Цитаты из книги «Чернильное сердце», страница 42

Поэтому, открывая книгу, ты словно попадаешь в театр: сначала занавес, а раздвинешь его - и начнется представление.

Книги должны быть тяжелыми, вель в них заключен целый мир.

Каждая книга раскрывалась со своим особенным шелестом - в зависимости от того, знаешь ты, о чем эта книга, или нет.

В нашем мире всегда не хватало терпения и внимания к людям, которые не совсем такие, как все.

Жизнь несправедлива, никогда такой не была и никогда не будет.(У.Голдман.Принцесса-невеста)

Насколько я знаю, и в этом дивном веке творят все тоже, что и прежде.

Мне кажется, она одними буквами питается.У неё их(книг) целый дом.Ей явно лучше с ними, чем в обществе людей.

Но, вероятно, скоро она будет не богаче церковной крысы, потому что все свои деньги тратит на книги.Боюсь, она продаст и душу, если черт предложит ей за это стоящую книгу.

Знаєш, із цими письменниками взагалі дуже дивна штука. Більшість навіть не уявляють собі, що книжку пишуть люди, які нічим від решти не відрізняються. Про письменників звичайно думають, що вони вже давно померли, і не здогадуються, що їх можна зустріти де-небудь на вулиці чи в крамниці. Люди знають їхні історії, але не знають, як їх звати, а в обличчя — й поготів.

Страх в жизни совсем не такой, как в книгах, Мегги, а играть в героя, да еще наполовину, не так интересно, как мне прежде это казалось.