Читать книгу: «Милость императора»

Пролог

Императорский двор сиял золотом и холодным светом магических сфер. Музыка текла под сводами тронного зала мягко и торжественно. Серебро бокалов, драгоценные камни, тёмные мундиры офицеров, шорох дорогих тканей — всё сливалось в единое дыхание империи Арвеллар.

Элейна Вэларис стояла рядом с отцом, стараясь сохранять безупречную осанку. Первый зимний приём при дворе. Она чувствовала на себе взгляды придворных и изо всех сил пыталась не выдать волнения. Для дочери рода Вэларис подобные вечера были не развлечением, а частью долга. Её с детства учили: имя семьи принадлежит не тебе одной.

— Не сжимай плечи, — едва слышно произнёс отец.

Элейна тут же выпрямилась и с нежностью посмотрела на отца. Он выглядел, как всегда, спокойно. Высокий, седовласый, с той самой тяжёлой военной выправкой, которую невозможно сыграть. Человек, однажды закрывший императора собой на поле боя. Человек, которого сам император публично назвал братом.

Музыка внезапно стихла. По залу словно прошла невидимая волна. Разговоры оборвались. Придворные склонили головы.

Император Вэриан Ардейр поднялся с трона. Даже спустя десятилетия власти он не производил впечатления старика. Скорее человека, привыкшего, что его слово способно менять судьбы государств.

— Сегодня, — произнёс он спокойно, — я хочу объявить решение, важное для будущего Арвеллара.

Тишина стала плотной. Элейна опустила взгляд, как требовал этикет, но сердце всё равно забилось быстрее.

— Дом Вэларис столетиями служил короне верой и мечом, — продолжил император. — Преданность подобного рода заслуживает не только уважения, но и доверия.

Отец рядом с ней почтительно склонил голову. Только сейчас Элейна поняла, что дрожат её собственные пальцы.

— Род Астерваль многие годы служит империи силой магии и разума, — произнёс Вэриан. — И я считаю, что союз этих домов укрепит будущее Арвеллара.

По залу пробежал едва уловимый шёпот. Из толпы вышел высокий мужчина в тёмной мантии с золотой вышивкой. Элейна прежде видела его лишь издалека.

Старший сын министра магии. Талантливый преподаватель, будущий глава академии. Человек, о котором слишком часто говорили при дворе. Он двигался спокойно и точно, будто каждый жест был выверен заранее.

Тёмные волосы были перехвачены в низкий хвост. Глубокие зелёные глаза оставались совершенно невозмутимыми. Он был красив той холодной, опасной красотой, от которой у придворных дам становился тише голос. Он остановился у ступеней трона и склонил голову. Безупречно спокойный. Безупречно собранный.

— Для дома Астерваль этот союз станет знаком высочайшего доверия короны, — произнёс император. — Леди Элейна Вэларис станет вашей супругой, лорд Астерваль.

Мир качнулся. На миг Сайрану показалось, что он ослышался.

А потом зал ожил. Шёпот. Вздохи. Чьи-то восхищённые взгляды. Чьи-то завистливые.

Элейна почти не слышала этого. Император выбрал её. Нет… не просто её. Он доверил ей будущее союза двух великих домов. Элейна медленно опустилась в реверансе.

— Благодарю за оказанную честь, ваше величество.

Собственный голос прозвучал непривычно тихо.

— Лорд Астерваль? — в голосе императора прозвучали нотки нетерпения.

Сайран поднял на неё взгляд. Всего на мгновение. И почему-то именно в этот миг по спине Элейны прошёл холод. Не злость. Не растерянность. Что-то другое. Слишком быстро спрятанное за идеальным спокойствием.

— Для меня это великая честь, ваше величество, — ровно произнёс он, склонившись перед императором.

И только пальцы, сжатые за спиной чуть сильнее положенного, выдавали цену этих слов.

Император удовлетворённо кивнул. Музыка заиграла снова. Придворные начали поздравлять её отца. Кто-то уже говорил о великом будущем союза Вэларис и Астерваль.

А Элейна всё ещё не могла избавиться от странного ощущения под рёбрами. Пока случайно не заметила женщину у дальней колонны. Тёмно-синее платье. Пальцы, до боли стиснувшие веер. И взгляд, направленный только на Сайрана.

«Так смотрят люди, у которых только что отняли целую жизнь», — мелькнуло в голове у будущей леди Астерваль.

Глава 1

Утро в поместье Астерваль всегда начиналось одинаково тихо. Свет медленно скользил по высоким окнам спальни, ложился на серебряные узоры ковра, на тёмное дерево мебели, на раскрытую шкатулку с украшениями. Где-то за дверью едва слышно переговаривались слуги. В камине ещё тлели угли после ночи.

Элейна уже второй раз перебирала содержимое шкатулки. Аккуратно. Методично. Серьги с сапфирами. Тонкий серебряный браслет. Жемчужная нить. Кольцо с гербом Вэларис. Заколки не было.

Она нахмурилась и открыла верхний ящик трюмо. Потом ещё один. Пальцы начинали дрожать. Нет… нет, это невозможно. Элейна точно помнила, как вчера вечером держала заколку в руках. Провела пальцем по светлому камню в центре. Даже улыбнулась тогда, вспомнив отца.

"Для моей маленькой звезды. Чтобы ты помнила — где бы ни оказалась, ты всегда Вэларис."

Она сама положила подарок обратно в шкатулку. Точно положила. Элейна быстро проверила всё ещё раз. Потом опустилась на колени возле кровати и заглянула под неё, чувствуя, как внутри медленно нарастает паника.

"Не могла же я… Нет. Я бы не забыла."

Дверь спальни тихо открылась.

— Элейна?

Она вздрогнула и подняла голову. Сайран стоял у входа в безупречно тёмной одежде, будто уже давно успел привести мысли и мир вокруг себя в порядок. Увидев её у кровати, он чуть нахмурился.

— Ты снова что-то потеряла?

Элейна резко выпрямилась.

— Я не могу найти заколку.

Он сразу подошёл ближе.

— Какую?

— Ту, что отец подарил мне в день свадьбы.

На мгновение ей показалось, что в зелёных глазах что-то дрогнуло. Но Сайран тут же опустился рядом, осторожно коснулся её плеча и притянул к себе.

— Тише, — мягко произнёс он, проводя ладонью по её волосам. — Она найдётся.

От его голоса становилось спокойнее. Почти стыдно за собственную растерянность.

— Она была здесь, — тихо сказала Элейна, прижимаясь лбом к его плечу. — Вчера вечером я держала её в руках.

Сайран слегка отстранился и перевёл взгляд на раскрытую шкатулку. Потом спокойно открыл верхний ящик трюмо. Следующий. Чуть нахмурился, будто пытался вспомнить что-то вместе с ней.

И только после этого негромко произнёс:

— Элейна… но эта заколка кажется, осталась в доме Вэларис.

Она замерла.

— Нет.

Он посмотрел на неё удивлённо и почти ласково.

— Я вспомнил – ты сама решила не брать её в дорогу. Сказала, что боишься потерять подарок отца.

Элейна медленно высвободилась из его объятий.

— Но я видела её вчера.

— Думаю, ты перепутала её с другой, — мягко ответил Сайран. — Этой заколки никогда не было в поместье Астерваль.

В комнате стало слишком тихо. Элейна смотрела ему в глаза и вдруг с пугающей ясностью поняла, что совершенно не знает, чему верить.

Потому что она помнила. Помнила холод металла в ладони. Светлый камень. И собственную улыбку.

Но Сайран не выглядел человеком, который лжёт. Он был так заботлив и нежен с ней. И от этого становилось страшнее всего.

Сайран ещё несколько секунд смотрел на неё, словно пытаясь понять, насколько сильно её расстроила пропажа заколки.

А потом едва заметно улыбнулся и коснулся пальцами её щеки.

— Ты слишком много времени проводишь в этих комнатах, Элейна. — Голос был мягким. Почти тёплым. — После завтрака я всё же попрошу лекаря приготовить тебе настой от тревоги.

Она хотела возразить, но усталость вдруг действительно навалилась слишком резко.

“Может, он прав?” — мысль появилась внезапно, и от неё было уже не избавиться.

Сайран помог ей подняться с пола.

— Сегодня хороший день. Позавтракаем в саду.

Сад Астерваль был тихим даже по меркам аристократических поместий. Белый камень дорожек, идеально подстриженные кусты, серебристые кроны деревьев и журчание воды где-то неподалёку создавали ощущение почти нереального спокойствия.

Элейна сидела за небольшим столом, рассеянно помешивая чай. Мысли всё ещё возвращались к заколке. Она помнила её. Помнила.

Служанка поставила перед ней тарелку с лёгким десертом и почтительно склонила голову.

Элейна замерла. На поверхности сливочного крема лежали тонкие дольки айрена. С детства ненавидела этот фрукт, за странное послевкусие и горчинку. Даже запах вызывал тошноту. Она медленно подняла взгляд.

— Что здесь делает это? — Элейна показала пальцем на айрен.

Служанка растерянно моргнула.

— Простите, леди?

— Я не ем айрен.

Девушка явно смутилась.

— Но… вы сами приказали вчера добавить его ко всем десертам.

Элейна почувствовала, как холодеют пальцы.

— Что?

— Вы сказали, что этот вкус напоминает вам о доме, — совсем тихо произнесла служанка.

Тишина сада вдруг стала тяжёлой. Элейна медленно перевела взгляд на Сайрана. Он спокойно пил чай. А потом, заметив её взгляд, чуть нахмурился с искренним беспокойством.

— Элейна?

Служанка побледнела.

— Простите, леди… я была уверена…

— Немедленно замените десерт, — спокойно произнёс Сайран.

Без раздражения. Без повышения голоса. Но девушка вздрогнула так, будто её ударили.

— Да, милорд.

Она торопливо подхватила тарелку. Пальцы заметно дрожали, и серебряная ложка тихо звякнула о фарфор. Через несколько секунд служанка уже скрылась за живой изгородью.

Элейна всё ещё смотрела ей вслед. В груди медленно разрасталось неприятное, липкое чувство.

— Мне жаль, — негромко сказал Сайран.

Она перевела взгляд на мужа. Он осторожно накрыл её ладонь своей. Тёплая рука. Спокойный голос. Безупречно мягкий взгляд.

— Я прослежу, чтобы этот фрукт больше никогда не появлялся на нашей кухне.

Элейна слабо улыбнулась.

— Спасибо.

И в этот момент ей действительно стало легче. Потому что рядом был человек, готовый о ней позаботиться. Вот только где-то глубоко внутри продолжала царапать мысль: она никогда не просила добавлять айрен в десерты.

Сайран медленно провёл большим пальцем по её ладони, словно успокаивая ребёнка после дурного сна.

— Я всё чаще думаю, что тебе слишком одиноко здесь.

Элейна удивлённо подняла взгляд.

Он чуть улыбнулся.

— Поместье Астерваль огромно. А меня почти постоянно нет дома.

Она хотела возразить, но не успела.

— Поэтому я принял небольшое решение, — спокойно продолжил Сайран. — Нашёл для тебя компаньонку.

Элейна моргнула.

— Компаньонку?

— Девушку из хорошего рода. Она училась при академии. Тихая, воспитанная… Думаю, вы поладите.

Он говорил так естественно, будто речь шла о сущей мелочи.

— И тебе не придётся проводить дни в одиночестве, пока я занят работой.

Сайран чуть склонил голову, внимательно наблюдая за её реакцией.

А потом добавил с лёгкой улыбкой:

— К тому же кто-то должен присматривать за твоими сбегающими вещами.

Элейна невольно улыбнулась в ответ и с нежностью посмотрела на мужа.

Новый десерт служанка принесла почти сразу.

На этот раз без айрена.

Тонкие медовые пирожные с кремом и ягодами выглядели безупречно, но одного взгляда на них оказалось достаточно, чтобы к горлу снова подступила тошнота.

— Леди? — осторожно позвала служанка.

Элейна медленно покачала головой.

— Уберите.

Сайран чуть нахмурился.

— Ты почти ничего не ешь последние дни.

— Просто нет аппетита.

Он ничего не ответил, но взгляд стал внимательнее.

Пожилой лекарь прибыл ближе к полудню.

Элейна знала его ещё по двору Ардейров. Спокойный человек с мягким голосом и привычкой долго растирать пальцами седую бороду перед тем, как что-то сказать.

Осмотр длился недолго. Слишком недолго для чего-то действительно важного. Лекарь проверил пульс, попросил использовать простейшую магическую формулу, задал несколько вопросов о сне и самочувствии.

Элейна отвечала спокойно. Почти механически. Сайран всё это время стоял у окна.

— Леди слишком много времени проводит в одиночестве, — наконец произнёс лекарь, убирая кристалл диагностики обратно в футляр. — Для молодых женщин это нередко становится причиной тревожности и рассеянности.

Элейна едва заметно напряглась.

— Думаю, милорду стоит уделять супруге больше внимания, — с добродушной улыбкой добавил он.

Сайран тихо усмехнулся.

— Боюсь, академия отнимает у меня слишком много времени.

— Тогда хотя бы прогулки, свежий воздух, общество. И поменьше тяжёлых мыслей.

Лекарь быстро вывел что-то на тонкой пластине рецепта.

— Я пришлю настойку от хандры и нарушений сна. Ничего серьёзного, леди Вэларис, — лекарь осёкся, но тут же исправился. — Ох, простите старика, леди Астерваль, просто нужно больше отдыхать.

Просто. Это слово почему-то задело сильнее всего. Потому что внутри Элейны всё ещё жила странная, тихая уверенность: что-то было не так.

Глава 2

Элейна резко открыла глаза. Несколько мгновений она просто смотрела в потолок, пытаясь понять, почему сердце колотится так сильно.

Перед глазами ещё стояли отблески пламени. Огонь. Дым. Треск горящих балок. Она помнила всё слишком отчётливо. Помнила, как бежала по коридору восточного крыла. Как жар обжигал лицо. Как рухнула часть потолка. Как она подняла защитный щит над слугами и направила потоки воды из дворцового резервуара на огонь. Она спасала людей. Спасала дом.

Элейна резко села на постели. И только теперь заметила сидящего рядом Сайрана. Он выглядел так, словно не спал всю ночь. Тёмные круги под глазами. Напряжённые плечи. Усталый взгляд. В руках он держал серебряную цепочку. На ней покачивался небольшой чёрный камень.

Элейна побледнела.

— Нет.

Сайран молча протянул амулет.

— Нет!

Она оттолкнула его руку так резко, что цепочка звякнула о край кровати.

— Я никогда не надену эту вещь!

Боль мелькнула в глазах мужчины. Или ей показалось. Сайран медленно опустил руку.

— Элейна...

— Что произошло?

Он долго смотрел на неё. Словно подбирал слова.

— Ты едва не уничтожила восточное крыло поместья.

Комната вдруг стала холодной.

— Что?

— Ты едва не сожгла наш дом.

Элейна замерла.

— Неправда. Я тушила пожар.

— Нет.

Она моргнула.

— Что значит нет?

— Ты его устроила.

Элейна уставилась на мужа. Несколько секунд она просто не могла осмыслить услышанное.

— Сайран...

— Я не обвиняю тебя.

— Ты сейчас именно это и делаешь.

Он устало прикрыл глаза.

— Ты не помнишь.

— Я прекрасно помню! Там был пожар!

— Был.

— Тогда о чём мы вообще спорим?

— О том, кто его начал.

Страх медленно поднимался где-то внутри. Не тот страх, который приходит перед опасностью. Другой. Холодный. Непонятный.

— Этого не может быть, — тихо произнесла она. — Меня с детства учили контролировать силу.

— Я знаю.

— Тогда как ты можешь говорить такое?

Сайран тяжело вздохнул. Потом повернулся к двери.

— Лина, войди.

Дверь открылась. В комнату вошла молодая служанка. Увидев её, Элейна почувствовала, как кровь отливает от лица. Правая рука девушки была забинтована от запястья до локтя. На щеке краснел свежий ожог. Служанка остановилась у двери. Потом опустилась на колени.

— Леди...

Голос дрожал.

— Что случилось? — прошептала Элейна.

Девушка подняла на неё заплаканные глаза.

— Мы убирали зимний сад...

— Какой сад?

— Южную оранжерею, леди.

Элейна нахмурилась. “Южную?” Она же была в восточном крыле.

— Потом появилась крыса.

— Крыса?

— Да, леди.

Служанка всхлипнула.

— Вы ужасно закричали. А потом...

Девушка задрожала.

— Побежали за ней до восточного крыла, а потом… Появился огонь.

Элейна почувствовала, как мир начинает медленно уходить из-под ног.

— Нет.

— Вы бросили огненный шар.

— Нет.

— А потом ещё один.

— Нет!

Служанка вздрогнула.

— Простите, леди...

— Нет...

Элейна перевела взгляд на мужа. Тот молчал. Не спорил. Не давил. Просто смотрел. И от этого становилось только хуже.

— Это неправда.

— Хотел бы я, чтобы это было неправдой.

— Я тушила пожар.

— Ты потеряла сознание ещё до того, как он начался.

— Нет... Я не теряла сознание. Я помню...

Служанка вдруг опустила голову ещё ниже.

— Пожалуйста, госпожа… — её голос сорвался. — Не убивайте нас...

В комнате повисла тишина. Элейна смотрела на девушку. На перевязанную руку. На ожог. На дрожащие плечи.

И впервые за всё время почувствовала настоящий ужас. Потому что служанка не выглядела лгуньей. Она выглядела напуганной. По-настоящему.

Сайран осторожно поднялся. Снова взял цепочку.

— Только временно.

Элейна не ответила. Она продолжала смотреть на служанку.

“Если всё это правда… Нет. Это невозможно. Но если это неправда… Тогда почему все говорят одно и то же?”

Серебряная цепочка коснулась её шеи. На этот раз она не сопротивлялась. Холодный камень лёг на кожу. И впервые в жизни Элейна Вэларис почувствовала себя полностью беспомощной.

День прошёл как в тумане. Она раз за разом прокручивала в голове произошедшее. Но то, что помнила она, не сходилось с тем что говорили вокруг. И этот амулет… Он словно выжигал холодом её магию. Не подавлял, а именно выжигал, и от этого становилось ещё страшнее.

Поздно вечером она сидела у окна своей комнаты. Лунный свет серебрил лист бумаги. Амулет висел на шее, обжигая холодом и давящей пустотой. Она машинально коснулась его пальцами.

Что-то было неправильно. Очень неправильно. Она не боялась крыс. Никогда. В детстве она с отцом часто ночевала в военных лагерях среди солдат. А там этих созданий всегда хватало. Она даже почти приручила одну, принося ей кусочки мяса. В тринадцать лет она впервые вышла против боевого умертвия на учебном полигоне, одевшись как мальчишка в форму старшего курса. Ох и попало же тогда от отца. В пятнадцать сбежала из лагеря, чтобы участвовать в приграничных учениях. И сейчас они все говорят, что она, дочь дома Вэларис испугалась крысы?

Элейна взяла перо. Долго смотрела на чистый лист. Потом начала писать.

"Дорогой отец.

Мне стыдно признавать это, но я потеряла заколку, которую ты подарил мне на свадьбу. Я искала её несколько дней и так и не смогла найти. Наверное, ты будешь разочарован. Возможно, спеша в сборах, я забыла её дома. Если это так, пришли её мне.

Элейна"

Письмо получилось коротким. Слишком коротким. Элейна перечитала его. Запечатала. И долго смотрела на сургучную печать рода Вэларис. Она сама не могла объяснить, почему пишет именно это. Но почему-то была уверена: отец поймёт.

Лорд Вэларис прочитал письмо дважды. Потом отложил лист на стол. И долго молчал. Слуга терпеливо ждал распоряжений.

— Милорд?

Старый воин поднял взгляд.

— Когда моя дочь в последний раз интересовалась украшениями?

Камердинер растерянно моргнул.

— Простите?

— Ответь.

— Никогда, милорд.

— Именно.

Лорд Вэларис снова посмотрел на письмо.

— Где сейчас находится свадебная заколка моей дочери?

Камердинер удивлённо моргнул.

— У леди Вэларис, милорд.

В кабинете повисла тишина. Лорд Вэларис вновь посмотрел на письмо.

«Возможно, в спешке перед отъездом я забыла её дома».

Нет. Не забыла. Он лично передал эту заколку Элейне в день свадьбы. И она прекрасно это знала. Как знала и то, что увезла её с собой. Сердце неприятно сжалось. Из всех причин написать отцу спустя месяц после свадьбы она выбрала именно эту. Ложь, которую он сразу заметит.

— Милорд? — осторожно позвал камердинер.

Лорд Вэларис медленно сложил письмо.

— Закажи у ювелира точную копию свадебной заколки.

— Немедленно, милорд.

— Как только заказ будет готов, подготовь экипаж.

Камердинер поднял голову.

— Вы собираетесь в столицу?

— Нет, — старый воин аккуратно убрал письмо во внутренний карман камзола. — Я собираюсь навестить свою дочь.

Глава 3

Утро выдалось на удивление спокойным. Небольшая семейная столовая нравилась Элейне куда больше парадной. Здесь не было длинных столов, рассчитанных на десятки гостей, тяжёлых люстр и бесконечной череды слуг. Только большое окно с видом на сад, светлые стены и запах свежей выпечки.

Сайран уже заканчивал завтрак, просматривая какие-то бумаги. Элейна рассеянно размешивала чай. Мысли снова и снова возвращались к письму, которое ещё накануне вечером отправилось в поместье Вэларис.

В дверь негромко постучали.

— Войдите, — произнёс Сайран, не поднимая головы.

На пороге появилась служанка.

— Милорд, прибыла леди Марен.

Сайран отложил бумаги.

— Проводите её сюда. И принесите дополнительные приборы.

— Да, милорд.

Через несколько минут дверь вновь открылась.

В столовую вошла молодая женщина. Первое, что отметила Элейна, она совершенно не походила на придворных дам, которых ей доводилось встречать во дворце.

Платье было сшито из дорогой тёмно-синей ткани, но без вычурной вышивки, драгоценных камней и любого намёка на желание привлечь к себе внимание. Аккуратный крой подчёркивал фигуру, оставаясь скорее практичным, чем нарядным. Даже фасон казался немного старомодным.

Светлые волосы были собраны в простой узел на затылке. В руках девушка держала небольшой блокнот в переплёте из тёмной кожи. Хорошей кожи. Элейна невольно отметила эту деталь. Такие вещи редко покупают случайно.

Леди Марен остановилась возле стола и сделала безупречный реверанс.

— Лорд Астерваль. Леди Астерваль.

— Рад, что вы добрались без происшествий, леди Марен, — спокойно произнёс Сайран. — Прошу, присаживайтесь.

Ледия поблагодарила и заняла предложенное место.

На мгновение за столом воцарилась неловкая тишина.

— Я рада наконец познакомиться с вами лично, — первой заговорила Элейна.

Ледия подняла взгляд.

— Для меня это честь, миледи.

Элейна улыбнулась.

— Надеюсь, теперь мне будет не так одиноко в этом огромном доме.

На лице девушки появилась искренняя, немного смущённая улыбка.

— В таком случае надеюсь, я оправдаю ваши ожидания.

Сайран перевёл взгляд с одной женщины на другую и едва заметно улыбнулся.

— Вот и замечательно. Мне кажется, вы прекрасно поладите. Прошу меня простить, леди, дела.

Он поднялся и слегка поклонился.

— Не скучайте.

Когда за ним закрылась дверь, в столовой на несколько секунд воцарилось молчание.

Первой его нарушила Ледия.

— Признаться, миледи, я ожидала увидеть вас совсем другой.

Элейна вопросительно приподняла бровь.

— Правда?

— Да. При дворе о дочери дома Вэларис рассказывают такие истории, что я готовилась встретить едва ли не грозу в человеческом обличье.

Несколько мгновений Элейна смотрела на неё, а потом неожиданно рассмеялась. Впервые за последние дни совершенно искренне.

— Боюсь, вы будете разочарованы.

— Напротив, — улыбнулась Ледия. — Пока что я приятно удивлена.

Прошла неделя. На первый взгляд жизнь в поместье постепенно возвращалась в привычное русло. О пожаре больше не вспоминали. Амулет по-прежнему висел на шее Элейны, но никто больше не заговаривал о её магии. Сайран вновь большую часть дня проводил за работой, возвращаясь лишь к ужину, а Ледия оказалась приятной собеседницей и неожиданно быстро вписалась в жизнь дома.

Наверное, именно поэтому Элейна всё чаще ловила себя на мысли, что начинает ей доверять. Во многом благодаря Ледии исчезли и постоянные поиски потерянных вещей. Книга, которую Элейна почти полчаса искала по всему дому, обнаружилась на подоконнике библиотеки. Лента для волос нашлась в беседке у озера, а письмо от портнихи оказалось между страницами исторического трактата.

Каждый раз Ледия лишь мягко улыбалась.

— Не переживайте, миледи. С каждым бывает.

И каждый раз пропажа действительно находилась. Это должно было успокаивать. Но почему-то не успокаивало. Слишком часто Элейна переставала помнить, куда положила ту или иную вещь. Слишком часто ей приходилось полагаться на память Ледии.

Именно поэтому она почти без сопротивления согласилась последовать её совету и начать вести дневник.

Небольшой блокнот в кожаном переплёте быстро занял своё место на прикроватном столике. Каждый вечер перед сном Элейна записывала события прошедшего дня: встречи, письма, разговоры, прочитанные книги. Ничего особенного. Всего лишь способ навести порядок в собственных мыслях.

Первые несколько дней всё шло хорошо. Потом появились странности.

Однажды утром Элейна открыла дневник и нахмурилась. На последней странице красовалась новая запись — та, которой накануне не было.

«После обеда снова болела голова. Ледия права. Мне нужно больше отдыхать.»

Она долго смотрела на строчки. Почерк был её. Чернила — те самые, которыми она всегда пользовалась. И всё же Элейна совершенно не помнила, чтобы писала эти слова. Она перечитала запись ещё раз. Потом ещё. Потом закрыла блокнот. Наверное, просто устала. Или действительно забыла.

На следующий день её ждала новая запись.

«Сегодня снова оставила книгу в зимнем саду.»

Элейна поднялась из кресла и почти бегом направилась в сад. Книга действительно лежала там — на небольшом столике у окна, спокойная и равнодушная к тому, что творила с хозяйкой. Вот только накануне вечером Элейна читала её в собственной спальне. Она была в этом уверена.

Именно тогда тревога впервые шевельнулась внутри по-настоящему. Однако худшее ждало впереди. Ещё через два дня, открыв дневник перед сном, она замерла. Всю страницу занимала одна-единственная строчка.

«Не стоит спорить с Сайраном. Он желает мне добра.»

Несколько секунд Элейна молча смотрела на эти слова. Потом медленно опустилась на край кровати.

“Нет.”

Этого она не писала. И дело было даже не в памяти. Она просто никогда — ни разу, ни на мгновение — не думала ничего подобного. Дрожащими пальцами Элейна закрыла блокнот.

На следующий день она показала запись Ледии. Та внимательно прочитала страницу, перелистнула несколько предыдущих, нахмурилась. Потом просмотрела ещё раз, словно надеялась найти что-то, что первый раз ускользнуло от взгляда.

— Ну? — не выдержала Элейна.

Ледия подняла голову.

— Почерк ваш.

— Я знаю.

— Чернила те же.

— Я знаю.

— Тогда...

Она замолчала.

— Что тогда?

Ледия тихо вздохнула.

— Возможно, вы действительно сделали эту запись. И забыли.

Слова прозвучали мягко — без осуждения, без страха. Именно поэтому они ранили сильнее всего. Элейна отвернулась к окну. Она так надеялась услышать совсем другое. Надеялась, что хотя бы один человек подтвердит её сомнения. Но Ледия, как и все остальные, лишь нашла очередное разумное объяснение.

Той вечером Элейна долго сидела одна в своей комнате. Перед ней лежал раскрытый дневник. Строчка никуда не исчезла.

«Не стоит спорить с Сайраном. Он желает мне добра.»

Она медленно провела пальцами по буквам. Почерк действительно принадлежал ей — в этом не оставалось никаких сомнений. Именно это пугало сильнее всего.

Когда за окном начали сгущаться сумерки, со стороны ворот донёсся стук подъезжающего экипажа. Элейна вздрогнула.

Через несколько минут в дверь осторожно постучали.

— Войдите.

На пороге появилась служанка — и по её лицу сразу было видно, что произошло что-то важное.

— Миледи...

— Что случилось?

Девушка улыбнулась.

— Лорд Вэларис прибыл в поместье.

На мгновение Элейна замерла. А потом — впервые за всю неделю — по-настоящему улыбнулась.

Глава 4

Когда дверь гостиной открылась, Элейна поднялась с кресла так стремительно, что едва не уронила книгу.

— Отец!

Лорд Вэларис едва успел раскрыть объятия. В следующее мгновение дочь уже обнимала его за шею.

— Ну-ну, малышка, — с улыбкой произнёс он. — Я тоже рад тебя видеть.

Лишь оказавшись рядом, Элейна поняла, насколько сильно скучала. По его голосу, запаху дорожного плаща, по ощущению, что рядом находится человек, которому можно доверять без оглядки.

— Вы совсем меня забыли, отец, — попыталась пошутить она.

— Неправда. Дома без тебя стало слишком тихо.

Он перевёл взгляд на сидевшую у окна Ледию. Девушка поднялась и сделала реверанс.

— Лорд Вэларис.

— Это Ледия Марен, моя компаньонка, — представила её Элейна.

Вэларис удивился. Молодой незамужней девушке компаньонка обычно не полагалась. Однако виду он не подал.

— Леди Марен.

После короткого приветствия Элейна проводила отца к дивану. Сев рядом, она так и не выпустила его руки из своих дрожащих пальцев.

— Как поживает Звёздочка?

Улыбка Вэлариса стала шире.

— Ты не поверишь. Две недели назад она родила жеребёнка.

— Правда?

— И самое забавное, что упрямством он пошёл в мать.

— А внешностью?

— На лбу такая же белая звезда.

Элейна невольно рассмеялась.

— Значит, теперь их две.

— Боюсь, конюхи уже готовы сбежать от обеих.

Лорд Вэларис рассказывал спокойно и неторопливо: о старой горничной Мире, которая наконец вышла замуж за сына мельника, о том, что мать закончила вышивать гобелен для большой гостиной, о соседях, деревне и людях, которых Элейна знала с детства.

Ледия сидела у окна с вышивкой. Казалось, её полностью занимали разноцветные нити, но время от времени Вэларис замечал, как девушка едва заметно поднимает голову, внимательно прислушиваясь к разговору.

Поэтому он продолжал говорить только о доме, который дочь покинула всего месяц назад. Впрочем, рассказы о знакомых местах были лишь поводом. Всё это время он внимательно наблюдал за Элейной: за её улыбкой, усталым взглядом, за тем, как пальцы то и дело касаются чёрного камня на цепочке.

Присмотревшись к украшению, Вэларис едва заметно нахмурился. Камень он узнал сразу и прекрасно знал, что стоурит используют для создания амулетов, полностью блокирующих магию владельца. Первым желанием было немедленно сорвать его с шеи дочери и потребовать объяснений. Однако годы службы научили старого воина не выдавать своих чувств раньше времени, поэтому на его лице не дрогнул ни один мускул.

С каждой минутой его уверенность лишь крепла. Письмо не было ошибкой. Его дочь действительно просила о помощи.

Тишину гостиной нарушил негромкий стук в дверь.

— Войдите, — отозвалась Элейна.

Через мгновение на пороге появился Сайран.

— Прошу прощения, что прерываю вашу беседу.

Он подошёл к гостям и слегка поклонился.

— Лорд Вэларис.

— Лорд Астерваль.

На лице Сайрана, как всегда, не было ни тени раздражения. Перед ними стоял безупречно вежливый хозяин дома.

— Надеюсь, дорога не слишком утомила вас?

— Благодарю. Всё прошло спокойно.

— Рад это слышать.

Несколько секунд они обменивались обычными любезностями, после чего Вэларис неожиданно хлопнул себя ладонью по колену.

— Совсем забыл. Старею.

Он сунул руку во внутренний карман дорожного камзола и достал небольшую деревянную шкатулку.

— Именно из-за этого я и приехал.

Протянув её дочери, он добавил:

— Ты ведь просила поискать её дома.

Элейна открыла крышку. Внутри лежала знакомая заколка с прозрачным камнем в центре. Вот только узор едва заметно изменился. Там, где прежде его не было, появились несколько дополнительных завитков.

На мгновение у неё перехватило дыхание. «Отец понял письмо. Понял всё.»

Она осторожно подняла взгляд. Вэларис смотрел вовсе не на неё. Всё его внимание было приковано к Сайрану. И старый воин увидел именно то, что искал.

Всего на краткий миг взгляд хозяина поместья задержался на заколке дольше обычного. Чуть напряглись плечи, в глазах промелькнуло лёгкое удивление, но уже в следующее мгновение оно исчезло, уступив место привычной спокойной улыбке. Этого оказалось достаточно.

— Благодарю, отец, — тихо произнесла Элейна.

— Пустяки.

Повисшую тишину первым нарушил Сайран.

— Рад, что потеря нашлась.

Идеальный ответ. Даже слишком идеальный. Вэларис мысленно отметил это и спокойно улыбнулся.

— Раз уж я всё равно приехал, хочу воспользоваться случаем.

— Чем именно? — поинтересовался Сайран.

— Украсть у вас дочь на несколько часов.

Элейна удивлённо посмотрела на отца.

— Отец?

— Мы давно не гуляли вместе. Хочу пройтись по городу. Давно здесь не был. Да и заколку стоит выгулять.

На этот раз улыбнулась уже она. Сайран негромко рассмеялся.

— Боюсь, у меня нет причин возражать. Как я могу помешать отцу провести время с дочерью?

Он перевёл взгляд на Ледию.

— Возможно, леди Марен составит вам компанию.

Вэларис покачал головой прежде, чем успела ответить Элейна.

— Боюсь, это будет неудобно.

Сайран вопросительно поднял бровь.

— Я приехал в обычной дорожной карете. Места там немного. К тому же сразу после прогулки собираюсь отправиться домой. Дел накопилось слишком много.

Несколько секунд Сайран внимательно смотрел на него, затем понимающе кивнул.

— Разумеется.

Он поднялся.

— В таком случае не стану мешать вашим планам. Однако прежде чем вы уедете, могу ли я попросить несколько минут для личного разговора?

Лорд Вэларис спокойно выдержал его взгляд.

— Конечно.

Он даже не сомневался, что эта просьба прозвучит.

Кабинет лорда Астерваль оказался именно таким, каким и представлял его Вэларис. Строгим, лишённым показной роскоши. Массивный письменный стол, шкафы, доверху заполненные книгами и документами, большой камин, в котором негромко потрескивали поленья, создавали ощущение порядка, к которому хозяин привык во всём.

Сайран закрыл дверь и жестом предложил гостю присесть.

— Прошу.

Лорд Вэларис опустился в кресло. Сам хозяин кабинета садиться не стал. Некоторое время он молча ходил вдоль камина, словно подбирая слова.

Вэларис не торопил его.

Наконец Сайран остановился. Несколько мгновений он смотрел на огонь, затем тяжело вздохнул.

— Если честно, я не знаю, как начать этот разговор.

Лорд Вэларис слегка кивнул, давая понять, что внимательно слушает.

— С Элейной происходит что-то странное.

Лицо старого воина осталось совершенно спокойным.

— Сначала это казалось обычной рассеянностью, — продолжил Сайран. — Она забывала, куда положила вещи, не могла вспомнить, что собиралась сделать. Иногда искала предметы, которые сама же переставляла в другое место.

Он замолчал, подошёл к окну и устало выдохнул.

— Затем стало хуже. Элейна начала путаться в самых обычных вещах. Например, могла попросить приготовить одно блюдо, а спустя несколько минут уверять, что никогда этого не говорила.

Вэларис продолжал молчать.

Под его невозмутимым взглядом говорить становилось всё тяжелее.

— Я надеялся, что это просто последствия переезда. Новый дом, новые обязанности... Но потом произошёл пожар.

На этот раз бровь Вэлариса едва заметно приподнялась.

Сайран сразу уловил эту реакцию.

— В замке почти нет крыс, — поспешил пояснить он. — Во всяком случае, никто не пытался намеренно её напугать. Просто одна из них случайно забежала в оранжерею.

Лорд Вэларис по-прежнему молчал.

— Слуги утверждают, что Элейна испугалась крысы и потеряла контроль над магией. Самого начала я не видел, но последствия вы уже можете представить.

Он снова отвернулся к камину. Некоторое время в кабинете слышалось лишь тихое потрескивание поленьев.

— Есть ещё кое-что.

Впервые за весь разговор голос Сайрана едва заметно дрогнул.

— Мы так и не смогли консумировать брак.

Теперь Вэларис посмотрел на него внимательнее.

— Вот как?

— Сначала у Элейны начались женские дни после дороги. Потом появились эти странности. А после пожара... — Он покачал головой. — Я боялся, что, если начну настаивать, ей станет только хуже.

В кабинете вновь воцарилась тишина.

— Тогда почему вы не вернули её домой? — наконец спросил Вэларис.

Сайран поднял голову.

На этот раз ответ прозвучал сразу, без малейшего колебания.

— Потому что люблю её.

Лорд Вэларис внимательно посмотрел на зятя.

— Любите?

— Да.

Сайран выдержал его взгляд.

— Именно поэтому я не могу сейчас оставить её. Не могу опозорить ни дом Астерваль, ни дом Вэларис. Тем более наш союз был благословлён самим императором.

Несколько секунд Вэларис молчал, затем медленно поднялся из кресла.

— За годы службы мне доводилось слышать о подобных расстройствах у молодых леди после свадьбы.

На лице Сайрана промелькнуло удивление.

— Правда?

— Иногда смена дома, новые обязанности и переживания оказываются слишком тяжёлым испытанием, — задумчиво произнёс Вэларис, проводя пальцами по подбородку. — Думаю, я мог бы обратиться к его величеству с просьбой прислать для Элейны одного из придворных лекарей.

Сайран едва заметно вздрогнул.

Совсем немного.

Но этого оказалось достаточно.

— Не стоит беспокоить его величество по столь незначительному поводу, — поспешно ответил он. — Если подобное действительно случается с другими молодыми леди, уверен, мы справимся своими силами.

Лорд Вэларис спокойно кивнул.

— Возможно. Если это всё, я хотел бы провести немного времени с дочерью. Быть может, мне удастся хоть немного её успокоить.

— Да... Конечно, — поспешно согласился Сайран. — Не смею вас задерживать.

Он почтительно открыл дверь перед гостем.

Однако, несмотря на безупречную вежливость хозяина дома, тревога в душе старого воина лишь усилилась. Слишком уж сильно испугала его мысль о появлении императорского лекаря.

Карета тронулась. Некоторое время они ехали молча. За окнами проплывали городские улицы, доносились голоса прохожих, стук копыт и размеренный скрип колёс. Всё выглядело совершенно обычно.

Элейна уже собиралась заговорить, когда отец поднял руку.

На одном из серебряных колец вспыхнул едва заметный голубой огонёк. Затем загорелось второе. Следом третье.

По внутренней стороне кареты пробежали тонкие золотистые линии. Один за другим пробуждались защитные артефакты.

Лорд Вэларис внимательно проверил последний из них и лишь после этого откинулся на спинку сиденья.

Вместе с этим словно исчез и добродушный пожилой лорд, весь день рассказывавший о лошадях, гобеленах и деревенских свадьбах.

Теперь напротив Элейны сидел человек, много лет командовавший армиями империи. Человек, которому доверяли самые опасные государственные тайны.

Он посмотрел дочери прямо в глаза.

— Рассказывай.

Одного этого слова оказалось достаточно. И словно прорвало плотину.

Элейна рассказывала долго. О пропадающих вещах, о книгах, которые всякий раз оказывались не там, где она их оставляла, о письмах и странных провалах в памяти. Потом вспомнила, как однажды за ужином ей подали айрен.

Вэларис удивлённо поднял бровь.

— Айрен?

— Да. И все уверяли, что я сама просила приготовить его.

— Ты его терпеть не можешь.

— Именно.

Она горько усмехнулась.

— А потом начали убеждать, что я просто забыла.

Следом Элейна подробно рассказала о пожаре. О том, как увидела пламя, выводила слуг, удерживала защитный щит над людьми, направляла воду из резервуаров. Рассказала, как появился Сайран, как кто-то подал ей стакан воды и как следующим воспоминанием стала уже собственная спальня.

Лорд Вэларис слушал, не перебивая. Лишь изредка задавал короткие, точные вопросы, которые помогали восстановить картину произошедшего.

Когда разговор дошёл до провалов памяти, его лицо стало ещё серьёзнее.

— Ты уверена, что теряешь время?

— Иногда несколько часов.

— Например?

— Выхожу в сад, сижу с книгой... А потом вдруг оказываюсь в спальне и не помню, как туда попала.

В карете ненадолго повисла тишина.

— Продолжай.

Элейна рассказала о Ледии. О том, что с её появлением стало легче, что компаньонка почти всегда знала, где находятся пропавшие вещи, и именно она посоветовала начать вести дневник.

При этих словах Вэларис впервые нахмурился.

— Дневник?

— Да.

— Покажи.

Элейна сразу достала из сумочки небольшой блокнот и протянула его отцу.

Несколько минут он внимательно перелистывал страницы, после чего неожиданно усмехнулся.

— Ты такая юная, моя Элейна.

— Что?

Вместо ответа Вэларис достал из дорожной сумки перо, открыл дневник на чистой странице и быстро написал:

"Как же я рада, что сегодня приехал папочка."

— Отец...

— Смотри.

Он повернул дневник к дочери. Элейна замерла.

Почерк менялся прямо на глазах. Строгие уверенные буквы, которыми обычно писал отец, постепенно превращались в её собственный мягкий почерк. Следом изменился и цвет чернил. Ещё мгновение назад они были тёмно-синими, а теперь стали фиолетовыми, точно такими же, как во всех остальных записях.

Элейна медленно подняла взгляд.

— Как?..

— Маскировочная чаропись.

— Но...

— Старая техника. Её изучают разведчики, дипломаты и некоторые придворные писари.

Закрыв дневник, Вэларис спокойно добавил:

— Большинство людей даже не подозревает о её существовании.

Несколько секунд Элейна молча смотрела то на него, то на страницу дневника. На запись. На собственный почерк. На собственные чернила. И впервые по-настоящему испугалась.

— Значит...

— Значит, кто-то очень хотел, чтобы ты поверила в собственное безумие.

В карете воцарилась такая тишина, что слышен был лишь мерный перестук колёс.

— Но почему я ничего не заметила?

На этот раз улыбка Вэлариса получилась грустной.

— Потому что на тебе стоурит.

Он коснулся пальцем чёрного камня у неё на груди.

— Если бы не этот амулет, ты обнаружила бы подделку, едва взяв дневник в руки. От неё исходит сильный магический фон, который невозможно не почувствовать.

Элейна ощутила, как по спине пробежал холодок.

— Значит... я не схожу с ума?

— Нет.

Ответ прозвучал спокойно и без малейших колебаний.

— Тогда что происходит?

Вэларис ненадолго задумался, глядя в окно. За стеклом проплывали улицы, прохожие спешили по своим делам, а город жил обычной жизнью, даже не подозревая, какая партия сейчас разыгрывается в одной из его карет.

Наконец он снова посмотрел на дочь.

— Вот это, малышка, нам и предстоит выяснить.

Они ещё некоторое время ехали молча.

Элейна всё смотрела на страницу дневника. На строчку, которую всего несколько минут назад написал её отец. На собственный почерк. На собственные чернила. На неопровержимое доказательство того, что все эти недели кто-то сознательно заставлял её сомневаться в самой себе. Наконец она подняла голову.

— Мы должны рассказать об этом императору.

Лорд Вэларис неожиданно улыбнулся. Не насмешливо, а скорее с лёгкой грустью.

— Ты очень похожа на свою мать.

— При чём тут мама?

— Она тоже всегда считала, что честный разговор способен решить любую проблему.

Элейна нахмурилась.

— Разве я не права?

— Пока нет.

— Но почему?

Вэларис откинулся на спинку сиденья.

— Представь, что мы прямо сейчас отправимся к его величеству.

— Хорошо.

— И расскажем, что лорд Астерваль прячет твои вещи, подделывает записи в дневнике и заставляет тебя сомневаться в собственной памяти.

— Но ведь это правда.

— Да, — спокойно кивнул он. — Только доказать её мы не сможем.

Элейна молчала.

— А Сайран скажет, что молодая жена скучает по дому, тяжело переживает переезд, тоскует по семье и просто ищет повод вернуться. Более того, — Вэларис посмотрел дочери прямо в глаза, — я почти уверен, что половина слуг подтвердит каждое его слово.

Элейна медленно опустила взгляд.

Она понимала.

Именно так всё и произойдёт.

— Тогда что нам делать?

— Выяснить, что задумал этот мальчишка.

В голосе Вэлариса впервые за весь разговор появились жёсткие, почти ледяные нотки.

— Потому что всё это слишком сложно для обычной семейной ссоры. Стоурит, поддельные записи, исчезающие вещи, ложные воспоминания... Нет. Здесь происходит нечто гораздо более серьёзное.

Он задумчиво постучал пальцами по подлокотнику и ненадолго замолчал.

Когда решение было принято, в его голосе уже не осталось ни тени сомнения.

— Через несколько дней к вам прибудет наш человек.

Элейна удивлённо подняла голову.

— Кто?

— Кайрен.

Теперь она действительно растерялась.

— Кайрен?

— Да.

На губах Вэлариса появилась едва заметная улыбка.

— Ты ведь помнишь сына лорда Эшвелла?

— Конечно.

— Отлично.

Улыбка исчезла так же быстро, как появилась.

— Тогда запомни главное. Для всех вы незнакомы.

— Отец...

— Нет, малышка. Сейчас слушай.

Впервые за весь разговор он заговорил тем самым голосом, которым когда-то отдавал приказы молодым офицерам перед боем. Спокойно, чётко, без единого лишнего слова.

— Не пытайся расследовать это одна. Не задавай лишних вопросов. Не спорь с Сайраном. И ни в коем случае не показывай, что начала что-то понимать.

— Но...

Вэларис слегка наклонился вперёд.

— Самое опасное сейчас не то, что тебя пытаются обмануть. Самое опасное, что человек, который это делает, абсолютно уверен в своей безнаказанности.

В карете вновь воцарилась тишина.

— А Кайрен?

На этот раз Вэларис позволил себе едва заметную улыбку.

— А Кайрен выяснит то, чего пока не видим мы.

Элейна долго смотрела на отца, а потом неожиданно улыбнулась. Впервые за много дней. Не потому, что опасность исчезла, а потому, что больше не была с ней один на один.

Увидев эту улыбку, Вэларис впервые за весь день позволил себе немного расслабиться. Теперь он был уверен: игра наконец началась по-настоящему.

В этот момент карета свернула с центральной улицы в старый квартал.

Элейна с удивлением посмотрела в окно.

— Мы приехали не к ювелиру.

— Нет.

— Тогда куда?

— К старому другу.

Через несколько минут карета остановилась возле двухэтажного дома из светлого камня. На нём не было ни вывески, ни герба, ни охраны. Лишь аккуратный двор и несколько цветущих кустов у самого крыльца.

Лорд Вэларис первым выбрался из кареты. Поднявшись по ступеням, он без стука открыл дверь, словно бывал здесь уже сотни раз.

Из глубины дома тут же донёсся раздражённый голос:

— Если это снова ты, сразу предупреждаю: я не собираюсь чинить твою проклятую шпагу!

На лице Вэлариса появилась улыбка.

— А я рад тебя видеть, Эдгар.

В мастерской воцарилась тишина.

Через мгновение из соседней комнаты вышел высокий седоволосый мужчина. Увидев гостя, он замер, затем недовольно фыркнул.

— Вот ведь зараза.

— И я скучал.

— Врёшь.

— Немного.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, после чего Эдгар шагнул вперёд и крепко обнял старого друга.

Так обнимают не лордов, не генералов и не героев империи. Так обнимают людей, с которыми когда-то делили последний глоток воды, последнюю надежду и не раз смотрели смерти в лицо.

— Сколько лет прошло? — спросил артефактор.

— Достаточно.

— Старый ты стал.

— На себя посмотри.

— Я хотя бы красивый.

— Никогда не был.

Элейна невольно улыбнулась.

Впервые в жизни она видела человека, который позволял себе разговаривать с её отцом подобным образом.

Наконец Эдгар заметил девушку.

— А это, как я понимаю, та самая маленькая заноза, которая когда-то пыталась оседлать боевого грифона?

— Мне было восемь, — возмутилась Элейна.

— Именно поэтому ты выжила.

Артефактор внимательно посмотрел на неё.

Затем его взгляд остановился на амулете.

Улыбка исчезла мгновенно, словно её никогда и не было.

— Кто надел на неё эту дрянь?

В мастерской стало тихо.

Вэларис встретился взглядом со старым другом.

— Именно поэтому мы здесь.

Эдгар несколько секунд молчал, затем коротко кивнул.

— Проходите.

Впервые за всё время в его голосе не осталось ни капли прежнего веселья.

— Кажется, у нас серьёзные проблемы.

Обратно они вышли лишь через час.

Солнце уже клонилось к закату.

Эдгар проводил гостей до самой кареты и на прощание крепко пожал руку Вэларису.

Без слов.

Старым друзьям они были не нужны.

— Береги себя, старая зараза.

— И ты.

— Постараюсь.

Затем Эдгар перевёл взгляд на Элейну.

— А ты прекращай пугать седых людей.

— Я стараюсь.

— Плохо стараешься.

На этот раз улыбнулись все трое.

Артефактор уже повернулся к двери, когда его догнал голос Вэлариса.

— Эдгар.

Тот обернулся.

— Что?

— Спасибо.

Несколько секунд старик молчал, затем лишь махнул рукой.

— Иди уже.

Когда дверь почти закрылась, он снова посмотрел на лежащий в ладони стоурит. Теперь камень был освобождён от защитного футляра и маскирующих чар.

Лицо старого артефактора стало необычайно серьёзным.

— Постой. Это не обычный камень.

Лорд остановился.

— Я уже понял.

Эдгар медленно покачал головой.

— Нет. Не понял.

Он ещё раз внимательно посмотрел на стоурит.

— Над ним очень хорошо поработали.

Несколько секунд оба молчали.

— Он не блокировал магию.

Вэларис нахмурился.

— Тогда что?

Артефактор поднял взгляд.

— Пожирал её.

Повисла тяжёлая тишина.

— Для тебя, старая зараза, я выясню, кто создал эту вещь.

Впервые за весь день Вэларис почувствовал настоящий холод, пробежавший по позвоночнику. Если Эдгар прав, значит, кто-то потратил немало времени, сил и знаний лишь для того, чтобы медленно лишить его дочь магии.

Лорд Вэларис помог дочери подняться в карету. Дверца закрылась, и колёса негромко заскрипели по мостовой.

Несколько минут Элейна молчала. Затем осторожно коснулась камня на шее. Он по-прежнему холодил кожу. Внешне не изменилось ровным счётом ничего. Но стоило ей прислушаться к себе, как где-то глубоко, под слоями усталости, тревоги и той давящей пустоты, что не отпускала её последние недели, шевельнулось давно забытое ощущение.

Её магия. Тихая, спокойная, живая, словно пробуждавшаяся после долгого сна. Элейна невольно прикрыла глаза. Впервые за много дней она снова почувствовала себя собой.

— Чувствуешь? — негромко спросил Вэларис.

Она кивнула.

— Да, — голос предательски дрогнул. — Я чувствую её.

Лорд Вэларис осторожно сжал ладонь дочери. Карета медленно покатилась дальше.

Эдгар ещё долго стоял на крыльце, заложив руки за спину и задумчиво глядя ей вслед. Наконец он негромко выругался, как ругаются люди, которым очень не нравится увиденное.

— Проклятье... Во что же ты ввязался, старая зараза?..

Глава 5

Кайрен появился меньше чем через полчаса после вызова. Быстрым шагом вошёл в кабинет и остановился возле стола.

— Милорд.

— Садись.

Молодой мужчина удивлённо поднял бровь. Обычно подобные разговоры проходили стоя, но спорить он не стал и опустился в кресло напротив. Некоторое время лорд Вэларис молча изучал лежащие перед ним бумаги, словно собираясь с мыслями. Наконец поднял голову.

— Мне нужна твоя помощь.

Кайрен сразу подобрался. Если сам лорд Вэларис просит о помощи, значит, дело личное.

— Что случилось?

— Это касается Элейны.

Её имя прозвучало в голове Кайрена словно удар колокола.

— Она в опасности?

— Возможно.

— Возможно?

Лорд поднялся из-за стола, подошёл к окну и несколько мгновений молча смотрел во двор. Затем начал рассказывать. О пропадающих вещах. О провалах памяти. О пожаре. О стоурите. О дневнике. С каждым его словом лицо Кайрена становилось всё мрачнее. Когда рассказ дошёл до артефакта, пожирающего магию, молодой офицер резко поднялся.

— Я сейчас же отправляюсь в поместье Астерваль.

— Сядь.

— Милорд...

— Сядь, Кайрен.

Голос Вэлариса прозвучал спокойно. Именно поэтому спорить с ним было невозможно. Кайрен медленно опустился обратно в кресло.

— Если всё это правда...

— Именно поэтому я рассказываю это тебе.

— Тогда нужно немедленно забрать её домой.

— И что дальше?

— Защитить.

— От кого?

Кайрен сжал челюсти.

— От Астерваля.

— На каком основании?

В кабинете повисло молчание.

— У нас нет доказательств, — продолжил Вэларис. — Только подозрения.

— Подозрений достаточно.

— Нет, — старый воин медленно покачал головой. — Для драки достаточно. Для победы нет.

Кайрен отвёл взгляд. Он понимал. И ненавидел это понимание.

— Тогда арестовать его.

— За что?

— За стоурит.

— Который он объявит мерой безопасности после пожара?

Кайрен промолчал.

— За дневник?

Лорд усмехнулся.

— Любой придворный маг скажет, что подобные записи могла сделать сама Элейна.

— Проклятье...

Тишина снова накрыла кабинет.

— Теперь понимаешь проблему?

Кайрен медленно кивнул.

— Да.

— Хорошо.

Вэларис вернулся к столу и положил перед молодым мужчиной несколько листов бумаги.

— Значит, будем действовать иначе.

— Как?

— Осторожно.

Кайрен вопросительно посмотрел на него.

— Через несколько дней ты отправишься в поместье Астерваль.

— Под каким предлогом?

— Твой хозяин разорился, и ты пришёл в ближайшее поместье искать работу. Конюхом или кузнецом.

Кайрен нахмурился.

— Допустим, меня примут. И что я должен делать?

— Смотреть.

— Смотреть?

— И слушать.

— Милорд...

— И ещё думать.

Молодой мужчина тяжело выдохнул.

— Вы просите невозможного.

На губах Вэлариса появилась едва заметная улыбка.

— Нет. Невозможное я просил от тебя десять лет назад, когда доверил присматривать за моей дочерью.

Кайрен замер.

— Милорд...

— Что?

— Я всегда выполнял свои обязанности.

— Знаю.

Улыбка Вэлариса стала чуть заметнее.

— Особенно те, что никто тебе не поручал.

Теперь уже Кайрен посмотрел на него с подозрением.

— Не понимаю, о чём вы.

— Конечно.

Вэларис невозмутимо кивнул.

— Ты всего лишь таскал ей сладости из города, привозил подарки из каждой поездки и смотрел на неё так, словно она лично создала солнце.

— Милорд!

— Что?

— Я...

Кайрен замолчал. Впервые за много лет он не нашёл слов. Вэларис тихо рассмеялся.

— Боги, мальчик. Неужели ты действительно думал, что никто ничего не замечает?

На скулах Кайрена появился предательский румянец.

— Она не заметила.

— Элейна способна не заметить дракона в собственной гостиной.

— Милорд...

— Вот именно.

Старый воин неожиданно посерьёзнел.

— Я доверяю тебе не потому, что ты любишь мою дочь.

Кайрен поднял голову.

— А потому, что за десять лет ты ни разу не позволил своим чувствам причинить ей боль.

Несколько секунд в кабинете стояла полная тишина.

— Сейчас ей нужен не влюблённый мужчина, — Вэларис посмотрел ему прямо в глаза. — Сейчас ей нужен защитник.

Кайрен медленно поднялся. На этот раз без споров и возражений.

— Я понял.

— Правда?

— Да.

Лорд внимательно посмотрел на него, затем коротко кивнул.

— Хорошо.

Кайрен направился к двери. Уже взявшись за ручку, он остановился.

— Милорд.

— Да?

— Если с ней действительно что-то случится...

— Не случится.

Ответ прозвучал с такой уверенностью, что больше походил на приказ.

Или на обещание.

— Потому что теперь за ней присматриваем мы.

Несколько секунд Кайрен молча смотрел на него. Потом коротко поклонился.

— Тогда я пойду собирать вещи.

Когда дверь закрылась, лорд Вэларис ещё долго смотрел ей вслед.

***

Через четыре дня в ворота поместья Астерваль постучал молодой мужчина.

За плечами висел потёртый дорожный мешок. На боку покачивались пустые ножны. Одежда была добротной, но явно пережила не один год службы.

Дежурный стражник смерил гостя взглядом.

— Чего надо?

— Работу ищу.

— Какую?

— С лошадьми управляться умею. В кузнице помочь могу.

Стражник хмыкнул.

— Все так говорят.

— Я ещё и подковать могу.

— Уже лучше.

Через несколько минут Кайрена проводили к хозяйственным постройкам. Работы в поместье хватало всегда, поэтому вместо управляющего его первым делом отправили на кухню: накормить с дороги, а уже потом позвать управляющего.

Кухня встретила его запахом свежего хлеба и тушёного мяса. Возле огромной печи хозяйничала полная женщина лет пятидесяти. Увидев гостя, она тут же поставила перед ним миску похлёбки.

— Ешь. Небось устал с дороги.

— Благодарю.

— Откуда пришёл?

— Из поместья лорда Брейна.

Женщина фыркнула.

— Тот самый скупердяй?

— Он самый.

Кайрен принялся за еду. Кухарка наблюдала за ним с явным любопытством.

— И чего же от такого хозяина ушёл?

Он тяжело вздохнул, словно не желая вспоминать прошлое. Что, разумеется, лишь подогрело любопытство кухарки.

— Ревнивый больно был.

— Хозяин?

— Угу.

Кухарка рассмеялась.

— Ты-то тут при чём?

Кайрен выразительно посмотрел на неё.

Женщина ещё раз окинула взглядом высокого молодого мужчину и понимающе хмыкнула.

— А-а-а...

— Вот именно.

— И что?

— А ничего.

Он пожал плечами.

— Его супруга со мной и двумя словами за год не перекинулась.

Кухарка уже откровенно веселилась.

— А хозяин решил иначе?

— Решил.

Кайрен немного помолчал, затем закатал рукав. Через всё предплечье тянулся длинный старый шрам.

Женщина присвистнула.

— Это он?

Он усмехнулся.

— Это ещё хороший день был.

После чего слегка оттянул ворот рубахи. На плече белел ещё один рубец. Затем молча повернулся спиной и чуть приподнял ткань. Кожу пересекали несколько длинных шрамов.

Кухарка ахнула.

— Святые небеса...

— Любил человек выяснять отношения.

Женщина покачала головой.

— Вот ведь дурень.

— Согласен.

— И жена старая была?

— Старше меня лет на двадцать.

Кухарка рассмеялась так громко, что несколько служанок обернулись.

— Так это ж совсем беда.

— Я ему тоже говорил.

В этот момент дверь кухни открылась. Разговоры мгновенно стихли.

В кухню вошёл Астерваль.

Хозяин поместья явно шёл по своим делам, но, услышав громкий смех кухарки, невольно остановился.

Его взгляд медленно скользнул по мужчине, сидевшему за столом. По широким плечам. По военной выправке, которую Кайрен старательно пытался скрыть. По шрамам. По лицу.

И вдруг на губах Астерваля появилась странная улыбка. Довольная. Словно человек неожиданно нашёл именно то, что давно искал.

Кайрен заметил эту улыбку и мысленно насторожился.

— Кто это? — спросил Сайран.

— Работу ищет, милорд, — тут же ответила кухарка.

— Что умеешь?

— С лошадьми работал. В кузнице помогал.

Несколько секунд Сайран молча смотрел на него, затем кивнул.

— Принять.

Кухарка удивлённо моргнула. Появившийся в дверях управляющий вопросительно поднял брови.

— Милорд? — неуверенно произнёс он.

— Конюхом.

Улыбка на лице хозяина стала чуть шире.

— Рук в поместье всегда не хватает. Такой работник пригодится.

После чего Сайран развернулся и вышел из кухни, негромко насвистывая весёлую мелодию.

Кайрен проводил его взглядом. Он интуитивно чувствовал опасность исходящую от этого человека. Потому что выглядел лорд Астерваль не как человек, нашедший работника. Он выглядел как тот кто, нашедший решение какой-то давно мучившей его проблемы.

***

Ледия стояла у высокого окна в западной галерее. Вечернее солнце ложилось длинными полосами на светлый камень пола. Внизу шумел сад. В это время коридор обычно пустовал, и именно поэтому она любила иногда задерживаться здесь перед возвращением в комнату. Книга была раскрыта, но она не читала, скорее держала её в руках по привычке. За спиной раздались тихие уверенные шаги. Она точно знала, кто это. Когда знакомые руки осторожно обняли её за талию, Ледия тихо рассмеялась.

— С ума сошёл. Увидят же.

Ответа, не последовало. Только через секунду ладонь чуть крепче сжалась на её талии, и Ледия успела лишь удивлённо повернуть голову, когда Сайран мягко увлёк её в ближайшую дверь.

Дверь закрылась. Небольшая пустая гостиная встретила их полумраком. Ледия только открыла рот.

— Ты...

Договорить она не успела. Сайран остановился совсем рядом, упёрся ладонью в стену возле её плеча и несколько мгновений молча смотрел на неё так внимательно, будто видел впервые за день. Потом коротко коснулся её губ. Не так, как целуют люди, потерявшие голову. Скорее так, словно просто забрал то, что давно считал своим. Отстранившись, он едва заметно улыбнулся.

— Теперь можешь возмущаться.

Ледия несколько секунд молча смотрела на него. Потом покачала головой.

— Иногда мне кажется, что рядом с другими людьми ты вообще не умеешь выглядеть живым.

На этот раз он усмехнулся почти по-настоящему.

— Возможно.

Она провела пальцами по складке его мантии.

— Так что случилось?

Сайран молчал. Потом отошёл к окну.

— Кажется, я наконец решил одну очень неприятную проблему.

Она повернула голову.

— Какую именно?

На губах Сайрана появилась довольная улыбка.

— Сегодня в поместье появился новый работник.

— И?

— Говорит, что конюх. Но никакой он не конюх.

Ледия нахмурилась.

— Почему?

— Потому что конюхи не держатся так прямо.

Сайран подошёл к окну.

— И шрамы у него не от хозяйского кнута.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

Ледия внимательно посмотрела на него.

— Тогда кто он? И почему находится в нашем доме?

— Скорее всего, бывший дезертир.

Ледия невольно вздрогнула.

— Это опасно?

— Вовсе нет,— Сайран выглядел удивительно довольным. — Это очень удобно.

— Объясни.

— Представь человека, который скрывает своё прошлое. Человека, который не желает раскрывать, кто он. Человека, которому нужны деньги.

Понимание медленно появилось в глазах Ледии.

— Ты хочешь использовать его?

Сайран ненадолго задумался. Потом, придя к какому-то решению, спокойно ответил:

— Чтобы окончательно решить вопрос с Элейной.

Ледия замерла.

— Ты всё ещё думаешь об этом?

— Разумеется.

— Сайран...

— Я не собираюсь делить с ней постель, — в его голосе прозвучало раздражение. — Никогда.

Ледия опустила взгляд.

Он сразу заметил это и, коснувшись её подбородка, осторожно заставил посмотреть на себя.

— Ты ведь знаешь, что в моём сердце только ты. Что я никогда не прикасался к ней.

— Знаю.

— Тогда не переживай.

На этот раз её улыбка вернулась. Спокойная. Уверенная.

— Если мои предположения верны, этот парень сам согласится помочь.

— А если он расскажет кому-нибудь?

Сайран тихо рассмеялся.

— Не расскажет.

— Почему?

— Потому что человеку с такой биографией меньше всего нужны встречи с дознавателями. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Потом Ледия улыбнулась.

— Иногда ты меня пугаешь.

— Иногда мне кажется, что ты забываешь, ради кого я всё это делаю.

Ледия рассмеялась, привстала на цыпочки и чмокнула его в нос. А потом с довольной улыбкой выскользнула из гостиной.

***

Новый конюх пришёлся ко двору. Уже через три дня казалось, что он здесь был всегда.

Работал он на совесть. Помогал старшему конюху, починил ограды, однажды вытащил из грязи тяжёлую телегу. В другой раз принёс на кухню мешок яблок так, будто просто проходил мимо. Кузнецу помог разгрузить уголь.

И при этом всё время улыбался. Не нагло, не вызывающе. Так улыбаются люди, привыкшие жить среди других.

Уже к вечеру первого дня молоденькая служанка Ирель, краснея, принесла ему кувшин воды.

Он принял его и улыбнулся.

— Благодарствую, красавица.

Девушка смутилась.

— Я не красавица.

Он серьёзно посмотрел на неё.

— Ну это тебе кто-то соврал.

И как ни в чём не бывало вернулся к работе.

На следующий день возле конюшни дольше положенного задержались уже две служанки. Одна принесла пирожки, вторая спросила, не помочь ли с уборкой.

Он только усмехнулся.

— Не надо. А то потом скажут, конюх на девок работу перекинул. Ещё выгонят.

Девушки дружно рассмеялись.

К обеду третьего дня разговоры о новом работнике уже гуляли по всей усадьбе. Мужики говорили, что парень свой. Женщины украдкой поглядывали в его сторону. Старшая экономка неодобрительно поджимала губы, подсчитывая в уме, сколько девок понесёт в этом году, уж больно хорош новенький. А сам виновник этих разговоров будто ничего не замечал.

Лорд Астерваль наблюдал. Не напрямую, издалека. Он видел, как новый конюх смеётся, как спокойно отвечает на заигрывания, как позволяет молодым служанкам чувствовать себя красивыми, но никогда не подходит ближе.

На третий день Сайран остановился возле окна. Внизу новый работник как раз заканчивал чистить сбрую. Молодая служанка что-то сказала ему. Тот усмехнулся, ответил. Девушка рассмеялась и ушла. Он даже не посмотрел ей вслед.

Сайран долго наблюдал. Потом тихо произнёс:

— Вот как.

Сайран ещё несколько секунд смотрел в окно. Потом отвернулся от него и негромко произнёс:

— Позовите ко мне нового конюха.

Когда Кайрена привели к кабинету, он сначала постучал, потом открыл дверь и остановился на пороге. Быстро огляделся, без лишнего любопытства, снял кепку.

— Звали, милорд?

Сайран не сразу ответил. Продолжал просматривать бумаги, выдержал несколько секунд и только потом поднял взгляд. Конюх выглядел именно так, как и должен выглядеть человек его положения. Простая одежда, шрам, спокойное лицо. Только осанка была слишком прямой, движения слишком спокойными, а взгляд слишком уверенным для простого работника.

— Проходи.

Кайрен вошёл не торопясь и остановился в нескольких шагах от стола.

— Жалобы есть?

Тот удивлённо моргнул.

— На меня?

— Это вопрос.

Кайрен пожал плечами.

— Да вроде нет. Работу делаю. Лошади целы. Девок не ворую.

Уголок губ Сайрана едва заметно дрогнул.

— Быстро освоился.

— Люди везде одинаковые.

Ответ прозвучал легко. Сайран откинулся в кресле.

— Откуда ты?

Кайрен даже не задумался.

— С юга.

— Откуда именно?

Тот усмехнулся.

— Там теперь уже и не поймёшь, где именно. Война ж была, всё поменялось.

Сайран внимательно смотрел на него. Кайрен стоял спокойно. Слишком спокойно для человека который впервые стоит перед хозяином дома.

— Ты служил.

Кайрен медленно поднял взгляд, потом пожал плечами.

— Всякое бывало.

— Это не ответ.

На этот раз усмешка стала чуть шире.

— А мне казалось, хороший.

Несколько секунд они молчали. Потом Кайрен будто нехотя вздохнул.

— Ну служил. И что?

— Где?

Он пожал плечами.

— Там, где платили.

Сайран долго смотрел на него. Потом спокойно спросил:

— Ушёл сам?

Кайрен опустил взгляд и усмехнулся.

— А какая теперь разница — потом поднял голову и уже проще добавил. — Работу честно делаю. Остальное в прошлом осталось.

Сайран медленно кивнул.

— Иди.

Кайрен удивлённо моргнул.

— И всё?

— Пока всё.

Он уже повернулся к двери, когда услышал спокойный голос.

— И ещё.

Кайрен обернулся.

— Да, милорд?

Сайран несколько секунд смотрел ему прямо в глаза.

— Не люблю ложь.

Кайрен усмехнулся.

— А кто ж любит-то?

Надел кепку и вышел. Сайран ещё несколько секунд смотрел ему вслед. Потом тихо произнёс:

— Вот теперь интересно.

Прошло ещё два дня.

За это время новый конюх окончательно перестал быть новым. На него уже перестали смотреть. Он стал частью поместья.

Именно тогда ранним утром возле конюшни появился один из младших слуг. Кайрен как раз затягивал подпругу.

— Лорд велел передать... Сегодня сопровождаешь его на прогулке.

Кайрен удивлённо поднял бровь.

— Мне передать?

Мальчишка кивнул.

— Да.

Тот только пожал плечами.

— Ну раз велел.

Через полчаса они уже выезжали из поместья. Сайран впереди, Кайрен на полкорпуса позади. Некоторое время ехали молча. Лишь мерный стук копыт нарушал тишину. Когда поместье осталось далеко позади, Сайран неожиданно сказал.

— Ты хорошо держишься в седле.

Кайрен усмехнулся.

— Лучше, чем метлой машу.

— Конюхи обычно ездят иначе.

Тот пожал плечами.

— Всякое в жизни бывало.

Сайран бросил на него короткий взгляд.

— Ты осторожный человек.

— А надо иначе?

Несколько минут снова прошли в молчании. Потом Сайран неожиданно спросил:

— Деньги любишь?

Кайрен повернул голову и удивлённо посмотрел на него. Потом хмыкнул.

— А кто ж их не любит.

— Хочешь заработать?

Кайрен немного помолчал, потом пожал плечами.

— Зависит от работы.

Сайран слегка улыбнулся.

— Работа... необычная?

Кайрен покосился на него и усмехнулся.

— Милорд, вы меня пугаете.

Сайран посмотрел вперёд.

— Неужели?

Кайрен задумчиво почесал щёку.

— Ну не знаю. Обычно баре либо работу дают, либо выгоняют. А вы издалека заходите. Не к добру это.

Уголок губ Сайрана едва заметно дрогнул. Несколько секунд он молчал, потом спокойно произнёс:

— Предположим, есть женщина.

Кайрен шумно выдохнул и покачал головой.

— Не.

Сайран перевёл на него взгляд.

— Что не?

Кайрен серьёзно посмотрел на него.

— Невеста у меня имеется. Ежели жениться прикажете, так лучше сразу расчёт давайте.

— Жениться не нужно. Работа совсем другая.

— Ну тогда можно и подзаработать. Хотя погодите... — Он покосился на лорда. — Это ж смотря что делать надо. А то деньги деньгами, а голова у меня одна.

Сайран некоторое время молчал, будто подбирал слова. Потом спокойно произнёс:

— Нужно будет... составить компанию одной даме. О женитьбе не беспокойся. Она замужем.

Кайрен несколько секунд смотрел на него. Потом медленно моргнул и расхохотался. Так искренне, что лошадь под ним дёрнула ухом.

Сайран нахмурился.

Кайрен попытался взять себя в руки. Не получилось.

— Простите, милорд... — Он кашлянул. — Я уж думал, чего серьёзное.

Сайран ничего не ответил.

Кайрен ещё раз усмехнулся, потом махнул рукой.

— Неа. Не пойдёт.

— Почему?

Кайрен удивлённо посмотрел на него.

— Так замужняя ж.

Сайран слегка улыбнулся.

— Муж не против.

Кайрен посмотрел уже внимательнее. Помолчал, потом покачал головой.

— Всё равно не.

— Пятьдесят золотых.

Кайрен замолчал. Даже голову чуть повернул. Потом хмыкнул.

— Пятьдесят... — задумчиво почёсывая щёку. — Не.

Сайран бросил короткий взгляд.

— Мало?

Кайрен пожал плечами.

— Деньги хорошие.

Он немного помолчал.

— Только это ж потом объясняй людям, чего делал.

Дальше они ехали молча. И тут Сайран неожиданно сказал:

— Сто.

Кайрен повернул голову. Сайран смотрел вперёд и добавил.

— Сто золотых за ночь.

Кайрен медленно выдохнул, внимательно посмотрел на него и осторожно спросил:

— Госпожа... из ваших знакомых?

Сайран некоторое время молчал, словно не решаясь сказать. Потом произнёс:

— Это моя жена.

Кайрен едва удержал лицо.

Только один раз Кайрен покосился на лорда. Потом вдруг усмехнулся.

— Милорд... Вы сейчас серьёзно?

Сайран спокойно смотрел вперёд.

— Более чем.

Кайрен покачал головой.

— Не... Ну дела...

Он шумно выдохнул.

— То есть вы хотите сказать... наследник нужен, а работать предлагаете мне?

На губах Сайрана мелькнула едва заметная улыбка.

— Именно.

Кайрен ещё немного помолчал, потом задумчиво почесал шею.

— Сто золотых...

Он перевёл взгляд на тянувшийся вдоль дороги лес.

— За такие деньги люди вообще-то обычно умирают.

Сайран тихо усмехнулся.

— Не в этот раз.

Кайрен фыркнул.

— Ну хоть что-то радует. — Он тяжело вздохнул. — И чего потом?

Сайран перевёл на него взгляд.

— В каком смысле?

Кайрен пожал плечами.

— Ну родится ребёнок... — Он почесал затылок. — А дальше чего? Мне потом случайно в ближайшую канаву лечь?

Он криво улыбнулся.

Сайран посмотрел на него внимательнее.

— Нет.

Кайрен хмыкнул.

— Все так говорят.

Сайран вздохнул.

— Никто не узнает. Мне это не с руки. После рождения ребёнка ты получишь дом на севере моих владений и землю.

Кайрен снова замолчал.

— Мягко стелите, милорд. Как бы жёстко спать не пришлось.

— Сто пятьдесят золотых. И ещё тысячу в придачу к дому, после всего.

Кайрен пожал плечами.

— За такие деньги можно и подумать.

Он поднял палец.

— Только условия.

Сайран чуть приподнял бровь.

— Даже так?

— А чего? Работа то необычная.

Он начал загибать пальцы.

— Первое. Всё пишем на бумаге, чтоб вы потом от слов своих не отреклись. Второе. Никаких зелий. А то потом проснусь невесть где... Ну или не проснусь вовсе.

Сайран едва заметно усмехнулся.

— Разумно.

— Третье. Посмотреть на вашу леди хочу. Вдруг она кривая да страшная, а вы мне тут заливаете, что ранены были куда не нужно, чтоб самому с ней не того.

На этот раз Астерваль даже отвернулся, скрывая улыбку. На несколько секунд между ними повисла тишина.

— Справедливо.

Кайрен усмехнулся.

— Ну тогда можно обсудить.

И отвернулся раньше, чем лорд успел заметить, как сжались его челюсти.

Сайран некоторое время молчал, потом спокойно произнёс:

— Разумеется, у меня тоже будут условия.

Кайрен тяжело вздохнул.

— Ну куда ж без них.

Сайран даже не улыбнулся.

— Первое. — Он слегка повернул голову. — К госпоже ты придёшь под чарами личины.

Кайрен нахмурился.

— Это ещё зачем?

Сайран ответил спокойно:

— Чтоб она видела меня.

Кайрен несколько секунд смотрел на него, потом медленно хмыкнул.

— Чтоб не пугать госпожу?

Сайран пожал плечами.

— Чтобы не усложнять ситуацию.

— Она не знает?

— Ей не обязательно знать подробности.

Кайрен медленно кивнул.

— Ага...

Сайран продолжил:

— Второе. Этот разговор останется между нами.

Кайрен усмехнулся.

— Иначе?

Сайран посмотрел прямо перед собой.

— Иначе исчезнет смысл в доме, земле и золоте. Тебе они уже будут ни к чему.

Кайрен лишь пожал плечами.

— Ну это само собой. Я человек простой. Лишнего болтать не люблю. Особенно когда голову на плечах носить нравится, а не в торбе.

Сайран впервые за весь разговор улыбнулся по-настоящему.

— Тогда договорились.

Глава 6

Утро выдалось удивительно спокойным.

Элейна сидела у окна, рассеянно перелистывая страницы книги. За последние недели она научилась изображать покой настолько хорошо, что иногда сама начинала себе верить.

Раздался тихий стук в дверь. Она подняла голову.

Сайран вошёл без привычной папки документов. Без мантии академии. Без выражения человека, который уже мысленно решает десяток чужих задач. Сегодня он выглядел почти расслабленным — и именно это насторожило её сильнее всего.

Он подошёл ближе и осторожно коснулся губами её виска.

— Доброе утро.

— Доброе, — рассеяно ответила она.

Сайран задержал её ладонь в своих руках.

— Кажется, я кое-что упустил.

Элейна вопросительно посмотрела на него.

— Я почти ничего не сделал для того, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома. — Он слегка наклонил голову. — Например, совершенно забыл, что ты любишь верховые прогулки.

На секунду она замерла. Отец часто говорил, что в седле она сидела уверенно раньше, чем научилась красиво писать своё имя. Но муж заговорил об этом впервые.

Сайран мягко поднёс её руку к губам.

— Пойдём.

Конюшни встретили запахом сена, дерева и тёплого утреннего воздуха. Сайран шёл рядом спокойно, словно и правда хотел просто сделать ей что-то приятное. Когда они вошли внутрь, он остановился и чуть отступил в сторону.

— Для тебя.

Элейна замерла. У дальней стены стояла лошадь. Высокая. Серая в яблоках. С серебристой гривой и внимательными глазами. Она медленно переступала с ноги на ногу и повернула голову — будто уже ждала.

У Элейны на мгновение перехватило дыхание.

— Я купил её несколько дней назад, — негромко произнёс Сайран. — Подумал если ты скучаешь по дому, пусть здесь появится что-то твоё.

Она медленно подошла ближе. Лошадь осторожно потянулась к её ладони. Тёплая. Живая. Настоящая. Элейна улыбнулась совершенно искренне.

Сайран заметил это. И удовлетворённо выдохнул.

— Разумеется, одной тебе ездить нельзя, — добавил он тем же мягким голосом. — Поэтому я нанял человека, который будет тебя сопровождать.

Она едва заметно напряглась. Сайран обернулся и сделал короткий приглашающий жест.

Шаги. Спокойные. Размеренные. Остановились совсем рядом.

— Его зовут Рэн. Бывший военный. Думаю, справится отлично.

Элейна медленно повернулась. И увидела его. Несколько секунд мир будто исчез. Потёртая одежда. Немного другая осанка. Чуть грубее выражение лица. Но глаза — те самые.

Кайрен коротко поклонился. Без суеты. Без тени узнавания.

— Миледи.

Только это.

Элейна почувствовала, как под рёбрами резко ударило сердце. Она ничего не показала. Даже не задержала взгляд. Спокойно посмотрела на него — ровно столько, сколько смотрят на нового слугу — и отвернулась обратно к лошади.

— Благодарю за заботу.

Только пальцы чуть сильнее сжали серебристую гриву.

Кайрен это заметил. И опустил взгляд. Потому что если смотреть ещё секунду — можно выдать слишком многое.

Сайран стоял рядом, полностью довольный собой. Он видел жену, которая радуется подарку. И нового работника, который знает своё место. Сайран ещё несколько секунд наблюдал за тем, как Элейна осторожно гладит лошадь по шее.

Потом словно что-то вспомнил. Спокойно сунул руку во внутренний карман камзола. Достал сложенный вдвое лист, затем ещё один. И небольшую дорожную чернильницу.

Элейна удивлённо посмотрела на него. Сайран спокойно пояснил.

— Перед первым выездом стоит закончить одну формальность.

Он перевёл взгляд на Кайрена.

— Мы ещё не подписали договор.

Кайрен коротко кивнул. Будто речь шла о найме сторожа, а не о чём-то ещё.

— Конечно, милорд.

Сайран подошёл и развернул бумаги прямо на деревянной перегородке стойла. Лошадь заинтересованно потянулась носом к документам. Элейна невольно улыбнулась.

Сайран чуть отодвинул листы. Быстро пробежал глазами текст, больше по привычке чем по необходимости, он и так знал каждое слово. Поставил подпись. Чёткую. Уверенную. Потом протянул перо.

Кайрен подошёл. Бросил короткий взгляд на лист. Совсем короткий. Будто просто проверял сумму. Никаких вопросов. Никаких замечаний. Только усмешка уголком губ.

— Серьёзный подход.

Сайран спокойно ответил.

— Предпочитаю, чтобы у людей потом не возникало недопонимания.

Кайрен кивнул.

— И правильно.

Взял перо. Подписал. Потом аккуратно вернул перо. Сайран свернул один экземпляр и протянул ему.

— Твоя копия.

Кайрен взял. Не разворачивая сложил ещё раз. И совершенно по-простому убрал за пазуху. Похлопал ладонью поверх ткани.

— Теперь точно не потеряется.

Сайран едва заметно улыбнулся. Элейна наблюдала за этим без особого интереса. Обычный договор. Обычная предосторожность. Она снова повернулась к лошади.

— Как назовёшь её? — неожиданно спросил Сайран.

Элейна удивлённо подняла взгляд. Лошадь тихо ткнулась ей в плечо. Она задумалась. А Кайрен впервые позволил себе поднять глаза. Совсем ненадолго. Чтобы услышать ответ. Элейна ещё раз провела ладонью по шее лошади. Та довольно фыркнула.

— Искорка.

Сайран чуть улыбнулся.

— Почему?

Элейна не сразу ответила. Посмотрела на серые бока в яблоках. На спокойные глаза. И тихо сказала.

— Не знаю.

Чуть улыбнулась.

— Просто кажется что внутри неё больше света, чем видно снаружи.

Лошадь тихо фыркнула. Сайран едва заметно кивнул.

— Красивое имя.

Несколько секунд стояла тишина. Потом она неожиданно спросила.

— А почему этот человек одет как конюх?

Сайран перевёл взгляд. Элейна спокойно продолжила.

— Мне ведь придётся выезжать с ним в город.

Только теперь она посмотрела на Кайрена.

— Странно будет выглядеть.

На секунду повисла тишина. Совсем короткая. Сайран чуть нахмурился. И Элейна поняла. Не подумал. Всего одно мгновение. Потом его лицо снова стало спокойным. Даже чуть виноватым. Он улыбнулся.

— Справедливое замечание.

Подошёл ближе. Осторожно коснулся её руки.

— Это моя ошибка.

Он бросил короткий взгляд на Кайрена.

— Я исходил из того, что сопровождающий нужен только для прогулок по поместью.

Снова посмотрел на Элейну. И улыбнулся уже теплее.

— Но раз уж ты собиралась в город— он чуть наклонил голову. — Оставим выбор тебе.

Элейна вопросительно подняла взгляд. Сайран спокойно продолжил.

— Съезди в лавку. Закажи ему одежду сама.

Кайрен медленно повернул голову. Сайран даже не заметил этого.

— Всё что сочтёшь подходящим для своего сопровождающего.

На секунду повисла тишина. Кайрен вдруг усмехнулся. И почесал затылок.

— Милорд это вы сейчас очень опасное дело затеяли.

Сайран слегка поднял бровь.

— Почему?

Кайрен серьёзно посмотрел на него.

— А вдруг у госпожи вкус хороший. Может быть дорого.

Элейна едва заметно опустила взгляд, пряча улыбку. Сайран тихо рассмеялся.

— Тогда считай тебе повезло.

Кайрен коротко поклонился.

— Ну раз госпожа выберет, буду носить.

Через полчаса они уже выезжали из поместья. Искорку вывели первой. Лошадь спокойно переступала копытами и время от времени поводила ушами, словно сама была довольна происходящим. Элейна сидела в седле легко. Слишком легко для избалованной дочери лорда. Было в её осанке что-то от воинского рода из которого она происходила.

Но Сайран этого не заметил. Он стоял на ступенях и выглядел удивительно довольным собой.

— Не задерживайтесь.

Элейна слегка кивнула.

— Разумеется.

Сайран подошёл ближе. Поправил ремешок её перчатки.

— Надеюсь, прогулка тебе понравится.

Она спокойно улыбнулась.

— Спасибо.

Он отступил. И только тогда перевёл взгляд на Кайрена. Тот уже сидел на простой гнедой лошади. Не рядом. На положенном расстоянии. Как и подобало сопровождающему.

Сайран коротко кивнул.

— Смотри внимательно.

Кайрен спокойно склонил голову.

— Да, милорд.

Ворота медленно открылись.

Элейна тронула поводья первой. Кайрен поехал следом — ровно настолько позади, насколько позволяли приличия. Ни ближе. Ни дальше.

Некоторое время ехали молча. Поместье медленно оставалось за спиной. Со стороны они выглядели именно так, как должны были выглядеть. Молодая госпожа. И нанятый сопровождающий.

Проехали главные ворота. Потом рощу. Потом старый мост.

И только когда крыши поместья скрылись за деревьями, Элейна негромко спросила, не оборачиваясь:

— Как отец?

Рядом раздался знакомый голос. Совсем такой же, как два месяца назад, когда провожал её в дом мужа.

— Переживает.

— Сердится?

— На тебя нет. На себя немного.

— Почему?

— Потому что не разглядел прогнивший дом за ярким фасадом.

— Рэн

— М?

Элейна чуть улыбнулась.

— Ты ужасный конюх.

Кайрен хмыкнул.

— А я вообще-то и не конюх.

Она наконец повернула голову. Уголок губ дрогнул.

— Да неужели.

Он неторопливо сунул руку за пазуху, достал сложенный лист и протянул ей.

— И даже не телохранитель.

Улыбка медленно исчезла с её лица. Она взяла бумагу. Нахмурилась. Развернула. Первые строки ничего не сказали. Потом взгляд зацепился за подпись. Печать. Сумму.

Несколько секунд стояла тишина.

Потом она остановила лошадь. Искорка недовольно переступила ногами.

Элейна продолжала смотреть в документ. На её лице сменялись удивление, непонимание, страх — а потом всё исчезло. Лицо стало очень спокойным. Она медленно подняла глаза.

— Рэн, — голос прозвучал очень тихо. — Что это?

— То, для чего меня действительно нанял лорд Астерваль.

Она снова посмотрела в бумагу. И вдруг резко сжала лист в кулаке.

Кайрен оказался рядом раньше. Аккуратно вытащил договор из её пальцев, спокойно сложил и убрал. Только после этого посмотрел на неё.

— Лин. Не глупи.

Она смотрела на него так, будто не узнавала.

— Это доказательство, — добавил он тише.

Элейна отвела взгляд. Посмотрела куда-то вперёд, на пустую дорогу среди деревьев.

— Это мерзко, Рэн

Её голос дрогнул.

Он ничего не ответил. Просто протянул руку — и одним привычным движением пересадил её к себе. Как раньше. Когда она падала. Когда расстраивалась. Когда не могла перестать злиться на весь мир. Он просто прижал её к себе и положил подбородок на макушку.

Элейна не сопротивлялась. Несколько минут они сидели молча. Он медленно гладил её по спине. Как будто ей снова было двенадцать и самая большая проблема это порванное платье. И всё ещё можно исправить.

Потом она резко вдохнула и отстранилась. Подняла голову. Посмотрела ему прямо в глаза.

— Рэн.

— М?

Она сглотнула.

— Поехали домой.

Он молчал несколько секунд. Потом покачал головой.

— Нельзя.

Элейна застыла.

— Я не хочу больше там находиться, — голос стал твёрже. — Не хочу улыбаться ему. Не хочу смотреть ему в глаза.

Кайрен помолчал.

— Лин.

Она подняла взгляд.

— Нам нужно понять, что он задумал.

Несколько секунд она просто смотрела на него.

— Это отец сказал?

— Да.

Элейна медленно выпрямилась. Вытерла лицо ладонью. И вдруг в глазах появился знакомый огонёк — тот самый, после которого в детстве обычно ломались тренировочные мечи.

Она кивнула. Выдохнула.

— Ну что ж. — уголок губ дрогнул в усмешке. — Тогда поиграем.

***

В дверь коротко постучали.

— Войдите.

На пороге появился начальник охраны.

В руках он держал узкий металлический футляр с печатью дома Вэларис.

— Срочное донесение по военному каналу, милорд.

Лорд Вэларис сразу поднял голову.

Печать его дома. Не почтовая. Не дорожная. Военная.

Несколько мгновений он смотрел на металлический футляр, чувствуя, как привычная тишина кабинета становится плотнее.

Этим каналом не пользовались для обычных писем. Не для просьб. Не для семейных новостей.

Только если сообщение не могло ждать.

Только если случилось что-то, что уже нельзя было исправить медлительностью.

— От кого?

— От лорда Эшвелла, милорд.

Он принял футляр, сорвал печать и извлёк сложенные листы, быстро прочитал содержимое. Потом медленно перевернул лист. Прочитал ещё раз.

В кабинете стояла тишина. Начальник охраны стоял у двери. Секретарь замер возле стола. Никто не двигался.

Лорд Вэларис аккуратно положил письмо, ещё несколько секунд смотрел в бумаги. Поднялся. Подошёл к окну. Несколько секунд смотрел в сад. И только потом тихо сказал.

— Все вон.

Они переглянулись. Никто не сдвинулся. Он не обернулся.

— Я сказал вон, — в его голосе зазвенела сталь.

Дверь открылась и закрылась. В кабинете стало тихо.

Лорд Вэларис ещё некоторое время стоял у окна. Потом вдруг резко развернулся. Одним движением смёл со стола всё, что на нём лежало. Чернильница ударилась об полку. Бумаги разлетелись по кабинету. Но этого оказалось недостаточно. Он схватил тяжёлое кресло. И со всей силы швырнул его в стену. Дерево треснуло. Книги со шкафа посыпались на пол. Он стоял посреди кабинета тяжело дыша.

Потом наклонился. Поднял договор. Посмотрел на подпись. И тихо произнёс.

— Я доверил тебе дочь.

Он закрыл глаза. Когда снова открыл, ярости уже не было. Только очень холодное спокойствие.

Он подошёл к столу. Сел. Взял чистый лист. И написал всего одну строку:

«Сохранять прикрытие. Действовать по обстоятельствам. Докладывать обо всём необычном.» Остановился. И ниже дописал. «Передай Лин, что я рядом.»

Он отложил перо. Упаковал лист в футляр и поставил свою печать. Встал, подошёл к стеллажу с наградами и футляр с лёгкой вспышко исчез в одном из кубков.

Впервые за много лет почувствовал желание убить человека собственными руками. Но вместо этого позвал камердинера и приказал заложить карету.

Камердинер замер.

— Милорд куда прикажете?

Он не отвечал, а всё ещё смотрел на договор.

Потом спокойно сказал.

— К императору.

***

Лавка портного располагалась на одной из центральных улиц города. Над дверью покачивалась аккуратная вывеска, а за широкими окнами виднелись рулоны тканей и манекены в готовых костюмах.

Едва они вошли, навстречу поспешил невысокий седовласый мужчина.

— Миледи! Какая честь. Чем могу служить?

Элейна скользнула взглядом по выставленным образцам.

— Моему сопровождающему нужна одежда.

Портной посмотрел на Кайрена. Окинул взглядом его плечи, рост, осанку. Профессионально прищурился.

— Разумеется. Что-нибудь дорожное? Городское? Для службы?

— Для службы, — ответила Элейна.

Портной тут же оживился и провёл их к нескольким манекенам.

— Тогда рекомендовал бы вот этот вариант. Или этот. Очень популярен среди дворянских домов.

Элейна почти не слушала. Медленно переходила от одного комплекта к другому, рассматривая воротники, застёжки, крой рукавов.

Кайрен стоял рядом молча.

Через несколько минут она остановилась возле одного из манекенов.

Тёмный камзол строгого покроя. Высокий воротник. Простая серебристая отделка. Никакой вычурности.

— Этот.

Портной удивлённо поднял брови.

— Хороший выбор, миледи.

Кайрен посмотрел на выбранную форму и на несколько секунд замер. Очень похожая. Не точная копия, конечно. Но именно такой покрой носили телохранители дома Вэларис. Тот же воротник. Те же линии плеч. Даже серебристая отделка почти повторяла старую форму.

— Почему этот? — спросил он.

Элейна пожала плечами.

— Не знаю.

И действительно не знала. Просто среди десятков вариантов именно этот показался правильным.

Портной тем временем уже доставал измерительную ленту.

— Если господин позволит.

Кайрен обречённо вздохнул.

— Позволит.

Следующие полчаса портной снимал мерки с видом человека, которому доверили государственную тайну.

— Плечи чуть шире... рукав укоротить... воротник на полпальца...

Наконец он удовлетворённо кивнул.

— Превосходно.

Сделал пометку в блокноте и добавил:

— Понадобиться не больше часа, миледи. Нужно немного подогнать по фигуре и вышить герб дома Астерваль.

Элейна подняла взгляд.

— А без герба нельзя?

Портной удивлённо моргнул.

— Простите?

— Без герба.

— Боюсь что нет, миледи. — он развёл руками. — Согласно указу императора, да даруют ему боги здоровье и долголетие, все состоящие на службе у лордов империи обязаны носить герб своего господина. Иначе стража замучается выяснять, кто кому служит.

Элейна отвела взгляд.

— Понятно.

Портной, не заметив перемены в её лице, продолжил:

— Впрочем, если пожелаете, я могу отправить готовый комплект прямо в поместье лорда Астерваль. К вечеру всё будет доставлено.

— Нет.

Ответ прозвучал слишком быстро. Портной удивлённо замер. Элейна тут же спокойно добавила:

— Мы заберём его сейчас.

— Как пожелаете, миледи.

Портной поклонился.

— Тогда прошу подождать.

Он подхватил форму и скрылся за дверью мастерской. Несколько секунд в лавке стояла тишина.

Потом Кайрен негромко произнёс:

— Лин.

Она подняла взгляд.

— Что?

Он чуть улыбнулся.

— Это всего лишь герб.

Несколько секунд Элейна смотрела куда-то мимо него.

Потом выдохнула.

— Знаю.

Но голос прозвучал так, будто дело было совсем не в вышивке.

За окном неторопливо двигалась городская жизнь. Где-то кричал торговец фруктами. Проехала повозка. Зазвенел колокольчик над соседней дверью. Элейна подняла взгляд на окно. Через дорогу от лавки портного оказалась небольшая чайная. Над дверью покачивалась деревянная вывеска с чайником и веточкой мяты.

«Чайная госпожи Морвен».

Элейна несколько секунд смотрела на неё.

— Что? — спросил Кайрен.

Она чуть смущённо отвела взгляд.

— Кажется, я проголодалась.

Кайрен поднял бровь.

— Кажется?

— Не начинай.

— Даже не думал.

Он посмотрел на вывеску.

— Хотя это хорошая новость.

— Почему?

— Потому что обычно, когда ты нервничаешь, забываешь есть.

Элейна тихо фыркнула.

— А ты, конечно, всё помнишь.

— Работа такая.

— Следить за тем, чтобы я ела?

— В том числе.

Она покачала головой.

— Ужасная работа.

— Самая лучшая из всех что мне приходилось делать.

Уголок её губ дрогнул.

Через несколько минут они уже сидели за небольшим столиком у окна.

Хозяйка поставила перед ними чайник с ароматным травяным настоем, две чашки и тарелку с ещё тёплыми булочками.

Некоторое время оба молчали. Элейна осторожно подула на чай. Впервые за весь день ей было спокойно. По-настоящему спокойно. Словно последние месяцы вдруг остались где-то очень далеко.

— Помнишь пруд? — неожиданно спросил Кайрен.

Она подняла взгляд.

— Который?

— Тот самый.

Элейна рассмеялась.

— Их было много.

— Тот, после которого лорд Вэларис неделю хотел отправить тебя в монастырь.

Она покачала головой.

— Мне было двенадцать.

— Одиннадцать.

— Двенадцать.

— Эй, это я была там.

— А я вытаскивал тебя из воды.

— И всё равно одиннадцать.

Кайрен обречённо вздохнул.

— Хорошо. Пусть будет двенадцать.

Элейна улыбнулась и отпила чай.

Потом она тихо спросила:

— Ты правда тогда испугался?

Кайрен посмотрел в окно.

— Лин, ты нырнула под старый мост.

— Но там было неглубоко.

— Мы узнали это уже потом.

Она задумалась.

— Отец очень ругался?

— Нет.

Элейна удивлённо подняла брови.

— Не верю.

— На тебя нет.

— А на кого?

Кайрен сделал глоток чая.

— На меня.

— За что?

— За то, что не уследил.

Она рассмеялась.

— Мне кажется, отец иногда забывал, что ты мой телохранитель, а не волшебник.

— Иногда?

— Хорошо. Часто.

Кайрен хмыкнул.

Некоторое время они молча ели булочки.

Потом Элейна вдруг прищурилась.

— А драку помнишь?

Кайрен медленно закрыл глаза.

— Какую именно?

— С сыном конюха.

— Лин...

— Что?

— Я надеялся, что ты её забыла.

— Никогда.

Улыбка стала шире.

— Он сказал, что девчонкам не место на тренировочной площадке.

— И был абсолютно прав.

— Неправда.

— Правда.

— Неправда.

— Лин, ты ударила его деревянным мечом по голове.

— Потому что он первый начал.

— Он сказал одну фразу. Очень обидную фразу.

— После которой ты погналась за ним по всему двору.

— Не по всему.

— По всему.

— Немного.

— До конюшни.

— Хорошо. До конюшни.

Кайрен покачал головой.

— А потом мне пришлось объяснять лорду Вэларису, почему наследница рода Вэларис сидит на крыше конюшни и требует продолжения поединка.

Элейна не выдержала и рассмеялась. Настолько искренне, что несколько посетителей обернулись.

Кайрен замолчал, наблюдая за ней. Он почти забыл, как она смеётся. Когда они вдвоём и нет необходимости следить за каждым словом. Просто смеётся.

Элейна поймала его взгляд.

— Что?

Он качнул головой.

— Ничего.

Она подозрительно прищурилась.

— Рэн.

— Что?

— Не смотри так.

— Как?

— Как будто тебе сто лет.

— Мне не сто лет.

— Иногда кажется, что сто.

— Неблагодарная.

Она улыбнулась в чашку.

За окном неторопливо текла городская жизнь. Колокольчик над дверью тихо звякнул. В чайную заглянул мальчишка лет двенадцати в кожаном переднике. Быстро оглядел зал и сразу направился к их столику.

— Миледи.

Она подняла голову.

— Да?

— Мастер просил передать, что форма готова к примерке.

Элейна поставила чашку.

— Уже?

— Да, миледи.

В голосе мальчишки прозвучала такая гордость, словно форму шил лично он, затем он поклонился и тут же убежал обратно через улицу.

Несколько медных монет легли на стол.

— Благодарю, госпожа Морвен.

Хозяйка чайной улыбнулась из-за стойки.

— Заходите ещё, миледи.

Элейна кивнула.

Когда они поднялись из-за стола, госпожа Морвен проводила их взглядом. Леди Астерваль первой вышла на улицу. Мужчина придержал перед ней дверь. Они о чём-то разговаривали и оба улыбались.

Хозяйка чайной задумчиво покачала головой. За много лет работы она научилась замечать разные вещи. И этот человек смотрел на свою госпожу совсем не так, как обычно смотрят слуги. Впрочем, это было не её дело. Госпожа Морвен взяла поднос и вернулась к работе.

Спустя пару минут Кайрен выходил из-за ширмы в новенькой форме. Портной определённо не зря ел свой хлеб.

Камзол сидел безупречно. Высокий воротник подчёркивал шею. Тёмная ткань идеально легла по плечам. Серебристая отделка выглядела строго и благородно. На груди уже красовался аккуратно вышитый герб дома Астерваль.

Исчез образ простого конюха. Перед ней снова стоял человек, которого когда-то боялись новобранцы на тренировочном дворе её отца.

Портной обошёл его кругом и удовлетворённо кивнул.

— Вот теперь совсем другое дело.

Кайрен провёл пальцами по серебристой вышивке на манжете.

— Не ожидал, что вы успеете сделать всё настолько быстро.

Портной заметно оживился.

— Когда работа интересная, время летит незаметно.

— Признаю, исполнение безупречное.

— Разумеется.

— Хотя, — Кайрен слегка потянул воротник, — к такому количеству украшений придётся заново привыкать.

— Господин, это ещё весьма сдержанный вариант.

Элейна тихо рассмеялась. И только потом поняла, что всё ещё смотрит на Кайрена.

Что-то изменилось. Нет, конечно, она прекрасно знала его лицо. Знала голос. Знала привычку слегка наклонять голову, когда он спорил.

Но почему-то только сейчас заметила, насколько широки его плечи. Насколько уверенно он держится. Насколько естественно выглядит оружие на его поясе.

Перед глазами вдруг промелькнуло воспоминание. Ей двенадцать. Он помогает ей взобраться на лошадь. Тогда он казался таким взрослым.

Сейчас она вдруг поняла, что и он тогда был почти мальчишкой. А мужчина стоял перед ней сейчас.

— Миледи?

Элейна вздрогнула.

Портной вопросительно смотрел на неё.

— Вам нравится?

Она быстро отвела взгляд.

— Да.

Слишком быстро. К счастью, никто ничего не заметил. Кроме, возможно, самого портного. Потому что уголки его губ едва заметно дрогнули.

— Я так и подумал.