь, вокруг лес, нужна хотя бы лошадь, пешком ты далеко не уйдёшь, тем более зимой. Так что, если хочешь сбежать, то нужно продумывать варианты с учётом мага-поисковика и твоего дражайшего бывшего боевого мага.

Я вытянула губы, обдумывая его слова, но в итоге покачала головой.

— Я пока не хочу никуда бежать, да и понятия не имею, куда, если уж на то пошло. Нужно подождать и понять, что происходит. Но если всё же решу, ты со мной?

— Конечно, — брат смерил меня полным недоумения взглядом, будто я сказала глупость. — Я планирую исправить весь тот бардак, в котором все эти годы участвовал.

Глава 5

Новый император Грейсон сидел за круглым столом совета и читал последние донесения о происходящем на севере ужасе. Он даже в самых страшных кошмарах не мог предположить, что та самая война, с которой он собирался покончить раз и навсегда, на самом деле является не ширмой для сдерживания власти предыдущего императора, а ещё большим ужасающим секретом. И снова магия… Поганая магия портит и искажает всё, до чего добирается.

Отложив бумаги, мужчина нахмурился и воинственным взглядом окинул всех архиепископов-советников, что также хранили эту тайну столетиями. Но проблема заключалась в том, что и ему следовало поступить так же. Нельзя было допустить паники среди населения, могут вспыхнуть мятежи. В столице и так уже произошёл переворот, убито слишком много знати и высокопоставленных членов империи. Грейсон силой гасил новые вспышки сопротивления на корню и уничтожал зачинщиков, не позволяя зародиться революции. Однако, если о скверне узнают провинции и захотят отделиться, подавить подобные мятежи будет уже крайне сложно. На севере и так неспокойно. Бирген не раз уже высказывал недовольство о пошлинах на тиазалит, которыми «душила» их империя. Да и Южная застава периодически показывала тревожные знаки. Близость Мглистого леса и постоянная угроза вкупе с не таким уж высоким жалованием солдатам вызывали волнения. Но слишком много средств казны уходило на закупку и тайную переправу рабов на Северную заставу.

Лорд Грейсон был уверен, что средства из казны утекают для обустройства личного острова прошлого императора, но теперь-то он ясно видел, на что они шли. Хотя и остров тоже существовал, и теперь Грейсон отчётливо понимал, зачем он вообще был нужен.

Но что ещё хуже, информация о слабости Исвальдской империи могла дойти до остальных стран. Да, с островами заключён довольно выгодный союз, королевства с востока континента тоже угрозы не представляли, у них и флота такого нет, чтобы напасть на империю, зато более дальние континенты, особенно с юга, где как раз процветала работорговля и большая часть населения скорее представляла из себя варваров, вот они могли представлять уже реальную угрозу.

Дверь отворилась, и в залу вошли два человека. Глава Ордена магов Виас и бывший главный инквизитор Эдгар. Они держались на расстоянии друг от друга, но император и так знал, что эти двое друг друга на дух не переваривают. Мужчины вошли в полукруг стола и поклонились, а император отложил бумаги и облокотился на высокую золочёную спинку кресла. Дверь снова распахнулась, и в комнату торопливо вошёл высокий грузный мужчина в тяжёлых доспехах. На его лице виднелось несколько новых шрамов, и отсутствовал кусок правого уха. Он встал рядом с остальными и тоже согнулся в поклоне.

— Генерал Карх, — обратился Грейсон к нему первому, — я уже получил твой отчёт, но тут сказано, что ситуация быстро меняется. Что известно на данный момент?

— Скверна дошла до ближайших поселений и пока остановилась, — отчеканил военный. — Живых не осталось. Сбежавшие свидетели… — он скосил глаза на остальных, но потом снова посмотрел на императора, — нейтрализованы. Так же как и часть спасшихся военных с Северной заставы. Остальных пока ищут.

— Хорошо, — кивнул Грейсон, — когда примерно скверна доберётся до более крупных городов?

— Сложно сказать, — густые брови генерала сдвинулись к переносице, — она то движется быстрее, то замирает. Но если продолжит распространяться с такой же скоростью, то уже через неделю слухи невозможно будет скрывать.

— Плохо, — лицо императора потемнело, а глаза устремились к Виасу. — Твои маги изучили скверну?

— Никакие существующие маги не способны с ней ничего сделать, я уже говорил вам это, — холодно ответил архимаг, и в его глазах явственно читалось раздражение. — Разве что, вы можете попросить помощи друидов. Они используют незнакомые нам практики, возможно, хотя вряд ли, но всё же, возможно, они могут что-либо сказать. Но шансов, что они решат помогать империи после всех попыток их захватить примерно около нуля.

Грейсон сжал подлокотники и смерил архимага темнеющим от злости взглядом.

— Не смей мне дерзить, Виас, — процедил император, — не то ты первый же и отправишься на корм скверне, а за тобой следом и весь Орден.

— Дерзить? — седая бровь архимага приподнялась. — Если вы предпочитаете на пороге конца света слушать ложь, я могу её предоставить. Прошлые императоры с советом только и занимались тем, что столетиями лгали, и где мы сейчас? Знай мы о скверне, когда она только зародилась, у нас было время ставить эксперименты и искать решения, сейчас же, когда она пожирает империю, никакого времени у нас уже нет. Мои сыновья её изучали. Многие отправленные на север маги изучали. Никто не достиг успеха, и я не хочу заниматься самообманом и надеяться, что спустя двести лет внезапно найдётся решение!

— Но всё же оно есть, — перебил Виаса молчащий до этого Эдгар. Он сложил руки за спиной и с глубочайшим почтением посмотрел на императора.

— Что ты имеешь в виду? — сощурился Грейсон, и все молчащие советники тут же приковали к нему свои взгляды.

Бывший инквизитор холодно улыбнулся, и его шрам потянул вниз бровь и уголок глаза.— Полагаю, раз я тут, вы и сами уже думали об этом, Ваше Сиятельство, — нарочито медленно произнёс он. — Я уже много раз говорил, что магия порождает зло и тьму. И я считаю, что проблема не в скверне, а в том, что её породило.

— Ты снова будешь пытаться обвинить во всём магов? — огрызнулся Виас, но Эдгар лишь сильнее улыбнулся.

— Первый император не просто так созвал Инквизицию, и как мы уже знаем, именно тогда и появилась скверна. Неужели ты сам не видишь, что эти вещи взаимосвязаны, Виас? Мы охотимся за чернокнижниками и уничтожаем их, но всё равно в их ряды вступают новые, вызывают демонов. И, как мы сами недавно узнали, если убить демона, то скверна резко начинает расползаться. Это ли не прямая связь?

— Это чушь! — рыкнул Виас. — Магия существовала с основания мира, и никакой скверны не наблюдалось, по крайней мере, мы всё ещё существуем.

— Тем не менее скверна появилась, лишь когда запретили чернокнижников. Логично, что неспроста.

— К чему ты клонишь? — не выдержал император. — Конкретнее.

— К тому, ради чего и была создана Инквизиция: нужно истребить всех чернокнижников вообще. Но так как никогда нельзя точно определить, не примкнёт ли обычный маг к врагу, нужен жёсткий контроль за всеми.

— В виде убийств всех подряд и пыток? — уточнил Виас.

— Если потребуется, — не моргнув глазом, ответил Эдгар. — Или, по-твоему, существование всего живого — недостаточная причина, чтобы использовать любые методы?

— Эти методы — лишь удовлетворение твоих садистских наклонностей. Убивая и притесняя всех подряд магов, ты добьёшься только гражданской войны.

— Или спасу мир от гибели. Более того, Ваше Сиятельство, — повернулся Эдгар к императору, — я точно знаю, кто главная виновница происходящей трагедии сейчас, и с кого стоит начать.

Архимаг побагровел. Он уже точно знал, что сейчас скажет Эдгар, и он угадал.

— Говори уже, — приказал ему император.

— Есть одна молодая чернокнижница с голубыми волосами. Виас достаточно способствовал тому, чтобы она осталась жива. И, как мы знаем, с заставы она сбежала, и, совпадение ли? Именно в этот момент скверна начала активно расти.

А далее Эдгар с горящими от злорадства глазами пересказал всю историю про Беатрикс и охоту за Кьярой, особо выделяя, как активно её спасал на слушании архимаг. Виас же внимательно следил за реакцией императора, и она ему не нравилась. Грейсон славился своей нелюбовью к магам, а Эдгар был именно тем, кто эту нелюбовь может взрастить до безумных пределов. В конце рассказа бывший инквизитор был крайне доволен собой. Лицо его оставалось бесстрастным, а вот маслянистый взгляд, с которым он смотрел на императора, говорил о том, что он точно уверен, что победил.

Грейсон сцепил руки на столе и долго молчал, перебирая большими пальцами. Советники тихо перешёптывались, но до ушей архимага то и дело долетало имя Кьяры, и Виас был уверен, что эта битва проиграна.

— Я вас услышал, — наконец сказал император. — Ты, Карх, продолжай ранее обговорённую работу и готовь армию. Мы должны быть во всеоружии, если появится враг. Виас, раз ты утверждаешь, что маги не виноваты, то в твоих же интересах самому выявить и отдать Инквизиции всех чернокнижников, а также тех, кто им симпатизирует. Перед лицом уничтожения всей жизни империя должна сплотиться, а не превратиться в воюющие провинции. И ради нашей общей безопасности у магов не должно быть много власти в руках. Любой мятежный архонт может расколоть провинцию, значит, нужно лишить их какой-либо власти в городах, и управлять ими должны наместники при поддержке инквизитора и местного епископа.

Виас еле сдержался, чтобы не начать спорить, но он уже понял, что делать это бесполезно. Император не станет его слушать, и начнётся ровно то, что архимаг уже однажды наблюдал и чего всё время опасался. Как только магов начнут беспричинно массово убивать и притеснять, это приведёт лишь к новой войне. Не получится всех посадить на цепь и контролировать, они не собаки. Разве что, они не решат уничтожить вообще всех магов...

— Что до тебя, Эдгар, — император устремил к нему свой цепкий взгляд, — я ознакомился с твоими характеристиками и считаю, что твоя отставка была ошибочна. Стражи были необходимы, но Леофит не хотел рисковать, а в итоге мы теряем Империю. Так что я возвращаю тебя в должность Верховного Инквизитора и даю тебе разрешение действовать от моего имени любыми методами, которые ты посчитаешь эффективными в борьбе со скверной.

Эдгар аж засиял и низко поклонился императору, а лицо Виаса пошло красными пятнами. Хоть он и ожидал чего-то подобного, столь широкие полномочия окончатся трагедией.

— И эта девчонка, Кьяра, — добавил император, — найди её и убей. Если она как-то влияет на скверну, у неё не должно быть и шанса снова призвать демонов и добраться уже до нас.

***

Несколько дней я не выходила из дома вообще, никак не могла прийти в себя после побега с заставы. Хоть адреналин сошёл, и я ощущала себя в относительной безопасности, воспоминания и мысли об увиденном и пережитом ужасе никуда не делись. Я очень плохо спала, даже с успокоительными травами от местного целителя, иной раз я засыпала только под утро и вскакивала в холодном поту от приснившегося кошмара. В одних я так и не успела сбежать, и нас с Айви сожрала скверна, в других меня в пытках убивали инквизиторы.

Демон больше не снился, и это вгоняло в тревогу ещё больше, потому что я боялась, что он уже мёртв. Не было никакого шанса узнать это наверняка, а потому с каждым днём время бездействия и неизвестность давили всё сильнее, и даже успокоительный отвар не помогал, и я просто тихо рыдала в подушку, чтобы брат не услышал, и только проревевшись и выпив ещё несколько стаканов отвара, я могла хоть как-то уснуть.

А ещё часто я никак не могла согреться даже с заклинанием обогрева и возле печки. Меня знобило, словно я так и лежала на полу промёрзшего барака. И тут же вспоминались моменты, когда Винсерес грел меня и успокаивал, когда становилось совсем плохо. В такие моменты душевная боль давила изнутри совсем уж невыносимо, и мне хотелось просто орать в пустоту от бессилия, но я не хотела, чтобы кто-то видел моё состояние, и просто лежала часами смотрела в потолок.

Ещё мне не хотелось случайно встретить Кайла на улице, да и вообще его когда-либо видеть. Опасалась, что не сдержусь и попробую его прибить, что в принципе вряд ли получится. Сорен ходил за едой и рассматривал деревню, а потом описывал, что сумел зацепить его внимательный взгляд.

Сам Крисвен оказался домов на тридцать, не более. Местные жители в основном занимались охотой и рыбалкой, и плодами своих трудов ещё и торговали. Также тут выращивали коз, ими явно кормили виверн, хотя, судя по молоку и сыру, вполне себе использовали и в хозяйстве. А ещё он заметил некоторые небольшие домики и сараи, в которые заходило больше людей, чем могло там поместиться. Мы сошлись на мнении, что у контрабандистов должны быть всякие скрытые помещения и чёрные ходы, так что ничего удивительного.

Староста деревни, миссис Гретхен, как раз и занималась козами, хотя была уже сильно в годах. Она жила в доме собраний и готовила на всех еду. Своей семьи у неё не было, и она почему-то заботилась о контрабандистах. Насколько понял брат, они с Кайлом были уже очень давно знакомы. Возможно, это была одна из причин, почему он разместился в столь невзрачной деревушке, и почему её жители были столь лояльны к незаконной деятельности проживающих.

Пару раз Кайл посылал за мной, но я игнорировала его и на всякий случай запирала дом на засов, да ещё и магией припечатывала. Пусть сначала дом разнесёт, если ему будет так угодно. А часовые около двери были обычными людьми и войти не смогли.

Пытаясь отвлечь себя от очередных истерик, я погрузилась в размышления о своём положении и дальнейших планах. С одной стороны, всё было проще некуда — найти и открыть врата. Я даже направление знала. С другой стороны, Мглистый лес сам по себе огромный, да ещё и пауками населён. Даже если, предположим, я прилечу туда на виверне, то толку с этого ноль, я даже не знала, где искать. Кроме того, я понятия не имела, сколько мне нужно энергии для открытия врат, и как оно вообще происходит. Да я вообще ни о чём не имела понятия, если уж на то пошло. Мне нужна была информация, но кто вообще мог такое знать? Могли ли знать в Ложе? Хотя даже не убей демоны её хранителей, меня эти люди пытались принести в жертву. Но тогда я была под охраной сильнейших демонов, а сейчас я и вовсе никто и без защиты. Скверно.

Жаль, что я не могла призвать архидемонов снова, но они же и уничтожили тот гримуар, да и будь у меня любой другой, я бы, пожалуй, не рискнула. Ви много раз говорил, сколько непроверенной чуши содержится в них, а я не могла отличить рабочее от опасного. Вероятно, могли те самые хранители, но опять же, они мне недоступны.

Можно было бы надеяться, что я встречу какого-либо демона просто на улице и уговорю его мне помочь, ну, при условии, что он способен это сделать, но надеяться на такое смысла не имело. Пока я буду искать, нижний мир пожрёт скверна, и демонов не останется.

Слишком мало информации… Как бы мне ни хотелось действовать прямо сейчас, придётся сидеть на месте и ждать.

Артефакт, что сунул мне в карман архимаг, оказался передатчиком. Довольно редкая штука и очень дорогая. Это парный артефакт, с помощью которого можно было обмениваться небольшими посланиями с тем, у кого находилась вторая часть. Но, во-первых, их было очень сложно изготавливать, там такое плетение, что создать его способны буквально несколько человек в империи, если они вообще ещё живы. Во-вторых, в них использовался редчайший жемчужный тиазалит. По легенде война на севере была как раз из-за него. Какие-то небольшие запасы у империи имелись, но слишком мизерные, чтобы наделать таких для каждого желающего. Они имелись лишь у высших чинов империи, чтобы можно было быстро связаться между городами. Жемчужный тиазалит был не таким хрупким и вмещал в себе значительно больше энергии, поэтому был способен продержать контакт на дальних расстояниях, с обычным такое не получалось, он использовался для вызова слуг в пределах одного дома, но не более. Ну и в-третьих, проблемы у артефакта тоже имелись в виде помех на больших расстояниях и невозможности отправить что-то длинное, оно просто не дойдёт. А бывает, что сообщение и вовсе теряется или приходит с огромным опозданием. Пока же артефакт был неактивен, значит, Мелиссе архимаг его ещё не передал, и нужно ждать.

День на четвёртый мне надоело рассматривать стены и потолок, и я решила прогуляться и подышать свежим воздухом. Сорен ещё спал, но вряд ли мне грозила опасность в стенах охраняемой деревни, а потому я просто потеплее оделась, накинула на волосы капюшон и вышла в морозное утро. Часовые под дверью заметно оживились и зашагали за мной.

— А кандалы мне не полагаются? — тут же спросила я и протянула к мужчинам руки. — А то вдруг опасная преступница решит сбежать. Тогда советую ещё надеть на меня блокираторы магии, а то мало ли.

— Мы здесь на случай, если возникнут проблемы со стражей или местными, — пробасил один из них и недовольно поморщился, будто я ему на ногу наступила, — а не чтобы за тобой следить.

Ну да, ну да, охотно верю. Вон тот дед с лопатой, убирающий снег около порога небольшого домика, не иначе как очень опасный враг, меня нужно от него защитить, ага.

Я шумно вздохнула, развернулась и направилась по тропинке. Утро выдалось морозное. Ветра и снега не было, но воздух был такой холодный, что, казалось, я вдыхала ледышки, и они царапали лёгкие. При дневном свете деревня выглядела даже какой-то уютной, что ли. Домики хоть и ютились друг к другу, местами косили, кусты иной раз вообще не давали нормально пройти, снег тут убирали как придётся, но всё это выглядело раз в сто живее, чем все эти вычищенные тротуары и клумбы Нового города в Саинберге. Около многих домиков я заметила лежащие днищами вверх лодки, покрытые приличным слоем снега. Во многих окошках уже горел свет, но из-за морозных узоров ничего внутри разглядеть я не смогла. Минут через пять ко мне подбежала белая собака Снежинка и уткнулась холодным носом в руки. Я погладила её, и та, виляя хвостом, решила сопровождать меня на прогулке.

Народа мне встретилось всего пятеро человек, и те лишь скользнули по мне незаинтересованными взглядами и тут же вернулись к своим обычным делам в виде рыбалки и чистки снега.

Морозец сегодня оказался на редкость неприятным и больно щипал щёки, но гулять позже я опасалась, не хватало ещё встретить, кого не надо…

— Кьяра! — неожиданно раздался знакомый звонкий голос.

Я обернулась и заметила приближающуюся Айви, пытающуюся посильнее замотаться в шубу. Её хвост был обёрнут вокруг девушки и закрывал руки.

Снежинка тут же быстро завиляла хвостом, гавкнула и побежала ей навстречу. Тут я заметила, что за ифлиссой следует вчерашний полосатый кот.

— Можете идти, — сказала Айви охранникам, после чего поравнялась со мной и взяла под локоть, тут же снова закрыв руки хвостом. — Ты чего в такую рань?

— Вот вышла прогуляться и подышать воздухом, а ты? — скептически спросила я, и так догадываясь сама: — Следишь за мной? Или кота выгуливаешь?

— Может, совсем чуточку, — улыбнулась она и дёрнула ушами. — А ещё я очень рано встаю. Увидела тебя в окно, решила составить компанию.

Ну что ж, компания Айви явно лучше тех двух надзирателей, можно как раз выведать какую-либо полезную информацию. Кот лениво прошёл мимо нас и направился на пристань обнюхивать стоящие там корзины.

— А почему кота зовут Шмель?

Не столь важный вопрос, конечно, но меня он уже несколько дней ужас как интересовал.

— А, — махнула она рукой. — Его какая-то скотина из проезжающих купцов выкинула. Долго не могли имя ему придумать, а потом он облюбовал единственную небольшую клумбу с цветами, что растила миссис Питт, и все их передавил. Она его гоняла-гоняла, бесполезно, всё равно в них спал. А он ещё же полосатый, вот так и получилось.

Шмель как бы в подтверждение посмотрел на нас и громогласно мяукнул.

— Тут есть таверна? — с надеждой спросила я.

— Ну, есть некоторое подобие, Толстяк Билл открыл в своём доме. Он сам настойки делает, вино разное, вот иногда у нас останавливаются всякие перегонщики барж, купцы, и пропускают стаканчик-другой. Но сейчас он спит, так что всё закрыто. Позже можно заглянуть, пропустить по стаканчику.

— А что есть? Какие-нибудь достопримечательности?

— Нет.

— Магазинчики?

— Да откуда? Это же деревня!

— Ну хоть что-то интересное тут имеется? — уже без особой надежды спросила я.

— Ты ведь из столицы, да? — задумчиво почесала за ухом Айви. — Могу показать тебе коз или кур. Ну, если ты их ни разу не видела. Было бы лето, сводила бы тебя на рыбалку. Ещё иногда вечерами в картишки играем.

Боги, если меня заставят тут сидеть месяцами, я с ума сойду.

— Значит, у вас тут скука смертная, — обречённо подытожила я и вздохнула.

— Зато относительно безопасно. Кайл не зря эту деревню выбрал. Она мелкая и невзрачная для властей. Сюда не ведут никакие крупные торговые тракты, они идут сразу в Эвию. А речной ход не столь опасный. Часто грузовые баржи просто мимо плывут, зато нужные нам легко швартуются и сгружают товар. Да и летом большинство купцов сразу плывут на Бирген. Диких животных много, да, леса всё-таки вокруг. Как-то медведь-шатун забрёл и порвал несколько человек, но на этом всё.

— А ещё удобно, что можно сразу сгружать контрабандные партии тиазалита из шахт Биргена, не рискуя заходом в крупный город? — выгнула я бровь.

— И это тоже, — снова улыбнулась она.

Мы вышли на деревянную пристань. Несмотря на дикую рань, я уже заприметила несколько лодок с рыбаками. Они доставали сеть и вынимали рыбу, а кот Шмель, так и не нашедший в корзинах хоть что-то съестное, сел рядом с нами и с надеждой на них смотрел.

— Как ты вообще встретила Кайла и попала в контрабандистки?

— О, я его обокрала, — в голосе Айви скользнули нотки гордости. — Притом, когда на нём был физический щит. И он ничего не заметил. Меня нашли уже позже по слепку ауры. Молодая тогда была, глупая, не знала, что так можно.

От удивления мои брови взметнулись вверх. Ифлиссы не обладают способностями к магии, и пробраться через щит мог редкий вор. С артефактом, да, но тем не менее делать это надо было так, чтобы маг не заметил, а это очень сложно. Мы воспринимаем любое колебание щита. Наверное, не зря их не пускают в столицу, такое ворьё даже с императорских рук все перстни поснимает, а тот и не заметит.

— Ну и, в общем, думала, меня изобьют, а то и вовсе прикончат, — продолжила Айви и прижала уши, — а он предложил мне работу. С тех пор я тут. Ворую всякие вещицы на заказ, ну и слух у меня очень хороший, меня часто на дело берут стоять в дозоре.

— А ты не пробовала найти другую работу? Менее незаконную.

— Это у меня сейчас осуждённая чернокнижница спрашивает? — уставилась она на меня с насмешливой ухмылкой.

— Я жалею и всячески раскаиваюсь, — приложила я руку к груди и сделала грустное выражение лица, но тут же вернула её обратно под пушистый хвост. — Но всё же? Признаться, ты вторая ифлисса, которую я вообще в жизни вижу, а говорю и вовсе с первой.

Айви некоторое время рассматривала, как рыбак пытается достать из сети какую-то крупную рыбину, но потом ответила:

— Пробовала. В семнадцать лет папы не стало, я как старший ребёнок ушла из стаи, чтобы зарабатывать деньги и помогать семье. Устроилась в Эвии в таверну, полы и посуду мыла, мусор выносила. А потом трактирщик недосчитался денег. Это была не я, я вообще тогда воровством не промышляла, но меня избили и выкинули оттуда. Пыталась другую искать, но либо не брали, либо история повторялась. Если где-то что-то пропадало, сразу думали на меня. Даже если потом и находилось, никого это не волновало.

Она тяжко вздохнула и опустила уши, а мне стало немного стыдно, ведь первым делом, когда я встретила в Биргене ифлиссу, то подумала, что она сворует мой кошелёк.

— А откуда ты знаешь Кайла? — пытливо взглянула она мне в глаза. — Вы были вместе, да?

— С чего это ты взяла? — сощурилась я, чем заслужила очередную ухмылку.

— Ты врезала ему по лицу, — напомнила Айви, — а потом прилюдно послала. Босс такое с рук бы никому не спустил, а тут ещё и согласился, что за дело. Ну и запах, он изменился. Вы, люди, не замечаете, но пот пахнет по-разному, и вот Кайл явно был напряжён и нервничал. Такое редко происходит.

— Может, он мне слишком задолжал в прошлом? Или подставил.

— Может, — кивнула она, но вновь уставилась на меня своими огромными рыжими глазами. — Ну так всё же?

Не очень хотелось об этом вспоминать, во мне до сих пор аж всё бурлило, хотя восемь лет прошло, но я была уверена, что правда в ближайшие дни всё равно выплывет, так что и ладно.

— Мы встречались. Семь лет назад. Он хотел сбежать из Саинберга, звал меня с собой, предлагал пожениться. А потом в один прекрасный день просто исчез, не сказав ни слова. Ну как, записку оставил, в которой написал: «Я не могу больше ждать, люблю тебя и прости».

Ифлисса нахмурилась и снова прижала уши, но потом резко подняла их и повернула в сторону. К нам приближался какой-то мужчина.

— Пойдёмте, босс зовёт, срочное дело.

Мы пришли во вчерашний дом. Точнее, меня привели, потому что идти я совершенно не хотела. Но в этот раз мы проследовали не в большую комнату со столом посередине, а в какой-то кабинет без окон. Он оказался небольшим, но тут уместился угол печки, стол, узкий шкаф, и два стула напротив. Брата тут не оказалось, зато вчерашние Крейвен и Тигг уже стояли в полном облачении. За столом сидел заспанный Кайл со взъерошенными волосами и пил что-то горячее из кружки. Когда запах донёсся до меня, я без труда определила в напитке миндровый настой. Мне бы тоже не помешала сейчас чашечка.

Дверь за нами закрылась, и мне стало неспокойно. Айви мне не подружка, она подчиняется Кайлу, как и остальные двое, а Сорена или Виаса тут нет. Я, конечно, маг, но Кайл значительно сильнее, много ли у меня шансов одной против четверых? Ноль.

Не желая показывать своё нервное напряжение, я напрягла все мышцы, чтобы не задрожали руки. Очень хотелось поставить физический щит, но это с головой выдаст мою подступающую панику. Айви скептически скосилась на меня. Ох, демон, она поди почуяла от меня страх.

— Присаживайся, — кивнул Кайл на один из стульев, не спеша попивая миндр.

Сесть или нет? Сбежать мне всё равно не дадут, так что, в принципе, всё равно, сидеть я буду или стоять. Ладно.

Я подошла и уселась на один из стульев и наградила бывшего презрительным взглядом, ифлисса же осталась стоять сзади.

— Тебе налить? — кивнул Кайл на свою чашку, на что я отрицательно помотала головой. — Как хочешь.

Он допил напиток и достал из ящика стола большой кристалл жемчужного тиазалита, заключённый в металлический ромб из тонких нитей, переплетённых между собой. Я чуть не охнула от удивления. Дальновизор! Они же все на пересчёт, откуда они умудрились такой украсть?

Кайл явно заметил моё удивление и ухмыльнулся, а потом провёл над ним рукой, и прямо над артефактом засеребрился образ архимага, будто тот стал призраком.

— Привёл её? Отлично. Времени мало, — тут же сказал Виас и протяжно вздохнул. — Так что вкратце, теперь ты, Кьяра, официально виновна во всём произошедшем на Северной заставе.

— Что? — от удивления мои брови уже, по-моему, устремились к потолку.

— Да-да, — насупился Виас, — это постарался один наш хороший знакомый инквизитор. Эдгара не только выпустили из заключения и вернули в должность, но и развязали руки в любой охоте.

— Он знал про эту скверну? — спросил хмурый Кайл.

— Нет, — качнул головой Виас, — но тут же нашёл главную виновную. Если коротко, то в появлении скверны виноваты чернокнижники тем, что вызывали демонов. Ты же разрушила заставу и пустила скверну в империю, ещё и сама сбежала, чтобы снова вызвать демонов.

— Да я же о ней знать не знала! — воскликнула я, внутри от возмущения всё аж кипело.

— Это уже никого не волнует. Более того, он убедил в этом Грейсона, а новый император, как я уже говорил, магов не любит и опасается. Чернокнижников — в особенности. Уже начались чистки. У Инквизиции теперь полное право пытать и убивать на месте любого, кого они сочтут чернокнижником или лицом, ему помогающим. Архонты докладывают о рейдах по всем крупным городам. Я получаю сотни сообщений о смертельных стычках с храмовниками и стражей. В Саинберге пока ещё удаётся держать всё под контролем, но чую недолго.

— Неужели Эдгар просто перебьёт всех магов? — спросил Кайл, в его взгляде скользнула тень.

— Нельзя такого исключать. Нет магов — нет новых демонов.

Некоторое время мы молча переглядывались, но потом архимаг продолжил:

— Я больше не смогу прилетать к вам, уверен, за мной следят. Он ищет тебя, Кьяра, и если будешь неосторожна, он тебя найдёт.

— Но откуда он знает, что я жива? — недоумённо вскинула я руками. — На заставе все погибли.

— Не все. Скверна расползлась, но части воинам и пленникам удалось сбежать, ты же разрушила кристалл клятвы. Некоторые из них видели, как ты садишься на виверну и улетаешь. И не просто ты одна, а в компании наёмников, которые, по мнению Эдгара, прилетали именно за тобой по велению Ложи. Кстати, все свидетели убиты. Император пока пытается скрыть существование скверны, но рано или поздно она доползёт до крупных поселений. Однако же, Эдгар пытается убедить императора, что после твоей смерти всё остановится. А в идеале твоей и всех остальных магов.

У меня даже слов не нашлось. Я просто молча открывала и закрывала рот, выпучив глаза. Послышался глухой стук в дверь, Виас посмотрел куда-то поверх кристалла.

— Мне нужно идти, — тихо сказал он, — жди весточку от подруги. До связи.

Силуэт погас, и некоторое время мы все сидели в полной тишине. Мне даже казалось, я слышу скрип мыслей в чужих головах, да и свои укладываться совершенно не хотели.

— Приказы, босс? — спросил Крейвен, медленно поглаживая густую бороду.

— Отгоните виверн в убежище к горам, — сказал он. — Усильте периметр и поставьте часовых на внешние точки. А ещё отправьте в Эвию и города на границе наблюдателей, пусть смотрят за стражей и Инквизицией, и если вдруг что, сразу докладывают. Тигг, — посмотрел он на худого мужчину, — пусть маги убедятся, что маскировочный контур исправно работает. Айви, слушай, что творится в деревне. И оставьте нас с Кьярой вдвоём.

Я даже сообразить не успела, как дверь закрылась с той стороны, и мы остались одни. Кайл убрал дальновизор в карман, потом откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и с вызовом уставился на меня. Его карие глаза, казалось, почернели. Я насупленно на него взирала и думала, стоит ли пытаться встать и уйти, или дверь таки закрыта на замок.

— Что ещё за история с демонами? В подробностях, — требовательно проговорил он.

Так Виас ему ничего не сказал? Занятно.

— Не твоё дело, — холодно процедила я сквозь зубы. — После всего, что ты сделал, ты даже смотреть в мою сторону не имеешь права. Я себя по кускам несколько лет собирала после твоего исчезновения, думала, что не соберу, настолько плохо мне было. Так что скажи спасибо, что я вообще с тобой разговариваю, а не вцепилась тебе ногтями в рожу.

На лице мужчины заходили желваки, и он напряжённо дёрнул плечами.

— Это дело далёкого прошлого, пусть там оно и остаётся. А пока ты находишься здесь, то это моё дело. Тем более, когда за тобой, а за компанию и за всеми нами, охотится Инквизиция, да и в принципе вся империя. Потрудись объяснить.

— Я вполне могу уйти. Да мне с тобой даже в одной деревне мерзко находиться. И я не просила меня тут держать, это же ты приставил ко мне охрану, ну, точнее, тюремщиков.

— И куда же ты пойдёшь? — скептически спросил он, пропуская мой тон и все колкости мимо ушей.

— Не припомню обязанности перед тобой отчитываться, — оскалилась я.

Кайл аж побагровел, но потом взял себя в руки, откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на меня. Я же уступать ему тоже не собиралась и упрямо смотрела ему в глаза всё тем же уничижительным взглядом. Иногда-таки проскальзывала мысль вцепиться ему в лицо.

— Давай я тебе кое-что объясню, детка, — деловито начал он. — У тебя нет способа сбежать из империи, как ты этого, уверен, хочешь. В Инквизиции есть особые протоколы, и я уверяю, что сейчас проверяется даже самый захудалый кораблик, так что по морю ты никуда не денешься. Перелететь горы на вивернах не сможешь, они там не летают из-за драконов. Зимой горные перевалы недоступны, а штольни сейчас затоплены. В Исвальде в одиночку ты не выживешь — это очевидно. Ну так что, будем и дальше ругаться, или ты пойдёшь мне навстречу и ответишь на пару вопросов?

Теперь уже я откинулась на спинку стула. По какой-то причине он держит меня здесь, а не вышвырнул из деревни ещё вчера. Так что посмотрим, кто кого.

— Я тебе не детка, Кайл. И я хочу извинений.

Маг медленно выгнул одну бровь, а я вскинула подбородок. Раз он от меня что-то требует, пусть хотя бы для вида извинится за свой отвратительный поступок.

— Ты разбил мне сердце и сделал очень больно. И даже раздолбай я тебе всё лицо, пожалуй, я не успокоюсь, пока ты не признаешь, что поступил подло, и не извинишься. По мне — это честно.

Он поджал губы, а в его глазах прямо-таки отображалась мучительная борьба. Мы сидели в тишине минут пять. По крайней мере, мне так показалось, но наконец он вздохнул и отвёл глаза.

— Ладно, — недовольно фыркнул он и снова взглянул на меня. — Я поступил как мудак, признаю. И мне действительно жаль, но у меня были на то свои причины. Мне пришлось спешно покинуть Саинберг, и ждать я уже не мог. Извини, что это принесло тебе боль.

Не знаю, честно он это говорил или нет, и я была уверена, что мне будет всё равно на любые его слова, я просто хотела самого факта извинений, но почему-то они меня затронули. Где-то глубоко внутри. Наверное, спустя годы и все те мучения, мне просто нужно было это услышать. Я даже слегка стушевалась под его пристальным взглядом, но он снова отвёл глаза, и воцарилась неловкая тишина.

— Хорошо, — прервала я молчание, — кое-что я расскажу, только налей мне сначала миндра.

Пока он наливал мне напиток, я украдкой его разглядывала. За семь лет он ощутимо изменился, и двадцатитрёхлетний парень стал взрослым мужчиной, но годы оставили на нём и явный отпечаток непростой жизни. И дело даже не в шрамах, отросшей щетине или потёртой коже его куртки. Это отражалось в глазах. Не знаю, что он делал все эти годы, но это был уже совсем не тот человек, которого я когда-то знала. Хотя и я уже давно не та.

Только когда горячая кружка оказалась передо мной, я решила поднять глаза и прервать затянувшееся молчание, но сначала мне нужно было кое-что выяснить.

— Какой у вас уговор с Виасом? Почему ты согласился ему помогать? Даже не зная о скверне, это крайне рисковое занятие.

Кайл тут же помрачнел, и я уж было подумала, что ответа не дождусь, но он всё же сказал:

— Я должен был ему услугу. Очень сильно должен. В один из дней он прилетел ко мне и сказал, что ты по пути на Северную заставу, и тебя любыми путями нужно оттуда вытащить. Даже с серьёзными потерями.

— И ты согласился? — подняла я бровь. — Какое героическое самопожертвование.

— Я не мог отказать, — пожал он плечами. — Услуга за услугу. Мы договорились, что потом ты будешь жить в Крисвене. По крайней мере, какое-то время, пока всё не уляжется.

— Очевидно, что теперь не уляжется ничего.

— Верно, — он некоторое время хмурился и разглядывал меня, пока я пила миндровый настой, но потом всё же спросил: — Я помню, у вас с архимагом были плохие отношения. Да и сейчас не то чтобы хорошие. Зачем ты ему нужна? Только честно.

Говорить или нет? Хотя он ведь и у Виаса может допытаться. С другой стороны, раз он ему чем-то должен, да и отношения у них вроде бы нормальные, такое знание может помочь, ведь спасая меня, он будет спасать и архимага.

— Его жизнь привязана к моей, — призналась я, но, видя замешательство, пояснила: — Демоны привязали. Если меня убьют, то Виас тоже умрёт.

Он уставился на столешницу и задумчиво потёр рукой подбородок, но потом перевёл взгляд на меня и сощурился.

— Значит, мы всё-таки вернулись к демонам. Как ты со всем этим связана на самом деле? Я переговорил с Сореном ещё раз. Даже сыновья Виаса не смогли разрушить артефакт клятвы и умерли сами, а ты не дотягиваешь даже до половины магического потенциала одного, про двоих вообще молчу.

— Они боевые маги, а я артефактор.

— Нет, детка, эту чушь скармливай кому-нибудь ещё. Я боевой маг, так что знаю пределы возможностей. И то, что я слышал, нет, никакой артефактор бы ничего не снял.

Ну вот что мне на это сказать? Любое неосторожное слово может сильно навредить. И дело уже не только в моей собственной жизни, от меня зависят слишком многие…

Резкий стук в дверь оборвал мысли в голове.

— Босс, — в распахнутую дверь пролезла голова Крейвена, — сюда едут несколько отрядов Инквизиции. У нас минут пять.

Глава 6

Кайл кивнул и резко встал, я вскочила следом, но, к моему удивлению, он закрыл дверь на засов, махнул рукой, и я ощутила магический всплеск, а затем он прошёл в угол и открыл люк в полу.

— Лезь, — указал он на уводящие в темноту ступеньки старой, не вызывающей доверия лестницы.

Я не сдвинулась с места и окинула его испуганным взглядом.

— Ах да, страх темноты, — вздохнул он и чуть не закатил глаза. — Как только ты начнёшь спускаться, там включатся огни. Давай уже, некогда.

— Но там мой брат!

— Ничего ему не будет, Крейвен его выведет. Лезь давай, нет времени спорить.

Спорить я не стала, страх перед Инквизицией оказался сильнее, и я молча подошла к люку и начала спускаться. Но не успели перед глазами встать картинки, как меня утаскивают руки монстров в темноту, как огни действительно зажглись, осветив длинный узкий коридор с довольно низким сводом потолка. Он шёл вперёд и потом, судя по всему, уходил глубже. Вдоль правой стены тянулась нитка небольших тиазалитовых светильников.

Кайл слез следом, захлопнул люк и запечатал его магией, а затем направился по коридору, чуть ли не задевая потолок головой. Н-да, Винсерес тут рогами бы весь свод ободрал.

— Куда ведёт этот коридор? — спросила я, когда тоннель начал ощутимо углубляться под землю, а воздух становился более влажным.

— На ту сторону реки прямо под её руслом. Там можно безопасно выбраться и переждать.

— А он не обвалится? — с опаской уточнила я, потому что поддерживающие балки и треснутый камень стен доверия как-то вообще не вызывал, а если оно под самой рекой обвалится нам на головы, то сверху ещё и затопит до кучи.

— Нет, стены укреплены магией, я…

Из пространства вокруг будто резко откачали воздух, и я пошатнулась, тут же ухватившись рукой за стену, а огни мигом погасли, оставив нас в полной темноте. Но это был не воздух, нас резко отрезали от магии.

— Блокираторы! — тут же охнула я и попыталась создать шарик света, но ничего не вышло.

Сердце тут же упало в пятки, и руки ощутимо начали дрожать. Я в полной темноте под землёй, и теперь магией не укреплены никакие стены старого коридора. Вот дерьмо...

— Блокираторы Инквизиции, говоришь? — задумчиво раздалось из темноты. — Не припомню, чтобы они имели такую мощность, мы примерно в пяти метрах под землёй. Как далеко они действуют?

— Я… я не уверена, — прошептала я. — Мне казалось, радиус у них меньше, по крайней мере был, когда меня ловили.

— Ладно, пошли, — Кайл нащупал мою дрожащую руку в темноте и потянул.

— Да ты с ума сошёл? — воскликнула я. — Я не пойду в такой темноте ещё глубже. Тем более ты сам говорил, что стены укреплены магически, а теперь-то нет! Нам на башку всё обвалится!

— Не думаю, что действие артефакта безграничное. Пошли дальше, выйдем за площадь его действия, и свет появится.

— Я боюсь, — прошептала я, но в ответ услышала тишь тяжкий вздох.

Мы молча двинулись по абсолютной темноте. Я то и дело спотыкалась, и если бы Кайл не держал меня за руку, то уже пропахала бы носом пол. Он так уверенно шёл, будто видел в темноте, но, скорее всего, он просто ходил этой дорогой уже много сотен раз.

Путь уводил сильно под уклон, и вдали действительно появился свет. Как только я смогла видеть пол самостоятельно, то тут же демонстративно выдернула свою руку из его.

— А ты сильно изменилась, детка, — неожиданно сказал он мне.

— Я просила меня так не называть! И странно было бы не измениться за семь лет. Мне было всего семнадцать. Ну, почти восемнадцать, ладно.

— Верно. Но я не припомню у тебя склонностей к столь тёмной магии. Ты хоть и ненавидела Орден, но опасалась рисковать, сбегать и прятаться. А потом ты как-то докатилась до чернокнижия и, более того, до вызова демонов. Не каждый на такое решится, далеко не каждый.

— Я защищала свою жизнь, — огрызнулась я. — Я подслушала разговор про убийство императора, и Виас послал меня убить. Если бы не демоны, я давно была бы мертва. Так что не пытайся читать мне нотации, ты на них права не имеешь.

— Почему Эдгар охотится именно за тобой? — неожиданно остановился Кайл и развернулся, и я чуть не влетела ему в грудь. — Есть множество более сильных чернокнижников, есть Ложа, почему ты?

— Откуда я знаю? — вскинула я руками в недоумении. — Сам у него спроси, почему он ко мне прицепился.

— А я уверен, что знаешь, — он сощурился. — Инквизиция ведь выпустила стражей, верно? Это экстренная мера на случай, если больше ничего не останется.

— Что-то подозрительно много ты знаешь об Инквизиции, Кайл, — отступила я на шаг и уткнулась руками в бока. — Может, тебя тоже Эдгар послал?

Бывший усмехнулся, хотя в глазах никакого веселья я не заметила.

— Нет. Но чтобы успешно противостоять врагу, его следует очень хорошо изучить. Пойдём уже, надоело дышать этой сыростью.

Вылезли мы примерно в такой же люк, который привёл нас в сарай. По крайней мере, я сначала так подумала. Но оказалось, что это было что-то вроде наблюдательного пункта под маскировкой, притом не только магической, но и природной в виде густого хвойного кустарника, который рос по этой стороне реки плотной стеной. В крохотное окошко было видно поселение, но что именно там происходило, — было не разобрать.

Сарай, ну, точнее, наблюдательный пункт, сам по себе был крошечный, кроме того, ещё и заставлен ящиками, на стенах висели стеллажи с банками, коробками и всякой пыльной мелочёвкой. Сложилось впечатление, что тут не ступала нога человека последние лет пятнадцать.

Кайл взял что-то с полки, протёр краем свитера и подошёл к окну. У него в руках блеснул тиазалит, обрамляющий толстое стекло в оправе, в котором я тут же узнала приближающий артефакт. Что-то у контрабандистов артефактов имелось больше, чем у многих официальных императорских служб. Страже, например, такие не выдают вообще.

Он некоторое время молча наблюдал за происходящим, а затем выругался, и его глаза полыхнули ядовитой ненавистью.

— Что? — не выдержала я, испуганно на него взглянув. — Что там?

— Это не проверка, это явно наводка.

— Что?! Дай посмотреть!

Выхватив у него артефакт, я уставилась в окно и охнула. Прямо вдоль речки на коленях стояли восемь местных жителей. Некоторые были в верхней одежде, а многие просто в одних рубахах в такой мороз. Среди них я заметила троих лежащих на снегу людей, вокруг которых расползалось огромное бурое пятно. Рядом с мечами на изготовку стояли храмовники, а сзади, возвышаясь на конях, не менее дюжины инквизиторов. Одного человека повалили в снег и избили ногами, а потом точно так же просто разрубили мечом пополам. Я охнула и закрыла рот руками.

— Где мой брат? Нужно найти Сорена!

Я кинулась к неприметной двери, не особо осознавая, что собиралась сделать, но Кайл перехватил меня и вернул к пыльным ящикам.

— Я же сказал, его выведут, — твёрдо сказал он, хотя он сам явно нервничал. — Тем более что ты собралась делать с этими инквизиторами, да ещё с блокираторами магии? Орать на них и хамить?

— Не знаю! Ну хоть что-то!

Обхватив себя руками, я снова посмотрела на окно, но не решилась к нему подойти. И правда, а что я собиралась делать? Их слишком много, а я без магии и с одним-то не справлюсь.

— Проклятущие блокираторы, — прошипела я, изо всех сил стараясь скрыть дрожащие руки, но получалось плохо.

Спустя несколько секунд я уже тряслась с головы до пят. Помимо моего страха, в этом сарайчике посреди леса стоял ещё и жуткий дубак.

Кайл снова взял окуляр и продолжил наблюдать, и, судя по его напряжённому лицу, ничего хорошего он там не видел. Спустя минут двадцать он шумно выдохнул и отошёл от окна.

— Они убили всех, пожри их демоны, — его голос вибрировал от гнева, а руки машинально сжались в кулаки.

Он молча прошёл туда-сюда вдоль ящиков, закинув руки за затылок и напряжённо что-то обдумывая.

— Это не совпадение, — заключил он и опёрся спиной на стену напротив окна. — Мага можно отследить только по крови, мог у них быть твой фиал или каким-то образом добытая кровь?

— Виас уничтожил фиал, — помотала я головой. — А кровь у них моя откуда? Они не… — и тут я запнулась и испуганно взглянула Кайлу в глаза, на что он тут же напрягся. — В день суда они меня пытали, резали руку кинжалом, — я машинально потёрла предплечье, которое тут же отдалось сильным жжением. — Твою мать…

— Вот дерьмо, — согласился со мной Кайл и со злости пнул стену, а потом поднял руку, и я тут же ощутила, будто меня ледяной водой окатили, и поёжилась. Энергетика пошла рябью.

— Что ты сделал? — возмутилась я.

— Небольшая маскировка твоей ауры, на случай если будут искать вокруг. Но это не панацея, её нужно постоянно обновлять, а вблизи с поисковиком она и вовсе не подействует.

— И что теперь делать? — с неподдельным ужасом посмотрела я на него.

— Ждать, пока они не уберутся. Посидим тут до вечера, потом уходим.

Ожидание в этом ледяном сарае казалось вечностью. Греться магией мы не рискнули, а потому приходилось то и дело наворачивать круги по помещению и растирать заледеневшие руки.

Первые несколько часов мы молчали, да и я так нервничала из-за брата, да и Айви тоже, что места себе не находила, и говорить совершенно не хотелось. Но тут Кайл прервал мои панические мысли неожиданным вопросом:

— Почему ты не спросила, по какой причине я резко сбежал и оставил тебя?

Я резко перестала мерить шагами комнату и уставилась на него, но бывший был совершенно серьёзен.

— Потому что я не верю, что услышу правду? — не то ответила, не то спросила я. Наверное, я и сама не особо задумывалась. — Хотел бы рассказать, сделал бы это ещё семь лет назад. Так что… зачем мне слушать очередное враньё? Или, хочешь сказать, что так бы мне всё и выдал?

Кайл хмыкнул, а я поднесла руки ко рту, чтобы хоть немного согреть пальцы тёплым дыханием.

— Нет, всё непросто. Некоторые тайны лучше не знать.

— Да, верно, — сощурилась я. — Именно этими мыслями я и руководствуюсь, когда говорю о демонах.

— Справедливо. Но сейчас твоё молчание может стоить нам всем жизни.

— Моя откровенность может стоить не меньше.

Мы некоторое время молча сверлили друг друга хмурыми взглядами, но потом каждый вернулся к своим делам, и больше мы не разговаривали. И только когда опустились сумерки, мы вышли из сараюшки и отправились в лес. К моему неудовольствию повалил снег, и идти было сложно, хоть тут и присутствовало какое-то подобие дорожки. Мы отдалялись от реки и явно шли в чащу, потому что деревья становились всё гуще, а дорогу уж даже тропинкой сложно было назвать. Но зато хотя бы можно было накинуть на себя обогревающий полог, а то у меня уже пальцы рук посинели.

— Куда мы идём? — не выдержала я, уже с опаской оглядываясь по сторонам.

— К вивернам, тут недалеко их гнездо.

— А почему мы днём не пошли?

— Наш взлёт бы точно заметили, а сейчас в темноте и метели если кто в Крисвене и остался наблюдать, то всё равно никого на спине виверны не разглядит.

— Логично, — вздохнула я и провалилась по колено правой ногой в снег. — Откуда у вас вообще виверны? На них же разрешение нужно, неужто украли?

Кайл протянул мне руку и помог выбраться из сугроба.

— Нет, — усмехнулся он, — вывели из яиц диких, около гор как раз гнездится стая. Крейвен бывший имперский погонщик, он это дело хорошо знает, он нам вывел и натренировал ручную стаю. Так что официально этих виверн не существует, а мы можем свободно передвигаться в воздухе.

Эх, вот бы мне такую, я бы в своё время и от Виаса свалила и от Инквизиции.

Спустя некоторое время лес начал редеть, и послышался отдалённый рык виверны, но внутри появилось какое-то странное тревожное ощущение, будто за нами кто-то наблюдал. Кайл тоже это заметил и выставил щит. Я аж присвистнула и с завистью скосила глаза, разглядывая структуру и напитку энергией.

Такой мощный, мой ему и в подмётки не годился. Многоуровневая структура, сложенная в несколько слоёв, я бы его возводила минут десять и ещё с полчаса пыталась напитать, и вряд ли бы в принципе получилось. Н-да, надо было на боевого мага учиться, может, и Инквизиция мне ничего бы не могла сделать. С другой стороны, щит Винсереса вообще был соткан из изначальной тьмы, и ничего подобного я никогда не видела в жизни, никакого плетения, никакой напитки, просто тьма.

— Кьяра, — резко сказал Кайл и расширил щит, — держись рядом и не отходи.

Проследив за его взглядом, я мгновенно отпрянула от края щита. Кляксы!

Их было четыре. Они медленно плыли к нам из-за деревьев, переливаясь, как чернильные пятна.

— Тут недалеко горный уступ с лестницей в гнездо виверн, — быстро проговорил Кайл, отступая спиной вперёд. — Эти твари не залезают вверх.

— Они опасаются огня, вроде...

— Нельзя. Мы не знаем, следят ли за округой Инквизиторы, огонь тут же нас выдаст. Пошли, быстро.

Тем временем к нам плыло ещё несколько клякс, и они уже подбирались к щиту. Мы шли как можно быстрее, но в снег и метель это было не так-то просто сделать. И тут одна из клякс бросилась на щит и тут же его поглотила. Кайл на секунду замешкался, а его глаза расширились от испуга, но он тут же взял себя в руки.

— Бежим! — скомандовал Кайл, и мы рванули прочь.

Снег мёл прямо в лицо, и я уже не разбирала, куда бежать. Ноги то и дело вязли в сугробах, а пару раз я и вовсе спотыкалась и падала. Кляксы нагоняли, спереди резко выросла ещё одна. Кайл ударил в неё огнём, уже явно наплевав на осторожность, но она даже не шелохнулась! Видимо, огня они уже не боялись.

— Вставай! Лестница уже рядом!

Он потянул меня за руку, и я вылезла из снега, как тут же запнулась и снова упала. Кляксы уже были рядом. Кайл вскинул руки и выставил ещё один щит, но они пожрали его так же быстро, как и прошлый.

Я поползла вперёд, выбираясь из сугроба, как ногу пронзила резкая боль, и я заорала во всю глотку и дёрнула второй ногой, желая сбить эту тварь с лодыжки, но она завязла в самой кляксе, и я снова зашлась в крике. Машинально вскинула руку для удара, и тут из меня хлынула энергия, сбив кляксу с ног и отбросив их всех назад. Энергия из моего тайного резерва осколков душ. Щит, окружавший нас, был плотным, он переливался сверкающими всполохами и явно отпугивал этих тварей. В попытках приблизиться, они будто шипели и отскакивали обратно.

— Что за хрень? — от удивления глаза Кайла полезли на лоб, и он перестал пытаться поднять меня, но быстро опомнился и осмотрел мои кровящие раны. — Идти сможешь?

Я двинула ногами в попытке встать, но тут же скривилась от боли и помотала головой.

— Держи щит, я донесу тебя.

Он поднял меня на руки, а я молилась Забытым богам, чтобы мне хватило сил продержать щит, потому что я понятия не имела, как это сделать и какого грёбаного хрена у меня вообще получилось?

Резерв осколков медленно таял, но не так, как при открытии портала, когда из меня потоком будто резко высосали энергию. Кляксы плыли следом, но больше не приближались. У лестницы произошла заминка, потому что залезть со мной на руках Кайл не мог.

— Ты сможешь сместить этот щит вниз лестницы, чтобы я посадил тебя наверх, а потом залез сам, и меня не сожрали?

— Не знаю, попробую.

Я постаралась сильнее настроиться на поток энергии, но выходило плохо. От натуги я покраснела и вспотела, но спустя некоторое время мне удалось. Подсадив меня на скалу, Кайл забрался следом, а кляксы остались внизу, облепив лестницу плотным слоем. К счастью, залезть по ней они действительно не смогли.

Поток энергии душ прервался, и я обессиленная рухнула в снег, рассматривая, как мне на лицо падают снежинки. Практически рядом со мной раздался рык виверны.

— Пришли, — устало вздохнул Кайл и опёрся на колени, пытаясь отдышаться.

Я кое-как поднялась на локте и заметила свод пещеры, из которой выползла болотного цвета рептилия с недружелюбным оскалом. Поймав её взгляд, я вздрогнула и сглотнула.

Вспышка энергии, и виверна успокоилась и перестала скалиться, вытягивая крыло для посадки. Я уже было вздохнула с облегчением и попыталась встать, как тут послышался крик, полный боли, а потом ещё один. И второй голос я узнала.

— Сорен!

Невзирая на боль в ногах, я бросилась к обрыву.

— Кьяра, стой!

Кайл попытался меня перехватить, но послышался новый вопль, и я спрыгнула со скалы вниз, больно ударившись всем телом об снег.

— Твою мать, Кьяра!

Не разбирая дороги, я бежала на крики. Снег в этой части леса оказался совсем глубокий. Ушибленное тело болело, ноги жгло, но я старалась загнать все неудобства куда-то на границы сознания. Я не могла потерять брата, только не опять.

— Сорен! — заорала я во всю глотку. — Я почти рядом, держись!

Стволы, стволы, одни стволы, где же он?

Снова крик, совсем близко…

И тут пространство вокруг осветилось ярким светом, высветив мне четыре фигуры, пытающиеся бежать, и просто тьму клякс за ними. Я подняла руки, ощутив бурлящую в венах энергию осколков, и направила удар в этих тварей, отбросив их на десятки метров назад. От столь мощного потока мои ноги подкосились, и я упала в снег.

— Бегите к лестнице, быстрее, — скомандовал Кайл и потом навис надо мной. — Жива?

— Не уверена… — прошептала я.

Тут же рядом со мной опустился Сорен, его рукав был разодран, а из глубокой раны сочилась кровь.

— К лестнице, быстро! — рявкнул Кайл и поднял меня из снега.

Ходить я не могла, а потому на скалу меня затаскивали всей кучей, среди которой помимо брата обнаружились Тигг и Крейвен. Увидев последнего, виверны явно оживились и вышли из пещеры к нам, издавая какие-то утробные вибрирующие звуки.

— А где Айви? — от осознания, что её с нами нет, тело сковал ледяной ужас.

— Она ушла раньше, ещё до прихода Инквизиции, — пробасил Крейвен и поморщился.

Я заметила у него раны на ногах, будто обгрызли кусок кожи. Но больше всего меня волновала рана Сорена. Я подползла и осмотрела его руку, кровь почти остановилась, и я вздохнула с облегчением и просто повисла у брата на шее, крепко обнимая и дрожа от мыслей, что я его чуть только что не потеряла.

— Что произошло? — спросил Кайл, всё ещё пытаясь отдышаться.

— Мы выбрались по второму ходу, — сказал Тигг, отплёвываясь от крови. — Весь отряд, что был в Крисвене. Но потом встретили этих поганых тварей. Они сожрали остальных. Вообще всех, кроме нас...

— Дерьмо, — выругался Кайл и со злости ударил кулаком в ствол дерева. — Ладно, надо выбираться отсюда, обсудим всё, когда будем в относительной безопасности.

— А куда мы? — спросила я, гадая, в каком таком волшебном месте сейчас безопасно.

— В Эвию.

— В столицу провинции? — мои брови тут же взметнулись вверх. — Ты спятил? Там же Инквизиция!

— А ещё в предместьях у нас есть неприметный домик. Кроме того, вряд ли они решат, что мы настолько охренели, чтобы сидеть прямо у них под носом.

Глава 7

Летели мы совсем недолго и садились довольно далеко от города, чтобы у местных властей и погонщиков виверн не появилось лишних подозрений. Даже в ночной темноте сквозь снежный вихрь я заметила огни города, но оценить его размеры с высоты оказалось сложно. Я ни разу не была в Эвии, читала только, что провинция Ортисс раньше была страной густых лесов, которые в основном и населяли ифлиссы. Собственно, единый лес тогда назывался Ифлисский, оттуда и пошло название народа. А после объединения империи люди буквально выгнали их из родных мест обитания, понастроили городов, дорог, вырубили часть лесов.

Говорят, что живут ифлиссы всё ещё преимущественно в здешних лесах, хотя и в городах встречаются. Интересно, а где родилась и выросла Айви? Надо будет у неё спросить при встрече, если мы, конечно, вообще встретимся. Мало ли, её всё-таки нагнали и убили.

Приземлились мы на какой-то совершенно неприметной поляне среди высоченных елей. Пролетай я мимо, ни за что бы не подумала, что тут вообще можно сесть. Никаких тушек коз я тут не обнаружила, и рептилии начали рычать и бить крыльями. Крейвену пришлось их успокаивать.

— Идите без меня, покормлю зверей и приду, — сказал он и отправился в лес.

— Он что, на охоту? — удивилась я, потому что шёл он определённо в другую от города сторону.

— Не, — махнул рукой Кайл, — там есть небольшой склад с тушами дичи для виверн. Их если после полёта не покормить, то начинают нервничать и орать на всю округу.

— И что, никто ни разу на этот склад не наткнулся? Никакой охотник не нашёл? — скептически посмотрел на него Сорен. — До города-то нет ничего.

— Это и есть сторожка охотников, — улыбнулся Кайл, — они мясом склад пополняют, а мы им артефакты всякие полезные находим, иной раз и тиазалита отсыпать можно. Местный народ тут небогатый, но пронырливый, выгоду свою не упустит.

Лететь было проще, чем идти, потому что как только я начала проваливаться в снег, то раны, которые и так болели сами по себе, от соприкосновения с коркой наста нещадно саднило. Приходилось просто заставлять себя идти, сжимая челюсти, но в какой-то момент моё терпение лопнуло, и я просто начала плавить перед собой снег, что не понравилось Кайлу.

— Ты оставляешь слишком заметные следы, — недовольно взъелся он. — Если их за ночь снегом не засыплет, то точно поймут, что тут проходил маг.

— У меня уже сил нет бегать по сугробам, а корка снега исцарапала мои раны! Меня чуть клякса не сожрала, ты помнишь?!

— Кстати, о них, — вмешался Сорен, — это что за твари? Я на заставе, конечно, многое повидал, но никогда ни от кого не слышал, чтобы какие-то кусочки тьмы ползали по округе стайками и жрали людей. Как вы в Крисвене вообще жили и ходили к гнезду?

Собственно, у меня тоже были такие же вопросы, а с учётом, что я этих клякс встречала уже второй раз на довольно приличном расстоянии отсюда, с большой долей вероятности они могли обитать где-то ещё. Империя большая, даже происходящее на заставе усиленно скрывали, что мешало скрывать странные случаи исчезновения людей?

Мне вдруг вспомнился наш поход с Ви и Азраилом в таверну «Уши мертвеца». Те два мужичка ведь говорили про несколько мест, в которые они не суются, потому что там обитает что-то тёмное. Вспомнить бы ещё, о каких именно местах они говорили. А то, может, это оно и есть?

За Кайла решил ответить молчавший всю дорогу Тигг:

— Они раньше жили глубже, кляксы эти, — он потёр всё ещё кровящее плечо, и его брови опустились к переносице, образовав глубокую морщину. — Мы слышали, что дальше вглубь леса что-то водится, кто-то из охотников говорил, что видел какие-то будто сгустки чёрной энергии, но они никогда не выходили на тропу к вивернам. А местные в опасные места сами не ходили. Я как-то пытался понять, что это, бросил издалека в такую тварь несколько заклятий, но их так ничего и не брало.

— И щит они поглощают мгновенно, — подтвердил Кайл и шумно выдохнул, — мой щит бы выдержал удар взрыва. А тут… Он и двух секунд не продержался. В отличие от твоего, Кьяра, — повернул он ко мне голову и сузил глаза в явном подозрении, — что это за магия?

— Да-да, — тут же оживился Тигг, — я тоже никогда не видел ничего подобного, даже считать не смог.

Некоторое время я шла молча, усиленно жуя губу. Пауза затягивалась, но я никак не могла придумать приемлемое объяснение. Будь они людьми, как Сорен, то и рассказ про особые практики в магии сгодился бы, но Кайл и сам маг, да притом значительно опытнее меня.

— Полагаю, ты судорожно пытаешься придумать, что бы соврать, — сделал бывший логичный вывод.

— А с чего она тебе вообще должна отвечать? — вмешался на моё счастье Сорен, заняв место между мной и Кайлом.

Хотелось остановиться и расцеловать его, потому что этот вариант почему-то мне самой в голову от усталости не пришёл.

— У нас всех есть свои секреты, — в упор посмотрела я на Кайла и вздёрнула подбородок. — Кто-то молча исчезает, не говоря ни слова, а кто-то новую магию осваивает. И никто никому не обязан отчитываться. Так что я тебе скажу, когда посчитаю нужным. Если посчитаю.

Сверкнув глазами, я попыталась ускорить шаг, но он резко преградил мне дорогу.

— Мы тут не в игрушки играем, — прошипел он и схватил за плечо, — те твари могли нас всех убить. Я мощный маг, и не мог сделать ничего вообще! И если по какой-то причине ты можешь им противостоять, то будь добра, научи остальных.

— Советую тебе остыть и убрать от неё руки, — леденючим тоном сказал Сорен, смотря Кайлу в глаза в упор.

— А не то что?

— А не то тебя эти кляксы уже волновать не будут, — процедил он, а потом опустил глаза вниз.

Мы все тоже опустили, и я заметила, что кинжал брата упирался Кайлу под ребро.

— Я знаю точно, куда бить, чтобы целитель к тебе не успел, будь он даже рядом. Мы друг друга поняли?

— Крайне не советую мне угрожать, — отрывисто проговорил бывший, а вокруг нас начала нарастать опасная энергия, — иначе…

— Так, заткнулись оба, — не выдержала я. — Мы сейчас чуть не сдохли, я с ног валюсь от усталости и боли, и хотелось бы уже куда-то дойти и отдохнуть.

На меня уставились две пары недовольных глаз, но брат кинжал всё же нехотя убрал, как и Кайл заклятие.

— Потом поговорим, — заверил бывший крайне недовольным тоном, — а сейчас давайте активнее двигаться из леса.

В скором времени сквозь деревья начали виднеться огни предместий, да и идти стало значительно легче, дороги тут явно были разъезжены, и я прекратила плавить снег.

Первое, что я заметила, как только мы вышли из-под свода густых крон, — это озеро. Огромное чёрное пятно среди снегов ночью смотрелось как-то особенно жутко, и я тут же вспомнила подземное озеро, в котором меня чуть не сожрали. По спине пробежал холодок, приподнимая волоски, и я невольно вздрогнула.

На другом конце озера виднелась столица провинции — Эвия. Я мало что могла разобрать с такого расстояния в темноте, но явно виднелась большая пристань, около которой стояло несколько грузовых судов. Предместья же представляли из себя россыпь домиков вдоль кромки озера. Рассмотреть, опять же, получилось только ближайшие. Они широко располагались вдоль окружной дороги. Сами домишки хоть и были обычные деревянные, но у каждого из них имелся немаленький двор с другими постройками и приколотая лодка. Местами я видела протянутые между столбами сети. Во дворах многих хозяйств горел большой костёр, хотя людей рядом не было.

Все эти костры снова навеяли воспоминания не только о заставе, но и о той деревеньке, в которую мы прилетали с демонами, и из которой уже отправились в развалины храма. И там были кляксы…

Я снова поёжилась и понадеялась, что сюда они не достанут. Хотя Тигг сказал, что они не встречались на тропе с вивернами, а обитали гораздо глубже в лесах, но что-то же, значит, изменилось? Не мог ли так повлиять прорыв скверны на заставе? А что тогда будет, когда она расползётся дальше по землям империи? Мне срочно нужно тренироваться пользоваться магией осколков. В лесу, сама не понимая как, я смогла не только щит поставить, но и ударить в них. Нужно продолжить тренировки. Я не могла никому сказать, что я потомок жнецов, и подобная сила просто больше никому не доступна, но я хотя бы могла защищать ей по мере возможностей остальных.

Мы пришли в один из дворов, что был огорожен неплохим таким сплошным забором. Внутри него обнаружился широкий двухэтажный деревянный дом, небольшая пристань с лодкой, амбар и какие-то сараюшки. Во дворе ярко горело два костра. Я сразу заметила магическую структуру, не дающую ему погаснуть.

К дому вела цепочка свежих следов, и в том числе я заметила следы лап. В груди тут же вспыхнула надежда, что Айви жива, но потом в голову пришла мысль, что это просто могла оказаться большая собака.

В небольшом прямоугольном коридоре висело множество курток, и валялась обувь. Он выходил в длинный проход, который упирался прямо в печку. А ещё нас встретил потрясающий аромат свежеиспечённого хлеба, и только сейчас я поняла, насколько была голодна. На хлопок двери из-за угла появилась рыжая голова с большими ушами.

— Айви! — воскликнула я и похромала её обнимать.

Словами не передать, как я была рада её видеть. Мы, по сути, и знакомы-то были всего ничего, но столько смертей вокруг заставляло ценить каждую сохранённую жизнь, тем более ифлисса помогла бежать мне от верной смерти.

Вместе с ней вышли ещё какие-то неизвестные мне люди, среди которых оказалась невысокая худая бабуля, фартук которой был измазан в муке. Кайл не дал нам толпиться и болтать, велел выделить комнаты, привести себя в порядок, и собраться внизу на важный разговор обо всём произошедшем. Возражать никто не стал, хотя больше всего мне сейчас хотелось поесть и лечь спать.

Меня поселили с братом, чему я была несказанно рада. Комнатка оказалась совсем крошечной, всего две кровати и узенький шкаф, в котором с трудом и два пальто-то поместились. Окошко выходило на озеро, но в такую темень там всё равно ничего невозможно было разглядеть. Отдельной ванной тут, конечно, не оказалось. Да и странно было бы надеяться на такую роскошь. Волей-неволей вспоминалась жизнь в Ордене, где на весь этаж имелась одна-единственная душевая, в которую ещё и очередь занимать приходилось. Зато у Эдриана была своя собственная. С другой стороны, я же хотела жить как обычные люди, вот мне дом с общей ванной на всех, радуйся.

Сорен пошёл купаться первым, а я густо намазала заживляющей мазью свои несчастные ноги. Раны были неглубокими, так что целитель мне не требовался. После брата уже спустилась и я.

По счастью, воды оказалось хоть залейся. Она качалась напрямую из озера и нагревалась по пути кристаллами, а потому я не только искупалась и помыла голову, но ещё и постирала и высушила всю одежду. Правда, по выходу от голода готова была уже обгрызать дверные косяки. Айви ждала меня снаружи, и как только я вышла, накинула мне накидку с капюшоном на плечи и велела не снимать, пока не разойдутся все лишние. Мы подошли к дальней двери, из которой как раз выходило с дюжину незнакомых мне людей с застывшим ужасом на лицах.

Оказалось, что это были местные контрабандисты из тех же Чёрных лис, и Сорен как раз пересказал им происходящее на Северной заставе, а потом Кайл поведал им и о кляксах, что расползлись гораздо дальше, чем когда-либо ранее. По итогу остались мы с братом, Айви, Кайл, вернувшийся Крейвен, старая бабуля всё ещё в пятнах муки и ещё какая-то женщина лет сорока на вид с коротко стриженными тёмными волосами и крайне грубыми чертами лица, будто их просто топором наспех вырубили из дерева.

Посреди комнаты на столе располагалось большое блюдо, на котором дымилось мясо с овощами, рядом корзина с хлебом, жареная рыба и несколько кувшинов с напитками. Урчание в моём животе раздалось так громко, что привлекло внимание всех находящихся в комнате, а потому решили сначала поесть.

Пока я с блаженством уминала всё, до чего могла дотянуться, и запивала это горячим сладким чаем, Айви рассказала, что как только пошла весть, что приближается Инквизиция, она с двумя дюжинами контрабандистов села в спрятанные вдоль берега лодки и просто поплыла в Эвию. В это же время Крейвен и остальные подняли из кровати моего брата, и они спустились в другой тоннель, который, правда, вёл не под рекой на другую сторону, а вбок от деревни, поэтому они смогли подслушать, что там творились.

Никто не предполагал, что Инквизиция так быстро меня отследит и явится убивать,, иначе можно было вывести хотя бы часть жителей или подготовиться и дать врагам бой. Ну, если бы это были обычные отряды. Тут же появились те самые инквизиторы с амулетами рассеивания, которые заглушили защитный контур, поэтому об опасности узнали так поздно.

— Эти амулеты — огромная проблема, — озвучил Кайл мои мысли, оглядывая остальных. — Они даже тиазалит под землёй отключили, а мы были на глубине метров пяти, так ещё и дальше шли какое-то время. Ты что-то про них знаешь, Рива?

Женщина с грубым лицом исподлобья на него посмотрела и прекратила ковырять рыбину.

— Про такие мощные — нет. — Голос у неё оказался не менее грубым, чем внешность. — Когда я служила в Инквизиции, у нас в основном кандалы зачарованные были. Я слышала, что подобные амулеты появились позже. Но опять же, не с таким радиусом действия.

Она бывший инквизитор? Я даже есть перестала и с омерзением уставилась на эту женщину, расценивая её как врага.

— Что тут делает грёбаный инквизитор? — тут же процедила я.

— А что тут делает чернокнижница? — чуть не плюнула она в мою сторону.

Пространство ощутимо заискрилось. Сорен отодвинул стул и встал, тут же поднялась и Рива.

— Так! — рявкнул Кайл. — У нас проблема посерьёзнее, не до ваших разборок.

— А где гарантия, что её послал не Эдгар? — выгнула я брови, и по спине пробежали всполохи молний. — Он даже в камеру на заставе одну тварь со мной посадил, чтобы та меня убила.

— Эдгар, — оскалилась бывшая инквизиторша, — выгнал меня, когда я после инициации отказалась пытать и убивать людей без суда и следствия, ещё и приговорил к смерти за неподчинение короне. А вот ты, насколько я слышала, призвала двух демонов, которые много кого поубивали. Что помешает тебе повторить сей подвиг?

— Не скажу. Спи и бойся меня.

— Заткнулись обе, — гаркнул Кайл, чем меня только ещё больше разозлил.

Бабуля откашлялась и громко застучала ложкой по тарелке. Все сразу смолкли и уставились на неё.

— Будете ругаться, — снова откашлялась она и продолжила кряхтящим голосом, — пойдёте спать в сарай, и лечить я вас тоже больше не буду, как и готовить. А пока вы тут, будьте добры вести себя как гости.

Мы сели обратно, и некоторое время в молчании кто ел, кто пил, а кто просто сверлил взглядом оппонента.

— Обычные амулеты подавления магии появились года четыре назад, — сказала я, наливая себе вино. — Орден изготавливал их по заказу, но они точно работали не так. Более того, такого мощного, как сегодня, я не видела ни разу, а я уже имела честь общаться с… — я сделала паузу и скосила глаза на недовольную Риву, — с инквизиторами довольно близко.

— Тогда нам нужно заполучить один из них и посмотреть, как он сделан, — сказал Кайл и на некоторое время задумался, а потом перевёл взгляд на Айви. — Завтра сходите с Крейвеном в город, да поотирайтесь около инквизиторов, своруй несколько амулетов. Мы не сможем как-либо противостоять им без магии.

— Будет сделано, — кивнула она.

— Рива, а ты пройдись пособирай слухи в городе, — сказал Кайл, а потом повернулся ко мне. — Оставьте нас вдвоём.

Все встали, но я схватила брата за руку.

— Нет, пусть он тоже останется.

Бывший закатил глаза, но возражать не стал. Когда все разошлись, он поставил на стол дальновизор, активировал его и повернулся ко мне:

— Никакая магия не скроет тебя от поиска, если у них есть твоя кровь, — сказал он и шумно выдохнул, я постоянно обновляю заклинание, но оно лишь рассеивает твоё присутствие по площади. Они знают, где примерно тебя искать, и с этим нужно что-то делать, иначе в итоге всю Инквизицию и войска пригонят в одну точку и просто зажмут нас в угол.

— И какие варианты?

Тут пространство над артефактом заклубилось и высветило фигуру Виаса.

— Живы? Отлично, — сухо сказал он. — У меня мало времени, здание Ордена прочёсывают храмовники, часть магов уже прилюдно казнили. Возможно, я долго не смогу выйти на связь. Что ты хотел?

— У них кровь Кьяры, — коротко ответил Кайл. — Инквизиция знает, где мы. Какие есть варианты?

Виас на некоторое время застыл, а я напряглась. Казалось, что артефакт просто показывал нам статичную картинку, но потом архимаг побарабанил пальцами по столу.

— Можно создать фиалы с её кровью и отправить в разные стороны империи. Это, по крайней мере, собьёт их со следа. А саму её ауру немного заглушить, чтобы не выделялась. Я перешлю вам плетение и инструкции, сама сделаешь.

Ого! Мне это самой надо будет делать?

— Но это охренеть как сложно! — воскликнула я, приходя в ужас от одной лишь идеи.

— Ничего, не сложнее, чем вызов демонов, справишься. Артефактор ты или кто?

Я шумно фыркнула.

— И никому об этом не говорите, — добавил он, а потом прервал связь.

Ну капец…

Заснуть не получалось очень долго. Я то и дело ворочалась под мерное посапывание Сорена, но сама тревожилась всё сильнее и то и дело выглядывала в окно. Наверное, чтобы убедиться, не окружают ли нас инквизиторы. Руку тут же начало жечь. Скривившись от боли, я закрыла штору и плюхнулась на подушку, растирая мышцу. Мученически вздохнув, я задумалась о своих перспективах.

Пока что я ни на шаг не продвинулась к вратам. Сколько мы ещё в этом городе просидим, пока будем решать, что делать с артефактами и скрывать мою ауру? А время уходит. Мне нужна информация. Нужна от того, кто связан с демонами. Или от самих демонов. Или же нужно искать храмы смерти и хоть какие-то кусочки знаний о жнецах, но я даже не представляла, в каком направлении двигаться. Стоп. А может ли Виас что-то знать об этом? Могла ли я спросить, как связаться с чернокнижником, или этим слишком сильно выдала бы себя? Вот бы достать работающий ритуал призыва, возможно, мне хватило бы сил, чтобы вызвать хотя бы демона третьего круга.

Я устало потёрла рукой лоб. От всех этих мыслей и вопросов без ответа уже голова начала болеть. Ладно. Сначала нужно посмотреть на блокираторы магии, решить вопрос с отслеживанием по крови, а потом я буду действовать.

Проснулась я ближе к двенадцати. Меня никто не будил, да и Инквизиция не ломилась в двери и окна, а потому я хорошо так выспалась. Повернув голову, я заметила, что амулет связи слегка светился зелёным. Я тут же вскочила с кровати, схватила его и активировала.

— Эээ, привет, бабочка, — послышался оттуда голос Мелиссы, и у меня на душе даже потеплело. — Не знаю точно, правильно ли я всё делаю, но Виас сказал мне собирать слухи и держать тебя в курсе дела. В общем, за ним следят, а ещё я видела твоего бывшего лучшего друга, он заходил ко мне несколько дней назад и как-то странно расспрашивал, не знаю ли я, где ты. Я сказала, что не видела тебя со дня свадьбы. Будь начеку и обратно не пересылай ответы без крайней необходимости, на случай, если нас отследят. И по имени меня не называй. В общем, свяжусь, как узнаю что-то важное.

Свечение померкло, и её сообщение про Мэтта меня встревожило. Сам он приходил или по чьей указке? Хм. В любом случае мне это не нравилось, но как же было приятно хотя бы услышать голос подруги и знать, что у неё всё хорошо. С улыбкой на лице я умылась и пошла завтракать. Но не успела я даже попить миндра, как Кайл снова вызвал нас на собрание.

— Плохие новости, — с сожалением сказала Айви и вздохнула. — Я множество карманов обшарила, но никаких блокираторов. Ни у кого.

— Я думал, что с ними ходят все инквизиторы, — зевнул Сорен, выглядел он настолько заспанным и растрёпанным, будто встал секунду назад.

— Видимо, не все, — мрачно ответила ему я, — а только те, кто занимается казнями и преследованием магов.

Мы некоторое время молчали и задумчиво переглядывались, после чего Кайл потёр подбородок и как-то мерзко улыбнулся и посмотрел на меня.

— Значит, нужно такого выманить на живца.

— Да ты, нахрен, шутишь.

Глава 8

На следующий день Айви предложила показать мне предместья, чтобы в случае срочного побега я могла ориентироваться, если вдруг оторвусь от остальных. Кайл со скрипом согласился и нас отпустил, хотя я не то чтобы его вообще спрашивала. К неудовольствию ифлиссы, брат заявил, что одну меня никуда не отпустит и пойдёт с нами. Она аж пятнами покрылась, но Кайл эту идею поддержал, и той не оставалось ничего, кроме как согласиться.

Сорену быстро подыскали одежду местных контрабандистов, заверив, что так будет безопаснее, потому что новое лицо никого в таком случае не удивит. Куда больше внимания привлечёт обычный крестьянин или торговец с мечом на поясе. Хотя я, видимо, в местной моде ничего не понимала, потому что выглядел он по меркам Саинберга слишком простенько: длинное шерстяное грубоватое пальто ниже колена, высокие сапоги, пушистый воротник и закрывающий пол лица капюшон. Куда уж проще-то? В столице так ходили разве что в Старом городе. Хотя меч на поясе всё равно из-под полов пальто торчал, но Крейвен сказал, что так даже лучше. В оба сапога он засунул по кинжалу, ещё один спрятал где-то за поясом. За несколько дней брат уже успел обрасти щетиной, но решил её оставить, чтобы больше походить на местное население, которое не то чтобы утруждает себя ежедневным бритьём.

Со мной было сложнее из-за узнаваемых волос. Мне наконец нашли новую шубу, потому что старая скитания по подземельям, Северной заставе и последующий побег пережить не смогла, и я в ней была скорее похожа на бездомную, которая утащила эту самую шубу с ближайшей помойки. В этот раз мне выдали длинную до колена соболиную шубу с шикарным воротником, переходящим в довольно глубокий капюшон. Новые сапоги до колена на плоском ходу оказались необычайно удобными, правда, кучка широких ремешков по бокам заставляли слишком долго возиться с обуванием, зато можно было подогнать под ширину ноги. Свитер и штаны были обычные шерстяные, но в такой шубе я точно не походила на деревенскую жительницу. Вишенкой на торте оказались волосы из лошадиного хвоста, которые мне предлагалось прикрепить к голове под шапкой, а свои спрятать в шубу и надеть капюшон. Ну и брови слегка замазать угольной пылью, чтоб не были такими синими. Хотела я возмутиться, но в итоге закусила губу и промолчала, всё-таки крупный город рядом, лучше перестраховаться, пусть даже я побуду некоторое время подобным чучелом.

— А нельзя ли чего попроще? — спросила я, скептически оглядывая себя в зеркале. — Я явно буду выделяться в этих ваших предместьях. А уж лошадиные волосы...

— Не, — помотала головой Айви, накидывая короткое пальто и повязывая длинный вязаный шарф на пол лица. — Ты хоть волосы свои голубые и спрячешь, но всё равно же их видно будет, если сверху не прикрыть. А шуба... В предместьях бойкая торговля. Тут много купцов и покупателей заезжих, товаров много местных особых. И если кто в богатой одежде появляется на рынках предместья, то все стараются даже не запоминать его лица, чтобы потом не поиметь проблем. А то продают у нас тут всякое… не очень законное, так сказать. Пусть лучше думают, что ты одна из них. Да и стража если отирается, то к таким старается не подходить.

— Первый встречный стражник, увидев хоть прядь моих настоящих волос, сразу сопоставит два плюс два, дай мне тоже шарф, что ли.

Ифлисса порылась на полке шкафчика и протянула мне простой чёрный шарфик, которым я тут же замотала шею и нижнюю часть лица и накинула капюшон.

— Сойдёт, — осмотрела она меня и щёлкнула пальцами, — а про стражу да, но сегодня наше дело просто побродить по округе, посмотреть, что к чему, немного примелькаться местным. Пусть поймут, что ты с нами. А стражи тут почти не бывает.

Сорен скептически меня оглядел, потом себя и Айви.

— А мы рядом с ней кто по твоей логике? Контрабандисты, которые сопровождают богатую даму? Я бы тоже в такой дубак не отказался от соболиной шубы, а не этого вашего пальто.

— Именно, тут такое сопровождение — обычное дело. И вообще, можешь дома остаться, тебя с собой никто не звал.

— И доверить безопасность сестры тебе? — выгнул он бровь и вызывающе уставился на неё. — И что ты сделаешь в случае опасности, своруешь у нападающего кошелёк?

Айви прижала уши и насупилась.

— Не надо меня недооценивать. Если ты убил тысячи людей, это не значит, что я тоже ничего не смогу сделать! Тем более, это мини-экскурсия, и без меня вас мгновенно обворуют, — вздёрнула она подбородок и наградила его колючим взглядом. — С тебя трусы стянут — заметить не успеешь. Кроме того, раз вы со мной, значит, с Кайлом, местные будут молчать.

— Если Кьяра не пойдёт со мной, значит, она не пойдёт ни с кем, — твёрдо сказал он, сложив руки на груди и глядя на неё сверху вниз.

Так, ещё один решатель за меня нашёлся.

— Сорен, ты больше не капитан на заставе, — упёрлась я руками в бока. — А то раскомандовался. Я иду без вариантов.

Сорен состроил кислое лицо, но ничего не ответил, и мы вышли на улицу. Костры днём не горели, мерно падали крупные хлопья снега, облепляя деревья, ветра не было вообще, и хоть морозец и пощипывал щёки, погода была просто отличная. От нашего дома идти до города было недалеко, минут сорок неспешным шагом по окружной дороге, вдоль которой и располагались в несколько рядов дома местных жителей, но вот само озеро было огромное, обходить его кругом на ту сторону заняло бы поди полдня. Хотя через реку моста не было, и люди пользовались лодками, если им нужно было переправиться на ту сторону.

Днём в предместьях даже кипела какая-то жизнь. Многие селяне чистили нападавший за ночь снег, расчищая основную дорогу и тропинки. Дед из соседнего дома таскал дрова из сарая, и за ним, то и дело тявкая, носилась собака. В окне же я заметила толстого рыжего кота, старательно облизывающего лапу. Какие-то жители просто стояли болтали, играли в снежки дети. На озере я заметила несколько лодок, между которыми протянулась длинная сеть. Но обнаружилась и некая странность: вдоль берега озера ходили люди с длинными палками и били свежий схватившийся лёд.

— Зачем они это делают? — в недоумении уставилась я на них.

—Ах, — фыркнула ифлисса, — это власти Эвии так экономят, чтобы поменьше плавильные артефакты разряжать. Платят копейки беднякам, вот они и разбивают какой-никакой лёд, чтоб озеро не замерзало. Ну и заодно, чтоб заняты были, а не побирались на улицах и глаза кое-кому не мозолили.

— Странно, что их не отправили на заставу, — хмыкнул Сорен, наблюдая, как по тонкой корке льда лупит совсем уж мелкий паренёк, скорее даже ребёнок. — Нам таких свозили обозами.

Айви злобно на него посмотрела, но тут же отвела глаза и еле заметно дёрнула плечами. Я тоже вновь вспомнила, как людей скармливали скверне, и поёжилась. Смогла бы я так делать? Толпами изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год просто отправлять людей на верную смерть, зная, что конца и края этому не будет? С другой стороны, скверна поползла бы дальше, убивая всех подряд. Что ни выбери — все варианты плохие. Оставалось лишь порадоваться, что передо мной не будет стоять такого выбора. Хотя то, что этим занимался брат, заставляло внутренних кошек то и дело неприятно скрестись.

— Думаю, часть таки отправляли, — немного помолчав, сказала Айви и помахала рукой какой-то женщине, вышедшей из калитки с сеткой живой рыбы. — Просто если всех отдать, то кто будет лупить палками лёд? Думаю, немало денег местный градоначальник экономит, складывая себе в карман.

— Здравствуй, малышка Айви, — неожиданно вынырнула из другой калитки закутанная во множество шалей бабуля. — Гости у вас, смотрю?

И не давая никому ответить и в принципе не глядя на нас, начала быстро рассказывать той про своего мужа, который ушёл в очередной запой, и теперь ей некому лодку чинить. Мы с Сореном чуть от них оторвались, решив не мешать такой увлекательной беседе с постоянными ругательствами в сторону «алкоголика проклятого, будь он неладен».

— Что думаешь? — тихо спросила я у брата.

— Стражи я тут действительно не вижу, но это не значит, что её нет, — он многозначительно посмотрел на ближайший сарай. — Может, сидят и наблюдают. Ты веришь, что в предместьях все так благодарны за покровительство Кайлу и Лисам, что никто никого не сдаст?

— Нет. Я вообще не верю в преданных людей, даже если ты с ними вырос и считал лучшим другом, — зло прошипела я, сжимая в карманах шубы кулаки. — Ничто не помешает вогнать тебе нож в спину и посильнее провернуть, а уж за деньги или ещё какую ценность...

Ох, Мэтт, попадись ты мне, я тебя самолично удушу, даже не сомневайся. А уж если я не успею открыть врата и демоны погибнут… Нет, даже думать об этом не хочу.

— А насколько ты веришь Кайлу? — скосил на меня пытливый взгляд Сорен. — Помнится, он бросил тебя и сбежал, ничего не объясняя, а теперь почти на цепи при себе держит.

Я одарила брата тяжёлым взглядом и вздохнула. Он решил на все больные мозоли мне понадавливать?

— Кайл всё тот же мудак, он пока ничем не заслужил, чтобы я перестала так считать. Ну ладно, он извинился, на этом всё. Виас ему, судя по всему, верит из-за важного долга, но вот какого именно — не имею ни малейшего понятия. Как и не имею понятия, достаточен ли долг для того, чтобы рисковать из-за меня своей и жизнью команды. Да, в теории-то их тоже ищут, но поди найди каких-то там наёмников, которых видели в ночи. Так что, как я и сказала, я никому не верю. Даже тебе не до конца.

Мы некоторое время шли молча и слушали, как вчера дед выхлестал целую бутылку чистейшего самогона, а потом обгрыз бабкин цветок в горшке.

— Что ж, справедливо, — вздохнул Сорен, и его плечи слегка опустились. — Слишком много дерьма я сделал в своей жизни, о котором жалею. Я бы после увиденного и сам себе не доверял. В конце концов, я ничем не лучше любого банального убийцы. Я и есть просто хладнокровный убийца, это факт. Но знаешь, если настолько я был против убивать людей, то ничто не мешало мне прыгнуть в скверну самому, как это сделали некоторые солдаты, когда осознали, чем им предстояло заниматься.

— А ты… ты думал об этом?

— Да, много. Несколько раз даже стоял буквально рядом с этой тьмой и раздумывал сделать шаг, но так и не смог. Даже в таких условиях я всё равно хватался за свою убогую жизнь.

Мне показалось, что я слышала в голосе боль, но его лицо выражало абсолютное военное спокойствие.

— Скажи, — я взяла его под руку, желая как-то подбодрить, хотя сама не совсем ещё определилась, как я ко всему этому отношусь. — А ты думал когда-нибудь, как могла бы сложиться наша жизнь, не забери тебя на службу, не отдай меня в Орден? Как могла бы выглядеть наша семья?

— Конечно, думал, — улыбнулся он, и шрам на его подбородке потянуло вверх. — Помню, мама с отцом обсуждали переезд на западное побережье к морю. Уилфорд уже тогда кашлял, целители разводили руками и говорили, что целебный морской воздух может облегчить его болезнь.

Брат мечтательно посмотрел на озеро, будто видел вместо него бескрайнее море.

— Может, точно так же с отцом ловили бы рыбу, ну или крабов. А вы с сёстрами, при условии, что не разбежались бы замуж, плели сети и эту рыбу продавали.

— Ну это ты каких-то крестьян описал, — с возмущением посмотрела я на него, — ещё мне рыбу продавать не хватало, она же воняет, фу.

Я фыркнула, а Сорен рассмеялся.

— Ну хорошо-хорошо... У нас было бы рыболовецкое судно, а может, несколько. А вы с сёстрами ходили бы по балам местной знати и веселились.

— Ой, нет, — тут же помотала я головой, — я уже находилась, спасибо, больше не хочу.

— Кьяра, ну тебе не угодишь, — с напускным укором посмотрел он на меня и картинно покачал головой. — Что же ты тогда делала бы?

— Может, совсем чуть-чуть я, так и быть, пособирала бы ракушки с жемчужинами. Но в остальном… Я хотела бы исследовать свою магию, исследовать заброшенные древние храмы и святилища Забытых богов, побывать у друидов, говорят, там ещё осталась магия старого мира. А ты бы мог меня сопровождать и отбиваться от разбойников.

— Ты описываешь сейчас свои текущие желания? Мы вроде бы говорили о том, что было бы, не распадись семья.

Я опустила глаза, рассматривая снежную кашу под ногами, и вздохнула.

— Наверное, я не могу представить, чем бы занималась, если бы меня не отдали, если бы ты не исчез, потому что… — я немного запнулась, ощущая, что в горле начал предательски разрастаться неприятный комок. — Просто не знаю, какие цели и желания бывают у нормальных людей с дружной семьёй, где от детей не избавляются.

Сорен поднял руку и неожиданно обнял меня за плечи, притягивая к себе.

— Знаешь, — шумно вздохнул он, — наверное, я тоже этого не знаю, потому что когда тебя отдали, всё пошло прахом, и от семьи осталось одно название. А потом я и вовсе просто годами выбирал, кому жить, а кому умереть.

Я повернулась и посмотрела на брата. Его лицо сохраняло спокойствие, но что бы он ни говорил на словах, по глазам было видно, что он переживал. Не знаю, как было на заставе, может, годами ему действительно было всё равно, но сейчас на свободе уже точно нет.

— А вы чего такие хмурые? — возникла перед нами Айви, к счастью, без бабули.

Мы как раз уже подходили к рынку предместий. Жилые дома с садами и лодками сменились тут на двухэтажные ютящиеся друг к другу строения и множество крытых палаток, в которых продавали всякую всячину. Толпа там, на удивление, была немалая, стоял гвалт, суета, кто-то пёр огромные баулы, пытаясь выбраться со своими покупками сквозь пребывающую толпу, а кто-то с нетерпением носился от палатки к палатке с горящими глазами, расталкивая остальных покупателей. Айви велела нам держаться рядом с ней и никуда не отходить.

В толпу я входила с явной опаской, но вскоре поняла, что в такой суете стража меня не найдёт, даже пройди они мимо. У меня даже в ушах от шума слегка зазвенело, и привыкла я не сразу. К моему огромнейшему удивлению, среди толпы мелькало немало ифлисс, более того, они ещё и торговали! И палаток их тут было немало. Мне, как жителю столицы, такое было совсем уж в диковинку.

Я принялась украдкой рассматривать других. Большинство из них, как и Айви, были мельче человека. Размер ушей, как и цвет, слегка варьировался. Большинство из них зимой были белые, но иногда встречались и чёрно-серебристые, и я даже приметила несколько кипенно-белых с более круглой формой ушей. Да и мех Айви с каждым днём становился всё светлее и светлее, наверное, скоро тоже станет белым. Где она, интересно, находилась раньше, что до сих пор была рыжей? Где-то на юге?

Ещё немного их порассматривав, пришла к выводу, что у них тоже были разные виды. Я этой расой никогда особо не интересовалась, но спрашивать напрямую у Айви про уши и расцветки показалось мне слегка неприлично, а потому я просто разглядывала их сама. Что самое интересное, ни одного мужчины я среди них не обнаружила. И тут уже моё любопытство пересилило.

— Айви, — тихо позвала я, стараясь говорить как можно тише, чтобы остальные ифлиссы не услышали. — А у вашего вида есть мужчины?

Она округлила и так огромные глаза и несколько раз моргнула, а потом звонко расхохоталась.

— Ну конечно, есть! Мы не можем иметь детей с людьми, только с другими ифлиссами. Просто мужчины обычно охотой занимаются, а если торговлей, то с другими регионами. В общем, тем, что женщине было бы делать тяжелее. А мы вот — чем попроще.

— Ага, воровством, например, — брякнул Сорен, но даже после моего тычка в бок не успокоился. — Глазками похлопала, кошелёк стянула. Мужчинам вашим-то поди сложнее такое проворачивать.

— Ну да, — пожала она плечами, а потом прижалась к его плечу и посмотрела на брата таким завлекающим взглядом, что он аж дышать перестал, а она продолжила: — Вот так?

— Угу, — сказал он и сглотнул, — типа того.

Айви язвительно ухмыльнулась и отстранилась, а потом подняла руку, в которой держала кошелёк Сорена и окинула его победоносным взглядом. Его глаза округлились, он полез по карманам, на секунду замер, а потом резко помрачнел.

— А ну отдай, — злобно велел он.

Ифлисса кинула ему кошель и расплылась в злорадной улыбке, а потом развернулась и продолжила бродить между лавками, напевая себе под нос что-то весёлое.

— Ворьё гребучее, — всё ещё недовольно следил он за ней, а кошелёк засунул в карман штанов под пальто.

Мне почему-то стало весело, и я решила-таки немного отвлечься и посмотреть, чем тут вообще торговали. Больше всего я заметила тут рыбы. Свежая рыба, солёная, копчёная, сушёная. Разных размеров и видов. Отдельно была икра и ещё какие-то тёмные водоросли в сушёном и квашеном виде. И самое интересное, что рыбу таки покупали. Айви на это пояснила, что на местную ярмарку часто приезжают жители окрестных сёл, у которых не то что своих лодок, у них и реки-то нет.

А вот овощей я заметила крайне мало, в основном самые простые типа репы, картошки, морковки да свеклы. Да и такие скудные запасы разбирали, будто деликатес. Отдельным рядком стояли соленья и варенья. Не всегда я могла разобрать, из каких ягод это было сделано, зато вот грибы я определила совершенно точно, и мои глаза загорелись. В столице это был редчайший деликатес. Руки сами собой потянулись к сумке за монетами.

— Стой, — проследила за моим взглядом Айви и помотала головой. — Я у соседки возьму пару банок и принесу тебе. А тут не покупай.

— Почему? — удивилась я и снова заворожённо уставилась на банки. По-моему, у меня даже слюни потекли. Обожаю грибочки, ммм.

— Касси, — кивнула ифлисса на дородную женщину-торговку, отсчитывающую монеты для сдачи, — в грибах не очень разбирается, ты неделю из туалета выйти не сможешь.

Я страдальчески вздохнула и заставила себя отвести взгляд от грибов. Тем временем Сорен подошёл к нам, жуя какие-то нарезанные полоски, судя по запаху, это была вяленая рыба. Он протянул мне одну, но я покачала головой. Брат пожал плечами и продолжил жевать.

— А мне не предложил, — наигранно насупилась Айви, а Сорен инстинктивно схватился за карман при её приближении. — Не только убийца, но ещё и жлоб.

— А что, рыбу красть сложнее, чем кошельки? — поднял он брови. — Гляди сколько прилавков вокруг, наворуй себе, что нравится.

Я снова ткнула его локтем в рёбра.

— Нет. У своих не ворую, — парировала она. — А вот ты держи свою рыбу покрепче, потому что в понятие «свои» явно не входишь.

— Ну ты тогда ночью спи более чутко, а то мало ли меня переклинит убивать, а я с тебя и начну. Почищу мир от воров.

Закатив глаза, я решила оставить их разбираться друг с другом одних, и направилась в палатку, в которой висели многочисленные шали, варежки, пояса, шарфы и прочие тёплые вещички. Как раз рукавицы мне очень сейчас были кстати. Когда я подошла к палатке, женщина за прилавком аж испугалась.

— Ой, такие господа в нашу скромную лавку и не захаживают, — затараторила она, оглядывая соболиную шубу, — мне и предложить-то вам нечего.

— Не переживайте, — улыбнулась я, — мне просто нужны тёплые рукавицы.

— Конечно-конечно…

Она с огромной скоростью начала вынимать из всяких сумок и уголков прилавка множество варежек, и уже через полминуты передо мной лежало пар так тридцать. Вязаные разных расцветок, меховые, с вышивкой и даже с какими-то переливающимися штуками на тыльной стороне, будто рыбью чешую приклеили. Я выбрала обычные чёрные меховые, расплатилась и повернулась поискать брата с Айви, но тут резко будто весь воздух вокруг кончился, и я пошатнулась. Пульс мгновенно подскочил, а желудок, напротив, шмякнулся куда-то под прилавок. Я судорожно заметалась глазами, выискивая инквизитора и пытаясь сообразить, куда бежать. Заметив Сорена, я бросилась к нему.

— Не тебе меня отчитывать за мой образ жизни, — возмутилась Айви, — я семью кормлю, у нас в стае много маленьких! Сейчас не те времена, когда можно было прожить вдали от людей, вы нас выгнали из наших же земель.

— Это я вас выгнал? — с вызовом посмотрел он на неё сверху вниз. — Насколько я помню — нет. Но обкрадываешь ты меня и мне подобных…

Я схватила брата за руку, пресекая их споры, и по моему испуганному лицу он понял, что что-то было не так.

— Магия исчезла, грёбаная Инквизиция! Они тут! — прошептала я и запнулась, а в глазах слегка поплыло. Руки задрожали, и я чуть не выронила только что купленные рукавицы.

Они тут, они пришли за мной, а я без магии даже защититься не смогу!

— Так, спокойно, — обнял меня брат за плечи и повёл в толпу, а Айви куда-то испарилась. — Просто иди как ни в чём не бывало. Я хорошо сражаюсь на мечах, пока я их задержу, ты сможешь сбежать.

Я машинально кивнула, хотя ощутила, что задрожали даже колени, и никуда убежать я при всём желании просто не смогла бы. Магия осколков, мне нужно попробовать призвать её. Отцепившись от брата, я чуть подняла трясущиеся руки и потянулась к скрытым резервам, как тогда в лесу, но ничего не произошло, вообще ничего. Мне конец…

— Отбой панике, — ифлисса возникла рядом будто из ниоткуда. — Конный отряд едет мимо ярмарки, они явно направляются в город.

— Сколько? — спросил брат.

— Две дюжины храмовников и пятеро инквизиторов.

— У одного из них явно медальон, — сглотнула я, прижимая к груди купленные рукавицы дрожащими руками.

Айви закусила губу и некоторое время напряжённо думала.

— Надо попытаться его украсть, — неожиданно выдала она.

От такого заявления я даже дрожать перестала.

— Ты спятила? Там конный отряд, а нас трое, хотя вас двоих можно не учитывать, — выразил Сорен мои мысли.

— Да послушайте! — вскинула она руками. — Сейчас мы точно знаем, что такой артефакт у них есть. Сколько мы ещё будем пытаться найти хоть кого-то и своровать из кармана? А что, если у простых инквизиторов таких и вовсе не бывает?

Я попыталась вспомнить все случаи встречи с Инквизицией, и каждый раз подобные блокираторы использовали непосредственно для казни или ловли магов. Действительно, выходило, что не у каждого такой был.

— Кьяра в розыске, тем более её и узнать несложно, и ты хочешь вместе с ней втроём идти штурмовать отряд? Нет уж, если хочешь, иди одна, я сестрой рисковать не позволю.

— Но мы не будем нападать, — не унималась она, — просто проследим. Вычислим, у кого блокиратор, и куда он поедет. Слушайте, в Эвии довольно мало инквизиторов, у них даже здание крохотное, а этот отряд не местный. Не думаю, что они приедут на часок и поедут дальше, скоро темнеть уже начнёт. Они же где-то спят, и при этом даже самый высокопоставленный инквизитор вряд ли спит в доспехах, так что на ночь раздевается. Хотя даже если он с ним в обнимку спит, это не имеет значения. Мне нужно просто понять, кто из них носит артефакт, запомнить его запах, а потом я ночью проберусь и украду его.

Сорен глубоко задумался и скосился на меня, а я и вовсе находилась в ступоре.

— Но они знают, что я где-то в провинции.

— Уверена, они не подумают, что ты сунешься в саму Эвию. Это сумасшествие. Да и без вариантов нужен такой медальон, на тебя потом будем выманивать, станет ещё опаснее.

— Допустим, — прервал её брат. — Как мы проберёмся незаметно в город? На воротах не иначе как всех осматривают. Её заставят снять капюшон, на этом план и рухнет.

— Мы же контрабандисты тиазалита, — сверкнула она рыжими глазами и заговорщицки перевела взгляд с Сорена на меня. — У нас в порту склады, а из них есть ходы в город. И никаких ворот с досмотрами.

Идея была безумная от и до. С другой стороны, я не могла сидеть и ждать, пока блокиратор попадёт мне в руки сам каким-либо чудесным образом. Ещё неизвестно, получится ли разработать к нему антиблок, а если да, то это может занять море времени. У меня его нет, просто нет. Но если просто проследить, а ифлисса потом украдёт его…

— Ладно, пошли, — шумно выдохнула я.

— Ты серьёзно? — опешил брат.

— Нет времени строить грандиозные планы, каждый день всё вверх дном переворачивается, — покачала я головой и надела варежки. — Но мы просто проследим, и ничего больше, да?

Айви кивнула, а в её глазах разгорались нетерпеливые оранжевые искорки.

— Тогда веди.

Глава 9

Айви повела нас между торговыми рядами, то и дело сворачивая в неожиданных местах в какие-то крохотные проходы между палатками, и через некоторое время вывела нас к пристани со складами. Конный отряд Инквизиции как раз подъехал к воротам, но они находились довольно далеко от нас, и я не смогла разглядеть, были ли среди них знакомые лица. Пусть у меня из-под шапки и торчали чёрные волосы, но в лицо-то всё равно могли узнать.

От мысли, что среди них мог оказаться сам Эдгар, мне подурнело, но я засунула её как можно поглубже. Не будет же он сам по всем городам кататься в моих поисках. С другой стороны, если они были уверены, что я тут…

Брат взял меня за руку, и я вернулась в реальность. Ярмарочные прилавки плавно перетекли сначала в косые сараюшки, а потом в портовые склады. Пристань вблизи оказалась значительно больше, чем мне виделось из окна с другой стороны озера. Около одного из пирсов был пришвартован грузовой корабль, и рабочие выносили с него какие-то ящики. Более дальние оказались заняты большими лодками, на одной из которых лежала огромная куча чего-то буро-зелёного, и мужчина перекладывал это вилами в телегу.

Пришлось уточнить у Айви, что это за гадость, и оказалось, что это те самые водоросли, которые использовали в заживляющей мази по всей империи. Забавно, сколько пользовалась мазью, никогда даже не интересовалась, откуда их берут, а на уроках по травам я обычно вздыхала и смотрела в окно, потому что артефактору ни к чему все эти травы были.

— Они только тут добываются, именно в озёрах около Эвии. Империя хоть напрямую добычей не занимается, но тщательно следит, чтобы никто не смел накладывать загребущие ручки на столь ценный ресурс, а потому любой незаконный сборщик водорослей тут же отправляется в местную тюрьму.

— Даже для себя нельзя? — удивилась я, на что она помотала головой.

— Сосед рыбу ловил, пару пучков зацепил, решил себе оставить, это заметили. Вот уже несколько лет соседа этого никто не видел.

— За водоросли? — ужаснулась я.

— А ты что хотела, сестра? Происходящего на Северной заставе тебе было недостаточно?

Он похлопал меня по плечу, а я задумалась, что если это отслеживали, значит, в порту немало лишних и очень любопытных глаз, о чём я и поделилась с остальными.

— И ты права, — тихо сказала ифлисса, скользя глазами по местным рабочим. — Поэтому будьте осторожнее и не болтайте лишнего, даже если вам кажется, что вас не слышат.

Предостережение мы поняли, а потому дальше шли молча. Между пристанью и стеной города склады ютились чуть ли не друг на друге. Одни напоминали ветхие сараи, другие были огромные и добротно сложенные. Между ними сновали портовые рабочие, ходили грузчики, везде что-то валялось, висели сети, стояли телеги с остатками водорослей. Около одной из таких стояли и курили пятеро рабочих и что-то активно обсуждали.

Мы прошли по пристани и направились вглубь складов. С Айви то и дело кто-то здоровался и желал хорошего дня, а она махала им рукой в ответ и даже умудрялась на ходу перекидываться несколькими дежурными фразами. И если сначала на меня просто косились, то чем глубже мы заходили в склады, тем более настороженные взгляды я на себе ловила. Несколько раз я машинально поправила шапку и капюшон, опасаясь, как бы не отвалились мои накладные лошадиные волосы. И в который раз я подумала, что лучше бы мне выдали самую простую одежду, потому что в этой соболиной шубе в портовых закоулках я выглядела не просто нелепо, а крайне подозрительно, но ифлисса уверенно шла вперёд.

Мы прошли вдоль длинного склада, свернули в узкий тёмный проход, в конце которого стоял довольно невзрачный домик, на крыльце которого на деревянном ящике сидел курил трубку широкоплечий бородатый мужчина в потёртом коричневом плаще и сапогах, заляпанных илом.

— О-о-о, какие люди! Кхе, точнее, ну ты поняла. Давненько тебя не было видно, Айви, — сказал он довольно низким хриплым голосом и весело улыбнулся. Во рту явно не хватало пары зубов.

Мужчина встал и заслонил шириной плеч весь дверной проём.

— Приветик, Марф, — лучезарно улыбнулась ифлисса. — Вся в делах по горлышко. Сам знаешь, Кайл на месте посидеть не даёт.

— Да уж точно, — охотно закивал Марф и хорошенько затянулся, выпустив большое облако дыма, а потом ткнул в нас с Сореном трубкой. — А это кто такие будут?

— Гости Кайла, — тут же ответила она, — в город нам нужно, и желательно поскорее.

— Ну коли нужно, пойдёмте.

Он ещё раз внимательно осмотрел нас, а потом махнул рукой, предлагая пройти с ним вглубь склада.

Внутри всё было заставлено ящиками до потолка, и пробираться местами пришлось и вовсе боком. Это даже мне было довольно тяжело, Сорен и вовсе один раз застрял. Оставалось дивиться, как этот Марф вообще тут ходил. Мы дошли до очередного тёмного угла, где, конечно же, оказалась потайная дверь. Спасибо, что лестница и проход оказались хорошо освещены.

— Вы только это, осторожнее в городе-то, — предупредил громила.

— А что там? — не удержалась я, предчувствуя неладное.

Брат как-то тоже напрягся и переступил с ноги на ногу.

— Да последние дни очень неспокойно. В порту уже человек десять уволокли за два дня. Слыхал я, Крисвен упоминали.

— Вот как? — ифлисса прижала уши и нахмурилась.

Марф порылся в карманах, вынул какой-то смятый листок и протянул ей.

— И боссу передай, что последние две партии на складах остались, сюда не повезём, сама понимаешь.

После чего он кое-как прижался к ящикам, давая нам пройти в проход. Лестница спустила нас буквально на этаж ниже. Как только мы оказались одни, Айви тут же развернула бумагу, пробежала по ней глазами, нахмурилась ещё сильнее и молча протянула её нам. Я взяла и, лишь окинув её глазами, тут же помрачнела.

«Указом его сиятельства императора Грейсона Орда Первого!

Инквизиторы наделяются особыми императорскими полномочиями вершить суд от имени Его Сиятельства. Отныне все чернокнижники или лица, им помогающие, будут казнены прямо на месте, если так сочтёт нужным инквизитор для сохранения безопасности империи. Лица, подозреваемые в подобных порочных связях, будут соответствующим образом допрошены для выяснения всех обстоятельств. Любое лицо, которому стало известно о чернокнижнике, обязано в кратчайшие сроки оповестить об этом инквизитора, а если тот отсутствует, то местную стражу или храмовников.

Указ действует бессрочно, пока Исвальдской империи угрожает опасность».

Я остолбенела и перечитала ещё раз.

— Соответствующим образом допрошены, — сказала я вслух, а руку начало нестерпимо жечь, — ну то есть с использованием пыток.

Вот же дерьмище, грёбаный новый император, грёбаная Инквизиция...

Меня кинуло в жар, и будто шею сдавили чьи-то руки. Я сжала бумажку в кулаке, полыхнуло огнём, и она осыпалась пеплом на пол. По телу прошла волна дрожи.

— Стоило ожидать, — брат насупился и с тревогой меня оглядел. — Виас же предупреждал, что Инквизиции развязали руки.

— Но теперь они вообще могут казнить любого, кто им на вид покажется чернокнижником! — вспыхнула я, а в голову тут же полезли все воспоминания, связанные с этими ублюдками. Они и до этого убивали людей без суда и следствия, просто приходили ночью и казнили, а что же будет теперь?

— Может, всё-таки обратно? — обеспокоенно посмотрел на меня Сорен, машинально поправляя меч.

И паника в душе действительно орала просто бежать отсюда без оглядки, потому что в городе эти твари точно были. Но при этом, раз им совсем уж развязали руки, разобраться с блокиратором стало ещё важнее. С магией я могла бы хоть как-то защитить себя, без магии и без демонов — я труп. И не только я, любой маг, который им не понравится. Ну то есть вообще любой маг. Я взглянула на брата и нехотя покачала головой.

— Увы, но нам очень нужен артефакт. Уверена, что отряды Инквизиции сейчас прочёсывают все деревни и города в провинции в моих поисках, поэтому это может оказаться наш единственный шанс.

Я снова поправила шапку и расправила на плечах чёрные волосы, стараясь хоть как-то унять дрожь. Лезть в город не хотелось отчаянно, но ещё сильнее меня поджимал страх оказаться перед инквизитором с блокиратором врасплох.

Мы молча последовали дальше. Узкий каменный проход явно проходил под городской стеной, потому что в какой-то момент он резко пошёл вниз, а потом вернулся на прежний уровень. В стенах коридора имелось несколько дверей, но я даже не стала спрашивать, что за ними, все мои мысли теперь занимал новый указ. Неделя всего прошла, а новоиспечённый император уже начал гонения. И если сейчас народ ещё ничего не знает про скверну, то скоро это скрывать станет уже невозможно, и простой люд с огромной охотой начнёт винить в чернокнижии друг друга, и, не ровен час, обвинят в этом всех магов вообще.

Шли мы недолго и буквально через сотню-другую шагов уже вышли с той стороны стены из не менее заставленного ящиками склада. Тут на входе сидел Тигг со стопкой каких-то накладных.

— Вы чего это здесь? — с удивлением посмотрел он на нас.

— В город заехал отряд Инквизиции, — ответила Айви, заглядывая к нему в бумаги, за что чуть не получила стопкой по лбу и ловко отпрыгнула. — У одного из них блокиратор, хотим проследить, у кого именно.

— Дерьмовая затея, — покачал он головой и встал с ящика, поворачиваясь к нам. — Сегодня неспокойно что-то, стража склады обыскивала с утра, хотя им последние лет десять на них плевать было, главное, оплату не задерживать.

— А что искали? — дёрнула ушами ифлисса. — Не иначе как беглых чернокнижников, прячущихся в ящиках?

— А-а-а, — догадался Тигг и почесал заросшую щетиной щёку, — листовку, значит, уже видели. В общем, не светитесь, босс сказал пока сидеть тихо.

— Всенепременно, — заверила она его и повела нас с братом по заснеженной дороге в город.

Стоило нам отойти на расстояние подальше, как Айви вынула из кармана какой-то медальон в виде лисьей головы на цепочке и протянула её Сорену.

— Надень так, чтобы видно было в вороте пальто, — велела она ему.

— Что это? — сощурился он.

— Знак Чёрных Лис, позаимствовала у Тигга, чтобы внимания поменьше привлекать. Надевай давай.

— Так всё-таки ты воруешь у своих, — в его взгляде скользнуло осуждение, но та и бровью не повела.

— Взяла на время, — не моргнув, ответила Айви. — Потом ему верну, не помрёт за пару часов сидения на ящике около склада. Тигга и так все в лицо знают, а вот ты со своим оружием привлекаешь ненужное внимание. В Эвии не любят незнакомых вооружённых людей.

Брат недовольно выдохнул, но амулет взял и на шею надел.

— Послушайте, — остановила нас ифлисса и повернулась к нам лицом, — в Эвии из-за тиазалита и водорослей большой поток всяких купцов и подпольной торговли. Стража в доле и на всё закрывает глаза, и если они обыскивают склады, то это тревожный знак. Так что держитесь в тени подальше от любой стражи. Ты главное укажи, у кого блокиратор, а дальше я сама.

— А искать мы их где будем? — задумалась я. — Или мы прямо в здание Инквизиции пойдём?

— Не знаю, давайте разбираться на месте. И храни нас Сэйху с такой опасной затеей.

Чистка снега в Эвии явно не была в приоритете над другими городскими делами, потому что в некоторых местах пришлось перелезать через сугробы. И до крыши там было и вовсе рукой подать. Мы бесконечно шли и шли по складскому району, пока до меня не дошло, что он давно кончился, и двигались мы вполне себе уже по жилому кварталу, чему я несказанно удивилась. Из столиц провинций я была только в Саинберге и Биргене, и вот Эвию такой назвать даже язык не поворачивался, потому что в кольце высокой городской стены нас ждала просто какая-то большая деревня. По сравнению с ней Старый город Саинберга местами казался образцовым городом.

Я не нашла тут ни единого каменного дома. И ладно, с этим-то как раз понятно, вокруг лес один, зачем на дома тратить ещё и камень, но выглядели все эти домики так, будто их наспех сколотили лет так сто назад и так и оставили. Притом сколотили прямо в лесу из того, что было, потому что деревьев в городе было не меньше, чем за городом. Часть из них и вовсе вросли в заборы и сами дома.

Заборы везде тоже оказались деревянными. Сколько мы ни шли, я не заметила ни единой хоть сколько-нибудь металлической ограды. Даже фонари, хоть и были покрашены в чёрный, на поверку тоже оказались из дерева. Сорена, судя по всему, посетили примерно те же мысли:

— Интересно, сколько в этом городе было пожаров, — задумчиво сказал он, осматривая домишки на длинной заснеженной улице.

Они ютились друг к другу кривыми рядками, и некоторые слегка накренялись крышами в сторону соседних. Красить стены краской тоже явно было не в ходу, и все до единого они состояли из брёвен или досок разной степени гнилости. Было хорошо заметно, где старую доску меняли на новую, потому что она разительно отличалась цветом, и некоторые домишки выглядели чересчур полосатыми.

— Немало, — пожала ифлисса плечами. — Но тут не везде так бедненько, правда. В этом квартале жильё совсем уж дешёвое, склады рядом, криминал всякий. В центре побогаче.

Почему-то я в этом несколько засомневалась, но потом вспомнила квартал, в котором находился дом Виаса. Приведи меня туда кто с завязанными глазами, ни за что бы не поверила, что я в столице.

Народу на этой улице сновало маловато, зато когда мы вышли на более крупную, то я заметила какую-то суету, люди спешили куда-то целыми семьями. Праздник, что ли, какой? К моему удивлению, заметила тут я несколько ифлисс, одну из которых Айви и окликнула.

— Привет, Камми, — лучезарно улыбнулась она девушке с чёрными волосами и просто огромным пушистым хвостом. — А куда все спешат?

— Ох, Айви, давно не видела тебя, — она чуть сбавила шаг и поравнялась с нами. — Да говорят, казнь сейчас будет на площади.

— Казнь? — хором переспросили мы.

Чёрная ифлисса растерянно кивнула.

— Сама ничего толком не знаю, буквально час назад по всему городу прошлись глашатаи стражи и сообщили. Ты прости, мне сестрёнку ещё надо найти.

Девушка махнула рукой и скрылась в начавшей сгущаться толпе, а мы растерянно переглянулись.

— Мне это однозначно не нравится, — нахмурился Сорен. — Держитесь рядом и никуда не отходите.

Потоки прибывающей толпы сами вынесли нас на главную площадь, на которой уже яблоку негде было упасть. Она сама по себе была не очень большая, и нам хватило места совсем уж с краю. Мы встали около стены ближайшего дома, чтобы сзади не напирала толпа, и наконец-то появилась возможность оглядеться.

Сама площадь была почти квадратная, со всех сторон её окружали трёх и четырёхэтажные деревянные дома, один из которых, судя по знаку в виде двух перекрещенных мечей, являлся зданием городской стражи, а другой рядом, наверное, являлся зданием градоправителя, потому что с двух сторон от двери виднелись какие-то таблички, а на пороге по стойке смирно стояли четыре стражника в тяжёлых доспехах с длинными копьями в руках.

Дома напротив были жилые, потому что изо всех окон торчали люди, напирая друг на друга. А посреди площади высился какой-то помост, на котором пока что бесцельно прохаживались несколько стражников.

Айви то и дело дёргала ушами в разные стороны с сосредоточенным взглядом, но потом дёрнула головой и вполголоса сказала:

— Никто ничего не знает, теории самые безумные, но я уловила несколько разговоров, что у людей вчера пропали родственники-маги.

А вот это звучало отвратительно. Неужели показная казнь магов?

Что-то нервы начали брать верх, а руки предательски дрожать. Я засунула их в карманы, пытаясь сохранять хотя бы внешнее спокойствие, но сердце слишком уж сильно стучало, того и гляди люди начнут оборачиваться и шикать на шум. Сейчас бы точно не помешал стаканчик-другой успокоительной настойки.

Городская стража тоже пребывала. На гербе Эвии изображались две рыбины на голубом фоне, и в форме городских стражников имелись голубые плащи, крепящиеся к плечам шевронами в форме рыбы, так что видно их сквозь толпу было хорошо. Несколько из них как раз протиснулись мимо нас, задев меч Сорена. Стражник тут же напрягся и хотел что-то сказать, но заметив медальон у брата на шее, тут же развернулся и ушёл. И только тут я заметила, что, вообще-то, перестала дышать.

Спустя минут двадцать от стояния я начала прилично так мёрзнуть, да ещё и дрожать, то и дело стуча зубами. Брат обнял меня, пытаясь согреть, но не сильно преуспел, от страха я дрожала явно не в последнюю очередь. И когда я уже в сотый раз переступила с ноги на ногу, в толпе наступило явное оживление, и вскоре на помост начали выходить люди. Пленников было пятеро. Им сковали ноги и руки за спиной и надели мешки на голову. Вместе с ними зашли десять храмовников, по два на каждого пленника.

А затем мне заложило уши, а рука начала жечь. Магию от меня тут же будто отрезало, и я пошатнулась. Сорен обхватил меня, не давая упасть.

— Они здесь, — сказала я одними губами, — инквизиторы с артефактом.

— До помоста метров пятьдесят, насколько же далеко он действует? — ошарашенно уставился брат в центр площади, но я лишь покачала головой.

И тут вышли они: пятеро инквизиторов в сияющих золотом доспехах. На бёдрах у них висели мечи, а головы были закрыты капюшонами. Один из них, судя по форме, главный, вышел вперёд и скинул капюшон. К моему огромному облегчению это оказался не Эдгар.

— В империи наступили сложные времена, — громко провозгласил он, и толпа резко затихла. — Предатели, убившие прошлого императора, да заберёт его в свои вечные объятия Святейший, не успокоились, и дело их живёт дальше. Они хотят разрушить то, что столетиями строилось с таким огромным трудом. Чернокнижники. Мы выжигали эту заразу, но она, как и подобает любой плесени и гнили, множилась дальше. Но теперь мы знаем её истоки. И благодаря новым полномочиям императора восстановим в Исвальде долгожданный мир и спокойствие. Змеи нашлись и здесь в Эвии. Клубок следует обезглавить, чтобы он не успел отравить все земли провинции.

Инквизитор махнул рукой, и с пленников сняли мешки. По толпе прокатились вздохи удивления, а потом она загудела. Айви ошарашенно уставилась на помост и закрыла рот ладонью.

— Что? Кто это? — спросила я, отмечая, что толпа пребывает в шоке и явно недовольна происходящим. В сторону помоста неслись ругательства.

— Там архонт и… Рива… — прошептала Айви, — да поможет нам Сэйху.

Рива?

Я обернулась и внимательно рассмотрела пленников. И действительно, сначала я приняла всех за мужчин, но пятой оказалась женщина с очень короткой стрижкой. Архонта я узнала сразу, хоть ни разу его и не видела. Старец стоял ближе всего к инквизитору и о чём-то с ним ожесточённо спорил, но из-за шума толпы невозможно было ничего разобрать.

Так, ладно, мы пришли сюда не за этим. Мне нужно определить, у кого из них блокиратор. Я ощутила отрезание магии буквально за несколько секунд, как они показались на помосте, значит, нужно отойти всего ничего, чтобы вновь ощутить магию, и тогда я смогу посмотреть. Сообщив свои планы остальным, я выбралась из-за дома и тут же попала в напирающую толпу. Сорен отправился за мной, помогая пройти, иначе я в принципе бы застряла ещё в самом начале. И идти оказалось действительно недалеко, буквально шагов через десять активной работы локтями я ощутила живительный приток магии и вздохнула с облегчением. Инквизитор уже спорил не только с архонтом, но и со стоящей рядом толпой. Гвалт стоял неимоверный и жутко мешал.

Я смогла сосредоточиться попытки с пятой. На таком расстоянии работать было неудобно, но сам принцип поиска был тот же, как при осмотре помещений на остаточные следы магии. Требовалось сосредоточиться и разглядеть вокруг людей поля действия артефактов, и по отголоскам плетений определить их примерное количество и мощность, а далее уже смотреть более направленно. Было сложно, хорошо, что я была магом, умеющим распознавать столь незначительные потоки, поэтому вскоре в моём сознании таки проявилась целая россыпь плетений. Ещё лучше, что такую работу можно проделать на расстоянии, иначе нам пришлось бы действовать совсем уж наобум.

Храмовников и стоящих рядом с помостом я сразу отмела, сужая поиски. Смотреть пришлось каждого инквизитора, и больше всего чем-то странным фонило от того, что стоял рядом с главным. Направив взгляд туда, я вдруг поняла, что мужчина в капюшоне и сам оказался магом. Его эфирная оболочка тоже оказалась заблокирована действием амулета, но на шее у него висел усиливающий энергию медальон с тиазалитом. Никому, кроме магов, такие ничем не помогут, разве что для красоты носить.

Но почему блокиратор у мага? Хотя… там в лесу с Эдгаром помимо Розалин были маги. Блокиратор был не у самого инквизитора, значит, у его помощника? Не могло быть так, что для активации каждый раз нужен маг? Это стоило обдумать.

Когда мы вернулись к Айви, я обрисовала ей свои наблюдения, и она коротко кивнула.

— Я проберусь ближе к помосту, — прошептала она. — Мне нужно почуять его запах, отсюда не получится.

Не успела я ответить, как она скрылась в толпе.

— Молчать! — тем временем гаркнул инквизитор. — И в толпу выступила стража, оттесняя от помоста особо крикливых людей. — Все эти предатели были замечены в связях с чернокнижниками. Именем императора, они будут казнены!

— Вы не имеете права трогать архонта! — кричал кто-то из толпы, а потом резко подался вперёд, и стражник наотмашь рубанул его мечом, окропив толпу кровью.

Крики и паника усилились. Теперь уже несколько человек рвануло к помосту, но и их стражники просто убили. Главный кивнул, и остальные инквизиторы скинули капюшоны и обнажили мечи. Секунда, и пленники были обезглавлены.

Со всех сторон начали кричать, кто-то бросился к помосту, кто-то, наоборот, прочь, меня начало уносить от брата рваным потоком людей, но тут мой взгляд упал на инквизитора, что хранил блокиратор. Он как раз убрал окровавленный меч в ножны и повернулся к нам лицом. Сердце остановилось, а вместе с ним и я застыла, не в силах отвести взгляд.

Нет. Нахрен, нет! Этого не может быть! Но мои глаза не врали, им оказался Мэтт.

Глава 10

Я стояла, как громом поражённая, смотрела в одну точку и просто не верила в происходящее. Мысли так вяло текли, будто внутри черепа ползали слизняки. Что-то происходило, перед глазами мельтешили люди, но я это видела словно в замедлении. В ушах звенело так громко, что было, пожалуй, даже больно.

— Кьяра! Что с тобой? — неслось откуда-то издалека.

Меня начали трясти, и передо мной выросло знакомое встревоженное лицо. И даже когда я смогла на нём сосредоточиться, то не сразу осознала, чего от меня хотят.

— Да очнись ты, — тряхнул меня брат за плечи, — нужно убираться, тут начинаются проблемы.

— Блокиратор у Мэтта, — прошептала я, глядя на Сорена округлившимися от шока глазами.

Только когда я сказала это вслух, то осознала весь ужас происходящего. Человек, с которым мы дружили с пяти лет, столько вместе пережили, считали друг друга семьёй… Он не просто два раза предал меня и осознанно отправил на казнь, но теперь он ещё и в Инквизиции служит! Виас говорил, что у них развязаны руки, и они могут творить что угодно, за что им совершенно ничего не будет, а меня и вовсе назначили главным злом, но Мэтт… Этот грёбаный мудак не иначе как выслеживает меня!

Кто может наиболее эффективно помочь в поимке опасной преступницы, как не бывший друг? Он же знает меня, как облупленную, и я не сомневалась, что он рассказал им абсолютно всё, что смог. Про всё слабости, мечты, про планы побега. Но этого мало, чтобы его приняли в Инквизицию, о нет. Он поклялся им служить, и я могла на что угодно поспорить, что он будет это делать с особым рвением. Пытаться выслужиться ради повышения всегда было его слабостью. И не просто так он ходил и к Мелиссе... Хорошо, дорогой Мэттью, я тоже знаю тебя как облупленного.

Крики и ругань тем временем усиливались, стража напирала, пытаясь оттеснить людей от помоста, но там уже возникла потасовка, и слышался звон мечей.

— Погань дрянная! — кричал кто-то из толпы.

— Вы не имеете права убивать архонта!

— Где градоначальник?

Возмущения усиливались, и на каждый выкрик толпа одобрительно гудела. Главный инквизитор шагнул к краю и кивнул куда-то в сторону. На площадь в помощь страже начали прибывать отряды храмовников. Я занервничала ещё сильнее, стража-стражей, но после всего случившегося в Саинберге и в лесу от храмовников у меня мурашки шли по коже, не говоря уже про самих инквизиторов. Ненавидела ощущать свою беспомощность, но именно это я сейчас и чувствовала.

— Инквизиция теперь имеет право на всё. Мы охраняем империю от зла. Это мы защищаем вас от демонов, — громогласно выкрикнул старший, водя недовольным взглядом по толпе. — И если любой из вас будет чинить нам препятствия, то будет обвинён в сговоре с чернокнижниками и незамедлительно казнён! — он резко развернулся и зашагал прочь с помоста.

— Убийцы!

— Сволочи!

— За архонта! — выкрикнул один из голосов, и в помост воткнулась стрела, пригвоздив белый плащ главного инквизитора к доскам.

Тот развернулся, краснея от злобы, и вынул меч. К нему бросились остальные четверо инквизиторов и храмовники. Раздался свист, и ещё одна стрела вонзилась инквизитору в бедро. Ещё свист, и храмовник рухнул замертво.

— Взять их! — заорал инквизитор.

И тут на площади начался хаос. Храмовники и стража бросились к кричащим, а также к дому напротив. Судя по всему, стреляли именно из него. Из здания стражи повалили оставшиеся воины, закрывая проходы. Завязались бои. Простой люд, обезумев от ужаса, побежал к выходам с площади, пытаясь как можно быстрее убраться от опасности. Нас с братом оттеснило и вжало в стену. В помост снова полетели стрелы, ещё одному храмовнику пробило руку, а тому, что закрыл собой главного инквизитора, попало в лицо, он пошатнулся и свалился в беснующуюся толпу. Ещё один отряд храмовников бросился на защиту к помосту, и тут я снова ощутила потоки энергии, а неприятное давление исчезло. Кое-как поднявшись на цыпочках, я схватилась за Сорена и сосредоточенно вгляделась в Мэтта. Мои догадки оправдались: он деактивировал амулет и закрыл щитом всех, кто не успел уйти с помоста.

Это был наш шанс. И, видимо, так подумала не только я, потому что сразу несколько заклинаний полетело в их сторону. Амулет Мэтта активировался, и его щит выдержал. Но не выдержал сам помост, и все находящиеся на нём с грохотом рухнули вместе с досками на землю. Сорен обнял меня, закрывая от толкотни, но я помотала головой и нахмурилась, серьёзно глядя брату в глаза.

— Нужно забрать артефакт, сейчас. Это наш единственный шанс.

— Да ты с ума сошла? — его глаза округлились. — Стража перекрывает дороги, скоро площадь оцепят, как будем выбираться? Не говоря уже о том, что можно случайно словить головой стрелу...

— Блокиратор отключен! — воскликнула я, прерывая брата. — Послушай, у нас нет времени спорить, но пока тут такой хаос, у нас может получиться!

Сорен скривился и опасливо огляделся, и тут сбоку него неожиданно возникла Айви, и ещё более неожиданно — Кайл. Ну вот ещё их не хватало, сейчас заново со всеми спорить и доказывать, что у нас нет времени сидеть и неделями строить планы?!

— К ним не подобраться, — сказала Айви, будто прочитав мои мысли. — Запах я учуяла, но там слишком много храмовников.

— Но ты и ночью не проберёшься, весь город на ушах, охрану в три круга поставят! — возразила я, и мои слова потонули в новых криках.

Мы все резко обернулись и заметили, что здание стражи и градоначальника охвачено огнём. Вот теперь точно всем стало не до нас.

— Ладно, каков план? — неожиданно спросил Кайл. — У кого блокиратор?

— У Мэтта. Мой бывший друг, ты должен его помнить.

— Семь лет прошло, — он скептически выгнул бровь, — поконкретнее.

— Ладно, — сказала я и тут же закашлялась от дыма. — Он держит щит, светлые кудрявые волосы. Если мы так и будем продолжать тут стоять болтать, они свалят с площади!

И именно это они в данный момент и осуществляли. Храмовники, окружив инквизиторов в кольцо, оттесняли их с площади, а Мэтт закрывал всех щитом. Шли они очень медленно, потому что сквозь толпу приходилось прорубаться. Притом стража сражалась уже не просто с безоружными людьми, а с вполне уже озлобленными мужчинами матёрого вида, и им помогали не менее воинственно настроенные маги.

Обстановка явно накалялась. Щит Мэтта пока ещё выдерживал, притом два: физический и зеркальный, но последний требовал крайне много подпитки. Что там за амулет у него такой на шее? Он не боевой маг, и не успел бы обучиться, даже я была всегда сильнее. Но любой накопитель не работает вечно, когда тот иссякнет, маги достанут до инквизиторов. Мэтт снова активирует блокиратор, и тогда без своих способностей окажемся и мы с Кайлом, нужно как-то успеть до этого момента.

Огонь уже полностью охватил оба здания, и дым заполонил всю площадь. Дышать становилось всё сложнее, видимость стремительно ухудшалась. Кайл активировал щит, и воздух вокруг нас очистился. То же самое, насколько я могла заметить, сделали и остальные маги, и сражения вокруг пошли бодрее. Но даже так я видела, что это просто обычные служащие Ордена, которой была и я. Они не созданы для боёв, и силы их иссякали, а кольцо храмовников тем временем уходило всё дальше, буквально пару десятков шагов отделял их от одной из дорог. Когда они преодолеют последних сражающихся, то смогут сбежать по одной из дорог. Нельзя было этого допустить. Однако же нас отделяла огромная толпа, часть которой сражалась, махая клинками и разбрасывая заклинаниями направо и налево, а другая с криками пыталась сбежать с площади и не попасть под случайный удар.

Мой щит ярко вспыхнул, отразив удар. Я резко повернулась и заметила стражника, что явно пытался полоснуть меня мечом. Стража, наконец, обратила внимание и на нас, а наткнувшись на щит, видимо, решила, что мы с протестующими заодно, и ринулась в атаку. Я моргнуть не успела, как Сорен вынул меч и пронзил ближайшего насквозь, а второму отрубил голову, чудом не задев никого из толпы вокруг. Кайл, не снимая щита, снёс остальных бегущих в нашу сторону мощной волной, очень удачно освободив перед нами пространство для манёвра. Я снова поднялась на цыпочки и заметила, что храмовники почти подошли к выходу с площади. На пару мгновений мелькнуло лицо главного инквизитора, всё красное от натуги, но тут же скрылось за храмовниками.

Что же делать? Нельзя дать им уйти! Я судорожно металась взглядом по площади. С двух сторон от дороги стояли трёхэтажные деревянные дома. Может, поджечь? Нет, слишком долго. Можно было бы уронить на них дерево, но оно стояло слишком далеко, да и не факт, что у меня хватило бы сил.

Тем временем Кайл отбросил ещё часть стражи в сторону, расчищая нам путь, а Сорен просто убивал любого стражника, кто приближался на опасное расстояние. Волна воздуха…

Я внезапно вспомнила наш побег с Айви, когда я сдувала снег. Подняв глаза, я заметила на крышах домов толстые снежные шапки. Не дерево, но тоже сгодится. Вскинув руки, я сосредоточилась. С такого расстояния управлять потоками было сложно, но глыба нехотя сдвинулась и медленно направилась в сторону края крыши. Нет, слишком медленно, снег просто упадёт рядом.

— Кайл, помоги мне, — процедила я сквозь зубы. От напряжения я аж вспотела, но значительно усилить скорость я не смогла. — Нужно скинуть эту шапку, чтобы она перекрыла выход с площади.

— Понял.

Без лишних вопросов он сосредоточился, и спустя секунду вся снежная толща с двух крыш обрушилась на дорогу, передавив находящуюся там стражу. А когда снег осел, я заметила, что задело и храмовников, а главный инквизитор лежал на земле, и вместо головы и части груди у него была ледяная глыба, лежащая в луже крови и мозгов. К этому моменту дым заполонил всю площадь, часть стражи уже валялась без сознания, а некоторые и вовсе были мертвы. Оставшиеся люди жутко кашляли, закрывали рты рукой и пытались убраться подальше от дыма и пожара. Некоторые падали в обморок и больше не вставали. Стражники тоже уже еле сражались, зато маги, что фильтровали воздух, начали побеждать, убивая кашляющих стражников одного за другим. Если Мэтт включит блокиратор, то без магии и мы не сможем нормально дышать.

Пока храмовники охраняли оставшихся в живых инквизиторов, к ним устремились оставшаяся в живых помощь из других отрядов, но и они жутко кашляли и еле стояли на ногах. Нас разделял какой-то десяток шагов, но остатки толпы и лежащие тела значительно осложняли передвижение. Иной раз дым валил настолько чёрный, что ничего невозможно было разглядеть уже на расстояние вытянутой руки. Немного сдув его потоком ветра, я уже было начала ликовать, но тут Мэтт развернулся, и не снимая щит, начал растапливать снег и лёд.

Ну нет, нихрена! Я не дам тебе сбежать с блокиратором, Мэттью!

— Айви, у этого мага на шее есть артефакт подпитки, если получится, сорви его и укради блокиратор.

— Что... — округлила она глаза, но фразу свою недоговорила.

— Эй, Мэттью! Мудак ты грёбаный! — заорала я во всю глотку. — Куда это ты так рано собрался?

Он обернулся так резко, что чуть не упал, а когда встретился со мной взглядом, то его лицо вытянулось, а глаза в ужасе округлились. И его щит дёрнулся и замерцал. Мы стояли и смотрели друг на друга всего пару секунд, но по ощущениям это длилось вечность. Сначала он выглядел растерянно, и будто даже испуганно, но потом его глаза налились кровью.

— Схватить её! — заорал он и указал на меня пальцем. — Это та самая чернокнижница!

Несколько храмовников бросилось в нашу сторону, но против Сорена мечниками они оказались никудышными. Резко отпрыгнув, он пропустил одного из них вперёд и рубанул ему в спину, рассекая плоть до позвоночника. Второй не успел развернуться, и брат отрубил ему сначала руку, а потом и голову. Следующих трёх храмовников убил Кайл, но тут подоспело подкрепление из стражников в тяжёлых доспехах и кашляющих храмовников. Кайл устремил все силы на них, брат также ввязался в драку, но они потонули в дымной завесе, и нас снова окружила плотная чернота. На несколько секунд я потеряла ориентацию в пространстве.

Я активировала свой щит, и нас с Айви сместило в сторону от драк. Под ногами валялись тела, и я то и дело на них наступала и падала, но даже не могла разобрать, были ли они живы. Но когда мы смогли найти относительно безопасный угол прямо около обвала снега за широким стволом дерева, я заметила, что зеркальный щит Мэтта сменился обычным, значит, силы у него на исходе.

— Держать оборону! — крикнул другой инквизитор и повернулся к Мэтту. — А ты топи снег!

У них завязалась перепалка, сути которой я уже не слышала. Да и сами силуэты уже различала с трудом. Я поджала губы и повернулась к ифлиссе:

— Айви, ты сможешь залезть на эту кучу льда? Силы Мэтта слабеют, если вдарить посильнее, он отключит физический щит, чтобы оставались силы на фильтрацию, и тогда ты сможешь подойти к нему.

— Будет сделано, — сказала она, и крайне проворно вскарабкалась на кучу, скрывшись в дыму.

Ладно, теперь моя очередь. Я сосредоточилась на энергетике этого подонка, и на руках заискрили молнии. Напитав их посильнее, я ударила в щит, тот дрогнул, но выдержал. От недовольства я сжала губы. Кто бы сомневался, что с первого раза не получится. Но не получилось и со второго.

Может, попробовать задействовать энергию осколков? Я потянулась к ней и ощутила живой всплеск, но больше ничего не произошло, будто она находилась в аквариуме с толстым стеклом, и я могла лишь на неё смотреть. Да что ж такое-то? Почему получилось в лесу?

Удар в спину повалил меня на землю, и сверху обрушился меч. Я успела дёрнуться вбок, и тот прошёл по касательной, разрезав шубу и задев руку. Вскрикнув от боли, я ударила в стражника заклятием, но вышло так слабо, что он лишь упал и несколько мгновений бился в судорогах, но затем снова вскочил на ноги и пошёл на меня. Я снова собрала энергию для удара, подняла руки и застыла. Я видела горящие от ненависти глаза, занесённый меч, но меня просто парализовало, как и тогда в лагере, когда я должна была добить Одри. Молнии уже набрали достаточно энергии для смертельного удара, но я медлила и просто наблюдала, как ко мне приближалась смерть. Не дойдя до меня нескольких шагов, стражник вскрикнул, и из его груди показался окровавленный меч.

— Ты что не защищаешься? — крикнул на меня брат, отпихивая оседающее тело в сторону, на его лице застыл откровенный ужас. — А если бы я не успел?!

Рядом с братом показался Кайл, его рука кровила, а на лице будто была сажа.

— Где Айви? — тут же спросил он.

— На куче льда, — кое-как выдавила я из себя и указала дрожащей рукой в сторону. — Нужно пробить щит Мэтта, Айви ждёт сигнала.

Кайл так быстро сплёл мощное заклинание, что я в очередной раз обзавидовалась. За один удар он смёл не только его уже довольно дряблый щит, но и половину храмовников, которых он закрывал, а также немного льда. Нас окатило крошкой, от врага слышались крики и ругательства, но разобрать в дыму, откуда пришёлся удар, они уже не смогли.

Кайл скомандовал всем бежать за ним, я хотела было поспорить, но ифлисса будто появилась из ниоткуда, продемонстрировав мне, без сомнения, тот самый блокиратор. И мы резко рванули на выход с площади. Ну, насколько мы вообще могли быстро бежать в дыму и с кучей лежащих под ногами тел. Вокруг ещё шли какие-то сражения, но виднелись лишь их слабые очертания. Отстань кто из нас хотя бы на пару шагов, и уже просто потеряется в пространстве.

Проходы с площади оказались свободны, и только когда мы выбежали на другую улицу и устремились к складам, дышать стало легче. Народ всё ещё метался, но на нас тут уже никто не обращал внимания, даже стражники. И позже я поняла почему: огонь перекинулся на часть соседних деревянных зданий, и все, кто мог, бросились тушить пожар.

К нужному складу я прибежала уже совсем без сил. Сердце болезненно колотилось, в висках пульсировало в такт, рука кровила ещё сильнее, да вдобавок начала жечь. В горле ощущался привкус гари, и сколько бы я ни дышала воздухом посвежее, он никак не хотел проходить. Я была готова уже упасть, но мне не разрешили. Нужно было выбираться за стены Эвии, пока её с предместьями не оцепили. Около спуска я чуть не потеряла сознание, и остаток пути по тоннелю опиралась на брата. Мы успешно преодолели стену, но с той стороны пришлось остановиться и ждать, пока Кайл сходит на разведку.

Я уселась на ящик, и рядом со мной присела Айви. Её хвост был грязный от копоти, на щеке виднелась ссадина, а её рука дрожала, и пальцы будто не сгибались.

— Что случилось? — хрипло спросила я и откашлялась.

— Неудачно спрыгнула и упала, и меня ударили. Пустяки.

Она вручила мне блокиратор и тоже закашлялась, согнувшись пополам. Я погладила её по спине, ощутив укол совести. Это из-за меня она надышалась гари, но если бы не она, до артефакта мы бы не добрались.

Мои конские хвосты вместе с шапкой отвалились где-то в пылу беготни и драки, хотя свои голубые волосы сейчас казались, скорее, грязно-серыми. Я медленно подняла руку и осмотрела рану, выглядела она отвратительно, кожа прорезана почти до кости, и когда адреналин начал сходить, то боль усилилась, и её уже практически стало невозможно терпеть. Я зажала рану рукой и с опаской взглянула на брата. К счастью, никаких видимых повреждений на нём не обнаружилось. Но вот моё искажённое от боли лицо он заметил и тут же подошёл.

— Покажи, — строго сказал он.

Я хотела махнуть рукой и убедить его, что ничего страшного, но как только убрала руку с раны, тут же всхлипнула от рези. Он бегло её осмотрел и нахмурился.

— Тебе нужно перемотать рану, — заключил он, стягивая свой шарф. — И даже не спорь.

Мне хотелось, но я не стала и позволила Сорену перевязать многострадальную руку. Стало будто бы немного получше. По крайней мере, я перестала всхлипывать от боли.

— Спасибо, — искренне сказала я, — и за рану, и что спас меня. — А потом я собрала все немногочисленные оставшиеся силы, встала и крепко обняла его.

Адреналин от погони почти сошёл, и на меня навалилась паника. По телу прошла волна дрожи, и я громко всхлипнула.

— Всё хорошо, — сказал он мне, обнимая в ответ. — Самое страшное позади, из города мы выбрались, скоро и отсюда свалим в более безопасное место и найдём тебе целителя.

Я просто кивнула, потому что от озноба даже говорить уже не могла. Тем временем с разведки вернулся Кайл с плохими новостями:

— Предместья уже начали обыскивать, там снуёт стража. Скоро сюда прибудут все храмовники. Так что Эвию мы покинем.

— И куда мы? На базу в горах слишком далеко и опасно, — сказала Айви сиплым голосом.

— Нет, мы туда сейчас не доберёмся при всём желании. Крейвен сейчас готовит лодку. Вернёмся в Крисвен.

До лодки мы шли самым запутанным длинным путём, который был возможен, зато никого так и не встретили. Да и вообще пристань оказалась довольно малолюдна. Мы подошли к самому дальнему краю, и там обнаружилась довольно большая грузовая баржа, хотя я думала, что мы поплывём на обычных рыбацких лодках. Кайл приказал спрятаться в рубке и сесть на пол, а сам отошёл в заднюю часть, и я ощутила активацию тиазалита. Послышался мерный гул, и мы тронулись. Я слегка высунулась и поглядела в окно, окинув совестным взглядом город. Из него в небо поднимался густой чёрный столб дыма, и мне лишь оставалось надеяться, что пострадало как можно меньше простых горожан.

Нам велели сидеть молча, пока баржа не покинет озеро и не отплывёт на безопасное расстояние. Было холодно, и пришлось активировать согревающий щит. Брат обнял меня за плечи и аккуратно ощупал раненую руку, после чего положил её себе на колени. С другой стороны прижалась Айви, обняла меня за вторую руку и уткнулась мне в плечо, накрыв всех пушистым хвостом со следами копоти. Хоть болтать было и нельзя, зато можно было подумать о произошедшем.

Главное — блокиратор у нас. Если я смогу разобраться в принципах его работы и сделаю антиблок, то против Инквизиции я уже буду не бессильна. Тем более что они их как-то усилили, раньше магия блокировалась на довольно небольшом радиусе, а теперь не менее пятидесяти метров. Это даже по прямой много, а если застать врасплох в каком-то узком коридоре, то маг обречён. И когда мы приплывём, я приложу максимум усилий, чтобы разобраться.

Но ещё осталась проблема с моей кровью и отслеживанием, Виас должен был прислать плетение и объяснения, успел ли? В такой суматохе я даже не успела у Кайла ничего спросить, а ведь это не менее важное дело. Если раз за разом меня будут находить, то, в конце концов, просто возьмут числом, окружат и убьют. И ещё… снова Мэтт. Я видела его глаза, никто его не заставлял им помогать или вступать в Инквизицию, он сделал это добровольно. Он с такой ненавистью смотрел на меня… Он точно верил, что поступает правильно. Идиот. Хотя нет, идиотка тут я, ведь это я допустила второе предательство. Если бы он меня не сдал, то не пришлось изгонять демонов, может, врата уже были бы открыты, и на моих плечах не лежал огромный груз проблем, которые я даже не знала, как решать.

Но убить меня могли и сегодня. Стражник шёл на меня с мечом, а я стояла и просто на него смотрела. Я никогда не убивала людей, но нужно понимать, что рано или поздно это сделать придётся. Или они меня, или я их. И если убьют меня, то больше не останется никакого ключа. В груди снова неприятно защемило. Я запрещала себе думать напрямую о Винсересе, потому что мысль, что я не успела, и он уже умер, выбивала меня из равновесия, а я не могла себе такого позволить. Плакать буду потом, сейчас я обязана сделать всё, чтобы побыстрее открыть врата, и молиться Забытым богам, что успею вовремя.

Спустя примерно час стало темнеть, и начался сильный снегопад. Мы уже некоторое время плыли по руслу реки на север. Охранный пост и несколько деревень, откуда нас могли заметить, мы уже проплыли, так что Кайл разрешил нам встать и размяться. Крейвена с нами не оказалось, только Кайл стоял у кормы и всё ещё пытался оттереть сажу с лица. Мы подошли к борту баржи. Я огляделась вокруг, но кроме густого леса и чернеющего на фоне снега русла реки тут не было вообще ничего.

— А ты уверен, что нас там не поджидает засада? — спросил Сорен, опасливо вглядываясь с лесную черноту.

Я тоже машинально уставилась на лес, но кроме стволов и кустов ничего там не заметила, но всё же поёжилась и снова схватилась за брата. Айви же напряжённо глядела назад, постукивая пальцами по деревянному бортику. Кончик её хвоста дёргался из стороны в сторону.

— Нет, не уверен, — хмыкнул Кайл и опёрся на бортик. Его волосы в копоти выглядели совсем чёрными. — Поэтому мы высадимся раньше и проверим. Всех найденных убьём. Кьяру видели в Эвии, уверен, что пока будут обыскивать город и округу, то вряд ли решат вернуться в какую-то захудалую деревню просто для проверки.

— А отслеживание? — спросила я. — Виас передал плетение?

Кайл коротко кивнул, и я с облегчением вздохнула. Ну хоть что-то.

— Часть ребят вернётся позже, часть останется около Эвии наблюдать.

— А ты знаешь, что Риву казнили? — на лице ифлиссы проявилась горечь.

— Да, знаю, — Кайл некоторое время молча смотрел вперёд. — Я даже сделать ничего не смог. Какой-то из местных храмовников на неё донёс, и её казнили просто за компанию.

Ну какие же мрази…

Мне хоть и не понравилась Рива, вообще не испытывала хоть сколько-либо положительных эмоций к храмовникам или инквизиторам, но это было уж слишком.

— А казнь архонта? — посмотрела я на него. — Это же не просто маг, это глава всех магов провинции, они подчиняются напрямую Виасу, их всего-то семеро. И вот так просто они взяли и казнили его?

— Да, вот так просто. Местный инквизитор давно на него точил зуб, а теперь нашёл способ убрать с пути насовсем. Пригнитесь, по пути деревня.

Мы трое сели на корточки, и я снова поморщилась от боли в ране. Брат обеспокоенно положил руку мне на плечо и легонько погладил.

— Но маги были против казни, — вполголоса продолжила Айви, — а теперь…

— А теперь из-за этого бунта и убийства стольких храмовников и инквизиторов маги в ещё большей жопе, чем были до этого, — пробубнила я. — Уверена, буквально завтра они станут врагами империи.

От негодования мне стало жарко. А ещё от осознания, что никакие и так плохие законы теперь не действуют вообще. Инквизиция — вот новый закон. Ну ничего, это временно. Нужно всего лишь выпустить демонов, и тогда всё изменится навсегда.

— Готовьтесь, скоро будем на месте.

Глава 11

К Крисвену подплывали уже в ночной темноте, благо от снега можно было хоть что-то разобрать. Когда мы завидели пристань деревни, у меня внутри всё сжалось от воспоминаний о расправе над простыми жителями, которая, если уж так подумать, произошла из-за меня. Я прикрыла глаза, боясь увидеть лежащие окровавленные тела, которые Инквизиция, скорее всего, так и оставила в снегу на радость диким зверям, как они когда-то просто оставили тело того бедняги в Саинберге, казни которого я стала случайным свидетелем. Как и оставили лежать тело Розалин… Может, когда всё закончится, мне удастся вернуться в то место и попытаться отыскать хотя бы кости, чтобы похоронить её как следует.

Сама мысль, что её останки просто лежат где-то среди деревьев, забытые и никому не нужные, заполняла душу отвратительной горечью и тоской. Никто не заслужил подобной смерти, они убили её ни за что, как и многих других. И это лишний повод стараться активнее. О да, я приложу все усилия, чтобы потом все поплатились. Чтобы Эдгар поплатился. И конечно же любимый друг Мэтт. Как бы пафосно это ни звучало, но я единственный человек на свете, способный им всем отомстить, да так, что они будут бессильны что-то сделать.

— Нет тел! — в изумлении прошептала Айви, прижимая руки к лицу. — Кто-то убрал тела!

Я повернулась, и действительно, берег, на котором казнили жителей, выглядел так, будто там ничего не произошло, даже крови на снегу не осталось. И что более удивительно, в Крисвене горели фонари!

— Засада? — предположил Сорен, облокотившись на борт и вглядываясь в домики, тонущие в сумеречном лесу.

Я нахмурилась и потянулась к энергии, желая просканировать деревню, но Кайл подумал о том же и уже всё сделал за меня.

— Там есть живые, человек двадцать пять, — заключил он, сосредоточенно скользя глазами по домам. — Но отсюда не скажешь, кто там на самом деле. Проплывём чуть дальше и пришвартуемся там. Дальше пешком.

— Пешком? — я встревоженно на него посмотрела и подошла к другому борту баржи, всматриваясь в лесистый берег.

Я не заметила ничего особого. Просто заснеженный лес, уходящий в ночную темень, но ведь я знала, что где-то там плавают эти кляксы. Кайл говорил, что они раньше не забирались так далеко и обитали в глубине леса, но ведь что-то же изменилось. Как узнать, что они не доберутся и до Крисвена?

— Ты думаешь о том же, о чём и я? — Сорен встал рядом со мной, напряжённо рассматривая берег.

— Эти твари… — я вздохнула и поджала губы. — А что, если мы останемся в Крисвене или любой другой деревне, а ночью они доберутся и до нас?

— Мы не видели, чтобы они хоть раз приближались к воде, — возразил Кайл.

— А ещё вы не видели, чтобы они приближались к вашей тропе, — напомнила я, окинув его укоризненным взглядом. — Кроме того… — в памяти отчётливо всплыл момент в подземном озере, где меня чудом не сожрали в той вонючей застоялой воде, — не знаю, одни и те же это сущности или нет, но я была в одном месте, где подобные твари плавали и в воде.

На меня с недоверием и ужасом уставились три пары глаз. Пришлось пересказать им своё путешествие по храму, опустив моменты про ключ и демонов. Когда я закончила, ифлисса перепугано смотрела на меня, сжимая в руках кончик хвоста, а потом не менее опасливо взглянула на воду и отошла от края борта.

— Давайте решать проблемы по мере поступления, — подытожил Кайл. — Сначала нужно выяснить, кто находится в деревне. По крайней мере, их эти твари пока не сожрали.

Пришвартовались мы со стороны деревни, заплыв в крайне незаметный, явно искусственно вырытый карман. Кайл магией завалил судно ветвями сосен, и мы направились к Крисвену. Дороги тут никакой, естественно, не оказалось, пришлось растапливать снег. Дорогой мой бывший сначала пытался запретить мне это делать, ссылаясь на осторожность, но мне было наплевать. Лазать ночью по сугробам высотой по пояс я была не намерена. Разгребать это всё лопатой он тоже отказался, а потому в итоге моя взяла. В конце концов, он же боевой маг, вот пусть и убивает всех врагов.

Кайл шёл первый, растапливая снег и держа на всех нас щит. Далее Айви, вслушиваясь в происходящее вокруг и дёргая ушами на каждый шорох. Потом плелась я и сканировала пространство на предмет засады. И замыкал наш небольшой отряд Сорен.

Шли мы, правда, довольно медленно. Я, практически не переставая, сканировала пространство. К счастью, кроме мелких животных никто не попадался, и что самое главное, не попадались кляксы, но нельзя было терять бдительность. Мы все сошлись на мнении, что Инквизиция вряд ли будет сидеть в засаде в сугробах, тем более что мы могли не вернуться никогда, потому позволили себе хотя бы разговаривать в пути. И обсудить было что, например, то, что произошло в Эвии.

— Уверен, что подобные чистки теперь по всей империи, — сказал Сорен. — Нам и до этого привозили неугодных власти людей с пожеланиями скормить их скверне первыми. Сейчас им и вовсе не придётся шифроваться.

— Но это ведь не решит проблему самой скверны, — недоумевала Айви. — Что они этим добьются? Она же будет и дальше расползаться.

— А вы не задумывались, — обернулся Кайл, не переставая идти, — что они действительно верят в то, что причина скверны в чернокнижниках? Что истребив их, а заодно и магов подчистую, всё прекратится?

— Но это же бред, — уставилась я на него исподлобья. — Может, чернокнижники что-то и сделали во время объединения империи, но каким образом это исправит ситуацию сейчас? Любой маг скажет, что это не поможет.

— Можно подумать, их интересует мнение магов. Мы для них немногим лучше чернокнижников.

— Но маги у них служат! Зачем?

— Двойные стандарты, Кьяра, — кончики его губ насмешливо приподнялись. — Ты же сама прекрасно знаешь, как работает вся система. Маги нужны Инквизиции, потому что их задницы тоже нужно защищать от других магов, и делать всякую магическую дрянь по типу блокираторов. Но по итогу их ждёт ровно то же самое, что и твою подружку Розалин.

— Откуда ты знаешь? — мои глаза округлились от удивления, но потом до меня дошло, тут мог быть только один вариант. — Как много Виас тебе рассказал?

— Достаточно. И про демонов и твои с ними близкие отношения тоже, — он многозначительно на меня посмотрел и отвернулся. Но я успела заметить на его лице ухмылку.

— Зачем ты тогда спрашивал про них у меня? — прищурилась я, даже забыв про сканирование.

— Хотел проверить, как много ты скажешь. Хотя, уверен, ты и Виасу наврала с три короба.

Я укоризненно смотрела Кайлу в затылок и очень хотела нахамить. Проверяльщик хренов, но я просто не успела.

— Близкие отношения с демонами?

Судя по звуку, Сорен аж споткнулся, и даже Айви повернулась и окинула меня пытливо-недоверчивым взглядом.

Хотелось расцарапать архимагу лицо. Что он там понарассказывал? Что я спала с Винсересом? Какое он вообще имел право разбалтывать направо и налево то, что его не касалось?

— Не верь всему, что тебе говорят, — процедила я, продолжая буравить его макушку прожигающим взглядом.

— То есть, Виас соврал? — не поворачиваясь, поинтересовался Кайл.

От разрастающейся внутри злости стало жарко, несмотря на зимнюю ночь вокруг.

— Что бы он там ни разболтал — это вообще не твоё дело, — отрывисто процедила я. — Никакая часть моей жизни теперь тебя не касается. Ты бросил меня и свалил, поступив, как полный мудак, так что переспи я хоть со всеми демонами сразу, это не твоё гребучее дело!

И только лишь когда слова вылетели из моего рта, до меня дошло, что я ляпнула, и закрыла рот ладонями. Кайл не поворачивался, но я могла поклясться, что он шёл и мерзостно ухмылялся. Айви смотрела на меня распахнутыми глазами, а её вертикальные зрачки расширились на всю радужку, её так явно распирало любопытство, что она это даже не пыталась скрыть. Ифлисса не произнесла ни слова, но в её рыжих глазах пронеслась сотня вопросов. Брат ничего не сказал, я слышала лишь натужное сопение, но повернуться так и не решилась.

Не то чтобы это было в принципе его дело, я взрослая женщина и могла делать со своей жизнью что угодно, но почему-то от осознания, что брат это услышал, было как-то неловко. Да и вообще, признаться кому-то, что спал с демонами… Я бы подумала, что человек спятил. Я сама ровно так и думала, пока не встретила Винсереса, и то долго не могла решиться, даже общаясь с ним, а уж как это виделось со стороны…

К моего огромному счастью, мы уже подходили к Крисвену, а потому тему развивать не стали, но я готова была руку отдать на отсечение, что никто из присутствующих с расспросами от меня не отстанет.

Остановившись за заснеженными кустами, мы некоторое время разглядывали закрытые ворота. Забор был довольно высокий, да и пики сверху слишком острыми, чтобы через них лезть. Никаких отрядов храмовников или инквизиторов было не видать, и мы просто стояли и ждали, что скажет Кайл. Во-первых, это его деревня, и уж он точно должен знать, как туда без проблем проникнуть. А во-вторых, он использовал магию, и я была уверена, что он занят сканированием находящихся в деревне живых. От стояния меня пробрал холод, рана на руке жутко заныла, ещё и знобить начало, и я снова активировала обогрев, закрыв за компанию брата и не менее дрожащую Айви.

— Ну что там? — первой не выдержала ифлисса. — Давай я проберусь и по-тихому посмотрю, кто там.

— Нет, — мотнул Кайл головой, — если там окажутся маги, ты им ничего не сделаешь. Пойду проверю сам. Я вижу знакомые ауры, значит, часть жителей сумела спастись, но при этом чувствую какие-то странные помехи, будто от артефактов. Ждите тут. Если всё нормально, я открою ворота и позову вас.

Он развернулся и пошёл в сторону реки, а мы остались ждать. В тишине мы простояли недолго, и случилось то, чего я и опасалась.

— А ты правда спала с демонами? — тихо спросила Айви и скосила на меня любопытные глаза, а брат нервно переступил с ноги на ногу.

Я тяжко вздохнула и потёрла лоб, но потом всё же взглянула на Сорена. Он смотрел на меня сверху вниз, сложив руки на груди, и взглядом будто умолял меня сказать, что всё это неправда. И некоторое время я раздумывала, соврать или нет, но если прилетит Виас и выведет меня на разговор при всех, то выяснится, что я солгала, и доверие брата я потеряю. А мне сейчас как никогда требовались надёжные союзники. Да и не очень-то хотелось врать родному брату, который обо мне с первой встречи заботился.

— Нет, неправда, — ответила я Айви, и в глазах брата отразилось явное облегчение, но пришлось его разочаровать: — Спала я только с одним.

— Поверить не могу, — выдохнул Сорен и приложил руку ко лбу, качая головой. — Зачем?

— Потому что была влюблена! — выпалила я, теряя терпение, почему я вообще за это должна оправдываться? — Помимо демона, он всё-таки в первую очередь мужчина. Зачем бы мне ещё с ним спать?

Судя по мученическому выражению лица Сорена, добавила я это зря.

— А почему ты вообще так остро реагируешь? Ты и демона-то никогда не видел, — сложила уже я руки на груди, игнорируя боль в ране. — В инквизиторы, что ли, подался?

— Не считая того, что это всё незаконно и против догматов церкви? — навис он надо мной.

— Да, не считая этого, — вскинула я подбородок в ответ, — ты не церковник, а закон у нас вообще штука непостоянная.

Айви молча переводила взгляд с меня на брата, сжимая кончик своего хвоста.

— Да потому что никто по своей воле на такое не пойдёт! — выпалил он и ткнул в мою сторону пальцем. — А ты уверена, что ты сейчас не околдована? Кто знает, что демоны вообще наделали с твоим разумом?

— О боги, Сорен, — я подняла глаза к небу и отошла. — Я уже устала слушать подобный бред от людей, которые демона в своей жизни не видели примерно никогда.

— То есть, по-твоему, такие вещи на пустом месте взялись, да?

— Не на пустом. Но не надо утверждать того, о чём не имеешь ни малейшего понятия. Церковь вам всем столетиями промывала мозги. А ты знать не знаешь, какие они, и что между нами было. И даже не думай меня отчитывать, я взрослая женщина, а не маленький ребёнок!

— Вижу, твоя взрослость завела тебя под смертную казнь.

Я шумно выдохнула и отвернулась, уставившись на ворота. Сорен тоже продолжать не захотел и начал ходить из стороны в сторону.

— Ну и как оно? — поинтересовалась Айви.

— Потом тебе расскажу, — пообещала я ей, на что брат фыркнул.

Скрип ворот заставил нас всех обернуться и вздохнуть с облегчением.

— Вы так орёте, что я вас из-за забора слышал, — недовольно сказал Кайл и поманил нас к себе. — На ваше счастье, тут не было засады, иначе даже искать вас не пришлось бы.

Осознав, что мы действительно крайне глупо себя повели, я слегка покраснела, да и не я одна. Но несмотря на заверения Кайла, в ворота я входила с явной опаской. Никаких трупов и крови тут уже не было, как и не было ни единой живой души, кроме встречавшей нас собаки Снежинки. После прошлого внезапного побега всё равно было как-то не по себе, и мне казалось, что мы шли по кладбищу, просто вместо надгробий и склепов были косенькие дома, жителей которых казнили просто ни за что.

Кайл велел нам идти в дом собраний и сказал, что сначала нужно послушать, что произошло, а потом уже отдыхать и решать, что делать дальше. Мы прошли всё в тот же зал с длинным столом, но еды в нём, к сожалению, на этот раз не оказалось. И только сейчас я поняла, насколько была голодна, я же с утра совершенно ничего не ела, а уже ночь глубокая. Понурившись, я села на стул и обречённо вздохнула, желудок жалобно заурчал в ответ. Буквально минут через десять в комнату вошла староста миссис Гретхен, шаркая тапочками. Она была и так сильно в годах, но за эту неделю постарела лет на десять. Да ещё бы, такое пережить…

Она принесла поднос с горячим чаем и простым хлебом, но я сейчас была несказанно рада даже такому. От нетерпения напитком даже губы обожгла. Пришлось немного охладить чашку заклинанием.

Пока мы приходили в себя, Гретхен поведала нам, что произошло с момента нашего бегства, и опасения подтвердились. Инквизиторы приехали сюда не случайно, они искали меня, а вместе со мной и наёмников на вивернах. Часть жителей сумела спастись по другому тайному ходу, который, правда, вёл не на ту сторону реки, а просто на подземный склад. И к их радости, помимо контрабандных товаров, там стояли мешки с овощами и солониной, поэтому с голоду никто не умер, и в итоге просидели они там несколько суток и только потом рискнули вылезти и обнаружили тела, после чего похоронили их, а кровавый снег сбросили в воду.

И снова мне стало совестно. Да, я напрямую виновата не была, но скольких людей Инквизиция ещё поубивает, пока будет меня ловить? От злости я сжала кулаки и снова скривилась от острой боли в ране. Поблагодарив Гретхен, Кайл позволил ей идти уже отдыхать, а сам положил на стол несколько разрушенных артефактов и придвинул их мне. Проявив плетение, я сразу узнала в них следящие артефакты.

— Вроде больше таких не обнаружил, но нужно быть осторожными, выходя в лес, уверен, там тоже такие спрятаны. Когда приедут Тигг и ребята, отправлю магов на поиски. И ещё, — сказал он и серьёзно посмотрел на Сорена: — Сегодня будем дежурить. И на случай если вернётся Инквизиция, и поглядывать, не полезут ли в деревню те кляксы, раз уж Кьяра утверждает, что нечто подобное она встречала в воде. Лучше перебдеть, чем быть мёртвым. Идите с Айви спите, вы дежурите вдвоём с четырёх утра.

— Почему вдвоём? — тут же возмутилась Айви и одарила брата недовольным взглядом.

Он, впрочем, тоже оказался не рад, и в раздражении закатил глаза и вздохнул, но промолчал. Ифлисса же чуть клубы пара носом не выпускала.

— Потому что он воин, а у тебя отличный слух. Я же пойду дежурить один, я маг и смогу раскинуть поисковую сеть.

— А не логичнее тогда было бы дежурить двое надвое? — выгнул бровь Сорен. — Один маг в паре с немагом. Я мог бы дежурить с сестрой.

— Логичнее, — согласился Кайл, — но для Кьяры есть отдельное занятие с артефактами, ей нужно создать дубли фиалов крови и придумать, что делать с блокираторами, ей некогда стоять на страже. Я закончу дела и зайду, занесу их, как раз покажу плетение.

Ох, никакого давления.

Нас отправили по домам, и мы с Сореном вернулись в тот же домик, в котором ночевали до этого, правда, теперь уже без охраны около дверей. Не желая продолжать разговор про секс с демонами, я быстро юркнула в ванную с острым желанием поскорее смыть с себя грязь. Гарью воняло до сих пор, но полную стирку я отложила до утра, ограничившись только бельём и свитером.

Руку с шарфом пришлось сначала отмочить в воде и только потом разматывать со слезами на глазах. Боль была ужасная, мне отстреливало даже в макушку, заставляя стиснуть зубы, а когда я увидела саму рану, то стало дурно, и в глазах поплыло. Я сползла на пол, пытаясь справиться с головокружением, но стало только хуже.

— Сорен… — позвала я и отключилась.

Очнулась я уже в кровати. Рука была перевязана белой плотной тканью и лежала у меня на животе. В коридоре слышались голоса Кайла и Сорена, они о чём-то спорили, но я не могла разобрать слова. Позвать я толком тоже никого не могла, потому что адски хотелось пить.

— Воды… — простонала я, надеясь, что меня услышали.

Голоса стихли, и затем оба мужчины вошли в комнату. Брат помог мне сесть, налил из кувшина в стакан воду и протянул, и я жадно выпила и только потом кое-как пришла в себя.

— Целителя нет, — сразу «обрадовал» меня Кайл, — местного убили, но завтра мы поищем заживляющую мазь, может, ребята с собой как раз привезут. А сегодня пока так.

— Спасибо, — вздохнула я, — пыталась… пыталась перевязать рану, но отключилась. А где Айви?

— Спит уже, скоро дежурство, и ты тоже шёл бы уже спать, — твёрдо сказал Кайл брату и многозначительно на него посмотрел.

Ну ясно, он хотел со мной поговорить. Сорен тоже это понял, пожелал спокойной ночи и вышел из комнаты. Кайл присел на край кровати и пристально взглянул мне в глаза.

— Я понимаю, что ты очень устала, но хочу передать тебе плетение. Тут не знаешь, что случится в ближайшие пять минут, предпочитаю с таким не медлить.

Я устало кивнула и сосредоточилась. Кайл воспроизвёл плетение фиала крови, и я чуть не ахнула, какое оно оказалось сложное! Неудивительно, что архимаг накладывал его сам. И дело даже не в том, что напитать будет тяжело, тут-то как раз справится даже самый никакущий маг, а вот само плетение… Оно состояло из трёх различных структур, искусно переплетённых между собой, и, судя по увиденному, воспроизвести их требовалось без искажений. Что-то я теперь вообще не была уверена, что у меня такое когда-либо получится, да ещё и справочника у меня с собой нет, он бы очень пригодился. Ну ладно, сейчас я устала, а завтра рассмотрю его свежим взглядом и подумаю, что с этим всем можно сделать. От перенапряжения у меня аж виски заболели, и я потёрла их здоровой рукой и поморщилась.

— Допустим, я сделаю несколько амулетов, — посмотрела я на Кайла, хотя в данный момент я в этом крайне сильно сомневалась, — а что потом?

— Отправим их с погонщиками и контрабандистами в разные уголки империи. Пусть рассредоточат силы. А сами амулеты скроем так, что их сложно будет непосредственно найти, чтобы понять, что там не ты.

Я некоторое время внимательно смотрела на него, разглядывая стёсанную скулу и синяк на подбородке, но потом сжала губы и покачала головой.

— Не всё так просто. С ними Мэтт, а он меня слишком хорошо знает. Если вы пустите приманку в какие-нибудь провинции, о которых я никогда в жизни не заикалась, да и делать мне было бы там нечего, он сразу подумает, что это обман, и сосредоточат силы на остальных. Нужно будет продумать места, чтобы выглядело это естественно.

Кайл кивнул, соглашаясь со мной, однако добавил:

— И думать нужно поактивнее. Я постоянно обновляю заклинание рассеивания на тебе, но след всё равно имеется, нужно поспешить.

— А ты сам их создать не можешь? — с надеждой спросила я, вдруг он на досуге артефакты изучал, мало ли, но, к моему сожалению, Кайл покачал головой.

— Увы, но я не артефактор и мало в этом смыслю, я могу сделать что-то совсем простенькое. А расспрашивать других я бы не стал, лучше сохранить всё в тайне.

Я вздохнула и кивнула, а Кайл вынул из кармана какой-то овальный кусок камня и протянул мне. Я в непонимании на него уставилась.

— Это блокиратор. Сама понимаешь, нужно как можно быстрее с ним разобраться, — он вздохнул. — Но давай по одной проблеме за раз. Сначала фиалы, потом блокиратор, с последним, может, тебе смогут помочь ребята, потому что проблема касается уже каждого мага. В общем, ладно, я пошёл на дежурство, а ты ложись спать, завтра тебе нужна будет свежая голова.

Он хотел что-то ещё сказать, но привычным движением закинул волосы назад и потёр шею, а потом встал и направился к двери.

— Кайл, — позвала я, — скажи честно, зачем тебе всё это надо?

Он остановился и застыл, и лишь через некоторое время обернулся.

— Я же говорил, что должен Виасу. А сейчас Инквизиция один хрен знает нас в лицо, твой дружок меня видел, и, уверен, узнал. Так что охотятся они не только на тебя одну.

Он так и стоял в проходе, сложив руки сзади, будто находился на допросе. А лицо его вообще ничего не выражало. Хм.

— Что такого сделал Виас, что ты готов в ответ жертвовать своими людьми, с которыми работал все эти годы бок о бок, спасая меня?

Некоторое время он молча стоял с совершенно непроницаемым выражением лица.

— А может, я хочу спасать тебя сам? Ну там, прошлая любовь, незабытые чувства, — кончики его губ слегка приподнялись.

— Я бы, может, тебе поверила, скажи ты мне это лет семь назад, — ровным тоном проговорила я, вертя в руках блокиратор. — Но не спустя столько лет после того, как ты растоптал мои чувства, бросил, и за эти годы даже не попытался связаться, хотя неоднократно был в столице. Так что тебе плевать на меня, и было плевать все эти годы.

На лице бывшего отразилась досада. Он потёр затылок, вздохнул и вернулся, снова сев на край кровати.

— Давай кое-что проясним, — сказал он и проникновенно посмотрел мне в глаза. — Я не хочу говорить о том, что тогда случилось, потому что это связано не с тобой. И всё намного сложнее, чем ты думаешь. Точнее, с тобой это тоже связано, ведь мне пришлось просто исчезнуть из твоей жизни, но на это были причины. А все мои попытки придумать достойное объяснение, обтекая реальные причины, тебя не устроят. Да, я очень сожалею, что так вышло, я желал, чтобы ты сбежала со мной, но ты не хотела. А почему так и не встретился с тобой за эти годы... Считай, мне не хватило духу смотреть тебе в глаза. Да и для тебя это было бы уже опасно.

— Опасно? — я выгнула бровь. — Это чем же, прости? Или ты тоже чернокнижник?

Кайл усмехнулся, но в его взгляде явственно читалась печаль.

— Нет, значительно хуже.

Я непонимающе на него уставилась, но он молчал.

— Ясно, снова тайны. Тогда просто буду продолжать считать, что ты мудак.

Ну, точнее, сейчас я так считала вдвойне, потому что вот это «всё намного сложнее, ты не понимаешь, но я тебе не скажу» меня здорово бесило даже после извинений.

Я опустила глаза на камень-блокиратор, перевернула его и вгляделась в символ, который был незаметно накарябан сзади, и мгновенно застыла, а потом подняла ошарашенные глаза на Кайла, который как раз собрался встать. Но мой взгляд его явно встревожил и пригвоздил к кровати.

— Что такое? — с опаской спросил он.

Я несколько раз просто открыла и закрыла рот, а потом потрясла артефактом, пытаясь сглотнуть комок в горле.

— На нём высечена демонская руна.