Читать книгу: «Долг, оплаченный ее телом»

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПЕРЕД ПРОЧТЕНИЕ

Привет, мои порочные книжные шлюшки. Да-да, я знаю, зачем вы здесь. Давайте не будем врать друг другу, мы все прекрасно понимаем, что здоровые отношения с правильными парнями – это смертельно ску-у-учно. Вы открыли эту книгу, потому что в глубине души хотите, чтобы такие безжалостные ублюдки, как братья Крейг, были одержимы вами до потери пульса. Хотите, чтобы они называли вас грязными словами, хотите покорно ползать перед ними на коленях и задыхаться от их приказов. Я написала этот текст для нас. Для тех самых девочек, чьи трусики становятся влажными от обилия красных флагов.

Перед тем как мы начнем, я хочу предупредить вас о тропах и триггерах, которые ждут вас на этих страницах:

• МЖМ

• тронь ее и ты труп

• «Зачем выбирать?

• сомнительное согласие

• морально серые герои

• одержимые и властные собственники

• обретенная семья

• вуайеризм

• от пленницы до королевы

• унижение и похвала

• грязные разговоры

• кинк на размножение

• доминирование и подчинение

• условно-принудительный секс

• возбуждение от вида чужой спермы

• наказание за стоны

• секс в экстремальных условиях

• принудительная беременность

• очень много грязи

• жесткий секс

Если этот список звучит для вас как идеальное расписание на вечер – добро пожаловать домой, девочки! Снимайте белье, наливайте винишко и переворачивайте страницу. Братья Крейг уже ждут вас.ЭТО ОТКРОВЕННАЯ, ГРЯЗНАЯ ЭРОТИКА. ЗДЕСЬ НЕТ МОРАЛИ И СЛОЖНЫХ ДУШЕВНЫХ ПЕРЕЖИВАНИЙ. ЗДЕСЬ ПРАВЯТ ЖИВОТНЫЕ ИНСТИНКТЫ, ТОКСИЧНАЯ ОДЕРЖИМОСТЬ И ЖЕСТКИЙ СЕКС. Я НАПИСАЛА ЭТУ ИСТОРИЮ РАДИ ВАШИХ ГРЯЗНЫХ ФАНТАЗИЙ. ОТКЛЮЧИТЕ СВОЙ МОРАЛЬНЫЙ КОМПАС. ЧИТАЙТЕ НА СВОЙ СТРАХ И РИСК.

Глава 1

Сильвер

Воздух в VIP-комнате «Оникса» был таким тяжелым от сигарного дыма и дорогого парфюма, что оседал на языке горьким привкусом. Глухие басы из главного зала вибрировали под подошвами моих туфель, но я не могла пошевелиться.

Только что Маркус – человек, за которого я собиралась выйти замуж, – сгреб жалкие остатки фишек в центр зеленого стола. Его лицо покрылось липкой испариной. Пьяный, затравленный взгляд метнулся к двум мужчинам напротив. А потом он ткнул в меня пальцем, словно я была ключами от гребаного спорткара.

– Я ставлю ее. Отдаю на всю ночь, – нервно хохотнул он, обнажая зубы в жалкой улыбке. – Пользоваться можно обоим, без ограничений. Это... это ведь закрывает мой долг за прошлый кон? И дает мне право играть дальше?

Я перестала дышать, чувствуя, как ногти впились в ладони. Мне было всего двадцать два. Через месяц я должна была стоять у алтаря в белом платье и выйти замуж за этого куска дерьма. А не задыхаться от ужаса, слушая, как он хладнокровно ставит меня на кон в подпольном казино.

Один из мужчин медленно откинулся на спинку кожаного дивана. Он даже не посмотрел на Маркуса. Его тяжелый, темный взгляд остановился на мне, откровенно и грязно изучая мое тело. Он смотрел так, словно уже мысленно срывал с меня одежду.

Его напарник, сидевший рядом, затянулся кубинской сигарой. Выпустив дым, он раздавил ее о дно хрустальной пепельницы, ни на секунду не отрывая от меня глаза.

– Сделка принимается, – равнодушно произнес он. – Если проиграешь, Синклер, она не выйдет из этой комнаты до рассвета. Ты понимаешь, что это значит?

Лицо моего жениха пошло уродливыми красными пятнами. Нервно дернув кадыком, он трусливо отвел от меня взгляд.

– Да... да, разумеется. – Маркус выдавил из себя жалкое подобие уверенной улыбки. – Поверьте, она стоит этих денег... Клянусь, вы не разочаруетесь. Сильвер идеальна.

Началась последняя раздача. Я сидела вплотную к Маркусу, задыхаясь от тяжелого шлейфа пота и едкого мужского страха, который волнами исходил от его кожи. Слова моего жениха до сих пор звенели в моих ушах, смешиваясь со звоном кубиков льда в его стакане. Это десятая порция чистого, обжигающего виски за вечер. Я считала каждую, потому что с новым выпитым бокалом он превращался из простого мерзавца в неуправляемое животное.

Его тяжелая, влажная от пота ладонь намертво вцепилась в мое голое бедро. Бордовый шелк платья задрался неприлично высоко, открывая кожу, но моему жениху было плевать, кто на меня смотрит. Его пальцы болезненно, до синяков впились в мою кожу, выдавая его животный страх.

За стенами этого клуба Маркус строил из себя хозяина жизни: вспыхивал от любого косого взгляда, рычал и решал проблемы кулаками. Но здесь, за столом, с него слетела вся фальшивая спесь. Его ничтожность читалась в каждом судорожном вдохе, потому что напротив нас вальяжно раскинулись те, кто олицетворял реальную власть. Настоящие хищники. Для них такие, как мой жених, были просто грязью под подошвами дорогих итальянских туфель.

Братья Крейг. Верхушка бостонского синдиката. Люди, которые носили свою власть так же легко и небрежно, как костюмы, сшитые на заказ.

В своей жалкой самоуверенности Маркус искренне верил, что может вести с ними бизнес. Хуже того – он возомнил себя их ровней. Его идея отпраздновать сделку партией в покер была сродни тому, как если бы дворовый пес сам забрел в клетку к волкам, надеясь урвать лучший кусок мяса.

Я подняла глаза, чувствуя, как от их ответного внимания по коже побежал ледяной мороз. Слева от стола сидел Деклан Крейг. Густые темные волосы небрежно спадали на лоб, а по шее, из-под расстегнутого воротника черной рубашки, угрожающе полз набитый чернилами скорпион. Его взгляд – обманчиво мягкий, цвета темного меда – пугающе гармонировали с холодным блеском зажигалки, которую он методично крутил в руке.

На его губах играла кривая, предвкушающая ухмылка. Он смотрел так, словно уже мысленно перерезал Маркусу горло и теперь прикидывал, с какой именно силой прижмет меня к этому самому столу.

Но мой взгляд был намертво примагничен к тому, кто сидел по центру. К Киллиану Крейгу. За последние полчаса он не обронил ни звука, но его тяжелое присутствие буквально высасывало из комнаты кислород. Сшитая на заказ темно-синяя рубашка сидела на его широких плечах, как безупречная броня. Темные волосы были небрежно зачесаны назад, открывая лицо безжалостного ублюдка. А глаза... Боже, его глаза были похожи на два осколка арктического льда, смотревшие прямо мне в душу.

Киллиан даже не взглянул на свои карты. Его тяжелый взгляд прочертил линию по моей ключице, задержались на бешено бьющейся жилке на шее и опустились к потной, трясущейся руке Маркуса на моем голом бедре. В туже секунду в его зрачках вспыхнуло нечто настолько темное, собственническое и грязное, что мои трусики мгновенно стали мокрыми.

– Маркус, – мой голос сорвался на жалкий, дрожащий шепот, когда я наклонилась к самому его уху. – Остановись. Они просто играют с тобой. Умоляю, сбрось карты.

Пальцы на моем голом бедре сомкнулись с такой злобой, что сквозь стиснутые зубы у меня вырвался тихий, болезненный стон.

– Заткни свой блядский рот, Сильвер, – выплюнул он, обдавая меня перегаром. – Я знаю, что делаю. У меня на руках гребаный стрит. Я сорву куш, так что сиди молча и не скули.

От обиды и унижения у меня перехватило дыхание. Я проглотила ком слез, чувствуя себя грязной, испорченной вещью.

– Как грубо, – разрезал тишину чужой голос.

Я медленно повернула голову. Киллиан взял свой стакан с виски двумя пальцами. На его широких костяшках резко выделялись набитые черными чернилами буквы – RUIN.

Разрушение.

– Ты портишь мой выигрыш, Синклер, – холодно бросил он, не отрывая от меня своего потемневшего взгляда. – Раз уж бросил свою подстилку на кон, не смей ее лапать. Убрал от нее руки. Или наша сделка аннулируется, и расплачиваться ты будешь собственной шкурой.

Угроза сработала мгновенно. Лицо Маркуса пошло уродливыми красными пятнами, а пальцы, секунду назад причинявшие мне боль, как ошпаренные отскочили от моего бедра. Покорно проглотив унижение, он судорожно схватил свои карты. Его руки так тряслись от адреналина, что Маркус едва смог перевернуть их.

— Стрит, — прохрипел он. — Я выиграл. Мой долг закрыт, ясно? И моя невеста уходит со мной.

Металлический лязг зажигалки резко стих, и над столом повисла тишина. Деклан тихо, презрительно рассмеялся, глядя на Маркуса так, словно тот только что добровольно затянул петлю на собственной шее.

Его брат опустил свой хрустальный стакан на стол. Его губы дрогнули в холодной, хищной полуулыбке, когда он одним коротким движением перевернул свои карты.

Три туза. Два короля.

Фулл-хаус.

– Ты был обречен еще до того, как сел за этот стол, Синклер, – холодно отчеканил Киллиан. Его потемневший взгляд скользнул по мне. – Но признаю... твоя последняя ставка определенно станет моим любимым развлечением.

На секунду в VIP-комнате повисла такая тишина, что я слышала лишь оглушительный грохот пульса в собственных ушах. Сидевший рядом Маркус издал жалкий, скулящий звук, будто ему на шею набросили петлю и выбили из-под ног табуретку.

– Нет, – истерично выплюнул он, резко вскакивая со стула. – Нет, это херня! Ты мухлевал! Ты, блядь, подтасовал колоду!

Деклан медленно, почти лениво изогнул бровь. Он не проронил ни звука и даже не двинулся с места, но его губы исказила улыбка настоящего психопата, предвкушающего кровавую бойню. Воздух вокруг него мгновенно наэлектризовался. Каждая напряженная мышца в его теле кричала о том, что если Маркус откроет рот еще хотя бы раз, Деклан просто встанет и вырвет ему кадык голыми руками.

– Следи за тоном, Синклер. Право голоса за этим столом ты уже проиграл, – его медовые глаза потемнели, заполняясь холодным, расчетливым безумием. – Ты сам поставил ее на кон вместо фишек. Сделка закрыта. До рассвета она принадлежит нам. И мы будем пользоваться твоей игрушкой так, как сочтем нужным.

Его безумный взгляд лихорадочно заметался по стенам VIP-комнаты, как у загнанной в угол крысы, пока не наткнулся на меня. Я пыталась разглядеть в них раскаяние за то, что он натворил, но там читался только страх за свою жалкую шкуру.

Абсолютно забыв о том, что секунду назад ему запретили ко мне прикасаться, он сделал отчаянный выпад и вцепился в мое запястье.

– Вы ничего не получите, ясно?! – завизжал он, брызгая слюной. – Вы, блядские ублюдки, даже не посмеете к ней прикоснуться! Сделка расторгнута, мы уходим!

Пока Маркус визжал и дергал меня за руку, Киллиан даже не сдвинулся с места. Его расслабленная поза излучала чистую, сокрушительную власть.

– Никто не станет трогать ее руками.

– Верно. Руки нам понадобятся только для того, чтобы держать ее за волосы, пока она ползает перед нами на коленях, – с дьявольской усмешкой подхватил Деклан. – Все остальное твоя невеста возьмет сама. И, клянусь, возьмет так глубоко, что забудет о твоем существовании.

Этот грязный, унизительный шепот прошиб меня насквозь. Я должна была испытывать ужас от того, что они собирались со мной сделать, но мое тело отреагировало иначе. Внизу живота вспыхнул пульсирующий жар. Трусики предательски намокли от одной мысли, что они поставят меня на колени. А соски под бордовым шелком затвердели так сильно, что любое скольжение ткани отдавало острой болью.

Маркус в панике попятился, но не успел сделать и шага. Дверь за его спиной бесшумно распахнулась, впуская двух громил в черных костюмах. Один из них ударил его под колени, заставляя с жалким скулежом рухнуть прямо к моим ногам.

– Пошли вы на хер… – выплюнул он, задыхаясь от боли и унижения.

Киллиан скривил губы и посмотрел на брата.

– Вышвырни этот мусор на улицу.

– С превеликим удовольствием, – Деклан хищно оскалился, неторопливо закатывая рукава своей дорогой рубашки.

Коротким жестом отослав охрану, он шагнул к Маркусу и легко, словно тряпичную куклу, сгреб его за воротник. Мой бывший заскулил, пытаясь вырваться, но Деклан поволок его по ковру прочь из VIP-зала.

Дверь за их спинами захлопнулась с тяжелым, глухим стуком. Я осталась абсолютно одна в этой клетке, пропитанной запахами дорогого скотча и кедра. Задыхаясь от паники, я вскочила с кресла и инстинктивно пятилась назад, пока не врезалась лопатками в стену. Но бежать было некуда.

Я перестала дышать, когда Киллиан неспешно поднялся из кресла. Не отрывая от меня взгляда, он расстегнул пуговицы на манжетах рубашки. С пугающей грацией он начал обходить стол, надвигаясь на меня.

– Не подходи ко мне, – мой голос предательски дрогнул, но я упрямо вскинула подбородок, отказываясь отводить взгляд от его ледяных глаз. – Мне плевать, что там проиграл этот трус. Я не принадлежу ему, а значит, я не принадлежу и вам. Вы не можете просто забрать меня, как какую-то шлюху на одну ночь.

Мужчина не остановился. Он сократил расстояние между нами, пока носки его туфель не коснулись моих. Киллиан навис надо мной, опираясь руками о стену по обе стороны от моего лица, отрезая все пути к отступлению.

– Ты абсолютно права, Сильвер, – его низкий шепот проник прямо под кожу, заставляя волоски на затылке встать дыбом. – Шлюхе платят, и утром она уходит. А ты – моя собственность на всю эту чертову ночь.

– Я не буду расплачиваться своим телом за долги этого трусливого ублюдка! – процедила я сквозь стиснутые зубы.

– У тебя нет выбора. Снимай кольцо. Твой трусливый мудак только что бросил тебя в клетку к волкам. И прямо сейчас мы проверим, стоишь ли ты его долга.

Глава 2

Киллиан

Мой взгляд был намертво прикован к Сильвер, пока глубоко в груди сворачивалась холодная, собственническая одержимость. Она сидела неподвижно, оцепенев от ужаса, зажатая в кресле рядом с куском дерьма, который имел наглость называть себя ее женихом.

От Маркуса разило кислым потом, животной паникой и дешевым пойлом, но сквозь эту тошнотворную вонь я чувствовал только ее. Она пахла нежной ванилью, терпким женским отчаянием и тем пульсирующим огнем, который так и умолял, чтобы я плеснул в него бензином.

Три гребаных часа я терпел этот цирк за покерным столом, пока мы обсуждали поставки и делили проценты. Но мой мозг маниакально фиксировал только эту девушку. То, как бесстыдно полз вверх край ее бордового платья, когда она меняла позу. То, как затравленно билась жилка на ее бледной, уязвимой шее. И то, как нервно Сильвер прикусывала пухлую губу. Этот влажный след сводил меня с ума, натягивая мои штаны до предела.

Проклятье, я был чертовски возбужден. Вся моя гребаная реальность сузилась до того, как тяжело и ритмично пульсировал член, упираясь в ткань моих брюк. Молния едва сдерживала мой раскаленный, свинцовую стояк, грозясь вырвать застежку с корнем.

Каждый раз, когда потные пальцы Маркуса сжимались на ее голой коже, мне приходилось физически заставлять себя не хватать хрустальную пепельницу, чтобы не размазать ему череп прямо за столом. Кровь на зеленом сукне – это грязно и плохо для бизнеса. Но мысленно я уже переломал ему каждый гребаный палец.

Но я был не единственным, кто чувствовал этот бешенный адреналин в крови. Краем глаза я следил за Декланом. Мой младший брат был цепным псом, живущим на голых инстинктах. Я видел, как расширяются его зрачки, полностью затапливая медовую радужку черной похотью. Деклан безостановочно щелкал зажигалкой, но я слишком хорошо знал этот больной ритм. Мой брат уже перегнул Сильвер через стол, мысленно срывая с нее бордовый шелк, предвкушая, как сладко она закричит, когда он намотает на кулак ее волосы.

Мы с Декланом делили все: одну кровь, один синдикат, а иногда, когда становилось совсем скучно – одних и тех же женщин. Обычно это была просто грязная рутина. Мы брали очередную дорогую игрушку на двоих и пускали ее по кругу, используя чтобы сбросить усталость под конец дня. Мы выжимали из них все соки, передавая друг другу покорно стонущее тело, а к утру даже не запоминали их лиц.

Но Сильвер... В ее затравленном взгляде, в том, как гордо она вскидывала подбородок, крылась искра, сводящая меня с ума. Она не была очередной шлюхой. Она была личным сортом героина. И я собирался вскрыть ее, залезть глубоко под кожу и заставить забыть о том, что эта девушка вообще когда-либо принадлежала кому-то другому.

Как только тяжелая дверь захлопнулась, отрезав скулящего Маркуса от моего мира, я медленно повернулся, фокусируясь на своей добыче. Сильвер замерла у края стола, намертво вцепившись в край столешницы. Бордовый шелк на ее груди судорожно вздымался от каждого панического вдоха, выдавая животный страх. Я сделал один медленный шаг в ее сторону, и она тут же вскочила со стула пятясь назад.

– Не подходи, – выдохнула она, отступая, пока не вжалась лопатками в стену. – Я не вещь. Вы не можете просто... забрать меня, как какую-то портовую шлюху на одну ночь.

Я сократил дистанцию, вторгнувшись в ее личное пространство. Воздух между нами мгновенно наэлектризовался, пропитавшись запахом ее страха, ванили и дорогого шампанского. Мой взгляд скользнул по ее побледневшему лицу, задержался на приоткрытых, влажных от укусов губах, а затем тяжело опустился ниже. К ее левой руке.

Кольцо на ее пальце выглядело убогой насмешкой. Тонкая, дешевая железка с крошечным камнем. Ошейник трусливого животного, которое только что пустило ее в расход за карточным столом.

Осознание того, что на моей будущей собственности все еще висит чужой ярлык, заставило мои челюсти сжаться от темной, собственнической ярости.

– Еще как могу, – мой голос опустился до глухого, вибрирующего шепота. – Снимай кольцо, Сильвер. Твой жалкий жених только что проиграл тебя дьяволу. И теперь я хочу проверить, стоишь ли ты его долга.

Девушка инстинктивно накрыла ладонью левую руку, пытаясь спрятать от моего взгляда этот дешевый металл. Но это был жалкий, бессмысленный бунт.

– Пошел к черту... – прохрипела она, но голос предательски надломился.

– Твой ублюдок выкупил свою шкуру твоим телом. И знаешь, что самое смешное? Он даже не попытался набить тебе цену, – вкрадчиво понизив голос, произнес я. – Так что стягивай это барахло с пальца, раздвинь ноги и докажи, что вообще стоишь тех денег, которые он мне задолжал. Я хочу посмотреть, как далеко ты готова зайти, отрабатывая его долг.

– Если он продал меня, как вещь, это не значит, что я ею стала, – выплюнула она.

Я перехватил запястье, наслаждаясь ее жалкой, обреченной попыткой сопротивляться. Она могла строить из себя гордячку, но ее загнанный пульс под моими пальцами уже выдал правду: ее тело прекрасно понимало, кому теперь принадлежит.

– Я не повторяю дважды, – прошептал я, вбивая каждое слово ей в губы. – Сними. Это. Блядское. Кольцо.

Подбородок Сильвер упрямо вздернулся, едва не задевая мою щеку.

– Заставь меня. Или у тебя встает, только когда женщину отдают без боя?

Я рывком вздернул ее руку вверх, и зафиксировал кисть прямо между нашими лицами. Она подавилась воздухом от боли, но упрямо сжала губы, пока мой взгляд намертво прикипел к куску дерьмового металла.

– Неужели ты думала, что я оставлю на тебе клеймо этого трусливого ублюдка? – процедил я, сдавливая ее кисть до тех пор, пока она не зашипела. – Я не подбираю чужие объедки, Сильвер. Либо стягиваешь это дерьмо сама, либо я сдеру его вместе с твоим безымянным пальцем. Выбирай.

Ее нижняя губа предательски дрогнула. Она медленно потянулась к левой руке. Тонкие пальцы вцепились в дешевый камень и медленно стянули металл, оставляя на покрасневшей коже вмятину.

– Брось.

Она разжала ладонь. Кольцо ударилось о ковер, с жалким, глухим стуком укатываясь куда-то под диван.

Я впечатал ее в стену с такой силой, что из легких со свистом выбило кислород. Мое колено грубо раздвинуло ее бедра, намертво пригвождая к месту, а пальцы снова сомкнулись на левом запястье, удерживая над головой.

– С этой секунды Маркус Синклер сдох, – процедил я. – Ты больше не его невеста. Теперь ты принадлежишь мне.

Сильвер закрыла глаза. С ее губ сорвался рваный, судорожный выдох, больше похожий на всхлип.

– Что... что ты со мной сделаешь?

Она распахнула глаза, и в этих ярких, пронзительно-синих радужках забилась такая беззащитная паника, что у меня свело челюсти. Темные, каштановые волосы в беспорядке рассыпались по ее плечам, делая Сильвер похожей на сломанную, затравленную куклу.

Я дал ей пару жалких сантиметров пространства – только для того, чтобы в полной мере насладиться отчаянием в ее глазах. С расчетливой жестокостью я провел шершавой костяшкой по ее скуле и спустился к шее – туда, где под тонкой кожей бился пульс.

– Я собираюсь сделать из тебя идеальную, послушную шлюху для себя и своего брата, – мой голос упал до глухого рыка. –– К утру в твоей голове не останется места ни для одной мысли, кроме той, как бы раздвинуть ноги пошире и угодить нам обоим.

Указательным пальцем я подцепил тонкую бретельку и потянул вниз. Шелк соскользнул, обнажая бледную кожу. Сильвер рвано выдохнула, вжимаясь лопатками в стену.

В этот момент дверь бесшумно открылась, впуская в комнату моего брата. Заметив, как она дрожит под моими руками, Деклан медленно, с издевательским спокойствием закрыл за собой дверь. Брат остался стоять в тени, не делая попыток вмешаться.

Я резко убрал руку, лишая ее обжигающего тепла своего тела.

– Раздевайся, – бросил я без каких-либо эмоций.

– Я не могу... я никогда раньше не была с двумя мужчинами, – в панике прошептала она.

– Мне плевать на твой опыт, – холодно отрезал я, не сводя с нее тяжелого взгляда. – Твой жених продал тебя нам обоим. Так что сегодня ночью мы будем использовать тебя вместе, пока не выжмем этот долг до последней капли. Тебе придется сильно постараться.

Оставив ее барахтаться в собственной панике, я шагнул в полутень комнаты и опустился в тяжелое кожаное кресло. Вальяжно откинувшись назад, я устроился удобнее, предвкушая главное шоу. В ее расширенных глазах плескался неприкрытый шок, когда она затравленно переводила взгляд с моего брата на меня.

Деклан убрал руку в карман и двинулся к девчонке. Его мягкий, крадущийся шаг вынудил ее отступить, пока она не оказалась в самом центре комнаты. Он замер у нее за спиной и скрестил руки на груди. Я физически ощущал, как от него исходила та же темная одержимость, что рвала сейчас мои собственные штаны. Мы оба смотрели на нее, как на добычу, которой перебили ноги.

– Я сказал – раздевайся, Сильвер, – мой голос сорвался на глухой, вибрирующий рык. – Либо ты делаешь это сама, либо мы сделаем это за тебя. И поверь, наш вариант тебе понравится гораздо меньше.

Под тяжестью наших перекрестных взглядов ее упрямство дало трещину, сменяясь темной, обреченной покорностью. Ее пальцы затряслись, когда она взялась за бретельки и потянула их вниз, переступая через остатки своей гордости.

Шелк стекал по ее телу медленно, как красная вода, открывая нам то, что с этой ночи стало нашей собственностью. Я пожирал глазами каждый сантиметр ее обнаженной кожи: безупречную, пышную грудь, идеальную линию талии, округлые бедра.

Платье бесшумно упала к ее ногам, оставив лишь крошечный треугольник кружева, скрывающий ее пульсирующую, влажную от страха сердцевину. Эта тонкая нитка на ее бедрах была последней, жалкой иллюзией защиты, заставляя меня до хруста сжать кулаки. Кровь горячим свинцом ударила вниз, натягивая ткань брюк до болезненного предела.

Деклан бесшумной тенью навис у нее за спиной. Я наблюдал, как он склоняет голову к ее плечу, словно дикий зверь, принюхивающийся к жертве. Его взгляд скользнул по изгибу ее голой спины к заднице, откровенно пожирая то, что теперь стало нашей общей добычей.

– Повернись к нему, Сильвер. Я хочу посмотреть, как ты будешь целовать моего брата.

Упрямство в ее глазах потухло, уступая место горькой обреченности. Девушка медленно развернулась к брату. То, что на ней не осталось ничего, кроме туфель на высоких шпильках и стрингов, делало это зрелище еще жарче.

Брат даже не вытащил руки из карманов. Он возвышался над ней темной скалой, с пугающим спокойствием ожидая, когда она сама преодолеет этот последний, унизительный метр.

– Твой трусливый кусок дерьма оценил тебя ровно в одну ночь, принцесса, – процедил Деклан. – Одна ночь с нами, чтобы покрыть его долг. Вот и вся цена его долбаной любви.

Мое тело отозвалось на его слова мгновенной, каменной эрекцией. Я был готов использовать ее прямо сейчас.

– Мы не занимаемся благотворительностью, – ледяным тоном отрезал я. – Если будешь стоять здесь как кукла, я отменю сделку. И тогда ты будешь отрабатывать его карточный долг завтра. И послезавтра. И каждую следующую ночь, пока не забудешь, как тебя зовут. Докажи, что ты стоишь тех бабок, на которые твой жених нас кинул.

Сильвер шагнула вперед, вторгаясь в личное пространство Деклана. Контраст ее бледного, дрожащего тела и его темного костюма ударил по моим нервам, как разряд тока. Я вжался в кресло, жадно наблюдая, как она дрожащими руками потянулась к моему брату, сминая дорогую ткань его пиджака.

Деклан даже не шелохнулся. Его руки все так же покоились в карманах. Он смотрел на нее сверху вниз тяжелым, взглядом, заставляя перешагнуть через последнюю черту унижения самой.

Сглотнув, Сильвер наклонилась к нему и неуверенно коснулась его губ своими. Но он все так же не отвечал на поцелуй. Брат остался стоять неприступной, ледяной стеной. Он ясно давал понять: этого блядски мало.

Она прильнула к Деклану всем телом, ее пальцы с силой зарылись в его волосы, и она впилась в его губы уже по-настоящему. В этом поцелуе не осталось ни капли нежности – только слепое, животное отчаяние. Сильвер сминала его губы, проводя по ним горячим языком, пытаясь получить от него хоть какую-то реакцию. Заставить его взять то, что теперь принадлежало ему.

Мой брат позволил ей пересечь черту, и только после этого вступил в игру. Его ладонь властно сомкнулась на ее талии, а пальцы другой руки жестко впились в затылок, лишая Сильвер возможности отстраниться. Он безжалостно перехватил инициативу, грубо пожирая ее губы и забирая тот самый контроль, который она так мучительно ждала.

Я сжимал подлокотники так, что костяшки пальцев побелели. Видеть их вдвоем – это был чистый, больной кайф, от которого у меня тяжелела кровь. Ее бледная, совершенно голая спина, изломанно выгнутая под широкими ладонями брата, чертовски возбуждала. То, как ее хрупкое, дрожащее тело терялось на фоне его фигуры, заставляло меня до скрипа стискивать зубы, сдерживая животный инстинкт вскочить и подойти к ним.

Деклан разорвал контакт так же грубо, как и начал. Он отступил ровно в тот момент, когда Сильвер перестала сопротивляться и обмякла в его руках. Лишившись опоры, она пошатнулась, едва не рухнув на пол. Ее грудь судорожно вздымалась, влажные губы приоткрылись в немом всхлипе, а в остекленевших глазах плескалась чистая паника. Она была полностью дезориентирована.

– Для начала сойдет, – холодно бросил Деклан.

Я почувствовал, как от его слов меня накрывает тяжелым возбуждением. Брат никогда не отличался мягкостью, и сегодня ночью он собирался сломать ее по-настоящему.

– Вы... – она судорожно сглотнула, голос сорвался. – Вы позволите мне уйти?

Я усмехнулся, жадно скользя взглядом по ее фигуре.

– Судя по тому, с какой отчаянной готовностью ты только что отдалась Деклану, ты никуда не торопишься.

– Я не хочу этого... у меня есть жених...

– Очнись, Сильвер. Твой жених только что расплатился тобой, как дешевой фишкой в покере. – Я откинулся в кресле и дважды, властно хлопнул по своему бедру. – Забудь о нем. Иди сюда.

Глава 3

Деклан

Я с кайфом наблюдал, как гасло жалкая надежда в ее глазах. Окончательно сломленная, она опустила голову и на негнущихся ногах подошла к моему брату. Сильвер попыталась сохранить хоть какую-то каплю достоинства, и неловко присела на одно его колено. Но Киллиану не нужны были эти игры. Его широкие ладони жестко сомкнулись на ее бедрах, и он одним грубым рывком усадил Сильвер на себя, вжимая ягодицы в свой пах.

– Вы... вы собираетесь сделать мне больно? – в ее жалком шепоте билась чистая паника.

Киллиан жестко перехватил ее челюсть, вдавливая пальцы в бледную кожу.

– Я собираюсь разорвать тебя. И мы не остановимся, пока ты не начнешь умолять о добавке.

– Это... это безумие... – выдохнула она, и я увидел, как ее начинает бить дрожь.

Палец брата грубо, по-собственнически прошелся по ее припухшей, истерзанной нижней губе.

– Привыкай. Теперь это твоя реальность.

В приступе паники Сильвер уперлась ладонями в его грудь. С тем же успехом она могла бы толкнуть бетонную стену. Глядя на то, как слабо и бесполезно она пытается защититься, мой член мгновенно стал твердым и готовым оказаться внутри нее.

– Отпустите... пожалуйста.

– Тихо, – рыкнул Киллиан, блокируя любые ее движения. – Будешь дергаться, и мы не станем бросать монетку, кто возьмет тебя первым. Мы войдем в тебя одновременно. И поверь, тебе не понравится, как два члена растягивают твою киску.

– Нет! Вы не посмеете... я не давала согласия!

– Твое согласие осталось лежать на карточном столе, дорогая, – бросил я из полумрака.

Сильвер вздрогнула, затравленно оглянувшись через плечо. Она была так поглощена своим страхом перед моим братом, что на секунду забыла: нас здесь двое. И мы оба готовы разорвать ее на части.

– Рассудок кричит тебе бежать, – пророкотал Киллиан, склоняясь к ее уху, – но твое тело уже потекло от одного нашего вида. Тебя заводит собственный страх.

Я смотрел, как она задыхается в глухом капкане его рук. От одной мысли о том, что мы будем делить ее вдвоем, у меня тут же задрожали яйца. Я никогда не вписывался в рамки нормальных отношений, и мы с братом часто делили женщин. Но эта дрожащая девчонка, оказалась совершенно новым, больным уровнем удовольствия.

– Пошли вы к черту...

– Я чувствую, как ты пропитываешь влагой мои брюки. Твой мозг нас ненавидит, но тело уже умоляет, чтобы мы тебя трахнули.

– Зачем... зачем я вам? – по ее щеке скользнула слеза. – Вы можете купить любую... Зачем ломать меня?

– Потому что твой страх сводит нас с ума. Но знаешь, в чем главная ирония, милая? Ты сама от него кайфуешь.

– Ты сломаешься, Сильвер, – голос Киллиана прозвучал ровно. – Ты так отчаянно цепляешься за свою жалкую гордость, но мне не терпится посмотреть, что от нее останется к концу ночи. Мы выжжем из тебя эту правильную девочку.

– Вы просто больные ублюдки! – закричала она, брыкаясь в бесполезной попытке спастись.

Рука моего брата сомкнулась на ее запястье, а вторая жестко перехватила горло, перекрывая кислород.

– Раздвинь ноги, – тихо, но убийственно приказал он. – Дай Деклану посмотреть, насколько ты влажная. Я хочу видеть, как ты будешь кончать для него, глядя мне в глаза.

– Я лучше сдохну, чем дам вам...

Киллиан чуть сильнее сдавил ее горло, и на его губах заиграла темная, хищная ухмылка.

– Твое мнение здесь больше никому не интересно. Мы просто возьмем то, что наше. И начнем прямо сейчас.

Не дав ей опомниться, мой брат развернул ее спиной к себе. Сильвер оказалась намертво зажата в его хватке, впечатанная лопатками в жесткую грудь брата. Одна его рука намертво обвела ее живот, а вторая заставила раздвинуть бедра. Киллиан выставил ее передо мной, обнажив самую уязвимую часть, словно предлагая мне попробовать кусочек.

– Твое сопротивление ничего не изменит, – ледяным тоном отрезал я, сокращая дистанцию. – Чем громче ты кричишь сейчас, тем слаще будешь стонать потом.

– Я не ваша игрушка! Вы не имеете права! – она забилась в его руках в слепой панике, сгорая от унижения и страха. – Я никогда... никогда вам не подчинюсь!

Киллиан поднял на меня тяжелый, потемневший взгляд.

– Слишком много шума из-за того, что неизбежно. Заставь ее замолчать.

Мое возбуждение натянулось до такой степени, что граничило с пыткой. Я затвердел до боли, балансируя на самом краю, где любая искра могла спровоцировать взрыв.

Я медленно сократил дистанцию, наслаждаясь тем, как в глазах Сильвер плещет агония. Она отчаянно билась в стальной хватке брата, но он держал ее бедра разведенными с такой непреклонной жестокостью, что девушка не могла даже свести колени, чтобы спрятать то, что уже уловил мой взгляд.

Там на белом кружеве ее трусиков расплывалось темное, влажное пятно. Это было грязное, неопровержимое доказательство того, что она пропитана желанием. Было невыносимо видеть ее настолько беззащитной, сломленной и текущей от страха. Мой рассудок отключился. Остался только голод.

– Я вас ненавижу!

– Оставь этот спектакль для своего жениха. Твои трусики уже насквозь мокрые. Ты хочешь нас больше, чем готова признаться.

Не отрывая взгляда от ее заплаканного лица, я жестко вклинился между ее бедер. Тяжелый, дурманящий запах возбуждения ударил мне в ноздри – она уже была готова. Инстинкт самосохранения заставил Сильвер дернуться назад, попытаться отпрянуть, но она лишь беспомощно врезалась в твердую грудь моего брата. Из ее горла вырвался тихий, надломленный всхлип.

– Посмотри на нее, Киллиан. Она течет так сильно, что ее соки уже стекают по внутренней стороне бедер, – мой голос прозвучал хрипло, пропитанный темным, собственническим удовлетворением.

– Я чувствую, брат. Она вся дрожит от нетерпения.

Я перехватил взгляд Киллиана. В этой безмолвной секунде мы заключили пакт. В его глазах я увидел отражение своих собственных порочных планов. Мы оба знали, что произойдет в следующие часы. В мельчайших, грязных подробностях.

– Блядь... – я шумно втянул воздух, возвращая взгляд к ее раскрытым бедрам. Запах ее возбуждения был таким густым, что оседал на языке. – Ты пахнешь чистой похотью. И после этого ты еще смеешь строить из себя жертву? Просто признай, что ты хочешь быть оттраханной нами так же сильно, как мы хотим тебя взять.

Сильвер продолжала отчаянно цепляться за остатки рассудка, пытаясь бороться с собственным телом, которое уже давно перешло на нашу сторону. Киллиан видел эту внутреннюю борьбу и решил проблему единственным понятным ему способом.

– Попробуй ее на вкус, – глухо пророкотал он, глядя на меня. – Я хочу видеть, как ты пьешь ее унижение.

– Нет... не надо... я не хочу...

– Заставь нашу девочку проглотить эту ложь.

Я издал низкий, гортанный рык. Мои пальцы грубо подцепили тонкую полоску кружева, и одним резким движением разорвали прямо на ней. Сильвер судорожно дернулась, пытаясь что-то выкрикнуть, но в моей ладони был зажат идеальный кляп из влажного кружева.

– Будь хорошей девочкой, открой рот.

Я перехватил ее челюсть, заставляя разжать губы и с силой затолкал трусики, заставляя давиться вкусом собственного падения. Крик застрял у нее в горле, сменившись унизительным, приглушенным мычанием.

– Черт бы тебя побрал, Сильвер, – выдохнул я, склонившись к ее лицу.

Я грубо откинул ее волосы назад и скользнул губами по ключице, спускаясь ниже. Найдя сосок, я жестко прикусил чувствительную плоть, вырывая из нее сдавленный крик. Ее ногти в панике впились в мои плечи. Она пыталась вырваться, но я не дал ей ни секунды пощады, кусая сильнее.

Мне нужно было пометить ее как свою территорию. Заставить ее кожу гореть от моих укусов, а потом войти в нее так глубоко, чтобы выбить из нее все мысли о ее женишке ублюдке.

– Сосредоточься, принцесса, – хрипло приказал Киллиан, глядя ей прямо в глаза. – Сегодня тебе придется принять нас обоих. И моему брату нужно как следует подготовить тебя своим языком. – Если он не заставит тебя течь прямо сейчас, ты просто порвешься, когда я всажу в тебя свой член.

Я на мгновение отстранился, окидывая взглядом ее обнаженное тело, и из горла вырвался тяжелый, хриплый вдох. Черт, она была идеальна. Дрожащая, раскрасневшаяся, безупречная в каждом, мать его, изгибе. Глядя на то, как ее соски затвердели от моих укусов, я захотел оставить на ней свои грязные следы.

Я продолжил клеймить Сильвер языком, прокладывая мокрую дорожку от груди до самого живота. Она судорожно выгнулась, когда Киллиан впечатался в нее со спины. Его широкие ладони жестко обхватили ее грудь, жестко сминая, а зубы жадно впились в шею. От одной только этой картины, мой член тяжело и болезненно пульсировал, требуя разрядки.

Я с хрипом опустил взгляд ниже, глядя на то, как она истекает соками.

– Посмотри на себя, грязная шлюшка, – мой голос упал до низкого, вибрирующего хрипа. – Ты вся течешь. Твоя киска не просто плачет по члену, она умоляет, чтобы мы ее трахнули.

Мои яйца тяжело налились кровью от желания. Я был готов прямо сейчас вбить себя в нее до самого основания, чтобы окончательно забрать этот трофей себе. Но сначала я собирался раздвинуть ее бедра и попробовать на вкус то, что мы выиграли.

– Я заставлю тебя кричать, принцесса, – низко, почти угрожающе пообещал я, раздвигая ее колени. – Ты сорвешь голос, умоляя меня не останавливаться.

Сильвер сдавленно застонала, ее бедра дернулись в попытке сжаться, но я развел их в стороны, дразня ее мокрые, пухлые складки. Опустившись ниже, я жадно втянул тяжелый, дурманящий запах ее возбуждения. Она заскулила, когда я коснулся губами набухшей, истекающей соком плоти, а затем прошелся языком по набухшему клитору, вырывая из нее скулеж.

– Черт, она на вкус еще слаще, чем выглядит, брат.

Член в нетерпении дернулся, и мне пришлось с глухим ругательством опустить руку и грубо перехватить себя поверх ткани, просто чтобы не сорваться прямо сейчас.

– Давай, принцесса, насадись своей мокрой киской на его язык, – прорычал Киллиан, вцепившись в ее бедра. – Вылижи ее, Деклан. Теперь эта киска принадлежит только нам.

Я раздвинул ее плоть и без предупреждения погрузился в нее два пальца, чувствуя, как жадно она сжимается вокруг них. Тишину заполняли только непристойные, влажные звуки того, как я по-собственнически растягивал ее изнутри.

– Блядь, какая же ты лживая лицимерка, – прохрипел, слизывая ее сок с губ. – Можешь сколько угодно защищаться ненавистью, но твоя киска прямо сейчас умоляет, чтобы мы тебя сожрали.

С глухим рыком Киллиан грубо схватил ее за лодыжки и задрал ноги вверх, полностью открывая Сильвер для меня. Она испуганно вскрикнула от потери опоры, но звук тут же затих, когда я жадно припал к ней, безжалостно трахая плоть языком.

– Признайся, тебе ведь это нравится, – голос брата звучал вязко, пока он наблюдал за тем, как я клеймлю ее языком. – Нравится чувствовать, как его рот жадно слизывает с тебя все соки?

Она попыталась что-то ответить, но из горла вырвался только сорванный, жалкий скулеж. Я не давал ей и секунды на вдох, жестко и безжалостно вбиваясь в истекающую соком плоть.

– Смотри мне в глаза, пока он тебя вылизывает, – властно приказал Киллиан. – Хочешь сказать ему спасибо? Или просто наслаждаешься тем, с какой жадностью мой брат тебя поглощает?

Я и правда сходил с ума. Мои губы и подбородок блестели от скользкой влаги, а запах въелся глубоко в кожу. Ни один сорванный банк за покерным столом, ни один даже самый крупный куш не приносил мне такого охуительного кайфа, как вкус этой женщины на моем языке.

Я резко вытащил пальцы, оставляя ее абсолютно пустой. Сильвер издала жалкий, надломленный звук и бессильно обмякла на груди брата, тяжело дыша через нос. Я замер, глядя, как ее блестящая киска мелко дрожит и судорожно сокращается, инстинктивно требуя вернуть то, что я только что забрал.

– Посмотри на себя, Сильвер, – хрипло произнес я. – Ты сжимаешься так, словно я твое спасение.

– Как думаешь, твой жених в курсе, какой грязной ты можешь быть? – с издевкой добавил Киллиан прямо ей на ухо. – Или этот придурок способен только вежливо подавать тебе пальто?

Я поймал ее затравленный взгляд. Мои пальцы, скользкие от соков, замерли в миллиметре от ее лица, прямо поверх трусиков, зажатых у нее между зубами.

– Скажи ему, как сильно ты хочешь их облизать, – горячо прошептал Киллиан, удерживая ее на своих бедрах. – Иначе мы закончим все прямо сейчас, и ты будешь сходить с ума от того, как сильно у тебя ноет между ног.

Сильвер издала сдавленный, беспомощный звук. Я подцепил край кружева, заменявшего ей кляп, и неторопливо вытащил ее трусики изо рта.

– Вы... больные… Я не буду этого делать.

– Боишься узнать, какое на вкус твое предательство? – я двинул руку ближе, но она дернула головой, и я жестко схватил ее за челюсти. – Ну же, попробуй себя.

Девушка выплюнула мне в лицо злое «пошел к черту», но как только она приоткрыла губы, я жестко протолкнул в них пальцы. Я почувствовал, как она инстинктивно обхватила их губами, слизывая влагу, которая еще минуту назад была глубоко внутри нее.

– Хорошая девочка, – хрипло выдохнул я, с удовлетворением глядя, как ее горло судорожно дергается. – Ты течешь и скулишь на коленях у моего брата, пока сосешь мои пальцы. Маркус вообще в курсе, какая ты на самом деле грязная шлюшка?

Я вытащил пальцы и тут же жестко впился в ее рот, не давая опомниться. Смял ее губы, вынуждая разделить этот вкус на двоих, заставляя захлебываться собственным возбуждением. В этот момент я физически ощутил, как она сломалась. Ее тело бессильно обмякло в руках брата, окончательно растворяясь в этой грязной, неконтролируемой похоти.

– Этого мало, принцесса, – прорычал я ей в губы. – Мне нужно больше.

Одним грубым рывком я потянул ее бедра на себя, избавляя Сильвер от туфель, и раздвинул ее ноги. Из моего горла вырвался низкий, собственнический рык. Я снова оказался между ее бедер, мой язык скользнул по ее лепесткам, заставляя ее отчаянно вскрикнуть. Она выгнулась дугой, судорожно вплетая пальцы в мои волосы, отчаянно прижимая мое лицо к своей промежности.

Возбуждение ударило в кровь и мой член стал таким чертовски твердым, что я больше не мог сдержаться. Одной рукой я резко расстегнул ремень, избавляясь от давящей ткани брюк, а другой жестко впился в ее бедра. Я застонал прямо в ее киску, чувствуя, как предэякулят обильно стекал с моей набухшей головки, заливая руку.

– Давай, – хрипло скомандовал Киллиан. Его пальцы грубо сминали ее грудь, оставляя красные следы на бледной коже. – Покажи ему, какой дешевой шлюхой ты стала с тех пор, как твой женишок оставил тебя здесь. Умоляй его.

Сильвер еще сильнее прижалась к моему лицу. Из ее горла вырвался отчаянный, почти животный скулеж.

– Пожалуйста...

– Пожалуйста, что? – прорычал Киллиан, дернув ее за волосы. – Ты хочешь, чтобы он остановился?

Она отчаянно мотнула головой, задыхаясь от собственных всхлипов.

– Хочешь, чтобы мой брат бросил тебя прямо сейчас?

– Нет... нет, не надо...

– Тогда проси как следует, – низко, почти в самые губы промурлыкал он ей. – Чего ты хочешь?

– Не останавливайся... – ее голос превратился в стон, когда я проник еще глубже. – Пожалуйста... заставь меня кончить...

От каждого движения моего языка она становилась все более мокрой. Черт, ее трясло от желания.

– Вот что было нужно твоей киске на самом деле, – усмехнулся я, выдыхая слова прямо ей в кожу. – Вот чего ты была лишена, играя в правильную девочку.

От той дорогой куклы в бордовом шелке, которую ее женишок швырнул на зеленое сукно вместо недостающих фишек, не осталось ни черта. Сейчас Сильвер превратилась в сплошной оголенный нерв. Взмокшая, скулящая от удовольствия, она полностью отдалась каждому движению моего языка.

– Маркус сгорел бы со стыда, если бы застал тебя в таком виде, – Киллиан грубо провел большим пальцем по ее влажным губам. – Зато нас это только заводит, правда, брат?

– Она слишком красиво пачкается, чтобы оставлять ее чистой.

Я снова припал к ней, и ее крик тут же захлебнулся, осыпавшись хриплым, жалким стоном. Я не давал Сильвер ни единой чертовой секунды на вдох. Мой язык втянул пульсирующий клитор в рот, заставляя тело биться в конвульсиях от этого давления.

– Деклан... пожалуйста... я больше не могу... – то, как сорвано и отчаянно она прокричала мое имя, ударило по моему члену.

Она была на самом краю. Еще пара жестких движений моего языка и Сильвер окончательно сдастся.

– Посмотри, как сладко она стонет твое имя, брат, – с темным, издевательским кайфом протянул Киллиан. – Наша недотрога превратилась в жадную, грязную шлюшку. Тебе плевать на карточный долг, верно? Плевать, что мы с тобой сделаем дальше. Прямо сейчас ты готова продать душу дьяволу, лишь бы он переставал тебя лизать.

– Да... – сорванным, скулящим шепотом выдохнула она. – Пожалуйста... просто дайте мне кончить!

– Отдай мне все, – глухо прорычал я прямо в ее влажную плоть, нанося последний, беспощадный удар языком. – Кончай для меня, Сильвер. Сейчас!

Это стало финальной точкой ее разрушения. Сильвер вскинула бедра навстречу моему лицу, ее тело забила крупная, болезненная дрожь, и отчаянный крик разорвал тишину комнаты.

– Деклан... боже...

Хорошо, что стены этого VIP-зала были наглухо звукоизолированы. Если бы не толстый слой акустического поролона под панелями, ее сорванный, пронзительный крик услышал каждый ублюдок в этом клубе.

Истерзанная, опустошенная, она безвольно осела в руках Киллиана, словно сломанная кукла. Если бы мой брат не прижимал ее к своей груди, она бы рухнула на пол.

– Я почуял это в тебе с первой же секунды, – голос Киллиана вибрировал темным, рокочущим басом. – От тебя за милю несет изголодавшейся сукой.

Она выглядела абсолютно разрушенной. Опустошенная, разбитая, но при этом такая грязная и покорная. Я с наслаждением смотрел, как Сильвер пыталась собрать остатки своей гордости, хотя ее киска все еще мелко дрожала от пережитого оргазма.

– Вы… просто чудовища… – хрипло выдохнула она.

– Чудовища? – я поднял голову, вытирая блестящий подбородок тыльной стороной ладони. – Мы твои новые хозяева, принцесса. И теперь ты будешь послушной девочкой ровно до тех пор, пока мы не решим иначе.

Я выпрямился, и навис над ней, заставляя Сильвер смотреть на меня.

– А теперь на колени. Я свою часть работы выполнил. Теперь твоя очередь показать моему брату, какой послушной сучкой ты стала.

Глава 4

Сильвер

– У тебя ровно пять минут, принцесса, – безжалостно процедил Деклан. – Соси так, будто от этого зависит твоя жизнь. Заставь моего брата забыть твое имя. Если он не кончит за это время, мы решим, что ты бесполезна.

По-хорошему, я должна была сгорать от стыда. Меня проиграли в карты, швырнули на колени перед двумя мафиози... Любая нормальная девушка задохнулась бы от омерзения. Но после того, как Деклан растерзал мое тело, гордость просто испарилась. Меня колотило от влажного, пульсирующего жара, и я хотела почувствовать Киллиана в своем рту.

Я подняла голову и посмотрела на него. Если Деклан обжигал своей грубостью, то его старший брат просто давил темной, тяжелой аурой. Крупный, мрачный, с рельефными, точеными мышцами, он нависал надо мной, как хищник. Никаких эмоций. Только ледяные голубые глаза человека, который привык забирать чужое. Под этим взглядом во мне сломалось последнее сопротивление, оставив только животную потребность подчиниться.

Лицо Маркуса на мгновение мелькнуло в памяти, но тут же исчезло. Для него я всегда была просто правильной девочкой. Мой жених даже не пытался разбудить во мне эту дикую, животную жажду. А эти двое не просто забрали меня в счет карточного долга, они вывернули меня наизнанку за считанные секунды. Из-под дорогих манер наружу вырвалась та грязная, порочная часть моей души, о которой я и сама не догадывалась.

Как, черт возьми, вышло, что предательство жениха стало самым возбуждающим событием в моей жизни? Неужели все это время я втайне жаждала, чтобы меня использовали, как дешевую вещь? Почему меня так заводит собственное унижение? Почему у меня сносит крышу от одной мысли о том, как покорно я буду раздвигать ноги по первому их приказу.

Крупная ладонь Киллиана властно схватила мое лицо, заставляя приоткрыть губы.

– Ты слишком красивая для карточного долга, – его голос вибрировал от темной угрозы. – Я хочу испортить это лицо. Сделать его грязным. Сегодня твой рот – моя собственность. И я трахну его так, как считаю нужным.

– Катись к черту... – процедила я, ненавидя себя за то, как между ног снова намокло.

– Я уже там, принцесса. И тащу тебя за собой, – мрачно усмехнулся он. – Но сначала я пойду прямо в твою глотку. Посмотрим, на каком дюйме ты начнешь захлебываться.

Он резко разжал пальцы, словно бросая мне вызов.

Лишенная сил, я тяжело и послушно опустилась перед ним на колени. Мои руки, все еще слабо дрожащие после того, что со мной сделал Деклан, потянулись к тяжелому ремню. Металлическая пряжка поддалась с резким, громким щелчком, от которого я невольно вздрогнула.

Сглотнув вязкую слюну, я стянула плотную ткань его брюк вниз вместе с бельем. Из моего горла сам собой вырвался тихий, рваный выдох. V-образные линии внизу его живота вели к твердому, налитому кровью члену, который казался пугающе огромным. Стоило прохладному воздуху коснуться кожи, как он резко дернулся, и капля влаги на его головке сползла вниз.

Я неотрывно смотрела на то, что мне предстояло в себя впустить. Мой рот рефлекторно наполнился слюной – как у изголодавшегося животного, увидевшего мясо. А между бедер, где еще горели следы губ его брата, все снова болезненно скрутило от тяжелой, пульсирующей похоти. От одной только мысли о том, как грубо он меня растянет, тело покрылось мурашками.

– Ты смотришь на мой член так, будто готова на все, лишь бы получить его в рот, – хрипло констатировал Киллиан.

–– Спорим, она уже течет на ковер только от одной мысли, что мы пустим ее по кругу? – мрачно отозвался Деклан у меня за спиной.

– Я... ненавижу вас, – выдохнула я дрожащими губами.

Это была моя последняя защита, пустая мантра, в которую я уже сама не верила.

– Можешь ненавидеть сколько угодно, – ледяным тоном отозвался Деклан. – Но делай это с языком на его члене. Я хочу смотреть, как ты давишься моим братом.

Никто и никогда не разговаривал со мной в таком тоне. Это было пошло и унизительно. Но к своему собственному ужасу, я осознала, что больше не хочу слышать вежливых слов. Каждая грязная, безжалостная фраза, брошенная этими двумя, действовала как разряд тока, заставляя мое тело дрожать от предвкушения.

Я подалась вперед и накрыла его член ладонью. От обжигающего жара и тугой пульсации у меня перехватило дыхание. Он оказался настолько тяжелым, что мне пришлось перехватить его обеими руками.

– Открывай рот, – низко пророкотал Киллиан. – Покажи нам, какая ты на самом деле грязная девочка.

Я сглотнула, не в силах оторвать взгляд от угрожающей, пульсирующей плоти. Мой разум в панике кричал, что я просто порвусь, если попытаюсь взять его целиком.

– Я... я не смогу взять все, – прошептала я, дрожа.

– Хочешь сказать, твой жених никогда не заставлял тебя глотать целиком? – усмехнулся Киллиан.

– Он был... не таким огромным...

Мужчина накрыл мои руки своей крупной ладонью. Он властно потянул меня за затылок второй рукой, заставляя прижаться губами к влажной головке. Я инстинктивно подалась назад, пытаясь сделать судорожный вдох, но пальцы Киллиана стальной хваткой сжались на моем затылке.

– Расслабь горло, принцесса, – хрипло предупредил он. – Я собираюсь трахнуть этот ротик так глубоко, что ты почувствуешь, как мой член проникает тебе в глотку. Придется задержать дыхание.

У меня не было выбора. Я испуганно втянула воздух через нос и покорно раскрыла рот, позволяя ему перехватить контроль.

– Еще шире, – жестко приказал он.

Я послушно растянула губы до предела, чувствуя, как от напряжения сводит челюсть. Мое дыхание сбилось, когда он одним коротким движением бедер подался вперед, так что налитая кровью плоть оказалась прямо между моих губ.

– Высуни язык, принцесса, – низко прорычал Киллиан, глядя на меня сверху вниз. – Я могу протолкнуться глубже.

Взять его целиком с первого раза оказалось физически невозможно. Когда он толкнулся вперед, член заполнил весь рот, безжалостно натягивая связки. Я подавилась, глотая слезы, но его грубый рык подействовал как наркотик, заставив меня забыть о боли и принять его еще глубже.

– Твою мать, ты ей челюсть сломаешь, – хрипло усмехнулся Деклан позади.

– Она такая крошечная, что я не помещаюсь у нее во рту.

Килилан не дал мне времени на вдох. Следующим жестким рывком он вогнал свой член до самого упора. Я инстинктивно вцепилась ногтями в его бедра, пытаясь отстраниться, чтобы сделать спасительный вдох, но он намертво удерживал мою голову, заставляя замереть с его членом глубоко внутри.

– Вот так, хорошая девочка, – выдохнул он, еще жестче вплетая пальцы в мои волосы. – Пусть Деклан посмотрит, как глубоко ты можешь принимать наши члены.

Горячие слезы покатились по щекам – мне катастрофически не хватало воздуха. Только почувствовав мою беспомощность, Киллиан начал двигаться. Медленно, безжалостно задавая ритм. Каждый раз, когда он пробивал горло до упора, заставляя меня давиться, сверху раздавался его низкий, сорванный рык. Его пьянила эта грязная власть надо мной.

– Блядь, какая жадная, – прорычал он и сорвал с себя рубашку, обнажая покрытое испариной тело.

Я задыхалась, глотая слезы, но продолжала давиться им, отчаянно пытаясь показать, что отдаюсь этому процессу без остатка. Я убеждала себя, что просто играю роль. Твердила, что послушно сосу только ради того, чтобы выжить этой ночью. Но грань уже стерлась. Рассудок плавился, а между ног предательски текло от одного лишь грязного осознания того, чьей вещью я теперь стала.

– Эта правильная девочка просто создана для того, чтобы ползать перед нами на коленях, – раздался сверху хриплый, удовлетворенный голос Деклана.

– Слышала моего брата? – низко прорычал Киллиан, сильнее сжимая пальцы в моих волосах. – Признай это. Тебе нравится быть нашей шлюхой, которую мы сейчас имеем?

Я судорожно кивнула, глотая горячие слезы позора. Пальцы Киллиана намертво вплелись в мои волосы, и он начал грубо, ритмично вколачиваться в мой рот. Я давилась, перед глазами все плыло от нехватки воздуха, но он не давал ни секунды пощады. Каждый его толчок безжалостно растягивал мои губы до предела.

– Вот так. Глотай, – хрипло рычал он в такт движениям. – Умная шлюха.

Я ненавидела себя за то, как отчаянно жаждала его похвалы. Задыхаясь, я подалась навстречу очередному жесткому толчку, плотнее смыкая губы, и намеренно царапнула зубами чувствительную головку. Киллиан резко, со свистом втянул воздух. Его пальцы вцепились в мои волосы так сильно, что кожу обожгло болью.

В этот момент на мою спину опустились властные руки Деклана. Жестко помяв мою грудь, он тут же заскользил ладонями по бедрам. Я задрожала, полностью пойманная в их ловушку. Пока Киллиан продолжал вколачиваться мне в горло, Деклан безошибочно нашел то место, где я истекала соком. Когда его грубые пальцы раздвинули мокрую плоть и резко вошли внутрь, мой рассудок просто разорвало на части.

– Черт... она течет, как сука, – тяжело выдохнул Деклан. – Тебе нравится быть нашей подстилкой?

– М-м-гх...

Я попыталась мотнуть головой, отчаянно цепляясь за остатки совести, но Киллиан жестко сжал мои волосы. Жалкий бунт закончился, не успев начаться. Вдавив меня в себя, он начал грубо, наотмашь трахать мой рот. Я захлебывалась. Слезы бессилия текли по щекам, пока каждый его глубокий удар доказывал мне, что я больше не имею права голоса.

– Блядь, в жизни не трахал ничего настолько узкого. Ее глотка сжимается так, словно я у нее первый.

– Так залей ее. Оставь в ней наше клеймо, – раздался позади меня голос Деклана.

– Даже не сомневайся, – прорычал его брат сквозь стиснутые зубы. – Я залью ее так, что она дышать не сможет, пока не проглотит.

Железная хватка на моем затылке внезапно ослабла. На самом пике Киллиан оборвал ритм и потянул меня назад, заставляя выпустить его изо рта. Я замерла, тяжело дыша, и уставилась на напряженный член, блестящий от моей слюны. Его тяжелая ладонь легла мне на горло, не позволяя отвернуться, а вторая обхватила член, начиная быстро дрочить.

– Опустись ниже и работай языком. Вылижи мои яйца так жадно, чтобы я залил спермой все твое гребаное лицо.

Я покорно приоткрыла губы, проходясь языком по его тяжелым яйцам, пока он грубо и ритмично надрачивал пульсирующий ствол прямо перед моим лицом. Желая доказать свою абсолютную покорность, я застонала, но звук мгновенно сорвался в жалкий всхлип. Деклан не позволял мне забыть о себе ни на секунду. Его рука скользнула между моих бедер, и грубый палец безошибочно нашел мой клитор.

– Я выбью из тебя еще один гребаный оргазм, – хрипло рыкнул он, безжалостно вводя пальцы в мою истекающую соком киску. – Я хочу, чтобы твое тело билось в судорогах, пока ты давишься моим братом.

Я судорожно выгнулась, издав сдавленный вскрик.

– Глаза на меня, Сильвер, – рокочущий тон Киллиана сомкнулся на моем горле, как стальной ошейник. – Не смей отвлекаться. Твоя единственная гребаная задача сейчас – это заставить меня кончить.

Я прерывисто всхлипывала, теряясь в собственных стонах и тяжелом, зверином рычании Деклана у меня за спиной. Рука Киллиана двигалась все жестче и быстрее, пока я жадно вылизывала его внизу. Внезапно с его губ сорвался низкий, хриплый рык. Жестко вцепившись мне в волосы, он оттянул мою голову назад, обрывая ласку, и с силой прижал тяжелую, пульсирующую головку прямо к моим губам.

– Шире, блядь, – с рычанием выдохнул Киллиан. Его кулак в моих волосах дернул так, что из глаз посыпались искры. – Открывай горло. Я залью тебя до самых краев, и ты проглотишь все до последней капли.

От невинной девочки, которую сегодня проиграли в карты, не осталось и следа. Я жадно подалась вперед, принимая Киллиана глубоко в глотку, и судорожно выгнулась навстречу безжалостным пальцам Деклана. Мои влажные, задушенные стоны смешались с их рычанием. Я стала их грязной, послушной шлюшкой. И самое страшное, я отчаянно хотела большего.

– Возьми сперму моего брата, принцесса, – прорычал Деклан. Его руки сомкнулись на мне стальным капканом, лишая даже шанса отстраниться. – Я хочу смотреть, как ты задыхаешься, пытаясь все проглотить. И если попробуешь выплюнуть хоть каплю, я возьму твой рот заново.

С хриплым стоном Киллиан толкнулся мне в рот последний раз, заливая горло горячим потоком спермы. Давясь, глотая слезы и задыхаясь, я судорожно пропускала в себя густую, тяжелую порцию его семени.

В эту же секунду Деклан сделал финальный, сокрушительный выпад пальцами, и мое тело буквально разорвало на куски от дикой, животной разрядки. Мой сорванный крик захлебнулся прямо со спермой его брата. Этот оргазм не имел ничего общего с удовольствием – это была чистая агония, которая разрывала меня на куски. Он продолжал грубо ласкать мой клитор прямо на пике разрядки, безжалостно выжимая из моего измученного тела последние, истеричные спазмы.

Искры летели перед глазами, я была в шаге от обморока, когда Киллиан наконец разжал пальцы в моих волосах и медленно отстранился. Ловя ртом воздух, я подняла голову. Его потемневший, хищный взгляд пригвоздил меня к полу. Желваки на его лице ходили ходуном, а мышцы груди и живота блестели от пота, оставаясь напряженными до предела.

– Идеальная шлюха, – мрачно усмехнулся Киллиан. – У меня чешутся руки войти в тебя и закончить начатое. Но мы привыкли делиться. Твоя передышка окончена, принцесса. Теперь очередь моего брата.

Глава 5

Сильвер

Глухой, звериный рык за спиной вывел меня из оцепенения. С колотящимся сердцем я обернулась и широко распахнула глаза. Деклан навис надо мной. Его тяжелая ладонь сжала налитый кровью, пульсирующий член, медленно скользя по нему вверх-вниз.В его потемневших глазах горел тот же первобытный, неконтролируемый голод, что и у брата. Глядя на эту тяжелую, налитую кровью плоть, я с замиранием сердца осознала: он ни в чем не уступал Киллиану.

– На твоем подбородке сперма моего брата, – мрачно прохрипел Деклан, скользя по моему лицу тяжелым взглядом.

Я судорожно облизнулась, слизывая густые, солоноватые капли.

– Я старалась... но я не смогла вместить все.

– Ползи сюда.

Я только что проглотила семя его брата, признав себя их грязной вещью, но отчетливо понимала: для них этого унижения всегда будет мало. Подавив дрожь, я послушно двинулась к нему на коленях. Едва я приблизилась, Деклан жестко впился пальцами мне в подбородок, рывком заставляя поднять голову.

– Ты посмела испачкаться, Сильвер. И за эту оплошность я накажу твой рот, – прорычал он, сильнее сжимая тяжелый член. – Мы будем растягивать твою глотку заново, принцесса. И так будет продолжаться до тех пор, пока ты не научишься глотать как хорошая шлюха. Поняла меня?

– Да... – обреченно прошептала я, опуская глаза.

Пальцы Деклана мгновенно сжались на моей челюсти, заставляя смотреть на него.

– Я не расслышал, – его голос стал обманчиво тихим, но от этой мягкости повеяло чистой угрозой. – Как ты должна ко мне обращаться, когда стоишь на коленях?

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как от стыда между ног снова становится горячо.

– Да, сэр... – едва слышно выдавила я.

– Вот так. Умная, послушная шлюха, – удовлетворенно пророкотал Деклан.

– Не называй меня так... – выдохнула я, пытаясь отстраниться.

Его рука молниеносно сомкнулась на моем горле, намертво перекрывая кислород.

– Я буду называть тебя так, как посчитаю нужным, – прорычал он прямо мне в губы, пока я беспомощно глотала воздух. – Сегодня ты – моя вещь. А со своими вещами я обращаюсь так, как хочу. Открывай рот.

Я сжала челюсти, отказываясь выполнять приказ. Глядя в его потемневшие глаза, я отчаянно пыталась бросить ему вызов, хотя легкие горели огнем. Только сейчас, задыхаясь в его стальной хватке, я четко осознала разницу между ними. Если Киллиан подавлял своей тяжелой, ледяной властью, то Деклан упивался чистой, садистской доминацией. Его пальцы на моей шее сжались еще сильнее. Перед глазами поплыли черные точки, но он даже не думал ослаблять пальцы на шее.

– Пожалуйста... мне нечем дышать... – выдавила я, чувствуя, как гаснет сознание.

Деклан резко разжал пальцы, но тут же безжалостно сгреб мои волосы в кулак. Я судорожно со всхлипом втянула в себя воздух, чувствуя, как от резкого притока кислорода кружится голова.

– Ты не можешь мне отказывать, Сильвер, – ледяным тоном процедил он. – Если хочешь, чтобы эта ночь была последней, твой рот будет работать без остановки. Ты будешь жадно сосать и глотать мою сперму, пока я не решу остановиться.

– Деклан... мне больно...

– Будет еще больнее, если ты не откроешь рот и не начнешь работать, – прорычал он. – Сделай его влажным. Вылижи все до последней капли.

Глухой, покорный стон сорвался с моих губ, когда я подалась вперед, обхватывая тяжелую плоть. Самым страшным унижением была вовсе не та жестокость, которую он обещал. Куда страшнее было то, как отчаянно и жарко пульсировало между моих ног от каждого его грязного приказа.

– Покажи ему, какой жадной ты стала, – пророкотал позади меня Киллиан.

– Рот, Сильвер, – жестко приказал Деклан, нависая надо мной. – Я слишком долго смотрел, как ты задыхаешься от его члена. Сделай мне приятно.

Еще вчера я считала себя слишком правильной для такой грязи. Но сейчас я просто покорно стояла на коленях, выставив задницу перед одним мужчиной, пока послушно открываю рот, чтобы принять второго.

– Не испытывай его терпение, принцесса, – усмехнулся Киллиан, отвесив жесткий, жалящий шлепок по моей голой ягодице. – Мой брат не будет с тобой церемониться. Он выбьет из тебя покорность силой.

Деклан жестко дернул меня за подбородок, направляя к себе. Я покорно приоткрыла губы, и жадно заглотила раскаленный, тяжелый член. Он тут же издал глухой рык и резко подался навстречу, забирая контроль над моим ртом. Его тяжелая ладонь начала властно перебирать спутанные пряди у меня на макушке, поглаживая меня, словно хвалил послушное, выдрессированное животное.

– О Боже, – застонал он. – Ты не шутил, Килл. Она сосет так будто занималась этим всю жизнь.

– Используй ее, брат, – прорычал в ответ его брат. – Ей это нравится.

– Хорошая сучка, – прорычал Деклан, задавая тяжелый, размеренный темп и заставляя меня глотать все глубже. – Впитывай это, Сильвер. Твои губы созданы не для фальшивых клятв у алтаря. Они созданы для того, чтобы стоять на коленях и принимать нашу сперму в свой грязный, жадный ротик. Ты хочешь, чтобы я тоже кончил?

Не дожидаясь ответа, он резко ускорил темп. Его бедра начали безжалостно вколачиваться в мое горло, лишая меня кислорода и выбивая из головы последние остатки мыслей.

– Проклятье... у меня срывает крышу от этого зрелища, – прорычал Киллиан, и я тут же почувствовала его тяжелые ладони на своих ягодицах.

– Тогда какого черта ты ждешь? – мрачно усмехнулся его брат, не сбавляя темпа у меня во рту. – Бери ее сзади. Пусть почувствует нас обоих.

Я не успела даже дернуться, когда Киллиан перехватил мои запястья. Одним властным движением он заломил мне руки за спину, плотно прижав их к пояснице. Пока Деклан продолжал жестко трахать мой рот, Киллиан бесцеремонно раздвинул мои бедра.

Я была полностью обездвижена, зажата между двумя огромными мужчинами. И господи... по моим венам струилось лишь одно больное желание: я не хотела, чтобы они останавливались. Кажется, в этой комнате я окончательно сошла с ума.

– Ммгх... мм... – я замычала, пытаясь выговорить имя Деклана сквозь плоть, заполнившую горло.

– Пытаешься что-то сказать? – его голос завибрировал от темной усмешки. – Не трать кислород. Твой рот занят делом.

– Ты правда думала, что мы будем брать по очереди? – низкий голос Киллиана ударил прямо над моим ухом. – Нет. Мы возьмем тебя одновременно. И ты примешь нас обоих, как послушная маленькая девочка.

Деклан издевательски отстранился на несколько дюймов, давая мне крошечный шанс сделать вдох. Я жадно, со свистом втянула воздух.

– Пошли вы... я не...

Звонкий, жалящий шлепок по голой ягодице мгновенно оборвал мой протест. Удар был такой силы, что из легких выбило кислород, превратив слова в жалкий, сдавленный вскрик.

– Раздвигай губы, – прорычал Деклан, возвращая меня в свою власть. – Мы только начали.

Жестко обхватив меня за затылок, он вошел в меня одним резким толчком так глубоко, что я тут же начала задыхаться. Глотая слезы пополам с его предэякулятом, я выгнулась дугой, инстинктивно подаваясь назад. Но там был Киллиан. Безжалостный, хлесткий удар по голой ягодице тут же обжег кожу. Вскрикнув от боли, я метнулась вперед, прямо в ловушку Деклана, заглатывая его до самого основания.

– Блядь... да, – с хриплым стоном выдохнул он, отстраняясь на дюйм, чтобы тут же вогнать себя обратно. – Шлепни ее еще раз, Килл. Мне нравится, как сжимается ее глотка.

Киллиан выполнил просьбу брата, и по комнате разнесся звук еще одного жесткого шлепка.

– Нравится быть нашей общей игрушкой? – хрипло выдохнул Деклан, возобновляя свой удушающий, грубый ритм. – Признайся, ты просто умираешь от желания почувствовать член моего брата внутри.

Мой рот был растянут до предела, и я могла лишь беспомощно скулить в ответ на его толчки. Услышав это, Киллиан издал тихий, темный смешок. Его пальцы грубо нырнули между моих ног, размазывая густую смазку. От одного его обжигающего прикосновения к моему клитору, у меня закружилась голоса. Влага потекла по бедрам, мышцы судорожно сжались, когда его пальцы бесцеремонно проникли внутрь, растягивая до предела.

– Ты так сильно течешь, – усмехнулся Киллиан, не прекращая растягивать меня пальцами. – Но ты ничего не получишь, пока не попросишь как хорошая шлюха.

В ту же секунду Деклан безжалостно оборвал ритм. Его пальцы схватили мою челюсть, и он медленно, мучительно вытянул свой влажный член из моего горла. Холодный воздух обжег саднящие губы, с которых потянулась тягучая нить слюны.

– Давай. Скажи это, – издевательски протянул он, нависая надо мной.

– Пожалуйста... – сорванным шепотом выдавила я.

В ту же секунду жесткие пальцы Киллиана сзади вплелись в мои волосы, грубо оттягивая голову назад. Я охнула, до хруста выгибая спину.

– Ты определенно можешь лучше, – его горячее дыхание опалило мою шею. – – Скажи, что хочешь, чтобы мы трахнули тебя так грязно, как твой жених никогда бы не посмел.

Горячие слезы покатились по щекам, смешиваясь с потом и солоноватым вкусом на

губах. Я ненавидела их. Ненавидела себя. Но тело горело так сильно, что гордость окончательно сдохла.

– Пожалуйста, Киллиан... умоляю, – всхлипнула я, полностью сдаваясь. – Просто трахни меня.

Деклан медленно провел большим пальцем по моей щеке, стирая слезу. Его губы изогнулись в хищной усмешке победителя.

– Она готова. Течет и умоляет, как наша личная подстилка. Твоя очередь, брат.

– Раздвинь колени, Сильвер, – приказал Киллиан.

Я не успела даже дернуться, когда его ладони безжалостно развели мои бедра. Горячая головка скользнула по влаге, и он одним яростным толчком вогнал свой огромный член до самого упора. Стенки болезненно растянулись, принимая его толщину, пока я захлебывалась криком от того, как жадно мое тело сомкнулось вокруг горячей плоти.

– Твою мать... – выдохнул Киллиан, безжалостно проникая в меня до самого упора. – Ты отлично ее растянул, Дек. Она течет, как послушная сучка.

– Решил трахнуть ее без резинки? – с темным, издевательским любопытством протянул Деклан.

– Я хочу ее заклеймить, – прорычал его брат, сжимая мои бедра так, что на коже точно останутся синяки. – Между мной и моей собственностью не будет никаких гребаных преград.

Мое сердце пропустило удар.

– Киллиан, нет... – сорванным шепотом взмолилась я. – Я-я не принимаю таблетки… Господи, пожалуйста, только не кончай в меня!

– Не смей ему указывать! – рявкнул Деклан, и его пальцы больно впились в мои щеки. – Если мой брат захочет залить тебя спермой, ты просто примешь ее. Скажешь «спасибо» и покорно проглотишь экстренную таблетку, когда мы закончим с тобой играть. Поняла?

– Д-да, сэр.

Удовлетворенный рык Деклана потонул в моем горле, когда он с силой вогнал себя обратно. Он тут же задал жесткий, рваный темп, насаживая меня на свой член. Я превратилась в безвольную куклу, зажатую в тиски: Деклан грубо душил меня спереди, а Киллиан методично двигался сзади.

Мои глаза закатились сами собой, когда большой его палец нашел набухший, сверхчувствительный клитор. Я настолько потерялась в этих ощущениях, что едва не выпустив изо рта член Деклана.

– Не отвлекайся, принцесса, – холодно процедил Киллиан. – Член моего брата должен быть глубоко в твоей глотке, а не прохлаждаться на губах.

Расплата последовала мгновенно. Звонкий, безжалостный шлепок обжег мою набухшую, истекающую соком киску. Из моего горла вырвался рваный всхлип, и от этого шока я инстинктивно выгнулась, насаживаясь на Киллиана еще сильнее.

– Вот так. Возьми меня глубже, – довольно прорычал он. – Жаль, ты не видишь, как жадно твоя киска растягивается на моем члене. Ты такая идеальная, Сильвер.