Читать книгу: «Мой сладкий яд»

ГЛАВА 1

В нашем мире уже много лет бесконфликтно существовали три клана: Братство ножей, Черная сотня и Ночные короли.

Но хрупкой дружбе пришел конец. Мой отец свято поверил в свои силы и решил подмять под себя весь Хезельберг…

Я свернула за угол, потом выбежала на пожарную лестницу и спустилась на два этажа ниже. Там, я предельно сконцентрировано огляделась, наставив заряженный пистолет на воздух и снова помчалась по длинному коридору, устеленному черной ковровой дорожкой.

Бесконечные лабиринты не заканчивались. Мой спринтерский бег отдавался звоном в ушах. Захотелось скинуть чертовы шпильки, но времени осталось очень мало. Люди отца были совсем близко.

Тихо сглотнув перед еще одним лестничным спуском, я приоткрыла тяжелую железную дверь с табличкой «EXIT» и по коже поскакали колючие ледяные мурашки. Я должна отбросить страх и попытаться себя спасти. Должна!

Выдох…, и я уже на полпути в подземный гараж.

Я даже не заметила миллион ступенек, которые преодолела за считанные минуты.

Они все позади.

В сотый раз обернувшись, я поспешила к черному джипу, припаркованному возле одной из бетонных опор. Вот оно мое избавление от смерти. Мое желанное спасение.

Во всем гараже вырубился свет. Я застыла около капота и приложила дрожащую окровавленную ладонь к холодному металлу.

Под ложечкой засосало. Сонная артерия бешено запульсировала. А сердце просто–на просто отключило питание и погибло.

– Она где–то здесь! Прошерстите все! – услышала приказ Гриши. Отцовского послушного песика, а по совместительству правую руку в устранении «грязных» проблем.

Зажглись фонарики. Я плюхнулась на колени и поползла вдоль машины так, чтобы поскорее скрыться с другой стороны.

Когда сбитые в кровь коленки перестали ныть, я присела на попу и перезарядила пистолет. Руки затряслись безбожно. Губы пересохли настолько, что покрылись мелкими трещинками.

– Никого! – громко выкрикнул один из солдат в другой части гаража.

– Если вы ее не найдете, я лично прострелю вам башку! – гаркнул Гриша и отправил выдрессированных ублюдков по моему следу.

Я сдвинулась к заднему колесу и зажмурилась на мгновение. Пот покрывший мой лоб залез в глаза. Их сильно защипало. До слез.

Внезапно на меня нацелился светло–голубой луч, и парень в строгом черном костюме победно ухмыльнулся. Я навела на него прицел, нажала на спусковой крючок, но ничего…моя обойма опустела…

Черт…

Я вскочила, ловко крутанула в руке пистолет, чтобы хотя бы рукоятью попытаться отбиться, но меня опередили.

Некто накинул руку на шею молодого солдата и начал его душить. Я перехватила падающий фонарик и увидела шок в глазах умирающего. Смятение и проблески мольбы.

Но не сделала и малого, чтобы он продолжил жить.

Ведь знала, добром мое милосердие никогда не обернется.

Когда парнишка обмяк и его зрачки перестали метаться в агонии, незнакомец плавно опустил его на бетон и скрылся во тьме.

Я потушила фонарь и попыталась сообразить, что делать дальше. Но разумные мысли заглушились истеричным тремором. Паника постепенно накрыла меня с ног до головы и плотно осела, где–то внутри. Парализовала дыхание и окончательно отобрала у моего мозга право решать сложные задачи.

– Идем со мной. – По затылку пронесся холодок. Чья–то грубоватая ладонь легла на плечо и несильно сдавила его. – Если хочешь выбраться живой.

Мужской голос не был похож ни на один из тех, что я слышала ранее. Низкий, шероховатый, и невероятно спокойный.

– Я не…– рискнула ответить и уловила быстро надвигающиеся в темноте шаги.

Человек за моей спиной обнял меня за талию и потянул к себе. Он был большой, судя по ощущениям, обострившимся во мраке. А еще…от него вкусно пахло. Глубокий чувственный аромат потревожил уснувшее обоняние, вызвал ненужные ассоциации.

– Сними туфли. – Прошептал господин инкогнито, и я аккуратно сняла обувь, потянув серебряные ремешки вниз. Он невесомо поцеловал меня в шею. Как в знак одобрения. Или в качестве заслуженной похвалы за примерное поведение.

Мы попятились назад.

Медленно, но уверенно.

Разъяренный тон Гриши вынудил нас замереть на секунду.

Мальчик взбешен.

До чертиков.

Еще бы. Я ускользала из его лап, и он прекрасно понимал, чем ему грозил мой побег.

Прощание с парочкой пальцев – мелочь.

Отец сдерет с него скальп и создаст музейный экспонат. Как в фильме «Дом восковых фигур».

– Осторожно, – мой поводырь помог забраться в салон машины, – ни звука.

Я кивнула, словно он смог бы увидеть.

Дверь бесшумно закрылась.

Я посмотрела на свои алые руки и пистолет с изящной гравировкой О.О.

Олег Огнев. Мой отец.

Откинув голову на кожаный подголовник, я смежила веки и вернулась в роскошный зал, украшенный живыми цветами и свечами в прозрачных подсвечниках.

Дорого. Помпезно. Со вкусом.

Свадебный организатор хорошо постарался. Отработал положенный гонорар.

Только я бы никогда не пошла навстречу тому, кто стоял у алтаря. Он животное, о котором среди девушек ходили ужасные слухи.

И плевать, что наш супружеский союз развязал бы дюжину узлов и предотвратил негласную войну.

Я не пешка.

Не безмолвная на все согласная кукла.

В детстве, когда мама читала мне сказку о Золушке, я спрашивала ее: почему Золушка сама не поехала в замок с хрустальной туфелькой и не женила на себе принца?

Мама всегда отвечала: Золушка скромная и уважающая себя девушка.

Такая чушь.

Но я это лишь повзрослев поняла.

За тонированными окнами раздался выстрел. За ним еще несколько. Я пригнулась.

Обмен пулями возрос до масштабов уличной перестрелки.

Кто? В кого? Сколько? Неясно.

Стекло над моей головой отразило прямое попадание «свинцовой мухи» и теперь я сообразила почему незнакомец меня тут запер. Джип бронированный. Стало ли мне легче? Нисколько.

Сердцебиение разогналось до боли в груди. Я приложила испачканную руку к белому корсету и хотела вдохнуть поглубже, но дверь распахнулась и свободное место занял он…

Бездушный хладнокровный Костас Диониди…

Никто ничего не знал о его личной жизни, но статьи про молчаливого сурового главу клана «Ночные короли» выходили с завидной регулярностью.

Я сама немало прочла в свое время.

И то, что сейчас мы с ним сидели бок о бок, меня не радовало…

А если честно, то я полностью потеряла дар речи.

– Поехали. – Скомандовал он водителю, постучав по непроницаемой перегородке и повернул ко мне голову.

Зеленые бездонные глаза выразили все оттенки ярости.

Машина тронулась с мертвой точки, а я тронулась умом, раз пошла на поводу у самого Диониди.

Я была уверена, что не смогу покинуть его общество, но все же наивно дернула утопленную ручку.

– Не стоит этого делать, когда машина на ходу.

Не моргнул. Не повысил голос.

Я убрала руку с пластика и забилась в дальний уголок.

– Вы же выпустите меня, да?

Самый глупый вопрос, который я придумала и озвучила.

Костас опустил глаза на мой подвенечный наряд, на босые ноги и вновь сфокусировался на бледно–сером лице.

Ничего не сказав, попросил водителя поехать по объездной дороге. Сегодня традиционный праздник День маяка. С него началось основание города и в принципе заселение полуострова. И вероятнее всего в центре большие пробки.

– Пожалуйста…я вам очень благодарна за помощь, но…

Глава «Ночных королей», член всевозможных элитных клубов и мафиози по природе своей провел рукой по коротким волосам, вынул телефон из внутреннего кармана пиджака и погрузился в переписку.

– Эй?

Я, видимо, потеряла не только рассудок, но и последние самозащитные рефлексы.

Привстав на ушибленные коленки, я сократила расстояние до молчуна и ударила кулачком по его стальному бедру.

– Вы меня слышите? Я хочу, чтобы вы сейчас же остановились и позволили мне уйти!

Машина подскочила на «лежачем полицейском» и на миг сбила меня с толку, оглушила. Костас воспользовался моментом, свободной рукой крепко обхватил за талию и…поцеловал.

Мои пересохшие губы заныли от боли, а тело протестующе окаменело.

– Ты очень вовремя сбежала, Огонёк. – Щелкнул кончиком языка по верхнему ряду моих зубов. – Теперь правила игры меняются.

Дорогие читатели, приглашаю вас в свой ТГК: https://t.me/contipantelli

ГЛАВА 2

Я никогда не била мужчину по лицу, но Костасу врезала с превеликим удовольствием. Ладонь от соприкосновения с его холодной щекой загорелась жарким огнем.

Он плотно сжал выпирающие скулы и таким адским гневом обдал, что я подумала, вылечу из машины прямо на асфальт и переломаю себе все кости.

Но…

Костас лишь моргнул разок и схватил меня за шею.

Какой–то из позвонков жалобно хрустнул.

Я открыла рот от нежданного шока.

– Тебе снова повезло, малышка, – стукнул большим пальцем, где–то у меня за ухом, – сегодня мое настроение не совсем равно нулю.

Оскалился пугающе и оттолкнул меня, словно я хлам, мешающийся под ногами. Я ударилась спиной о дверь и скукожилась.

Телефон Костаса, стиснутый в руке, разразился надрывным звонком. Я обняла себя за ноги и попыталась абстрагироваться от всего происходящего.

Но то, что произнес Диониди вырвало меня из оцепенения…

– Да, Олег, твоя дочь у меня. Не делай глупостей.

Он назвал моего отца просто по имени. Даже мама редко себе позволяла обращаться к нему без тысячи поклонов и извинений.

– Не истери, как мальчишка. Ничего с твоей девочкой не случится. Пока, ничего.

Костас убрал телефон от уха и поморщился. Истошный крик моего отца его порядком достал. Целую минуту Олег Огнев бешено орал, крыл матом своего оппонента и в конце концов, сказал, что доберется до его греческой задницы и засунет в нее гранату, начиненную гвоздями.

В духе моего многоуважаемого папочки.

Угрозы.

Террор.

Запугивание.

Только Костасу было плевать. Он выждал, когда припадок закончится и ответил:

– Угомонился? Теперь слушай внимательно, старый кусок дерьма, – говорил он жестко, а поза демонстрировала полное расслабление, – Теона принадлежит мне. Сунешься в мой район, грохну, не задумываясь.

Беседа окончена.

Костас выдохнул и потер подбородок.

Его тяжелый взгляд устремился в окно.

– Зачем я вам? Я бы сбежала и всем было бы хорошо.

Покосился на меня и продолжил любоваться вечерним Хезельбергом. Город у нас старинный, по большей части построенный немецкими и чешскими архитекторами. И при этом очень суетливый, живой, активный. В уютных невысоких домишках поселилось много молодежи.

Возможно, всему виной близкая расположенность к морю. Ну или наличие знаменитого университета искусств.

– Ты хотела выйти замуж за Гарика?

Наконец–то, Костас прервал тугое молчание.

– Нет. Он мерзавец. И я с момента помолвки стала продумывать план побега.

Почти лысый мужчина с характерным хищным прищуром заострил на мне свое внимание. Моя кровь, какой бы благородной она не была, закипела от волнения и непонятного возбуждения.

Я сглотнула тихо и пошевелила пальцами ног под узкой белой юбкой, расшитой эксклюзивными кристаллами.

Костас потер нижнюю губу и опять отвернулся.

О его задумчивости ходили настоящие легенды. Как и о его весьма мистическом происхождении. Никто не знал прошлого «загадочного лорда». А все попытки узнать, не увенчались успехом. Потому, помимо слухов, в народе гуляли не подтверждённые факты, приправленные тонной выдумок.

Мои сестры, Мия и Рута до ужаса любопытные девчонки и частенько сплетничали о боссах кланов, искали о них посты в интернете.

Однажды, Рута залетела в комнату и сходу включила видео, в котором известная в городе журналистка рассказала о греческих корнях владельца многомиллиардной империи Костасе Диониди. Фигуристая красотка провела целое расследование и выяснила, что отец главы «Ночных королей» родом из Гитио. Маленького рыбацкого городка в северо–восточной части полуострова Мани.

На этом, ее здравое повествование закончилось. Дальше она поторопилась перечислить всех женщин Костаса и назвать сумму его годового дохода. Будто кого–то интересовало, сколько он зарабатывал.

Хотя…Рута очень восторженно встретила сумасшедшую цифру, озвученную якобы только для полноты картины.

Двигатель джипа заглох, и я пришла в себя.

Было уже довольно темно. Длинную улицу освещали фонари на кованых столбах.

Вдалеке расплескалось мрачное море.

Я поежилась несмотря на то, что температура воздуха была не меньше тридцати градусов. Озноб – последствие отступившего адреналина.

Костас открыл дверь и вышел.

Буквально минуту спустя, помог выйти и мне.

Моя рука с засохшей кровью, соприкоснулась с его рукой и трясти меня стало еще сильнее.

– Если бы я хотел тебя убить, я бы сделал это в гараже.

Наверное, подобными словами попытался меня успокоить, однако, получилось иначе.

Я ведь не представляла куда иду. Во что ввязываюсь.

Мои ноги не подчинялись приказам мозга.

– Здесь ты в безопасности.

Он пропустил меня вперед по вымощенной серым камнем дорожке, и я подняла глаза на большой особняк в стиле райт. Панорамное остекление, широкая открытая терраса, строгие массивные колонны, определяющие центральный вход. Вокруг сочная зелень и звездное небо, будто уснувшее прямо на покатой кровле.

Самое невообразимое – никакого забора или иного ограждения. Все предельно доступно и открыто.

– Никто не ступит на мою территорию без моего ведома.

Сказал Костас, перехватив мои размышления, где–то на подсознательном уровне.

Я обернулась к нему и впервые посмотрела не затуманенным взглядом. Весь в черном. Туфли от Тома Форда. А я? Руки в крови, свадебное платье разодрано, прическа распустилась. И ко всему перечисленному, колени не прекращали свербеть.

– Я не хочу заходить.

– Тебе нужно принять душ и переодеться. После, мой человек отвезет тебя в город.

– Правда?

– Да. Ты не пленница, Теона.

Он сунул руки в карманы классических брюк и зашагал в моем направлении.

Проходя мимо, подарил мне тонкий пряный шлейф с незабываемым послевкусием.

Я в прямом смысле потеряла почву под ногами.

– Идешь? – Костас стоял на крыльце у открытой двери.

Подобрав тесную юбку, я зашагала к нему.

– Душ в самом конце коридора. Чистые полотенца в шкафу. Одежду тебе принесет мой помощник. Будь с ним ласкова, не бросайся с кулаками.

Зеленые глаза пронзили насквозь. Но я быстро собрала себя в кучу и поспешила по указанному маршруту.

В просторной ванне я провела не меньше двадцати минут. Могла бы и дольше, не будь это владения Диониди. Здесь очень комфортно. Все продумано до мелочей. От удобного расположения самого душа, до натуральных материалов отделки стен и пола. И всё же…я на чужой территории.

Встав перед прямоугольным зеркалом, пощипала скулы, дабы вернуть им румянец и оделась в длинное платье, оставленное помощником–тенью.

Длинные пшеничные волосы я решила расчесать пальцами по пути в гостиную, где расхаживал Костас.

При виде меня, его губы дрогнули, а взгляд послал опасные искорки.

Но, слава богу, он был занят телефонным разговором и пару минут, я была предоставлена сама себе.

За это время, я успела оценить квадратуру особняка и чисто мужскую обстановку.

Подойдя к широкой каминной полке, дотронулась до фотографии морского пейзажа. Для меня ничего примечательно, а вот для Костаса этот снимок определенно многое значил.

– Я предлагаю тебе остаться в моей части Хезельберга. У меня пустует квартира–студия в тихом местечке. Ты могла бы пожить там.

От его слов по позвоночнику ледяная поземка пронеслась.

Развернулась и встретилась с ним нос к носу.

Естественно, он в разы выше. И не на пару сантиметров, а на все тридцать.

– Укрытие? Оно мне не нужно. У меня забронированы билеты до Аргентины. Вылет завтра в пять утра.

– И в самом деле все продумала. – Сужает аквамариновые глаза. – А как же твои сестры? Мать?

Воткнул ржавое лезвие мне в сердце.

– У меня нет выбора. Я предала семью, сбежав из–под венца и ранив одного из преданных ребят отца. Если он доберется до меня, я уже не жилец.

Костас согнул пальцы и костяшками обвел мой подбородок.

– Я тоже люблю все планировать. Сегодняшний вечер, в том числе. – Склонил голову. – Но ты меня удивила. Я не ожидал, что старшая из дочерей Огнева, такая смелая и отчаянная.

– В тихом омуте…– проблеяла я, заворожившись его порочным взором.

– Заключим маленькую безобидную сделку?

Подцепил мою пухлую нижнюю губу.

– Это все равно, что вручить дьяволу свою душу, присыпанную усилителем вкуса.

Костас никак не отреагировал на мою шутку. Только чуть бровями шевельнул.

– Ты же понимаешь, что не выйдешь из моего дома, пока я не услышу «да»?

Хрипло. Горячо. Опасно…

ГЛАВА 3

На улице раздались нарастающие звуки приближающегося кортежа из нескольких тонированных машин. Костас даже бровью не повел. Удивительная лазурная радужка лишь на полтона померкла.

– Босс. Как вы и прогнозировали, он здесь.

Сказал парень, замерев в проеме квадратной арки.

– Уже иду.

Диониди еще разок царапнул пальцем мою нижнюю губу, выгнул грудь и направился к парадной двери.

Его спутник к тому времени, уже вышел наружу.

Я пошла следом.

Мое чутье никогда не подводило.

И сейчас буквально выло предупреждающе.

Оказавшись в объятиях солоноватого морского бриза, я увидела отца…

Глава безымянного, но очень уважаемого клана был в мятой рубашке, без пиджака. Смелый шаг для такого, как он. В его мироощущении идеальный внешний вид – главная черта мафиози. Все строго. По линеечке.

Однако сейчас по широкой каменной дорожке двигался клон моего отца. Растрепанный, злой и весьма нервный.

– Что ты себе позволяешь, щенок! – сходу ткнул жирным мизинцем в плечо Костаса.

Зеленоглазый монстр, молча, глянул на сей самоуверенный жест и бесшумно выдохнул. Я же подумала, у отца помутился рассудок. Костас далеко не сопляк. В памяти проклюнулись слова Руты о его возрасте. Тридцать семь, если я правильно запомнила.

– Ты даже близко не имеешь права приближаться к моей дочери! – папа еще шагнул вперед. – Да, она дура, возомнила из себя не пойми что, билетик в Аргентину прикупила. Но я щелкаю эти выкрутасы, как семечки! И только мне решать, как с ней поступать!

– Раз ты все знаешь, какого черта ко мне прискакал?

Равнодушно поинтересовался Костас и устремил взгляд поверх отца. Быстренько пересчитал оловянных солдатиков во главе с Гришей и вернул взор на молодящегося старика. Тот весь кровью налился. Сосуды в белках глаз полопались.

– Я забираю ее. – Впервые за несколько минут, отец на меня посмотрел.

Костас улыбнулся левым уголком рта и будто застрявший в зубе кусок пиццы вытащил.

– Ей решать, ехать с тобой или нет.

Теперь и он на меня пялился. Я поёжилась.

– Она ничего не решает! Я хозяин в своей семье! И если я сказал, что моя дочь садится в машину и едет домой, значит так она и поступает.

Нарочно громко выкрикнул.

Я не трусиха.

Потому смирившись с колючими мурашками, направилась к двум мужчинам, стоящим друг против друга, как гладиаторы перед решающим боем.

– Если ты все знал о моем побеге, почему раньше не остановил? Почему позволил убить своих людей?

– Хотел посмотреть, насколько далеко ты зайдешь, – схватил меня за локоть, – но всё, побегала, пора получать наказание.

Резковато дернул к себе.

Костас ни черта не сделал в мою защиту и кажется, я поняла в чем загвоздка.

Он ждал от меня согласие на сделку.

– Отпусти, – вырвалась из скользких пальцев отца, – я не мама. И не Рута с Мией! Буду делать то, что посчитаю нужным!

Олег Огнев ощерился раздраженно и ударил меня по щеке тыльной стороной ладони. За губой сразу же свернулась капля крови. Но я не всхлипнула, не замолила о пощаде. Я сглотнула соленый металл и с достоинством выгнула спину.

– Тебя ждет жених, маленькая шлюха. Пошла в машину, бегом!!!

Я попятилась. Босыми ногами нырнула в зеленую траву газона.

– Теона, не зли меня! Я на грани! Ты знала об этом союзе не один месяц и должна была с ним смириться, черт возьми!!!

– Игорь чудовище, я никогда не выйду за него!

– Ну, любит мальчик трахать жестко, ничего, стерпится–слюбится!

Отец шевельнул головой и ко мне нацелился Гриша. Его самодовольная рожа требовала ретуши кирпичом или куском арматуры.

– Не подходи!!! – закричала я и покрутила в поисках чего–то тяжелого. Но двор был идеально чист.

– Иди ко мне, моя птичка. – Гриша сально усмехнулся и потянул ко мне обе руки.

– Костас, я согласна!

Крик поднял ввысь птиц, спрятавшихся в листве цветущего неподалеку мирта.

Враждебная улыбка Диониди приобрела новые краски.

Всего за секунду он вынул пистолет из нательной кобуры и приставил дуло ко лбу моего отца. Шайку Огнева обступили парни в черных костюмах. Они словно тени вышли из ниоткуда.

– Одно нажатие и ты труп, Олежа.

– Сукин сын…– отец убивал его взглядом исподлобья. – Ты все продумал.

– Не зря меня и мою «семью» называют королями ночи. Мы знаем и видим то, до чего у других извилины не дотягиваются.

Гриша уже иначе на меня глядел. С мольбой я бы сказала. Я забыла о ноющей боли за щекой и подошла к ублюдку вплотную. Мигом обезоружила его. Вплоть до крошечных ножичков, вынутых из ножной портупеи.

Собрав весь имеющийся у него арсенал, приблизилась к Костасу и зрачки отца сфокусировались на мне.

– Дура набитая. Он же выебет тебя и по миру пустит.

– Заткнись, Олежа. Моя очередь говорить, – Костас ни на милиметр не сместил пистолет, – твоя дочь с этой минуты под моей защитой. Если я узнаю, что твои люди рыскают по моим улочкам, убью каждого, а потом лично явлюсь за тобой.

– Ты наступаешь на горло закону.

– Твой клан глупое детское развлечение. Власть у тех трех, что всем известны.

– Подонок…я тебя прикончу.

– Возможно, в следующей жизни.

Диониди поставил оружие на предохранитель и опустил его к бедру. Я увидела всю палитру гнева в черных глазах отца. Его нагло унизили перед обслугой и жалкими отпрысками клана «Ночных королей». Он нескоро оправится от шока и восстановит душевное равновесие. Возможно, свалит за границу с одной из мафиозных шлюх.

– Проваливай. – Костас махнул подбородком.

Отец провел рукой по аккуратной бородке, подарил мне прощальную порцию ярости и пошел к уже заведенной машине.

Мы с Костасом вместе наблюдали за отъездом Огнева. Дышали воздухом, наполненным вечерними густыми ароматами, и боролись с бешеным сердцебиением. Я уж точно.

Капитуляция отца – это не выброс белого флага. Это выжидательная позиция, которую он занял в надежде на то, что в будущем вспорет Костасу глотку и свяжет узлом трахею.

– Отбой, парни. – Произнес мой спаситель, с которым у меня заключен не заверенный документально пакт и вернул пистолет под пиджак.

Надо довести дело до конца.

– Что включает в себя ваша сделка?

Вручила отобранное у Гриши оружие одному из молоденьких парней с заметным шрамом над бровью.

– Не то место, чтобы обсуждать такие тонкие вопросы. Едем в квартиру, о которой я говорил.

– Одно из обязательных условий?

Зеленые глаза выжгли во мне глубокое отверстие. Потушить пламя, вспыхнувшее по искромсанному краю даже теплый ветерок не смог.

Костас не ответил и еще пару минут спустя.

Кивнув своим людям, спокойным шагом возвратился в дом. Я ничего не поняла.

Правда совсем скоро меня отрезвил рычащий звук двигателя.

Из прилегающего к дому гаража выкатился Мазератти Кватропорте. За рулем сидел Костас.

Подъехав к истоку каменной дорожки, расположил руку на открытой раме окна и чиркнул бровями.

Я пошевелила пальчиками ног, намекнув, что без обуви и услышала:

– В твоей новой квартире все предусмотрено, садись.

Удивление всколыхнуло во мне страх…он подготовился…он…

ГЛАВА 4

Он завел меня в квартирку на втором этаже, и я внутренне ахнула от уютной домашней обстановки. Узкие окна в пол впустили достаточно уличного света и пока Костас не включил торшер, стоящий прямо у входа, я чувствовала себя вполне защищено и спокойно в этой естественной полутьме.

– Познакомься, осмотрись. – Расслабленной походкой прошелся до кухонного острова, который, как и сама кухня примыкал к гостиной.

Я настолько залюбовалась видами «старого города», что не сразу среагировала на предложение хозяина жилплощади.

А он уже вынул из холодильника бутылку воды, вскрыл крышечку и жадно отпил из нее.

– У меня не хорошее предчувствие. – Сказала я и неуверенно сделала первый шаг. Пол скрипнул под тяжестью моего веса. Я застыла.

– Не бойся. Здесь, да и в целом в этой части Хезельберга с тобой ничего не случится.

Дерзость в его голосе не смутила. Он находился на вершине нерушимой цепочки и совершенно наплевательски мог относится к тем, кто обладает меньшей властью.

У меня и в помине никаких привилегий нет.

Я, как выразился мой отец, одна из дочерей и не имела никаких прав.

– Хочешь позвонить сестрам? Матери?

Костас вынул из внутреннего кармана стильного свободного пиджака смартфон и положил на мраморную столешницу.

– Вы серьезно? – бровь не нарочно подскочила.

– Ты не моя заложница. Сколько еще раз мне повторить?

Покрытая конденсатом бутылка в его руке пластмассово хрустнула.

– Но я думала…

Я подошла к острову, издалека просканировала телефон и возвела глаза на Костаса.

– Что ты думала? – он оперся руками о мрамор. – Я запру тебя в подвале и буду кормить по часам?

– Если честно, то…

С улицы донеслась громкая музыка. А следом женский смех. Мы с Костасом смотрели друг на друга, молча, пока шум не стих.

– Послушай, Теона, – его интонация была ровной, но черт возьми, сколько в ней скрытого смысла, – ты выполняешь свою часть сделки, я свою. Всё честно.

Не боссу мафии о чести говорить, но я оголять штыки не стану.

– Мы приблизились к самому важному. – Я улыбнулась слабо. Обвела взглядом свое новое пристанище и выдохнула.

Костас постучал длинными пальцами с парочкой колец по столешнице, оттолкнулся и уже иначе взглянул на меня. Более пронизывающе. Глубже.

– Ты что–нибудь знаешь о Сильвии Гератти?

– Конечно. Кто ее не знает?

И это правда.

Ираклий Гератти мэр Хезельберга. Известный защитник природы и любитель долгих заунывных выступлений на публике.

Сильвия его любимая дочь. Правильная девочка. Будущая дипломат.

Мои сестры одно время собирали статьи о ней и складировали в коробке из–под обуви.

– Я хочу, чтобы ты подружилась с ней. Очень близко подружилась, Теона. – Затемнил лазурную радужку тем, что склонил голову вперед.

Мне вдруг катастрофически понадобился кислород. Я поспешила на крошечный кованый балкончик и с удовольствием приняла теплый морской бриз.

– Ты сделаешь это. – Костас присоединился спустя секунду. – И ни одна живая душа не узнает, что в этом замешан я.

А вот и возвращение блудного мафиози.

Я всего лишь пешка в его игре.

На худой конец, средство достижения желанной цели.

– Зачем она вам?

Я ухватилась за ограждение. Железные лепестки, обрамившие тонкие прутья впились в ладонь.

– Мне нужна не она, а ее папаша, который присвоил кое–что принадлежащее мне.

Интриг и загадок ни на грамм не убавилось. Наоборот.

Тонкие ниточки непонимания накрутились на внушительный клубок из сомнений и страхов, и пришли в негодность.

– Почему вы сами не можете распутать ситуацию?

Как же глупо прозвучало…

Костас лишь усмехнулся.

– Остыла? Идем.

Вернулся в квартиру, и я вынуждена была пойти за ним. Я не должна пренебрегать его добротой. Такие мужчины как он, с легкостью могли поменять милость на гнев.

– В твоем телефоне установлена программа, которая позволит нам общаться в любое время суток. Отвечай, когда я пишу. Игнорирование я буду воспринимать, как неуважение и неповиновение.

Он ударил кулаком по спинке дивана, обтянутого добротной коричневой тканью.

Я спиной приняла волну вечернего ветра и кивнула. Хотя он не увидел этого. Его зеленые глаза были сосредоточены на пестрой сюрреалистичной картине возле входа. Сам Дали бы позавидовал сему художеству.

– Ив Танги. – Костас ткнул в произведение искусства. – Мне его друг француз подарил.

– Тот самый Танги?

У меня дыхание перехватило. Я изучала искусства в местном университете. Не так плотно, как другие студенты, все же я дочь криминального босса, но…

Я схватывала знания налету и художников–сюрреалистов знала поименно.

Вот только в картине, висящей прямо передо мной, я не разгадала знаменитого французского мастера.

– Да. – Костас клацнул зубами и повернулся. – Сложно представить меня в роли ценителя прекрасного?

Как–то чересчур медленно обвел меня обнажающим взглядом.

Моя кожа вспыхнула неистовым жаром.

– Не то, чтобы сложно, – я сглотнула, – скорее невозможно.

Он осмыслил сказанную мной фразу и принялся застегивать пиджак, подчеркивающий каждый его мускул.

– Располагайся, привыкай. Завтра к тебе заглянет мой помощник. Предоставит всю имеющуюся информацию на Сильвию. Выучишь наизусть, прежде чем появляться в поле ее зрения.

Покончив с пуговицами, направился к двери.

Так странно…

Неужто никакой охраны?

– Можешь ничего не бояться. Никто тебя не тронет.

Его слова исказились в моем восприятии, и я услышала: никто тебя не тронет, кроме меня.

Сердце ударилось о ребра и бухнулось в живот.

– Южная часть Хезельберга моя. Ни одна облезлая шавка не проскочит.

Добавил, взявшись за дверную ручку.

– Сладких снов. – Последнее, что он произнес перед уходом.

Я не шелохнулась. Дождалась соответствующего хлопка и выскочила на балкон. Костас уже успел выйти из здания и прикурить. Оранжевый уголек сверкнул возле его пьянящих губ.

Словно почувствовав на себе мой взгляд, он высоко задрал голову. Я завалилась на стеклянную дверь и размяла кулаки.

Боже…что за тупая дрожь!

В доме напротив, в квартире на том же этаже, что и у меня, зажглись потолочные споты. Татуированный голый парень, прибил к стене загорелую девчонку, и та громко вскрикнула, позволила ему развернуть себя спиной и войти сзади.

Он трахал ее дико. Бешено. С рёвом.

Я плавно проскользнула в полутьму гостиной и уже там, стерла холодный пот со лба.

Мало мне побега, приезда папочки, сделки с дьяволом, теперь еще эти двое?

Телефонный звонок прозвучал так неожиданно, что я подпрыгнула и завизжала.

Трахающаяся парочка одновременно нацелила взгляды в мою сторону. Я облизнула губы, которые совсем недавно опорочил поцелуем Костас и…окончательно сбрендила.

Зачем я вспомнила о его бесцеремонном нападении?

Зачем вообще о таком подумала?!

Стандартная мелодия не прекращала разрывать тишину. В конце концов, сработал автоответчик и голос…

ГЛАВА 5

И голос моей средней сестры Мии взорвал меня изнутри.

«Теона, что произошло? Папа в гневе? У мамы очередной нервный срыв!»

Уже через минуту я перезвонила ей, и она в слезах, рассказала мне об обстановке, которая воцарилась дома.

Мне пришлось полвечера утешать ее, клясться в том, что со мной все в порядке и слушать надрывный плач с нотками отчаяния.

Мия очень добрая и ранимая.

Папа не раз отыгрывался на ней и склонял к поступкам, которые она не хотела совершать. Теперь же, он сам в полной мере ощутил каково это беспрекословно выполнять чьи–то приказы, когда на кону собственная жалкая жизнь.

– Мия, я тебе обещаю, что мы встретимся. Слышишь?

– Да. – Сестра всхлипнула и высморкалась в бумажный платок, звучно вынув его из картонной коробки.

– Рута как?

– Тоже проревела несколько часов.

– Господи, – я вздохнула и приложила ладонь ко лбу, – что же папа вам наговорил?

– Он сказал, что ты больше никогда не вернешься к нам.

Зря я спросила. Мия снова разразилась неуёмными рыданиями.

– Эй–эй–эй, – я смягчила голос до бархатистого урчания, – я всегда рядом. Всегда на связи.

– Ты так говоришь, чтобы я успокоилась. Но я знаю нашего отца, он сдержит свое слово. Мы с тобой не увидимся…

Очередной прорыв соленой дамбы.

Я выждала несколько минут и снова попыталась привести ее в чувство. Удалось снизить градус отчаяния многим позже. Когда она уже вдоволь наревелась и когда стрелки часов перевалили за полночь.

Осадок после разговора остался мерзкий.

Я обошла всю квартиру, выглянула в окно, проверить парочку «кроликов» по соседству и устроилась на большой кровати с кованым изголовьем. Не раздевшись, не сняв обувь, я просто легла и закуталась в серое покрывало.

Утром меня разбудил настойчивый стук в дверь.

На секундочку забыв, где нахожусь, я сладко потянулась и улыбнулась. Но придя в себя, молниеносно сорвалась с постели и побежала встречать раннего гостя.

Им оказался помощник Костаса.

Парень был чуть старше меня. Белая рубашка, побрякушки на шее и запястье, обсидиановые волосы.

– Доброе утро. – Он оглядел меня и прошел мимо, держа в руке черную папку. Я с недоумением моргнула и захлопнула дверь.

– Доброе. Кто вы?

– Я Георг. Приятно познакомиться. – Протянул мне жилистую руку.

Я не ответила.

Он усмехнулся и обтер ладонь о бедро.

– Неплохо было бы принять душ, сменить платьице.

Мягко намекнул на мой подвенечный наряд и кроваво–грязные пятна на теле.

– Как только провожу вас.

Растянула губы в неприветливой улыбке.

– Ну да–ну да…

Георг этот крутанулся на каблуках, щелкнул языком, взглянув на распахнутое окно и бросил принесенную папку на журнальный столик.

– Почитай на досуге.

– Обязательно? У меня будут принимать экзамен?

Конечно же, я просто пошутила. Костас ясно дал понять, что я должна проштудировать информацию о Сильвии от и до. Но позлить напыщенного индюка с милым личиком было так приятно.

– Я живу этажом ниже. Можешь обращаться ко мне по любому вопросу, – поиграл бровями, – абсолютно по любому.

Я приставила руки к бокам.

– Я в твоем вкусе?

Чуть склонила голову.

– Вообще, да. А вот, что в тебе нашел Костас, без понятия. Обычно его окружают длинноногие красотки с черной гривой, уж никак не…

Опять оценил меня внаглую.

– Продолжай. Тебе же есть, что сказать?

Я выводила его на поверхность, чтобы слопать с потрохами.

– Пожалуй, остальное, предназначено только для моего личного пользования.

Потер гладкий подбородок.

– Трус.

Я сузила глаза.

– Мелкая заноза.

Шикнул в воздух и направился к двери.

– В следующий раз, будь вежливым, я ведь могу и нажаловаться твоему боссу!

Выкрикнула я, выскочив в общий коридор. Георг показал мне средний палец и рыкнул:

– Он теперь и твой босс тоже.

Об этом я как–то не задумывалась…

С грохотом шмякнула дверь, зафиксировала замочную цепочку и пошла в ванну. Испорченное платье смяла до посинения костяшек и бросила в корзину под умывальником. Трусики полетели туда же.

Костас сказал в этой квартире есть все необходимое для меня. Что же, надеюсь, нижнее белье тоже имелось в наличии.

После живительных водных процедур я обмоталась полотенцем и отправилась на исследование шкафов и комодов.

В голове не прекращали вертеться мысли насчет сестер и поведения отца. Его план выдать меня за Гарика с треском провалился. Но я уверена, он будет мстить. Костасу, в частности.

Диониди растоптал его напускную значимость.

Увел дочь из–под носа.

Разрушил безупречный замысел.

Но все ведь совсем не так.

Я сама сбежала.

Сама попала в лапы Костаса и очутилась там, где никогда не должна была очутиться – на территории «Ночных королей».

Содрав бирку с кружевных стрингов, натянула их на себя и скинула полотенце на кровать.

Отражение в напольном зеркале меня порадовало.

Да, под глазами из–за всех моих приключений залегли темные круги, но фигура…изгибы…я точно могла поспорить с теми эффектными красотками, которые стонали в постели Костаса. Ничем не хуже. А может быть, даже лучше!

– Потрясающее зрелище.

Пробурчал Костас, прислонившийся к дверному косяку плечом.

Я закричала и накрыла немаленькие груди ладошками.

– Уйдите! Немедленно!!!

Засуетилась по комнате, вместе с вешалкой сдернула со штанги в шкафу белый сарафан и быстро надела его.

Костас и не подумал скрыться.

Любовался мной с дерзкой ухмылкой.

Я заискрилась от злости. Поднеслась к нему и откинув мокрые волосы, прошипела:

– Джентльмен никогда не станет так поступать.

– А я далеко не джентльмен, – произнес мне прямо в лицо, и я утонула в зеленых глазах, – ты просто меня еще очень плохо знаешь, Огонёк.

Кто? Как он меня только что обозвал?

– Вы…вы…– слова не могли вырваться наружу.

– Идем. Есть кое–какие новости.

Шагнул назад и растворился в полутьме.

Я топнула ногой от безысходности, вернулась за полотенцем, чтобы кончики волос промочить и пошла за Костасом.

Он прижался к кухонному острову и скрестил ноги. Все его внимание приковалось к телефону.

Даже мое появление ничего не поменяло. Хотя я зуб даю, он меня до судорог хотел.

Я развесила полотенце на низкой спинке высокого табурета и отправилась за папкой на журнальном столике.

Едва открыв ее, я увидела улыбающуюся Сильвию. Девушка более чем привлекательная: длинные каштановые волосы, карие глаза, пухлые губы. Чем–то похожа на Ирину Шейк.

– У меня мало времени, я должен ехать. Поэтому скажу быстро, – Костас отобрал у меня интересное чтиво, чтобы привлечь внимание, – вечером Сильвия Гератти будет развлекаться в клубе «Бастион». Ты будешь там.

Его близкое присутствие сбило меня с толку.

Я подняла на него рассредоточенный взгляд и моргнула разок.

Он красивый и властный мужчина. Один из тех типажей, которые с легкостью могут разбить девушке сердце и не оставить и капли надежды.

– Могу я кое–что уточнить? – не перестала смотреть на него в упор.

Костас бросил папку, не глядя.

– Валяй.

– Я так понимаю, что со вчерашнего дня работаю на вас. Хотелось бы уточнить по поводу оклада.

Его искренняя усмешка впилась иглой мне в сердце.

Сунув руку во внутренний карман льняного пиджака от Zegna, он достал платиновую карту и зажал меж пальцев.

– Пользуйся. Лимит неограничен.

Я забрала карточку и закусила щеку.

Костас провел языком по нижнему ряду зубов и коснулся моего подбородка. Что за демоны затанцевали прямо сейчас в его голове, я не знала. Но угли, полыхающие в его черных зрачках, сказали мне о многом.

В большей степени о том, чтобы я держалась от него подальше.

– Мне пора. Будь хорошей девочкой и все будут счастливы.

Развернулся и неспешно пошел к двери. Я потянулась за брошенной им папкой и вдохнула пряный древесный аромат его одеколона. Убийственно. Парализующе. Драматично.

Да, без драмы в моем случае никак не обойдется, если я не перестану что–то чувствовать к одному из влиятельных боссов Хезельберга.

Приказав себе отбросить дурные желания, я присела на диван и раскрыла папку. Снова.

Морской бриз постепенно высушил мои волосы, а с беспокойством за близких людей и за мое собственное будущее не справился.

Я согласилась сотрудничать с тем, о ком рассказывали страшные сказки и кого боялись ничуть не меньше, чем глав «Братства ножей» и «Черной сотни».

И…я было нащупала еще одну мысль, но татуированный сосед вышел нагишом на балкон и присвистнул. Мне.

ГЛАВА 6

Я была во все оружии, когда вышла из старинного здания на уютную вечернюю улочку. Короткое легкое платье цвета горького шоколада, удобные сандалии с греческой шнуровкой, массивные серьги–кольца. Я чувствовала себя великолепно, если не считать того факта, что я в сговоре с боссом «Ночных королей» и пляшу по его правилам.

– Buenas noches, mi amor.

Медовым голосом протянул фанат нудистских пляжей и покрутил в руке черный мотоциклетный шлем.

Я пригладила идеально собранные в высокий хвост волосы и нервно улыбнулась. Вживую он внушил в меня неподдельный страх. Здоровый, крепкий, с хорошо развитой мускулатурой. Прям финалист какого–нибудь турнира бодибилдеров.

Издалека, а точнее с расстояния между нашими домами, он показался мне немного…меньше. А тут…

– Привет.

Я снова лизнула пальцами кончики волос.

– Я Тим, – обтер руку о задницу и предложил мне для приветствия, – а тебя как зовут? Афродита?

Я закатила глаза от его банального комплимента и ничего не ответив, начала спускаться по брусчатой дороге вниз. К тонированной машине, за рулем которой Георг.

Позади раздался оглушительный рёв, а затем меня окатило прохладной волной.

Тим, или как там его, преградил мне дорогу, восседая на спортивном мотоцикле с двумя белыми полосками на бензобаке.

Выставив одну ногу для удержания равновесия, он опустил забрало и шевельнул густыми бровями.

– Ты же в «Бастион»?

Пару раз провернул правую рукоятку, постаравшись тем самым показать мне мощь своего «зверя».

Но подобные фокусы меня не задевали. Я ровно относилась к парням на «железных конях». Мне больше по вкусу мрачные типы на люксовых авто.

– Следишь за мной или читаешь мои мысли?

Я закусила губу и склонила голову. Шею обдал теплый морской бриз.

– Ни то, и ни другое. – Усмехнулся незаметно для меня. – Просто сегодня в «Бастионе» выступает Элли Чан. Девчонки от нее без ума.

– Тогда что тебе там делать?

Тим опять улыбочкой блеснул под шлемом.

– Ловить горяченьких цыпочек, растаявших от попсовых песен и трахать их без устали, пока они в трансе.

– Фу, – поморщилась я и вгляделась в Ровер, припаркованный поперек дороги, – мне пора.

Я обошла байкера и услышала в спину:

– Эй! Серьезно бросишь меня одного?

Не поворачиваясь, махнула вверх рукой и приблизилась к открытой Георгом двери машины.

– Стоит поговорить с ним по душам? – пробасил Георг, кивнув на Тима.

– Нет, он безобидный.

Вроде с пониманием принял мои слова.

В прохладном из–за работающего кондиционера салоне, я обнаружила маленькую коробочку с черным бантиком.

Аккуратно взяв подарок, я вскрыла его и увидела браслет Картье из чистого золота. Элегантный. Без лишних деталей. Всего несколько бриллиантов, утопленных в металл, придавали ему исключительного сияния.

Мне захотелось примерить это великолепие. Я сдвинула повыше тонкую цепочку, купленную в одном из ювелирных магазинов столицы и закрепила новое украшение на запястье. Оно божественное засверкало в паре с моей чуть бронзовой кожей.

Я покрутила рукой с браслетом, хорошенько рассмотрела его со всех ракурсов, потерла пальчиками драгоценную поверхность и откинулась на спинку сиденья.

Нет. Я не могла его принять. Это выглядело так, будто я соглашалась на условия Костаса. Полностью ему доверялась. Но это не так. Он плохой человек. Ужасный. И вся его темная аура не обман зрения.

– До того, как ты выйдешь, я должен кое–что сказать тебе, – Георг притормозил у Бастиона. Я даже не заметила, как мы преодолели приличное расстояние от моего нынешнего дома до ночного клуба на берегу моря. – Я пойду с тобой внутрь, буду держаться в тени. Если мне что–то не понравится, я тебя уведу.

– Хорошо, я поняла.

Щелкнула ноготком замочек браслета, а он не поддался. Черт.

Попробовала еще. Также безрезультатно.

Окей, пойду с ним. Выбор невелик.

Георг поглядел на меня в зеркало заднего вида, когда я громко вздохнула и вылез, чтобы открыть мне дверь.

Я выбралась и прикрыла глаза от терпкого морского аромата.

Никогда не разлюблю свежесть, принесенную откуда–то из неведомых стран. Она часть меня.

Я родилась и выросла в Хезельберге. Выезжала только по необходимости. И всегда возвращалась назад.

Это место нельзя не ценить.

Оно прекрасно. Во всех своих проявлениях.

И отсутствие бешеного ритма, небоскребов, пронизывающих лазурное небо, добавляло плюсов.

Хезельберг – рай для романтиков и туристов.

Лазурь…

Передо мной возник облик Костаса. Немного непринужденный, испорченный, аморальный, греховный…Эти его поразительные глаза, его безупречный и в тоже время небрежный вид…

Я помешалась.

Возможно, всему виной жара, накрывшая полуостров еще в конце марта.

– Я рядом. – Буркнул Георг, и я оттаяла. Причмокнула губами с нежно–розовой помадой, раскрыла плечи и пошла к главному входу Бастиона.

Вышибала остановил меня, выгнув указательный палец. Но увидев мою тень, тут же отошел в сторонку, предварительно поставив неоновый штампик мне на ладонь.

Я много слышала об этом клубе, но ни разу не была здесь.

Сестры еще слишком малы, чтобы посещать такие заведения, а подруги…отец распугал всех, кто находился в моем окружении. Одноклассницы забыли о моем существовании, а девушки из нашего круга считали меня чокнутой отшельницей.

– Развлекайся. – Шепнул Георг и исчез в толпе.

Я позвенела ремешком сумочки и прошла к бару. Один коктейль не повредит.

Бармен мгновенно оказался напротив. Татуировки у него на шее меня не напрягли, а вот их значение…

Братство ножей.

Он один из них.

– Чего желаете? – подкинул бутылку с джином. – Может быть, мой фирменный коктейль «Укус Кобры»?

– Да, давайте.

Я пришлепнула сумочку к черной стойке, подсвеченной голубым светом.

Парень быстренько смешал необходимые ингредиенты и поставил высокий стакан прямо передо мной. Украсил бортик долькой клубники.

Я дотронулась до стеклянной стенки и с небольшим сомнением поглядела на ярко–красное содержимое. Отдаленно напомнило кровь. Ту, что была на моих руках после побега со свадьбы.

– Не советую пить. Гадость редкостная. – Сильвия, а это точно была она, появилась из ниоткуда. – Очень кисло. И послевкусие мерзкое.

Она скорчила гримасу в адрес бармена и тот, не став спорить, смылся подальше.

– Ты пробовала? – спросила я.

– Все коктейли в этом клубе прошли мое тестирование. – Она присела на табурет на высоких стеклянных ножках.

– Часто здесь бываешь?

– Ага. Что еще делать, когда днем играешь роль примерной дочки мэра, а вечером родителям на тебя чихать?

– Теона, – подсунула ей руку, – поможешь выбрать нормальный коктейль?

– Легко! – щелкнула пальцами. – Я Сильвия.

– Я знаю. Видела твои фото. Ты популярна.

Она объяснила вернувшемуся бармену, чего мы обе хотим и крутанулась ко мне лицом.

– С удовольствием бы попозировала голой. Но папочка свихнется.

Мы обе улыбнулись.

Сильвия смелая. И очень раскрепощенная.

По той информации, которую предоставил мне Костас этого было не понять. Сухой текст и не более. Зато сейчас я лично убедилась в том, что Сильвия Гератти не примерная покладистая умница. В ней горел огонь. Настоящая неконтролируемая стихия.

– Не знаешь, когда будет выступать Элли Чан?

Я втянула обалденный кокосовый коктейль через трубочку, а Сильвия забросила в рот засахаренную вишенку и соблазнительно облизнулась, вынув веточки.

Бармен чуть не кончил от увиденного. Смахнув пот со лба, метнулся в другой конец стойки, чтобы обслужить компанию парней в пляжных рубашках.

– Могу тебя познакомить с ней. Мы дружим.

– Правда?

По спине холодок пронесся.

– Запросто. Она сейчас готовится к выступлению. Заглянем в гримерку?

– Д–да. – Закивала я ошарашенно.

– Идем.

Сильвия спрыгнула с табурета, и я следом.

Людей в клубе становилось все больше и больше. Но я кожей ощущала присутствие Георга. И дух Костаса следовал за мной попятам.

– Ты мне нравишься, Теона, – Сильвия завела меня в коридор, преодолев двух амбалов в черных футболках, – я тебя почувствовала, что ли.

Я промолчала.

Наше знакомство заранее продуманная постановка.

– Только предупреждаю, – Гератти постучала по двери без каких–либо опознавательных знаков, – я ненавижу двуличных тварей.

Изнутри раздалось «входи, Си» и мы вошли.

– Приветик, готова порвать зал? – поинтересовалась Сильвия и чмокнула Чан в щеку. Я стояла скромно, не подавая ни звука. Глядела на постеры Рамштайн, развешанные по стенам, на большие зеркала, обрамленные крупными лампочками.

– Да. А это кто с тобой? Игорю не понравится новенькая за кулисами. Ты же знаешь, он помешан на моей безопасности.

Услышав имя, Игорь, в сердце больно кольнуло.

– Не волнуйся, эта девочка одна из нас.

Сильвия повисла на шее Элли, которая покрывала скулы блестками.

– И как ее зовут? – суперизвестная в нашем городе певица покосилась в меня.

– Я…– открыла рот, но меня перебили.

– Теона? – мужской голос прогремел словно землетрясение.

Я посмотрела на дверь и столкнулась с ним. С тем, кого я бросила у алтаря.

Игорь сдержал ярость, глубоко вдохнув.

А я попятилась к туалетному столику и вжалась в него поясницей.

– Гарик, вы что, знакомы? – почти синхронно Сильвия и Элли.

– Нет. – Отрезал Игорь Штерн и тут же покинул гримерку.

– Что это было? – глаза Сильвии распахнулись от изумления. Ее знакомая ничуть не в меньшем шоке.

– Да мы встречались пару раз на вечеринках. Болтали.

Отбрехалась я и по взглядам девчонок поняла, они сквозь зубы мне поверили.

– Ох уж эти мужики…– выдохнула Элли. – А еще говорят женщины эмоциональны. Вон как вылетел. Наверное, поспешил к братцу.

– Молчи, Эл. – Толкнула её Сильвия и подарила мне светлую улыбку.

– Что такое? Кто его брат? – я нахмурилась. Вечер все больше и больше выводил меня из себя.

– Ходят слухи, что Игорь, ну…с мафией связан. – Элли перестала наносить макияж. – Типа его брат, сам Костас Диониди.

Мое сердце непросто в пятки рухнуло, оно провалилось сквозь землю и сжарилось в адском пламени…

ГЛАВА 7

Я оторвалась на полную катушку после новости о том, что мой несостоявшийся муж, брат Костаса.

Мои танцы прошлой ночью взорвали танцпол, а выпитый алкоголь помог забыться, ненадолго вернуться туда, где я чувствовала себя абсолютно беззаботным ребенком.

Но наступило утро…

И первое кого я увидела – Тим.

Парень спал в моей кровати, обняв подушку двумя руками и явно видел эротические сны, судя по развратной улыбочке.

Я сорвалась на ноги и тут же поймала похмелье.

Оно накрыло меня с головой…

– Тим! – закричала я, прижав пальцы к раскалывающимся от боли вискам. – Тим!!!

После резкого пробуждения, Тим свалился на пол и ударился затылком об угол тумбочки.

– Блять! – завыл во весь голос, потер голову.

– Что ты здесь делаешь?

Я пошатнулась, но устояла. На мне была только свободная футболка, едва прикрывающая зад, но сейчас больше всего волновало нахождение качка в моей спальне.

Какого черта?!

– Ты вчера напилась, я предложил подвезти тебя.

– А где Георг?

– Кто?

Тим отлип от пола и встал на колени. Локтями уперся в матрас. Его мутило. Он позеленел.

– Неважно, – я снова качнулась из стороны в сторону, – мне нужен аспирин…

– Можно мне в душ? Ледяная вода помогает прийти в себя.

– Проваливай, Тим. Дома освежишься.

Я пошлепала к двери и когда открыла ее, то уткнулась носом в твердую грудь Костаса.

Король ночных головорезов кому–то моргнул и вытащил меня в коридор, схватив за предплечье.

В комнату зашли два здоровяка и скрутили Тима.

– Нет, Костас, он ни в чем не виноват! – я моментально протрезвела и лязгнула Диониди по руке, которой он меня удерживал.

Но босс мафии не слышал и не слушал. Молча, наблюдал за тем, как его ребята поочередно бьют Тима и тот харкает кровью на бежевый ковровый настил.

– Пожалуйста!!! – взревела я и попыталась кинуться на помощь беспомощному парню.

Костас обхватил меня за талию и зафиксировал шею огромной ручищей.

– Смотри, Теона, этот мальчишка страдает из–за тебя.

– Я же сказала, он не виноват. – Голос звучал сдавленно. Гортань пережата.

Каменное тело Костаса передало мне короткое послание: не брыкайся, будет хуже.

И я замерла. Обмякла в стальной хватке ублюдка, не знающего границ своей больной агрессии.

– Трахалась с ним? – низкий тембр вызвал демона из ада.

Я не ответила. Мои мокрые от слез глаза приковались к очевидному животному издевательству над бедным Тимом. Сволочи одетые в изысканные костюмы избивали невинного человека. С искренней жестокостью и явным наслаждением.

Тим уже не шевелился, лежал бездыханно на боку.

Его грудь и живот не вздымались как положено при нормальном дыхании.

– Ты убил его!!! – закричала я и Костас зажал мне рот ладонью. Силой поволок по коридору в гостиную и пихнул на мягкий диван.

Навис надо мной грозовым облаком.

Я прибилась к подлокотнику и сглотнула. Обнаженные ноги затряслись и покрылись крупными мурашками.

Костас облизал меня бесчестным взглядом и невесомо коснулся моей щиколотки. Когда я дрогнула, он сильно потянул на себя, и я оказалась придавлена не только его тяжелым взором, но и рукой.

Ему ничего не стоило сломать мне ногу или поиметь прямо здесь и сейчас, но ему нравилось забавляться с жертвой перед ее смертью. Видеть страх в расширенных зрачках.

– Твой дружок будет жить, не переживай. Пару деньков в койке проваляется и снова в строй.

Его слова резали, вспарывали, вскрывали вены.

Я ощущала каждый взмах невидимого острия.

– Он мне не дружок. Между нами, ничего нет.

– Тогда какого хрена я захожу в свою квартиру и вижу, как ты спишь с ним в обнимку?

Грубые пальцы Костаса покарабкались к моему бедру. Сначала снаружи, потом изнутри. Я смачно вдохнула.

– А какого хрена, – шмыгнула негромко, – ты не рассказал мне, что Игорь Штерн твой брат? Почему? Что ты задумал? Ты же знал, что он отирается в Бастионе?

Лазурь дерзких глаз заиграла новыми красками.

Костас слишком близко подобрался к моей промежности. Если вытянет палец, дотронется до краешка трусиков.

Я толкнула его и быстренько приняла сидячую позу.

Футболку натянула на колени.

– Как–то очень интересно мы сменили курс от твоего любовника к моему брату.

Выпрямился в полный рост, отошел немного назад.

Я собралась парировать ему, но «ночные» шакалы вынесли Тима из моей комнаты и молчаливо ждали поручений от босса.

– Отнесите его к нему домой. Он до вечера не очухается.

Из носа Тима струилась кровь. Нижняя губа отвисла и с нее тоже капала алая жижа.

Я накрыла голову руками и зажмурилась. Куда я попала? Во что ввязалась?

Хотела избежать свадьбы с нелюбимым монстром, а встряла в заведомо проигрышную сделку с другим чудовищем. Причем родным по крови первому.

Теперь я поняла, почему отец так злился. Почему Игорь спустил на меня своих псов вдогонку.

Между мужчинами развернулась какая–то битва и я в самом ее эпицентре.

– Поговорим? – Костас присел на журнальный столик и широко расставил ноги.

– Я хочу разорвать наше сотрудничество.

– Глупая идея, ты же понимаешь.

Говорил он спокойно, как и все пятнадцать минут до этого и чем все закончилось?

– Ты солгал мне. – В голове фонило от вчерашнего шумного отрыва.

– В чем? В том, что не перечислил поименно всех своих родственников?

Боже…

Пусть время воротится вспять…

– Я должна была выйти замуж за твоего брата…а теперь я работаю на тебя…

– Игорь мне не брат. Он ошибка природы. Природы и моей матери. А ты умница, вчера отлично сыграла свою роль. О вашей тусовке с Элли Чан и Сильвией Гератти пошли слухи. Значит, скоро все будут считать вас лучшими подружками.

Я вскинула совершенно мертвые глаза на Диониди и потерялась в глубинах его бездонной мощи и энергии. Он ничего не делал, а все вокруг преклонялись перед ним. Отчасти и я.

Ведь если идти в атаку нужно иметь колоссальное мужество. А я сейчас не готова. Не обучена азам нападения. Мне нужна практика. И чуть больше внутренней храбрости.

Он пережует меня и выплюнет. Как любую другую девушку в своей жизни.

Да и мужчину тоже.

– Я тебя ненавижу. – Только и сказала, глядя ему в лицо.

– Отлично. То, что необходимо в этой ситуации.

Встал, обошел столик и застыл у открытого настежь окна. Как раз напротив квартира Тима. Он проследил за действиями своих парней, как восседающий на троне император.

В какой–то степени он им и был.

Днем Хезельберг ничем не отличался от других прибрежных городов, а ночью, его артерии заполоняли «Ночные короли». Они разрушали, сеяли хаос и творили беспредел.

И я никогда не думала, что стану частью их мира. Мой отец – преступник, но Диониди и его «армия» …в разы страшнее и опаснее.

– Ты выполнишь все договоренности, Теона. Сделаешь все, что я попрошу. И больше тупых выходок я не потерплю. Никаких мужчин и поведения шлюхи.

– Снова будешь угрожать мне расправой над моей семьей?

– Это будет не расправа, а кара за твои грехи.

Я не верила, что все происходило в реальности.

Думала, моргну и темный силуэт Диониди испарится.

Увы.

Он засунул руки в карманы черных зауженных брюк и посмотрел на меня через плечо.

– Не будь дурой, Теона. Ты нужна мне. Я нужен тебе.

– Что? – резко шевельнула рукой. Подаренный браслетик зазвенел, встретившись с собратом. До меня дошло, что я непросто по уши в дерьме, я зависима от Диониди.

Со всей дури дернула украшение и бросила в мужскую спину. Сегодня замочек не подвел.

– Я может и работаю на тебя, но я тебе не принадлежу!

ГЛАВА 8

Я навестила Тима спустя пару дней. Костаса же я не видела с того момента, как кинула в него дорогущее украшение. Кажется, мальчик обиделся. Ну и пусть. Меньше головной боли с его королевскими замашками.

– Сорри, я не выползал в продуктовый магазин. Жрать нечего.

Тим захлопнул ретро–холодильник с причудливой круглой ручкой и поглядел на меня виновато.

Я улыбнулась, достала телефон из маленькой вязаной сумочки, которую носят через плечо и зашла в приложение доставки.

– Что ты хочешь? Булочки? Творожный сыр? Апельсиновый сок?

Перечисляла ассортимент, сидя на вращающемся кухонном табурете.

– Хм, а давай всё! – шлепнул себя по плоскому животу.

– Окей…готово!

Показала ему экран с оплаченными покупками.

– Ты расплатилась своей картой?

Тим согнал русые брови домиком. Я развернулась, спрыгнула на ноги и прошлась по маленькой гостиной с милым цветастым диванчиком до самого окна. Обычно утро приносило прохладу, но сейчас только восемь часов, а воздух уже прогрелся до тридцати градусов.

Я раскрыла шторы пошире и подставила лицо яркому солнцу.

– Теона? – шаркнул позади Тим. – Реально накупила мне жратвы на неделю? Если что, у меня есть деньги. Я работаю в музыкальном магазине, по вечерам играю на набережной.

Он будто извинялся. Но за что? Но просить прощения стоило мне.

– Всего лишь благодарность за то, что ты не бросил меня в Бастионе.

Крутанулась на пятках и сощурила один глаз, глядя на симпатичную мордашку Тима.

– Ты была пьяна. Как я мог?

– Поверь мне. В моей жизни уже так случалось.

Тим коснулся моей щеки. Кофейные глаза блеснули нежностью. Я попятилась, но он легонько удержал. Загнал меня в невидимый угол.

– Я хочу тебя поцеловать. – Сказал, медленно наклоняясь к моим губам.

– Тим, – я уперлась ладонями в его грудь, – не надо. Я…

– Ты встречаешься с Диониди? – нахмурился и захрустел челюстью.

– Что? – я встряхнулась, отошла. – Какого черта?

Солнечное дыхание опалило мне спину. Я поняла, что оказалась на уютном балкончике.

– Я же не дурак, Теона. Знаю таблицу умножения. Два на два, получается четыре.

– Господи…

Я прибилась к кованому ограждению и посмотрела вниз. Падать невысоко, но переломать позвоночник можно запросто.

– Его людишки мелькали в клубе, потом отмудохали меня в твоей квартире. А он наблюдал и кайфовал. Вот я и…

– Подумал, что я девочка Костаса Диониди?

Пальцы до посинения сжала вокруг металлического бортика.

– Вообще–то, да.

Он, как и я поглядел на узкую улочку, на пробудившихся лавочников, которые протирали витрины своих владений.

– Нет. Между нами ничего. Но это не значит, что у нас с тобой что–то будет. Мы же…

– Блять, не произноси это слово! – Напрягся Тим и смешно скорчил недовольную гримасу. – Чуешь запах яичницы с беконом?

Я принюхалась, заправила волосы за уши.

– Не–а.

– А я чую. Так что идем завтракать в кафешку, что сразу за цветочным магазинчиком. Я угощаю.

Предложил мне руку и я, поджав губы, вложила в нее свою.

– Идем.

– Быстро ты сдалась, долго уговаривать не пришлось.

Он шел впереди, и я пихнула его меж лопаток кулачком. Тим весело рассмеялся и уже через полчаса мы сидели за круглым столиком и ждали наш заказ.

После расставания с ним, я решила позвонить Сильвии. Наш ночной загул не прошел бесследно для меня, возможно и у нее появились следы на репутации «примерной дочки мэра».

Девушка сняла трубку после третьего гудка.

Мы поболтали о том, что было в клубе, пошутили на тему песен Элли Чан и договорились увидеться вечером на Набережной. Я все равно туда собиралась. Тим пригласил на прогулку. Заверил, что этот вечер я запомню надолго.

Все складывалось удачно.

Для Костаса особенно.

Едва я закончила с домашними делами, а именно со стиркой вещей, пропахших сигаретным дымом и чужой рвотой, он написал мне сообщение о том, что знал и видел каждый мой шаг.

Намек на мой поход к Тиму?

Явно же, что да.

Я ответила «я вас поняла» и отбросила телефон куда подальше.

Костас невыносим!

У меня большие сомнения о его происхождении. Остров Мани, Гитио…может он родом из какой–нибудь пещеры, где его научили выживать любыми способами, а сочувствие и сопереживание искоренили навечно.

Я закатила глаза от навязчивых мыслей о боссе «Ночных королей» и вспомнила сестричек.

Мои малышки скучали по мне. А я по ним. Но показываться дома опасно. Отец унижен, оскорблен и жутко мстителен. В связке с Игорем Штерном, он способен натворить немало кровавых дел.

Игорь…

Да что же такое?!!!

Почему вокруг меня столько тайн и интриг!!!

«Игорь мне не брат. Он ошибка природы. Природы и моей матери»

Нехотя я потянулась за выброшенным телефоном и улеглась на диван, свесив ноги с мягкого подлокотника.

Я никогда не читала местные сплетни.

Ни разу не совала нос в жизни других семей, кроме своей.

Рута и Мия оповещали меня о тех или иных происшествиях и новостях.

Из их уст я узнавала последние горячие сплетни.

Но сейчас они далеко.

Закусив губу, я вбила в поисковую строку браузера имя Костас Диониди и мне вылезло с десяток ссылок на различные статьи и интервью.

Та–а–ак…

Нажала на вторую снизу и попала прямиком на видео, сделанное неизвестным мне блоггером. В нем она рассказала о трагической аварии по дороге из Хезельберга в Даркхилл.

Даркхилл – прибрежный курортный городок, разместившейся на Темных холмах. Отсюда и название.

«… семья в полном составе врезалась в груженую фуру и слетела с обрыва…по пути в больницу скончался глава семьи Диониди и его жена…их сын Костас чудом остался жив…»

Я остановила запись и уставилась в белый потолок. На нем бликовали лучи солнца. Уже более насыщенного оранжевого цвета.

Разом потерял всех близких. Никому такого не пожелаю.

Мои родители не ангелы, но я бы не хотела лишиться их по стечению каких–то высших обстоятельств. Или обыкновенной глупости.

Кроме них у меня никого не было.

Боже…

Я вытянула по струнке и глубоко вдохнула. Внезапно перед глазами предстала сумасшедшая картинка…Костас обнаженный по пояс. Его сильные татуированные руки приласкали мои щиколотки, длинные пальцы обвели выпирающие косточки. Он поднял одну мою ногу и поцеловал ступню. Потерся о нее грубой щетиной. Я вырвалась из его рук и широко раздвинула колени. Костас диковато улыбнулся, разобрался с ремнем, ширинкой, и…

Дверь квартиры выносили громкими ударами.

Я шлепнулась с дивана и тихонько прокляла себя за короткую отключку.

Встав, пригладила волосы и поспешила открыть.

Естественно, я сначала глянула в «глазок».

Тим…

Я сняла цепочку, провернула замок и встретила его рассеянной улыбкой.

– Забыла о нашей договоренности?

Он вцепился в верхний косяк и покачался.

Черная майка с неровной проймой и горловиной подчеркнула его мускулы. А всякие там цепочки, серьги в ухе, напомнили мне кто он есть.

Только синяки на лице немного реальности внесли.

Взглянув на них, я наморщилась.

– Подожди, я быстро.

Я побежала в комнату, а Тим зашел в квартиру.

Короткая многослойная юбка–ламбада, обтягивающий топ и удобные сандалии – отличный выбор для долгих прогулок.

– Воу, – присвистнул Тим, – соблазнительно.

– Не заставляй меня произносить то слово вслух и напоминать кто мы друг другу.

– Лады. – Тим защитился руками. – Твоя взяла.

Я прошла мимо него, сняла ключи с крючка и сказала:

– Ты идешь?

– Бегу!

Рассмеялся Тим и покинул собственность Костаса.

Мы спустились в прохладный холл, обсуждая рок–группы и напевая хит Black Sabbath вышли на улицу. От повышенной влажности мои волосы тут же завились у висков.

Пока я пыталась их усмирить, Тим завел красно–черный мотоцикл и протянул мне шлем тон в тон.

– Хочешь, чтобы я умерла от страха?

– Никогда не гоняла на Ducati Panigale?

– Я не очень люблю скорость. – Скривилась, не таясь.

– Я буду осторожен, обещаю.

Снарядился сам, сел за руль.

Я постояла минутку и все же, заняла место позади него. Крепко обняла за талию.

– Почему–то мне кажется, что этот спортбайк очень дорогой. Откуда он у тебя?

Тим не ответил. Плавно выжал сцепление, ногой включил первую передачу, мягко провернул ручку. Мотоцикл потянуло вперед. Колеса слегка пробуксовали и наконец, мы поехали. Лавируя по тесной улочке, я заметила двух типов в солнцезащитных очках и классических костюмах. В голове мелькнуло: Костас за мной следит.

ГЛАВА 9

Набережная непросто кишела туристами, она была забита ими полностью. Тим припарковался в специально отведенном месте и взяв меня за руку, повел в эту галдящую толпу. Честно, я не хотела. Но где–то там, меня ждала Сильвия.

Я оглядывалась по сторонам и порой улавливала темные фигуры в море светлых пятен. Они то показывались, то терялись. Нехорошее чувство тревоги прокралось мне в сердце.

Но внезапно зазвучала мелодичная музыка.

Тим крутанул меня вокруг оси и прижал к себе, словно я его девушка, а не просто подруга.

Нам громко поаплодировали и мне ничего не оставалось, как поддаться ритму и позволить Тиму закружить меня в подвижном танце.

Вскоре, мы уже смеялись от души и обменивались репликами вроде: всему виной морской воздух.

И это чистая правда.

Море меланхолично билось о берег и согревалось яркой желтой луной, повисшей низко над горизонтом.

Их тандем завлек меня в магическую страну.

Я веселилась так, как никогда в своей жизни.

Девочка, выросшая в плену строгих правил, вырвалась на свободу.

– А теперь мне пора, – шепнул Тим на ухо, – время живой игры.

Чмокнув меня в щеку, подвел к парапету и направился к компании парней, играющих на барабанах и синтезаторе. Взял со стойки электрогитару и закинул широкий ремень на шею.

Спустя несколько минут подошел к микрофону и запел всем известную песню «Яхта. Парус», только в рокерской манере.

Я улыбнулась и повернулась лицом к спокойным волнам.

– Привет!

Сильвия наскочила на меня и чуть не сбила с ног.

– Я уже подумала, ты не приедешь.

– Пришлось полтора часа уламывать любимого папочку, чтобы отпустил.

Она полезла в сумочку, достала духи в длинном узком флакончике и надушилась с лихвой. Я еле сдержала чих.

– Что будем делать?

Повернулась и уперлась локтями в бетонный парапет.

– Можем выпить вкусных коктейлей и прогуляться по пляжу. Сегодня мне не хочется бесшабашно отрываться.

– Да. Согласна.

Я махнула рукой Тиму, который допевал второй куплет и жестами показала, чтобы позвонил, как закончит дурманить публику.

Он кивнул и подмигнул.

– Что у тебя с ним? – толкнула плечом Сильвия.

– Ничего. Мы друзья.

– Если один пускает слюнки на другого, дружбы и в помине нет. Ты в курсе?

– Иди в задницу.

Я пихнула ее в ответ. Сильвия расхохоталась, прицепилась к моему локтю, и мы пошли в бар подальше от шума и неразборчивого гогота.

Купив слабоалкогольные напитки, спустились по лестнице на пляж и решили пройтись до маяка. Он работал. Ни на миг не переставал привлекать заплутавшие в море корабли.

– Чем ты занимаешься? – Сильвия затянула голубую жидкость через трубочку. – Я ведь ничего о тебе не знаю.

– Да ничем. Помогаю одному богатому мужику за хорошие деньги.

– Ого, что за мужик.

– Да так, – дергаю плечиком, – здешний бизнесмен.

– Тебе нельзя разглашать его имя?

– Вроде того.

В ноги набился песок и идти стало невозможно.

Я притормозила, сняла сандалии и повесила их на мизинец за тонкие ремешки.

– А я учусь в нашем университете искусств. Мне, конечно, нравится, но, – девушка замялась, – я чувствую, что это будто не мое. Лет с десяти я мечтаю стать актрисой.

– Актерство – это тоже искусство.

– Убеди в этом моего отца.

Скукожила кислую мину. Я ее понимала. Мой отец запрещал мне любое проявление творчества. Говорил, я должна думать о будущем. Что могло дать рисование или вокал? Ничего. А вот экономика, маркетинг, другое дело.

Мама нисколько не перечила ему. И факт того, что у нее в очередной раз случился нервный срыв, доказывал – у нее слабая психика. Она не способна на нападение и отстаивание собственных прав. О нас с сестрами и речи не шло. Порой мне казалось, мы родились случайно. С желанными детьми обращались иначе.

– Тяжело тебе с ним, Сильвия?

Спросила я, наслаждаясь коктейлем и соленым бризом.

– Не то слово. И можешь звать меня Си.

– Хорошо, Си.

Улыбнулась ей и несильно разбежавшись, забежала в воду.

Она последовала за мной.

Мы плескались друг в друга, проказничали и в какой–то момент, чуть не шлепнулись кто на бок, кто на живот.

– Ты ненормальная! – прокричала Си и бросила в меня пустой прозрачный стакан из–под коктейля. Я поймала его и выбралась на сушу.

Устало плюхнулась на задницу и согнула ноги.

Си, словно морская богиня вышла из пены и устроилась рядом.

– Может еще по одной Пина Коладе?

– Не знаю.

Я загляделась на серебристые гребни под лунным сиянием.

– Давай, – склоняла меня к плохому, – я схожу и куплю.

– Нет, – я отрицательно махнула головой, – сегодня воздержусь.

– Как знаешь, – поднялась, отряхнулась от песка, – а я позволю себе расслабиться.

– Я пройдусь до маяка. Не потеряешься одна? – посмотрела на нее с улыбкой.

– Буду ждать тебя там, – ткнула на набережную, – вместе с твоим дико сексуальным другом.

Я взяла сандалии и встала.

– Смотри, можешь перед ним не устоять.

– А я и не собираюсь сопротивляться. – Хихикнула Гератти.

Мы усмехнулись и разошлись.

Ветерок играл с моими распущенными волосами, словно капризный ребенок. Шептал мне всякие красивые словечки и навевал воспоминания о прошлом.

Я сама не заметила, как дошла до скалистого выступа, на котором возвышался старинный маяк.

Задрав голову, я изучила его бело–голубую окраску и сощурилась от ослепительного света.

Справа вспыхнуло крошечное пламя. Я вздрогнула.

На лестнице из миллиона ступенек, ведущих наверх, находилась тень. Она–то и служила источником пламени.

– Я буду кричать! – с трусостью в голосе произнесла я.

Тень начала двигаться.

Попав под мерцающий луч, я узнала в ней Костаса. Он курил. Вот откуда огонёк.

Огонёк…так он меня называл.

– Как прогулка? – поинтересовался приглушенно.

– Отлично.

Я сбросила страх в пятки и направилась ему навстречу. Взобралась на несколько ступеней, а он продолжал по ним спускаться.

– Твой дружок очень талантливый. Не хотелось бы, чтобы пострадали какие–то части его тела, которыми он извлекает звуки.

– Ты, – я остановилась прямо под ним, – тебе надо обратиться к психиатру!

Он затянулся дымом и выпустил зловонье через нос.

– Какого черта ты следишь за мной? Сам сказал, что это твой город и что, мне здесь будет безопасно!

– Во–первых, пока еще не весь город принадлежит мне и есть те, кто воюет со мной за полноправное владение, – Костас выбросил недокуренную сигарету на камни и сверкнул зелеными глазами, – а во–вторых, я не могу забыть наш первый поцелуй.

Что? Шутка что ли?

Костас схватил меня за талию одной рукой, а второй за шею сзади и прибил к холодной стене маяка.

– Я думаю о нем, – шершавые пальцы размяли позвонки, – каждый чертов день. Думаю и злюсь на судьбу за то, что ты чуть не стала женой моего ублюдочного брата.

Он совсем близко. Его дыхание, опьяняющий парфюм, губы…

Я потихоньку потеряла бдительность.

– Потому я и сбежала. Я не хотела выходить за Игоря.

– А чего ты хотела? – кончик его носа мочку уха задел. – Чего ты сейчас хочешь?

Рука, лежащая на моей талии, нырнула под юбку, накрыла ягодицу. Я сотряслась. Чувствительное местечко налилось жаром.

– Хочу, чтоб ты отпустил меня.

– Ложь.

Завладел моими губами. Беспардонно. Нахально. Разрушительно. Я стиснула в кулачках его рубашку на плечах и нехотя впустила его язык себе в рот. А может и не «нехотя» …

Костас сильнее вжался в меня и поцелуй перерос в голодное пожирание друг друга…