Читать книгу: «Санитарка», страница 2

Бывает, идёт уже ребёнок на поправку. Днём шалит, играет, а к вечеру становится ему хуже. И жар тебе, и тошнота, и страшно смотреть на это дитё. Ночь так отмучается, пока не уснёт, а утром уже всё прошло. Только смотрит тогда ребёнок как-то косо, и больше всё молчит, а если начинает проказничать, то без смеха.

Зашла я как-то так ночью больного ребёнка проведать. Слышу: на кровати стонет, мучается от жара девочка, глазки закрыты, но голова по подушке туда-сюда мечется. А над ней стоит точно такая же девочка, только очень спокойная, и смотрит как та на кровати корчится. Подняла тогда на меня та, вторая девочка взгляд. Ничего не сказала, только пальчик так к губам поднесла т-ш-ш-ш! И улыбка исподволь, косая у неё вышла.

Утром к девочке той пришли мама с братиком. Смотрят лучше ей, мама рада, а братишка нахмурился, сестру недоверчиво рассматривает, и говорит маме: «Мама! Это не Катя, это чужая девочка!». Мама сразу: «Что ты говоришь, как не Катя? Ты что, сестру не узнаёшь, забыл, какая она?». Мальчишка на своём стоял и подменную сестру признавать не желал, только мама его уговорила, что глупости это всё. Забрали девочку ту тогда домой. С улыбкой взяла она мамочку за руку, да только как на выход они пошли, обернулась ко мне и пальчик к губам приставила: т-ш-ш-ш!