Читать книгу: «Основа», страница 2

Тем временем вскипел чайник. Дима заварил рассыпного китайского чая, купленного в интернете через Ebay. На невзрачной картонной упаковке были одни иероглифы.

– Они там сами такой пьют: непритязательный, но вкусный. Рабоче-крестьянский, так сказать. Вот, предлагаю и тебе попробовать.

Чаёк и правда оказался годный. Определённо, вместе с этим человеком было бы приятно проехаться ещё. У него, похоже, сложилось обо мне такое же мнение. Мы двигались в одном направлении, и я решил выяснить, где же наши пути разойдутся:

– Кстати, мне на Москву надо. Ну, на Подмосковье, если точнее – в Подольске выгрузка.

– Да ладно?! У меня тоже в Подольске! Пойдём вместе?

Мы обсудили ещё пару подробностей и – пора заканчивать чаёвничать – двинулись в путь. Я пошёл первым, Дима за мной. Вечером, уже около Самары, встали переночевать на стоянку. Спать…

3

Наступило утро. Мы привели себя в порядок, позавтракали и отправились дальше. Отобедали в кафе около Кузнецка. Стояла прекрасная погода: солнышко светит, небо голубое, даже ветер правильный, попутный (при сильном встречном или боковом увеличивается расход топлива). Ничего не предвещало каких-либо необычных событий, которые дают повод задуматься о чём-то и остаются в памяти навсегда. Хотя вчера всё начиналось так же…

Перед тем, как коснуться северной окраины Пензы, проезжали по мосту через Суру. Невзирая на то, что в нескольких сотнях метров полумиллионный город, на нём не было машин – наше внимание тут же привлёк человек, перебиравшийся через перила посередине моста, слева от нас.

– Смотри, куда он лезет! – крикнул я в рацию.

– Точно… Тормознём!

Встали прямо за мостом, перед поворотом. Благо, нашлось место аккурат на две фуры. Пригляделись – и в самом деле: молодой парень лет двадцати стоял уже за парапетом, явно намереваясь броситься в реку. Мы пересекли дорогу и по тротуару подбежали поближе к нему.

– Не подходите! – его реакция на наше появление была вполне ожидаема. Хорошо, хоть сразу не прыгнул.

– Эй, что ж ты так убиваешься? Вряд ли ты так убьёшься! – слова Димы напоминали известный прикол. «Ещё и шутить надумал!» Но глянув вниз, я понял, что по сути он прав: высота пусть и опасная, но не такая, чтобы гарантированно свести счёты с жизнью.

Ответа не последовало, и Дима продолжил:

– Я это тебе серьёзно. Лучше бы с крыши какой-нибудь, а то здесь… Покалечишься в крайнем случае, а может, просто выплывешь и будешь потом на берегу сидеть мокрый.

– Нет, я плавать не умею! Уходите отсюда! – раздался нервный возглас.

– Знаешь, как одного моего друга в детстве научили плавать? Мама без всяких церемоний бросила его в воду и сказала: «Плыви!» Ну она-то была профессиональная пловчиха, вообще-то. А он – взял и поплыл кое-как. Вдруг и ты поплывёшь: инстинкт самосохранения всё-таки?..

Парень призадумался.

– Давай поговорим, а? Обещаю, что не буду пытаться тебя хватать, вытаскивать и всё такое, – предложил ему Дима и потихоньку двинулся вперёд.

– Мне-то что? – прошептал я.

– Ничего не надо, – тихо ответил он, сделав соответствующий жест рукой.

Их разговор услышать не удалось, но вскоре я с облегчением наблюдал, как молодой человек перелезает обратно. Указывая в сторону города, они обменялись ещё несколькими фразами: несостоявшийся самоубийца, потерянный и усталый, сперва от чего-то отказывался, но очень быстро согласился.

Мы втроём молча подошли к машинам, и мне пояснили:

– Едем дальше, только остановимся недалеко.

Парень проехал в «Аргоси» совсем немного, буквально три-четыре минуты. Поговорив ещё пару минут со своим спасителем, грустно улыбнувшись ему и махнув мне рукой на прощанье, он поплёлся в город по пешеходному переходу над трассой. Тогда я вылез из кабины и подошёл к Диме.

– Домой пошёл, – выдохнул он, – тут рядом…

Как оказалось, у парня этого недавно умерла мать, затем его турнули с работы, а ко всему прочему, он ещё и поругался с девушкой, что окончательно выбило его из колеи. Решив в отчаянии пойти куда глаза глядят и перейдя мост над железной дорогой, он задумался о суициде, а уже подойдя ко второму мосту, который через реку, взялся реализовывать свой новоявленный замысел.

– Всё-таки, как же глупо! Потерять маму больно, но так уж устроено, что мы становимся свидетелями ухода своих родителей. С работой, с другими делами – тоже нельзя опускать руки: завтра всё может поменяться, и вот ты уже на коне. А с личной жизнью… – Дима вдруг помрачнел, – я могу понять тех, кто кончает с собой из-за несчастной любви, но здесь-то, похоже, они не разбежались окончательно: как поссорились, так и помирятся, а он уже… Не, таких надо останавливать.

– Каких «таких»?

– Его поступок был спонтанным, чисто на эмоциях. Совсем другое, когда намерение умереть является продуманным: к нему можно приходить годами, убедившись, что перепробовал всё, но исправить ситуацию, увы, не получилось, и желание жить ушло окончательно и бесповоротно – в таком случае решение полностью осознанное и даже рациональное. Многие могут возразить мне: один назовёт это страшным грехом, указывая, что человек – раб божий, другой будет утверждать, что все мы должны свои жизни родной стране, но я с ними категорически не согласен. Каждый – сам хозяин своей жизни. Правда, можно выписать на неё доверенность, так сказать…

Да и вообще, почему мы так жалеем самоубийц? В конце концов, у них больше нет никаких проблем и не будет никогда. Сложно тому, кто тут остаётся – телепаться в бытии, в частности, возиться с тем, что от них осталось. Самоубийство – это самый эгоистичный поступок из всех возможных, это единственный способ послать куда подальше весь мир.

Вдобавок к самодостаточности, мышление Дмитрия было ещё и не лишено смелости. Впрочем, разве это не одно и то же? Не хотелось погружаться в размышления – в ответ я лишь спросил:

– Так а что с ним будет-то, с этим парнем?

– Не знаю, но, думаю, больше так дурковать не станет.

– А если станет?

– Ну и хрен с ним. Ладно, поехали!

Кому-то кажется, что все дороги в нашей стране одинаковы и различаются только качеством асфальта да количеством полос для движения, но мы-то знаем, что это совсем не так: многие из них имеют свои особенности, очевидные лишь для тех, кто проводит жизнь за рулём. Так, М10 «Россия» – дорога из Москвы в Петербург – это постоянные деревеньки, проезжая через которые, нужно снижать скорость, и Вышний Волочёк с его светофорами. Альтернативный маршрут – платная магистраль М11 «Нева» – даёт возможность намного быстрее пролететь расстояние между столицами, но разочаровывает отсутствием инфраструктуры: особенно не хватает стоянок. М4 «Дон» летом – дорога «морячков», которые едут отдыхать на юга в своих легковушках, постоянно создавая пробки. М6 «Каспий» – трасса «хомячков», хотя зерновозов полно и на М4. Мы всё так же шли по М5 и наш маршрут пролегал через знаменитый «шашлыкоград».

Посёлок Умёт в Мордовии известен своими придорожными кафе: на протяжении пары километров насчитывается, наверное, около сотни самых разнообразных заведений. Повсюду меж стоящих по обочинам грузовиков мелькают вывески. Тут тебе и «Едун», и «Татьяна из Кургана», и «Самсунг» с корейской кухней, и даже «Морддовинс», прежде называвшийся «Морддоналдсом», но переименованный после того, как «Макдональдс» пригрозил подать на него в суд. У многих дальнобойщиков есть здесь своя любимая, проверенная точка общепита – имелась такая и у меня. Уже вечерело, и было очень кстати перекусить, заодно прикинув, где нам встать на ночь, так что я пригласил в кафешку Диму.

– Обязательно возьми вареники с клубникой: они тут, знаешь, как вкусно их готовят! И вообще, я угощаю: ты же у нас сегодня герой, того чудика-то спас.

– Ой, да пошёл ты, – шутливо нахмурился он.

– Пойду-пойду. Вместе пойдём, но только после вареников.

– Вареники – это хорошо, не спорю. Значит, говоришь, с клубникой?

– Да, и вот блинчики ещё.

Вдоволь наевшись в этом незамысловатом, но уютном местечке, мы доехали до выбранной нами стоянки и улеглись спать. Уже засыпая, взял блокнот и начирикал в нём:

Сто раз встреть немилый рассвет,

Если захочешь досрочно

Стать ветром.

4

Итак, наш запланированный на день путь начинался в Путятино и заканчивался в Подольске. Когда прибудем в город, там уже каждый поедет на своё место выгрузки, и мы расстанемся: Дима-то вольная птица – сам выберет себе загрузку какую хочет на онлайн-бирже грузоперевозок, а мне придётся отправиться туда, куда направит логист.

Пасмурное утро предвещало осадки. Ещё не успели выехать со стоянки, как начало накрапывать – мы обменялись мнениями о погоде, и снова получилось хайку:

Стряхнул на землю жемчуга:

Ни к чему такие украшения

На лобовом стекле.

Это трёхстишие ему понравилось, впрочем, как и большинство остальных. Вообще, мы могли свободно общаться на самые разные темы: от совершенно обыденных, составляющих повседневный быт дальнобойщика, до самых фундаментальных вопросов мироустройства. Пожалуй, только личной жизни почему-то не касались: лишь как-то раз обмолвились друг другу, что неженаты. Вот опять завели разговор о том, о сём – по рации, переключившись с пятнадцатого канала на другой, чтобы не мешать остальным своей болтовнёй и не слушать рекламу разной придорожной инфраструктуры.

Шёл сильный дождь, дворники очищали стекло от новых и новых капель. Видимость была не очень, но мы, конечно же, идентифицировали красивый грузовик глубокого синего, кобальтового цвета, пронёсшийся нам навстречу.

– Ты видел? – произнёс удивлённый Дима.

– Да… «Вестерн Стар 5700 Икс И», откуда?! Фантастика… – дело в том, что ввоз в Россию американских тягачей, некогда бывший массовым, уже лет десять, как почти полностью прекратился из-за введения запретительных пошлин, а его начали выпускать где-то три года назад, – не ты один воплощаешь мечты. Завидуешь?

– Я бы сказал, просто восхищаюсь, – последовал через пару секунд ответ, – каким же состоянием нужно обладать, чтобы иметь возможность делать такие покупки?! Но, как бы там ни было, я скорее позавидую водителю, который работает на этом траке, нежели миллиардеру, который тусуется где-нибудь в южных морях на суперъяхте с девками.

– Точно-точно! Особенно про девок. А про себя скажу так: мне не то, что было бы реально противно находиться в обществе эскортниц – мне неприятны даже сами мысли об отношениях с противоположным полом. Ну, то есть о так называемых «отношениях между мужчиной и женщиной». У меня нет к ним никакого негатива – напротив, среди них встречается множество умных, интересных личностей, с которыми комфортно взаимодействовать. Они могут восхищать и даже вдохновлять. Мне нравится праздник 8-ое марта: приятно поздравлять знакомых девушек и дарить им цветы. Но вот личная жизнь – совсем не моё! Хотелось бы поладить с кем-то так, чтобы она стала для меня по-настоящему близким человеком, но только не женой, а сестрой. Особенно чужда мне позиция тех, кто настойчиво примеряет разных женщин на роль Своей единственной: намеренный поиск любви – последнее дело. Я признаю, что любовь – это нечто великое, может быть, самое прекрасное, что есть в мире, но выбираю одиночество.

Возможно, оно не позволяет испытать настоящего счастья, зато даёт свободу: так проще и… стабильнее как-то. Вот у нас в дальнобое одиночество своеобразное, именно такое мне и нравится. На трассе порой столько людей вокруг, но все они в машинах: ты можешь пообщаться с кем-то по рации, а можешь её вовсе не включать. На стоянке – можешь пойти в кафе, где всюду люди, а можешь зашториться в своей маленькой уютной кабине, спрятавшись от всего мира. Даже то, что во время рейса сам себе не принадлежишь, тоже в некотором смысле свобода: твоей единственной задачей становится доставка груза – только ради этого ты существуешь, только этим живёшь, лишь благодаря этому держишься, а все иные заботы остаются где-то там, далеко. То есть, ты вроде бы думаешь о них, но вместе с тем ощущаешь какую-то непричастность. Мысль, которую будучи не за рулём, обдумываешь в течение минуты, словно растягивается на несколько часов, от заправки до стоянки, где зачастую уже не до размышлений. А утром проснулся – и снова вперёд, ведь время не ждёт!

Он молчал.

– Дим… Не согласен?

– Ох, как бы тебе сказать… С одной стороны всё так, а с другой… Несколько по-разному мы воспринимаем дальнобой: ты видишь возможность убежать от жизни, а я – способ перезагрузить мозги, чтобы лучше понять что-то и затем воплотить в жизнь.

Что же касается любви, то это очень сложная тема, не подходящая для трескотни в канале. Мыслишь ты логично и даже что-то говоришь правильно, но… Твоё бытие – всего лишь обыденное существование, которое ты стремишься украсить россыпью увлекательных явлений. Это необходимо, но недостаточно: нет у тебя основы, Витя.

– Основы?

– Думаю, когда-нибудь ты поймёшь. Ты способен понять.

– Ну не знаю… Во всяком случае, я ни в ком не нуждаюсь и мне хорошо.

– Естественно! – усмехнулся Дмитрий.

Когда мы подъезжали к Московскому малому кольцу, или, проще говоря, к 107-ой, и до места назначения оставалась пара часов, мне позвонила логист, чтобы рассказать о следующем задании. Уже взяли новую загрузку: предстояло грузиться этим вечером на юге Москвы и отправляться в Краснодар. «Жаль, что не на северо-западе», – немного огорчился я: тогда, глядишь, была бы возможность заскочить домой, а так, через всю столицу, – однозначно, не вариант. Дальнейшие подробности меня, по большей части, тоже не обрадовали. В Подольске уже ждут и готовы выгрузить сразу – прекрасно. Но вот времени добраться до Краснодара даётся немного, и чтобы успеть, особенно учитывая возможность пробок на М4, стоит выехать незамедлительно и пройти часть пути ночью. Если едешь ночью, то спать приходится днём, а это совсем не то: не восстанавливаешься как следует после дневного сна, особенно летом. Логист тему не понимает, или, скорее, не хочет понимать, и всегда говорит: «Ну ты же днём отдыхал». Благо, что в нашей компании такое особо не практикуется. Грузополучатель, кстати, тоже может подвести. Некоторые склады работают круглосуточно, некоторые нет – помню случаи, когда звонят и просят приехать, например, «сегодня до семи вечера», мол, тогда выгрузим обязательно. Идёшь навстречу, стараешься успеть и приезжаешь в начале седьмого, а тебе говорят: «У нас рабочий день закончился, грузчики ушли…» Да вообще, всякое бывает. Как-то раз целых три дня не принимали товар: якобы качество не устраивало, а на самом деле – пытались заставить поставщика снизить цену. Пока они все там как-то договаривались, мне пришлось тупо стоять и ждать, а между тем простой-то не оплачивается: зарплата начисляется за пройденные километры.