Читать книгу: «Вовка», страница 2

А сейчас надо вести меня в школу на новогодний утренник. Мы переходим Московское шоссе, – утро в конце декабря чернее ночи, – снежинки весело кружатся в свете фонарей, он смотрит на меня… какие тёплые родные глаза, и снежинки на ресницах … тают.

Он упал потом. Мышца порвалась. Оказывается, сердце – мышца.

…Седьмое января, опаздываем на поминки, но заходим в магазин игрушек. Мама спрашивает: «Что тебе подарить на Рождество?» Рождество?! Хочу сказать: «Папу», но сглатываю и тычу пальцем в плюшевого зайца… Кто сказал, что двух зайцев нельзя убить одним выстрелом?

… Снова цепями заскрипел этот занудный Вовка. Хочу подойти и дать ему подзатыльник, – Ты живой вообще?!

Аборт – это смерть.

Всегда – смерть.

Таня

Наша Таня громко плачет… Не оригинально, но из песни слова не выкинешь. Итак, она (да!) звалась Татьяной.

Было море – чёрным.

Были пески – золотыми.

Из развлечений – ракия и обычный для чёрного моря риновирус.

Мы отъедали бока, пересиживая часы экстремальной солнечной активности в кафе «Ялта» на А/С, а затем ехали в Варну догоняться тортиком. И так две недели…

Погода однообразно-приветливая; монотонный ночной дождик уходил на расвете, оставляя в бодрящем утреннем воздухе аромат кофе и розового масла. Так начинался очередной солнечный день и пляжная обязаловка.

В тот вечер было особенно тихо, шёпот волн стал болезненно слабым, а небо – безразличным. Разбросанным по золотому песку телам лениво. Казалось, что сизое веко, поглотившее солнце, вот-вот поднимется, а уже потом, после заката, дежурное облако оросит скупыми слезами осиротевшие Златы Пески.

Гроза началась внезапно. Стемнело за пару минут. Мы тогда, босые, подорвались, похватали футболки и побежали в «Ялту», – прикормленное место мы могли найти в темноте и под любым «градусом», – мы даже радовались внезапному отлучению от поднасто…надоевших солнечных ванн и планировали форс-мажорный полдник. Загривки озаряли всполохи острых молний, в сверкающие пятки дробью впивался колючий песок. Когда мы, наконец-то, дрожащие и жалкие, вломились в «стекляшку» кафе, обрушился ливень. Стеной.

Будь глаз человека устроен на манер кошачьего, мы бы смогли ориентироваться в кромешной темноте по десятку фосфорицирующих пучеглазых путеводных огней. А так, при наших скромных физических данных приходилось то и дело натыкаться на скользких и мокрых человеков. Электричество йок на всём побережье, а значит о помидорчиках-перчиках, ракии и брынзе придётся забыть. Спасибо хоть за приют.

Стоим, прислушиваемся к русскоязычным, благо в Болгарии русских – тьма! И вот таким макаром, во тьме мы узнаём о падении башен-близнецов в Нью-Йорке.

11 сентября 2001 года, в наш первый бархатный отпуск.

Кумушки трещат языками, предвещая апокалипсис, предварительно связав воедино теракт в Новом Йорке, грозу на Золотых Песках и перебои с подачей электричества. Стоим-дрожим-боимся.