Читать книгу: «Синдром Натаниэля»

Глава 1. Дар.

Португалия. Лиссабон.

2023 год.

Меня зовут Натаниэль Дантас, и я – предсказатель будущего.

Год назад мне приснился странный сон. В нем почти безликая женщина лет, наверное, сорока пяти, одетая в чёрное длинное одеяние без капюшона, с улыбкой, не спеша шла по бледно-желтому одуванчиковому полю прямо ко мне. От неё исходило такое необычное, родственное тепло, что вызывало на душе чувство абсолютной любви и спокойствия.

Она остановилась неподалеку, протянула руку, и я услышал: "свои силы я передаю тебе." Я не видел, как её губы шевелились, будто слова звучали в голове. В тот момент я не уловил в груди специфических ощущений, не удивился – воспринял это как нечто само собой разумеющееся, будто долго этого ждал. Будто это "нечто" всегда находилось со мной, но только сейчас вышло на свет.

Когда я продрал глаза ото сна, то в голове промелькнула мысль: "какой приятный сон". Он мне понравился, поэтому на лице появилось подобие улыбки. Похоже, всё дело в той эмоции, которая возникла при просмотре. За свои двадцать пять лет я никогда не чувствовал себя настолько умиротворённым, да так, что хотелось лежать в постели вечно, лишь бы подольше сохранить эти ощущения.

Я однажды слышал, что во сне могут решаться некоторые эмоциональные проблемы, но не думал, что это правда. Собственно, я и не ошибался – это чушь.

Когда сонная пелена окончательно спала, в мою жизнь вернулась госпожа реальность. Пусть тогда у меня и появился дар предсказателя, сейчас я обычный бездомный в районе Санта Мария. Палатки вдоль переулка, вонь и подобающий контингент.

Да, родители выгнали меня из дома, потому что был я трутнем, сидевший на их шее. Как я до такого докатился? Мой психотерапевт говорил мне, что у меня "Синдром безработного", это когда ты долгое время не можешь найти работу по надуманным обстоятельствам, и входишь в состояние моральной деградации. Примерно такими были последние слова врача, после которых он назначил мне курс лечения, а папа и мама, естественно, не захотели его оплачивать. На тот момент они уже не верили, что это сработает. Не верили в меня… Предпочли не тратить сбережения на такую бесполезность в моем лице. Частная медицина всегда была очень дорогой штукой, и даже понимая это, я так и не смог оправдать их поступок.

Ну, итог, вы знаете, – не самый лучший.

Стараюсь не унывать, живу с этим. По правде сказать, я очень боялся, что стану жить на улице. Существовало даже такое поверье, что с тобой случается то, чего ты больше всего боишься. Тем не менее, когда я начал бродяжничать, то все ещё не мог этого осознать, принять. Возникало ощущение, что всё это временное, ненастоящее. Нет, я будто знал это. Откуда? Сложно объяснить.

Возвращаясь к мысли о моих "навыках", если их вовсе можно так назвать, то это ещё больше ранит моего маленького внутреннего "Я". Ведь, печально, но эти способности распространяются только на других людей, а когда я обнаружил это, то моим домом уже была палатка с вонючими соседями. Так что, воспользоваться ими, чтобы улучшить именно свою жизнь, я не мог.

Откровенно говоря, другим я тоже не способен был помочь. Предсказания не были конкретными и работали больше, как шестое чувство. Со стороны это выглядело, как бред сумасшедшего.

Хах, проклятье…

Мой мысленный самоуничижительный смешок услышали бы все, будь они чуть-чуть повнимательнее и любопытнее.

И все же, я уверен, способности точно работают, да только какой смысл от божьего или дьявольского подарка, если тебя никто не слышит, даже если ты вопишь им прямо в уши? Я пытался, и не раз, но зачастую меня принимают за душевнобольного. Никому нет дела до слов мерзкого бродяги. Таких людей, как я, бомжей, считают за мусор, рядом с которым общество вынуждено сосуществовать.

Нас тут таких, заблудших, много, но относительно доверять я могу только двоим. Они мои… приятели? Друзья? Коллеги? Ха! Хорошая шутка. У меня с самых яслей не получалось заводить знакомства – всю жизнь один. Это не жалость, отнюдь. Я хорошо общаюсь с другими, я не социофоб, просто мне казалось, что вокруг одни лицемеры, которые не заслуживают моего настоящего внимания. Будто у меня было предчувствие насчет каждого, кто стоял передо мной. Поэтому, книги и ноутбук стали моими верными спутниками былого времени. Хотя сейчас ни о какой технике речи и быть не может – наслаждаюсь только чтением. Мой старый компьютер украли, а на новый нет денег.

Рядом сейчас как раз лежит потёртая книжонка с зелёной обложкой, автора которой я не знаю из-за вырванной страницы и обшарпанной корки. По крайней мере, признаться, она довольно интересная, что-то про иной мир и фэнтези. Имена там ещё у всех китайские какие-то, Сон Янг да тому подобные, но я привык.

Помимо неё у меня есть еще плотный кожаный плащ и внешность, как у Киану Ривза в фильме Джон Уик. Удивлены? Да, я довольно симпатичный, если меня привести в порядок. Но сейчас у меня черные, спутанные грязные волосы, неухоженная средних размеров борода и потрепанный внешний вид в целом. Я особо не моюсь, потому как это возвращает меня к старой жизни, где был дом и все прелести комфорта, а от этого становится больно на душе. И потом, отвыкаешь от здешнего запаха, если ты чистый. Придерживаюсь только элементарной гигиены: зубы, лицо, руки.

Откуда у меня такая физиономия понятно – родители наградили, а вот одёжку мне посчастливилось подобрать в центре города. Какая-то богатая, или обычная, американская парочка ругалась посреди ночной безлюдной улицы, и парень швырнул в неё эту вещь прямо на моих глазах. Я сразу подбирать не стал, подождал пока они уйдут подальше. Только после этого подошёл, да и обыскал этот удобнейший шедевр. К сожалению или к счастью, внутри ничего не оказалось. Конечно же, я забрал плащ себе и свинтил восвояси.

Обычно я так не делаю, но моя старая куртка была вся в дырках, а декабрь близился и хотелось в это время иметь хоть какую-то накидку. Тут зимы теплые, в основном, но ночью печально холодно, особенно в дождь. В такие дни хотелось хотя бы не дрожать, а то и так тошно.

– Натан! Ублюдок, почему ты бросил нас?!

А вот этот негодующий болван, который кричит на всю округу, и есть один из тех, кому я могу доверять, – Браз. Ему тридцать девять, по его словам. Хотя выглядит он на сорок девять. Невысокий, плохо сложенный мужчина с плешью на голове и с неаккуратной, сальной бородой. Его голова сейчас больше похоже на птичье гнездо, а лицо на старый металлический ёршик. Глаза у него ещё странного цвета, то ли серые, то ли зелёные, и белки вечно красные, будто наркоман. После первой встречи ещё несколько дней хихикал при виде его.

Чего он там, кстати, кричит? Ах да…

Я вышел из своей палатки, прошелся до горящего неподалеку бака и сел на белый пластмассовый стул рядом, положив руки на такой же стол.

– Натан! Ты, дрянь такая! Мы потеряли целую сумку меди из-за тебя, потому что ты сбежал, как последний трус! – Браз подходил всё ближе, подбрасывая руки вверх от возмущения.

– Вдох-выдох, вдох-выдох, – я наиграл поведение спасателя, который обычно успокаивает людей во время стрессовой ситуации. – Дыши ровнее, будь спокоен, как вода, а то последние волосы потеряешь. – Я протяжно и издевательски пытался его подразнить, потому что он всегда так весело реагирует на издевки.

– Хватит глумиться над бедным Бразом, говори ему, почему ты так поступил?! Он еле ноги унёс!

Естественно, мои "успокоения" не работали, хах, потому что это были не они, и Браз не унимался. И снова он говорит о себе в третьем лице. Это так… забавно? Не даёт мне заскучать.

– Спокойнее, спокойнее. Это было тактическим отступлением, потому что вас заметили раньше времени. – я говорил мягким, но уверенным голосом, прикрыв один глаз и махал ладонью, мол, всё в порядке.

– Что-что?! А не ты ли говорил, что нас ждёт "большая удача"?! Руфа задержала полиция! Нострадамус ты хренов! Вот так "везение"! – Он стоя оперся на стол двумя руками напротив меня и пытался смотреть в глаза, но я лишь их отводил. Нет, мне не стыдно, просто у него такой нервный взгляд, да и изо рта несет.

Что у нас произошло, спросите?

Наш общий знакомый Руфино – он же просто Руф – подбил нас обнести какую-то старую прибрежную фабрику, чтобы разжиться хорошей медью, а потом её сдать. В здравом уме, наверное, я бы не согласился, но было уж больно скучно, да и деньги кончились. Истинной причиной моего вписания в эту авантюру стало то, что я действительно увидел с помощью своего дара, что она будет крайне удачной. Признаться, это было самое сильное чувство за последние годы моего существования и пользования обманчивой, бестолковой магией. Уу-у, магия.

Порой я и вовсе думаю, что мой талант – это лишь моё воображение. Такое вполне может быть, ведь в этом событии ни о какой удаче и речи не идёт, так что Браз прав, предсказатель из меня хреновый, я полагаю. Хотя это довольно странно, обычно всё работает как надо. Неужели сломалось?

Эх, у меня даже нет оправданий, чтобы возразить ему, ну и дела.

Я печально выдохнул и сказал: – Посмотри на это с другой стороны, Браз. – Я пожал плечами, сделал хитрую моську и продолжил. – Подержат его в клетке пару суток, да отпустят. Может быть, даже накормят, кто знает? К тому же, один рюкзак то нам удалось урвать, так чего ты расшумелся?

– Ты Бразу зубы не заговаривай, ты должен был взять все рюкзаки, но нет, ты предпочёл кинуть своих товарищей. – Браз сел на стул рядом и слегка поумерил свой пыл, но все ещё был на взводе.

– Я, конечно, сильный, но даже мне не удалось бы убежать от сторожевых псов с тридцатью килограммами за спиной. Скажи спасибо, что я отвлек их и увёл подальше от вас. – пытался я аргументами немного выкрутиться.

– Хватит оправдываться, Натан. Да чтобы Браз ещё хоть раз тебе поверил! – он фыркнул и отвернулся.

Я улыбнулся кривой, слегка виноватой улыбкой и не стал с ним спорить.

***

Отделение полиции восточного района города, №78.

Изолятор временного содержания.

Как у себя дома, наш Руфино разлёгся на настенной лавочке и кайфовал от прохладного ветерка, задувающего от окна с решёткой. Декабрь всё же, +14, время, когда можно немного передохнуть от знойной жары.

Руф был жирным дрыщом – дряблое тело и плавающий, как желе живот, то ещё зрелище, весьма нелепое. Самое обидное для Браза: у Руфа была отменная, рыжая шевелюра до плеч и ни одного гладкого места как на голове, так и на лице. Даже не ухаживая за бородой, она была как у дровосека с постеров.

Это можно было бы назвать удачей, да только бог в очередной раз посмеялся над своим земным рабом и наградил его тотальным невезением. И я не преувеличиваю, но об этом позже. Глаза у него были темно-металлического цвета, аспидно-серыми, если быть точнее. Средний рост, где-то сто семьдесят сантиметров. Темно рыжий. Он носил потрепанную, когда-то темно-коричневую кожаную куртку, поверх оранжевой толстовки. Коричневых, почти черных, как и его кроссовки, штанах.

В камере с этим неудачником в основном был привычный контингент: две проститутки, четыре пьяницы, один бездомный в лице Руфа и ещё один человек, который явно выделялся среди всех прочих. Мужчина: блондин, голубые глаза, ростом сто девяносто сантиметров точно, хорошая укладка, острые углы челюсти, белая рубашка, черные брюки и туфли. Прям волк с Уолл-Стрит! Только на вид ему было под сорок, при этом он выглядел очень хорошо, почти без морщин. Возраст выдавала только его статность.

В его сторону поглядывали, но никому особо не было до него дела, а вот главного уличного "всезнайку", как он сам себя называл, весьма интересовал этот необычный персонаж. Таких на улице Лиссабона-то редко встретить можно, все ходят в обычной, повседневной удобной одежде, а тут такой и в камере.

Белокурый уже минут тридцать стоял возле стальных прутьев и как-то нервно перебирал по ним пальцами, глядя по сторонам. Точнее было бы сказать, что он не нервничал, а активно думал, но его холодный образ никак не сочетался с таким видом раздумий. По одному взгляду было ясно, что у него в голове сейчас мозговой штурм.

И так оставалось ровно до того момента, пока по-старому, орущему телевизору надзирателя, корреспондент не вышел в эфир с новостями.

"Сегодня в районе Лапа, в Национальном Музее Древнего Искусства №28, был украден экспонат – керамическая скрипка шестнадцатого века. На камеры видеонаблюдения попали трое людей в масках в форме белой ладони. Полиция уже пытается установить личности преступников, но пока безрезультатно…"

Рыжий бомж с интересом наблюдал за реакцией здоровяка и видел, как он сильно сжимал кулак левой руки и думал так деятельно, что можно было это слышать. Фигурально, конечно же.

“Опа-па-па-па. А чего это он так занервничал? По любому замешан! Пахнет денежками, чую! Нет, зуб даю! – которых у него не то, чтобы много – У него наличка точно есть, как пить дать! Как бы мне его развести? Думаю, он сейчас душу дьяволу продаст за любую информацию об этой скрипке, да? Хм… есть у меня одна идейка…” – Руф жадно улыбнулся и пригладил свою большую бороду.

Хитровыдуманной походкой, с потрохами выдававшей его скользкие намерения, он "подкрался" к солидному незнакомцу и попытался завести беседу.

– Я искренне извиняюсь, в моё внимание попала ваша заинтересованность, и мне кажется, я мог бы Вам в этом помочь, – потирая руки и будто пританцовывая, завязывал он диалог.

Да с тебя же мошенников рисовали, куда лезешь? Сказал бы ему я, если бы был рядом.

Мужчина, похоже, попался не глупый и просто игнорировал Руфа, будто его не существует вовсе, но, разве такая мелочь остановит бывалого проходимца? Пфф! Да с его целеустремленностью облапошивать людей нужно было идти в политику.

Естественно, что он не успокоится, пока не добьётся результата. Получить по роже, кстати, тоже результат, и не факт, что это его остановит.

– Сэр, возможно, Вы меня не расслышали, но я сказал, что могу вам помочь.

Снова. Бесполезные попытки вызвать интерес снова провалились.

Белобрысый тип и правда не дурак – исключил его существование, чтобы не отвлекаться от мыслительного процесса. Он продолжал внимательно слушать, что говорит человек из телевизора.

Руф нахмурился, но сдавать позиции не собирался.

Что, попытается ещё раз? Вопрос риторический.

– Э-эй, ты что, глухой? Я говорю, что знаю людей, которые помогут тебе с информацией, не за бесплатно, конечно же. Чего ты меня игнорируешь? Тебе же точно интересно!

Здоровяк вдруг прекратил постукивать пальцами по прутьям, и любой другой человек на месте Руфа сделал бы пару шагов назад, ибо атмосфера тут же изменилась. Вместо любопытства, на которое рассчитывал Руф, он получил кое-что другое. Блондин повернул голову и взглянул холодным, будто у убийцы, взглядом. Мужчина собирался что-то тому сказать, но не успел, так как этот бездомный олух привлёк к себе внимание ещё и выпивших хулиганов, которые явно были не прочь попинать бомжатину.

– Слышь, хер вонючий, ты мне и моим корешам расслабляться мешаешь! Настроение испортил, ик, чмо поганое. Как ты собираешься это исправлять? А-а?!

– Эй, парни, полегче, пошутили и хватит, – Руф умел общаться с такими типами на их языке, чтобы лишний раз не огребать побои, поэтому пытался отшутиться.

– Мы что, клоуны тебе? На шутников похожи, ты, отброс?! – с этими словами трое из четырёх задир окружили бедолагу.

Четвёртый был ещё в сильном алкогольном опьянении и просто сидел на скамейке, отупевшим взглядом уставившись на сцену перед ним. Надзирателю же было абсолютно плевать на всё, что происходит. Он в наушниках без палева смотрел порнушку на телефоне. Кругом бардак!

«Дерьмо, угораздило же! Но не на того вы нарвались, лошье… Ха! Сейчас я покажу вам силу разума.»

Ха… разума.

Руфино повернулся к солидной фигуре снова, окинул его взглядом, и убедившись в его хорошей физической форме, принял просто "гениальное", по его мнению, решение.

– Воу-воу, стоять, сволочи! А не то он, – указал на блондинчика, – жопы вам на вьетнамский флаг порвёт, если тронете меня! У меня есть нужные для него сведения, поэтому вам лучше осадить свой пыл.

Руф только хотел повернуть голову и снова взглянуть на своего, якобы, защитника, но вместо этого он увидел лишь свет в конце тоннеля.

Глава 2. По прихоти судьбы.

Как вы уже поняли, "костюмчик" взбесился и вместо пьянчуг отвесил такую пощёчину, что Руфино отрубился, будучи ещё на ногах и упал без сознания. Помните, я говорил про невезение? Вот она – наглядная демонстрация. Хотя тут, наверное, больше идиотизм, но всё же.

Увидев, с какой лёгкостью, точностью и силой приложили Руфа, пьяницы мгновенно почувствовали себя неуютно. Казалось, будто здоровяк только что прибил назойливую муху, поэтому им совершенно не хотелось проверять, на что ещё он способен.

Блондин в белой рубашке оглядел всех в камере и сказал.

– Тихо, – голос мужчины звучал низко и звонко. Пробирал до мурашек.

Они тихо цыкнули и молча сели на место, стараясь более не отсвечивать. Ну, такие парни понимают только язык силы, а тут она многократно превосходила их собственную. Трухнули. Я их не осуждаю, парень ведь и правда пугающий: почти два метра ростом и телосложение явным треугольником, а один кулак, как два моих. В дальнейшем, пока шли новости, в камере царила абсолютная тишина. Хулиганы старались лишний раз не шевелиться, да и дышали тише обычного.

Забыл сказать…

У рыженького очень плохо с выводами – он их не делает. Поэтому, когда эфир закончился, мужчина в офисной одежде оглядел свободные места и уже придумал план. Пересекаясь взглядом с Руфом, который уже пришёл в себя, он увидел, как тот хлопает рукой по скамейке, мол, садись сюда. Остальные уже было начали переживать за бомжа, но солидный парень без какой-либо агрессии прошёл и сел рядом на единственное свободное место, тяжело вздыхая. Да, камера была не такая уж и большая, не говоря уже о посадочных местах.

– Ха! Ну и отделал же ты меня! – Руф широко улыбался. – Ты, чё, карате занимался? Руки у тебя каменные! Спасибо, что хоть по зубам не бил, а то и так проблемы с ними. – Он понизил голос и продолжал. – Слушай, я на тебя зла не держу, сам виноват.

Здоровяк сидел неподвижно, опустив голову, но даже так люди в камере чувствовали, как грязнуля действует ему на нервы. Все, кроме самого грязнули, который намеревался продолжить, но не успел.

– Тебе жить надоело, волосатик? Отстань от него, а то забьёт тебя до смерти. Не хочу я потом с трупом в камере ночевать, – пропищала тоненьким голоском девушка лёгкого поведения.

– Да что ты понимаешь, овца?! Не лезь не в своё дело, п-ха!

– Как ты меня назвал?!

– Да-да, заткнись уже.

– Придурок.

Теперь уже все в камере смотрели на Руфа исподлобья. Они не хотели, чтобы он спровоцировал этого здоровяка, способного переключиться и на них.

Руф не стал долго препираться и продолжил донимать своего соседа.

– Прости, офисный, на чём мы там остановились? Ах, да! Информация… Говорю тебе, я видел, что у чувака из телека была маска такая, в форме белой ладони на лице. Видал очень похожую эмблему на одной стене! Точь-в-точь она! – это была абсолютная и наглая ложь. – Если ты отвалишь немного деньжат, то я так и быть, покажу тебе это место.

Руфино хотел сначала сказать что-то про скрипку, но решил переключить внимание именно на символику, и о чудо, это сработало, но весьма странно… Мужчина вдруг встал и почему-то посмотрел на одну из девушек, чем и напугал её. Обе куртизанки чуть ли не срослись со стеной от страха, когда он спешно подошёл к ним. Он схватил её за запястья и стянул плотный бисерный браслет. Конечно же, никто не пытался ему помешать или возразить, они просто наблюдали за происходящим, как маленькие пугливые козлята. И для них это было самое разумное из решений. После этого белобрысый, демонстрируя свою ровную осанку, сделал пару шагов к решётке и мощно запульнул браслет прямо в полицейского.

От неожиданности тот шарахнулся на пол, потянув за собой телевизор и канцпринадлежности, а от телефона отключились наушники. После падения всего и вся стало слышно, как динамики издавали звуки стонущей женщины и грязные немецкие диалоги. Из "завала" показалась жирная морда разъярённого надзирателя. Это тело с какими-то бубнящими воплями и с дубинкой наперевес, с тяжёлым дыханием направилось к камере.

– Кто?! Кто это сделал?! Это ведь ты, ублюдок?!

Стоящая возле решётки высокая треугольная фигура, конечно же, напрашивалась на внимание, поэтому жандарм обратился к нему.

– Отвечай, когда я спрашиваю! – полицейский ударил дубинкой по прутьям и подошёл чуть ближе.

Его удар был последним, что он сделал, потому что наш "офисный бандит" схватил его за затылок длинными руками и впечатал голову жандарма между стальными стержнями. Жилистые руки выглядели впечатляюще. Ещё бы! Вырубил жандарма с одной притяжки. Он на стероидах?

Прижав его посильнее к себе, чтобы тот не упал далеко, он нащупал на его поясе ключи от металлической двери, вытянул их и открыл её. Мужчина не смотрел в сторону Руфа, но обращался именно к нему. – Ты идёшь со мной.

Мой знакомый бродяга побледнел и приложил усилия, чтобы скрыть внутри "ор до гор" и не обосраться от задачи придумать, что ему делать с тем обманом, что он придумал.

“Спокойно! СПОКОЙНО, РУФИНО! Иначе этот монстр учует твой страх!”

Такие мысли вполне в духе Руфа.

Он взял себя в руки и ответил, максимально скрывая свои нервы:

– А-а, да, конечно, только, есть правда один нюанс…

Поймав на себе убийственный взгляд, он тут же выпалил оправдания.

– Это не я видел, а мой друг, но я отведу тебя к нему! – Руф не придумал ничего лучше.

– Идём. Приказам здоровяка не хотелось сопротивляться, поэтому Руфа ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Он вывел бродягу, запер дверь с остальными, которые и так, похоже, были совсем не против такого расклада, и вышел с ним из здания, как ни в чём не бывало.

***

Спустя один час после… побега?

Где-то на улицах вечереющего Лиссабона бродил Натаниэль, то есть я.

Когда-то же я мечтал стать программистом, а чем занимаюсь сейчас? Собираю бутылки, чтобы хватило на еду. Обидно, конечно, но признаться, есть в этом какое-то чувство спокойствия и свободы.

Хах, снова я пытаюсь себя обмануть? Пора завязывать с этим.

Помотать головой, чтобы избавиться от дурных мыслей, было моей привычкой, что я и сделал.

Так-с. Чтобы хватило на батон и консервы, нужно ещё 9 бутылок собрать. Проклятье, спина уже болит нагибаться за ними, но ничего не поделаешь.

О! Вон в том переулке, точно знаю, есть контейнер. Иногда в нём можно найти что-то годное.

Проверю-ка.

Я подошёл к освещённому началу прохода, и свет фонаря вдруг потускнел. Подняв голову вверх, я нахмурился. Невезуха. Как назло, лампочке скоро хана, надо торопиться, а то потом вообще ничего не увижу.

Я забежал в переулок и сразу нашёл тот самый контейнер с бегающими рядом крысами, кошками и потянулся за бутылкой, которую заприметил в углу на дне. Перекинувшись телом и копошась внутри, я не заметил, как целлофановый пакет в моей руке с остальной стеклотарой слегка зацепился за острый торчащий крепёж.

От моей активности пакет начал рваться. Услышав это, я рефлекторно дёрнул его, как мне казалось, аккуратно, но тот порвался окончательно, а пять бутылок полетели высоко в воздух.

Не-не-не-не!! – хоп – хоп – хоп – хоп – ОПА!

Словно действительно предсказывая, я неуклюжими, но действенными, движениями, поймал их почти в полной темноте!

Фух! Все поймал? Обалдеть. Да мне с такими навыками надо в цирк идти. Хах… клоун-бомж… какая ирония.

Вдалеке послышались чьи-то шаги, раздававшиеся эхом по пустой улице.

Мне вдруг пришла в голову подозрительная мысль: две совершенно непонятные неудачи подряд… Лампочка, пакет. Могу поклясться, что сейчас мимо пройдёт Руфино со своей аурой невезения.

Я уставился на выход из переулка и ожидал появление приближающейся фигуры. И когда я увидел ее, то лишь на одну секунду не мог поверить своим глазам. Мой прогноз только что сбылся!

Я так и знал! Этот неудачник распространяет свою ауру повсюду!

Погоди-ка, а это кто ещё с ним?

Я аккуратно поставил свои стеклянные пожитки и подошёл поближе к углу, чтобы выяснить обстановку.

Почему он не за решёткой? Браз ведь сказал, что его приняли жандармы. Сбежал что ли? И мужик рядом с ним какой-то подозрительный. Хотя я сейчас сам, наверное, выгляжу не лучше.

Нет, ну вы только гляньте!

Будто нефтяной магнат идёт рядом бродягой. Тут даже дар предсказателя не нужен, чтобы почувствовать какие-то преступные махинации, причём зачинщиком может быть кто угодно.

Святая Дева Мария, неужели этот придурок снова во что-то вляпался?

С другой стороны, какое мне дело? Пойду-ка я лучше по своим делам. Прости Руф, но ты сам виноват, поэтому сам и спасай свою рыжую задницу. Храни тебя ангел, ну, или кто там тебя хранит… Аминь.

Так, где тут мои вещи? Темно, хоть глаз выколи! А, вот они.

…Кстати, они же пошли в сторону нашей ночлежной улицы, да? Что ж, значит сегодня ночуем в старом квартале Алфама, а то мне как-то не хочется попадаться им на глаза.

Я достал из заднего кармана штанов тканевый пакет, положил туда бутылки и неожиданно для себя замер на одну минуту.

И чего я стою? Ноги совсем двигаться не хотят – ватные. Заболел небось?

Какое-то противное чувство внутри свербит. Может быть я должен помочь? Не-не-не, брось эти мысли, Натаниэль! Он тебе никто, да и строить из героя не в твоём стиле. Вот же, подумал о себе в третьем лице и сразу вспомнил привычку Браза. Так или иначе, спасать я никого не собираюсь, самому бы как-то выжить. Так что, прости приятель, но доверяю высшим силам твою судьбу.

***

Круглосуточный магазин с автоматом для приёма стеклянных бутылок.

Я вложил в него 20 штук и получил чек на четыре евро, который обналичил у кассира и ушёл по своим бродячим делам. Я смогу жить на эти деньги пару дней. Хм, мало, но не хочу я идти в районы Байши, не хо-чу.

Там, конечно, можно заработать и побольше, но местные попрошайки весьма идейные и даже, мать их, талантливые. Танцуют, поют, стихи рассказывают. Артисты хреновы. Из-за них такие, как я, бездарные бездельники, там ничего не имеют, а в других районах чересчур неспокойно из-за конкуренции. Вот и приходится заниматься такой ерундой всё время.

Ха-ха, да уж, везде конкуренция.

Может, на работу куда-то устроиться? Ой, снова эти мысли полезли. Проходили уже, ничего из этого не выйдет.

От этих мыслей стало тошно, настолько, что жить не хочется. Я бы даже убил себя, но не могу, потому что жутко боюсь боли и смерти в целом.

Сейчас бы книгу, заглушить эти мысли, отвлечься, а то оставаться наедине с самим собой страшнее физического насилия.

Вернуться, что ли?

Вляпаться в неприятности из-за книги и умереть выглядит как хорошая идея.

Самое хреновое, что тогда, что сейчас, мои "радары" говорят мне: "иди туда быстрее, идиот!". И от этих мыслей нельзя избавиться, как ни старайся.

Будто сама судьба хочет, чтобы я это сделал.

***

Район Санта-Мария. Спальная зона бездомных.

Невозмутимо и хладнокровно новоиспечённый "друг" Руфа вместе с ним щеголял по ночному "королевству бродяг", сверкая оригинальными часами Rolex за девяносто тысяч долларов.

Пусть здешние и не отличаются сильным телом да особой сообразительностью, но собраться толпой и ограбить одного глупца они вполне могли.

В такие моменты они будто обретали коллективный разум, особенно когда их цель – всего один человек с целым состоянием на запястье.

Сейчас от мгновенного нападения их удерживало несколько вещей: первая, и самая важная – оценка местного барахольщика. Пока он своим опытным взглядом не определит стоимость часов, они дёргаться не будут.

Чтобы произвести оценку, ему нужно было подобраться поближе. При всём при этом оборванцы уже незаметно собирались в небольшие группы и медленно шли по пятам, в ожидании возможности напасть.

Никто из них даже словом не обмолвился, но их аморальные рефлексы заставили многих объединить усилия и двигаться, как подготовленные солдаты.

Пока эти двое шли, Руфино пытался предупредить его.

– Приятель, я тебе уже говорил, но, слушай, убрал бы ты эту безделушку, блеск которой можно увидеть за квартал. Мне, знаешь, как-то не по себе, когда ты ею размахиваешь. Народ тут, сам понимаешь, падкий на подобного рода изделия, могут и напасть всем скопом. И…

– Хватит болтать, веди. – Здоровяк казался спокойным внешне, но он был на взводе, и не от места пребывания, а от чего-то другого.

Руфино аж отшатнулся от такой резкости и грубости.

“Идиот, да на тебя-то мне плевать! Я боюсь, как бы самого по касательной не зацепило! Но, делай, что хочешь, я всё равно придумаю, как вытрясти из тебя побольше деньжат. Надеюсь, Браз и Натан смогут мне в этом помочь, иначе мне капут! Кто первый попадётся, того и попрошу о помощи. Они меня знают, наверняка не откажут.”

И ведь он серьёзно так подумал.

Когда парочка подошла к навесам из хлама, Руф заглянул в мою палатку, но никого не обнаружил.

– Ай-ай-ай, какая досада, его нет на месте. Мы можем немного подождать, когда он…

Рыжий не успел договорить, когда сзади в его спутника, как бы не специально, врезался тот самый оценщик.

Это был человек, на голове которого красовалась растаманская шапка, а под ней торчали не то дреды, не то просто грязные чёрные волосы. Он был одет в две разных оверсайз кофты: фиолетовую и зелёную. На лице выделялся большой расплывшийся нос и толстые губы с широким ртом.

Я видел его раньше, и мы даже иногда общались. Только вот, как этот коренной португалец пришёл к такому образу, я не смею даже предположить.

“Мать моя женщина! Да это же оригинальные Ролексы!” – С одурманивающей богатством мыслью в голове оценщик подал сигнал рукой своим подельникам, которые затаились неподалёку.

Руф это понял и попытался их остановить.

– Идиоты, назад!

Естественно, что они не стали его слушать и кинулись вчетвером на высокого блондина, схватив ему ноги и руки. Однако тот был спокоен, будто ничего и не произошло.

Оценщик подошёл ещё ближе и с ехидной улыбкой попытался снять украшение с руки. Когда он начал их отстёгивать, мужчина в рубашке мощным движением откинул того, кто висел на его правой руке, прямо на оценщика, повалив их обоих на землю.

– Кретин, держи его крепче! – Оценщик был не в восторге от ситуации.

– Сам ты кретин! – Ответка не заставила себя ждать.

Вдруг оценщик замер.

Он увидел татуировку на правом плече здоровяка: щит, пронзённый мечом, оплетённый лавровым венком, с короткой подписью по-русски «С нами Бог»

Оценщик, как бывший сотрудник преподавательского состава по истории, знал, что означают эти буквы, язык, и символы.